window.dataLayer = window.dataLayer || []; function gtag(){dataLayer.push(arguments);} gtag('js', new Date()); gtag('config', 'G-1HBB79RDRC', { sampleRate: 1.1 }); С днём Великой Октябрьской! За 15 лет популярность 7 ноября выросла на 15 %

С днём Великой Октябрьской! За 15 лет популярность 7 ноября выросла на 15 %

Сергей Мардан и Мария Баронова обсуждают с журналистом Константином Семиным, почему левые идеи снова захватывают молодежь по всему миру и нужно отменять плоскую шкалу налогообложения

С. Мардан:

- В студии Сергей Мардан. С нами Константин Семин, журналист, телеведущий, блогер. Будем говорить о завтрашнем празднике – о 7 ноября. День Великой Октябрьской социалистической революции.

К. Семин:

- Добрый вечер.

С. Мардан:

- Мне недавно попались на глаза исследования, очередной опрос к гражданам России, как они относятся к празднику Октября. За 15 лет рейтинг 7 ноября вырос на 15 %. Как вы это можете объяснить? Обычно нас кормили историями, что поколение Октября – советское поколение практически вымерло. Они все остались в телевизоре. А молодым все это совершенно неинтересно.

К. Семин:

- Знаете, мне очень трудно комментировать эти результаты. Потому что я не знаю, уточняли ли люди, что они подразумевают под этим праздником. И действительно ли они в курсе, что 7 ноября – это красный день календаря, День Великой Октябрьской социалистической революции.

С. Мардан:

- Положительно относятся к празднику 7 ноября.

К. Семин:

- Но понимая при этом, что это именно День Великой Октябрьской социалистической революции? Я почему говорю, что это уточнение необходимо, потому что, к сожалению, очень многие сегодня представители этого поколения, которое мы обсуждаем заочно, без его участия, они имеют очень обрывочные представления об истории вообще и об этом отрезке истории тоже.

Я думаю, что рост популярности в принципе левых идей в нашем обществе, а невозможно отделить 7 ноября от этого процесса полевения всего нашего общества, и не только нашего общества, это наблюдается по всему миру, - все это связано с продолжающимся в мире и в нашей стране экономическим кризисом. Люди теряют работу, люди оказываются выброшенными на обочину. И молодежь ощущает это в первую очередь. В отличие от молодежи 90-х годов, которая была опьянена этой ельцинской сказкой, молодежи, составляющей до сих пор ядерный такой электорат политиков, блогеров, публицистов, слушающих, внимающих таким персонажам как Юра Дудь и так далее. В отличие от этой возрастной категории, сегодняшняя молодежь, то есть самые-самые юные сегодня, они не имеют за спиной никакой инерции, никакого наследства, доставшегося им от их родителей, от бабушек и дедушек. Я в первую очередь имею в виду, например, унаследованные квартиры. А это значит, что не нужно платить за жилье. Я говорю о бесплатной в той или иной степени медицинском обслуживании, об образовании и так далее.

Сегодняшняя молодежь оказывается брошенной в ледяную воду вот этой самой хваленой капиталистической реальности. И ощутив это все со всеми прелестями нового уклада, нового нашего бытия на собственной шкуре, молодые люди начинают задумываться. И они сами для себя нередко открывают вот эту историю, фактически вычеркнутую, вымаранную из наших учебников истории, из нашей школьной образовательной программы. Ведь там практически не говорится о том, что революция была социалистическая. Там никогда не говорится о том, что она была великая.

И вот дети приходят к новым для себя взглядам теми же дорожками, какими приходили в свое время подростки, студенты в начале ХХ века. Ведь Великую Октябрьскую социалистическую революцию делали не старики бородатые, ее совершала та же самая молодежь. Молотову, который пришел в революционное движение, было 15 лет. Сталину, который сбежал из тифлисской семинарии, начитавшись Маркса, было очень мало лет. Ренессанс левой идеи, конечно, объясним. Но все-таки в нашей стране это явление имеет очень ограниченный масштаб пока. Растут и множатся марксистские кружки. Появляются левые движения партий. Далеко не монопольно владеет умами молодежи Юрий Дудь. Никто уже практически не слушает «Эхо Москвы». Либеральная публика, либеральные публицисты середины 2000-х уже просто на свалке истории.

Думаю, что будущее будет решаться между новыми очень юными, очень молодыми левыми и новыми очень юными, очень молодыми правыми. Всем остальным на этом татами, на этом ристалище места не найдется.

С. Мардан:

- Я так понимаю, что сейчас прозвучал приговор КПРФ и ее вождям?

К. Семин:

- Можете и так считать. Но это не я придумал, я не виноват в этом.

С. Мардан:

- Как вы думаете, для коммунистической партии, возьмем даже КПРФ, я все же надеюсь, что у них есть какие-то шансы возродиться в будущем в какой-то форме, какой должен быть возрастной ценз на присутствие в центральном комитете? 40 лет, 50 лет? Когда на пенсию людей отправлять?

К. Семин:

- Знаете, если бы мы вводили возрастной ценз, или если бы предшественники наши вводили возрастной ценз в XIX или в ХХ веке, я думаю, очень многих классиков мы не увидели бы в рядах революционеров, вошедших в историю.

С. Мардан:

- Ленин был фактически стариком.

К. Семин:

- Здесь дело в общей тенденции. А сколько было Марксу, сколько было Энгельсу? Что это меняет? А сколько было какому-нибудь гуру неолиберализма Милтону Фридману? А сколько было Пайпсу или каким-нибудь другим иконам либерализма современного? Это ничего не меняет. Речь о том, сколько молодежи разделяет эти идеи. Если вы посмотрите на современное американское общество, которое вот сейчас, впервые самая молодая Америка голосовала – возрастной диапазон от 18 до 45 лет средний – голосовала за двух стариков. И эта молодая Америка вся стремительно левеет сейчас. Об этом кричит, верещит Трамп на своих митингах. Когда он говорит, что идет коммунистическая зараза, коммунистическая волна из Китая, на самом деле он чего боится? Того, что виднейшие университеты, крупнейшие кампусы университетские в Соединенных Штатах – они все левые.

В нашей стране мы сели в отцепленный вагон, в нашей стране молодежь под воздействием пропаганды ельцинистской, под воздействием образовательной системы, под воздействием, может быть, инерции советского проекта, потому что либеральные пропагандисты нередко связывают сегодняшнюю разруху, деградацию, бедность с наследием Советского Союза, что, конечно же, ложно, что, конечно же, не имеет ничего общего с действительностью, но наша молодежь прыгнула в отцепленный вагон.

И в то время как самая прогрессивная молодежь, выходящая на площади Сантьяго-де-Чили, допустим, где миллион человек свергают неолиберальную диктатуру президента Пиньеры, рыночника, капиталиста. Миллион человек – недовольных чилийцев на улице. Или Ливан посмотрите. Или Европу посмотрите. Вот Польша, которая вышла против консервативного правительства Качиньского и компании, сгруппировавшегося вокруг этих людей, это какая Польша? Это антиклерикальная Польша, свободомыслящая и нередко лево мыслящая Польша. Это не консервативные взгляды, это не рыночные взгляды нередко. Хотя в Польше мы этого ожидали увидеть меньше всего.

Посмотрите на Германию, посмотрите на Францию, посмотрите на Великобританию. Практически по всему миру только самые закоснелые ретрограды, самые отсталые люди, которые не могут просто видеть то, что происходит вокруг них, не способны с открытыми глазами воспринимать те ужасы и беды, которые несет в каждую страну кризис капиталистической системы. Массовая безработица, массовое обнищание, приватизация всех систем здравоохранения, забиты койки в палатах интенсивной терапии по всей Европе. И в нашей стране абсолютный коллапс здравоохранения. Это что такое?

С. Мардан:

- Вы считаете, что Китай является наследником Великого Октября?

К. Семин:

- Отчасти, конечно.

С. Мардан:

- Почему отчасти, а не полностью?

К. Семин:

- Ну потому что в Китае запущены рыночные реформы.

С. Мардан:

- А это исключено для социалистического государства?

К. Семин:

- Это возможно для социалистического государства. Это очень долгий разговор. Если в социалистическом государстве соблюдается принцип диктатуры пролетариата, и рыночные реформы не отменяют этого принципа, как, например, было во время новой экономической политики Ленина в 20-е годы, то есть рыночной инициативе позволяют на короткое время насытить рынок товарами, создать те необходимые элементы капитализма, которые социализм впоследствии использует для того, чтобы на этом фундаменте строить новые отношения, - тогда, да, тогда это возможно.

Если же в стране происходит, допустим, контрреволюция, откат назад, реставрация капитализма, то тогда, конечно, нельзя говорить о том, что эти…

С. Мардан:

- В Китае контрреволюция?

К. Семин:

- Это спорный, дискуссионный вопрос, на который в коммунистическом движении нет общей точки зрения.

С. Мардан:

- А ваша точка зрения?

К. Семин:

- Для того, чтобы уверенно об этом судить, нужно побывать неоднократно в Китае. Я там был однажды, я не являюсь специалистом по Китаю, но очень многое из того, что я вижу и слышу оттуда, у меня есть немало друзей китайцев, в том числе китайских товарищей, придерживающихся коммунистических взглядов, очень многое меня настораживает в том, что там происходит сейчас.

С. Мардан:

- То есть они не настоящие коммунисты? И Китай – не настоящая социалистическая страна?

К. Семин:

- В Китае ежегодно, даже до начала кризиса, фиксировалось до 185 тысяч случаев народных выступлений, проявлений недовольства трудящихся, в первую очередь.

С. Мардан:

- Кронштадтский мятеж тоже расстреляли из пулеметов. Чего удивляться?

К. Семин:

- Да, конечно. Но Кронштадтский мятеж не был мятежом рабочих.

М. Баронова:

- А события в Новочеркасске?

К. Семин:

- События в Новочеркасске – могу прочитать на эту тему лекцию. Она просто будет очень долгой. Это ничего общего не имеет с подавлением рабочего движения, которое не было необходимости в Советском Союзе подавлять, потому что рабочий человек в Союзе был у власти. Но вы начали разговор о Китае. И я лишь хотел…

М. Баронова:

- То, что вы сказали, неправда.

К. Семин:

- Я хочу закончить ответ на ваш вопрос…

С. Мардан:

- Я хотел бы связать 7 ноября с 4 ноября. Это живой праздник или это такая была тупая попытка заместить память о Великой Октябрьской социалистической революции?

К. Семин:

- Думаю, что второе. Думаю, что не живой. И дело даже не в каких-то моих особенных взглядах. Я думаю, если вы выйдете на улицу, безотносительно к симпатиям или антипатиям по отношению к 7 ноября, очевидно, что люди воспринимают… Вообще мне кажется, что за последние 30 лет в принципе вот эта система общенародных праздников очень сильно девальвировалась.

С. Мардан:

- Почему?

К. Семин:

- Люди к праздникам относятся просто как к выходному дню. Ну, в принципе, когда нам говорят по телевизору о народном единстве, мы же понимаем, что это в значительной степени бутафория. Никакого подлинного единства нет. И все наши праздники омещанились. Они потеряли, если и был в них какой-то героический смысл, стремительно происходит девальвация, мне очень горько об этом говорить, но это так, происходит девальвация праздника Великой Победы 9 мая. Все больше и больше пошлых видеокадров, фотографий, коллажей. И при этом мы нередко просто не осознаем, насколько это выглядит пошло и кощунственно. Потому что для нас это всего лишь выходной день нередко. Не для всех, я не хочу сказать так про всех.

И то же самое происходит и с 4 ноября, и с 7 ноября, и с любым другим ноября, октября, мартобря, июня, июля, августа и так далее. То есть человек вынужден сегодня драться каждый за себя, сражаться за собственную шкуру, думать исключительно о том, как прожить сегодняшний день. И ничего больше его по-крупному не беспокоит. Вот когда появляется по телевизору какой-нибудь человек и начинает рассказывать: друзья, нас ведь очень многое объединяет, - до какой степени нас это объединяет и в какой момент?

Оказывается, что нет, что страна по-прежнему разделена траншеями, рвами противотанковыми, где с одной стороны – горстка сверхбогатых, а с другой стороны – просто вопиющая, оскорбительная для истории нашей, для национального самосознания, если хотите, бедность. И какая тут может быть общность? Какое здесь может быть единение?

С. Мардан:

- Константин, а вот эта история ежегодная, когда члены ЦК КПРФ 7 ноября возлагают венки, приходят на Красную площадь, а еще повязывают галстуки детям. Вы не думаете, что лучше вообще никак не отмечать 7 ноября в России, чем так его дискредитировать?

К. Семин:

- Я думаю, что сегодня и это, и многое другое имеет признаки бутафории, буффонады, театра, ненастоящести. И обвинять исключительно КПРФ в том, что они делают что-то не так, я бы не стал. Потому что, допустим, реконструкция Парада 7 ноября 1941 года, с двуглавыми орлами на грузовиках, это что, честнее, что ли, искренней? У нас повсюду так. Когда рисуют американские танки на плакатах…

С. Мардан:

- Погоны в 1943 году появились тоже на ровном месте.

К. Семин:

- А причем здесь погоны? Орлов-то точно не было, правильно? Когда с красного флага Победы исчезают серп и молот, вымарываются, а на трансляции они отсвечивают, не доскребли, не дососкребли, и это видят все люди, миллионная трансляция это видишь, все осознают, это не является никакой новостью, никаким откровением, все осознают, насколько все фальшиво, насколько все не по-настоящему. Ну, и если где-то не по-настоящему повязывают пионерские галстуки, я не думаю, что причина в том, что верхушка КПРФ испохабила нам праздник.

С. Мардан:

- А современная российская власть боится коммунистической идеи?

К. Семин:

- Я думаю, что любая буржуазная власть коммунистической идеи боится. Поэтому гражданин Медведев в свое время даже договорился до того, что учение Маркса – это экстремистское учение. Для буржуазии, для олигархии, для горстки семей, получивших в 1991 году контроль над властью и собственностью, в первую очередь какой собственностью? Построенной трудом миллионов других людей. Фактически это был крупнейший грабеж, акт ограбления миллионов. Вот такая власть, конечно же, будет бояться коммунистической идеи.

Потому что коммунистическая идея провозглашает бескомпромиссность противоречий, невозможность устранения классовых противоречий в любом обществе. Это значит, что борьба между теми, кого ограбили, и теми, кто ограбил, она не может быть свернута по щелчку пальцев, по щучьему велению. Эта борьба будет продолжаться всегда. С большей или меньшей силой.

Нам рассказывают сказки, и в учебники истории это тоже попало теперь, что якобы можно заключить некий коллективный договор, общественный договор. Приводят французские политические теории, английские политические теории, американские и так далее. Что, дескать, можно волков и овец примирить. Но в действительности, на самом деле в реальности примирить никого нельзя. Потому что капиталист всегда думает об одной-единственной вещи – о собственной прибыли. Если для того, чтобы получить ему прибыль, нужно сбросить со своего баланса десяток-другой, а то и сотню, а то и тысячу работников, он сделает это, не задумавшись.

С. Мардан:

- Во Франции это не так. Там практически невозможно…

К. Семин:

- Откуда, скажите мне, на Елисейские поля выходят тысячами «желтые жилеты»? Как это – не так? Именно так там и происходит. И везде так.

С. Мардан:

- Но трудовое законодательство очень жесткое. Возьмите трудовое законодательство финское, норвежское, шведское.

К. Семин:

- Никакое трудовое законодательство не препятствует сейчас французским корпорациям в увольнении людей. Они увольняются там такими же пачками, такими же тысячами, как, например в Соединенных Штатах, где только за последнюю неделю корпорации Lockheed Martin, Raytheon, Disney и Boeing объявили об увольнении новых тысяч и тысяч сотрудников. Авиакомпания Lufthansa посадила на голодный паек половину своих пилотов. О чем вы говорите? Как только капиталист начинает терять деньги, он сразу же ищет, какими людьми заткнуть эти бреши, эти пробоины.

Посмотрите на гражданина Потанина сегодня. Это просто свежайший пример. А сколько таких примеров! Каждый, кто нас слушает и смотрит, может привести их десятки, сотни. Причем из собственной биографии, из собственной жизни. Здесь не нужно никаких учебников, здесь не нужно никаких документальных фильмов про проклятых картавых большевиков, присланных немецким кайзером для того, чтобы разрушить благословенную царскую Россию. Нет, каждый видит это на собственной шкуре и чувствует ежедневно.

С. Мардан:

- Спасибо! Я очень рад, что мы вас пригласили накануне праздника 7 ноября. Именно так, на такой ноте его и нужно будет завтра осмысливать.

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Google Podcasts или Apple Podcasts, ставьте оценки и пишите отклики!

Мардану это очень важно, так как чем больше подписчиков, оценок и комментариев будет у подкаста, тем выше он поднимется в топе и тем большее количество людей его смогут увидеть и послушать.