Мардан: В Африке можно вести дела, только если ты по духу настоящий флибустьер

Владимир Путин на саммите Россия - Африка
Публицист Сергей Мардан в еженедельной программе «Опять пятница» объяснил, почему власти 13 лет молчали о списанных Африке долгах и чем Россия занимается и будет заниматься на «черном континенте».

Скачать передачу [mp3, 42.1 МБ]

Мы предлагаем читателям полный текст радиопрограммы.


С. Мардан:

- Доброе утро!

Н. Фридрихсон:

- Опять пятница! Тут вот новость упала – половине россиян хватает денег только на еду и одежду.

С. Мардан:

- Это позитивная новость, ты ее невнимательно прочитала. Значит, официальные медиа написали об этом, как о том, что жизнь налаживается. О том, что, условно говоря, было 3%, а стало 3,5%.

Н. Фридрихсон:

- Где ты эту тональность уловил? Я вот читаю сейчас вполне официальное СМИ, и в каждой строчке слезы журналиста, который ее писал…

С. Мардан:

- Нет, может, конечно, ты просто не позитивно смотришь на жизнь, а я смотрю, наверное, позитивно. Вот, например, смотри – почти половина россиян: 49,4% хватает денег на еду и на одежду. Правда, здесь есть словечко «только» денег на еду и на одежду, но в первом квартале их было всего 49,2%. Так что рост – 0,2%. Позитив? Позитив. Раньше им хватало только на еду. А теперь еще и на одежду.

Н. Фридрихсон:

- Потрясающе! Так. «Не могут ничего купить, кроме еды, а также испытывают затруднения с оплатой коммунальных платежей 14% россиян».

С. Мардан:

- А было 15,2%.

Н. Фридрихсон:

- То есть, чуть-чуть стало попроще жить, да.

С. Мардан:

- С точки зрения формальных показателей, а к подобного рода цифрам нужно относиться совершенно отстраненно и не рвать волосы на всем теле по каждому подобному поводу…

Н. Фридрихсон:

- Если ты не входишь в эту половину россиян, тогда да, можно ничего нигде не рвать…

С. Мардан:

- Ну, поскольку действительно половина россиян живет всю свою жизнь, и родители их так жили, и, скорее всего, дети их будут жить точно так же, я думаю, что они все это воспринимают с куда меньшим драматизмом, чем мы себе можем представить. Нет, нет, я не отделяю себя от простого русского народа, я и есть простой русский народ

Н. Фридрихсон:

- Тебе хватает денег на что-то еще, кроме еды и одежды?

С. Мардан:

- Да.

Н. Фридрихсон:

- Вот видишь, ты уже в этом смысле не с половиной россиян!

С. Мардан:

- В этом смысле мне просто повезло, что папа с мамой перебрались в Москву много лет назад, поэтому мои стартовые условия всегда были многократно лучше, чем у подавляющего числа моих соотечественников.

Н. Фридрихсон:

- Что ты пристал к Москве? У меня друг в Питере вторую квартиру покупает.

С. Мардан:

- Ну и что?

Н. Фридрихсон:

- Москва в этом смысле не гарант… что у тебя всегда будут деньги в кармане. Не гарант.

С. Мардан:

- Конечно, не гарант. Но если ты родилась и закончила школу в каком-нибудь Пикулево, то ты в свои 17 лет начинаешь несколько с другой позиции, по сравнению с мальчиком из самой обычной скромной семьи, который отучился в каком-нибудь московском районе Лианозово. По определению это так. Если на вещи смотреть отстраненно, если ты родился в маленьком райцентре, у тебя весь выбор – это пойти на один или на два все еще работающих завода, на очень небольшую зарплату, где реальных перспектив вырасти у тебя нет никаких, потому что все карьерные места делятся и передаются по наследству, либо действующими акционерами, либо местными начальниками, либо пойти работать кассиром в какой-нибудь местный «Магнит». Все, на этом твоя жизненная перспектива закончена.

Н. Фридрихсон:

- То есть, это некая безысходность, а не лень этой половины россиян, которые не хотят что-то искать другое.

Сергей Мардан

С. Мардан:

- Это абсолютная безысходность. Она была всегда. Поэтому люди уезжали из деревень, из маленьких городов в большие города, где было больше возможностей. Это не было вопросом только личных амбиций или какого-то желания расти и прочее, прочее. В принципе, если ты хотел в жизни чего-то большего, что жизнь тебе предлагала там, где ты родился, то есть, поговорка «где родился, там и пригодился» не работает 100 лет, наверное. А самые амбициозные, конечно, ехали в Москву. Всегда все ехали в Москву. Москва всегда была пылесосом, которая высасывала всю остальную Россию.

Н. Фридрихсон:

- Знаешь такой славный город, который называется Кулебаки?

С. Мардан:

- Конечно.

Н. Фридрихсон:

- Я решила посмотреть, что у них там с работой и зашла на сайт, который предлагает вакансии. Ты знаешь, тут достаточно большой выбор. Директор магазина, продавец-кассир, продавец-консультант в салон сотовой связи, менеджер в салон сотовой связи, продавец-консультант, начинающий специалист – от 28 тысяч, между прочим… Рабочий на производство автомобилей – от 35 тысяч рублей. Торговый представитель – до 45 тысяч рублей. Вот, пожалуйста, огромный список профессий.

С. Мардан:

- Я постараюсь очень кратко тебя успокоить. Значит, торговый представитель до 45 тысяч рублей – это означает, что ты работаешь на минималке, а все остальное зарабатываешь процентами. Скорее всего, ты заработаешь в лучшем случае тысяч 25. Если тебе предлагают работу директором магазина «Магнит» - да, это работа меньше 30 тысяч, плюс ты материально ответственна. Любая алкота, которая у тебя украла 10 бутылок водки, ты покрываешь их стоимость. Поэтому из этого проклятого города Кулебаки, который я прекрасно знаю, где находится, и я там был неоднократно, там любой человек хочет уехать хотя бы в Нижний Новгород, а, по возможности, все же лучше в Москву.

Н. Фридрихсон:

- Я не отрицаю того, что люди хотят уехать в крупные города, но это не значит, что в местах, где они родились, нет рабочих мест. Они есть.

С. Мардан:

- У нас на звонке Максим Чирков, доцент кафедры политэкономии экономического факультета Московского государственного университета имени Ломоносова. Максим Андреевич, скажите, пожалуйста, вот Надана говорит, что это ужасная новость, что всего половине россиян хватает денег только на еду и одежду, а я говорю, что Росстат нам это продает как чистой воды позитив, потому что на 0,4% этих людей стало больше. Нам как на это смотреть, скажите, как экономист.

М. Чирков:

- На эти цифры надо смотреть спокойно. Во-первых, конечно, мы можем сказать, что это достаточно большой процент, с другой стороны, по тем же самым данным Росстата, процент семей таких домохозяйств, безусловно, снижается год от года… Кроме того, конечно, нужно еще сказать, что эти данные, которые приводит Росстат, это все-таки опрос, а, если мы ориентируемся на опросы людей, то иногда люди…

Н. Фридрихсон:

- Что, прибедняются?

М. Чирков:

- Естественно. Бывает такое, что, конечно, снижают собственное благосостояние, психологически им так кажется, что ситуация несколько хуже, чем она есть на самом деле. Каждый может это проверить. Если вот у вас есть хороший бизнесмен в друзьях, вы его спросите, как дела с твоей компанией? И он всегда будет говорить, что не очень хорошо – для того, чтобы поменьше заплатить сотрудникам, побольше выторговать преференций у своих контрагентов… То есть, люди внутренне хотят несколько занизить планку…

Н. Фридрихсон:

- Максим Андреевич, а у нас в стране с экономикой сейчас в общем и целом какая ситуация? Я говорю, что возможности зарабатывать в нашей стране, слава богу, есть сегодня, даже в отдаленных от центра городах, а Сергей говорит – нет, все плохо…

М. Чирков:

- Я бы сказал так, что истина где-то посередине. Действительно, и сложности есть, но и отрицать то, что ситуация улучшается, тоже нельзя. Кстати, если вот Росстат в данном случае приводит субъективное мнение респондентов, то уровень, допустим, их благосостояния меряют и международные организации. Допустим, последние исследования Всемирного банка по России, которые замеряли экстремальную бедность, показали, что в России ситуация относительно неплохая. У нас 0,0% людей живут на уровне экстремальной бедности. Причем, это экономические расчеты, это никакие не опросы. Это Всемирный банк считал количество людей, которые живут на 1,9 доллара в день. У нас таких людей в принципе нет, хотя в тех же США и в странах ЕС этот процент не нулевой. То есть, по различным методикам оценки, можно сказать, что ситуация в стране, конечно, не идеальная, но оценивать можно тоже по-разному…

С. Мардан:

- Ясно. Спасибо большое. Максим, но вы лишь подтвердили мой месседж о том, что любую цифру можно рассматривать с точки зрения того, что «шеф, усё пропало», а можно с точки зрения того, что «а жизнь-то налаживается»…

Продолжаем дальше обсуждать – мы бедная страна или не бедная страна… Росстат и даже экономисты говорят, что нет, все нормально, у нас нет экстремальной бедности, то есть, от голода люди на улицах не падают. Это правда.

Н. Фридрихсон:

- В этом смысле мы не Африка.

С. Мардан:

- Африка это вообще специфическое место. Наверное, это единственное место на планете, где люди действительно голодают.

Н. Фридрихсон:

- Именно поэтому прошла новость, что президент России Владимир Путин списал африканским странам долги в размере 20 млрд. долларов.

С. Мардан:

- Значит, здесь очень много совершенно неосмысленной, пустой информации. Потому что я, покопавшись в этой теме, выяснил, что эти 20 млрд. были списаны давным-давно. А сообщили о том, что их списали, просто вот на этом совершенно невероятном саммите в Сочи, на который съехалось аж 20 с лишним президентов из условных африканских государств.

Н. Фридрихсон:

- Подожди, списали эти долги в 2006 году. У меня вопрос – зачем было молчать об этом 13 лет, чтобы в 2019-м оп-па – долги списаны!

С. Мардан:

- Потому что надо же было что-то журналистам сообщать… А сообщать, видимо, было нечего. Почему они приехали? Я думаю, что организовать визит африканского президента в любое место стоит дешевле, чем концерт Филиппа Киркорова. То есть, за 100 тысяч долларов любой из них с песнями и плясками, особенно если оплатят билеты, прилетит и в Сочи, и в Москву – куда угодно! Вы заплатите? – я думаю, что вопрос решался примерно так.

Надана Фридрихсон

Н. Фридрихсон:

- Подожди, за два дня на саммите было подписано более 50 соглашений на 800 млрд. рублей. Почему не это ушло в заголовки? Почему стало новостью, что мы списали долги на 20 млрд. долларов?

С. Мардан:

- Потому что, если на 20 млрд. списали, то подписаться под поставки еще на 800 млрд. рублей выглядит довольно сомнительно… Значит, списали 20 миллиардов, которые потратила советская власть.

Н. Фридрихсон:

- Это она арабский социализм так поддерживала в свое время, да?

С. Мардан:

- Да какой арабский? Это про настоящую черную Африку. Я, когда смотрел, кому что списывали, там много было удивительных вещей даже для меня, хотя я всегда интересовался всякой геополитикой, борьбой за социализм и все такое. То есть, советская власть деньги давала вообще всем. Она давала их Мадагаскару, республике Гвинея, Буркина-Фасо, Тринидаду и Табаго. То есть, настолько экзотичным местам, где, я думаю, даже не было ни одного советского дипломата. То есть, опять-таки, приезжал какой-нибудь черный вождь с написанной от руки справкой о том, что он президент, и ему в ЦК КПСС тут же выдавали бабла. «Вам сколько надо? 80 миллионов? Слушай, не амбициозно, давайте мы дадим вам миллионов 300 хотя бы?»

Н. Фридрихсон:

- Ну, ты утрируешь…

С. Мардан:

- Я не утрирую. Так оно и было.

Н. Фридрихсон:

- Хорошо. Цель какая?

С. Мардан:

- Во-первых, это еще вот хрущево-брежневский троцкизм о том, что красные должны распространяться как можно быстрее и по всему миру, и в этом смысле Африка 60-х годов нам представлялась почему-то тем местом…

Н. Фридрихсон:

- Белым полотном для красного оттенка?

С. Мардан:

- Поскольку оттуда вот белые колонизаторы ушли, сейчас мы все это закрасим красным цветом – вот они все дружно начнут строить социализм… Они сказали – ну, хорошо, социализм так социализм… Люди просто как бы искали свое место в жизни и способ ее организовать. Ни у кого не получилось. То есть, все стало плохо. После ухода колонизаторов практически вся Африка, за исключением некоторых мест, погрузилась в хаос, в гражданскую войну, в нищету, голод… При колонизаторах почти нигде там такого не было. То есть, если брать ту же Эфиопию, которая десятилетиями порабощалась итальянцами… ну, Эфиопия на самом деле это древняя цивилизация, тысячелетняя… сказать про них, что они голые бегали с камышовыми щитами точно совершенно нельзя, они давно приняли христианство, у них было устойчивое государство, они геполитически очень выгодно находятся – то есть, это Северная Африка. Но все, что касается Центральной Африки и все, что южнее экватора, это вот чистое стихотворение про Бармалея.

Н. Фридрихсон:

- Я слышала историю, что Советский Союз выдавал деньги африканским странам и мечтал, чтобы все стали строить социализм, и мне всегда было интересно – хорошо, допустим, вот вся эта Африка стала бы строить социализм, какие бы дивиденды это дало СССР?

С. Мардан:

- Никакие. Это чистой воды идеология. Это были просто затратные проекты. Это были амбиции в чистом виде. То есть, противопоставление-то всегда на чем строилось? Что проклятые французские и англо-американские колонизаторы выкачивали природные ресурсы и ничего не давали, а мы учим учителей, строим дороги и т.д.

Н. Фридрихсон:

- Слушай, но это же бред!

С. Мардан:

- Это именно бред. То есть, вместо того, чтобы строить дороги в Рязанской области, советская власть строила дороги в Афганистане и в Сомали…

Н. Фридрихсон:

- В советское время в Рязанской области с дорогами было все в порядке, разве нет?

С. Мардан:

- В Советском Союзе в Рязанской области дорог не было вообще, я тебе открою секрет. Когда мы бичуем так называемую толерантность – про то, что европейцы сошли с ума и поддерживают меньшинства и все остальное – я всегда хочу поправить людей. Принцип позитивной дискриминации придумала советская власть. То есть, позитивная дискриминация – это изобретение СССР, который за счет исторической России высасывая из нее все ресурсы, накачивала национальные окраины, для того, чтобы их подтянуть до общего уровня. Это было сказано изначально в работе Ленина о национальной гордости великороссов, и потом в течение 75 лет претворялось в жизнь. Поэтому вплоть до 1991 года, а потом тоже принципиально ничего не изменилось, дорог в Рязанской области не было, зато мы отстроили прекрасный город Ташкент, который был разрушен после какого-то землетрясения. Хотя логично было бы построить находящийся в тех же руинах город Сасово в Рязанской области. По крайней мере, сегодня это был бы русский город. Но мы построили город Ташкент. Поэтому мы теперь там русские оккупанты, которые подавляли национальные чувства узбеков.

Значит, закончим наконец с проклятой Африкой. В Африке правильно и последовательно себя вели только колонизаторы. То есть, великолепный человек Боб Денар, которого называли королем наемников, это просто легендарная личность, который совершил, по-моему, штук 8 государственных переворотов. Он фактически управлял целыми Коморскими островами – это такое маленькое островное государство в районе Африканского рога. Он сначала одного президента сверг, потом другого, принял там ислам, даже стал каким-то Мустафой, потом, когда президент Абдала вдруг решил, что расклад неправильный какой-то и он должен стать настоящим руководителем, этот Абдала ночью умер по неизвестной причине.

Н. Фридрихсон:

- Какая занимательная у людей жизнь!

С. Мардан:

- Так было всегда. То есть, логика проклятых англо-американских и французских колонизаторов была такая – предельно простая. У вас что есть? Золото, нефть, алмазы? О кей, давайте мы вам привезем драгу, еще 30 солдат с автоматическим оружием, чтобы вы ее не растащили на бусы, заплатим вам за это маленько денег, привезем сгущенное молоко, Кока-Колу и видеомагнитофоны…

Н. Фридрихсон:

- Хорошо, это была логика колонизаторов. Советский Союз деньги просто давал…

Сергей Мардан и Надана Фридрихсон

С. Мардан:

- Прожили, списали 20 млрд. Я надеюсь, сейчас будет ровно то же самое. То есть, когда товарищ Ходорковский вместе со своими либеральными журналистами говорит, что путинский повар Пригожин гадина и отправляет туда наемников, я мысленно аплодирую повару Пригожину и говорю – повар, ты красавчик, ну, наконец-то мы занялись делом. Потому что в Африке можно и нужно вести дела только если ты по духу, по идеологии и по взглядам настоящий флибустьер. Ты приехал, поставил по периметру автоматчиков, согнал африканцев с лопатами и они день и ночь за миску риса роют тебе кровавые алмазы. Никаких бюджетных денег никакой Африке ! Христа ради, не давайте им больше ни копейки!

Н. Фридрихсон:

- Минуточку. Вот Дмитрий Песков прокомментировал после того, как были списаны долги. Российские компании получили возможность работать в Африке на взаимовыгодной основе, увеличивать товарооборот, зарабатывать деньги и, как следствие, платить большие налоги, в том числе, в российский бюджет.

С. Мардан:

- Я про это и говорю.

Н. Фридрихсон:

- То есть, мы все заработаем?

С. Мардан:

- Да, да. Отряд из 30 наемников, драга, которая будет добывать алмазы и алмазы на военных российских кораблях едут к нам и пополняют российский бюджет. Если мы так возвращаемся в Африку, тогда я, безусловно, да.

Н. Фридрихсон:

- Дмитрий Песков об этом не сказал ни слова!

С. Мардан:

- Жалко, что Бобу Динару нельзя дать гражданство, он уже умер…

Переходим к другой новости, которая касается, по крайней мере, эмоционально, всех и каждого – это очередная катастрофа, случившаяся в Красноярском крае. Дамба-убийца называют ее журналисты. Это не дамба на самом деле, это целый комплекс водохранилищ, которые есть практически при каждом прииске. И так случилось, что этот огромный селевый поток прорвался 19 октября, погибло 17 человек, несколько человек до сих пор ищут, они числятся пропавшими без вести, неизвестно, найдут их или нет под этими огромными наслоениями селя… там температура-то уже минусовая, насколько я понимаю.

Н. Фридрихсон:

- Ну да. 21 октября как раз был день траура по погибшим.

С. Мардан:

- Да, 21 октября объявили день траура и в общем на самом деле как-то тему слегка подзатерли, не то, что замели под шкаф…

Н. Фридрихсон:

- А ты знаешь, на самом деле замели… Потому что я не помню вот ее в такой яркой повестке, чтобы из каждого утюга. Да, об этом говорили, но как-то очень скромно и мало.

С. Мардан:

- Ну, конечно. Тема-то не позитивная… случилась очередная беда, погибли люди – и непонятно, почему, и непонятно, можно ли это было предотвратить. Профессионалы говорят о том, что так случается, но не в таких масштабах, но сплошь и рядом. О том, что золотодобыча на приисках – там постоянно гибнут люди. О чем-то сообщают, о чем-то не сообщают. Но единственная, по-моему, тема, о которой сообщают регулярно, к сожалению, это случается регулярно, - это аварии и гибель людей на угольных шахтах. К этому мы все привыкли. Это всегда было и, вероятно, будет, несмотря на развитие технологий… Здесь же добыча производилась совершенно допотопным, дедовским методом, несмотря на использование драг… как это делали 50-60 лет назад…

Н. Фридрихсон:

- Погоди, тут главное, что дамбы возвели незаконно, что выяснилось сейчас. И добыча велась с серьезными нарушениями. И это тоже выясняется сейчас. А у горного мастера не было специального образования.

С. Мардан:

- Замечательно! Знаешь, что сейчас будет? Будет сейчас, как обычно. Виноватым назначат горного мастера, который, скорее всего, тоже погиб. А, если не погиб, то погибли его коллеги, такие же горные мастера, которые в лучшем случае закончили какую-нибудь красноярскую путягу… потому что он со своих 16 лет работает на этих золоторазработках, на этих приисках и, наверное, разбирается в том, как добывается рассыпное золото лучше, чем выпускник горного института Санкт-Петербурга. Скорее всего. Потому что он всю жизнь этим занимается. И эти люди, так же, как шахтеры, просыпаются и идут на работу, зная, что они под богом ходят и погибнуть могут в принципе в любой момент, потому что эту гребаную дамбу, которую собрали из говна и палок, может смыть любым сильным дождем.

Н. Фридрихсон:

- Строили эти дамбы несколько лет назад. Там действительно были серьезные нарушения. Мне интересно, где были в этот момент местные власти? Ростехнадзор, который сейчас бегает с выпученными глазами и орет, что сейчас везде по всей стране все будем проверять. Дамбам три года, почему никто не поинтересовался, как они были возведены и насколько все корректно? По-че-му?

С. Мардан:

- Сто процентов, конечно же, интересовались…

Н. Фридрихсон:

- То есть, ты на взятки намекаешь?

С. Мардан:

- Почему? Нет.

Н. Фридрихсон:

- То есть, приходили люди, говорили, что тут есть нарушения, им в кармашек кусочек золота и они – все, все…

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Я убежден совершенно в другом. Я думаю, что почти ни в каких областях невозможно что-либо делать, не нарушая закон. В некоторых индустриях, например, в розничной торговле, там развито все посильнее, хотя тоже много лет все говорили, что, если выполнять все требования роспожарнадзора, санпина и прочего, то придется закрыть все магазины. Это полная ерунда. Потому что, когда случилась катастрофа в Перми и сгорело 100 человек, всех ритейлеров России, несмотря на все их издержки, заставили соблюдать правила пожарной безопасности, поставить системы пожаротушения, обеспечивать ширину пожарных проходов и т.д. Все это сделали в один момент практически, в течение месяца. Но есть индустриальные области, которыми никто никогда не занимался, которые хищническим образом эксплуатируют десятилетиями, и началось это совершенно не вчера и не 30 лет назад, оно всегда так было, все всегда эти правила нарушали…

Н. Фридрихсон:

- Как будто ты сейчас их оправдываешь…

С. Мардан:

- Я не оправдываю, я просто говорю о том, что сейчас имитировать то, что на самом деле происходит – ах, случилась беда, потому что мы не знали…

Н. Фридрихсон:

- Нет, случилась беда, потому что есть ООО «Сисим», есть Максим Ковальков, который, на мой взгляд, должен объясниться. Потому что все дороги ведут к этому достопочтенному господину.

С. Мардан:

- Для того, чтобы сейчас не выглядеть идиотами, которые в жизни не были ни на каком прииске и понятия не имеют, как это происходит, мы сейчас спросим человека, который золото добывает. У нас на связи Александр Чугунов, глава золотодобывающей компании Сусуманзолото из Магадана. Александр, доброе утро. Расскажите, пожалуйста, вот золото добывается все так или нет? Вот такое может случиться в любой момент или это из ряда вон выходящее?

А. Чугунов:

- Во-первых, сегодня это сложно говорить, потому что недостаток информации. Та информация, которая идет от журналистов, извините, непрофессиональная. И, когда говорят, что дамба построена нелегально, что имеется в виду?

Н. Фридрихсон:

- Имеется в виду, что с нарушениями.

А. Чугунов:

- То есть, не было проекта водопользования? Это одно. Либо кто-то ждет, что должен быть проект на строительство дамбы? Но, если эта дамба не опасный производственный объект, то таких требований нет. На самом деле, золотой бизнес по сравнению с другими более прозрачный, потому что, если ты сделаешь шаг в сторону, то наступает уголовная ответственность. Мне кажется, что вот можно ночью запустить макаронную фабрику, наделать макарон и, минуя налоговую службу, продать их на рынке с рук, и получить черный нал. В золотом бизнесе такое невозможно…

С. Мардан:

- А расскажите в двух словах, как происходит государственный контроль золотодобычи? Там есть постоянный представитель какой-то на приисках?

А. Чугунов:

- Нету. Но объясните мне, где можно вот сегодня продать золото? У нас, что, можно выйти на рынок и продать 5-10 килограммов золота?

Н. Фридрихсон:

- А что, нельзя разве?

С. Мардан:

- Ну, можно отдать подпольным ювелирам, они наделают цепочек, поставят клеймо, что это сделано в Турции и продать. А уголовные дела против ювелирных сетей, насколько я помню, они крутились вокруг того, что они торговали изделиями, сделанными из подпольного золота.

А. Чугунов:

- Я говорю про добычу и продажу сырья, а не про ювелирные изделия.

С. Мардан:

- Ну, так его делают из контрабандного сырья.

А. Чугунов:

- Теперь что касается, как там и что отработалось. Вы знаете, наверное, если кто-то ошпарится, потому что полезет голой рукой в кастрюлю, когда там варятся пельмени, это ж не значит, что надо запретить варить пельмени по всей стране, да? Для меня вот немыслимо, и с теми профессионалами, с которыми я общаюсь, как можно было поставить поселок ниже дамбы? И опять же, прозвучало, что этот горный мастер не имел специального образования. Что, он не был горняк? Он вообще не имеет горного образования? Или он не проходил обучение по работе с гидротехническими сооружениями? Это разные вещи.

С. Мардан:

- Нет, нет, это нюансы. Вот единственная вещь, которую я понимаю, это то, что поселок ниже дамбы, по идее, там быть не должен. А местные власти могли об этом не знать?

А. Чугунов:

- Конечно.

Н. Фридрихсон:

- Как так?

А. Чугунов:

- Мне задают вопрос – можно ли добывать золото, соблюдая все законы? Отвечаю: очень-очень сложно, но можно. А вот это очень-очень сложно как раз и определяет, кто это может… Но тоже на золотом рынке сегодня в горнодобывающей промышленности идет глобализация и мелкие предприятия, наверное, не могут выполнять все эти требования. Невозможно в предприятии, добывающем 10 килограмм, содержать специалистов, которые квалифицированно могут решить все эти проблемы.

С. Мардан:

- Ясно. Спасибо большое. …Да, сейф с золотом-то нашли же один?

Н. Фридрихсон:

- Нашли. Тяжеленький. Говорят, что, возможно, отдадут потерпевшим.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Да, да, я так и понял. Обязательно отдадут потерпевшим. Кто является собственником золота? Собственником золота является компания. Кто может заставить компанию и ее владельцев отдать это золото?

Н. Фридрихсон:

- Ты намекаешь, что, раз их не заставили строить дамбу по всем правилам и по закону, то мы точно не можем заставить их отдать золото?

С. Мардан:

- Но мы же живем в правовом государстве!

Н. Фридрихсон:

- Арестован глава вот этой компании «Сиcим» Максим Ковальков, кто его теперь будет спрашивать? Нашли сейф – все.

С. Мардан:

- Генерального директора никто не спросит. У компании есть владельцы. С владельцем все нормально. Дочка его живет в Лондоне и постит гламурные фотографии.

Н. Фридрихсон:

- А кто там владелец?

С. Мардан:

- Какой-то добрый русский человек…

Н. Фридрихсон:

- …дочка которого живет в Лондоне и постит фотографии?

С. Мардан:

- Ну да. А что тебя удивляет?

Н. Фридрихсон:

- Это твой знакомый?

С. Мардан:

- Совершенно нет. Обычная история. А что тебя удивляет? То, что дочка живет в Лондоне? Так у них у всех дети живут в Лондоне или в Женеве, или в Майами, или в других приятных местах. Так устроен русский капитализм.

Н. Фридрихсон:

- Ты хочешь сказать, что Ковальков тоже жертва русского капитализма?

С. Мардан:

- Ковальков – это всего лишь генеральный директор. Это попка на зарплате, которого наняли, чтобы он там с отмороженной мордой находился в Красноярском крае… а ему еще и срок дадут… А акционеру – нет, не дадут.

Н. Фридрихсон:

- То есть, он жертва?

С. Мардан:

- Конечно. Капитализм убивает. Я люблю капитализм, я считаю его эффективнейшим изобретением, по крайней мере, я ничего лучше не знаю… Но капитализм же и убивает. То есть, за эти 18 килограммов золота, которые нашли в сейфе, погибло 18 человек. Это цена, которую пришлось заплатить за эти 18 килограмм…

Н. Фридрихсон:

- Погоди, вот я зашла и посмотрела – владельцы вот этой компании «Сисим», в том числе, и Ковальков Максим, которого сейчас задержали…

С. Мардан:

- Основной владелец компании кто?

Н. Фридрихсон:

- Есть Гурьянов Алексей, есть артель старателей «Ангара»…

С. Мардан:

- Надана, не морочь слушателям голову. Значит, так, основной владелец этой компании находился точно не в этом поселке, собранном из палок и еще кое-чего…

Н. Фридрихсон:

- Ты Гурьянова имеешь в виду, у него дочь в Лондоне?

С. Мардан:

- Да, именно так.

Н. Фридрихсон:

- А чего ж ты его не хотел так называть?

С. Мардан:

- Для меня эта фамилия не имеет значения… Вот смотри, то, что сказал сейчас в эфире Чугунов, который такой же золотодобытчик, - он же сказал важную вещь. Почему я говорю, что капитализм убивает? Потому что эти акционеры они ж не злодеи сами по себе. Это ж не тот мироед из романа Мамина-Сибиряка, который говорит – а ну-ка, выставьте казаков и стреляйте в рабочих, которые вышли бастовать! Нет, он наверняка интеллигентный человек, говорит по-английски, играет на фортепиано и читает Донцову, к примеру. Никого он не хотел убивать. Он просто смотрел отчеты и говорил – почему у вас такая высокая себестоимость, ну-ка, снизьте ее на 18%, потому что у меня показатель по ибиде плохой. В переводе на русский язык – мало бабла! После этого гендиректор говорит – слушайте, по требованиям Ростехнадзора мы должны сбрасывать воду из этих дамб, но мы ж не будем ее сбрасывать, потому что это стоит там столько-то и столько-то миллионов, нехай стоит, ничего не будет. Не прошло. Сказать, что это происходит только на малых предприятиях, которые выживают, потому что они борются с огромными золотодобывающими компаниями, которые, конечно же, выигрывают по себестоимости, они применяют там самые современные технологии, у них, условно говоря, 10 суперинженеров, которым они могут платить большие деньги, они размазаны по огромной добыче… они это могут себе позволить. А это «Сисимзолото» позволить себе не может даже одного подобного инженера, поэтому экономит на всем, поэтому катастрофа случилась у них.

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- Еще раз. Почему им позволили строить эту несчастную дамбу с нарушениями? Почему никто в Красноярском крае из руководства не озадачился этим?

С. Мардан:

- Да озадачились. Да были там… и губернатор об этом знал, и Ростехнадзор об этом знал, все знали… Надана, власти почти всегда закрывают глаза, пока не случается какая-то беда. Только после этого начинается весь кипеж, беготня и попытки объяснить, почему это случилось. Это трагическое стечение обстоятельств.

Н. Фридрихсон:

- Но что-то надо делать…

С. Мардан:

- А что нужно делать? Вот смотри, в 2017 году случилась страшная катастрофа, был полностью разрушен один из крупнейших рудников компании под названием «Мир». Первый старейший рудник, где первые советские алмазы добывались. Там погибло 8 человек, по-моему, большинство из них даже не смогли достать, их завалило слоем грунта в десятки метров… Там прямые потери компании составили по 12 млрд. рублей. Кто-то за это поплатился? Генеральный директор Иванов, сын того самого Иванова, бывшего главы кремлевской администрации, за это поплатился? Нет. А знаете почему катастрофа случилась? Эту историю тоже замели под шкаф. Потому что сразу после своего назначения новый генеральный директор стал требовать снижения себестоимости, борьбы с издержками. Вот там, как могли, боролись тоже с издержками.

Н. Фридрихсон:

- Что значит, как могли?

С. Мардан:

- Это когда нарушают требования… А три дня назад на Норникеле случилась катастрофа, и там тоже погибло три горняка, и никто не знает, почему, и никто, скорее всего, за это не ответит. Хотя у каждой ошибки, как говорил товарищ Берия или товарищ Каганович, есть фамилия, имя и отчество.


Скачать передачу [mp3, 53.3 МБ]

Значит, так, а теперь - очередной скандал в московском междусобойчике…

Н. Фридрихсон:

- Секундочку, скандал в масштабах страны.

С. Мардан:

- Скандал, естественно. Потому что всей стране опять жирно харкнули в рожу, а еще и растерли просто. Я не могу сказать сильнее, потому что Роскомнадзор запрещает использовать эту лексику. Значит, есть такой журналец «Дилетант», исторический типа, издают его редактора, журналисты с «Эха Москвы», там лично является владельцем сам волосатый Венедиктов, а главный редактор товарищ Демарский. Значит, неважно о чем они пишут, пишут они традиционно всякую бессмысленную хрень… Люди амбициозно называют себя историческим журналом… Но это в общем такой кооператив образца 1992 года, когда там два человека, закончивших 30 лет назад региональную путягу, но которые прочитали роман Яна «Батый», решили, что они разбираются в истории и хотели бы о ней писать. Вот так примерно делается этот журнал. Значит, чем они решили привлечь внимание читателя? На обложке они разместили карикатуру, на которой изображены Гитлер в смокинге и Сталин в костюме невесты. Это, видимо, был юбилей пакта Молотова-Риббентропа и, соответственно, что нам пытаются продать в переводе на простой, понятный русский язык? То есть, что нам пытаются продать довольно много лет уже, - что Сталин и Гитлер это одно и то же, что Советский Союз и нацистская Германия это одно и то же.

Н. Фридрихсон:

- Добавлю. То, что было изображено на обложке «Дилетанта», это не творчество создателей этого журнала, это репродукция старой американской карикатуры.

С. Мардан:

- Да, конечно. Есть много всяких замечательных карикатур, за воспроизведение которых в СМИ можно получить уголовный срок, например. Это не значит, что их надо размещать. Но люди это сделали совершенно осознанно, зная, как будет это воспринято абсолютным большинством людей. То есть, с моей точки зрения, это провокация. С моей точки зрения, это разжигание ненависти. С моей точки зрения, последствием подобных вещей может быть сожжение газетного ларька даже. То есть, человек, который увидит эту обложку на фронтоне газетного ларька, что его может удержать?..

Н. Фридрихсон:

- Добавлю, что лидер коммунистов России Максим Сурайкин заявил, что его партия обратится в Следственный комитет с требованием изъять тираж журнала «Дилетант». Давай поговорим с Максимом Александровичем.

С. Мардан:

- Максим, здравствуйте. Скажите, что вы думаете про все это?

М. Сурайкин:

- Доброе утро. Вы знаете, когда мы узнали об этой истории, это было возмутительно, потому что всем ясно, что это просто откровенный такой плевок в лицо простому народу, в нашу историю…

С. Мардан:

- Просто русскому народу, я бы сказал.

М. Сурайкин:

- Да, всему советскому народу, я бы сказал. Причем, совершенно ясно, что это стиль вот действительно этих безумных 90-х, когда демшиза поливала грязью всю советскую историю, всех наших государственных деятелей и, самое главное, что ведь по этой карикатуре прямой состав преступления, потому что, помимо очернения Иосифа Виссарионовича, помимо разжигания социальной розни, там так характерно выведена свастика, что это попадает еще и под уголовную статью…

С. Мардан:

- Да дело не в свастике. Мы ж не юристы, чего нам тут придумывать какие-то зацепки, которые можно в заявлении писать. Меня-то интересует, что вы об этом думаете, как гражданин России, как русский и как коммунист?.. Скажите прямо, чего думаете-то по поводу Демарского? Только без мата.

М. Сурайкин:

- Знаете, в таких случаях, как говорится, рука тянется к маузеру… потому что есть стойкое желание вот эту пятую колонну вывести из страны, а лучше поставить к стенке.

С. Мардан:

- Отлично. Хорошо, что вы это сказали. Спасибо большое.

Н. Фридрихсон:

- Подожди секундочку. Максим, вы написали в Следственный комитет в итоге?

М. Сурайкин:

- Да, вчера наш юридический отдел подготовил, мы обратились и в Следственный комитет провести проверку и возбудить уголовное дело по факту разжигания социальной розни и популяризации символов фашизма, и так же мы обратились в Роскомнадзор, чтобы изъять этот тираж.

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- Максим, а вы понимаете, что вы делаете рекламу сейчас «Дилетанту» колоссальную?

С. Мардан:

- Им нельзя сделать рекламу.

М. Сурайкин:

- К сожалению, уже джинн-то вышел из бутылки…

Н. Фридрихсон:

- Нет, вы публично заявляете – мы обратимся в Следственный комитет, после чего они начинают писать – моментально покупайте последние экземпляры, потому что скоро их изымет Следственный комитет, Сурайкин на нас написал заяву, что называется, да… Вы ж понимаете, что это реклама, да?

М. Сурайкин:

- Понимаете, любой выход информации это всегда реклама, даже негативная. Но, тем не менее, когда мы формируем свою позицию и объясняем обществу, что это такое, я думаю, что да, отдельный процент сумасшедшей пятой колонны, может быть, и побежит этот журнал покупать…

Н. Фридрихсон:

- Хорошо, Максим. Давайте представим себе, что Следственный Комитет примет ваше заявление, но никакие карательные санкции не последуют. Ваши действия.

М. Сурайкин:

- Я думаю, что мы продолжим требовать действий от органов.

Н. Фридрихсон:

- А они вам скажут – тут нет состава преступления. Все. Нету.

С. Мардан:

- Органы ничего не будут делать. Послушайте, «Эхо Москвы» работает 25 лет, им позволено то, что не позволено никому. То есть, по большому счету, они каждый день там наговаривают на 282-ю статью и на целый другой набор… что, какие-то следствия это имеет? Нет, ничего не имеет. Они официальная оппозиция.

Н. Фридрихсон:

- У меня и вопрос по этому поводу – Максим Александрович, что вы тогда будете делать?

М. Сурайкин:

- Ну, я думаю, что мы можем и уличные и прочие акции протеста провести…

С. Мардан:

- Да вам их не согласуют.

М. Сурайкин:

- Я вам могу сказать, что мы много лет боремся с пятой колонной и иногда все-таки срабатывает. 3-4 года назад наш министр культуры пытался активно очернять некоторых большевиков, я обратился в СК и, вы знаете, выступления министра в таком роде резко прекратились как-то… Поэтому этот механизм работает и, если требовать от органов действия, иногда это срабатывает.

Н. Фридрихсон:

- Максим Александрович, а, может быть, проще? Может быть, вам вызвать Венедиктова на дуэль и решить все вопросы именно так?

С. Мардан:

- Слушай, Венедиктов давным-давно ходит с охраной…

Н. Фридрихсон:

- Тем не менее, вызов это не отменяет. Максим Александрович, бросите перчатку в лицо Венедиктову?

М. Сурайкин:

- Я боюсь, что там дойдет до мордобоя, а мы люди интеллигентные. Но есть еще один выход. В конце концов, мы можем сложиться и выкупить этот номер сами…

С. Мардан:

- Спасибо большое, Максим. Значит, что я вам могу сказать? По тональности. Вся эта унылая песня – вы меня, конечно, простите, но это песня, которую коммунисты исполняют почти 30 лет… А это абсолютно простая история. Это вот та история, в которую и должно включаться именно гражданское общество. Не нужно писать никакие заявления – это вопрос самоорганизации.

Н. Фридрихсон:

- Ты к чему призываешь?

С. Мардан:

- Я призываю к тому, чтобы выкупать эти журналы «Дилетант» и сжигать их. А можно сделать еще проще. Можно обратиться к розничным сетям, где этот журнал находится, с предложением из продаже его изъять. Я уверен, что мало кто сможет отказаться.

Н. Фридрихсон:

- Ты, правда, такой наивный?

С. Мардан:

- Я не наивный, я знаю, как это работает…

Н. Фридрихсон:

- Послушай, «Дилетант» уже все заработал. Все. Точка. Они уже выиграли.

С. Мардан:

- «Дилетант» ничего не заработал. Он издается тиражом меньше 1000 экземпляров.

Н. Фридрихсон:

- И сейчас это все раскупят. Через интернет. Это будет просто, понимаешь, артефакт.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- …С моей точки зрения, русский народ это удивительные терпилы. Нет другого такого народа в Европе… ну, только немцы еще. Но немцы официальные терпилы, они потерпели поражение в 1945 году и им дано место терпил. Нас просто на ту же скамеечку пытаются посадить, объясняя, что вы, гады, виноваты не меньше, вы во всем виноваты и тоже должны платить и каяться по жизни. И вся эта тряхомудия вокруг Сталина, та, которая продолжается, она не про Сталина. Вся эта либеральная туса, весь этот либеральный обком бичуют товарища Сталина не потому, что была коллективизация в 1933 году и 10 миллионов русских крестьян он сгноил в ссылке, и не потому, что большевики устроили голод в 1922 году. И не потому, что на бутовском полигоне расстреляли 30 священников, монахов и прихожан. Они репрессии сталинские отсчитывают от 1937 года, когда их дедушек в пыльных шлемах, детей Арбата… а они как на Арбате оказались, в этих дворянских квартирах? Они туда въехали в 1918 году, и вот когда их после вселения в 1918 году чекисты стали ночами забирать и отправлять кого во внутреннюю тюрьму Лубянки, а кого в ГУЛАГ, вот это они и называют страшными сталинскими репрессиями. Это их личный счет к Сталину. Это их личная месть.

Н. Фридрихсон:

- А теперь давай к сути дела. Обложка, еще раз повторяю, это не творчество команды «Дилетанта», это репродукция американской карикатуры – это раз. Во-вторых, номер «Дилетанта» был посвящен секретному протоколу между Советским Союзом и Третьим Рейхом, пакту Молотова-Риббентропа, в том числе. То есть, вот то, что ты тут сейчас гневно прокричал в микрофон, пытаясь накапать на больное всем нам, это вообще мимо кассы. Тебя что возмущает? Репродукция старой карикатуры? Или пакт Молотова-Риббентропа?

С. Мардан:

- Надана, это единственное, что у нас общее больное. Война – это единственное, что болит у всех.

Н. Фридрихсон:

- Ответь на вопрос. Что тебя больше возмущает? Репродукция этой карикатуры или пакт Молотова-Риббентропа?

С. Мардан:

- Конечно, карикатуры.

Н. Фридрихсон:

- А сам пакт Молотова-Риббентропа?

С. Мардан:

- Нет. Вообще. Я считаю, что это гениальная победа советской дипломатии. Что меня должно возмущать? То, что разделили Польшу? Правильно сделали. Мы это обсуждали три недели назад. Я считаю это абсолютно правильным, логичным и полезным для советской страны.

Н. Фридрихсон:

- То есть, имея дипломатические отношения с Гитлером и Третьим Рейхом, было хорошо?

С. Мардан:

- Конечно. А что, нет?

Н. Фридрихсон:

- Ну, вообще имея какие-то дела с таким исчадием ада… не знаю.

С. Мардан:

- Во-первых, это было до 1941 года, поэтому никаким исчадием ада…

Н. Фридрихсон:

- А что, Гитлер начал уничтожать людей только потому, что они родились не той крови, только в 1941 году? До этого он никого не уничтожал?

С. Мардан:

- Послушай, а кого это интересовало? В 1938 году это не интересовало ни Рузвельта, ни Сталина, ни Черчилля.

Н. Фридрихсон:

- Да какая разница, какая была позиция у Рузвельта…

С. Мардан:

- Хорошо, Надана, давай по-простому отвечу, даже с точки зрения истории. Мне нет никакого дела по большому счету, что происходило до 22 июня 1941 года…

Н. Фридрихсон:

- …то есть, что уничтожали людей только потому, что они не той крови от рождения, тебя не интересовало?

С. Мардан:

- Да, жалко, но меня, честно говоря, это интересует не больше, чем центральноафриканская война 1988 года, в которой погибло 7 миллионов человек.

Н. Фридрихсон:

- Тогда почему ты удивляешься, что появляется журнал «Дилетант» с такой обложкой?

С. Мардан:

- Объясняю. Этой концепции 30 с лишним лет. Эта концепция называется – нет у вас никакой победы.

Н. Фридрихсон:

- Да при чем тут победа? «Дилетант» не трогает в этом выпуске вопрос победы.

С. Мардан:

- Именно победа. Весь бесконечный разговор про пакт Молотова-Риббентропа – это разговор про то, что у вас нет никакой победы. Вы не на стороне добра. Вы на стороне зла. Вы просто другая сторона зла.

Н. Фридрихсон:

- Сереж, это дешевый популизм…

С. Мардан:

- В этом нет никакого популизма. Это факт.

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- Еще раз тебе говорю – где на страницах этого конкретного номера была фраза, что русские, у вас нет победы? Нет там такой фразы. Это сейчас твои личные фантазии, которые ты навешиваешь на издание «Дилетант», конкретно на этот номер. Я не говорю про другие номера. Я говорю конкретно про этот. Он четко посвящен именно договоренности между Советским Союзом и Третьим Рейхом. Фразы, что у кого-то нет великой победы, там нет. И идеи этой нет. Есть исторический факт, что был договор о ненападении между Германией и Советским Союзом.

С. Мардан:

- Ты журнал прочитала?

Н. Фридрихсон:

- Я говорила с человеком, который его купил и читал. Нет там ни слова про то, о чем ты говоришь.

С. Мардан:

- Ты сама читала? Нет. Не читала. Ты Демарского читала когда-нибудь?

Н. Фридрихсон:

- Да, почитывала.

С. Мардан:

- И что пишет Демарский о пакте Молотова-Риббентропа?

Н. Фридрихсон:

- Ты серьезно сейчас будешь опускаться вот до этой дешевой манипуляции?

С. Мардан:

- Да, да, да, дешевой манипуляции.

Н. Фридрихсон:

- Сереж, а давай мы поднимем то, что ты писал и начнем тебе это навешивать на каждую твою статью.

С. Мардан:

- У каждой ошибки есть фамилия, имя и отчество. И если человек предатель, именно так его и надо называть. И если человек объясняет нам, что мы такие же, как нацисты немецкие, то он мразь натуральная…

Н. Фридрихсон:

- Ничего подобного он тебе не объясняет. Он просто говорит про то, что были договоренности между Сталиным и Гитлером.

С. Мардан:

- Я про это уже говорил, и повторяю еще раз – хорошо, что они были.

Н. Фридрихсон:

- Плохо, что они были.

С. Мардан:

- Если это сохранило несколько сотен жизней советских солдат, красноармейцев, хорошо, что были эти соглашения. И подписывались они исключительно с этой точки зрения. Для этого они подписывались.

Н. Фридрихсон:

- То есть, плевать на то, что Гитлер творил, главное, что было подписано соглашение?

С. Мардан:

- Верно. Есть национальные интересы…

Н. Фридрихсон:

- Пока будет такая позиция, будут такие обложки. Не удивляйся.

С. Мардан:

- Я не удивляюсь. Большая разница есть, о ком беспокоиться. Можно беспокоиться о республике Гвинея, как Брежнев беспокоился, и давать им десятки миллионов долларов, а можно было беспокоиться о жизнях советских людей – и это нормально…

Н. Фридрихсон:

- И именно поэтому Сталин не был готов к войне, именно поэтому он не верил донесениям, что Третий рейх собирается нападать, именно потому, что у него было очень развито человеколюбие…

С. Мардан:

- Если бы мы не были готовы к войне, мы бы эту войну и проиграли бы в 1941 году…

Н. Фридрихсон:

- Как говорил сам Иосиф Виссарионович, мы ее выиграли, благодаря великому русскому народу, а не полководческим навыкам.

С. Мардан:

- Естественно. Просто для того, чтобы этот бесконечный разговор закончить, давай обозначим – мы выиграли эту войну. Все. Точка.

Н. Фридрихсон:

- Выиграли. С этим никто не спорит.

С. Мардан:

- И все обсуждение пакта Молотова-Риббентропа, вот это подлейшее словечко про «победабесие», которое я в глотку готов забить любому, кто его произносит…

Н. Фридрихсон:

- Это – да, согласна.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Оно про то, что у нас нет победы. Нам пытаются объяснить, что у вас, у мерзавцев, у гадов, у нелюдей, недочеловеков, нет победы, вы никто, вы лишены национальной, исторической сущности – вот что они нам пытаются продать. Самое замечательное, что все это финансируется государственными деньгами, через госкомпанию «Газпром». «Газпром» оплачивает все это дерьмище. У меня простой вопрос. Если вы это оплачиваете, вы зачем тогда тратите миллионы долларов на празднование Дня Победы, которого, по идее, для вас тоже не существует? Закройте эту статью расходов и купите себе новый вертолет, или там закажите концерт с Филиппом Киркоровым, или Венедиктову дайте на новую программу и он нам расскажет, что не было никакой победы, и о том, что Сталин это исчадие ада, гадина и мразь… о том, что, как написал тут один журналист в Твиттере, - большинство ветеранов они сталинисты, поэтому они такие же фашисты и мразь…

Н. Фридрихсон:

- Это ужас – то, что ты сейчас цитируешь…

С. Мардан:

- Это правда. Это написал живой человек.

Н. Фридрихсон:

- Но какое это имеет отношение к обложке «Дилетанта», я не понимаю.

С. Мардан:

- Это то, кого я называю коллективная либеральная гадина. Я понимаю, что я сейчас уподобляюсь пропагандистам на зарплате…

Н. Фридрихсон:

- Уподобляешься, очень уподобляешься…

С. Мардан:

- Это тот случай, когда я готов встать с ними рядом, - это либеральная гадина, и именно так к ним и надо относиться. С ними в одном помещении находиться нельзя… это подлецы…

Н. Фридрихсон:

- Все, все, место на федеральных каналах ты заслужил. Все, можешь выдыхать. Молодец! И все-таки, я добавлю свои три копейки. То, что ты привел в пример, они безобразны и чудовищны, но к обложке «Дилетанта» не имеют никакого отношения.

С. Мардан:

- Итак, важная новость. Путин на прошедшей неделе сменил главу Совета по правам человека.

Н. Фридрихсон:

- А кто-то знал, что у нас есть такой совет?

С. Мардан:

- Я за власть большинства! Да, это современная форма либерализма. Я за настоящую античную афинскую демократию.

Н. Фридрихсон:

- Спарта как пример…

С. Мардан:

- У них не было демократии. Демократию изобрели афиняне. Там голосовало тысяча мужчин.

Итак, Путин сменил главу СПЧ. У нас есть целый Совет по правам человека. Раньше там был человек по фамилии Федотов. На его место назначили другого человека по фамилии Фадеев. Он даже вел одно время передачу на телевидении. И много лет был главным редактором журнала «Эксперт». В свое время это был великий журнал. Главный экономический журнал в России. Очень влиятельный.

Н. Фридрихсон:

- Лицо Валерия Фадеева узнаваемо.

С. Мардан:

- Теперь он главный по правам человека.

Мне неважно, кто возглавляет эту организацию. Лишь бы это было приличный человек.

Н. Фридрихсон:

- Валерий Фадеев приличный человек?

С. Мардан:

- Я не знаком с ним лично. Надеюсь. Родина не ошибается. Мерзавца на эту должность точно не назначили бы. Другой вопрос. Мне кажется, что правозащитой должны заниматься люди в свободное от основной работы время. Либо на деньги какого-нибудь фонда. И очень странно, если правозащиту оплачивает государство. Я в этом вижу отсутствие логики. Если открыть любой интернет-поисковик и написать там запрос: «правозащитники», «нарушение прав человека в России», бла-бла-бла. На 99% это будет связано с ущемлением прав людей различными органами государственной власти, различными чиновниками всех уровней. Права человека – это тема очень широкая. У человека много интересов и приобретенных за последние двести лет прав. Это свобода совести, собраний, а у нас Конституцией гарантировано право на труд, на образование, на бесплатное медицинское обслуживание и так далее.

Эти права регулярно нарушаются различными государственными служащими.

Н. Фридрихсон:

- Хоть не либералами!

С. Мардан:

- По счастью их в 99-м году поперли из Кремля и попросили подождать в приемной, от чего они страдают. И постоянно скребутся в дверь, чтобы их пустили обратно. Харчеваться им стало довольно сложно, но их поддерживают.

Н. Фридрихсон:

- Но права нарушаются чиновниками, и они не либералы.

С. Мардан:

- Очевидно, гражданское общество в разных формах самоорганизации должно эти права защищать. «Я мы Голунов», например, устраивать.

Н. Фридрихсон:

- Хорошая была акция.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Я не иронизирую. Есть конкретные истории, когда есть вопиющие нарушения прав человека.

Н. Фридрихсон:

- В московском деле так называемом. Ты считаешь, там были серьезные нарушения прав человека? Что были нарушения прав силовиков, мы все осознали.

С. Мардан:

- Это нам объяснили, конечно. Кто-то вывихнул плечо, кто-то испытал страдания, что его потрогали за шлем.

Н. Фридрихсон:

- Или просто потрогали. Как ты считаешь, права человека были нарушены там?

С. Мардан:

- Я не изучал вопрос.

Н. Фридрихсон:

- Знаешь, что показательно?..

С. Мардан:

- Отвечу на твой вопрос. Когда мне показывают «ужасные» видео, где ОМОН или росгвардеец бьет дубинками демонстрантов, честное слово, во мне ничего не обрывается. Я понимаю, что это правила игры. Если ты идешь на несогласованный митинг, ты отдаешь себе отчет, что, вероятно, митинг будут разгонять. И разгоняют его силовым образом.

Н. Фридрихсон:

- Не совсем так.

С. Мардан:

- Это такой обязательный риск.

Н. Фридрихсон:

- Применение физической силы со стороны правоохранительных органов, как правило, должно идти в ответ.

С. Мардан:

- Ничего подобного!

Н. Фридрихсон:

- От того, что человек стоит, а на него налетают и начинают бить, это не очень правильная история.

С. Мардан:

- Все менты во всех странах мира разгоняют массовые демонстрации. И действуют абсолютно идентично.

Н. Фридрихсон:

- Когда масса выходит из-под контроля, да.

С. Мардан:

- Посмотри, что происходит в Каталонии. Мирная и сытая страна. С уровнем ВВП и безопасности, толерантности на порядок большим, чем у нас. Люди без опознавательных знаков, подчеркиваю, не представляясь, накидываются на мирно стоящего человека и гасят его со всей дури. Он падает. Они продолжают его гасить втроем. А после этого тащат в каталажку. Я никого не оправдываю, просто говорю о том, что это вот так.

Когда я говорю о нарушении прав человека, говорю про другие вещи. Когда ты живешь в своем доме, к тебе приходят люди со свинцовыми мордами, дают бумажку и говорят, что здесь мы построим дорогу. Вот тебе два рубля. И выметайся. Мы тебя принудительно выкупаем. Это происходит сплошь и рядом. И подобными историями должны заниматься разные правозащитники.

Н. Фридрихсон:

- Почему я сказала про московское дело, просто новость, что своим указом Владимир Путин исключил из СПЧ таких людей, как Игорь Шаблинский, Екатерина Шульман, Евгений Бобров, Павел Чиков. Это были те самые люди – адвокаты московского дела.

Я посмотрела комментарии. Многие считают, что исключение именно этих людей из СПЧ – это символичная история. И власть посылает очень четкий сигнал всем нам.

С. Мардан:

- Мы все друг другу посылаем какие-то сигналы. Шульман и прочие занимаются политикой и собственным пиаром, поэтому они посылают непрерывно какие-то сигналы. Теперь другие будут подавать сигналы.

Правозащита – это совсем другое. Это когда у человека беда, и кто-то ему помогает.

С. Мардан:

- Итак, «В коридорах власти»!

Н. Фридрихсон:

- У нас на связи Дмитрий Смирнов.

Д. Смирнов:

- Доброе утро!

Н. Фридрихсон:

- Мы успели поговорить про первый в истории саммит Россия – Африка. Сергей задал вопрос: а зачем он был нужен?

Д. Смирнов:

- Россия – это империя?

С. Мардан:

- Ух, ты! Красава! Молодец! Слава России!

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- Я просыпалась в Российской Федерации. Что поменялось?

Д. Смирнов:

- Российская история – это ее география. А география России такова, что она не может не быть империей. А империи есть дело до любой части земного шара.

Н. Фридрихсон:

- Ты нам там икни, если ты не один и тебя там принуждают так говорить!

С. Мардан:

- Я правильно понимаю, что повторяется история 1914 года? И есть некая внутренняя обида, что мы не успели к разделу африканского континента? И пора восстановить историческую справедливость.

Д. Смирнов:

- Абсолютно нет. Про это и говорил Путин, что наш подход отличается и от подхода советского, когда просто заливали деньгами.

С. Мардан:

- Пункт первый – денег не дадим.

Д. Смирнов:

- Причем, вчера он неоднократно это говорил и в своих выступлениях, комментируя выступления африканских коллег. Африка хочет быть партнером. На таких условиях мы и будем работать.

Это отличается и от американского подхода, других западных стран. Он говорил в интервью накануне, что под новыми вывесками процветает колониализм, который выкачивает природные богатства Африки, а людям, которые там живут, не остается ничего.

Н. Фридрихсон:

- Я так понимаю, что нас тоже интересуют природные богатства некоторых африканских стран. Алзамы, например, железная руда.

Д. Смирнов:

- Например, один из крупнейших российских игроков на африканском и других рынка – это Росатом. Путин и представители этой корпорации говорили, что мы не просто строим вам атомную станцию, получайте энергию, живите и радуйтесь. А мы создаем вам целую отрасль. Мы учим людей обращаться с этим, безопасности.

Н. Фридрихсон:

- А зачем?

Д. Смирнов:

- Мы получаем за это деньги, рабочие места, избыток своих компетенций. Они получают не просто дикари, которому поменяли бусы на территорию, они получают цивилизационный прорыв.

С. Мардан:

- Еще деньги надо будет давать?

Д. Смирнов:

- Деньги всегда надо давать. Там были смешные люди, которые говорили, что да, действительно, что раньше-то мы платили наличные, но чего-то платить наличные не очень хочется. Давайте поставите в кредит, а потом посмотрим.

Сейчас подписали с Руандой. Росатом.

С. Мардан:

- Я напрягаюсь…

Д. Смирнов:

- Им строят центр ядерной техники. У них будет собственная ядерная отрасль. Семена облучать.

С. Мардан:

- А, семена! Пусть облучают.

Д. Смирнов:

- Там масса применения этого. И Россия не просто огородила там колючей проволокой территорию алмазного рудника, откуда колонизаторы вычерпывают груз на пароход и вывозят в Англию. А есть еще и третий подход. Который китайский. Китай не очень туда пускают африканцы. Они заходят под нашим зонтиком через БРИКС. Они просто там все скупают, и теперь там половина Африки считается китайской.

Н. Фридрихсон:

- Так если туда зашел Китай, зачем мы туда полезли?

Д. Смирнов:

- Возвращаемся и делаем петлю назад к той самой России, которая империя и есть интересы до всего. Представьте, 54 страны в Африке.

Н. Фридрихсон:

- Если Китай зашел, там нам делать нечего!

Д. Смирнов:

- Хорошо, что ты не Путин.

С. Мардан:

- Дверь совсем не закрыта.

Н. Фридрихсон:

- Я пытаюсь понять. Они все под себя подминают.

С. Мардан:

- Французы и англичане точно так же не ушли.

Д. Смирнов:

- Странная у тебя… Если китайцы пришли, давайте сидеть дома. И дальше Рязани не пойдем.

Путин собрал 54 страны, со всеми побеседовал, показа российский товар лицом. Там была грандиозная выставка всех российских крупнейших предприятий. Автомат Калашникова показывали.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Военных, соответственно.

Д. Смирнов:

- Обязательно. Калашников показывал автомат. Какой-нибудь КамАЗ показывал грузовики. РЖД вагоны, над которыми у нас, может быть, смеются, а в Африке они шикарные. Чего только не показывали! И люди, которые туда приехали… Хорошо, заключили они сделок на 800 миллиардов рублей, но они еще и посмотрели то, что Россия может им поставить сейчас. Еще на 8 триллионов заключат через какое-то время.

Н. Фридрихсон:

- Я читала британскую прессу. Они очень возбуждены тем, что Нигерия, возможно, заключит с Россией сделку на поставку нашего оружия.

Д. Смирнов:

- Да черт его знает, что Нигерия заключила. Переговоры были закрытыми. Там настолько закрытые двери, на этих переговорах, что, например, сидел вчера 81-леьний Альфа Конде, глава республики Гвинеи. Сидит он, делегация. Путин и наша делегация. И этот Альфа Конде говорит: вы знаете, вы наши товарищи, вы нас защищаете и покровительствуете. Но у меня настолько тонкие темы в разговоре, я хочу говорить с вами один на один. И все делегации вышли.

Н. Фридрихсон:

- Хочется конкретики.

Д. Смирнов:

- Сильно обывательский подход.

С. Мардан:

- Короче, не вашего ума дело.

Н. Фридрихсон:

- Главное, что все это очень важно.

С. Мардан:

- Дима, спасибо!

Н. Фридрихсон:

- Нет, меня имперская надменность нашего коллеги весьма озадачила. Во-первых, я засыпала в Российской Федерации, а проснулась в империи, по словам Димы. И мне нравится вот это: Надана, у вас обывательский подход к Африке!

С. Мардан:

- И что? И хорошо!

Н. Фридрихсон:

- Ничего хорошего. Я надеялась услышать от Димы разъяснений. Ответов не получила, а получила по мордасам.

С. Мардан:

- Коротко. Есть маленькая африканская страна Джибути. Там живет всего 600 тысяч человек. Но она крайне удачно расположена. Находится на полуострове, это самое узкое место между Красным морем и Аденским заливом. Там проходит 80% кораблей, торгующих с этим регионом. Там находятся военные базы. Китай построил отличную базу в 17-м году. Там есть военная база американская, французская, английская, японская. В этом логика. Оттуда идет 90% нефти, которую потребляют Япония и Китай.

Огромная торговля китайская проходит через это место. И они обеспечивают безопасность своих судов.

Н. Фридрихсон:

- Мы тут причем?

С. Мардан:

- Там идет 800-километровая железная дорога, которую тоже построил Китай. Мы ни при чем.

Н. Фридрихсон:

- Итак, Китай зашел в Африку. Это я осознала. Если зашел Китай, а это экономическая саранча. Куда ни заходит, другим месте нет.

С. Мардан:

- Ничего подобного.

Н. Фридрихсон:

- Что нам-то остается?

С. Мардан:

- Остается ровно то же самое. Китайцы зашли туда, откуда ушли все в 70-е годы двадцатого века. Еще в началу двухтысячных тот же Боб Динар, король наемников, про которого я говорил, он писал о том, что великие державы покинули Африку и до последнего десятилетия вообще в Африке вершили все дела криминальные структуры. Местные и европейские, американские, не сути важно.

Это был частный бизнес. Никакой большой политики там не было. Держава, которая вернулась туда как сверхдержава, да, был Китай. Китай в состоянии финансировать огромные инфраструктурные проекты, строить там тысячу километров дорог, возводить мосты, аэропорты и все прочее. Никто больше этим не занимается.

Не то, что мы такие убогие. Мы не убогие. Этим не занимаются даже французы. Там половина Африки по-французски говорит! Они там держат двести солдат в каком-нибудь Мали, потому что там добывается нефть.

Это бизнес флибустьеров, какой-нибудь ост-индской компании или того же Пригожина, которые приехали, колючей проволокой огородили золотой рудник. И негры добывают для них золотые самородки.

Путин обозначил концепцию о том, что фактически да, мы как Китай на государственном уровне будем заниматься этим континентом. Мы обеспечим, в том числе, и государственную, политическую и военную поддержку нашим компаниям, которые хотят торговать с Африкой.

Н. Фридрихсон:

- Почему сейчас?

С. Мардан:

- А почему нет? Это возможность.

Н. Фридрихсон:

- Я почитала про славную страну Мавританию. Там отменили рабство только в 1981 году, но оно все равно процветает. И 20% населения рабы. Раб-ребенок стоит 500 долларов. И там 90% песок.

С. Мардан:

- Главное, что там нефть.

Н. Фридрихсон:

- А что мы получим от Мавритании? Отменим там официально рабство?

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Мы выкачаем всю нефть. Нам плевать, есть там рабство или нет. Об этом наш президент и сказал: мы не будем вмешиваться в ваши дела, мы не белые колониалисты, мы с вами 60 лет дружим, продаем вам автоматы и патроны к ним. Мы и дальше будем дружить , но только ха деньги теперь. То, что было при советской власти, забудьте. Патроны бесплатно вы больше не получите.

Н. Фридрихсон:

- Если нас не интересует, что там ест рабство, мы хотим выкачивать нефть, тогда чем мы отличаемся от проклятых колонизаторов?

С. Мардан:

- Это как с пактом Молотова-Риббентропа. Нам плевать на то, есть там рабство или нет. Режут хуту тутси или не режут.

Н. Фридрихсон:

- А на геноцид белых в ЮАР нам тоже наплевать?

С. Мардан:

- Да. Естественно.

Н. Фридрихсон:

- А то, что мы предложили белому населению ЮАР переехать в Ставрополье, значит, не наплевать?

С. Мардан:

- Какой-то чиновник чего-то ляпнул для того, чтобы про него написали в местной краснодарское «Правде».

Н. Фридрихсон:

- Чем мы отличаемся от проклятых колонизаторов?

С. Мардан:

- Надеюсь, что мы ничем не отличаемся.

Н. Фридрихсон:

- По словам Димы, отличаемся. Он это подчеркивал в каждом слове!

С. Мардан:

- Он же кремлевский корреспондент! Надеюсь, что мы рассматриваем Африку как огромный континент, где живет миллиард человек, что является потенциально большим рынком и является местом, где добывается сумасшедшее количество полезных ископаемых. И если не мы, то кто-то другой их будет добывать. И будет им продавать им грузовики и кока-колу. А почему бы нам не продавать туда КамАЗы? И брать бартером. Брать алмазами, почему нет?

Н. Фридрихсон:

- А почему сейчас-то?

С. Мардан:

- Потому что в 16-м веке энергичные и предприимчивые купцы пришли к английскому королю или королеве. И сказали, давайте мы создадим ост-индскую компанию. Почему тогда? Почему не раньше? Про Индию европейцы знали до этого. Но это случилось именно тогда.

Там всегда были аферисты, начиная с конца 80-х кормилось некоторое количество людей, которые африканцам продавали бог знает что. Это очень странное место на земле, где время остановилось, наверное, в конце девятнадцатого века. Я видел там это краешком, но увидел. Будто оказался в романах Жюля Верна, на самом деле.

Это для людей из крови и стали! Это место для людей, которые не будут бояться, кроме ста черных повстанцев в одной автоматической винтовкой. Вот кто там может заниматься бизнесом.

Мы формулируем, что будем там заниматься этим на серьезном уровне.

Н. Фридрихсон:

- Мне была примерно понятна позиция Дмитрия Пескова, что наши компании зайдут на африканский рынок, что они будут получать прибыль и платить налоги. И пополнять бюджет.

С. Мардан:

- Наш.

Н. Фридрихсон:

- Российский, наш. Это я понимаю. Я не понимаю посыл, который дал Дима, что мы же империя!

С. Мардан:

- А чего такого?

Н. Фридрихсон:

- Это ни о чем! Это для меня красивые формулировки и слова.

С. Мардан:

- Это значит, что мы готовы вывозить красное дерево и золотые самородки откуда угодно, а не только из Сибири. Вот почему мы империя.

Н. Фридрихсон:

- То есть, на жизни россиян это скажется положительным образом?

С. Мардан:

- Я надеюсь.

Н. Фридрихсон:

- Вот теперь африканское досье считаю закрытым.

С. Мардан:

- И если будет мир и дружба, я, например, купил бы виллу не на озере Кома пошлейшем, а где-нибудь на нагорье в Кении. Там отличный климат и растут авокадо и кофейные деревья.

Н. Фридрихсон:

- По идее, нас всех должна волновать обстановка внутри африканских стран, чтобы был хороший бизнес-климат.

С. Мардан:

- Стабильность.

Н. Фридрихсон:

- А там не стабильно!

С. Мардан:

- Нет, там может быть рабство, но главное, чтобы там не стреляли на улицах.

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- Ты же понимаешь, что это сопряженные вещи!

С. Мардан:

- Совершенно нет. Страна, где есть крепкая тирания, там всегда более надежно и стабильно, чем где есть хаотичная демократия.

Н. Фридрихсон:

- Не согласна с тобой.

С. Мардан:

- Почти всегда.

Н. Фридрихсон:

- Зайдет дядя Сэм им скажет, ребята, у вас тут плохо. И начнет подогревать протестные настроения.

С. Мардан:

- Дядя Сэм никуда не заходит, где у него нет интереса, а интересов в Африке нет ни у кого, включая дядю Сэма.

Н. Фридрихсон:

- Ты только что объяснил, что там должны быть интересы.

С. Мардан:

- Я напомнил про Джибути ровно потому, что Джибути находится на выходе из Красного моря.

Н. Фридрихсон:

- Если там есть нефть, алмазы и газ, то там есть интересы у дяди Сэма!

С. Мардан:

- Да плевать всем! Транснациональные компании. Политического интереса там нет ни у одной из великих держав, кроме Китая, потому что Китай крайне амбициозен. Китай дает кредиты, но выкачивает оттуда полезные ископаемые, потому что денег у них нет. Это нормальная концессионная работа. Я уверен, что Россия будет работать исключительно по этой модели. Мы продадим вам два грузовика с автоматами, но вместо этого заберем какое-нибудь алмазное месторождение, из которого добудем стопятьсот миллионов карат бриллиантов. Или редкоземельных металлов. Ничего другого с африканцами сделать все равно нельзя. Там отсутствует экономика. Там практически отсутствуют развитые государства.

Н. Фридрихсон:

- Вести там дела, все-таки, опасно.

С. Мардан:

- А сейчас мы будем обсуждать смешное!

Н. Фридрихсон:

- Да нет, печальное.

С. Мардан:

- Да ладно! У нас в стране много разных смешных людей. Я не мог вспомнить, что у нас есть, кроме как СПЧ. У нас же есть Общественная палата, которая занимается примерно тем же самым. И там есть такой роскошный человек по имени Павел Пожигайло. Думаю, буква «д» в какой-то момент была вычеркнута из паспорта у папы или дедушки.

Н. Фридрихсон:

- Он ее вернул сейчас.

С. Мардан:

- Я бы на его месте вернул. Был бы Поджигайло.

В интервью телеканалу «Царь-град» он сказал, что если бы стал президентом, то первым делом запретил бы театры. Сейчас мы у него спросим, зачем он это хочет сделать.

Н. Фридрихсон:

- Павел Анатольевич, доброе утро!

- Доброе утро!

С. Мардан:

- Зачем нужно запретить театры?

- Во-первых, спасибо Ивану Урганту, у него тонкое чувство юмора.

Речь идет, конечно, не только о театрах. Я считаю, что в России есть два пути – либеральный и глобальный проекты. И Россия отдельна от цивилизации.

С. Мардан:

- Это понятно. Театры зачем закрыть?

- Потому что театры выполняют одну из важных ролей в формировании определенного образа мысли. И формировании идеалов. К сожалению, миграция театра сегодня в сторону ЛГБТ-идеологии. И если мы говорим о театре времен Таганки 88-го года, конечно, я не против этого театра. Если мы говорим, условно, об Александре Галибине и о его спектакле, конечно, я за этот театр. Но, к сожалению, театр сегодня фактически начинает выполнять роль идеологической машины, которая, с моей точки зрения, готовит страну к вступлению в глобальный либеральный проект. Вкупе с повальным изучением английского языка, с огромным количеством того, что делает министерство культуры, со всеми законами…

Н. Фридрихсон:

- Подождите. А Мединский тоже враг?

- Нет, не враг. Он жертва. Он очень хороший человек, я его давно знаю. Он жертва той конструкции, которую в 90-е годы нам внедрили. Он вынужден сегодня вкладывать деньги в кинематограф и в театр, которые на 80% с моей точки зрения разрушают страну.

С. Мардан:

- Первый театр был построен в Ярославле в восемнадцатом веке. Причем тут Мединский? Вы сказали про конструкцию, которая ему досталась.

- Все началось вообще с Вальтера, да? Но приведу фразу Достоевского. Перед пушкинской речью он пишет письмо своей жене. И говорит: талантливый бестия Островский! Но, к сожалению, меня одно беспокоит и сильно беспокоит, что люди раньше ходили в субботу в церковь, а сейчас на его пьесы в театр.

С. Мардан:

- Это он какой своей жене писал? Первой или третьей? Федор Михайлович, конечно, великий человек, но тоже большой любитель был интересных развлечений.

- Я понял, что мы с вами расходимся в оценке наших творцов.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Я его биографию просто хорошо знаю.

- Но это вопрос серьезный. О театре, откуда он появился. И что это за явление. Кстати, в Серебряный век, в расцвет ощущение творцов, что они выше и бога, и сатаны, Булгаков и написал «Мастера и Маргариту». Это об этом в произведении, что любой творец, который себя ставит выше, либо отправится под трамвай, либо в сумасшедший дом, либо найдет жену-ведьму.

Н. Фридрихсон:

- Вы предлагаете закрывать театры, чтобы люди больше ходили в церковь?

- Я предлагаю обратить внимание на то, куда идет страна в сфере культуры.

Н. Фридрихсон:

- Может, просто реформировать театр?

С. Мардан:

- Вы сказали, что если были бы президентом, то первым делом запретили бы театры. С какой целью?

Н. Фридрихсон:

- Чтобы Россия не вступила в глобальный либеральный проект.

С. Мардан:

- С какой целью надо закрыть Большой театр? И мы чего из него сделаем, из здания-то?

- Естественно, весь мой пассаж не заключался в том, чтобы переориентировать Большой театр, а в том, чтобы репертуар Большого театра, в результате, исключить постановку «Руслана и Людмилы» в декорациях публичного дома. Или в перспективе постановку «Тангейзера». Вот я о чем говорю.

С. Мардан:

- Я не понял. К какой постановке Большого у вас претензия? Есть претензия к постановке «Щелкунчика», которая идет каждого 30 декабря?

- «Щелкунчик» шел, идет и пусть себе идет.

С. Мардан:

- А в чем претензия?

- В том, что в театрах начинает появляется культура ширинки.

С. Мардан:

- Не понимаю. Я знаю, что там все танцуют в трико, сквозь которое просвечивается хрен знает что. Это всегда было.

- Вспомните «Руслана и Людмилу», «Дети Розенталя».

С. Мардан:

- И что было?

- Декорации, в которых это происходило.

С. Мардан:

- Что там было?

- Декорации публичного дома.

С. Мардан:

- Это красные занавески? Или что?

- Не знаю.

С. Мардан:

- Вы же сказали, что декорации публичного дома!

- Я не являюсь экспертом.

С. Мардан:

- Я спрашиваю, как выглядит публичный дом и какие должны быть декорации, чтобы все сразу поняли, что это публичный дом.

- Я не специалист по публичному дому. Речь идет об обнаженке, о смысле постановок этих спектаклей. О чем идет речь?

С. Мардан:

- Я не знаю, не понимаю.
- Тенденция современного театра очень хорошо отражается в постановках Богомолова с его «Идеальным мужем» или Серебренникова «Голой пионеркой». Идеология ЛГБТ-сообщества сегодня фактически формирует основной тренд современного театра.

С. Мардан:

- Поэтому театр надо закрыть?

- Я бы и закрыл, если бы был президентом.

С. Мардан:

- То есть, надо не все театры закрыть? А только некоторые?

- Естественно!

С. Мардан:

- Вы считаете, что с точки зрения проникновения ЛГБТ театр – это самая опасная язва, которая в современном русском обществе есть?

- Не самое опасное. Самое опасное – это закон о домашнем насилии, который сейчас пытаются принять.

Н. Фридрихсон:

- Вы против закона о домашнем насилии?

- Естественно!

Н. Фридрихсон:

- А почему?

- Потому что как нам его внедряют? Говорят, кто за то, чтобы бить жену? Конечно, все против. Но если уточнить, в этом законе вводится три очень опасных положения. Это экономическое насилие, психологическое и сексуальное насилие. Фактически вся система воспитания детей ставится под этот закон. Вводятся определенные инспекции. Если вы подарили на день рождения ребенку айпад, он играет в игры, у него отобрали. Или забрали паспорт, чтобы он не ехал в опасную поездку, любое ограничение – это повод выписать ордер, переселить вас в гостиницу и на два-три месяца запретить видеться с ребенком или с семьей.

Возникает система, которая начинает вмешиваться в семейные отношения.

С. Мардан:

- А жену по роже-то можно бить? Это внутрисемейный вопрос? Я понимаю, что ни в коем случае как бы. У меня простой вопрос: за это сажать надо? Или нет?

- За это надо сажать. И уголовный кодекс сегодня абсолютно самодостаточен. Сегодня есть уголовные статьи. Кстати, история с избиением девушки, где челюсть сломал муж, сейчас уголовное дело и ему грозит шесть лет.

Проблема не в законе, а в его исполнении.

С. Мардан:

- Ясно. Павел, я понял.

- ЛГБТ хочет залезть в наши многодетные семьи! В мою семью, где семь детей! Вот о чем идет речь.

С. Мардан:

- И как ЛГБТ к вам в семью залезет?

- Очень просто. Если теща пишет в инспекцию письмо, что моя дочка кормит и рожает, а муж на нее давит, она соглашается. И соседи напишут. И это повод, чтобы пришла инспекция, по дому походила. И спросила ребенка что-то. И меня лишили родительских прав и выселили в гостиницу. Это реально происходит в Европе!

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Хотел бы вернуться к театрам, потому что это тема звонка вам. Может, этим прекрасным театрам без обнаженки и без декораций как в публичном доме, может, им конкурировать как на рынке с тем же Богомоловым и Серебренниковым?

- Не получится! Вы читали «Золотой ключик»?

С. Мардан:

- Читал.

- Ну, Буратино не смог дойти до школы. Продал азбуку и ушел в театр.

С. Мардан:

- Буратино идиот, хорошо.

- Это хороший пример.

С. Мардан:

- Ни какой не пример. Покойному Захарову удалось создать самый модный театр в Москве, в который невозможно было купить билеты. А театру Вахтангова последние двадцать лет не удается создать, потому что он на хрен никому не нужен! Они ставят мутотень, которую ставили 25 лет назад, от которой современного человека просто тошнит. От этой фальши.

Может, в репертуаре что-то поменять?

- Назревает консенсус. Я очень рад. Конечно. Я этой темой давно занимаюсь. Проблема театра сегодня существует. Главная проблема сегодня – отсутствие смысла в постановках.

С. Мардан:

- Я не про смысл. Я про конкуренцию. Конкуренция гуд или лучше закрыть?

- Да не будет равной конкуренции!

С. Мардан:

- Захаров же конкурировал! Спасибо!

Итак, продолжаем говорить о том, что случилось на этой неделе.

Н. Фридрихсон:

- А случилось страшное!

С. Мардан:

- Почему страшное? Кто из нас спортсмены, не спортсмены, главное, что мы все платим за спорт.

Н. Фридрихсон:

- Мы все любим спорт!

С. Мардан:

- Ежели вы помните, в 2016 году разразился страшный антидопинговый скандал. Из Москвы тайно был вывезен, наверное в секретном железнодорожном ящике или почтой глава Московской антидопинговой лаборатории Григорий Родченков. Он в Америке разоблачил российских чиновников и обвинил Россию в том, что она создала государственную систему поддержки допинга, что мы тут в секретных лабораториях КГБ выращиваем людей-мутантов, которые бросают копье на 800 метров и могут пробежать стометровку за 4 секунды.

Н. Фридрихсон:

- А потом сделал операцию по смене внешности.

С. Мардан:

- Это не смешно. Он находится в программе защиты свидетелей США официально.

Почему эту тему вспоминаем сейчас? На этой неделе американский Конгресс ввел очередные санкции, они приняли акт Родченкова. И мы получаем очередную порцию ништяков.

Н. Фридрихсон:

- А правда, что по этому закону наш спортсмен куда-то выехал, американский представитель показал, что он под допингом, его могут задержать?

С. Мардан:

- Понятия не имею. Это не имеет никакого значения. Тут никакой геополитикой не пахнет.

Н. Фридрихсон:

- Вполне конкретная история! Взяли и схватили!

С. Мардан:

- И хрен с ним. После того, как Родченков сбежал, это все случилось после Олимпиады 14-го года, которую вроде бы мы блистательно в Сочи провели. И выиграли первое место в командном зачете. И все получили ордена. Многие заработали десятки миллионов долларов, не скажу, кто.

Н. Фридрихсон:

- Но ты знаешь.

С. Мардан:

- Ну, да, кое-кого знаю лично. И все были счастливы.

И в 16-м году Родченков пускает такую подляну. По итогам мировая спортивная бюрократия начинает расследование. Мы долго опровергали, говорили, что они гады и фашисты. Но в итоге практически половина сборной российской на Олимпиаду в Бразилию не поехала, потому что их пробы были грязные. Оказалось, что они те самые люди-мутанты. Остальные как евреи в гетто выступали с позорными олимпийскими нейтральными флажками. Единственное, что обсуждали болельщики, можно ли нам ехать под нейтральным флагом или нет?

Я понимаю, что мое мнение никого не интересует, но я его выскажу. Я считаю, что если вам сказали, что вы дебилы, то сидите дома. Потому что вы, действительно, дебилы. Потому что все олимпийское движение имеет смысл только в том случае, если там каким-то образом фигурирует национальная символика и национальный флаг. А если вам, дуракам, запретили ходить под национальным флагом, сидите дома.

Н. Фридрихсон:

- Тебе любой спортсмен скажет, что Олимпиада – это вершина карьеры любого спортсмена! И на следующую Олимпиаду он может не попасть!

С. Мардан:

- Я плевать хотел на карьеру любого спортсмена.

Н. Фридрихсон:

- Почему спортсмен должен страдать, если чиновники что-то неправильно совершили?

С. Мардан:

- Потому что жрут стероиды спортсмены. Чиновники, если чего и жрут, то совсем другие стимуляторы. Им нужны другие таблетки.

Н. Фридрихсон:

- Но даже новый глава РУСАДА в октябре 19-го года, по сути, признал, что обвинения были справедливыми.

С. Мардан:

- То, что сказал Ганус, было еще хуже. Он сказал, что да, действительно, те образцы, которые были отправлены в рамках расследования за границу в центральный офис, там более тысячи проб были подменены. И этот Юрий Ганус, официальный российский чиновник, сказал о том, что это результат манипуляций высокопоставленных чиновников из числе бывших спортсменов, которые пытаются скрыть свои неблаговидные деяния.

Н. Фридрихсон:

- Министр спорта Павел Колобков на это никак не отреагировал!

С. Мардан:

- Вообще никто не отреагировал!

Н. Фридрихсон:

- Нет, реакция была. Председатель профильного комитета Госдумы Валерий Газзаев заявил, что…

С. Мардан:

- … это не патриотично!

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- Говорить такое не профессионально, не этично и не патриотично. Юрий Ганус, по сути, признал, что проблемки у нас имеются. И был обвинен в том, что делает непатриотичные заявления.

С. Мардан:

- Это лишний раз говорит о том, что как только чиновник или кто другой ответственный начинает что-то втирать за патриотизм, то где-то хотят своровать денег.

Н. Фридрихсон:

- Кто прав? Газзаев или Ганус?

С. Мардан:

- Я не хотел обсуждать тему справедливо или не справедливо.

Н. Фридрихсон:

- Закон, который принимают американцы, он же в том числе, обоснование закона будет опираться на слова Гануса?

С. Мардан:

- Нет, закон принят на основании показаний Родченкова, который скопировал всю базу данных.

Н. Фридрихсон:

- Но Ганус признал, что проблема есть!

С. Мардан:

- Он признал потому, что этого нельзя не признать, видимо.

Н. Фридрихсон:

- Закон правильный?

С. Мардан:

- Конечно, правильный.

Н. Фридрихсон:

- А чего тогда все возмущаются? И мы облажались по полной программе!

Н. Фридрихсон:

- А что все возмущаются?

С. Мардан:

- Никто даже не возмущается, только один Газзаев. По факту ситуация такова. Скорее всего, на следующую Олимпиаду нас опять не пустят. Или предложат кому-то ехать под нейтральным флагом. И вопрос: ребята, а на хрена это все тогда? Вот зачем все эти бесконечные миллиарды рублей тратятся на большой спорт?

Н. Фридрихсон:

- Спорт – одно из лиц государства.

С. Мардан:

- Лицом государства, на мой взгляд, являются две вещи. Пункт первый – это экономика. Пункт второй – это армия. С армией у нас более-менее как-то ничего. С экономикой, как мы обсудили, пока не очень.

Н. Фридрихсон:

- Ты считаешь, что пока эта проблема у нас не решена, нам не надо идти в большой спорт.

С. Мардан:

- Это и есть лицо страны. А то, что какое-то там место в командном зачете, это кого должно интересовать? Мне кажется, что наши чиновники живут словно в 1983-м году, будто олимпийский мишка только что улетел. И Лещенко до сих пор поет по всем радиостанциям эту песню. Что мы великая спортивная держава, после нас идет ГДР, которого тридцать лет как нет. И только потом какая-то проклятая Америка.

Ребята, все давным-давно не так. ГДР нет, на первом месте величайшая спортивная держава США, которую, как и во всем остальном, подпирают китайцы.

Главное мое соображение заключается в том, что конкурировать за количество золотых медалей в чем бы то ни было глупо. С точки зрения математики китайцы, в конечном счете, выиграют все золотые медали. Их полтора миллиарда. С точки зрения теории цифр китайцы способны подготовить чемпионов для любого вида спорта, начиная от фристайла и синхронного плавания и заканчивая керлингом. Если китайская коммунистическая партия скажет, что надо быть лидерами в керлинге, значит, они завтра построят тысячу специальных ледовых стадионов и три миллиона китайцев день и ночь будут шваброй натирать лед.

Это зачем?

Н. Фридрихсон:

- Ты сказал правильную вещь. Америка сегодня главная спортивная держава.

С. Мардан:

- Это тоже наследие холодной войны.

Н. Фридрихсон:

- Их спортсмены такие молодцы, потому что они абсолютно чистые и без допинга? И целыми днями бегают по комфортным стадионам?

С. Мардан:

- Конечно, нет. Весь профессиональный спорт держится на допинге. На спортивной фарме. Поскольку мы не в состоянии сделать таблетки для лечения ишемической болезни сердца, почему ты считаешь, что мы в состоянии сделать специальные таблетки для того, чтобы человек смог пробежать стометровку за 9 секунд?

Н. Фридрихсон:

- У нас нет грамотных химиков, которые сделают грамотную таблетку?

С. Мардан:

- Мы можем сделать только цитрамон! И тот будет грязный.

Н. Фридрихсон:

- В основе всей этой спортивной проблемы…

С. Мардан:

- … находится только химия и русский бардак!

Н. Фридрихсон:

- Нет химиков?

С. Мардан:

- Если ты работаешь в ситуации, где определенный уровень секретности, то секретность надо обеспечить. При этом надо эффективно тратить деньги, обеспечить результат. А русские чиновники, в том числе, спортивные так работать не умеют. Деньги надо украсть, добиться результата, сделать так, чтобы об этом каждая собака в интернете не писала, так не получается. Поэтому продолжается непрерывный позор, начиная с 2014-го года!

Скандал был, есть и он продолжается.

Н. Фридрихсон:

- Ты мне глаза открыл на этот мир. Вся эта история базируется на банальной вещи. По твоим словам вся наша проблема только в том, что нет грамотных химиков.

С. Мардан:

- Нет. Проблема в том, в извращенной логике принятия решений, которые доминируют в этой отрасли. Меня никто не переубедит в том, что нет ничего лучше, чем строить всякие титанические и циклопические каменные сооружения. А ничего более циклопического, чем спортивные сооружения современная цивилизация не придумала. Общественные пространства – это лучший способ потратить деньги и, в конечном счете, украсть.

Только математика. Ничего больше. Ты говоришь, в Москве построили 2 очередных стадиона, Дженнифер Лопес, концерт. Это все так. Только какой концерт ты будешь проводить на 30-тысячном стадионе города Саранска? Или города Калининграда? Какая Дженнифер Лопес в Калининграде? Там населения всей области 300 тысяч человек!

Н. Фридрихсон:

- Вопрос только в цене. Если хорошо заплатят…

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- А кто должен заплатить? За концерты платят зрители. А там физически нет людей. Понятно, что ты не в состоянии в небольшом городе заполнять его даже в выходные. У тебя хотя бы в выходные стадион должен заполняться!

Н. Фридрихсон:

- Там можно проводить другие мероприятия.

С. Мардан:

- Что ты в Саранске можешь проводить?

Н. Фридрихсон:

- Какое-нибудь спортивное мероприятие. Команды из других российских городов. Футбол!

С. Мардан:

- В Саранске? Туда неудобно ехать.

Н. Фридрихсон:

- Кстати, хорошая история для взращивания футболистов. Создавайте молодежные футбольные команды! Они играют на новом стадионе в том же Саранске.

С. Мардан:

- А оно нам зачем? Мы повышаем ВВП или тратим лишние деньги?

Н. Фридрихсон:

- А зачем, в принципе, кому-то нужен футбол?

С. Мардан:

- Я тебе расскажу.

Н. Фридрихсон:

- Я сама расскажу. Это запускает и экономическую цепочку.

С. Мардан:

- Нет. Неправда.

Н. Фридрихсон:

- Футболисты становятся народными героями, мальчишки вешают их портреты у себя в комнатах. Они рекламируют какие-то товары.

С. Мардан:

- Ты никогда не была футбольным болельщиком.

Н. Фридрихсон:

- Была и остаюсь. Что, Аршавин не был лицом каких-то продуктов?

С. Мардан:

- Расскажу, как возникает великая футбольная держава. Берем Германию, где в футбол начали играть в девятнадцатом веке. На сегодня в Германии 26 тысяч клубов. Это довольно компактная страна, там 80 миллионов человек, но компактная. Там 390 футбольных тренировочных баз. И, по-моему, 7 миллионов немцев являются официальными членами немецкого футбольного союза.

Если ты поставил целью сделать Россию великой футбольной державой, хотя это совершенно невозможно, уже хватит пытаться. Я бы футбол официально запретил. Если за сто лет не получилось, то уже точно не получится.

То ты иди…

Н. Фридрихсон:

- Вспомни чемпионат мира 2018 года.

С. Мардан:

- И что?

Н. Фридрихсон:

- Хорошо было!

С. Мардан:

- Кубок получили? Все, тема закрыта.

Н. Фридрихсон:

- Играли хорошо!

С. Мардан:

- В спорте важен только результат.

Н. Фридрихсон:

- А участие?

С. Мардан:

- Если вы решили построить великую футбольную державу, не надо думать, что вы умнее кого бы то ни было. Сделайте, как немцы. Не стройте 12 циклопических стадионов, на содержание которых нужно тратить до 23 года 8,3 миллиарда рублей! Нищая закредитованная Мордовия, долг которой составляет, по-моему, 2 их годовых бюджета, до 2023 года должна потратить 1 миллиард, ну, полтора миллиарда рублей. У них этих денег нет. Эти деньги идут трансфертами из федерального бюджета.

Я логики не вижу! В футбол не играют, стадион пустой, но полтора ярда…

Н. Фридрихсон:

- Давай отменим физкультуру в школах! По закону спорт в России!

С. Мардан:

- Спорт имеет смысл только в двух своих ипостасях. Спорт – это здоровье нации. Государство, федеральный бюджет должен заниматься и финансировать исключительно массовый спорт как часть социальной политики. И в таком случае то, что происходит у нас, делается все, мягко говоря, перевернуто с ног на голову.

И второе. Спорт – это интертеймент. Это как гладиаторские бои. В идеале массовый спорт и интертеймент должны совпадать. Как в Германии, которая стала великой футбольной державой, в которой 26 тысяч футбольных команд. Это идеальное совпадение. И если этого нет, тогда извините.

Или Финляндия, в которой 70 тысяч официальных хоккеистов на страну с населением в 5 миллионов человек.

Н. Фридрихсон:

- То, что ты говоришь, справедливо, но это не значит, что нам надо махнуть рукой на наш спорт.

С. Мардан:

- Нужно прекратить воровать! Строить бессмысленные гигантские стадионы. И просто каждому райцентру купить по культиватору, распахать поле площадью 90 на 45 метров, поставить ворота и получается футбольное поле. Или поставить несколько турников в каждом загаженном дворе. И дети будут не ширяться и не пиво пить, а кто-то из них станет великим гимнастом через какое-то время.

Вернемся через неделю! Не пейте, не бухайте, занимайтесь спортом!