Севастопольский вальс: фотопутешествие по Городу Героев

Фиолент

И даже военных моряков, некогда составлявших большинство населения города, сейчас мало, Черноморский флот уменьшился по сравнению с временами СССР почти в 10 раз.

Современная массовая застройка соседствует с домами, построенными после войны и в позднесоветскую эпоху. Идешь по улицам - а в голове сам по себе возникает мотив «Севастопольского вальса» - песни, когда-то ставшей своеобразной визитной карточкой города.
Наш обозреватель - Юрий Щегольков в ходе своего бесконечного путешествия по России и миру в очередной раз посетил Город Героев - Севастополь.

Наше путешествие мы начинаем с мыса Фиолент (Фелент, Феолент). Впервые это название появилось на русских картах в 1790 году. Существует несколько версий происхождения топонима Фиолент. Согласно первой из них, «Фиолент» — это греческое выражение «Божья страна». Согласно другой, название восходит ко временам господства генуэзцев и происходит от итальянского слова violente — «неистовый» (возле мыса часты морские волнения). Крымскотатарское Felenk Burun (Феленк Бурун) — буквально «тигровый мыс».

По преданию именно на мысе Фиолент ступил на крымскую землю апостол Андрей Первозванный, прибывший сюда для проповеди Евангелия.

Херсонес

Уникальность Севастополя - это Херсонес. Херсоне́с Таври́ческий, или просто Херсоне́с (др.-греч. Χερσόνησος — ἡ χερσόνησος: «полуостров»; в византийское время — Херсо́н, в генуэзский период — Сарсона, в летописях Древней Руси — Корсу́нь) — полис, основанный древними греками на Гераклейском полуострове на юго-западном побережье Крыма. Единственный античный полис Северного Причерноморья, городская жизнь в котором непрерывно поддерживалась вплоть до конца XIV века.

Сегодня остатки города - федеральный музей-заповедник, равного которому, по историческому значению в России нет.

Собор

По преданию и историческим свидетельствам, крещение Великого князя Владимира Святославича в 987 (или 988) году могло случиться в городе Херсонесе (Корсуни), в ходе подавления мятежа Варды Фоки. В «Повести временных лет» Нестор Летописец упоминает про городскую соборную церковь: «посреди града, где собираются корсунцы на торг», которая, как предполагают некоторые историки, могла быть наиболее вероятным местом судьбоносного для Руси события.
Сегодня Владимирский кафедральный собор в Херсонесе — кафедральный соборный храм Симферопольской и крымской епархии Московского патриархата в Херсонесе Таврическом . Построен по проекту Давида Гримма в месте, которое считается одним из тех, где в 987 году мог быть крещён киевский князь Владимир, освящён в 1891 году; восстановлен из полуразрушенного состояния в 1990-е — начале 2000-х гг.

Пристань

Графская пристань - еще одна знаковая достопримечательность города - является главной пристанью города. Здесь начинается военно-морской парад кораблей Черноморского флота России в День Военно-Морского флота, собираются ветераны Великой Отечественной войны.

Графская пристань была построена в 1783 году как деревянный шлюпочный причал. В 1787 году к приезду в Севастополь Екатерины II деревянные ступени пристани были заменены каменными.

В 1846 году по проекту инженер-полковника Джона Уптона, утверждённому в октябре 1844 года, была построена новая пристань как парадный вход в Севастополь со стороны моря.

Пристань 2

Пристань - не большая и не маленькая, очень изящная - настоящий шедевр архитектуры 19 века. Глядя на нее как будто видишь бесчисленное количество кораблей приходивших сюда и уходивших в походы по всему миру.

Панорама Рубо

Севастополь стал всемирно известным в годы Крымской войны. Именно сюда пришли англичане, французы, турки и сардинцы - с тем, чтобы захватив главную базу Черноморского флота Российской империи, навсегда ослабить ее южные фланги.

Оборона Севастополя - без сомнения главное событие середины 19 века, не даром Крымскую войну называли предтечей мировых войн.

По сути – первая оборона Севастополя – это оборона обреченного города. Города, который по сути предан. Город – все жители которого понимают – если не они, то никто. Город, в котором нет уже особой разницы между офицерами, солдатами и матросами – перед врагом все равны, а помощь – уже не придет.

Здесь родился массовый героизм русских солдат, в военных сводках того времени он был описан так: «Вследствие распоряжения вашего превосходительства, для отдохновения нижних чинов, днем и ночью действующих на батареях вверенной мне дистанции, из флотских экипажей, им назначена была смена; но прислуга изъявила единодушное желание остаться при своих орудиях, изъявляя готовность защищаться и умереть на своих местах»

Рубо

Бюст автора панорамы «Оборона Севастополя» Франца Алексеевича Рубо́ — российского художника-панорамиста, академика и руководителя батальной мастерской Академии художеств, создателя трёх батальных панорам: «Оборона Севастополя», «Бородинская битва», «Штурм аула Ахульго». Рубо - основоположник отечественной школы панорамной живописи, автор около двухсот монументальных полотен.

В 1902—1904 под его началом в предместье Мюнхена группой немецких художников была создана панорама «Оборона Севастополя», открытая в 1905 году в Севастополе в возведённом для неё здании.

Во время второй обороны города в годы Великой отечественной войны панорама «Оборона Севастополя» находилась в осажденном городе. 25 июня 1942 года во время бомбардировки и артиллерийского обстрела в здание панорамы попали бомбы. Борьба за спасение картины длилась около двух часов. Только героическими усилиями моряков-черноморцев и солдат, бросившихся в огонь, удалось спасти 86 отдельных частей картины. Ночью 27 июня уцелевшие фрагменты произведения были погружены на последний корабль, прорвавшийся в осаждённый город — лидер эсминцев «Ташкент».

35 батарея

Символ второй обороны города - 35 батарея. Место, которое должен посетить каждый, кто хочет понять - что такое Севастополь.

35

Решение о сооружении батареи было принято перед 1-й мировой войной. В 1913 году на мысе Херсонес начинается строительство. Проектировал береговую батарею военный инженер генерал Н. А. Буйницкий. Изначально батарея получила № 25. В 1918 году из-за политических событий работы были прекращены.

В своей основе батарея - это бетон и сталь. Практически неприступное сооружение, ставшее главной твердыней обороны города.

35

Батарея спрятана под землей. Бомбить и обстреливать ее бессмысленно - системы жизнеобеспечения уходят на несколько этажей в толщу скалы.

35

Вот из таких мортир противник пытался обстреливать «Форт Максим Горький», так фашисты называли 35 батарею,но из этого ничего не получилось.

35

Гарнизон батареи мог не выходя на поверхность вести боевую деятельность. В музее сохранены нары, на которых в перерывах между боями спали солдаты.

35

На батарее был оборудован и госпиталь.

35

По подземным переходам можно выйти и к скалистому берегу моря. Именно сюда в последние дни обороны пришли последние катера, которые, к сожалению, не смогли взять с собой всех осажденных. Правда, командование армии ушли - на катерах и подлодках. Этого командирам простые моряки никогда не простили.

35

Сейчас 35 батарея - музей. Бесплатный музей.

Кроме сохранившихся казематов 35-й береговой батареи, музей включает в себя современные мемориальные объекты - Пантеон Памяти, Некрополь павших, часовня во имя Архистратига Михаила, памятник личному составу 2-й бронебашни, объекты жизнеобеспечения комплекса.

Музей был создан 4 июля 2006 года решением Севастопольского городского Совета. Большой вклад в создание Музейного историко-мемориального комплекса «35-я береговая батарея» внёс Алексей Чалый, предприниматель, с февраля 2014 года — «народный мэр» Севастополя, с 22 сентября 2014 года — председатель Законодательного собрания Севастополя. Вероятно сегодня это самый популярный человек, проживающий в городе.

севастополь

Памятник затопленным кораблям - символ города.

Во время первой обороны, дабы не допустить прорыва во внутренние бухты технически более совершенных паровых кораблей противника, командование Черноморского флота принимает страшное в своем отчаянии решение: затопить старые парусники на внешнем рейде, чтобы свести колоссальное преимущество врага к минимуму.

Решение было именно страшным и отчаянным, до сих пор военные историки спорят - кто был прав - главнокомандующий русской армией в Крыму князь Меншиков или командующий флотом адмирал Корнилов. Он, например, услышав слова главнокомандующего предложил забыть о многократном численном и техническом превосходстве вражеской эскадры, выйти в море и дать сражение неприятелю, чтобы, если уж и не совсем разбить его, то по крайней мере обессилить настолько, чтобы он не мог сразу же начать осаду города. Мнения военного совета разделились, наконец Меншиков отдает приказ, - корабли затопить так, чтобы противник не мог войти во внутренние бухты, команду и пушки снять для усиления обороны города.

На следующий день Корнилов отдал приказ затопить корабли. "Москва горела, но Русь от этого не погибла, напротив — стала сильнее! Бог милостив! Помолимся ему и не допустим врага покорить себя!" — сказал он тогда.

Моряки рыдали, снимали пушки, и своими руками топили корабли, которые были частью их души - общим домом, защитой от врагов и стихий. Топили флот, который только что разгромил турок у Синопа.

Спустя 50 лет, в 1905 году, недалеко от центра города и Графской пристани появляется Памятник Затопленным Кораблям, практически сразу ставший символом Севастополя - величественным и прекрасным. (Какими нелепыми кажутся сегодня многочисленные и многомилионные исследования – «а что такое бренд того или иного места, региона или даже всей нашей России-матушки»? Вот стоит памятник, смотришь на него – и понимаешь – вся душа этого города здесь, в этом контуре – и ничего - не убавить и не прибавить).

Автор памятника долгое время оставался неизвестным. Лишь в 1949 г. в Центральном государственном историческом архиве города Ленинграда был обнаружен список произведений известного эстонского скульптора Амандуса Адамсона, составленный им самим в связи с избранием его действительным членом Академии художеств. В этом списке значится и Памятник затопленным кораблям. Последние исследования выявили участие в создании этого памятника архитектора В.А. Фельдмана и военного инженера О.И. Энберга.

Здесь нет столичного лоска и крупных промышленных предприятий, здесь мало туристов, хотя экскурсанты, как мухи на мед, летят сюда в больших количествах с Южного берега Крыма…

Каждый город, конечно, стоит того, чтобы его посетить, в каждом есть что-то такое, что может привлечь внимание туриста-странника, у всех есть Главная достопримечательность, Главный памятник, Главный храм и Главный местный музей, где с дотошностью мобильного приложения вам покажут и расскажут все, что в этом городе происходило – или почти все.

Много городов на земле, но Севастополь – один такой.

«Город был дважды почти полностью сожжен и разрушен», предвосхищая вопросы, вежливо говорит экскурсовод.

Нет другого города ни в России, ни в мире, за обладание которым дважды, в течение короткого исторического периода, не сходились в длительных и кровопролитных сражениях сильнейшие армии мира.

Все города уникальны, а вот стоит Севастополь среди этой уникальности на уже недосягаемой высоте, разве что Санкт-Петербург и Москва, между прочим – две наших столицы, могут с ним как-то сравниться. Правда, именно сравниться, но не возвыситься. Сильные мира сего, сидящие в кабинетах обеих столиц, дважды, пусть вынужденно, с оговорками, но оставляли город в Крыму на произвол судьбы, и оба раза Севастополь выходит победителем, кровью своей не просто закрывая ошибки и просчеты стратегов, но и спасающий государство, страну, народ от потери суверенитета, - как это принято говорить в специальной литературе, или убийства и разграбления – как это происходит на самом деле.

О многих городах можно сказать, что «здесь каждый камень пропитан историей», для Севастополя «пропитан историей» звучит слабо и дежурно, и даже величественные развалины древнегреческого Херсонеса выглядят здесь как-то обыденно, не они – главное.

В том числе и потому, что в Севастополе каждый камень не просто пропитан, а обильно пропитан кровью. Ставшей для нас, к сожалению, привычной и обыденной - русской кровью. И конечно же, когда севастопольцы (не «крымчане»!) видят очередных гогочущих экскурсантов-курортников, еще совсем недавно осваивающих all inclusive всех видов на внезапно подорожавшем средиземноморье, они хмурятся и переходят на другую сторону улицы.

Впрочем, и к многочисленным «квасным патриотам» особой любви у них нет, ведь, согласитесь, патриотизм – это совсем не то, когда громко кричишь о любви к Родине и ненависти к ее мифическим, зачастую, врагам и получаешь за это деньги.

Образ Севастополя – это высокая, пронзительная и очень чистая, без каких-либо примесей и оттенков, музыка. Трагичная, но не траурная, простая в своем величии, и безусловно не терпящая фальши. Так играет в воинской части команду «Отбой» наш горнист. Звук горна – одинокий, чистый, печальный.

Звук, который слышат все и на который равняются все.

Звук, с которым мы прощаемся с очередным днем нашей жизни.

Слова для этой музыки излишни, все уже написано неоднократно, собственно этот очерк – лишь самая простая дань тому чувству, которое испытает каждый, кто приедет сюда, и внезапно слышит эту музыку.