Нилов: Долг перед вкладчиками СССР — 45 триллионов, власти его признают, но платить не торопятся

Олег Нилов
Андрей и Юлия Норкины в программе «Простыми словами» пообщались с депутатом Госдумы, зампредом комитета по контролю и регламенту Олегом Ниловым. Речь шла об экономическом прорыве, предусмотренном нацпроектами, и о том, как они реализуются.

Скачать передачу [mp3, 41.8 МБ]

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


А. Норкин:

- У нас на календаре уже начало декабря, а, значит, нам надо потихонечку уже подводить итоги уходящего года. У нас, например, сегодня в семье итог – у нас у внука вылез первый зуб.

Ю. Норкина:

- Да. И сегодня ему 7 месяцев.

А. Норкин:

- Заместитель председателя комитета Государственной Думы по контролю и регламенту Олег Нилов сегодня у нас в студии в прямом эфире. Здравствуйте.

О. Нилов:

- Добрый вечер.

А. Норкин:

- Мы сегодня поговорим и про итоги, и про какие-то последние вот законодательные инициативы Госдумы… Олег Анатольевич, какие с вашей точки зрения, с точки зрения вашей фракции главные успехи и главные неудачи Думы в 2019 году?

О. Нилов:

- Дума, конечно, не самостоятельный орган, надо признать, к сожалению. Она во многом зависит от правительства, если не сказать, что фракция большинства практически во всем зависит от решения правительства. Касается ли это принятия закона правительства, касается ли это получения одобрения на закон, который инициируют депутаты. Понятно, этот год, как мы все ожидали, и я лично ожидал, он наконец превратится в какое-то начало прорыва. Вот президент сказал – идем на прорыв – и первый, кто должен был прекратить запрягать долго, а уже погрузиться в повозку, и уже двинуться… нет, опять запрягали, запрягали… в том числе вместе с правительством, ходили вокруг, около, чего-то там мерили, собирали деньги… Денег, надо сказать, насобирали много. Денег целый воз! Наше такое вечное требование последних лет – верните миллиарды из Америки! Вернули, слава богу.

Ю. Норкина:

- И?

О. Нилов:

- И сложили кучками, не знаю, там пирамидами, что теперь, похоже, не сдвинутся с места. Столько денег, что на прорыв уже вроде как и не хочется идти… Это печальная история.

А. Норкин:

- Олег Анатольевич, я сразу возражу, потому что я много раз слышал такой аргумент, что на самом деле большой разницы между фракциями в Думе не существует. И ваша фракция «Справедливая Россия», и ваши коллеги – КПРФ и ЛДПР – на самом деле не шибко отличаетесь от «Единой России». Вот что бы вы ответили критикам?

О. Нилов:

- Спасибо вам за пас, это действительно бытует среди людей, которые точно не смотрят в прямом эфире заседания Госдумы, а я напомню всем радиослушателям, что такая возможность есть. В прямом эфире каждое заседание транслируется, на сайт Думы выходите и все увидите и услышите. Есть отличия, нет отличий… тишина и покой там, либо идет борьба… Самый главный закон любого парламента – в том числе, и Госдумы – это закон о бюджете. Это как лакмусовая бумажка. Покажите мне ваши предложения, ваши поправки – и я скажу, кто вы. Вы одна команда или вы разные по окрасу. Я могу вам продемонстрировать мои поправки к бюджету следующего года, которые господин Макаров предложил даже занести в книгу рекордов Гиннесса.

А. Норкин:

- Вы Андрея Макарова имеете в виду?

Олег Нилов

О. Нилов:

- Да, Андрея. Потому что в этих поправках я предлагаю самые для нашей партии и для меня лично ключевые поправки. Например, увеличить зарплату бюджетникам, которые сегодня многие получают – миллионы получают – на уровне МРОТа – 12-15 тысяч. Я предлагаю эту зарплату увеличить до 31 тысячи. Почему? Потому что мною и фракцией разработан закон о потребительской корзине. Не той, которую нам господин Топилин предлагает 8 лет уже и она 8 лет – 12 тысяч. Помните, что было 8 лет назад? Какие были цены?

А. Норкин:

- Другие, да, конечно.

О. Нилов:

- Но она до сих пор 12 тысяч. И это – главная несправедливость. Как мы можем говорить вообще о каком-то прорыве с такой зарплатой? Здесь она отражена – 440 миллиардов я предлагаю на эту статью выделить. Я предлагаю увеличить в два раза расходы на образование, здравоохранение…

А. Норкин:

- Почему не проходят эти предложения? Что вам говорят?

Ю. Норкина:

- Я бы послушала, какие еще конкретные предложения?

О. Нилов:

- Здравоохранение и образование увеличить в два раза – расходы. Вы понимаете, что это такое? Это колоссальное количество проблем для миллионов наших сограждан снимается враз. А деньги небольшие. Для того, чтобы увеличить, нужно еще по 700 млрд. примерно два раза.

Ю. Норкина:

- То есть, мы это тоже тянем?

О. Нилов:

- Мы это тянем легко. И даже здесь есть статья о начале возврата долгов вкладчикам Сбербанка СССР. Да, здесь цифра уже побольше, она триллион с лишним, но долги надо возвращать. Потому что опять принято решение – перед принятием этого бюджета – отложить. Уже 30 лет мы откладываем…

А. Норкин:

- Я все-таки хочу понять, почему не проходят ваши предложения…

О. Нилов:

- Потому что вопрос они задают – где деньги?

А. Норкин:

- Ну, это не аргумент, потому что все знают, что денег огромное количество. Вот Михаил пишет вам: «Ура! Я с вами! Сначала поднять зарплату бюджетникам, разогреть экономику, деловую активность, стимулировать потребительский спрос, а до ведь недалеко до дефляции…» А дефляция не очень хорошая штука, потому что самая знаменитая дефляция была во время Великой Депрессии и это не самая приятная пора была для США и для всего мира. Так вот, может, вам про это говорят? Деньги есть – это знают все.

О. Нилов:

- Но даже я не из этих денег предлагаю профинансировать вот эти ключевые статьи. Я предлагаю просто пересмотреть ту цену отсечения – есть такой термин в этой философии наших финансистов, экономистов, чтобы не перегревать внутренний рынок и чтобы не все деньги, которые мы получаем от нефтегазовых наших источников, надо сказать, основных, мы в бюджет закладываем – в прошлом году до 41 доллара, сейчас до 42 долларов… Я предлагаю не заниматься такой экономикой, а поднять хотя бы до реальных цен на нефть в этом году, в прошлом году, до 55 долларов. И тогда бюджет увеличится ровно на столько, сколько я прописал в этих предложениях. Ведь это же искусственное. Такая операция по недополучению в бюджет колоссальных триллионных сумм. На вопрос, почему вы так делаете? Разве эти деньги не нужны в перечисленных мною статьях? Здравоохранение, образование, культура, возврат долгов вкладчикам, которым государство должно 30 лет… Напомню, долг – 45 триллионов рублей. Государство признает этот долг, но не торопится его выплачивать. Ни тем, кому должно, ни наследникам. Они вынуждены идти в банки государственные, они должны идти к микрофинансистам, попадать в эту кабалу, а им государство должно. Мы прощаем долги на сотни миллиардов различным нашим союзникам и партнерам…

А. Норкин:

- Ну, там много чего было… вот в истории с Африкой мы даже специально подсчитывали… но это не снимает вопросы, которые вы задаете и не получаете ответа – почему нельзя вот так перераспределить наш бюджет…

Юлия Норкина

Ю. Норкина:

- То есть, я так понимаю, что в этом году, подводя итоги, в Госдуме ничего не прорвало?..

О. Нилов:

- Обсуждения были… вот сейчас соберемся и спланируем… но год прошел…

А. Норкин:

- Олег Анатольевич, у нас финансово-экономический блок работает как бухгалтерия… но, как мне кажется, развитие страны немножко не соответствует бухгалтерским стандартам отчетности. Насколько я понимаю, вам в качестве контраргументов говорят, что эти меры по повышению зарплаты бюджетникам и т.д., могут быть опасны. Какая-то логика в этом есть. Потому что всегда говорят – вот если бы мы не копили, если бы мы не складывали все в кубышку, мы бы тогда ноги протянули еще в 2008 году, к примеру.

О. Нилов:

- Ну, в том, что это действительно такая генеральная, наверное, но бухгалтерия, я с вами согласен. Я сам несколько раз, не желая оскорбить наших министров, называл их генеральными бухгалтерами правительства, а никак не экономистами. Весь финансово-экономический блок – не знаю, наверное, надо начинать со снежной королевы, Эльвиры Сахипзадовны, которая главной целью всей своей политики на протяжении последних лет пытается заморозить инфляцию, движение больших денег – вот пусть деньги лежат где-то там в закромах на черный день… Но министры, вот я не просто так Снежную королеву вспомнил, вот как Кай, они сидят и какую-то вечность, стабильность – такое у них кодовое слово, не дай бог какой-то разогрев… то есть, как огня, боятся они разогрева… Выпуск денег, движение, экономические какие-то прорывные моменты для них действительно нежелательны. Они вынуждены соглашаться сейчас, вернее, делать вид, что соглашаются, что президент говорит – нет, ребята, вашими темпами 30-40 лет мы будем достигать уровня там какой-нибудь третьей страны в Европе, да. Это не годится. А для того, чтобы делать рывки, конечно, в первую очередь нужны имеющиеся резервы на самые прорывные направления бросать. Примеров много. Строим дороги, выделяем даже по нашему нацпроекту триллионы рублей, а освоение по году по этому на нацпроекту на уровне будет 50-60%. Разве это прорыв?..

Ю. Норкина:

- А что, регионы тормозят, как обычно?

О. Нилов:

- Я думаю, что там есть в чем-то «заслуга» регионов, но нет – вся эта система заскорузлая, начиная с этих задержек, которые с нового года до середины лета не позволяют начинать работы, в начале лета что-то ни шатко, ни валко начинается, а потом деньги валом валят. После сентября и сейчас деньги есть, а работать невозможно… Ну, причины все прежние. Но вот главного – персональной ответственности за каждый элемент дорожной карты – нет. По идее, мы ждали целый год от правительства – дайте дорожную карту хотя бы по нацпроектам, где мы будем спрашивать комитет по контролю, Дума – по каждому пункту роста. Вот должно быть столько-то… Нет этого роста. Персональные ответственные – министры, руководители департамента, идите сюда, объясняйте, или оставляйте ваше место, если неудовлетворительные объяснения. Этой системы не получилось создать. А она должна быть. Когда есть деньги, есть направления верные – и в борьбе с бедностью, и в борьбе с дорогами… все можно спланировать.

А. Норкин:

- По поводу персональной ответственности. 6024 нам пишет: «Вы все голосовали за пенсионную реформу, так что не надо нам лапшу вешать!»

О. Нилов:

- Нет, дорогой мой друг! Вы все! Категорически против. И не раз выступал и буду выступать не просто за то, что против. Надо отменять эту, мягко говоря, ошибку. Это не ошибка. Я бы рассматривал это как некое деяние. Деяние по тому, как легко и свободно можно человеку залезть в карман и забрать у него что-то. Либо время, либо деньги, а время – деньги. Это вот так происходит. И не только я один. Опять-таки, отсылаю вас на сайт, там есть все голосования, все выступления. Зайдите ко мне – найдите, как я выступаю по этой проблеме, по другим проблемам. Поэтому вы все одинаковые – да, это такой бросается тезис… Это специально бросается коллегами из правящей партии, для того, чтобы все смешать и сказать - слушайте, лучше тогда не меняйте одних на других, мы все одинаковые, говорят представители партии власти. Отнюдь!

Андрей Норкин

А. Норкин:

- А в чем же тогда смысл вообще парламента, если вы не можете ни одну из своих инициатив довести до уже вида закона?

О. Нилов:

- Говорить, что ни одну не довели, нельзя.

А. Норкин:

- Тогда скажите, что удалось сделать?

О. Нилов:

- Самый главный закон бюджет, распределение денег, принципиальные вопросы, каким быть, быть или вообще не быть прогрессивному налогу, и каким быть – вот это ключевые наши вопросы.

А. Норкин:

- Да. Так а что с прогрессивкой сейчас? В каком состоянии этот вопрос?

О. Нилов:

- Ну, больше десяти раз нами в разных вариациях выносится прогрессивный налог на повестку дня. Не нравится. Не годится.

А. Норкин:

- А что не нравится?

О. Нилов:

- Вы виноваты лишь тем, что хочется им все абсолютно кушать, сверх 13%. Крайний вариант, ну, самый лайтовый такой мы им предложили буквально вчера. Завтра он будет на повестке дня Госдумы – мы вчера на комитете рассматривали… Касается только тех граждан, у кого доходы по году больше 24 миллионов. И увеличение мы предложили всего лишь на 5%. Не 13, а 18 процентов. Касается, по нашим расчетам, 20 тысяч граждан России, налогоплательщиков. И даже этот вариант не проходит. У нас, конечно, были более жесткие, серьезные предложения – до 35 процентов, с шагом в 5 процентов… Это тем более, говорят, ни в коем случае, потому что вы таким образом средний бизнес задушите. Отговорки! Это все причины такого зажравшегося, как мы его называем, волчьего капитализма, когда хочется все подгрести под себя, любимых, а народу объяснять, что виноваты кто угодно – наши партнеры многочисленные, санкции, виновата демографическая проблема, зима… только не финансово-экономическая политика. Финансово-экономическая политика с такими приоритетами невозможна. Даже речь сегодня идет уже не о фискальной части. Прогрессивный налог – это налог, который вот эту пропасть между богатыми, нищими и сверхбогатыми не уменьшает, а увеличивает. Количество миллиардеров растет, количество нищих и тем более работающих людей тоже растет. Для чего вы это делаете? Для чего вы дразните людей? Вот мы говорим – примите прогрессивный налог, чтобы хотя бы показать крен такой, небольшой крен влево и надежду дайте людям, что вот эти прорывные вещи, правильные вещи, вы собираетесь выполнять. Это мы обращаемся к правительству. Буквально вчера. Нет. Ни в коем случае. Потому что это – и бла, бла, бла… у нас собираемость такая высокая, потому что плоская шкала… Я говорю – а как же весь мир? Ну, вот весь мир им не указ. В этом вопросе. Во всех остальных вопросах, когда нужно залезть в карман с оброком за то, за это, с платными проездами и парковками у них пример весь мир.

Программа в студии Радио КП

А. Норкин:

- Странность, что мы берем какие-то вещи в качестве примера, а вот… я просто сейчас открыл, где прогрессивка есть… Дания, Великобритания, Австрия, Австралия, Китай, Испания, Италия, Франция, Канада, США, Марокко, Египет, Индия, Бразилия и т.д. Совершенно разные страны, с разным уровнем жизни…

О. Нилов:

- Нулевой процент в Китае. Уже нулевой процент есть для самых бедных. И с этой стороны не получается.

А. Норкин:

- Олег Анатольевич, а что все-таки удалось пробить и принять как закон уже в этом году в Думе?

О. Нилов:

- Есть и законы принятые, их немного, но, слава богу, какие-то идеи, если не наши, то в виде решения правительства, в виде закона, который ту же самую идею переписывает, но авторы другие… Например, отмена роуминга телефонного…

А. Норкин:

- А он работает? Что-то у меня сомнения большие, что он заработал…

О. Нилов:

- Давайте спросим.

А. Норкин:

- Дорогие слушатели, напишите, вы на собственном опыте ощутили вот это решение о запрете роуминга по стране?

О. Нилов:

- Вот завтра как раз второе чтение закона об отмене банковского роуминга. Это история не судьбоносная… Дачная амнистия. Она грозила многим дачникам, вот весь этот год уже, что называется, обивать пороги многочисленных инстанций – до 2021 года эта дачная амнистия продлена. Использование материнского капитала. Вот это наши идеи были – расширить использование материнского капитала. Не все еще приняты, но на строительство дома своего на своем участке – это услышано, это реализуется, закон еще не принят, он находится в Госдуме, но полностью согласован правительством и комитетами… Самое главное – добиться какого-то консенсуса. И еще пару моментов хотел бы отметить. Получено одобрение лично Дмитрия Анатольевича Медведева на возврат к советской системе сбора стеклопластиковой и алюминиевой тары.

А. Норкин:

- Что, бутылки будем сдавать?

О. Нилов:

- Будем. Это вот моя идея, которую я лично добился на встрече с Дмитрием Анатольевичем Медведевым.

Ю. Норкина:

- Так, 7630 написал – не работает роуминг.

Программа в студии Радио КП

О. Нилов:

- Конечно, так просто не получается. Дмитрий Анатольевич сказал – давайте пилотные процессы начнем. Сейчас где-то появляются вот так называемые фандоматы, наберем какой-то опыт и где-то со следующего года будем принимать либо постановлением, либо законом. Но смысл такой – это предложение принято. И, представьте себе, какое количество выбрасываемых сегодня на свалки бутылок может и должно возвращаться на переработку, как это делается во всем мире…

А. Норкин:

- Раньше, когда я маленький был, вот родители там сдавали бутылки молочные, денежка – в карман.

Ю. Норкина:

- А сейчас, в связи с мусорной этой жуткой историей, может очень разгрузить ситуацию, конечно.

А. Норкин:

- Олег Анатольевич, очень много разговоров у нас появилось по поводу двух законов. Один – распространение фейковых новостей. А второй – об оскорблении власти. Про них все время говорят, говорят…Очень интересный эпизод – вот сегодня мы его показывали в программе «Место встречи» на НТВ, Валентина Матвиенко сказала, что народное творчество какое сейчас? Поругаешь власть – попадаешь под действие закона об оскорблении властей. Похвалишь власть - попадаешь под действие закона о фейковых новостях. И все стали веселиться по этому поводу. Вот ваше отношение к этим законам.

О. Нилов:

- Естественно, мы за эти законы не голосовали. Позиция наша такая – не хочешь быть груздем, не полезай в кузов. Боишься критики – сиди на диване и критикуй. А если ты вышел и взялся за гуж и не можешь ничего сделать, так это ожидаемые вещи. Я считаю, что критика – это самое главное, чего не хватает сегодня. Но у нас от критики до оскорбления и клеветы, бывает, что называется, и переборы. Законы все есть о клевете – зачем придумывать еще отдельный закон об оскорблении представителей власти? Тогда давайте придумывать законы об оскорблении представителей любых других профессий. Этого же нет. Поэтому, думаю, что это как раз специально сделано, но у нас в народе что запрещено, то вызывает еще большее желание. Поэтому толку никакого от этого закона не будет. Я уверен, что рано или поздно его отменит, может быть, другой состав Думы. А без критики нигде не обходится. Критикуют абсолютно всех. Выйдем сейчас на улицу и будем критиковать дворников. Зайдем в магазин, найдем к чему там придраться. Только самое главное – чтобы эта критика доходила, чтобы хотя бы краснеть начинали за то, о чем мы говорили до этого, а лучше – чтобы эта критика приводила не просто к бла, бла, бла, а к изменению результатов голосования. Вот я почему обращаюсь ко многим слушателям, телезрителям – меньше надо слов. Если говорить, то не в бровь, а в глаз. А лучше всего – реализовать это один раз в 4-5 лет, когда проходят выборы в муниципальные, региональные, думские… Эту критику нужно реализовать в свою оценку. Ставьте оценку конкретным депутатам, мэрам, губернаторам. И этой оценкой фиксируйте результат.

А. Норкин:

- А «Справедливую Россию» за что критикуют? У вас же должна быть обратная связь с избирателем?

О. Нилов:

- Критикуют за то, что молодая партия. 10 лет нам всего. По партийным меркам даже относительно тех…

А. Норкин:

- Ну, по партийным меркам да. Но, если считать, сколько лет Российской Федерации после Советского Союза, слушайте, не так уж и мало 10 лет-то…

О. Нилов:

- Критикуют за кадровую политику. Да, это тоже нужно признавать. Потому что всегда в молодой партии – а вы попробуйте собрать сотни тысяч партийных каких-то функционеров, проверенных штыков в депутатском корпусе, корпусе наблюдателей, руководителей… Это сложная работа. И, конечно, вместе с желающими реально выполнять программы партии, социал-демократические программы, преобразования, вот эти законы, которые мы написали уже и поддержали свои тезисы, каждый тезис программы поддержан конкретным законом… Но, как и в любую партию, пробиваются такие, знаете, оборотни… Да, они есть. И они порой низвергают все хорошее, что делалось многими годами в том или ином регионе. Критикуют иногда в том числе и за поддержку президента.

Программа в студии Радио КП

А. Норкин:

- Это как? Что значит?

О. Нилов:

- Ну, они же говорят – вы оппозиция, должны быть точно жесткой… Вы позицию президента поддерживаете, спрашивают. Мы говорим – а с чем спорить, если брать основные указы, особенно главную цель и главный тезис, который был озвучен, - о народосбережении. Сбережение российского народа – главная цель власти. Мы об этом говорили еще много лет назад. Сейчас президент это наконец провозгласил. А мы говорим – а мы теперь против, мы, что, теперь будем другие приоритеты?... Мы услышали, что борьба, а лучше – победа над бедностью объявлена как суперцель, ну, как же нам не поддерживать? А вот как это все реализуется? Конечно, нас не устраивает…

А. Норкин:

- А вот раз уже заговорили сейчас о народосбережении, буквально на днях была статья Валентины Ивановны Матвиенко в «Российской газете» по поводу демографической ситуации. «Главный вызов, с которым сталкивается сейчас страна, падение рождаемости, угроза ощутимого сокращения численности населения России. Если не остановим этот процесс, под вопросом окажется динамика развития страны, ее безопасность». Насколько эта тема понимается в Думе, как серьезная проблема?

О. Нилов:

- В Думе понимается, но не на первом месте.

А. Норкин:

- Почему?

О. Нилов:

- Сложно мне за всю Думу ответить. А у меня, если вы откроете мой личный сайт, это на первом месте. Народосбережение и основные тезисы, как это обеспечить. Вот если бы это было на первом месте, то наш законопроект, который я в этом году представил в Думе, а он так и называется – о народосбережении в России – он хотя бы как-то был рассмотрен… Нет. Не хотят принимать. Ключевые тезисы какие? Эффективность работы любого представителя власти от села до мегаполиса я предлагаю, и мы в этом законе предлагаем, ставить на первое место. Чтобы отчет был не за рубли, миллиарды, километры, квадратные метры, тонны… отчетностей огромное количество, задыхаются руководители всех уровней… Я как раз считаю, что главный показатель, который должен определять положительность оценки – сбережение народа. А лучше еще и приумножение. То есть, если в вверенном тебе регионе, городе, поселке не растет народонаселение, смертность зашкаливает, народ уезжает, то уже неважно, что ты там уже хорошего намолотил, наделал, наасфальтировал, наосвещал…

Ю. Норкина:

- Смертность-то – понятно. Мы, бабы, не хотим рожать… 50 рублей – до трех лет – а потом-то что? Ну, хорошо, там другие выплаты… не хотят бабы рожать. Потому что женщина-мать, тем более, многодетная, она вообще не имеет никаких прав. Ни экономических, ни моральных. Потому что верхушка богатая просто смеется в голос… тем более, когда декриминализировали эти побои и т.д. Закон о домашнем насилии не принимается… ребята, зачем рожать? Я лучше сделаю себе карьеру, я стану лесбиянкой, я стану кем угодно, только я не буду матерью и женой! На кой черт мне это надо? Зачем, ребята, вы меня смешали с дерьмом! Как Господь еще терпит эту историю? Я не понимаю, что происходит? Когда идут вот эти, с хоругвиями и говорят – нельзя в семью лезть… Да никто не лезет в нее, в семью, только вы женщине-то как-то статус верните! Матери и жены…

А. Норкин:

- Вы как относитесь к этому закону о домашнем насилии, по поводу которого сейчас идет дискуссия?

О. Нилов:

- Знаете, с чего начиналось? Начиналось это с декриминализации побоев. Сначала декриминализировали побои на улице, а потом говорят – а в семье почему оставили? Давайте декриминализируем и в семье. Это ошибка, чудовищная ошибка. Потому что, ну, кого называть уголовником еще, если избиение, если удар по морде не криминал и не уголовщина, тогда что все остальное уголовщина? Действительно, это было, я согласен, в угоду полиции нашей, которой не хочется заводить большое количество дел именно по этой статье, но зато это обернулось потом большим количеством серьезных уголовных дел – убийств и вот рождением всяких таких… где с одной стороны перебор и с другой перебор. Моя позиция – тут нельзя решать вопрос в отдельно взятой какой-то части общества – в семье. А почему тогда мы не будем решать вопрос насилия на производстве? Вопрос насилия на улице? В транспорте? В школе разве нет насилия? Что, мы каждый будем закон отдельно писать? Вот почему я говорю – ребята, невозможно добиться отсутствия насилия в семье, а все остальное оставить на потом.

Программа в студии Радио КП

Ю. Норкина:

- Олег Анатольевич, ведь не понимать, что семья… оставим наше советское прошлое в покое и разговор о том, что семья – это ячейка общества. У меня ощущение, что данные законопроекты направлены именно на то, чтобы семью разрушить. Не принятие закона о домашнем насилии это разрушение семьи.

А. Норкин:

- Ты сама себе противоречишь.

О. Нилов:

- А принятие – с другой стороны тоже разрушение…

Ю. Норкина:

- Нет, если они не примут этот закон о насилии в семье, это является разрушением.

А. Норкин:

- Олег Анатольевич говорит, что это избыточная мера в каком-то смысле. Потому что тогда действительно мы под каждый вид насилия будем принимать отдельный закон. Что, собственно, было с оскорблениями, да.

О. Нилов:

- Я считаю, что нужно исправить ошибку. Нужно вернуть криминализацию побоев. Хоть на улице, хоть в семье. Но если это все-таки какой-то подзатыльник отца… но, ребята, давайте все-таки дадим определение, что такое побои.

Ю. Норкина:

- Естественно, дайте определение побоев, когда женщины полумертвыми до этих центров добегают, доползают…

О. Нилов:

- Прошу прощения, одна из основных причин, в том числе, и насилия в семье является бедность и нищета. Вот эта зарплата в 20 тысяч рублей – разве не это причина многочисленных скандалов, которые начинаются от голода, нищеты и неустроенности? И у мужа комплекс, и у жены комплекс, и дети растут… Поэтому зарплата достойная и пенсия – вот где корень.

А. Норкин:

- Это ваша цель на следующий год, будем надеяться?

Ю. Норкина:

- Но прорыва не будет, мне кажется.

А. Норкин:

- Олег Нилов, зампредседателя Госдумы по контролю и регламенту, представитель фракции «Справедливая Россия» был у нас сегодня в прямом эфире.