window.dataLayer = window.dataLayer || []; function gtag(){dataLayer.push(arguments);} gtag('js', new Date()); gtag('config', 'G-1HBB79RDRC', { sampleRate: 1.1 }); Олег Кашин: Даже если трупы будут валяться налево и направо, второго тотального карантина не будет

Олег Кашин: Даже если трупы будут валяться налево и направо, второго тотального карантина не будет

Сергей Мардан и Олег Кашин обсуждают, закроют ли Россию на карантин и кто кому мстит в ситуации с Навальным

С. Мардан:

- Всем здравствуйте! В эфире Радио «Комсомольская правда». Я – Сергей Мардан.

О. Кашин:

- Здравствуйте, Сергей! Я – Олег Кашин. Мы заочно знакомы и никогда в жизни не разговаривали между собой. Немножко волнуюсь. И то, что нас «Комсомольская правда» пытается столкнуть лбами, на самом деле, не очевидная задача, поскольку, мне кажется, мы не во всем противоположны.

Давайте спасать Родину, планету. От кого? И от чего? Скажите мне, пожалуйста.

С. Мардан:

- Так, Родину, думаю, за один эфир нам точно не спасти, но, по крайней мере, обозначить небольшой список врагов, которых придется расстрелять или повесить, я думаю, нам вполне по силам. Давайте начнем с невидимого врага, нет, сразу оговорюсь. Мы же не будем как интеллигенты в маминой кофте, друг другу выкать, я надеюсь?

О. Кашин:

- Кстати говоря, да, можно перейти на ты, тем более, заочно в переписке мы на ты по вайнахской традиции.

С. Мардан:

- Отлично, братан. Поехали!

О. Кашин:

- Поехали.

С. Мардан:

- Коронавирус. Сегодня было объявлено, что с понедельника 65+ граждане отправляются на карантин. И по моему разумению это только начало. Я думаю, что отправят туда всех. Единственное, за кого я беспокоюсь, как отец двух вполне взрослых детей, а дети будут на удаленке или нет?

О. Кашин:

- Ну, вот мне трудно говорить как не москвичу, причем, по жизни, наверное, я из Калининграда, но я думаю, что в Лондоне такая же история. Я нахожусь сейчас в Лондоне. Вторая волна наступает, действительно, растет заболеваемость. И масочный террор усиливается, по-моему, в Москве с этим попроще. Но если честно, общее ощущение, что даже если будут трупы валяться налево и направо, не знаю, второго тотального карантина, как был весной, не будет ни здесь, ни в Москве, потому что люди посмотрели, увидели, что экономика трещит, а смертельной угрозы всеобщей нет. И давайте ограничимся такой косметикой: стариков запрем, старики как бы на экономику не влияют, еще что-то. И даже школы на удаленку, наверное, переводить не будут. Ну, тоже, я тот еже прогнозист, на самом деле. И смотрю, как московские власти говорят, дословно вижу цитату: да, это всплеск, надеемся, система здравоохранения выдержит. Но если она выдержала весной, когда они строили сталинскими темпами больницы, то, наверное, сейчас будет попроще. Поэтому такой сдержанный оптимизм, скажем так.

А ты?

С. Мардан:

- Я думаю, что это совершенно никакая не косметика. И логика тут совершенно другая. У меня, на самом деле, есть три версии, почему к карантину-таки пришли, хотя я лично полтора месяца на все вопросы, посадят на карантин или нет, стабильно отвечал: нет. Причем, мотивировал я это так: у них на это просто не хватит денег. Тем не менее, мне кажется, здесь вся игра идет вокруг трансферта власти, собственно, которая вроде как назначена, не знаю, на март-апрель следующего года, может, и раньше, может быть, позже. Но, в любом случае, меряются пиписьками взрослые ребята. Это как вот в Telegram-каналах пишут, кстати, есть партия вакцины, а есть партия коронавируса. С партией вакцины, предполагаю, что здесь, наверное, должен быть товарищ Чемезов и группа, которая хоть что-то может производить. А партия карантина, это, скажем так, партия манипуляторов, которой, наверное, имеет смысл и дальше держать Путина в максимальной изоляции, фильтровать любую входящую информацию. И как бы повышать собственный внутренний рейтинг. Вот в этом возможном трансфере, если он вдруг состоится.

О. Кашин:

- Я говорил в начале, что нам будет не о чем спорить, потому что здесь тоже согласен. Весна показала, что карантин и коронавирус – это политический вопрос. И, действительно, мы наблюдали, причем, волнами, как волна заражаемости, заболеваемости, так и волны в политике. Волны усиления Сергея Собянина – главного евангелиста карантина, который и сейчас, судя по всему, судя даже по его публичной активности в эти дни, как-то окреп, почувствовал под крыльями воздух. И снова превращается в такого влиятельного, может, самого влиятельного политика российского.

А Владимир Путин да, как и весной, собственно, песков сказал позавчера или позапозавчера, что Путин ездить не будет, видеосвязь – отличный способ управления страной, поэтому в том бункере так он и останется. А кто имеет доступ в бункер…

С. Мардан:

- Путин сегодня, вообще-то на учениях «Кавказ-2020». Он там, где и должен быть русский царь. Посреди гвардейцев и железных танков.

О. Кашин:

- Интересно, да, сколько эти гвардейцы, которые его окружают, сидели на карантине? Я слышал, что всех людей, которых к нему допускают, кроме Лукашенко, который форсмажорно прибыл, всех в начале пропаривают на карантине две недели.

Действительно, посмотрим, куда он денется после учений. Я ставлю на то, что ближайшая телевизионная картинка с Путиным будет связана с его вот этими видеообращениями, видеопосланиями чиновникам, как вчера он иркутского губернатора напутствовал тем, что тот за девять месяцев, в нем родился управленец. Вот такого полувиртуального Путина с пикселями на экране мы будем видеть, как видели весной.

И к вопросу о партии вакцины. Чемезов, конечно, хорошая фамилия, яркая, но при этом мы знаем так же, что одной из первых привившихся была дочь Владимира Путина. Мы не знаем официально какая, можем догадываться, какая, тем более, что ее ближайшая подруга – партнер ее состоит замужем за пресловутым Дмитриевым из Фонда прямых инвестиций, который, по-моему, самый-самый первый привившийся. Главный по вакцине. И человек, про которого в Telegram-каналах еще с весны пишут, что присматривайтесь к Дмитриеву, он возможный преемник. Я присматриваюсь к нему, конечно. Мне он кажется слишком, как сказать, пластмассовым на мой вкус.

С. Мардан:

- Не, нам такой преемник не нужен! Я предпочел бы какого-нибудь молодого генерала лет сорока, как генерала Лебедя покойного. Чисто эстетически мне это ближе было бы.

О. Кашин:

- Генералы – дело такое. Когда они командуют своими солдатами – это нормально. Когда они начинают командовать нами, начинаешь напрягаться. Поэтому я бы поставил на Владимира Путина. Пускай он, раз уж обнулился, остается как можно дольше, тем более, что чем старше человек, чем он мудрее, чем он опытнее, у него, думаю, пропадает желание что-нибудь бомбить, как-то ворошить и так далее. Пускай будет такое тихое угасание и мозг наполняется.

С. Мардан:

- Нет, ну что это? Как это – никого не бомбить? У нас в планах еще много кого побомбить-то осталось! Когда мы будем обсуждать Белоруссию и следующую за ней Украину, а Украина еще и на последнюю часть останется, они, как раз, главные кандидаты на то, чтобы их отбомбить в прямом или в переносном смысле. Так что генерал здесь не помешал бы нам, на самом деле.

Но по поводу коронавируса, у меня, кстати, помимо очевидной версии о партии вакцины и партии карантина, есть еще третья рабочая версия. Я ее исповедовал с марта-месяца. Мне кажется, что Россия в карантинно-ограничительной политике вообще не субъектна. Она, в принципе, не принимает решения вводить карантины или не вводить, какого масштаба. Я думаю, что в марте это вот самоизоляция была в России введена настолько масштабно и с такими потерями лишь потому, что не ввести ее было нельзя. Все взрослые парни это сделали. Это сделали Штаты, но в ограниченном масштабе, понятно, там страна странно устроена. Это сделала вся Европа. Ну, что это не сделал? Понятно, это не сделал только Александр Григорьевич – он человек со стальными яйцами. А все остальные…

О. Кашин:

- Ну, ладно! А еще пресловутые шведы.

С. Мардан:

- По-моему, это так, это какой-то выставочный образец из зоопарка. Все остальные получили телеграмму из мирового правительства, ввели карантин. Поэтому и здесь: если вот там через профессора Соловья Кремль получит вводную – вводим карантин, значит, введем.

О. Кашин:

- Тоже вот, я третий раз или какой охаю, что, действительно, повода спорить нет. Я здесь согласен абсолютно. Россия брала пример с западных стран и вела себя вполне успешно как взрослая. И тут мы смотрим на мою, допустим, страну пребывания. И если, действительно, как я говорил, что здесь обойдутся какой-нибудь малой кровью и не будут опять калечить экономику, наверное, Россия тоже будет в этом мировом тренде, поскольку никакого повода считать Россию глобальным диссидентом в этом смысле, по крайне й мере, нет. Так что да, ставим на то, что стариков запрут. Рестораны, как в Лондоне, сократили работу ресторанов на час, раньше закрывались в 11, сейчас в 10. Ну, в Москве тоже будут закрываться не в три часа ночи, а в два. Вот такая будет ограничительная мера.

С. Мардан:

- Не, если закроют рестораны, боюсь, что многие этого не переживут. Я тут прогнозирую, если по-серьезному…

О. Кашин:

- Кстати говоря, если закроются рестораны, почему не переживут? Есть опыт, причем, и российский, и западный, короче, это доставка.

С. Мардан:

- Да нет! Это даже при 15% выручки это рестораторам не дает!

О. Кашин:

- Не дает…

С. Мардан:

- Им прощу закрыться.

О. Кашин:

- 15 – это не ноль. Потом будет 20, потом 30. И вот когда вчера, не знаю, насколько этично на это ссылаться, я боюсь таких коммерческих сюжетов, но когда Сбербанк проводил свой ребрендинг местами довольно комичный, смотришь и, действительно, оказывается, эти люди с зелеными рюкзаками – это тоже часть империи Грефа. Вот они будут расцветать. Есть там условный набор людей, давайте прямо, второго сорта – среднеазиатские мигранты, которые бегают по Москве с этими рюкзачками. Вот они будут обеспечивать низкую заболеваемость тем людям, которые могут себе позволить сидеть и заказывать еду домой.

С. Мардан:

- Я думаю, что если говорить о карантине, кого он объективно может коснуться, но здесь работает чистая математика. Я смотрел статистику, которую рассылала мэрия, с ней поспорить нельзя. Там все очень просто. Например, пассажиропоток в московском метро вырос на 6 миллионов человек. Плюс полтора миллиона – это студенты и школьники, плюс преподаватели. Плюс вернувшиеся гастарбайтеры. Люди, которые все лето жили на даче. То есть, объективно количество социальных контактов, которые были два месяца назад и которые возникли сейчас, вот оно выросло раз в несколько. И рванула вверх и статистика.

О. Кашин:

- Прямо сейчас в Сочи «Формула-1», как известно. У меня знакомый там присутствует, говорит, что там толпы иностранцев. Как они прилетели? Ведь они должны отбывать двухнедельный карантин в Москве. И трудно поверить, что эти тысячи простых людей, не на джетах прилетевших, каким-то образом отсиживались.

Продолжаем. Ну, как биться? На самом деле, мы очень согласно обсудили коронавирус. Может, по Навальному будут противоречия? Один из героев недели, как, впрочем, и прошлой, и позапрошлой. Алексей Навальный, который на этой неделе стал почти прежним Навальным из соцсетей, который пишет посты и шутит в навальновском стиле.

Сергей, как тебе происходящее? Что думаешь и как оцениваешь?

С. Мардан:

- Я думаю, что за прошедшие полторы недели они сменили, как минимум, трех эсэмэмщиков. Первый пост, который был размещен, господи, ужасная совершенно сцена, где он лежит весь такой причесанный на непримятой кровати и вокруг вся его пластмассовая семья. Там текст был совершенно ужасающий. Надеюсь, что этого парня уволили сразу. И его никуда больше не возьмут.

Следующая фотография, где он сидел на балконе со своей прекрасной женой. Написан текст был немного другим языком, но тоже совершенно не по-русски. И только сегодня, по-моему, они нащупали более-менее правильную тональность, которая, по крайней мере, меня, мое чувство русского языка не царапает и не оскорбляет. Хотя вся эта история меня оскорбляет до глубины души! Просто вот когда меня считают за идиота, за клинического, а вместе со мной еще несколько миллионов добрых русских людей, мне просто хочется всем наплевать в рожу! Причем, за идиотов же нас считают абсолютно все! Со всех стороны все участники этого похабного спектакля.

О. Кашин:

- Как сказать… Конечно, нас всех считают за идиотов, нам все плюют в лицо. По Навальному, по его текстам как старый навальновед, читающий его непрерывно, наверное, с тех времен, когда он еще шутил про первый тост за Холокост, могу сказать, что ноль сомнений и по поводу того, что, конечно, все посты пишет он сам. Причем, даже не диктует, думаю, пишет.

С. Мардан:

- Да ладно!

О. Кашин:

- Разумеется.

С. Мардан:

- Он так пишет? У него такой русский язык? Да он не русский! Отправьте его обратно в мировое правительство! Вы чего?

О. Кашин:

- Сергей, я вот люблю писать по-русски, надеюсь, умею писать по-русски, но мне самонадеянности не хватит вот так свысока давать оценки другим авторам. Тем более настолько более популярным.

С. Мардан:

- Сейчас включил интеллигента, это неправильно.

О. Кашин:

- Да упаси боже! Российская интеллигенция – тоже вещь довольно спорная. Не будем об этом.

Итак, действительно, конечно, все плюют в лицо. И все-таки, если бы Следственный комитет Российской Федерации возбудил уголовное дело по факту отравления или, хорошо, причинения вот этой телесной боли Алексею Навальному, наверное, даже тебе, лоялисту было бы проще доказывать, что Навального никто не травил. Или Навальный сам себя, или Навальный самогон. Если бы официальные лица российские вели себя как-то более последовательно, а не отрицали отравление, подтверждали отравление, валили, как Володин, отравление на западные спецслужбы, так далее, наверное, было бы проще защищать официальную линию российских властей. Еще раз скажу, естественно, навальнисты как корпорация, как партия, как группа, да, они, действительно, привыкли к абсолютной лояльности своей недалекой аудитории. Естественно, они постоянно ею манипулируют и не договаривают, ведут себя не уважительно, не интеллигентно по отношению к аудитории, но это совершенно ни коим образом не оправдывает ни Пригожина, который там пляшет на костях отравленного Навального, ни тебя, между прочим, который докопался до непримятой кровати.

Вот скажи, а ты был в коме? В искусственной или не в искусственной.

С. Мардан:

- Я не был.

О. Кашин:

- Я был. Могу поделиться.

С. Мардан:

- Давай.

О. Кашин:

- Во-первых, понятно, тебя колют опиатами и сознание, когда ты лежишь, не шевелишься, не говоришь, замутненное. У меня были галлюцинации, я их регулярно вспоминаю как самый большой полет творческий в моей жизни. Но как только ты приходишь в себя, как только у тебя из горла вытаскивают эту трубочку, как только ты можешь открывать рот, разговаривать, пальцы у тебя приходят в движение, естественно, ты и думаешь, как думал раньше. И говоришь, как раньше. И пишешь, как писал раньше. То есть, конспирология в сюжете Навального, ей там много где можно места найти. Но не в том, пишет он сам или не пишет.

С. Мардан:

- Это вообще не имеет значения. С моей точки зрения вот медиастратегия, как на это отравление и все происходящее реагировали условный лоялистские медиа, а медиастратегия так себе. Нет ни единого центра, ни убедительной вводной и исполнение тоже подкачало. Я вообще не об этом. Я к Навальному был всегда абсолютно равнодушен. Кроме чувства небольшой брезгливости по отношению к человеку, который когда-то называл себя открыто русским националистом, а после этого смени окраску, ну, собственно, как я могу к нему относиться?

Есть второе соображение.

О. Кашин:

- Маленькая ремарка. Равнодушие так не выглядит, когда так горячо и с отсылами к давней биографии Навального рассказываешь про него. Это не равнодушие.

С. Мардан:

- Я могу о чем угодно примерно с такой же эмоциональностью говорить. Нет, это равнодушие. Нет, единственное, что меня там оскорбляло, это вот этот вот синтетический пластмассовый русский язык. Вот эта вещь, которая меня, действительно, сильно оскорбляет и раздражает.

По поводу Навального просто еще одно мое личное соображение. Я никому его не навязываю, ни на что не претендую. Я человек последнего советского поколения, я работы Владимира Ильича Ленина много читал, я их сдавал в московском университете. Поэтому для меня там, если ты революционер, оппозиционер, как угодно, политик – будь добр, дорогой, обозначь концепцию! Хотя бы базовые черты стратегии. А если стратегия рассчитана там на очень короткий впрыск героина прямо в вену: «Мы против коррупции!». Чего, все? Чего, десять лет против коррупции? Я рассчитываю немного на другой уровень российской оппозиции. Правда. Я поддержал бы, может, только дайте чуть более убедительное.

О. Кашин:

- Причем здесь это? Мы же говорим об отравлении, которое ты отрицаешь, правильно?

С. Мардан:

- Я отрицаю? Я сказал, что…

О. Кашин:

- Мне показалось?

С. Мардан:

- Нет, совершенно я не отрицаю! Вполне возможно, что его отравили. Возможно даже, что это был просроченный «Новичок». Но за исключением того, что у меня нет пока что для меня убедительной версии, кто бы это мог сделать? Да, вот это сделал повар Пригожин. А почему так плохо делали? Из-за чего недоотравили-то? Или это сделало кровавое ЧК. Правда, что ль? То есть, до такой степени все плохо? Я в этот ряд могу продолжить целый список людей, кто мог быть бы заинтересован в этом.

О. Кашин:

- Например? Ходорковский и Гарри Каспаров.

С. Мардан:

- Ну, прекратите! Мы же не на шоу Владимира Соловьева! Здесь же умные интеллигентные люди в студии!

О. Кашин:

- Умные и интеллигентные, тоже замечу. Кто предложил перейти на ты, а там выкает! Давай на ты. Мы же деды в гараже.

С. Мардан:

- Мы деды в гараже, да. Я могу продолжить следующую линию. Его могла отравить даже его жена, например. Могла отравить эта рыжая красавица непонятного статуса, которая непонятно, чем занималась.

О. Кашин:

- Если могла отравить жена, арестуйте жену. Допросите жену.

С. Мардан:

- Да я согласен!

О. Кашин:

- Предъявите обвинение.

С. Мардан:

- Я тоже считаю, что отпускать его тело в Германию было не просто ошибкой, это было преступлением! Естественно, он должен был остаться здесь. И его нужно было допрашивать прямо в госпитале Бурденко.

О. Кашин:

- Тоже, Сергей, я предлагаю как бы договаривать, поскольку не надо намеками. Это было преступление, это была ошибка. Чья? Очевидно, Владимира Путина, потому что…

С. Мардан:
- Не знаю. А я не уверен.

О. Кашин:

- Ему звонила Меркель, просила… А кто?

С. Мардан:
- А я не уверен, что Путин принимал решение. Вот как бы вся логика российской политической жизни, которая вся сходится вот к одной фигуре, к одному человеку, она, по идее, должна это предполагать. Но за двадцать лет лично у меня Путин ни разу не вызвал ощущения, что он наивный. Он совсем не наивный. Очевидно же было, что последует за этой отправкой Навального в Берлин. Это вот лежало просто вот на столе, на поверхности!

О. Кашин:

- На самом деле, эта вот утечка в газете Le Monde, которую вчера Песков так опровергал, что, скорее, подтвердил. Я вчера видел цитату, где он говорит, что я не верю, что французы могли ее слить. А сегодня в Liberation я увидел, может, эту же цитату, может, другую. Там было досрочно, что я не верю, что французы могли ее слить, как же они могут, это же французы! По-моему, такая толстая ирония, то есть, Песков, по-моему, признает, что французы слили беседу. И прямого опровержения ее содержания не было. Здесь я легко, я говорил и писал, думаю, что это подлинная версия Владимира Путина, который говорит, что Навальный симулянт, шантажист, мог сам принять «Новичок». А «Новичок» делают в Латвии. Вот весь этот набор, про который Макрон сказал, что это вот русскому крестьянину можно такое говорить, а президенту Франции нет. В это я, как раз, верю охотно. Наверное, Владимир Путин так думает. Но представить себе… Да, Меркель звонит Путину, а решение принимает главный врач омской больницы. Ну, ерунда какая-то! Наверное, решение принимает Путин.

С. Мардан:

- Не, принимал решение кто-то из очень ближнего круга, естественно, там главного руководителя делает его окружение, так было всегда. За исключением, может, товарища Сталина, который предпочитал работать с первичной документацией. А все остальные в силу плохого образования и небольшого жизненного опыта, да, как бы картину мира видят через приближенных. Поэтому как картина мира, которая связана была с Навальным, сформирована, в том числе, в голове, не знаю, Путина или людей, которые занимаются этой темой, я не имею ни малейшего представления.

О. Кашин:

- У нас же работа такая – фантазировать и домысливать за них. Или не фантазировать, а версии строить. Вот ты говоришь: плохое образование, плохой опыт. Думаю, что у Путина нормальное образование и опыт – ленинградский юрфак, не пединститут провинциальный. Думаю, ему хватает и опыта, чтобы понять, да, что если такая ситуация, что человек умрет у него на руках буквально, потом же не отмоешься. Лучше его отдать немцам, действительно, пускай с ним разбираются.

Другое дело, очевидно, он был уверен, что никакого «Новичка» в нем не найдут. И это то ли алиби для Путина, то ли наоборот, я скажу, как лояльный человек, скажу…

С. Мардан:

- А я как лояльный человек, отвечу, что если решение принимал он, как бы разрешил его отправить в Германию, значит, он, скорее всего, был уверен в том, что никакого «Новичка» в теле Навального нет.

О. Кашин:

- Согласен. Смотри, Навальный – богатая тема.

С. Мардан:

- Мы ее продолжим.

О. Кашин:

- Продолжаем говорить про Навального, кто кому мстит. Сергей поднял интересную на самом деле тему. Что Навальный революционер, Навальный диссидент, Навальный предлагает образ будущего, а на самом деле не предлагает, подменяя его какими-то лозунгами про коррупцию. И я хочу спросить Сергея. А с чего он, собственно, взял, что Навальный революционер или что-то готовит? Что это доказывает, какие есть признаки того, что перед нами какая-то политическая сила, желающая что-то совершить? Где это написано?

С. Мардан:

- Быть революционером – это вполне себе рыночная ниша, она не может быть пустой, на нее много кто претендовал, начиная от Бориса Николаевича (он успешно эту нишу занял), заканчивая покойным Борисом Немцовым (он недолго занимал эту нишу). Соответственно, когда Немцов был убит, эту нишу занял Навальный безраздельно. Он ее зачищает с упорством компании Apple какой-нибудь или, точнее, Фейсбука, который выкупает конкурентов на корню.

О. Кашин:

- Безусловно, защищает, здесь согласен абсолютно. Когда мы были на Болотной (оргкомитет), там было 10 каких-то топовых людей – Гудков, тот же Немцов, еще кто-то, и Навальный – один из них. Сейчас Навальный один.

Про Немцова ты говоришь, что он был революционер…

С. Мардан:

- Оппозиционер.

О. Кашин:

- Оппозиционер, который, наверное, хочет прийти к власти. А как? 10 лет назад были митинги в Калининграде (тогда губернатором был Георгий Боос). Митинги были формально про транспортный налог, а на самом деле антибоосовские. И вот прилетает туда Немцов выступать (они мне оба рассказывали, такое правило двух источников). Немцов прилетел и звонит Боосу: Жора, привет, я прилетел митинговать против тебя. Почему? Потому что оба были депутатами, оба были, по-моему, лидерами фракций, Немцов был губернатором. И вот номенклатурная этика заставляет предупреждать о таких вещах. Меня это очень удивило. Погодите, ты же не системный какой-то герой, борец, а ты звонишь Боосу. А почему? Потому что эти связи выше любой политики.

Но это тоже такая ремарка на полях. Мы говорим, революционеры – ниша. Но ниша, майка с Че Геварой, допустим, ее может производить тот же Ростех. Вот, покупайте революцию.

С. Мардан:

- Понятно, что сил, которые поддерживали, лояльно относятся к Навальному, финансируют его или оказывают ему какие-то услуги, я думаю, что их довольно много. Это можно свести к банальной формуле: разные башни Кремля, одни топят за Болотную, а вторые хотят ввести какие-нибудь охранительские законы, - я думаю, не совсем так.

Я почему вспомнил покойного Бориса Немцова? Он был частью системы. Скажем так, для российских геополитических конкурентов он был не самой оптимальной фигурой – слишком большой негативный шлейф. Ровно поэтому я считаю, что очень слабые шансы возглавить потенциальную русскую революцию о Ходорковского. Он бывший олигарх, он зашкваренный навсегда, до конца своих дней.

О. Кашин:

- Погоди. А на рынке российской политики ты считаешь игроками этих геополитических противников?

С. Мардан:

- Конечно.

О. Кашин:

- А в чем это выражается?

С. Мардан:

- Они конкурируют, как на рынке собачьего корма. Вот один корм делается из зерна, мяса в нем нет. Это условный Ходорковский. А Навальный – там есть мясо. У него идеальная биография. То есть люди, которые выращивали Навального, в маркетинге понимают просто замечательно. Навальный – идеальный совершенно бренд. Во-первых, он человек первого постсоветского поколения, ему 43 года. То есть советскую власть он застал нежным ребенком и никак с ней не связан. То есть он не будет топить ни за Сталина, ни за Ленина, ни за брежневский пломбир, ни за что это. У него идеальное образование, он безликий юрист. Вот для американцев каких-нибудь или даже для французов юрист – это как белая рубашка и строгий галстук, не подкопаешься.

О. Кашин:

- Напомню, Владимир Путин – юрфакт, и Дмитрий Медведев – тоже юрфак.

С. Мардан:

- Советский юрфак. У него антисоветский юрфак.

О. Кашин:

- РУДН 90-х годов, эти советские юристы и преподавали.

С. Мардан:

- Неважно. В переходе, скорее всего, этот диплом был куплен, и тем не менее.

О. Кашин:

- Слушай, он же с сенатором Клишасом учился, тот подтверждает, что учился, все нормально.

С. Мардан:

- Врет, наверное, и Клишас. Все врут. Все, что связано с Навальным, это одно сплошное вранье. А Клишас врет, по-моему, каждый день, он за это зарплату получает.

Еще одно соображение по поводу Навального. Начиная от его абсолютно арийской внешности (голос подкачал, конечно, писклявый, на мой взгляд), все остальное для Инстаграма – идеальная картинка. Голубоглазый, блондин, семья роскошная, как будто ее с обложки американского журнала сняли.

О. Кашин:

- Сергей, ты к чему клонишь? Америка стоит за Навальным, Америка придумала Навального, Америка двигает Навального?

С. Мардан:

- Да, коллективный Запад, коллективная корпорация Mars придумала Навального. Я почему про это подробно говорю? Оболочка – да, она идеальна для того, чтобы продаваться, внутри – говно, там ничего нет, там одно зерно, там нет мяса, этим нельзя кормить собак. Русских собак этим кормить нельзя.

О. Кашин:

- Хорошо. Тогда я как патриот патриота спрашиваю. Если в российской политике, причем не последний персонаж, абсолютный агент Соединенных Штатов, как говорит Сергей Мардан, то я, как Лия Ахеджакова, спрашиваю: где же наша госбезопасность, почему она не защищает нас от американского шпиона Навального?

С. Мардан:

- Согласен. Присоединяюсь.

О. Кашин:

- А у меня есть ответ на самом деле. Что Навальный никакой не американский шпион.

С. Мардан:

- Немецкий, что ли?

О. Кашин:

- Российский, если так можно выразиться. Я недавно пытался даже написать (потом заленился, правда) такую фэнтези, маленькую пьесу. Когда начало 80-х, и Андропов говорит, что кризис у нас, поэтому давайте придумаем такую вещь. Давайте скажем, что главная угроза Советскому Союзу – от общества филателистов. И давайте как-то давить филателистов, запрещать филателистов. Хорошо, начали. В итоге все более-менее активные оппозиционно настроенные граждане тянутся к филателизму, естественно, возникают какие-то звезды – марки собирают, здорово, «Голос Америки» про них говорит: опять в Советском Союзе репрессии против филателистов. И так проходят годы, никуда не меняется власть КПСС, потому что народ увлечен филателизмом, потому что считается, что это самая главная тема. В итоге никто никак не шатает устои, потому что филателисты это всего лишь какие-то идиоты, собирающие марки.

Здесь что-то такое. Любая протестная активность в последние годы аккумулируется вокруг чего? А вот давайте бороться с коррупцией. Давайте. Вот давайте представим, что у нас Медведев главный вор, главный злодей. Кошмар, ненавижу Медведева, давайте Медведева свергать. А вот еще у нас выборы в регионе, в Хакасии. Давайте голосовать за коммунистов Хакасии. Всё, в Хакасии побеждает коммунист, режим Путина трещит. А он не трещит, он укрепляется. Все, что делает Навальный, конечно, это вредит геополитическим оппонентам России, потому что укрепляет российское государство, укрепляет российскую власть.

С. Мардан:

- Нет, я не согласен. Мне кажется, устроено все немножко не так. Если поглядеть на Латинскую Америку, на Восточную Европу, как долго там те же американцы или немцы, или условные англосаксы готовы выращивать следующее поколение альтернативных политиков. Они готовы их выращивать десятилетиями, дожидаясь того момента, когда звезды встанут оптимальным образом, и, наконец, можно будет сорвать банк. Я себе как конспиролог представляю это так. Навальный для них понятная совершенно персона. Плевать им, что у него за душой. Он, условно говоря, наемник мирового западного капитала, наверное. Возможно, я ошибаюсь, возможно, он второй Владимир Ильич Ленин, которого привезут в пломбированном вагоне, а он потом воткнет граненый штык в брюхо этому самому англосаксонскому буржую. Хотя вряд ли.

О. Кашин:

- Знаешь, Сергей, я с тобой в целом согласен по общей концепции. Что, конечно, Запад - 30 лет, 50 лет для него не срок, он выращивает свою агентуру. Более того, Навальный молодой, сын военных из Одинцовского района. Нет, у них все серьезнее. Смотрим биографию навскидку. Владимир Рудольфович Соловьев. Открываю Википедию и читаю его биографию. Преподавал физику, математику в школе № 27, где учился сам. В 90-м году Соловьева пригласили преподавать экономику в Алабамский университет в Хантсвилле. В США Соловьев начал заниматься бизнесом, консультировал строительные компании, был вице-президентом компании Wild Boys Land. В 92-м году вернулся в Россию.

Кто это? По-моему, это спящий. И таких людей, которые учились на Западе, воспитаны Западом… Если вот эту американскую агентуру прошерстить, я думаю, мы много интересного найдем. Я, например, в Америке не учился, я простой калининградский моряк.

С. Мардан:

- Ты просто молодой еще, поэтому не застал.

О. Кашин:

- Так Навальный – человек моих лет. Конечно, он такой же. То есть никакие американцы тинейдежом в 90-е годы просто не занимались, у них были свои Соловьевы…

С. Мардан:

- А почему ты ограничиваешь 90-ми? Каждые 10 лет можно делать очередную закладку. Ну, в 89-м, 90-м, 91-м такое количество энергичных людей поехало на Запад, с моего курса уехало человек 10, я готовился уехать в Бельгию учиться. И уехал бы, если бы захотел.

О. Кашин:

- И сколько из них завербовали?

С. Мардан:

- Думаю, что нисколько.

О. Кашин:

- А почему? Потому что это твои друзья.

С. Мардан:

- Нет. Потому что они деньги любили больше, чем ненавидели родину.

О. Кашин:

- Любой шпион любит деньги.

С. Мардан:

- Нет, настоящий шпион должен шпионить за идею. А иначе что это за шпион? Он сразу продаст всех.

О. Кашин:

- Когда я смотрю Соловьева, по-моему, там как раз деньги, а не идея.