window.dataLayer = window.dataLayer || []; function gtag(){dataLayer.push(arguments);} gtag('js', new Date()); gtag('config', 'G-1HBB79RDRC', { sampleRate: 1.1 }); Почему СК возбудил дело о нарушении полетов сбитого Азербайджаном российского вертолета

Почему СК возбудил дело о нарушении полетов сбитого Азербайджаном российского вертолета

Эдвард Чесноков и Олег Кашин обсуждают возбуждение уголовного дела по факту гибели российского вертолета, санкции Евросоюза против Белоруссии, скандал с «Тотальным диктантом - 2021», коррупцию в Ельцин-центре и калининградского педофила

О. Кашин:

- Всем привет! Я – Олег Кашин. И где-то в глубинной России Эдвард Чесноков. И убийство азербайджанскими военными российских военных из вертолета Ми-24 Юрия Ищука и Романа Федина сегодня переживает интересный сюжетный поворот, а именно российские военные следователи возбудили уголовное дело по факту крушения российского вертолета. И при этом дело возбуждено по статье о нарушении правил полетов или подготовки к ним, то есть, по сути, против самих летчиков.

Э. Чесноков:

- Да, очень странная история. Но я хочу сказать, что вертолет, может, кто-то об этом не знает, он совершенно легально и легитимно базировался на той самой нашей базе в Армении, в Гюмри-102 российская военная база. И летел, собственно, единственное, чего я не понимаю, что нам четко не объяснили, в чем была задача вертолета. Боевая или не боевая, куда он летел? Если он доставлял какой-то груз, то почему ничего не известно об этом грузе? Я просто хочу, чтобы нам объяснили.

О. Кашин:

- Думаю, вы понимаете прекрасно, что российские и официальные лица вообще как класс, а особенно Министерство обороны никогда не обсуждают такого. Даже вы сказали: нам не объяснили, куда он летел. Конечно, боевая задача, стоящая перед вертолетом, не публичная всегда будет и остается.

Давайте по самой мягкой и терпимой по отношению к Минобороне планке подойдем к этому вопросу. Допустим, стоит выяснить и следователи должны выяснять, кто ему дал приказ туда лететь. И почему он летел без огневой поддержки, почему ему не дали приказа…

Э. Чесноков:

- Почему в темное время суток?

О. Кашин:

- Да. Почему не стрелял в ответ? Все это надо выяснять. Допустим, легко это представить, но, во-первых, люди, которые принимают такое решение в Следственном комитете, в Минобороны, какими бы они дисциплинированными и законопослушными не были, они должны понимать, как это выглядит. И выглядит это после того, как азербайджанцы признали свою вину…

Э. Чесноков:

- И даже пообещали провести тщательное расследование!

О. Кашин:

- Да, и прокуроры созванивались. И вдруг российская сторона как бы по умолчанию признает какую-то ошибку. Хотя, откровенно говоря, это не в привычке российских специальных лиц признавать свои ошибки. И обычно не так себя ведут, нет такого, что ой, а вот мы погибли, наши люди погибли, значит, в нас дело. Это какая-то новинка. И какое-то желание понравиться азербайджанцам, что ли? Это, действительно, и пиаровски провально, и аморально. Тем более, мы понимаем, выпрыгнул штурман, выживший член экипажа. И сейчас еще окажется, что он будет обвиняемым по этому уголовному делу.

В общем, надеюсь, что здесь какая-то ошибка. Понятно, что это наивная надежда, но поскольку об этом сообщил со ссылкой на источник Интерфакс, может, корреспондент Интерфакса что-нибудь напутал? Давайте до официальных комментариев из этого исходить, потому что, действительно, диковато. И, на самом деле, мы уже сравнивали историю вертолета с Боингом малайзийским, да, в Донбассе. И поскольку российская сторона одной из таких магистральных линий защиты ее было то, что, а чего это они летели там, где Украина не закрыла небо? Надо закрывать небо, когда боевые действия ведутся. То есть, здесь Россия последовательна. Она и к своему собственному вертолету относится как к малайзийскому Боингу «а чего это разлетались?». Извините, конечно, должны летать, тем более, что да, поскольку сегодня погиб чей вертолет на Синае? Я не запомнил. Но вот какие-то западники погибли. У вас нет под рукой, Эдвард?

Э. Чесноков:

- Нет, совершенно непонятно. Вчера был взрыв Саудовской Аравии. Сегодня вертолет какой-то, вы говорите.

О. Кашин:

- Тоже вот – закон парных явлений, когда мы уже успели эту тему обсудить, откричать по ней. И вдруг, что там больше просто людей погибло. И вдруг на Западе, оказывается, что-то еще более ужасное. И каждый раз пропаганда получает в свои руки такой инструмент…

Э. Чесноков:

- Это был вертолет с миротворцами США, который потерпел крушение в Южном Синае, что в Египте. Там были пять американцев, гражданин Франции и гражданин Чехии.

О. Кашин:

- Вот такой интернеционал. Скорее, такая заметка на полях. И такой момент. Поскольку сегодня было большое выступление министра иностранных дел российского Сергея Лаврова…

Э. Чесноков:

- Которое я слушал.

О. Кашин:

- Лично сидели в зале?

Э. Чесноков:

- Там не было зала. Это была коронавирусная онлайн-трансляция.

О. Кашин:

- Понял. Он там выступал, осветил широкий круг вопросов. И меня, как даже не гражданина, а вот как вы говорите, Эдвард, пошлость в таких случаях – меня покоробила его ссылка на армянское радио, тем более, в контексте карабахской войны.

Э. Чесноков:

- В контексте анекдота какого-то совершенно про части тела, чем отличается жизнь от частей тела? Тем, что она жестче.

О. Кашин:

- Вот-вот. И анекдот грубый, прямо скажем, такой, про телесный низ. И ситуация, где реально, этнические армяне, где бы они не находились, переживают боль потери. Я сегодня наблюдаю по соцсетям, как они там сжигают дома в тех районах, которые армянам придется оставить. Действительно, драма.

Уверены ли мы, что российский глава МИДа должен шутить на армянскую тему сейчас? Наверное, и сам МИД об этом подумал. И для симметрии уже вечером в ответ на выступление азербайджанского посла Бюльбюль оглы, выступление тоже было крайне хамское, интервью вчера в РБК. Ну, вот победитель! Причем, победитель не с поля битвы, а советский эстрадный певец! Со всем своим культурным багажом.

Э. Чесноков:

- Что же он сказал? Что вас возмутило?

О. Кашин:

- Про сбитие вертолета он дословно сказал: «На войне, как на войне». И в ответ на это представитель российского МИДа анонимный, допустим, это была Мария Захарова, не написано, кто, заявил, что если бы Россия исповедовала принцип «на войне, как на войне», ответ был бы сокрушительным.

Эдвард, это наш с вами вечный разговор о российской глубокой озабоченности, когда в риторике…

Э. Чесноков:

- … которая не переходит в глухую оборону.

О. Кашин:

- Ну, да. Даже сегодня, если видели встречу Владимира Путина с президентом Абхазии, что характерно, очная встреча – это редкость в последнее время. И вот они сидят за столом. Видео было без звука. Там какой-то завтрак такой диетический, здоровое питание.

Э. Чесноков:

- Без звука, как видео Байдена с Громыко, которое все обсуждали.

О. Кашин:

- Да. И там, кстати, Хантер сидел, как разобрались. На том видео.

И тоже первый комментарий под этим видео: да, сейчас они договорятся, половина Абхазии отдаем Грузии, а в другую половину вводим миротворцев Эрдогана. Понятно, что вот тот опыт карабахского урегулирования еще долго будет оставаться, скажем так, спорным с точки зрения российского общественного мнения.

Посмотрим. Я пока наблюдаю, действительно, отдышались и Пашиняна не свергли…

Э. Чесноков:

- Еще и укрепился Пашинян, вы об этом?

О. Кашин:

- Вы знаете, да. Он же теперь арестовывает оппозиционеров. И, как говорят, Пашинян срочно превращается в Саргсяна, чтобы понравиться Владимиру Путину. Я думаю, что это бесполезная история.

Э. Чесноков:

- Я хотел бы пошутить, что он превращается в Лукашенкяна, но, наверное, глумиться над фамилиями – это грех.

О. Кашин:

- Про Навальняна мы вчера говорили. А про Лукашенкяна, как бы ни звучало, Роман Бондаренко, знаете такую фамилию, наверное, умер сегодня, избитый накануне неизвестными тихарями в штатском и в балаклавах, житель центра Минска, который вышел на улицу в тот момент, когда тихари срывали с домов красно-белые ленты. В общем, его избили до реанимации. Сегодня он скончался.

Э. Чесноков:

- Раз уж мы заговорили про ридну Белоруссию, то произведен подсчет, сколько именно было в Белоруссии, например, журналистов задержано. Это считали независимые организации только по журналистам. Вот за эти два с половиной месяца, когда проходили все эти истории, 658 – это столько суток в СИЗО суммарно провели журналисты, задержанные милицией за якобы участие в несанкционированных акциях протеста, но участие их, как мы понимаем, заключалось в том, что люди фотографировали, журналисты, что они просто спрашивали мнения у людей, зачем они сюда пришли. По сути, выполняли свою деятельность.

Это еще не все. По данным белорусской ассоциации журналистов 16 из них именно работники СМИ, на сегодня находятся в СИЗО. 335 раз журналисты арестовывались милицией, 60 журналистов подверглись избиениям и насилию со стороны милиции. Как минимум три получили пулевые ранения, слава богу, не смертельные. И вопрос, да, я очень счастлив, что Евросоюз, наконец, раскачался, ввел санкции против нашего кочегара, а, может, и не счастлив, потому что санкции эти карикатурные. То есть, даже не очень заметные санкции против России как-то бьют по экономике, «Северный поток» запрещают. А у них? Хоть одна реально болезненная санкция есть? Я как-то сомневаюсь, что сотрудники Лукашенко ездят на балтийский берег или в Ниццу отдыхать.

О. Кашин:

- Было время ездили. И про журналистов я тоже должен сказать, вы напомнили, когда 650 людей – это как бы статистика, поэтому давайте говорить о конкретике. Прямо сейчас в эти минуты и часы в Белоруссии свои 15 суток незаконных и беспредельных отбывает наш коллега и согражданин Роман Попков. И он корреспондент МБХ медиа, наверняка не член Союза журналистов России. И как бы понятно, что не вполне свой для российского государства. Он русский, он гражданин России, а эти люди его посадили по беспределу в тюрьму, а это плохо, позор. Свободу Роману Попкову!

Э. Чесноков:

- Я согласен. Нельзя делить на своих и чужих!

О. Кашин:

- Вот проблема своих и чужих, тем более, своих и чужих для Российского государства. Сегодня оно задало нам такую этическую задачку. Есть давний проект, известный всем, он называется «Тотальный диктант», когда каждый год какой-нибудь популярный российский писатель пишет текстик на полстраницы…

Э. Чесноков:

- Давайте называть вещи своими именами: популярный российский писатель либерального направления.

О. Кашин:

- Захар Прилепин, например, да? Который тоже писал.

Э. Чесноков:

- Он до 13-го года вел программу на канале «Дождь», так что как бы все понятно.

О. Кашин:

- Слушайте, непонятно, на самом деле. Нет, об этом тоже будем говорить. Здесь вы не думайте, все встретите такого системного либерала, который будет вам доказывать, что все нормально.

В общем, в этом году этот диктант, этот текстик пишет Дмитрий Глуховский – известный многим по недавнему интервью Юрию Дудю, где он произнес весь набор тех фраз, которые неприемлемы, думаю, для Эдварда тоже.

Э. Чесноков:

- В общем, который мы называем пошлостями, извините.

О. Кашин:

- Нет, которые мы называем «либеральная риторика». И в ответ на это новый молодой руководитель Россотрудничества – организации, давно участвующей в «Тотальном диктанте», Евгения Примаков заявил, что в этом году его контора не будет участвовать в «Тотальном диктанте». В исходном посте Примакова было сказано, что человек, который называет Россию на Украине оккупантом, никогда не будет выступать на площадках нашего агентства. Потом Примаков это затер и просто написал, что к оптимизации работу Россотрудничества это не имеет отношения.

Э. Чесноков:

- Знаете, это безумно интересная схема! То есть, помните, когда был известный скандал с книгами и нанопылью одного высокопоставленного лица, то не само лицо свою позицию выразило, а Владимир Соловьев, нами любимый, как бы донося это по-гомеровски, то есть, не Одиссей нам рассказал, а Гомер нам пересказал рассказ Одиссея и так далее. И вот Андрей Медведев…

О. Кашин:

- Да.

Э. Чесноков:

- … которого мы очень любим, вот он как бы от себя, но понятно, какие механизмы, как мы рассказал, в чем причина. И вроде бы никто и ни при чем.

О. Кашин:

- Что мы имеем? Мы имеем, во-первых, что столкнулись, не пугайтесь, Эдвард, перед вами не обычный диссидент, столкнулись две практики. Одна по имени, назовем ее главного вдохновителя, наверное, в правительстве – сеславинская практика – человек интеллигентный и культурный, великий библиофил, наверное, у него самая большая личная библиотека в России. Самая крутая. Он даже иногда издает сканы своих книг из своей коллекции. Это Михаил Сеславинский – министр печати многолетний. Именно по книжным делам.

Э. Чесноков:

- Технически министр, а глава федерального агентства по…

О. Кашин:

- Естественно. Все там друзья и знакомые называют его министром. Но неважно, вы правы. Действительно, это человек того круга, в котором самые модные российские писатели, Быков там, Улицкая, Дина Рубина. И так далее. И как бы Глуховский из этой плеяды. Это давняя практика, назовем ее системно-либеральская, столкнулась с унтерпришибеевщиной, когда вдруг одно второстепенное, тем не менее, важное российское правительственное агентство – Россотрудничество, досталось человеку со взглядами такого захароприлепинского типа, когда есть либо просоветская лоялистская точка зрения и против нее есть враги.

И вот Глуховский враг. И врага он не допускает, выступая таким абсолютным унтером Пришибеевым, во-вторых, когда чиновник руководствуется личными и вкусовыми, и политическими пристрастиями для решения по общественно-значимому вопросу, это как бы не красиво и не этично. Россотрудничество, мы понимаем, конечно, для любого российского чиновника его ведомства – это буквально частная лавочка. Но формально же это не так, вы понимаете.

Э. Чесноков:

- Олег Владимирович, понимаете, если, например, мне скажут на площадке, где я присутствую, что там Кашин подлец, то я в зависимости от ситуации или встану и уйду, или залеплю пощечину, или как-то буду отстаивать, потому что есть элементарные принципы этики. И я считаю, что Примаков-младший, которого мы все очень любим, которого мы критикуем периодически, он исходил не из этой, как вы изволили выразиться, унтерпришибеевщины, а из элементарной этики. Потому что я не могу себе представить, чтобы на условно американском или английском «Тотальном диктанте» звучал бы текст, где говорилось бы, что рабство – это хорошо, что черные – это генетические рабы и так далее. Ну, не могу!

О. Кашин:

- Прекрасно! А в тексте Глуховского что-то есть про генетических рабов?

Э. Чесноков:

- Понимаете, текстов Глуховского мы не видели, но я уверен, что это вот примерно то же, что он хотел бы вложить в свои тексты. Хоты притом, Глуховский хорош, у него роман «Сумерки» очень талантливый.

О. Кашин:

- Между строк, Эдвард. Ну, что такое между строк, действительно? Более того, про рабство – нет, но вот представить себе французского писателя, который пересказывает французскую историю как череду преступлений, за которые надо каяться и так далее, да легко!

Э. Чесноков:

- Подождите, Морис Дрюон, Дюма там, у них история захватывающая, там есть спорные страницы, но люди живые. Настоящие!

О. Кашин:

- Глуховский тоже живой человек. И, наверное, давайте пофантазируем. Вот, действительно, есть такая проблема. Вот я Путин, да? И я думаю, как мне сделать так, чтобы писатели модные и популярные, которые делаются вокруг модными и популярными, выступали не с антипутинской или даже не с антироссийской пропагандой? Как быть? Буквально в детстве убивать! Других вариантов нет. Вот если ты начнешь выбирать талантливых мальчиков или девочек и в детском саду их тюкать молотком по голове…

Э. Чесноков:

- Вы говорите про Василия Екименко и его проект «Арт-Парад».

О. Кашин:

- Я пытался говорить про Ирода, конечно, но да, наверное, это была правильная история. Более того, Глуховского молодого тогда и создавали как образ писателя те же силы, те же круги, которые делали…

Э. Чесноков:

- Давайте назовем Константина Рыкова.

О. Кашин:

- Константин Рыков, разумеется! Но тогда такой сурковский медиоманеджер. Да, Глуховский оттуда, вот из него выращивали правильного пропутинского и прокремлевского писателя, а не смогли, не справились.

Э. Чесноков:

- Думаю, как только он слез с грантов, условно говорю с грантов, с гонораров вот этих пресловутых, с чемоданов пресловутых от дяди Славы, то все как-то вернулось на круги своя.

О. Кашин:

- Эдвард, дело не в этом. Это, конечно, утопия – добиваться того, что большинство художников были по умолчанию лояльны. Это, действительно, так не бывает никогда. И поскольку вот эти наши чиновники от Примакова до Путина не понимают этого, это у них не укладывается в голове, они видят в этом проблему.

Проблемы нет. И функция государства не в том, чтобы воспитывать писателей-политруков, таких, как Прилепин. А чтобы хранить и оберегать всю культуру, литературу.

Э. Чесноков:

- Это не только функция государства, это функция издателей. И менеджеров от литературы. Я вам расскажу про бездуховную Америку, где вообще министерства культуры нет. И ее культура полностью подчинила себе весь мир. Мы мыслим американскими паттернами, дети в костюмы Человека Паука в Африке одеваются.

Я сейчас читаю книгу очень талантливого американского писателя Кайля Миллса. Гон описывает приключения агента ЦРУ, в предыдущей книге злодеями были русские в 18-м году, в нынешней книге главными злодеями неожиданно стала ИГИЛ (террористическая организация, запрещенная в России и других странах), то есть, интересно, да? И в 19-м году сюжет книги такой, что в одном из азиатских городков людям было нечего есть, они пошли в пещеру, съели летучую мышь, летучая мышь передала им страшный вирус и все стали массово умирать. 19 - й год! Называется «Летальный агент». Так вот, я к чему? Этот Кайл Миллс, он сколько угодно там критикует ЦРУ, двухпартийную систему, президента и так далее. Но он не критикует Америку! Он не говорит, что американцы – это генетические рабы. Он не говорит, что Америка оккупировала Аляску и Гавайи.

А у нас!

О. Кашин:

- Эдвард, удивительное дело! Когда в половине Америки снесены памятники людям, стоявшим у ее истоков, вы говорите «в Америке никто не критикует Америку». Если на то пошло, Эдвард…

Э. Чесноков:

- Я говорю о конкретном писателе, чьи книги являются номер один бестселлером «New York Times!

О. Кашин:

- Отказ от значительного объема опыта США исторического – сегодня это и есть американский мейнстрим. Вот все плохое, все рабовладельцы, всех уничтожить, всех отменить, памятники снести. Поэтому к тому же, в этом же контексте, имея в виду, что значительная часть людей в России и в процентах, и во влиянии разные люди, так много, допустим, у нас сталинистов, которые считают народ рабами по факту, поскольку сталинизм – это рабовладение, естественно. Поэтому говорить о том, что вот кто-то оскорбляет! Сталинизм оскорбляет гораздо сильнее.

Э. Чесноков:

- Тогда Прилепина вообще нельзя записывать в патриоты. И нельзя ему в этой логике давать «Тотальный диктант».

О. Кашин:

- Прилепин патриотический писатель, кстати, зря вы…

Э. Чесноков:

- Кстати, он в 12-м году этот «Тотальный диктант» ему был поручен. И тогда он вполне был таким себе либералом и дождевиком.

О. Кашин:

- Не был он либералом никогда. Просто вы не спрашивали его!

Э. Чесноков:

- Но оппозиционером был, окей. С Навальным он там создавать свою партию «Народ», по-моему.

О. Кашин:

- Это было гораздо раньше. Более того, он и сейчас, как вы понимаете, оппозиционер, лидер непарламентской партии, которая на что-то претендует.

В общем, резюмируя. Естественно, роль писателя Глуховского в русской литературе, допустим, спорная. Ни от какого чиновника она зависеть не может, потому что литература устроена не так. Более того, это Дмитрий Глуховский будет решать, хороший чиновники Примаков или плохой. Сейчас Примаков проявил себя плохим чиновником.

Э. Чесноков:

- Это будет решать история. Может, хороший чиновник Примаков, дайте ему хоть год поработать.

О. Кашин:

- Историю напишет писатель Глуховский, может быть, к сожалению, но так устроен мир.

И по просьбам слушателей – легендарная рубрика «Схемы».

Э. Чесноков:

- Мой милый Олег Владимирович, продолжая наши литературные экзерсисы, мы регулярно возмущаемся, что на лондонские и прочие «Букэкспо» вывозят на государственные деньги писателей, мягко говоря, либерального лагеря, у которых специфические взгляды на русский язык на Украине, на Крым и т.д. Пожалуйста, это их право, мы же за демократию. Но давайте назовем этих героев, кто вывозит этих замечательных писателей, чьи фамилии нам известны. Это Ельцин-центр. Вы упомянули господина Сеславинского, многолетнего главу Роспечати, которая занимается этими нашими делегациями на зарубежных «Букэкспо». Смотрите, за последние 4 года Роспечать провела 8 тендеров на вывоз русских писателей (или русскоязычных) в Лондон. И эти 6 из этих 8 тендеров выиграл президентский центр Б.Н. Ельцина, то есть Ельцин-центр, 2 из них выиграла АНО (автономная некоммерческая организация) «Институт перевода». И во всех этих 8 тендерах эти 2 организации участвовали, где-то выигрывала одна, где-то другая.

Проблема в том, что в учредителях Института перевода находится Ельцин-центр. То есть все эти тендеры на сумму 20 миллионов… Получается, что две аффилированных организации участвуют вместе в тендерах, одна понижает на 1%... Я реально смотрел эти тендеры. В некоторых понижение составило 1%, в некоторых 1,5%. То есть сама суть тендера, над ней просто насмехаются тем самым. И эти две подконтрольные друг другу организации, выигрывая поочередно, имитируют конкурентность тендера так, что вроде бы все довольны. Такая имитация, как, впрочем, и не только в тендерах.

О. Кашин:

- Что же делать, Эдвард?

Э. Чесноков:

- Не знаю. Выступите адвокатом, скажите, что это нормально.

О. Кашин:

- Мы позавчера говорили про Третьяковку. Естественно, любая такого рода государственная структура, занимающаяся такими делами, всегда делает что-то, что при желании можно истолковать как коррупцию, конфликт интересов, чего угодно. Здесь вопрос к правилам и к тому, что действительно главный смысл системы в том, чтобы любые люди на этих позициях оставались подвешенными. Но вот ваш общий пафос такого рода был бы более убедителен, если бы вы сказали: «Они отправляют за государственный счет в Лондон Быкова, Убицкую и Глуховского, а я бы отправил Прилепина и…». Назовите второго писателя правильных взглядов, того русского писателя, книгами которого зачитываются молодые патриоты, когда идут в бой в Донбассе, в Сирии или в Карабахе, или когда сидят в Москве, болея за судьбы родины. Итак, Прилепин. Номер два кто?

Э. Чесноков:

- Подождите. Есть огромное количество молодых писателей, например, Юрий Лунин. Его никто не знает. Это человек, с которым мы заканчивали Литературный институт. У него были рассказы о русской деревне, о селе, о детстве в советском городе. В них не было ничего ура-патриотического, но это была та живая жизнь. Юрий Лунин куда-то пропал, я не знаю, где он, он где-то в Подмосковье работал водителем.

О. Кашин:

- Допустим, эта масонско-либеральная мафия его придушила.

Э. Чесноков:

- Давайте назовем. «Редакция Елены Шубиной».

О. Кашин:

- Та самая которая, издает того же Прилепина, между прочим. Давайте назову имя яркого, прекрасного русского писателя. Он сам из Молдавии, живет в Канаде, ненавидит всех, включая меня. Владимир Лорченков. Человек, который вне тусовок, и он сумел стать знаменитым писателем. За счет чего? За счет своих талантливых текстов, которые пробьются, несмотря на то, что он всех ненавидит, и все ненавидят его, но он есть, он яркий, он гений. А Галковский наш любимый? То же самое. Какое издательство его издает? Издательство Дмитрия Галковского.

Э. Чесноков:

- Тот же Константин Крылов.

О. Кашин:

- Конечно.

Э. Чесноков:

- Он на полной маргинальщине какой-то был. Вот Крылов, Галковский – те писатели…

О. Кашин:

- Маргинальщина. Сегодня полгода, как Крылов умер. Мы с вами с нежностью и теплом вспоминаем его имя. А имена каких-то… Наверняка же каждый год какие-то люди в конкурсе к юбилею победы сочиняют какие-то тексты про ветеранов, которые в макулатуру превращаются моментально. И вот так устроена литература.

Более того, интересное сближение. Ельцин-центр. Я не знаю, есть ли там это имя, но я также знаю прекрасно, что в начале нулевых какую-то общественную структуру, очень серьезную, очень влиятельную, отвечавшую за выращивание молодых писателей, через которую прошли как раз юные и Шаргунов, и Прилепин, и даже Бабченко, возглавлял Сергей Филатов, глава администрации президента Ельцина в 93-96-м году.

Э. Чесноков:

- Ну, понятно, кого эти либералы продвигали в лице Филатова.

О. Кашин:

- Либералы продвигали Прилепина и Шаргунова. И тот и другой обязаны Филатову своей литературной карьерой. Так этот мир устроен, ничего не поделаешь.

Э. Чесноков:

- Вы меня спросили, кого, если не Улицкую, если не Гузель Яхнину? Да пожалуйста. Вам имя Сергея Каргашина что-нибудь говорит, который, между прочим, в Черняховске Калининградской области родился?

О. Кашин:

- Нет, не говорит.

Э. Чесноков:

- Это человек, который написал эти стихи «Я русский, спасибо, господи», которые вошли в учебник по русской культуре. Он жив, он наш современник, он 65-го года рождения. За одно это стихотворение его можно было бы обессмертить, возить, как Гагарина, по всему миру, чтобы он его читал.

О. Кашин:

- Есть еще такая женщина, которая написала стихи, в Одноклассниках они были популярны, «Ночью я чинила глобус». Давайте ее тоже будем как-то возвышать, поднимать. Как украинцы делали с этой девушкой, которая написала «Никогда мы не будем братьями».

Э. Чесноков:

- И в итоге кто доминирует в культурной повестке? Кстати, эти стихи «Я русский, спасибо, господи» в 94-м году написаны, на дне нашей национальной пропасти.

О. Кашин:

- Ну, как сказать. На дне как раз все и рождается на самом деле, потому что поэзия из страданий вырастает. Тогда же был Денис Новиков со стихами «Россия», но он, к сожалению, умер.

Э. Чесноков:

- Я более чем уверен, что если, например, Бориса Рыжего, величайшего поэта, вовремя заметили, начали продвигать, взяли под опеку, то он бы не вступил, простите, в «клуб 27-ми».

О. Кашин:

- А если бы Курта Кобейна заметили, он бы тоже не вступил в «клуб». Это такое сослагательное наклонение. Давайте вырвемся из этой темы. Горячая новость. Представителя «Аэрофлота» в Великобритании Дмитрия Федоткина…

Э. Чесноков:

- …отравили, как Скрипаля?

О. Кашин:

- Русские арестовали по подозрению в государственной измене. Он передавал секретные сведения британской разведке. У меня есть даже версия. Помните, как сайт The Insider, по слухам, близкий к каким-то западным разведкам, публиковал данные о полетах ГРУшников в Европу. И я легко допускаю, что как раз эти шпионы платили нашему представителю «Аэрофлота».

Э. Чесноков:

- Я считаю, что каждая большая корпорация есть отражение общества. Наверное, там есть какие-то люди, которые Марию Певчих тайно провезут в Лондон в чемодане под видом дипломатической почты. Раз уж мы заговорили об этом зарубежном дискурсе, хотел бы сказать о хорошей, практически оттепельной новости. Майкл Калви, простой русский человек, основатель инвестиционного фонда Baring Vostok, освобожден из-под домашнего ареста. Аж Верховный суд РФ принял соответствующее решение. И, наверное, в той коронавирусной слякоти и ноябрите, который надвигаете на нас, это хорошее решение, ибо он полтора года находился в местах не столь отдаленных.

О. Кашин:

- И также вы понимаете, почему его отпустили. Потому что он подписал мировое соглашение с компанией «Финвижн» Артема Аветисяна (его контрагент, который, собственно, его и посадил). В итоге, по сути, Калви отдал всё и получил свободу. Отличная сделка.

Еще интересная новость. Мы начали с российского вертолета, который сбили азербайджанцы. И Владимир Путин, в частности, сказал: «Имя одного из летчиков – лейтенант Роман Федин». На самом деле фамилия лейтенанта Роман ФедИна. В бумагах опечатка. Камчатская пресса нашла его родню. Его фамилия – ФедИна, давайте иметь это в виду.

Э. Чесноков:

- Поговорим о межнациональной дружбе. Потому что в кашинской калининградчине происходят какие-то совсем дикие дела. 11-летняя девочка забеременела от своего отчима, мигранта из Средней Азии.

О. Кашин:

- Пока мы не заговорили о педофилах калининградско-узбекских, скажем так, тоже горячая новость. Та самая уборщица Марина Удгодская, выигравшая выборы в Костромской области…

Э. Чесноков:

- В 120 километрах от Костромы, примерно там, где отряд поляков встретил Ивана Сусанина и свою судьбу.

О. Кашин:

- Эдвард, вы хорошо эту историю помните. И я вам срочно предлагаю ее забыть навсегда, потому что уборщица ушла в отставку.

Э. Чесноков:

- А как же ленинский принцип «и кухарка может управлять государством»?

О. Кашин:

- А это уже путинский принцип. Потому что, если вы видели его дискуссию с Эллой Памфиловой в последнее время, во-первых, он конкретно об этой уборщице сказал: «Уборщица. Ну и что?», а в ответ Памфилова ему сказала, что в разных регионах избраны разные люди, там два кочегара, как Виктор Цой, какие-то молотобойцы и т.д. В общем, знаковая женщина закончила свою политическую карьеру. И жаль на самом деле, она могла бы взлететь, я думаю, довольно высоко.

Э. Чесноков:

- Кроме шуток, была одна официантка Александрия Окасио-Кортес, совершенно неожиданно она выиграла выборы от Нью-Йорка в палату представителей, нижнюю палату Конгресса США. Сейчас ей 30 лет, она самый вероятный кандидат в президенты США от демпартии на выборах 24-го года (если, конечно, США и демпартия сохранятся). У нее 5 миллионов подписчиков в Инстаграме. Она в этом Инстаграме постит инструкции по тому, как правильно сражаться с полицией и ходить на митинги BLM. Так, может быть, и к лучшему, что уборщица ушла из политики? А то у нас была бы своя полная Александрия.

О. Кашин:

- Ну да, если бы все люди, которые вызывают сомнение, куда-нибудь ушли, мы бы, Эдвард, остались бы с вами наедине.

Итак, что случилось у меня на родине, откуда там узбеки, Эдвард?

Э. Чесноков:

- Это какая-то чудовищная история. Этот самый товарищ, азиатский гражданин жил с женщиной, и ему приглянулась ее 11-летняя дочь. Используя свое физическое превосходство и ее беспомощное состояние, он делал то… Это из разряда не 18+, а, наверное, 21+. Есть несколько явок с повинной от него, то есть человек уже признался. Насильнику грозит срок от 12 до 20 лет.

О. Кашин:

- Остается развести руками. Я не знаю, Эдвард, помните ли вы, лет 15 назад у Малахова была серия передач про любовь. Тоже девочка 12 лет родила от мальчика постарше…

Э. Чесноков:

- 11 лет ей тогда было. Причем ее везде называли «беременная 11-летка». Как будто у нее не было имени. Я тогда был еще совсем мальцом, но я помню эту историю.

О. Кашин:

- И эту историю подавали нам как историю любви, хотя, конечно, это абсолютная педофилия. Действительно, только развести руками, сказать: кошмар, кошмар. Помните, как духовное управление мусульман запретило мусульманам жениться на не мусульманках? Я как духовное управление русских хочу сказать. Русские женщины, не будьте дурами, не выходите замуж за среднеазиатских гастарбайтеров. Мы слишком разные.

Э. Чесноков:

- Я бы сказал, можно выходить, но все-таки, если человек близкой к тебе культуры. Давайте не будем говорить, что у преступности есть национальность.

О. Кашин:

- Но она есть.

Э. Чесноков:

- Конечно, она, наверное, есть, но говорить мы об этом не будем.

О. Кашин:

- Более того, Эдвард. Если это Калининград, давайте сделаем такую привязку к региону, поскольку я оттуда. И в моем детстве, в юности тоже были гастарбайтеры, из-за границы приезжали плиточники, ремонтники.

Э. Чесноков:

- Из Польши?

О. Кашин:

- Конечно, из нищей Польши в нашу, хоть и нищую, но более сытую и более богатую российскую глубинку приезжали рабочие. Поделюсь сокровенным. Однажды у меня поляк девушку отбил, правда, не плиточник, а консул, но все равно было обидно. Да, такие были времена. Поскольку сейчас там, где были поляки, теперь узбеки, наверное, это деградация Калининградской области. Это плохо.

Э. Чесноков:

- А может быть, это какое-то великое переселение народов с востока на запад? Есть же целая теория глобального замещения (за одно упоминание которой вас забанят на любой мейнстримной площадке), что якобы европейские политики специально завозят мигрантов, чтобы они заменили коренное население.

О. Кашин:

- Пусть будет замена населения. Но тогда отдайте нам Ташкент, который русский солдат брал еще с генералом Скобелевым.

Э. Чесноков:

- Да, и город Верный, Семиречье, кстати.

О. Кашин:

- Даже и Закаспийскую область верните. В нашей бывшей Закаспийской области поставили памятник алабаю. Верните нам Ашхабад.

Э. Чесноков:

- Прекрасный город Красноводск. Хотелось бы такую русско-имперскую тему толкнуть. Это, конечно, вещь очень утешительная для нас, но все-таки давайте не только грезить о чужих землях, но и обустраивать свои. Сколько церквей разрушается в отдаленных селениях, до которых никому нет дела. Ведь это же тоже важно. Это не менее важно, чем русский город Красноводск.

О. Кашин:

- Недавно вы видели, наверное, дискуссию (с подачи уже упомянутого сегодня Прилепина) о том, что без советской власти мы были бы неграмотными. В одном из этих многочисленных споров кто-то говорит: вот как советская власть устраивала школы в помещичьих усадьбах. И когда ты поездил по России и видел руины усадеб, откуда это берется, почему люди верят, что уничтожение материального русского наследия (большевиками в том числе) – это хорошо, это прогресс? Это не прогресс, конечно, это деградация. И за 100 лет наша цивилизация немножко, конечно, деградировала. И, между прочим, даже этот элемент одичания, про который мы говорим, что называется, интимная жизнь низших слоев населения, это же тоже оттуда, как бы это ни звучало.

Э. Чесноков:

- Между тем, 50 тысяч человек уже вакцинировано от коронавируса. Какие-то негативные последствия, симптомы у ничтожного процента проявились. И это внушает надежду на три слова – все будет хорошо.

О. Кашин:

- Все будет, конечно, хорошо. А мы встретимся в понедельник. Всем пока. Всех обнимаю.

Э. Чесноков:

- До свидания.