window.dataLayer = window.dataLayer || []; function gtag(){dataLayer.push(arguments);} gtag('js', new Date()); gtag('config', 'G-1HBB79RDRC', { sampleRate: 1.1 }); Владимир Сунгоркин: Мы на лет 20 опоздали с идеей присоединения Белоруссии

Владимир Сунгоркин: Мы на лет 20 опоздали с идеей присоединения Белоруссии

Роман Голованов и главный редактор «Комсомольской правды» обсуждают, чем закончится европейская толерантность к мигрантам, по какому пути идет Белоруссия и кто выгоден России в роли президента США: Байден или Трамп

Р. Голованов:

- Главный редактор «Комсомольской правды» Владимир Сунгоркин расскажет, что с нами будет дальше. У микрофона Роман Голованов. Владимир Николаевич, здравствуйте.

В. Сунгоркин:

- Добрый день.

Р. Голованов:

- Начнем мы с Франции, потому что там творятся ужасы. В Ницце при храме совершено нападение, теракт, несколько человек погибли, и все это разворачивается после истории с отрезанной головой учителя, он показывал карикатуры на пророка, на уроках в школе, и после этой трагедии Макрон выступил с таким очень сложным заявлением, мягко скажем, когда он говорит - научим ислам жить правильно и дадим всем отпор… Потом Кадыров подключается к этой истории, называя его террористом номер один… Владимир Николаевич, что будет с Европой?

В. Сунгоркин:

- Знаешь, я начну с личных впечатлений. Там же, в частности, в таком намоленном городе, как Ницца, происходят события, в частности, вот бегают эти ребята, желающие кому-нибудь голову отрезать. Вот я тебе расскажу, я несколько лет назад был в Ницце, и жил я в шикарном отеле, на набережной, дело было летом, в общем, все здорово, там есть православный храм. Красота неописуемая… А вот если пройти от этого православного храма, который в таком фешенебельном районе, минут так 15, не больше, ты волшебным образом попадаешь то ли в Марокко, то ли в Тунис, то ли на юг Египта, в Сомали, возможно. Это идут длинные, длинные кварталы, где живут только вот эти товарищи, прибывшие кто на лодке, кто на плоту из надутых колес подержанных, и там идет своя интересная жизнь. Когда я ходил по этим улицам, я понял, что чего-то я увлекся своим познавательным туризмом, потому что там уже молодые люди стали так заинтересованно смотреть на меня, прикидывая так уже прагматично, что со мной делать… а на дворе смеркалось и я понял, что надо ускорить шаги и повернуться резко назад и смываться отсюда. И это Ницца, это в 15 минутах пешей ходьбы от самого шикарного намоленного легендарного отеля «Негреско»… и там их сотни, тысячи людей… и это было лет шесть назад, я думаю. Вот сейчас Макрон и его советники говорят, что надо делать. Там порядка 6000 этих мусульман так называемых, в кавычках, шести тысяч этих приезжих стоят на учете, уже сейчас, то есть, все посчитаны, и что они говорят в ответ на эти вызовы времени? Они говорят - вот надо сейчас, чтобы за каждым из этих почти шести тысяч радикалов, уже идентифицированных, за ними надо организовать наблюдение. Ну, вот давай с тобой прикинем - грубо, на шесть тысяч радикалов надо по четыре человека только наблюдения, если круглые сутки - значит, уже 24000 топтунов. Но не все же у них на учете стоят, так. Тем не менее, ответ мой индивидуальный готов - надо их высылать. Вот шесть тысяч есть, и они уже на учете, но у них же у многих детей, у многих же папы и мамы там, братья-сестры, и на все это еще существует в Европе огромная правозащитная система, которая тоже не будет на все это смотреть, на такие действия некоторых вроде меня, что, ну, пусть, ладно, вышлем. Нет, там начнется большая буза опять… и чем она кончится?.. Ну, буза такая, что нельзя их высылать, надо их перевоспитывать, они наши люди французские, а они реально уже большинство граждане. Общая тенденция в одном направлении. Все более осторожны будем с ними, мы, совокупные европейцы, все более деликатными, все больше будем закрывать глаза… Ну, а кончится это - мечетью Парижской Богоматери. Все к этому идет. В Англии же тоже этот процесс наблюдается. Но Англия ответила таким странным жестом на все эти истории - она просто решила выйти из Евросоюза. Для начала. А там, типа, будем сами, сами, сами. Но на самом деле вот сейчас Макрон поимитирует, я подозреваю, поизображает мускулы…

Р. Голованов:

- Такой мини-Трамп?

В. Сунгоркин:

- Да. Ну, он более бесхитростный, отведет там подбородок вперед, типа, сделаем такое - не забудем, не простим… а на самом деле будут дальнейшее отступление и белые европейцы, французы, будут все больше бояться по тем же церквям… их же там нынче резали, да?

Р. Голованов:

- А сегодня вот сказали - закрыть храмы, чтобы никто туда не ходил. Храмы закрыты и не будет там терактов.

В. Сунгоркин:

- Да, абсолютно правильный ответ. Закрыть храмы и не будет терактов. А если вывезти на тех же освободившихся лодках и плотах европейцев-христиан, то это будет еще более радикально, поселить в их квартиры приезжих из Марокко и Сомали, то вообще будет еще лучше.

Р. Голованов:

- Давайте мы от опасной темы к слушателям перейдем, которые уже обрывают нам телефон. Денис из Москвы нам дозвонился. Денис, здравствуйте.

Денис:

- Добрый вечер. Вот я бы хотел узнать, что с нами будет дальше? Являюсь, кстати, вашим постоянным слушателем, а тещу еще и на газету подписал.

В. Сунгоркин:

- О! Спасибо вам!

Денис:

- По мерам введения в Москве всех этих кодов… как вы думаете, меры достаточные? Сколько это все продлится и какая у вас ситуация в редакции в объединенной, кто болеет, кто не болеет?

В. Сунгоркин:

- Спасибо, Денис, и за тещу спасибо отдельное. У нас в Москве болеет сегодня коронавирусом человек 5, из них 2 редактора отдела, то есть, руководителя отделов. Один болеет легко и весело, только запахов не чует, а так бодро и весело работает дома сидит. Женщина у нас в больнице, тяжело болеет. Вот так в целом у нас с регионами человек, наверное, 10 болеет, если не 15. Но у нас работает в целом более 1000 человек. Вот и считайте.

Будут ли более жестокие меры вводиться? Ну, эта история такая ситуативная. Собянин - это его полномочия, мэры Москвы - он неоднократно делал категоричные заявления, что повторения той ситуации, которая была весной, не будет. То есть, помните вот это сидение дома, невыход в парк…

Р. Голованов:

- Это не разрешили Собянину это сделать? Ведь противостояние-то чувствовалось прямо.

В. Сунгоркин:

- Может быть, не разрешили, может быть, он сам, но я тоже сторонник такой гипотезы, что повторение весенней ситуации не будет. Скорее, будет ускоряться тема прививок всем, по возможности, сейчас, насколько я понимаю, заводы начинают это все производить, вот этот СпутникV и, скорее всего, мы здесь будем прорываться в светлое будущее. В общем, повторения не будет.

Р. Голованов:

- Вот очень интересное сообщение мне скинули. Спрашивают нас про Киселева, который проповедовал на России-1 социальный рейтинг для россиян…

В. Сунгоркин:

- Я извиняюсь, конечно, но я в этом ничего страшного такого не вижу, смертельного. В принципе, вот сейчас ты, допустим, совершил, не дай бог, или я, какое-то правонарушение, нас тащат к судье…Но судья всегда, хоть в этом году, хоть 20 лет назад, задавал вопросы сам себе и защита на это обращала внимание, что человек-то Голованов хороший в целом, в церковь ходит, бабушку переводил через дорогу, благотворительностью занимался, в «Комсомольской правде» пишет правильные статейки, ну и говорит - раз бес тебя попутал, раб божий Голованов, мы тебе дадим не восемь лет, а два условно, да.

Р. Голованов:

- А если Ефремов пил, гулял, плохие ролики писал на Ютюбе, то - 8 лет.

В. Сунгоркин:

- Да, да. Не без этого, наверное. Так вот, я на что намекаю? Вот все, что сейчас происходит, уже цифровой такой контроль, - ну, это же приложение того же самого. Ну, ничего страшного, если будут в цифровых уже архивах отслеживаться какие-то наши благовидные или неблаговидные поступки. Вот я, например, не испытываю какого-то дикого ужаса, честно говоря, я вообще индифферентно отношусь к тому, что какая-то тут камера будет висеть и она будет куда-то какую-то страшную информацию сообщать о том, как я веду себя в публичном пространстве. Я надеюсь, в туалет они мне ее не повесят, да. А как ты ведешь себя в обществе? Ну и черт с тобой, господи, пусть будут знать. Хотя я согласен с тем, что огромное количество нашего населения - для них это повод поднять шум, что мы все под колпаком… Я, честно говоря, к этому без истерики отношусь. Может, хулигана какого поймают с ножиком, да?

Р. Голованов:

- Еще вопрос пришел. «Голованов, а тебе не стрёмно?». Нет, мне не стремно. «Задай вопрос Сунгоркину про «Судный день».

В. Сунгоркин:

- А что это такое, «Судный день», напомни?

Р. Голованов:

- Это Мардан-Кашин.

В. Сунгоркин:

- А, они там поссорились последний раз.

Р. Голованов:

- Да.

В. Сунгоркин:

- Я слушал это шоу, правда, слушал уже в записи, но вообще, во-первых, у нас уже есть на радио "Комсомольская правда" красивый обычай, когда Кашин регулярно с кем-то ссорится. Например, с тобой. Или ты уже забыл эту историю?

Р. Голованов:

- Слава богу, как будто это не со мной было.

В. Сунгоркин:

- Вот ты не помнишь, а я помню, что он с тобой вел когда-то программу. Значит, мы по этому поводу много иронизировали после тебя, и ты помнишь, этот шутил, пародировал всю ситуацию Эдвард Чесноков, который говорил - ну, вот, с Кашиным ссориться нельзя, а то потеряешь место в качестве его то ли оппонента, то ли… ну, Чесноков говорил - я буду подлизой, да, тогда, чтобы не потерять места (ну, в рамках, конечно, юмора). Ну так вот, на мой взгляд, шоу «Судный день», конечно, жалко, что оно закончилось, но, может, они помирятся, но, на мой взгляд, Кашин чего-то так слишком перебрал, что называется, и потребовал - извинись, Мардан, скажи это слово из шести букв… Я лихорадочно стал прикидывать, что это за слово из шести букв? А это слово «извини». Ну, Мардан говорит - я не буду извиняться. Ах, раз так… По-моему, дурь какая-то. Но, что делать…

Р. Голованов:

- А что, Мардану надо было извиниться?

В. Сунгоркин:

- Нет, я считаю, Мардану там было не за что извиняться. Мне кажется, они вполне параллельно, а не перпендикулярно, рассуждали, один другого стоил. Если эта программа исчезнет, «Судный день», конечно, жалко, мне она очень нравилась, например, как слушателю, как руководителю издательского дома. Мне нравилось их слушать. Но, что делать, будем без этой программы. Что-то еще придумаем.

Р. Голованов:

- И второй вопрос. Тутта Ларсен вернется или нет?

В. Сунгоркин:

- Я думаю, вернется. Я даже не знал, что она ушла… может, ты мне подскажешь?..

Р. Голованов:

- Честно, я не могу подсказать…

В. Сунгоркин:

- Ну, вроде не ссорились мы с Туттой Ларсен. По-моему, тоже прекрасная Тутта Ларсен. В общем, ответ такой - вернется.

Р. Голованов:

- Все. Аминь. Давайте мы в Белоруссию пойдем от всех этих историй.

В. Сунгоркин:

- Белоруссия шикарная, да. Я Белоруссию смотрю как сериал какой-то, «Карточный домик» - во!

Р. Голованов:

- Честно, вот тут просто хочется за голову хвататься, потому что сначала - отчисление студентов, которые выходили на все эти протесты. Потом увольнение главы МВД Караева и назначение ГУВД Минска, руководителя. Потом закрытие границ, причем, так выборочно, со всеми странами, которые выступили против Батьки. Да, и забастовка, которая по факту-то, кажется, не состоялась.

В. Сунгоркин:

- А ты смотрел «Карточный домик», кстати, нет?

Р. Голованов:

- Я сейчас на второй серии.

В. Сунгоркин:

- А, всего-навсего! Я молчу, да… Хорошо, это такой наш белорусский ответ «Карточному домику». Ты-то вот один перечень событий назвал в Белоруссии, а я, честно говоря, впечатлен совсем другим перечнем. Мне страшно понравилось, там же у них есть такой Телеграм канал, всем советую его смотрел, Пул первого, он называется.

Р. Голованов:

- Это Батькин канал.

В. Сунгоркин:

- Да, это Батькин канал. И вот он там жжет, значит, не по-детски, меня очень восхитил целый ряд его заявлений последних дней, жаль, мы с тобой не подготовились, но там было такое заявление, ну, самое свирепое заявление с точки зрения какого-то такого… ну, как деликатней-то сказать?.. В общем, он сказал следующее. Он сказал, что все, кто выходит на улицы, это сотни пьяниц, наркоманов, тунеядцев и милиция совершенно правильно делает, что их гоняет… и, когда они побежали по квартирам, прячась от милиции с дубинками, милиция очень сильно озаботилась, не побежали ли они эти квартиры грабить, и правильно делала, что заскакивала в квартиры, тем самым спасая мирное население. Ну, мирное население на самом-то деле просто пускало их в эти квартиры, чтобы спрятаться… И вот таких заявлений он много наделал за последние полтора-два дня… Он, например, сделал еще шикарное заявление, что Польша, конечно, собиралась напасть на Гродненскую область и ее захватить, а, может, и всю Белоруссию, но мы не дадим ее захватить… все умрем на фиг, все белорусы, но не дадим ее захватить Польше, да.

Р. Голованов:

- Вот оно, кстати.


А. Лукашенко:

- …это не вопрос, не та ситуация, хотя мы не знаем, что они еще с Польши подкинут. Они хотели у нас революцию устроить, даже не революцию, а мятеж, а получили сами…


Р. Голованов:

- Это не Батька ли стоит за мятежами в Польше? Это не Батька ли развязал им протесты?

В. Сунгоркин:

- Нет, нет, боже упаси! Ты сейчас договоришься… Нет, слабенькое, сильнее его заявление, что Польша собиралась реально напасть на Беларусь и захватить, как минимум, Гродненскую область, а, как максимум, всю Беларусь… И вот то, как спасли население мирное от скопищ наркоманов и прочих… Честно говоря, я так прикинул - сколько же наркотиков надо завозить в Белоруссию, чтобы окормить… представляешь, у нас бы вышло так на улицу сто тысяч наркоманов, пьяниц, обдолбанных… он говорит, что они все обдолбанные… Чем все кончится? Да, забастовочка оказалась так себе, мы с тобой гадали, что будет и насколько это знаковая вещь, - забастовка оказалась так себе и я считаю, что так можно было легко это тоже прогнозировать, потому что ведь в протесте участвуют абсолютно простые обыватели. Вот эти сотни тысяч протестантов, которые выходят, это не революционеры, пламенные, это не последователи Розы Люксембург и Иосифа Сталина по молодости. Это просто люди. И то, что они не смогли выйти на забастовки, то есть, реально не получить угрозу своему материальному положению, все логично… они ж для чего выходят на улицу?

Р. Голованов:

- Давайте возвращаться к Белоруссии. У нас тут спрашивают, не войдет ли она в состав России. Но мы еще к этому не подошли. Мы должны посмотреть, что с Батькой дальше будет в стране.

В. Сунгоркин:

- Ну да, она, конечно, может теоретически войти в состав России, но, скорее всего, мы лет на 20 опоздали с этой идеей. Там выросло поколение, которое не очень понимает, зачем им это надо.

Но у нас проблема сейчас другая. Мой прогноз, что на эту минуту те процессы, которые в Белоруссии идут, там впору им входить не в состав России, а готовиться к вхождению в состав Венесуэлы, например. Есть такой лидер – Мадуро. Интересный случай Венесуэлы. Там года три назад тоже начались такие народные походы. Но тогда экономическая ситуация в Венесуэле очень сильно ухудшилась (до которой Белоруссии пока еще далеко). И все высоколобые прогнозисты говорили: ну всё, Мадуро не удержится. Но Мадуро смог мобилизовать в свою пользу армию, беднейшие слои населения, рассказав им, что он народный благодетель, спасает родину, а все, кто против него, это американские шпионы, наймиты, желающие продать родину, и так далее. В итоге огромное количество образованных людей уехало из Венесуэлы (сейчас, кстати, из Белоруссии уезжают вовсю люди), другая часть стала оппозицией, ходит, стучит кастрюлями уже года два: уходи, уходи (только по-испански). И так продолжается два года. Туалетная бумага – проблема, всё – проблема, преступность выросла (но там, в отличие от Белоруссии, народ не настолько законопослушен). Страна обнищала. На какой тропе сейчас находится Белоруссия, у меня какие-то аллюзии это вызывает с «развитием» Венесуэлы.

Смотри, что еще Александр Григорьевич сейчас продекларировал. Что всех студентов надо на улицу или в армию. Но армия в Белоруссии небольшая, а студентов много. Ну, на улицу, допустим. Они куда на улицу пойдут? Многие поедут в Польшу (Польша готова их принимать). Мне кажется, надо России уже думать о большей приемке студентов из Белоруссии.

Следующий пункт. Александр Григорьевич сегодня объявил, что надо вооружать дружинников, а в дружинники надо брать людей, которые, во-первых, верны знамени и Лукашенко, но, скорее всего, это отставные военные, и их надо вооружать. То есть социальная база Александра Григорьевича на сегодня это его силовики (но их маловато, если события так будут развиваться) и дружинники.

Эти дружинники – это тоже интересно. Их же тоже будут вооружать. То есть куда все скатывается? К чрезвычайщине. Будут ходить вооруженные дружинники и говорить: «Что у вас в квартире, не сидит ли там мятежник какой? Давайте мы вам поможем его выкурить. А, кстати, что у вас тут на полке стоит? О, хорошая серебряная вещь. Мы ее у вас реквизируем именем революции, эта вещь, возможно, украдена, вроде у кого-то пропала такая вещь…» И вот эта вся хрень, которая имела место у нас в революционные годы, она надвигается сейчас на Белоруссию.

Силовики его будут защищать, потому что он им всем объяснил популярно, что их всех убьют, если победят демонстранты. Я думаю, у них тысяч 200 силовиков. Дальше он сказал, что мы армию готовы вывести на поддержку, и так далее. То есть в стране возникает такое противостояние – гражданское общество против армии, силовиков и так называемых дружинников, которых предлагается создать и вооружить. Я думаю, что насчет армии дело темное, а вот насчет милиции, ОМОНа и так далее, они сегодня уже распропагандированы властью так, что будут защищать его до последнего патрона, потому что Александр Григорьевич им объяснил, что иначе вам всем кирдык будет.

Р. Голованов:

- Но это же правда. Они же люстрацию пойдут делать, если свергнут Батьку.

В. Сунгоркин:

- Мадам Тихановская, если бы она была помудрее, ей надо объявить какую-то амнистию. Кстати, Россия проходила через аналогичную ситуацию. После мятежей августа 91-го года и октября 93-го года, когда в Москве горело, стреляли и так далее, была объявлена амнистия, между прочим. Это очень интересный момент. Ельцин выпустил всех этих ребят, которые оказались в кутузке, и это было совершенно правильно, потому что общество было расколото в 91-м и 93-м году. Многим не понравилось это дело, но я считаю, это был совершенно правильный шаг Ельцина, что он объявил амнистию. Гражданские войны должны заканчиваться вот так. Потому что это не война разбойников с мирными жителями, а это действительно такое социальное, большое, всенародное противостояние.

Р. Голованов:

- Тут в комментариях вспоминают заявление Жириновского, что Батьке надо выкрасть Тихановскую и привезти обратно в страну, чтобы она не мутила воду.

В. Сунгоркин:

- А дальше что?

Р. Голованов:

- Не знаю.

Р. Голованов:

- Жириновский так сказал? Я думаю, он иронизировал все-таки. Но почему бы нет? Гулять, так гулять. Но думать всерьез, что Тихановская – это и есть причина всего, или думать всерьез, что вот эти два молодых парня в Телеграм-канале «Нехта» якобы…

Р. Голованов:

- «Нехта» такая противная. Когда смотрю на этого Путилу, у меня такое чувство, что это мальчик-маньяк с лицом такого Чикатило. Сериал «Декстер» вспоминается.

В. Сунгоркин:

- Да, есть такое. Что-то порочное в нем есть. Там говорят, что там есть 100 каких-то спрятанных под столом офицеров ЦРУ, которые его и учат с утра до вечера. Причем именно 100. Может быть, они и есть. Но что-то мне подсказывает, что это из той же серии, как пьяницы и наркоманы, бегающие по улицам, и милиция, которая с помощью дубинок спасает мирное население в Минске от этих 100 тысяч пьяниц и наркоманов.

Р. Голованов:

- Пишут: «Похоже, «КП» симпатизирует Тихановской».

В. Сунгоркин:

- Да, это типовой ответ: «А вы не в «Эхо Москвы» ли превратились?» Я просто рассуждаю о некой фактуре, с которой надо что-то делать. Можно, конечно, обзываться и так далее, но это же фактура, что 100 тысяч не могут быть наркоманами. Когда про все эти массовые шествия говорят: «Так это наркоманы и пьяницы», - что-то надо другое придумывать. Мы с тобой лоялисты и за Союзное государство. Поэтому мы с тобой за что болеем? Мы не за Тихановскую, мы за то, чтобы…

Р. Голованов:

- …«Комсомолка» выходила в Белоруссии.

В. Сунгоркин:

- Ну, это мелочь. Мы за то, чтобы воевать с этими супостатами за Союзное государство более…

Р. Голованов:

- Затопчем их нашими конями, передавим их нашими колесницами.

Переходим к следующей теме. Трамп, Байден соревнуются, там настоящая битва идет. Кто победит в итоге? Да и за кого мы в итоге болеем.

В. Сунгоркин:

- Хороший вопрос. Мы ни за кого не болеем. Мы вспоминаем пророческое и очень знаковое междометье, произнесенное министром иностранных дел Лавровым – уффф… Он сказал «уф», когда мы его спросили: за кого нам топить и кого топить? Я думаю, это абсолютно корректный ответ, очень дипломатичный, в то же время реалистичный и так далее. У нас есть свои плюсы и минусы, если победит Байден, у нас есть свои плюсы и минусы, если победит Трамп. Но это всё такая политологическая ерунда. Поэтому мы можем ни за кого не болеть, кого нам бог даст, тот и будет. Но что нам важно понимать? Мы же не можем повлиять на этот процесс…

Р. Голованов:

- Русские хакеры могут.

В. Сунгоркин:

- Да, разве что. Только они так же запутаны. Они за кого должны сейчас?

Чтобы наши слушатели понимали, в чем парадокс сложившейся ситуации. Трамп вроде был ближе к нам социально, наших вроде любит и т.д. Но за его период президентства он нас наградил 46 санкциями. Ни Обама, ни Клинтон, ни Буш не нанес нам столько урона, как Трамп. Так как он человек пассионарный, такой боевой, широкий, он увлекся этой войной с Китаем и по ходу дела смел все договора по ограничению ядерных вооружений, которые более-менее создавали некие правила поведения среди ядерных держав. Все-таки страшновато, что человек не в себе. Можно и дальше продолжать. Вроде и наш человек, но горя нам принес очень много.

Придет Байден. Байден – это не пассионарий, в отличие от Трампа он посуду не бьет, не ломает ничего. Он аппаратчик такой типа Константина Устиновича Черненко или Леонида Ильича Брежнева. Он будет опираться на аппарат, на партию, вести себя хорошо. Он старенький, значит, будут рулить многими вещами те, кто помоложе. И все будет осторожно. Есть больше шансов, что все будет как-то поприличнее.

Но там выползают из тумана одна большая вещь. Трамп же перессорился с Европой, он ее послал подальше, и Европа обиделась. Но Европа сталась немножко с нами один на один. Он говорил: мне не до вас, я с Китаем воюю. И Европа сейчас так боязно смотрит на Россию. Россия сильная, большая, а Европа брошена Америкой. Вот Байден Европу любит, он вернется на те же позиции, и Европа и Америка снова будут вместе давить на нас.

Есть еще один фактор, который для нас с тобой страшно интересен. Трамп сказал: «Если я увижу, что как-то несправедливо меня засудили на выборах, то мои сторонники… Эй, мои сторонники, вы что думаете, не приготовиться ли нам к тому, что мы выборы не признаем?» Те говорят: «Отличная идея». И стали покупать оружие. Кстати, там сейчас оружие скупается, как никогда. Еще все психованные, да еще и Black Lives Matter, COVID свирепствует. Обстановка в стране очень нервная. И большие шансы на то, что когда придут выборы, если Трамп их проиграет, он может их не признать. Кстати, и байденовские тоже могут не признать, что проиграли. И там может начаться очень много заварух. Ребята все пассионарные, оружие там разрешено, они будут бегать и защищать – одни Белый дом, другие будут штурмовать Белый дом.

Эти вещи могут очень сильно ударить по Америке. Не знаю, как национальная гвардия будет себя вести (кстати, на чьей стороне она будет - и этот президент, и тот президент). Ситуация сейчас настолько… Там же еще недавно у Трампа не было шансов победить, большинство было за Байдена. Вдруг Трамп нашел хорошие слова, плюс еще в Филадельфии начались какие-то бунты, мятежи под самыми разными лозунгами, а это тоже было Трампу на руку…

Р. Голованов:

- Давайте попробуем прогноз сделать, кто победит.

В. Сунгоркин:

- Так там разница 2 процента.

Р. Голованов:

- А давайте я за Байдена, а вы за Трампа (или наоборот). И потом скажем, что в нашей программе мы предсказали…

В. Сунгоркин:

- Ну, давай делиться…

Р. Голованов:

- Я за Трампа.

В. Сунгоркин:

- Я, пожалуй, тоже больше за Трампа. Ну, давай скажем так. Трамп может победить с минимальным перевесом. И Байден может победить с минимальным перевесом. И, скорее всего, они будут спорить, ходить в Верховный суд, доказывать. Там, по-моему, после победы еще месяца 3 все равно Трамп будет править.

Хорошо, я за то, что победит Байден. А ты?

Р. Голованов:

- Я за Трампа. Хотя тут за Байдена, считайте, и Папа Римский в открытую агитирует. И все, что происходит с этим Флойдом, это тоже предвыборная кампания Байдена.

В. Сунгоркин:

- Там все, чего ни коснись, всё предвыборная кампания.

Р. Голованов:

- Я поставлю на слабого.

В. Сунгоркин:

- А кто, по-твоему, слабый? Байден слабый?

Р. Голованов:

- Нет, Трамп. Я считаю, что Трамп сейчас слабее.

В. Сунгоркин:

- Как бы нам не запутаться. По жизни мне больше Трамп симпатичен, но теперь я говорю: «Победит Байден».

Р. Голованов:

- Вы за правду, а я за мечты.

В. Сунгоркин:

- Ну, давай так. Самое интересное, что если там начнутся все эти заварухи, с пальбой и защитой фанатиков Белого дома, это будет самое прикольное.

Р. Голованов:

- А они будут, я уверен. Трамп власть просто так не отдаст, все это будет только набирать обороты. И даже если он победит, начнется больший ад, чем если он проиграет.

В. Сунгоркин:

- Да, похоже на то. Но недолго. У них есть Конгресс, у них есть Сенат, у них есть импичмент. Кстати, Америка очень хорошо защищена институтами, в отличие от Белоруссии, где нет ничего. Проблема Белоруссии в том, что в отличие от Америки, там нет ни партий, ни парламента нормального, ни демократических традиций, ничего. Я думаю, Америка разберется быстро, и в течение месяца они всех упакуют, кого надо.

Р. Голованов:

- Ну всё, ставки сделаны.

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Apple Podcasts и Google Podcasts, ставьте оценки и пишите комментарии!

Для нас это очень важно, так как чем больше подписчиков, оценок и комментариев будет у подкаста, тем выше он поднимется в топе и тем большее количество людей его смогут увидеть и послушать.