window.dataLayer = window.dataLayer || []; function gtag(){dataLayer.push(arguments);} gtag('js', new Date()); gtag('config', 'G-1HBB79RDRC', { sampleRate: 1.1 }); Олег Кашин: Впервые Россия вместе с Эрдоганом делит маленький кусочек мира, наплевав на Запад

Олег Кашин: Впервые Россия вместе с Эрдоганом делит маленький кусочек мира, наплевав на Запад

Эдвард Чесноков и Олег Кашин обсуждают протестные события в Ереване, открытие российской военной базы в Судане, татарский национализм, годовщину окончания Первой мировой войны и спасение застрявших судов на Енисее

О. Кашин:

- Всем привет! Я – Олег Кашин. В московской студии Эдвард Чесноков. И сегодня мы сердцем, я думаю, в городе Ереване. Так, Эдвард?

Э. Чесноков:

- Безусловно, мой дорогой Олег Владимирович. Потому что, оказывается, майданы не идут на пользу государству. Оказывается, вождь улицы, как только речь идет о реальном военном столкновении и реальной угрозе, как-то теряет весь свой флер. В общем, мы видели демоверсию «Россия при Навальном». На примере Армении.

О. Кашин:

- Мы видим уже демоверсию не знаю чего. Успешного майдана или пока неуспешного, в пользу и в интересах России. Потому что, конечно, сбывается мечта кремлевских мудрецов, которые два года терпели этого выскочку Пашиняна или «Навальняна», как они его называют. В общем, добиваются его свержения. Смешно, когда, да, мирный протест, люди выходят на улицу, потом расходятся, и ничего не происходит. Оказывается, это на самом деле не работает. И я думаю, если Россия реально хочет по итогам договоренностей российско-армяно-азербайджанско-турецких свергнуть Пашиняна, придется привлекать старую добрую группу «Альфа», которая устроит новый штурм дворца Амина, а потом нам объявят, что это и была настоящая народная революция.

Э. Чесноков:

- Да, после Амина, как известно, поставили такого полупрезидента Бабрака. И после этого «армянское радио» заявило, что «Академия наук СССР переименовала аминокислоты в бабракокислоты».

О. Кашин:

- Посмотрим, кто будет после. Потому что, действительно, разговоры о том, что Путин хотел бы вернуть ветеранов карабахского клана, своих друзей – Саргсяна или Кочаряна, я думаю, все-таки в одну воду дважды войти будет нельзя, и надо будет говорить о каком-то новом пророссийском революционном лидере. Кстати говоря, где Пашинян? Сегодня какие-то, возможно, аффилированные с азербайджанской пропагандой Телеграм-каналы сообщали о том, что он укрылся на территории посольства США, как когда-то в Венгрии кардинал Минценти.

Э. Чесноков:

- Эти истории, что Ельцин координировался в 1993 году с посольством США, обстреливая Белый дом. Кстати, может быть, так и было?

О. Кашин:

- В 1991-м он собирался туда бежать, если верить Коржакову. Но почему бы и нет?

Но все же, хорошо, падет Пашинян или удержится? В отличие от Лукашенко, которому вроде бы хватило вот этого унизительного визита в Сочи, где он изгибался позвоночником перед Владимиром Путиным, Пашинян, по-моему, такой возможности уже лишен. Не находите?

Э. Чесноков:

- Вы говорите так, как будто Пашинян – это крепость последней надежды Минас Тирит из известного произведения Толкиена. Падет он или удержится? Да какая разница? Незаменимых людей нет. Вообще у меня вопрос несколько другой. Что мы видим плачи и заплачки: ах, Россия предала Армению. Что армяне-то нас на самом деле всей душой любили, а вот мы такие неблагодарные, сговорились с турками, азербайджанцами и рептилоидами, и так далее, и так далее. Это все-таки наша победа – наши миротворцы в Карабахе, или очередное поражение геополитическое?

О. Кашин:

- Вы помните последнюю титульную новеллу фильма «Операция Ы», где Вицин постоянно поправляет завскладом: «Не мы, а вы. Не наш, а ваш». Наша победа, не наша – не знаю. Я не армянин и я не Путин. А вот для Путина, да, разгром майданщиков, конечно, приятно. Впервые же, были эпизоды, когда Россия у Грузии, еще при Ельцине на самом деле она отгрызла у Грузии эти два фрагмента.

Э. Чесноков:

- При Медведеве легитимизировала это отгрызание.

О. Кашин:

- Что сделали с Украиной и что это вызвало на Западе, какую реакцию, тоже мы помним. А тут впервые Россия делит мир, ну, пускай маленький кусочек мира, делит его с Эрдоганом, абсолютно наплевав на Запад. В общем, Запад тоже как-то не настроен, судя по всему, наказывать Россию за то, что она ввела свои войска на территорию суверенного Азербайджана. Путин, действительно, сбылась его мечта.

Э. Чесноков:

- Россия же по просьбе Азербайджана ввела. Вводить войска по просьбе суверенного государства – это не преступление.

О. Кашин:

-Ой, ну представьте, если бы Россия ввела войска по просьбе Лукашенко в Минск, что бы тогда началось. На самом деле вот тоже, поскольку мы наблюдали на протяжении последних двух лет увлечение Владимира Путина историей и предысторией второй мировой войны. У меня теория, что да, он слишком много читал про «мюнхенский сговор". И мы помним публичное его выступление, когда он требовал, чтобы Запад осудил «мюнхенский сговор». Видимо, он так долго вглядывался в эту бездну, что проникся, и теперь он сам хочет вместе с Гитлером и Эрдоганом делить Армению.

Э. Чесноков:

- Подождите, господь с вами, Олег Владимирович. Ну какой Гитлер, какой «мюнхенский сговор»? во-первых, закон Годвина. Во-вторых, проблема всех этих исторических метафор – сейчас не 1938 год и не 1937-й даже.

О. Кашин:

- Не знаю, мне Эрдоган реально кажется кем-то из той эпохи. Вот такая фашистская история Европы. Не только же одним Гитлером она исчерпывается. Тогда это был общеевропейский стандарт.

Э. Чесноков:

- Миклош Хорти.

О. Кашин:

- Конечно, и Хорти, и Франко, и Муссолини, и даже албанский король Зогу. Тоже типаж 30-х годов. Конечно, Эрдоган оттуда. Где его хранили все эти 80 лет?

Э. Чесноков:

- Да не знаю Я, конечно, понимаю, что мы с вами антифашисты. Но вот это постоянное гитлеробесие, черепомерка наша с вами, только на другой манер. Не знаю, давайте все-таки уйдем от э тих метафор?

О. Кашин:

- Давайте, конечно, уйдем. И что вы предлагаете? Какая метафора должна быть? Метафора крестового похода против мусульманской экспансии? Так ведь мусульманская экспансия в итоге, да, город Шуша, теперь там с минаретов кричат муэдзины, по данным Телеграм-канала «Девичья башня».

Э. Чесноков:

- Это все Телеграм-войны, которые мы наблюдаем. Вот страшно меня заинтересовала другая новость, что в Африку Россия возвращается, на черный континент. Документ от 6 ноября, который прошел совершенно мимо всех. Мы создадим, оказывается, военно-морскую базу в Судане. Не может русский человек спать спокойно, пока в Судане военно-морской базы нет.

О. Кашин:

- Давайте вы меня поздравите как старого моряка, а я вас – как старого пригожинца. Действительно, такие хорошие новости с точки зрения… Я в морской юности об этом мечтал. Я помню, мы посещали Бермудские острова. Бог знает где вообще они находятся.

Э. Чесноков:

- Это Бермудский треугольник?

О. Кашин:

- Да, конечно.

Э. Чесноков:

- Но вы там не пропали?

О. Кашин:

- Как видите. Хотя, может быть, и пропал.

Э. Чесноков:

- Может, вас подменили там на какого-нибудь рептилоида. Кашин – рептилоид.

О. Кашин:

- Это вполне может быть. Но к чему я говорю. Да, какой-то далекий остров непонятно где. Остров Гамильтон. Там британский флаг, классические британские оборонительные сооружения. Видно, что это империя. И вот тоже – Судан. Приезжаешь в Судан, а там советская военно-морская база, где наши настоящие кап1, кап2, кап3 ругаются матом, матросы шаровой краской что-то красят.

Э. Чесноков:

- В советское время она была на берегах Эфиопии.

О. Кашин:

- Я говорю про сейчас. Что да, вот возвращается то, о чем мы мечтали в 90-е. Вы помните, с чего начался Путин? С закрытия российских уже военных баз в Камрани и Лурдесе – на Кубе и во Вьетнаме.

Э. Чесноков:

- На Кубе это все-таки была не база, а, скорее, такой пункт радиоэлектронной разведки.

О. Кашин:

- Да, и станцию «Мир», как мы помним, тоже погрузили в океан. В общем, да, наверное, Путин закрывает гештальт первых лет своего царствования. Потому что прикольно, действительно, по-человечески прикольно, вот такая должна быть империя.

Э. Чесноков:

- А помните, такие младонавальнисты, когда еще даже Навальный был просто талантливым борцом с коррупцией, писали топ-10 антидостижений Путина, что закрыл вот он эти несчастные Камрань и Лурдес. А вот сейчас они будут писать, что, ах, мы не правы были, и это здорово, что у нас будет база еще и в Судане?

О. Кашин:

- Я сказал, что тут либо моряк радуется, либо пригожинец. Вопрос – это будет реальная база военно-морского флота России или ООО «Суданинтернэшнл», где непонятные люди на непонятных кораблях будут заниматься непонятно чем.

Э. Чесноков:

- ООО «Суданский школьник».

О. Кашин:

- Вы лучше ориентируетесь в этом брендинге. В общем, шутка отличная.

Э. Чесноков:

- Но в чем дело. У меня есть целая конспирология, зачем нам база. Не для того же, чтобы щелкнуть по носу Байдена, хотя это очень подозрительно. Это все звенья одной цепи. Байден, выборы Шредингера, база в Судане. Почему? В ЦАР, в Южном Судане – в Дарфуре, в Эфиопии сейчас начинается тоже полугражданская война, в Ливии. Почти во всех этих странах, кроме Эфиопии, так или иначе оперируют наши «еноты». Их надо как-то снабжать. Как их проще всего снабжать? Так же, как в Сирии – по морю. И тут совершенно неожиданно – база в Судане. Получается, что мы готовимся.

О. Кашин:

- Давайте в ваш словарь уточнение внесем. Мне казалось, «енотами» вы называете российские частные военные компании, которые действуют без согласования с Кремлем и Минобороны, а на свой страх и риск. Так или нет?

Э. Чесноков:

- Понимаете, в чем проблема. Что вот это умножение сущностей – это умножение «енотов». Я уже не исключаю, что там в совсем какой-нибудь Дарфур, в какой-нибудь Тыграй просто съедутся какие-нибудь казаки условного атамана Козицына из-под Новочеркасска и будут там действовать. Потому что это же исторически. Вот вы начали с метафоры про Мюнхен. Я вам скажу, с метафоры про африканских казаков, которые просто приехали, просто сказали: типа мы от царя. На самом деле они не от царя. Но негус эфиопский думает, что они от царя. Взял их на службу, воевал с ними с итальянцами.

О. Кашин:

- Мы с вами вчера дискутировали про казаков фон Паннвица. Тоже, конечно, опыт русского казачества вне государства со столицей в Москве. Всякое бывает. В общем, посмотрим. И новость о военной базе в Судане, как и новость о российском контингенте в Нагорном Карабахе, мы встречаем со сдержанным оптимизмом. Хочется пожелать, как бы это ни прозвучало, что называется, сил и терпения армянам – московским, ереванским, карабахским, каким угодно. Потому что мы, русские, помним, что такое поражение, помним, что такое потеря территорий. Это, действительно, больно, это страшно. Держитесь, армяне! Все будет хорошо. Может быть, в следующей жизни.

Э. Чесноков:

- В следующем блоке мы поговорим о страшном. О том, что некие тюркские агенты, окопавшиеся в Поволжье, клепают свои русофобские листки.

О. Кашин:

- Страшная новость, трагическая новость. А именно, казанская газета «Тюркский взгляд» вышла с первой полосой, на которой большой азербайджанский флаг и на двух языках написано: «Азербайджан, наши сердца с тобой». Эдвард, кошмар?

Э. Чесноков:

- Отчасти, да. Потому что вопрос же, у нас все-таки Российская Федерация или Россия, и как это вообще понять? Вот уже телеграмщики на самом деле провели расследование, что учредитель этой газеты, лидер Союза татарской молодежи «Азатлык». Это такая националистическая организация. Ведь у нас все говорят, что национализм – это плохо. Но оказывается, вот есть какой-то такой национализм, который уместен или, по крайней мере, не запрещен.

О. Кашин:

- Давайте еще сошлемся на то, что эту организацию «Азатлык» спонсирует, угадайте, кто?

Э. Чесноков:

- Не знаю, кто. Может быть, Сорос, Ротлишьд, рептилоиды? Кто?

О. Кашин:

- Всего лишь азербайджанцы, аналогичная молодежная организация из Азербайджана финансирует такую же организацию в Казани. Это, действительно, забавно. Тем более, как выяснили наши коллеги из Телеграм-канала «Русское будущее», организацию «Азатлык» рекламирует одноименное радио – радио «Свобода», "Idel.Реалии", которые тратят значительные усилия на поддержание пламени татарского национализма. Но с точки зрения Кремля или даже казанского кремля, - уж не знаю, в Казани же в кремле сидит Минниханов или не в кремле? - допустим, в кремле, я бы такие организации как раз культивировал. Потому что, во-первых, они показывают Москве, что если вы нам не дадите федеральный транш, значит, у нас поднимет голову национализм. Вот гадкий, иноагентский. Во-вторых, конечно, занимать нишу. Потому что, когда какие-то непонятные проамериканские, проазербайджанские фрики занимают нишу татарского национализма, значит, весь радикализм канализируется, ну, примерно как и в Навального российская оппозиция.

В общем, здесь на самом деле не так все тревожно. Хотя, конечно, важно понимать, что когда мы говорим о большом тюркском мире, он своими кусочками, некоторыми клешнями немножко накладывается на карту русского мира. И вот вопрос: Казань – а это русский мир или тюркский? – остается открытым, даже несмотря на то, что эти организации пока не вызывают серьезной тревоги.

Э. Чесноков:

- Вот что забавно. Читаю Википедию, как раз про радио «Свобода», которое тоже называется «Азатлык», как и вот эта молодежная организация. С января 2012 года закрывается бюро этого радио в Казани по причине сокращения расходов на радио Конгрессом США.

О. Кашин:

- Подождите, Эдвард. Мне казалось, это интрига, связанная с инициативами Трампа. И, по-моему, демократы в Конгрессе как раз пытались это заблокировать. И вроде бы отбили. Или нет? Или закрывают?

Э. Чесноков:

- Нет, это прям сообщение от декабря 2011 года, что в Казани закрывается бюро радио «Свобода». Причем еще до закона об иноагентах. Просто взяло и закрылось. Это просто забавно.

О. Кашин:

- Да, действительно, забавно. Тем более, что бюро – ладно, значит, не из Вашингтона будет, а из Праги вещать. И "Idel.Реалии" сайт жив, и регулярно мы с ними полемизируем, в смысле «мы» - мы как мы.

Э. Чесноков:

- Они вас цитируют.

О. Кашин:

- Нас, Эдвард, нас с вами они цитируют. И они, конечно, да, молодцы. В общем, что здесь сказать? Беречь Россию надо. И такими темпами есть риск, что мы ее не убережем. Или вы ее не убережете.

Э. Чесноков:

- Я не настолько моложе вас, чтобы вы всю ответственность на меня перекладывали. Нет-нет, Олег Владимирович, вы тоже работаете, тоже открываете широкий общероссийский патриотический фронт.

О. Кашин:

- Хорошо, «трудную службу сегодня несем вдали от России». Между прочим, в самой России тоже все не слава богу. В частности, вы знаете, что в Тамбовской области осталось всего два волка? Я потрясен.

Э. Чесноков:

- Это вы о людях?

О. Кашин:

- Я о животных.

Э. Чесноков:

- Господи, о волках! Но такого же не может быть. Ведь это же бренд, это как стеллерова корова, как драконы острова Комодо, как вараны откуда-то еще. Господи, всего два!

О. Кашин:

- Вы сказали про стеллерову корову. Понятна ваша аллюзия. Исчезнувший вид морского австралийского, по-моему, животного.

Э. Чесноков:

- В Тихом океане где-то.

О. Кашин:

- Зато вчера в Австралии открыли Чебурашку. Буквально такое животное, его не было до сих пор, его не замечали. Млекопитающие, летающий кускус какого-то вида. Он реально летает как белка-летяга и похож на Чебурашку.

Э. Чесноков:

- Есть целая наука – криптозоология, которая ищет разных животных, которые считаются мифическими. Снежного человека ищет. Но давайте вернемся к лесам Тамбовской области. В 2007 году волков было 10. И при этом параллельно приходит новость, что какого-то бизнесмена, я сейчас даже не называю его фамилию, хотя она очень резко национальная, чтобы еще больше не разжигать, что его арестовали, что у него в машине нашли четыре трупа животных, которых он убил на нелегальной охоте.

Давайте уже что-то сделаем, например, внесем мораторий на охоту. Да, пусть малые народы в далеких наших областях вечного льда охотятся. Потому что это часть их жизни. Но цивилизованному человеку зачем охотиться? Чтобы что? Кому он что хочет доказать, убивая зверей? Он же их даже есть не будет. Запретить охоту!

О. Кашин:

- Можно сделать воротник, допустим, из лисички. И опять же, уж не резиденту Великобритании, мне, критиковать охоту, которая здесь является важнейшей частью местной аристократической культуры. А что касается конкретных волков, Эдвард, я на самом деле не раз сталкивался еще в своей репортерской молодости с ситуациями, когда население, прежде всего пастухи, овцеводы и так далее, сами, естественно, с разрешения властей в России, в регионах отстреливали волков. Потому что волк – это опасный и вредный хищник.

Э. Чесноков:

- И при этом совершенно неожиданно получается, что когда мы отстреливаем волков, то расплодились всякие паразиты, мы совершенно убираем целое звено из пищевой цепочки, и вот те, кем волк вроде бы питается, наподобие зайцев, они неуемно размножаются, портят посевы, и вообще становится плохо. Где Грета Тунберг? Где наша русская Грета Тунберг, которая встала бы с плакатом, на котором было бы написано «Je suis Volk!».

О. Кашин:

- Вы задаете вопрос, как будто бы ответа на него нет. А он есть. Русскую Грету Тунберг зовут Сергей Борисович Иванов, который знаменитый бывший министр обороны, бывший глава администрации президента, в последние годы он, как известно, президентский уполномоченный по экологии. И мы помним его встречи с Памелой Андерсон, с которой они обсуждают вроде бы защиту диких животных, но выглядело это довольно комично. Поскольку вот такая эротическая звезда нашей юности. В итоге человек добивается успеха в Кремле.

Э. Чесноков:

- На этот раз – вашей юности, Олег Владимирович.

О. Кашин:

- Даже не только моей, а даже его, то есть человека поколения моих отцов. И в итоге, добившись абсолютного успеха во власти, чего ты хочешь, Сергей Иванов? Позвать Памелу Андерсон в Кремль и с ней сфотографироваться.

Э. Чесноков:

- Это хорошо. Потому что благодаря Сергею Иванову леопард дальневосточный котиться начал. Размножаться то есть. Нам нужен наш глобальный русский проект. Тем более, даже Байден в США уже говорит, что надо экологию защищать. А то скоро республиканцев не на чем будет вешать, уже все деревья извели. Он так говорит. И это может быть наша смычка с этой демократической жабой. Мы за экологию, так и вы за экологию.

О. Кашин:

- То есть, Эдвард, вы без оптимизма смотрите на новости из Джорджии, которая анонсирует ручной пересчет голосов?

Э. Чесноков:

- Это вы про выборы Саакашвили в Грузии?

О. Кашин:

- Ой, вы реально все сегодня почему-то шутите про Грузию. Почему так?

Э. Чесноков:

- Не знаю. Не может русский человек не думать о том, как бы там вторгнуться в какую-нибудь малую беззащитную страну и злодейски построить там библиотеку.

О. Кашин:

- В общем, да. Но штат «Унесенных ветром» заслуживает других ассоциаций. Как вы считаете, это что? Потому что я сегодня столкнулся с теорией, что Трамп уже смирился, что он уходит, и пытается просто добиться своего статуса лидера другой Америки. Той, которая не хочет быть с Гретой, не хочет быть с другими.

Э. Чесноков:

- Я думаю, что ему просто объяснили, что если он уйдет, то начнутся не только посадки, но и массовые расстрелы. И что чисто из чувства самосохранения, как Ельцин в 1996-м, вы меня понимаете, ему надо остаться. Но в Джорджии что прекрасно? Этот штат – республиканский. Там губернатор республиканский, там представители в Сенате и в Палате представителей республиканцы. То есть, да, естественно, протрамповский губернатор может отдать такой приказ. Но в других-то спорных штатах, там не протрамповские губернаторы. Вот на севере, в районе Великих озер, например?

О. Кашин:

- Главное – посеять сомнения в души людей. Хотя на самом деле люди в последнее время таковы, как мне кажется, что никакого зерна сомнения в их душе быть не может. То есть такой, не знаю, всеобщий 1927 год, когда бьют левый уклон, бьют правый уклон, главное, что оба уклона хуже, главное – следовать магистральной линии партии.

Э. Чесноков:

- А Ильф и Петров пишут «Двенадцать стульев» в этом году.

О. Кашин:

- Давайте вы будете Ильф, а я буду Петров.

Э. Чесноков:

- В смысле, вы будете писать, а я буду бегать по редакциям. А вы будете смотреть, чтобы рукопись не украли. Чтобы Ходорковский к вам на чай не пришел и не украл рукопись.

О. Кашин:

- Или Чичваркин. В общем, действительно, суровые времена наступают. Двадцатые годы, Эдвард, между прочим, сегодня важная историческая дата.

Э. Чесноков:

- А еще мы поговорим о челюскинской эпопее. Вот опять рифмовка, что ледокол «Авраамий Завенягин» в дудинском порту героически вызволяет суда, попавшие в ледовый плен. «Челюскин» - это 1935 год?

О. Кашин:

- 1934-й даже.

Э. Чесноков:

- А потом, как известно, наступил 1937 год вот на этом календаре. И в этом на самом деле как-то страшновато немного.

О. Кашин:

- У нас еще 17 лет до 37-го года. Я думаю, мы еще успеем сами кого-нибудь расстрелять.

Сегодня 11 ноября – официальный день окончания первой мировой войны. Тот день, который, когда было столетие начала первой мировой в 2014 году, пытались как-то вернуть в российский исторический календарь. По крайней мере, Мединский пытался, Путин был не против. В общем, не лежит душа у русских к великой войне, в которой наш народ не просто поучаствовал, а в известном смысле погиб. Почему так, Эдвард, происходит?

Э. Чесноков:

- Более того, не то что даже участвовал, не участвовал, а на весну 1917 года мы имели очень выгодные позиции. Мы не дошли, отступая, даже до великорусских губерний. То есть примерно от Балтики до Черного моря мы фронт держали.

О. Кашин:

- Как сказал Черчилль…

Э. Чесноков:

- Ставка в Могилеве располагалась. Могилев – это вообще очень сильно на западе.

О. Кашин:

- Как сказал Черчилль, что «наш корабль затопили, когда он уже входил в гавань». Грустная история.

Э. Чесноков:

- Надо сказать, что сам Черчилль к этому как бы руку и приложил, а потом следующее правительство отказалось принять Николая II, погрузить его на английский броненосец и эвакуировать. Но это другая история. И что поразительно, в Саудовской Аравии на церемонии к годовщине окончания первой мировой, которую посетили украинские консулы, произошел взрыв. Причем кладбище было не мусульманское. Какой-то человек взорвал гранату, но, к счастью, погибших нет. Греческий дипломат пострадал.

О. Кашин:

- Эдвард, вы такая путинская пропаганда… «На которой присутствовали украинцы…». В общем, украинцы к этому не имеют отношения. Но на подкорке у слушателя останется, что украинцы виноваты.

Давайте еще одну дату. Тем более что вот тут украинцы пускай понервничают. Потому что дата связана с нашим Крымом. Причем с нашим во всех смыслах. Сегодня ровно сто лет, как генерал Врангель отдал свой последний приказ по армии и Крыму. «Оставшаяся одна в борьбе с насильниками, Русская армия ведет неравный бой, защищая последний клочок Русской Земли, где существует право и правда. В сознании лежащей на мне ответственности, я обязан заблаговременно предвидеть все случайности.
По моему приказанию уже приступлено к эвакуации и посадке на суда в портах Крыма всех, кто разделял с армией ее крестный путь, семей военнослужащих, чинов гражданского ведомства с их семьями и отдельных лиц, которым могла бы грозить опасность в случае прихода врага. Армия прикроет посадку, памятуя, что необходимые для ее эвакуации суда также стоят в полной готовности в портах, согласно установленному расписанию. Для выполнения долга перед армией и населением сделано все, что в пределах сил человеческих. Дальнейшие наши пути полны неизвестности. Другой земли, кроме Крыма, у нас нет. Нет и государственной казны. Открыто, как всегда, предупреждаю всех о том, что их ожидает. Да ниспошлет Господь всем силы и разум пережить и одолеть русское лихолетье».

В общем, сто лет исхода из Крыма. Сто лет как Россия, которая погибла как раз в той войне, прекратила свое существование. Такая дата – тоже тихая, тоже незаметная, никто ее не замечает. Что скажете, Эдвард?

Э. Чесноков:

- Я вспоминаю вот эту картину художника Дмитрия Белюкина, которая называется «Белая Россия. Исход». Это невероятной силы полотно. Люди, погрузившиеся на корабль, уплывают. Те же стихи одного из русских поэтов-эмигрантов: «Уходили мы из Крыма среди дыма и огня». И там сюжет этого стихотворения в том, что «я с кормы все время мимо своего стрелял коня».

О. Кашин:

- Это такой бродячий сюжет. Советское поколение помнит этот же сюжет – Высоцкий коня убивал в фильме «Служили два товарища» в такой же ситуации. Интересный момент. Понятно, что потом в 80-е годы воспетая писателем Аксеновым идея «Острова Крыма», а вот если бы из Крыма не ушли, только в Крыму бы остались, вот бы был наш Тайвань.

Э. Чесноков:

- А потом Аксенов, правда, другой, стал руководителем Крыма. Как жизнь срифмовалась.

О. Кашин:

- Я к этому и клоню. Что, действительно, этот полуостров, в общем, не самый богатый, не самый густонаселенный, не самый интересный с точки зрения туризма, он почему-то иногда играет в судьбе России роковую роль.

Давайте про это порассуждаем. Потому что приходит Турции на Южный Кавказ, в традиционную многовековую зону влияния России вызывает теперь разговоры о том, что не придет ли теперь Турция в Крым через какую-то пару лет, может быть, при будущей смене власти, при каком-то транзите. Есть ли такой риск возвращения Османской империи на нашу землю? Тем более, что мы говорили об этом в контексте Татарстана.

Э. Чесноков:

- Так если Россия будет сильна, если людям будут говорить, что вы не многонациональные непонятные неваляшки, а вот жители России, русские разного этнического происхождения, с разными религиозными взглядами, вот как руководитель этого нашего контингента, русский воин. А знаете, кто возглавляет наш контингент миротворческий?

О. Кашин:

- Азербайджанец из Дагестана.

Э. Чесноков:

- Он не азербайджанец. У него более сложная национальность.

О. Кашин:

- Лезгин?

Э. Чесноков:

- Я вот, честно, сейчас боюсь перепутать. Не буду говорить. Но вот просто погуглите.

О. Кашин:

- Мы с вами каламбурили насчет Бабрака Кармаля, а на самом деле тоже великая история, когда послом России в Афганистане в Кабуле был человек по фамилии Кабулов. Тоже, видимо, так подбирали.

Хочу вернуться к теме и первой мировой, и к столетию русского исхода. Действительно, давайте зафиксируем, 30 лет прошло после падения коммунистического режима, но важные и омытые нашей кровью, кровью наших предков или наших родственников, братьев по крови, эти даты, эти явления, эти факты русской истории остаются вне сознания наших людей, нашего общества. Во многом потому что власть, люди советского поколения зациклены на 1941-1945 годе и ничего больше знать не хотят. Они остаются советскими.

Э. Чесноков:

- Когда у людей умирают родители во время блокады, например, то мы никак не можем упрекать людей в этом, что они думают об этом.

О. Кашин:

- Вот тоже интересно – у людей умирают родители. Во-первых, у одного конкретного человека.

Э. Чесноков:

- Но не только у него.

О. Кашин:

- Конкретно у него брат умер. Конкретно о нем речь идет, потому что на него замыкается слишком многое. Ну хорошо, блокада. Возьмите дневник Любови Шапориной. Русской женщины, русской интеллигентки, ненавидевшей большевиков, сидевшей в блокадном Ленинграде. Это лучший, наверное, русский мемуарный текст этого века. Я бы его в школах преподавал. Тоже всем советую.

Нужна десоветизация даже не табличек уличных, а памяти и мироощущения. Потому что мы, вот уже я говорю «мы» и о вас даже, и обо мне, слишком приросли к чужому, слишком приросли к этой ленинско-сталинской схеме. И даже когда мы говорим о Нагорном Карабахе, тут же возникают голоса: а вот надо вернуть Советский Союз, и тогда снова будет мирно. Что у людей в головах плещется? Какой Советский Союз?

Э. Чесноков:

- Я разговаривал с одной девушкой из Казахстана родом, она лет двадцать живет в Москве. Она примерно моего возраста. Делает очень успешную карьеру. Она и казашка, и язык знает. Абсолютно внешне казашка. Я ее спрашиваю: а ты патриотка России? Она так думает, молчит. Я говорю: хорошо, а ты патриотка кого? Наверное, все-таки я патриотка СССР. А ей 27 или 28 лет. Наши казахские панфиловцы защищали эту страну. Я патриотка СССР.

О. Кашин:

- Мы помним, когда была эта дискуссия о том, были ли панфиловцы, закончившаяся увольнением директора Росархива Мироненко, который настаивал, тряся документами, что не было, что их придумали, в итоге, насколько я понимаю, сыграло серьезную роль то, что в Казахстане это одна из ключевых духовных скреп, и отрицание подвига панфиловцев привело бы к какому-то крушению казахской ментальности.

Э. Чесноков:

- Руководителя нашего миротворческого корпуса в Карабахе зовут Мурадов Рустам, он родом из села Ханак Табасаранского района. Он табасаранского происхождения. Это один из коренных народов Дагестана, не азербайджанец.

О. Кашин:

- Но мусульманин, по крайней мере. Я не говорю, что нужно было делать командиром этой группировки армянина.

Э. Чесноков:

- Я думаю, что зам точно христианин. Как в советское время делали.

О. Кашин:

- Второй секретарь всегда русский. Удивительное дело, блин, нашли бы чеченца хотя бы. Ладно, хоть и мусульманин, но, по крайней мере, с азербайджанцами нет общего корня. Тут мы ворчим уже как старые фашисты. Давайте не будем этого делать.

Э. Чесноков:

- Я думаю, что у нас с вами одна национальность – люди, земляне.

О. Кашин:

- Расскажите об этом татарской газете, которая радуется победе одной из сторон в этой войне. В общем, мы прекрасно понимаем, что такое в действительности российская многонациональность. Мы привыкли так жить. И это тоже такой шаг к двоемыслию, когда ты как бы русский, но ты не имеешь права об этом говорить, потому что это заденет твоего мифического друга чуваша, которого у тебя нет.

Э. Чесноков:

- Да, я вас понял, это аллюзия на стихотворение Маяковского известное. Но я не знаю, мы же с вами уже примерно недели три или четыре об этом говорим на радио "Комсомольская правда", и ничего, как-то говорится вполне себе.

О. Кашин:

- Ой, наверное, это потому, что нас не слушает, не знаю, кто, какая-нибудь община агрессивная, которая подумала бы: что они разжигают? Как повезет.

Э. Чесноков:

- В 64 городах вещаем. И даже дальнобойщики между этими городами нас слушают. Так что не знаю, я бы все-таки смотрел в русское будущее с оптимизмом.

О. Кашин:

- В Телеграм-канал «Русское будущее», на который мы ссылались, когда говорили про татарскую газету. В общем, на самом деле все грустно. И каждый раз, когда какие-то большие новости происходят, ты думаешь: действительно, проходили эти десятилетия, век, больше, а в итоге мы оказываемся там же. Восточный вопрос, великая шахматная доска…

Э. Чесноков:

- Так и хорошо же. Распил в Третьяковской галерее, о котором мы вчера говорили.

О. Кашин:

- Схемы, схемы… У нас сегодня будут схемы?

Э. Чесноков:

- Нет, сегодня не будет схемы. Сегодня будет «Авраамий Завенягин», которого мы анонсировали еще в прошлом блоке. Мы узнаем, что же происходит в дудинском порту. И кто такой Завенягин. Это не локальный святой, это очень интересный человек.

О. Кашин:

- Эдвард, объясните, что там в Дудинке с этим кораблем «Авраамий Завенягин»?

Э. Чесноков:

- Там Енисей уже замерз. Мы здесь с вами сидим в нашем с вами теплом лондонском бункере, думая о России. А северный завоз уже давно закончился. Чтобы вы понимали, северный завоз – это те пара месяцев, когда можно забросить и товары, и продукты, и топливо на севера, чтобы они потом зимовали. И очень часто последний караван судов идет, потому что иначе люди просто голодать будут, идет уже в последний момент в ледостав. Если ты на несколько часов буквально опоздаешь, то все. Так прямо и говорят – последние пять часов. Встанешь и будешь зимовать.

О. Кашин:

- Вы сегодня вспоминали эту шведскую школьницу, которая говорит, что глобальное потепление. Где оно?

Э. Чесноков:

- Не знаю. Я думаю, что просто в одном месте глобальное потепление, в другом – похолодание. Потому что в земле все сбалансировано. Так вот, несколько судов, которые обеспечивали вот этот северный завоз по Енисею, замерзли. И ледокол «Авраамий Завенягин» 11 суток проводил спасательную операцию. Да, часть он смог спасти судов и вывести, но еще три судна остались уже до весны. Возникает вопрос: а кто такой Авраамий Завенягин, что в честь него называют ледокол?

О. Кашин:

- Я думаю, только наша программа может позволить себе, подавая эту новость, задать главный вопрос: кто такой Авраамий Завенягин?

Э. Чесноков:

- Любители советской власти, лучше сделайте микрофоны потише.

О. Кашин:

- На самом деле я как раз произнесу противоречивую речь. Поскольку, да, это бериевский прихлебатель, это генерал Министерства госбезопасности.

Э. Чесноков:

- Он, стати, даже внешне, фенотипически похож на Берию, только без очков.

О. Кашин:

- И при этом это великий организатор советской промышленности. Основатель пресловутого «Норникеля». Когда мы говорили о богатстве Прохорова, Потанина и так далее, он, Завенягин, это все создал.

Э. Чесноков:

- Который тогда назывался Норильский горно-металлургический комбинат (Норлильлаг).

О. Кашин:

- Русские люди, которых советская власть сделала рабами, в вечной мерзлоте выдолбили этот комбинат.

Э. Чесноков:

- Но Авраамий Павлович Завенягин родом со станции Узловая, он же тоже русский.

О. Кашин:

- Бывает. Мы вчера говорили про коллаборационистов. Русские и в армии Гитлера служили. И ничего. Это тоже главная трагедия, что вот настолько приросли к этому всему. Как отделить? Человек уже и после, они при Берии еще и создавал атомную бомбу, и был потом первым министром вот этого Средмаша, того, что сейчас называется Росатом. Он и Росатома основатель. И как быть, что и Росатом, и «Норникель» - это бывшие лагеря?

Э. Чесноков:

- При нем первый в СССР металлизированный уран получен, без которого атомная бомба была бы невозможна.

О. Кашин:

- Я тоже вспоминал это, как калининградец. Поскольку у нас в регионе есть праздник – День янтаря. А почему в этот день? А потому что в этот день даже в Восточной Пруссии, отвоеванной у немцев, создали лагерь Гумбиннене, лагерь, который добывал янтарь, который сейчас принадлежит Ростеху в виде янтарного комбината. Такая дикая история. Опять же, мы не говорим, что это кровавый палач. Это менеджер, который в Америке был бы там не знаю кем – Рокфеллером.

Э. Чесноков:

- Фордистом был бы. Было такое слово в 30-е годы – фордизм.

О. Кашин:

- Я вспоминаю тоже легендарного Эдуарда Берзина, основателя Дальстроя, собственно, магаданских лагерей, о котором даже Шаламов отзывался тепло. Потому что мужик хотя бы понимал, как сделать так, чтобы…

Э. Чесноков:

- Касаемо все-таки Завенягина, он 1901 года рождения. В 29 он остановится ректором МИСиС, потом руководит металлургическим заводом в 32 года. Потом тоже в очень молодом возрасте становится директором Магнитогорского металлургического комбината. И так далее. У меня возникает вопрос. Как нам говорят, что в царской России человек не смог бы сделать столь блистательную карьеру из-за сословных перегородок.

О. Кашин:

- Наш известный и ценимый мною публицист правых взглядов Егор Холмогоров последние пару лет доказывает фактами, биографиями, что сделал бы карьеру. Более того, когда мы говорим, это такой советский миф, 28-летний директор металлургического гиганта. А заместителем у него – 50-летний царский инженер. Потому что этот молодой директор прислан партией, ничего не знает, не умеет, учится. Да, Магнитку понятно кто строил. Мы тоже обсуждали американского инженера Кана, который обеспечил нам своей гигантской компанией…

Э. Чесноков:

- Россию строил инженер Альберт Кан. А у нас сейчас Олег Кан, который крабовый король, как подозревают, убил лет десять назад конкурента по бизнесу и потом уехал.

О. Кашин:

- Читатель ждет уж рифмы «Собчак»…

Э. Чесноков:

- Да, точно.

О. Кашин:

- Мы промолчим.

Э. Чесноков:

- Я к тому, что каждая эпоха имеет того Кана, которого заслуживает.

О. Кашин:

- День получился исторический. И если сейчас эпоха не инженеров, то кого?

Э. Чесноков:

- Поваров, Олег Владимирович. Поваров!

О. Кашин:

- Повара пекут друг другу торты, как поется в песне. Да, вы правы совершенно. Я тоже хотел сказать, что эпоха полевых командиров. Потому что, действительно, война показала, что какой-нибудь…

Э. Чесноков:

- Вы про свою колонку про Моторолу намекаете? Заключительный вопрос. Оппозиционные фракции парламента Армении потребовали у Пашиняна до полуночи уйти. Как думаете, уйдет?

О. Кашин:

- А он уже ушел. Где он? Он же так и не нашелся. И мы не понимаем, где он. Эти слухи про посольство…

Э. Чесноков:

- Он там стримит периодически на Фейсбуке, что-то вещает. Не знаю, где Пашинян.

О. Кашин:

- Я тоже стримлю, но я сижу в бункере. И никого нет рядом. В общем, грустная история. Что делать. Давайте поставим ставки. Мы традиционно с вами заключаем пари, про которые забываем. Уйдет или не уйдет?

Э. Чесноков:

- Я думаю, что уйдет.

О. Кашин:

- Посмотрим. На самом деле грустно. Потому что история о том, что мирный протест и интеллигенция во главе государства в итоге оборачиваются непонятно чем, она традиционная, уже не раз такое бывало. И в России тоже. И мы вздыхаем, потому что о русском Гавеле мы тоже мечтали когда-то. Потом, я думаю, перестали. Или смирились с тем, что русский Гавел – это Владимир Путин.

Э. Чесноков:

- Так и хорошо. Вы знаете, что у Владимира Путина есть книга, как и у Гавела. Он вместе, по-моему, с Ротенбергом написал учебник по дзюдо. Я его читал. Я один из немногих людей, который читал этот учебник. Это, действительно, очень мудрая книга. Сейчас это уже библиографическая редкость. Но при желании можно найти в Сети практически что угодно. Вот, господа, читайтесь, учитесь мудрости.

О. Кашин:

- А у кого нет книги про дзюдо, найдите книгу «От первого лица», где первое большое, размером с книгу, интервью Владимира Путина. Там тоже вся эта история про крысу и так далее.

Мы прощаемся до завтра. Надеюсь, завтрашний день принесет больше радости.

Э. Чесноков:

- Будем смотреть с оптимизмом в завтрашний день. Потому что не только лишь все могут это делать, как говорил интеллектуал Кличко. Все будет хорошо.

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Google Podcasts или Apple Podcasts, ставьте оценки и пишите отзывы!

Для нас это очень важно, так как чем больше подписчиков, оценок и комментариев будет у подкаста, тем выше он поднимется в топе и тем большее количество людей его смогут увидеть и послушать.

Выведем Кашина на первое место в топе!