Мардан: «Конституцию 1993 года написала на коленке группа каких-то безымянных клоунов»

Конституция РФ
Сергей Мардан и Надана Фридрихсон в программе «Опять пятница» поговорили о «перестройке», с которой начинается 2020-й год — изменениях в правительстве, Конституции и самой структуре власти в РФ.

Скачать передачу [mp3, 119.8 МБ]

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


Н. Фридрихсон:

- Ну, что, друзья, 2020-й наступил! Наступил масштабно и - с аномалии. В первую очередь, давайте поговорим о погоде. В Москве сейчас плюс 3 градуса и идет мелкий противный дождь… но как нам сообщают, ощущается как минус один.

С. Мардан:

- Полное вранье! Ощущается как настоящие плюс 4. Утром я вышел из дома, птицы совершенно одурели и поют просто по-весеннему. Хочу напомнить, послезавтра крещение у русских людей.

Н. Фридрихсон:

- Владивосток. Минус 9 градусов. Ощущается как минус 15. Ветер северный, слабый. Хабаровск – минус 15. Ощущается, как минус 24. Иркутск – минус 21, ощущается, как минус 26. Пасмурно. Все-таки есть у нас города, где зима пришла в свои владения…

С. Мардан:

- А теперь переходим к путинской перестройке.

Н. Фридрихсон:

- Это ты так назвал? Обычно у людей слово «перестройка» негативные ассоциации.

С. Мардан:

- Никогда оно у меня не вызывало негативных ассоциаций… Спорить с историей – занятие бесполезное, поэтому называем вещи своими именами. Значит, почему перестройка? Я посмотрел кратко темы обращений президента с 2012 года. Пробежимся. 2012-й – духовные скрепы. 2013-й – борьба с оффшорной аристократией. 2014-й – присоединение Крыма, 2015-й – борьба с терроризмом и модернизация экономики, 2016-й – социальная сфера, борьба с коррупцией, 2017-й почему-то пропустили, 2018-й – демография, новое оружие, 2019-й – говорили про нацпроекты, благосостояние, на 2020-й год все думали, что выступление 2020 года будет вполне себе таким же бессмысленным, как и все остальные годы…

Н. Фридрихсон:

- Почему же бессмысленным-то?

С. Мардан:

- А, да, мы еще обсуждали на прошлой неделе, что, скорее всего, родина отменит НДФЛ для самых бедных. И вдруг Путин традиционно в своей манере переворачивает стол с картами – все в шоке – и он объявляет перестройку.

Н. Фридрихсон:

- Ну, в шоке в основном было правительство, которое распущено и отправлено в отставку. Ты видел лица людей?

С. Мардан:

- Понятное дело. Если бы ты была федеральным министром и тебе сказали бы – спасибо, ты свободна – ты тоже была бы расстроена…

Н. Фридрихсон:

- Нет, там была парочка лиц, которые более-менее спокойно восприняли сей удар, но за некоторых я прямо переживала. То есть, я смотрю новости, вижу лица людей, когда президент России говорит – господа, всем спасибо, все свободны – у меня такое ощущение, что они сейчас заплачут… Нет, я понимаю, что терять такую должность неприятно, но почему были лица, как будто похоронный марш звучит, это я не очень поняла. У тебя есть какое-то объяснение этому?

С. Мардан:

- Да. Если бы я был министром, я говорю честно, я бы хотел быть федеральным министром… причем, я готов пойти возглавить ЧК или стать вице-премьером по идеологии… вот на что родина позовет, я там и готов работать. Эти люди, которых отправили в отставку, они тоже готовы были бы и продолжить служение, но у многих не сложится. Так, начнем с главного, что обсуждается не просто высоколобыми журналистами… а то, что обсуждается в магазинах, парикмахерских, на автомойках и т.д. Люди обсуждают нового премьер-министра.

Н. Фридрихсон:

- Должна сказать, Маргарита Симоньян в своем телеграм-канале была чуть ли не одной из первых, кто предсказала, что господин Мишустин станет нашим премьер-министром.

С. Мардан:

- Там уже все разъяснили, почему она оказалась первой. Она оказалась первой, кто об этом написал, а происходило буквально следующее. К Мишустину после выступления Путина подошли ФСОшники, сказали, что, здрасьте, мы ваша новая охрана, отдайте ваш айфон… То есть, это довольно традиционная процедура.

Н. Фридрихсон:

- То есть, нельзя пользоваться гаджетами, если ты в статусе премьер-министра?

С. Мардан:

- Новая охрана ФСО. Понятно, что теперь он новый заместитель царя…

Н. Фридрихсон:

- А, она это увидела? Ну, видишь, главное – сделать правильный вывод из правильных наблюдений!

С. Мардан:

- Ну да. Но главный праздник у всего простого народа – мы попрощались с Дмитрием Анатольевичем! Наконец, он передохнет, болезный! Потому что уже сил никаких не было глядеть на его спящее лицо на всех открытых заседаниях, хотелось подарить ему пару спичек, чтобы он их вставил себе, ну, или просто прекратил мучить свой организм.

Я пытался вчера вечером для себя сделать список – ну, не бывает же так, что все плохо, было же много хорошего. Вот что хорошее можно было бы отнести непосредственно к премьер-министру? И – не смог.

Н. Фридрихсон:

- Ты просто плохо искал. Ты Медведева изначально невзлюбил, а в общем-то хорошее тоже было. Борьба с коррупцией была. Реформа МВД.

С. Мардан:

- Время переводили еще.

Н. Фридрихсон:

- Ну, ты сравнил. Реформа МВД – это был серьезный шаг. Не милиция – а полиция. Не колобки на дорогах, а подтянутые ребята… Пожалуйста, вот наследие Дмитрия Анатольевича. Поэтому не все так плохо. Военное строительство.

Сергей Мардан

С. Мардан:

- В общем, если серьезно, то правительство Медведева, с моей точки зрения, это символ застоя такого настоящего, неэффективности и, честно говоря, последние пару лет было такое состояние полного отупления, когда ты смотришь – а я за экономикой слежу много лет и достаточно профессионально – я понимал, что не происходит ровным счетом ничего. То есть, ни один из крупных проектов, который имеет первостатейное значение для страны в целом, для целых больших индустрий, ни один из этих проектов не был реализован настолько, сколько в них было ввалено денег. Причем, я сейчас имею в виду даже не пресловутые национальные проекты, для меня эта концепция вообще непонятна... Но главная вещь – история с газовым транзитом. Хочу напомнить, что прямым куратором Газпрома и человеком, который напрямую отвечал за это важнейшее направление экспортных поставок является Дмитрий Анатольевич. Соответственно, по результатам двухлетней истории с Северным потоком-2, оказалось, что Газпрому пришлось согласиться практически на все условия наших украинских партнеров, а самое потрясающее – это то, что газопровод теперь придется достраивать еще минимум год, потому что корабля-кабелеукладчика у России не оказалось.

Н. Фридрихсон:

- И это вина Медведева?

С. Мардан:

- Естественно. Это классический федеральный проект. Потому что Газпром еще в 2014 году за миллиард долларов купил подержанное китайское судно, которое, по идее, должно было бы быть, в том числе, и кабелеукладчиком. Прошло пять лет, потрачено более миллиарда долларов, это судно технически не приспособлено для выполнения этой задачи.

Н. Фридрихсон:

- Медведев не захотел или не смог, на твой взгляд?

С. Мардан:

- Не имеет никакого значения. Он за это отвечает. Это относится непосредственно к экономике. Они провалили даже это. Я думаю, что это была одна из последних капель, которые решили его политическую судьбу.

Н. Фридрихсон:

- Ну, ты его так не списывай, конечно, у Дмитрия Анатольевича карьера еще продолжается…

В. Сунгоркин:

- Итак, у нас вчера, в пять вечера, Госдума оперативно приняла решение по утверждению новым премьером Мишустина Михаила Владимировича… Слушайте, эта история была совершенно необыкновенной! К путинским неожиданным решениям по идее за 20 лет все привыкли, но всякий раз – как в первый раз!

Н. Фридрихсон:

- Нет, позавчера обалдели все!

В. Сунгоркин:

- Да. Сначала его послание было прочитано – там все выпали в тихий осадок, потому что там было что обсуждать… Потом проходят какие-то полтора-два часа и появляются новости в лентах о том, что правительство ушло в отставку. И все – как же жить теперь?! Потом только-только все начали обсуждать, а кого же назначат? Мы ж думали, что все просто. Ну, из кого выбирать-то президенту? Есть мэр Москвы Собянин – лучший мэр, который был у Москвы на самом деле. Я не демонстрирую сейчас свой лоялизм, но я даже тихо расстроился, думаю, ну, сейчас какого-нибудь дурака на Москву поставят.

Н. Фридрихсон:

- Ты тоже думал, что Собянина назначат?

С. Мардан:

- Он реально лучший был.

Н. Фридрихсон:

- А я думала, что Володина.

С. Мардан:

- А альтернатива вторая, про которую я думал «не дай бог», это бывший министр финансов Кудрин. Но для меня как бы Кудрин – это образец бухгалтера в плохом смысле этого слова… И Собянин – это образец руководителя, который умеет управлять большим хозяйством. И вдруг – здрасьте, вот вам – Мишустин! Кто такой Мишустин?

Н. Фридрихсон:

- А ты не знал, кто такой Мишустин? Ты налоги вообще платишь?

С. Мардан:

- Да никто его не знал. За меня работодатели платят налоги. Конечно, никто его не знал. Это абсолютно такое решение чисто путинское – назначить того, про которого никто даже не думал. Нет, вот главный редактор «Комсомольской правды» про него думал, вчера он об этом сообщил… А для меня это человек из ниоткуда, чертик из табакерки. Хотя человек взрослый, 53 года ему, сделавший вполне себе блистательную карьеру. 10 лет он руководит Федеральной налоговой службой. И, если посмотреть, спокойно, без демонстрации верноподданнического восторга, которому вчера предавались абсолютно все московские журналисты, просто все наперебой говорили – какой потрясающий человек, какой эффективный! Они, что, рассчитывают на прибавку к своему жалованью? Так хрен вам!

Н. Фридрихсон:

- Они говорят правду.

С. Мардан:

- Какую правду?

Н. Фридрихсон:

- Нет, послушай, то, что налоговая система при Мишустине стала работать лучше, с этим просто глупо спорить. Раньше налоговые органы, по крайней мере, в Москве – это был такой филиал ада на земле.

С. Мардан:

- Ты-то откуда знаешь? Ты в налоговой была хоть один раз?

Н. Фридрихсон:

- Не поверишь, я была в налоговой вместе с мамой, когда еще училась. Это был филиал ада. Ты подъезжаешь к налоговому отделению, там стоит скорая обязательно, кто-то орет, там живая очередь… Сейчас еще остались такие места, остальные – все просто, быстро понятно. Небо и земля!

С. Мардан:

- Мне кажется, совершенно неверно обсуждать там фигуру подобного масштаба – я сейчас имею в виду главу ФНС – примерно, как люди, которые ходят в магазин за продуктами. То есть, когда известные телевизионные журналисты писали, что появилась электронная очередь, можно записаться в ФНС. Ребята, это что, все, что вы можете сказать про федерального чиновника, который точно входит в первые 50 человек, ответственных за все то, что происходит в стране?

Н. Фридрихсон:

- Ну, ты про Собянина тоже сказал – хороший управленец. У тебя это тоже первая ассоциация.

С. Мардан:

- Нет. Это не первая ассоциация. Собянин давно является мэром Москвы и то, что в Москве сделано, это видно невооруженным глазом каждый день. А, если посмотреть в ретроспективе, что сделано, то тут и говорить нечего. Собянин реально один из самых эффективных управленцев, которые в России появлялись за последние лет 20. Я уж не знаю, какое будущее ему уготовано… Итак, Мишустин. За 10 лет, если поглядеть на цифры, то объем налоговых поступлений увеличился более чем на 2 триллиона рублей. Второй пункт, который в российских условиях достаточно важный. Имидж налоговой службы, в отличие от полиции, от прокуратуры, от силовиков, практически безупречный. Несмотря на то, что скандалов там достаточно много, они тихие. То есть, мы в новостных лентах не видит регулярно сообщений о посадках, что точно можно сказать о МВД, где, простите, министра внутренних дел Коми вчера арестовали за взятку в 25 млн. рублей. И самое главное – Мишустин показал себя как проектный человек, который умеет реализовывать долгосрочные сложные проекты. Он сделал, что в принципе ФНС сегодня знает почти все, что происходит в российской экономике с точки зрения движения денежных средств, поступающих и с точки зрения возврата в бюджеты. Поэтому, я думаю, этот общий энтузиазм больших людей связан, в том числе, и с тем, что Мишустину, ровно как и чекистам, про многих известно очень многое. Поэтому, думаю, что очень многие беспокоятся о том, какие последствия дальше это будет иметь.

Надана Фридрихсон

Н. Фридрихсон:

- Подожди, некоторые члены этого самого отставленного правительства могут повторить судьбу Улюкаева?

С. Мардан:

- Да нет, это уже неактуально. С моей точки зрения, бесконечными посадками больших чиновников власть никакого позитива не добьется, потому что, когда это там происходит редко, то да, это вроде бы как победа над злом. Но когда это происходит постоянно, то вывод совершенно другой – что система гнилая и даже постоянные хирургические операции не приводят ни к чему хорошему… Вот это то же самое, что касается там бесконечных посадок высших должностных лиц – губернаторов, министров и прочее. Нет, я не думаю, что эта история будет продолжаться, тем более, что и отставка правительства, и назначение нового премьера совершенно про другое. Последние пять лет российская экономика практически не растет. То есть, мы говорим о цифрах там от полпроцента до полутора процентов максимум, а еще и происходят споры – это 1,2% или 1,5%? Мы стоим на месте.

Н. Фридрихсон:

- Но стабильно.

С. Мардан:

- Поэтому новое правительство должно стать правительством экономического прорыва. Для того, чтобы мы не оказались в конечном счете в полной жопе, с точки зрения глобальной ситуации, мы должны расти минимум на 6% в год. Вот чем должен заниматься новый премьер и новые министры, которых он выберет. Ну, посмотрим сейчас, кого оставит, а кого выгонит. Можно ставить ставки.

Н. Фридрихсон:

- Кстати, хорошая идея!

С. Мардан:

- Итак, хотя все полны оптимизма по поводу свеженазначенного премьер-министра Михаила Мишустина, соответственно, с Дмитрием Анатольевичем мы наконец попрощались, 12 лет он оставался с нами, но наконец передохнет…

Н. Фридрихсон:

- В новой должности, которая, как я понимаю, была создана специально под него.

С. Мардан:

- Ну да. Но, честно говоря, чего ждать от нового премьера, пока совершенно непонятно. Во-первых, у него довольно специфический жизненный опыт – 10 лет работать мытарем-налоговиком – это не то же самое, что управлять промышленным предприятием или регионом. И, собственно, последние заявления, которые он делал в последние год-полтора, они, скорее, вызывают некоторую настороженность у простого человека. Например, Мишустин выступал категорически против отмены НДФЛ для бедных. Он считал, что это совершенно не помогает бороться с бедностью, люди этого не почувствуют, а нагрузка на бюджет дополнительная будет более, чем чувствительная. Ну, а то, что будет нагрузка на бюджет – это не совсем так, потому что экономисты говорят, что региональным бюджетам пришлось бы изыскивать дополнительные 300 млрд., но вот в той части, что люди бы этого не почувствовали, тут, скорее, можно с ним согласиться, потому что никто из нас самостоятельно налоги не платит, а их платит работодатель. Собственно, это вот главное решение, почему Путин решил свою стратегию борьбы с бедностью переместить именно на прямые выплаты, на демографию, на семьи с детьми. Да, это более эмоционально, это более адресно и это всегда можно пощупать руками. Это живые деньги, которые людям поступают на счет.

Второе, что говорил Мишустин, на что я обратил внимание. Дословно воспроизводить не буду, но, если в пересказе, то это примерно так. Уберизация экономики – все вот эти Яндекс-такси и прочие агрегаторы – это угроза экономической системе. С какой точки зрения? Это уменьшение налоговых поступлений.

Н. Фридрихсон:

- Почему?

С. Мардан:

- Потому что у тебя, условно, было там 100 таксопарков, которые платили налоги, а тут у тебя остается только одна компания.

Н. Фридрихсон:

- Но она ж тоже платит налог.

С. Мардан:

- Меньше в совокупности налогов получается. То есть, с точки зрения налоговика, это проблема. Но это подход налоговика.

Н. Фридрихсон:

- То есть, заканчивается история с агрегаторами по такси?

С. Мардан:

- Нет, совершенно не заканчивается, он математик по образованию, он компьютерщик по первой профессии, то есть, первые свои деньги он зарабатывал не на программным обеспечении, а на торговле компьютерами в 90-е годы, но в этой профессиональной айтишной среде его знают очень хорошо и, собственно, он первую свою должность в ФНС в 1998 году получил у Бориса Федорова, покойного министра финансов, именно как помощник по информационным технологиям. И, собственно, тот большой проект, который ФНС реализовала по цифровизации и по работе с большими базами данных, это, конечно, говорит о том, что в плане ай-ти, в плане цифровой среды Мишустин, конечно, мегапродвинутый человек. Но он во всей этой уберизации видит проблему. А во всяких криптовалютах, которые пока в повседневную жизнь не вошли, но они вошли в экономическую жизнь, он тоже видит угрозу. Он говорит о том, что существенные платежи уходят туда. То есть, там много чистого криминала, там есть много активов и вполне себе настоящих бизнесменов…

Н. Фридрихсон:

- То есть, он видит механизм по отмыву денег и выводу рубля за бугор?

С. Мардан:

- В том числе. Крипто используется для вывода денег. Крипто используется для черных платежей – это факт. Поэтому то, что он вчера говорил, выступая в Госдуме, честно говоря, я даже не стал слушать, потому что он фактически пересказывал обращение Путина… весь набор ритуальных фраз, которые все федеральные министры, все большие начальники регулярно произносят… Дмитрий Анатольевич тоже регулярно говорил о поддержке бизнеса, о нацпроектах, о масштабных вещах, только ничем это не закончилось. Кстати, последнее большое решение, подписанное Медведевым на прощание, кстати, чтобы мы не забывали о нем, это было постановление правительства о выделении 120 млрд. рублей на строительство самого большого в мире атомного ледокола «Лидер».

Н. Фридрихсон:

- Ну вот, а ты говоришь, что нечем Дмитрию Анатольевичу было похвастаться. Это красиво!

С. Мардан:

- Похвастаться здесь было, скорее, Игорю Ивановичу Сечину, потому что лоббировалось это Роснефтью и верфью «Звезда» на Дальнем Востоке, которую строит Роснефть. Поэтому драйвером этого проекта стал именно Сечин – честь ему и хвала.

Н. Фридрихсон:

- Возвращаясь к Мишустину. На встрече с КПРФ он заявил, что намерен приложить все усилия для решения вопросов с бедностью в России. Как ты считаешь, у него есть шанс?

С. Мардан:

- Налоговик занимается тем, что он деньги изымает. Он для этого существует. А простые люди на протяжении тысяч лет любого налоговика-мытаря воспринимали как того, кто их грабит.

Н. Фридрихсон:

- То есть, Иван Калита такой, да?

С. Мардан:

- Точнее скажем, Матфей, более понятный образ. Да, это тот, кто твои деньги у тебя забирает. То есть, сейчас возникнет такая довольно нетривиальная задача для пиарщиков правительства, как сделать его популярным. То есть, Дмитрий Анатольевич нас покинул с совершенно чудовищным антирейтингом. Количество людей, которые не одобряли персонально его работу ,приближалось к 30%. А его личный рейтинг, по-моему, скатился процентов до 7… Мишустин приходит с бэкграундом налоговика… причем, мы платим не только НДФЛ, но еще и с каждой нашей покупки мы платим НДС… А НДС родина год назад подняла на 2% и Мишустин в этом принимал самое деятельное участие. Эффективно? Да. Российская власть научилась отлично администрировать деньги. То есть, маркировка продукции, Платон, платные автодороги… Мы начали постоянно за все платить. И платить удобно. Штрафы, которые нам приходят, мы платим в автоматическом режиме… Типа, это сервис… Да какой там сервис, когда я несколько тысяч рублей в месяц отдаю, потому что правительство Российской Федерации научилось меня грамотно и технически штрафовать? Мне радоваться этому? Нет, я совершенно этому не радуюсь.

Н. Фридрихсон:

- Это есть элемент порядка.

Сергей Мардан и Надана Фридрихсон

С. Мардан:

- Ты знаешь, вот если взять США, на что там люди обращают внимание, оценивая деятельность правительства Трампа, в том числе? Базовый показатель. Количество новых рабочих мест в экономике – это тот показатель, которого у нас вообще не существует. Я не помню, чтобы кто-то его на протяжении последних 20 лет хоть раз обсуждал... Как только возникает тема рабочих мест, у нас тоже через запятую возникает тема потока гастарбайтеров. То есть, типа, у нас много рабочих мест, но которых некому заполнять, поэтому мы завозим сюда по три миллиона таджиков и киргизов ежегодно. Это что, показатель развития экономики? Это показатель состояния экономики. А показатель состояния экономики – это рост конкретных отраслей. А он практически везде стагнирует. По грузоперевозкам ключевой показатель, который говорит о том, как себя чувствует страна, там падение идет…

Что еще можно сказать про Михаила Мишустина за вчерашний день? Ничего такого, что можно было бы обсуждать, он не произнес… Естественно, на популистские вопросы, ну, такие вполне себе провокационные – а давайте отменим выплаты людей по кредитам – естественно, он сказал, что я, как налоговик, считаю, что всякие списания это плохо… Ну, это и так понятно…

Н. Фридрихсон:

- А тебе не кажется, что ему надо для торжественного вступления в свою должность сделать какую-то популярную меру? Потому что отчасти я с тобой соглашусь – имидж правительства за последние годы в глазах населения довольно подпорчен.

С. Мардан:

- Имидж правительства – это то, что происходит в экономике. То есть, что бы Медведев ни произносил, какие бы мемы он ни сочинял, типа «денег нет, но вы держитесь», оно по большому счету никак не влияло на восприятие работы правительства. Председатель правительства – это не политик. У нас в стране политик только один – президент. Поэтому пойти на популярные или непопулярные меры может только Путин. Принять решение о пенсионной реформе мог только Путин.

Н. Фридрихсон:

- Я понимаю. Но Мишустину в этой истории надо что-то делать, чтобы исправлять имидж правительства.

С. Мардан:

- Нет, Мишустину в этой сфере нужно начать заниматься экономикой. То есть, то, что я думаю, он получил прямо вчера вечером, то, чем он стал заниматься прямо вчера вечером, это ситуация с национальными проектами.

Н. Фридрихсон:

- То есть, в ближайшее время ждать какого-то свершения яркого пока не стоит?

С. Мардан:

- Почему? Ну, имеется в виду, в ближайшие месяцы – нет. Он должен будет показать реальные результаты уже в 2020 году… Мне трудно сказать, в каких областях можно достигнуть быстрых результатов в течение нескольких месяцев, честно говоря, но предыдущее правительство же демонстрировало настолько вопиющий уровень неэффективности и некомпетентности, с точки зрения формальных показателей, что они не могли даже освоить бюджет. Они даже потратить бабки не могли, а не то чтобы их заработать. Я поглядел выполнение плана по финансированию Крыма, то есть, первостатейные направления, под личным вниманием президента… Абсолютно вся программа под личным контролем Путина. Они освоили 13% бюджета. Как это может быть?

Н. Фридрихсон:

- А как-то объяснили?

С. Мардан:

- Конечно. Чиновник всегда может объяснить.

Н. Фридрихсон:

- Что, никому не надо денег, никому не надо проектов? Ничего не надо делать?

С. Мардан:

- Слушай, это в принципе можно сделать автоматическую рассылку всем, кто задействован был в этом проекте и сказать – вы уволены! Вот и все. Но так и произошло. Правительство Медведева вчера такую рассылку и получило – вы уволены! Дальше вопрос – а кто же из этого кабинета в правительстве останется?

Н. Фридрихсон:

- Вот Мишустина называли «член команды Кудрина-Силуанова». Может быть, это некий знак?

С. Мардан:

- Не знаю, может, и знак. Я думаю, что до конца недели узнаем. И последняя вещь, про которую нельзя не сказать про нового премьер-министра. Он человек творческий. У него, несмотря на загруженность, хватает время на всякую богатую интеллектуальную жизнь. Он любит современного композитора Гаврилина. Он называл фамилию художника, которого я даже не слышал никогда. Но главное – он пишет суперхиты, причем, не просто для своей жены, как многие делают, а для Григория Лепса. И это правда. Я точно это узнал, - он является автором суперхитов и вы сейчас услышите эту песню, под которую, я думаю, вы встречали новый год в своем невменяемом состоянии после двух бутылок водки и двух килограммов салата оливье…

Так, а теперь главное, о чем сказал Путин во время своего послания и, собственно, то, что мы и будем обсуждать в ближайший год.

Н. Фридрихсон:

- Даже так? То есть, годовалая повестка. Интересно.

С. Мардан:

- Конституционная реформа. Начался этот самый трансферт власти. А говоря по-русски – передача власти от Путина…

Н. Фридрихсон:

- К?

С. Мардан:

- Не знаю к кому…

Н. Фридрихсон:

- К Путину.

С. Мардан:

- Ну, наверное… Нет, на самом деле это совершенно все не так… нет, я вчера прочитал ряд комментариев даже оппозиционных политиков, хотя удивительным образом товарищ Навальный молчит, как рыба об лед. Дмитрий Гудков написал статью в украинском журнале «Корреспондент»…

Н. Фридрихсон:

- Странный выбор издания.

С. Мардан:

- Значит, краткая справка по поводу Конституции. Вообще Конституция на территории нынешней Российской Федерации была всего четвертой. Значит, великая сталинская Конституция принята 5 декабря 1936 года, которая предоставляла всем гражданам равные права – всеобщее равное прямое избирательное право, право на труд, на отдых, а также декларировала, что земля, ее недра, воды, воды, леса, заводы, фабрики, шахты, рудники, железнодорожный, водный, наземный, воздушный транспорт, банки, средства связи объявлялись всенародным достоянием.

Н. Фридрихсон:

- Написано красиво. По факту было немножечко не так.

С. Мардан:

- Было все именно так. Брежневская Конституция 1977 года – честно говоря, я даже не помню, о чем она была, но там единственное, что было сказано – что констатировалось, что СССР построил общество развитого социализма. В 1990 году была принята поправка к этой самой брежневской Конституции, которая отменяла пресловутую статью №6 и ввела по факту многопартийность. Собственно, вот в 1990 году советская власть и закончилась. И в 1993 году, когда Белый дом еще пылился от танковых разрывов, была принята ельцинская Конституция, по которой мы благополучно и живем уже 27-й год… Нет, я, собственно, это к тому, что ряд комментаторов вчера стал рвать волосы по всему телу, что как можно вот так впопыхах менять самое святое, что есть у многонационального российского народа – Конституцию? Это же святыня… Ребята, Конституцию 1993 года написали на коленке, его написала группа каких-то безымянных клоунов, которые сейчас периодически вылезают в разных масс-медиа с пометкой «один из авторов российской конституции» и я гляжу на них и не понимаю – кто эти великие люди?..

Н. Фридрихсон:

- Какие у тебя претензии к Конституции, которую мы имеем сегодня?

С. Мардан:

- Вообще никаких, я ее ни разу в своей жизни не читал. Поэтому мне ее не жалко. Пункт 2 – я считаю, что Конституцию в любом случае придется переписать.

Н. Фридрихсон:

- Зачем?

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Потому что то, что написано на коленке после того, как в стране произошел антиконституционный переворот, в 1993 году, а это был именно антиконституционный переворот и узурпация власти Ельциным, понятно, что подобного рода Конституция в конце концов должна быть подвергнута ревизии. Слава богу, что Владимир Владимирович человек крайне осторожный, считает, что то, что можно отложить в сторону, нужно отложить в сторону и нужно делать то, без чего страна и нация обойтись не может. Значит, о чем идет речь? Речь идет именно о трансферте. Заканчивается последний президентский срок Путина, соответственно, всех занимает вопрос – что будет дальше? Вот та конструкция власти, которая в России существует, она стабильная, она обеспечивает достаточно высокий уровень жизни, она последние 20 лет обеспечила существенный и заметный рост и развития экономики в целом, и уровень жизни, и решение основных жизненных проблем, если в ретроспективе смотреть, от чего к чему пришли. Что будет дальше?

Н. Фридрихсон:

- Это главный вопрос.

С. Мардан:

- Понятно, не будем обманывать себя, Путин – это наше все. И вот когда он скажет в конце концов «я устал, я ухожу»… и кто придет на его место? Где та консенсусная фигура, которую 140 с лишним миллионов человек, живущих в России, примут спокойно? Таких фигур не очень проглядывается.

Н. Фридрихсон:

- И тут еще важен другой момент. А новый президент, который появится в 2024 году, будет ли у него та же полнота власти и полномочий, которые есть у президента сегодня?

С. Мардан:

- Прямо сейчас можем ответить. И, собственно, вчера Путин об этом сказал. Почему мы говорим о конституционной реформе? Россия по факту сегодня является суперпрезидентской республикой. Абсолютно вся полнота власти в стране принадлежит президенту, он фактически назначает правительство, он назначает федеральных судей… Депутаты почти ни на что не влияют. Главное, на что влияют депутаты, допустим, в республиках парламентских или президентско-парламентских, это именно на персоналии и на политику правительства. Это главное, что меняется. Роль парламента существенно увеличивается. Парламент голосует за то, чтобы утвердить или не утвердить премьера. Парламент голосует за то, чтобы утверждать или не утверждать всех федеральных министров. Плюс возникает еще новая, пока для меня не вполне понятная роль, Совета Федерации нашего российского Сената, с которым президент будет советоваться по кандидатам силовиков. Да, эти фигуры остаются прерогативой президента РФ. И главное, что возникает в нашей жизни – новая структура, которая сейчас будет описываться специально каким-то конституционным собранием, в которое набрали людей по объявлению, типа писателя Прилепина и казачьих атаманов, будут описывать Госсовет. Я так понимаю, что родина и партия взяла курс на китайскую модель. Естественно, вспоминается творец современного Китая товарищ Дэн Сяопин, который довольно долго был руководителем КНР после Мао Цзэдуна и даже после ухода своего в отставку очень много лет, если напрямую не руководил страной, то оказывал прямое и непосредственное влияние на то, что с ней будет происходить. Причем, преемника Ден Сяопин нашел только с третьей попытки. В попытке номер один и номер два были названы товарищи Ху Яобан и Чжао Цзыян – но они пошли против своего отца родного и были политически ликвидированы с разной степенью усилий. Третий преемник Цзян Цзэминь был поставлен на пост с уже назначенным его преемником. И там было четко сразу сказано о том, что, дорогой друг, два по пять. Это вот ровно то же самое, что сейчас, о чем уже как бы объявлено и будет принято, что два срока и без всяких подряд. Дальше – следующий. Поэтому будущая модель власти уже закладывается…

Продолжаем обсуждать путинскую конституцию и путинскую перестройку. Объявленная конституционная реформа приведет к тому, что страна будет управляться драматически по другой модели, нежели управляется сейчас. Сейчас на вершине этой пирамиды, безусловно, находится один человек – президент Российской Федерации и его зовут Владимир Путин. После того, как закончится его президентский срок, эта конфигурация поменяется. Причем, максимально близкий пример, на который имеет смысл обратить внимание, нет, не Казахстан, это смешно сравнивать Россию с маленьким Казахстаном. Россию нужно сравнивать с Китаем. Это главный кейс, на который смотрят все. Есть история Китая, есть история Дэн Сяопина, который после ухода со всех постов практически до самой смерти в 1997 году в возрасте 92 лет оставался отцом нации и, мягко говоря, присматривал за тем, чтобы страна развивалась тем курсом, который он определил.

Н. Фридрихсон:

- То есть, у нас то же самое будет?

С. Мардан:

- Я думаю, что будет близко. Просто, насколько помню я, Дэн Сяопин ушел с руководящих постов только в 85 лет. После этого он оставался главой китайской федерации спортивного бриджа… а оказывал влияние он на ключевые решения стратегические в стране до 90 лет. И только последние два года он окончательно ушел на покой, но ровно в тот момент, когда можно было уже не беспокоиться о том, что происходит с Китаем. Думаю, что это наиболее близкая модель, которая ждет нас.

Н. Фридрихсон:

- Ну, Владимиру Владимировичу 67 нынче…

С. Мардан:

- Да. Поэтому Путин переместится в Госсовет, что это будет – совершенно непонятно. Объявлено, что в течение трех месяцев специальное собрание граждан, которых набрали по непонятным критериям, будут готовить поправки и дальше оперативно… ну, уже сказано, что через три месяца Дума сказала, что мы сейчас напишем, отточим все формулировки… Я не представляю, как можно отточить все формулировки, которые имеют судьбоносное значение, за три месяца?.. Единственная надежда, что их уже подготовили.

Н. Фридрихсон:

- Я только что хотела сказать, что, скорее всего, работа-то велась… а сейчас просто это было предано огласке.

С. Мардан:

- А дальше возникает целый ряд вопросов. Хорошо, новая конфигурация, новые поправки, за которые должна голосовать Дума, и новая жизнь. А главный редактор «КП» Владимир Сунгоркин вообще полагает, что нас ждет совершенно революционный год.

В. Сунгоркин:

- Я думаю, что очень высока вероятность досрочных выборов в Думу. И я бы не исключал бы досрочных президентских выборов. Это был бы красивый ход со стороны Путина!

С. Мардан:

- Вот так.

Н. Фридрихсон:

- Звучит действительно мощно. А вот досрочные президентские выборы – это предположительно на какой год тогда? То есть, не 2024-й, а какой? 2022-й? 2020-й?

С. Мардан:

- Да, может быть, даже и 2020-й.

Н. Фридрихсон:

- Подожди. Тебе не кажется, что какая-то странная история получается. Владимир Владимирович в лучшем понимании этого слова 15 января бомбочкой накинул на всю нацию огромный поток информации.

С. Мардан:

- Да. Переваривайте!

Н. Фридрихсон:

- А тебе не кажется, что сейчас все это выльется в некий хаос?

С. Мардан:

- Ни в какой хаос это не выльется. Как бы стратегия Путина совершенно очевидна и он ее не скрывает, он достаточно честно говорит о том, что он делает и зачем. То есть, его идея фикс на протяжении всех этих лет, пока он находится у власти, это сохранение стабильности внутри России. Та политическая система, которая есть в Российской Федерации, она объективно переходная. Это переход от самого большого в мире социалистического государства, которое пережило драматический распад, катастрофу национальную, к некоей новой системе. На обломках огромной страны возникла новая страна под названием Российская Федерация. Российская Федерация – это, мягко говоря, не то же самое, что СССР. Это обломок. Экономически, политически, в военном смысле, как угодно. Соответственно, как бы на этих руинах, на этом пепелище, которое осталось в 1990-1991 году, начали из говна и палок собирать новую страну. Ее собрали. Все это было болезненно, там скреплялось железом и кровью, и апофеозом этого политического строительства стал 1993 год, когда Ельцин узурпировал власть, расстрелял из танков парламент и быстро, считайте, под дулами тех же танков, в переносном смысле, новые депутаты проголосовали за новую Конституцию, по которой мы живем. Она временная. Это очевидно. То есть, вот та конфигурация, которая в конце 1999-го досталась Путину, это временная конфигурация. Он ее удерживал. Вот он выстраивал эту систему власти так, как он ее мог удержать. Хорошо это или плохо, не имеет вообще никакого значения. Это просто то, что досталось по факту. Дальше страна должна прийти к некоей устойчивой, достаточно гибкой модели, которая будет адаптироваться к вызовам, к переменам… Как угодно. Вот это нужно сейчас собирать. Вот, собственно, чем занят Путин и вот почему создается Госсовет. Естественно, он не просто уйдет на пенсию ловить рыбу, он будет присматривать за тем, кто будет преемником, как будет формироваться партийная система в стране, потому что партийной системы в стране никакой нет, «Единая Россия» это никакая не партия… ЛДПР больше партия, чем «Единая Россия».

Н. Фридрихсон:

- Ну, КПРФ, ЛДПР, «Справедливая Россия».

С. Мардан:

- Нет, это все группы статистов. Партии возникают так, где между партиями идет настоящая политическая конкуренция. Как в Германии, например.

Н. Фридрихсон:

- Погоди, а в России это возможно?

С. Мардан:

- Конечно. А чем мы отличаемся в этом смысле от любой другой европейской страны? Ничем. Мы – европейцы. Русские европейцы. Все. Не о чем говорить. Указывать на всякие национальные особенности, имея в виду три миллиона человек, живущих на Северном Кавказе, - идите к черту! Россия – это национальное государство русских, это государство, которое создавалось как европейское государство, и мы являемся наследниками и частью этого христианского западного мира. Мы – христианский запад… И у нас точно так же будут, конечно, политические партии.

Н. Фридрихсон:

- Пока по Конституции мы - светское государство. Во-вторых, давай не будем посылать никого к черту!..

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Так, главное, о чем говорил Путин в своем послании. Это важная содержательная часть, за исключением конституционной реформы. Итак, объявлена масштабная борьба с бедностью. Накануне послания обсуждали с вероятностью 95%, что президент объявит об отмене НДФЛ на доходы бедных, для людей, которые получают менее прожиточного минимума на человека в семье – меньше 12,5 тысяч. Однако власть пошла другим путем. В приоритете была объявлена демографическая проблема и, соответственно, поддержка семей. Ну, вот эти 18 млн. бедных – это 12,7% населения – более 70% бедных это люди с детьми. То есть, рождение детей практически гарантированно во многих регионах обрекает людей на бедность. Соответственно, теперь мы как бы будем думать о том, как с этой бедностью справиться.

Н. Фридрихсон:

- А с нами на прямой связи Максим Чирков, доцент кафедры политэкономии МГУ. Максим Андреевич, здравствуйте.

М. Чирков:

- Здравствуйте.

Н. Фридрихсон:

- Вот новый премьер-министр Мишустин тоже заявил, что намерен приложить все усилия для борьбы с бедностью в России. На ваш взгляд, это возможно?

М. Чирков:

- Во-первых, это возможно. Во-вторых, это необходимо. Надо сказать, что последнее послание президента, которое позавчера было, оно вообще беспрецедентно, конечно, было по своей направленности… В настоящее время перед Россией это одна из основных проблем в экономической сфере – борьба с бедностью. И это на самом деле влечет многие другие экономические проблемы за собой, которые, может быть, даже и не догадываются, что причина именно в бедности у определенного количества населения в России.

С. Мардан:

- С вашей точки зрения, этот выбор – сосредоточить целевые выплаты именно на детях так скажем, это вообще оптимальное решение или нет?

М. Чирков:

- Во-первых, там предлагается ряд мер. Но вот по поводу увеличения материнского капитала и условий его выплат – с моей точки зрения, это очень полезно будет именно для решения проблем семей с детьми. Во-первых, это правильная аудитория, потому что демографическая проблема стоит очень остро. Во-вторых, сама идея, сам механизм предоставления материнского капитала как раз направлен на то, чтобы деньги шли именно в семью… И все эти цели очень неплохие – там и выплаты ипотеки, приобретение жилья…

С. Мардан:

- Я имел в виду выплаты на ребенка.

М. Чирков:

- Да, конечно, выплаты, допустим, на ребенка от 3 до 7 лет – это, кстати, наличные деньги, это совершенно другой механизм, в отличие от материнского капитала. Люди, которые имеют детей от 3 до 7 лет, здесь будет некое такое продолжение и возможность обеспечивать ребенка лучше, так скажем. Поэтому подобные выплаты практикуются в других странах… Выплаты на ребенка от 3 до 7 лет – это идет в канве развития социального государства, хотя пока мы можем говорить о том, что эти выплаты могли бы быть и больше, наверное.

С. Мардан:

- Спасибо большое. Значит, на самом деле, не в первый раз Путин в своих посланиях говорит о бедности и даже когда он не говорил…

Н. Фридрихсон:

- …он громко думал.

С. Мардан:

- Да, совершенно точно. Все 20 лет и экономический блок правительства, и вся система власти занималась именно этой проблемой. И вообще, я считаю, что главная проблема России – абстрагироваться от всего. Вообще от всего. Главная проблема в том – как же вырваться из этой проклятой русской бедности. Значит, понятие бедность – что это такое. Это понятие научное, его придумали экономисты, это уровень доходов, который в два раза ниже среднего по стране. То есть, это не цифра, которая берется с потолка.

Н. Фридрихсон:

- То есть, расходы опережают доходы?

С. Мардан:

- В каком смысле? Дело не в этом. Если в стране средний медианный доход на члена семьи сейчас составляет 25000 рублей, соответственно, МРОТ в два раза ниже – 12500 сейчас. Значит, сейчас имеют доход меньше этого МРОТа в стране 12,7% населения. Это почти 18 млн. человек. Цифра просто огромная на самом деле. Она совершенно ужасающая. Но здесь нужно смотреть, от чего идем. Берем 2000 год. В 2000 году количество бедных в стране было более 29% населения. Причем, я бы сказал, что минимум 40% населения жило в бедности, потому что МРОТ в 2000 году составляет 4,8 американских доллара. Умножьте на 62 и поймете в современных деньгах какой был МРОТ. Могу сказать навскидку – менее 500 рублей. Мало? Мало. Большой путь прошли? Давайте не будем врать, большой путь прошли. Тем не менее, 18 млн. человек – это колоссальная цифра. Правительство, люди, которые находятся у власти, они к бедности подходят без всяких сантиментов. То есть, это совершенно не морально-этическая норма. Сегодня это проблема сугубо экономическая. Бедные страны обречены на отставание. Сегодняшняя глобальная экономика существует и растет только там, где есть большой потребительский спрос. Эти 18 миллионов, которые получают по 8-9 тысяч рублей на человека, не потребители, они не покупают. Это люди, которые выживают, они исключены из экономической жизни. Поэтому да, правительство обсуждало механизмы, но механизм на самом деле один и тот же – как в экономику вбросить деньги. Причем, не через строительство каких-нибудь супермостов и супердорог…

Н. Фридрихсон:

- Подожди, но мосты – это тоже экономика.

С. Мардан:

- Это отдельная история. Как бы речь идет о том, как накачать именно потребительский спрос. Обсуждался механизм отменить НДФЛ опосредованно, решили давать людям деньги напрямую. Я считаю – это верно. Вот только в этом году на прямые выплаты матерям на детей, это дополнительно 500 млрд. рублей, которые будут потрачены на товары, на услуги…

Н. Фридрихсон:

- Глупый вопрос - почему сейчас-то? Почему не полгода, не год назад?

С. Мардан:

- Не знаю почему. У меня много вопросов и по макроэкономической политике, у меня много вопросов по этой совершенно идиотической макроиконе под названием инфляция, которая на самом деле иссушает экономику. То есть, это связывание денежной массы…

Н. Фридрихсон:

- Знаешь, о чем я подумала? Помнишь, были майские указы президента? Они тоже в теории были прекрасны и хороши, тоже социально ориентированы, тоже били по вопросам демографии, жизни людей и т.д. Но они же исполнялись шатко-валко, а потом была критика о том, что многое вообще не было исполнено. Сейчас сказано все правильно, очень своевременно, вопрос – а это все будет реализовано?

С. Мардан:

- Конечно. Это меры прямого воздействия. Речь идет о живых деньгах, которые уже с этого месяца начнут получать вполне живые люди… То есть, то, что было принято еще летом – об увеличении детских пособий до 3 лет – то, о чем Путин объявлял в июле… а там 50 рублей ельцинских, которые платили, были подняты до разумных денег. То, что президент сказал сейчас, что выплаты будут делаться до 7 лет…

Н. Фридрихсон:

- Что, это поможет решить бедность?

С. Мардан:

- Ну, если, допустим, семья получает по 10 тысяч на члена семьи… обычная семья, в которой работает один отец где-нибудь в провинции, в городе Киржачи, например, получает он обычную зарплату в 25000, а у него жена и двое детей – они нищие. Вот эти 25000 раздели на четверых. Отдай 5000 за коммуналку и т.д… Соответственно, как бы это мера прямого воздействия. Вот на этих двоих детей будет выплачиваться по 5000 рублей. Это много? Это до хрена.

Н. Фридрихсон:

- А не более правильно создать условия, чтобы этот человек условный нашел работу не на 25000, а на 55000?

С. Мардан:

- В городе Киржачи нет работы на 55000…

Н. Фридрихсон:

- Вот! То, о чем мы уже говорили.

С. Мардан:

- Это проблема, которая должна решаться сейчас в моменте.

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- Так, может, ее и надо решать? Рабочие места, а не выплаты?

С. Мардан:

- Выплата не исключает задач по созданию рабочих мест. Просто в бюджете очень много денег. Реально у нас в бюджете, включая фонд народного благосостояния плюс резервы Центробанка, более полутора триллионов рублей. Это замороженные, мертвые деньги, которые инвестированы в золото и в американские ценные бумаги. В отличие от фонда национального благосостояния Норвегии, в котором триллион долларов, этот триллион долларов у них вложен во всякие активы и в прочие компании и приносит им доходность в среднем 6% годовых – больше, чем депозиты в российских банках. Посчитай, сколько денег получает Норвегия от процентов! 60 миллиардов долларов в год они получают! Государство – это не копилка. Государство должно деньги тратить или инвестировать. Тратить деньги на социалку, на людей – это примерно то же самое, что инвестировать в экономику. Потребительская экономика разгоняется просто деньгами. Поэтому в Европе обсуждается, в том числе, и механизм просто прямой раздачи денег. Для чего? Для того, чтобы люди больше покупали…

Н. Фридрихсон:

- Почему не инвестировать в производство?

С. Мардан:

- В какое?

Н. Фридрихсон:

- Да чего угодно. Хоть в шины. Но ты создаешь рабочие места.

С. Мардан:

- Какие шины? В шины инвестируют конкретные предприниматели. Но предприниматель будет инвестировать в шины, если людям будет на что эти шины покупать. Но если в том же самом городе Киржачи или Верхней Пышме средняя зарплата 20000 рублей и людям не на что купить еду, то он и шины не купит. Поэтому никаких инвестиций в шинное производство тоже не возникает. Поэтому вопрос накачки деньгами экономики. Слава тебе господи, что наконец до этого дошло, что заканчивается этот идиотский набиуллинско-кудринский идиотизм, когда деньги только связывают.

Н. Фридрихсон:

- Кстати, по поводу премьер-министра. Просто новость падает, хочу озвучить. Новый премьер-министр России Михаил Мишустин не станет председателем партии «Единая Россия». Это сообщили источники издания «Коммерсант».

С. Мардан:

- И что? Не станет и не станет. Значит, смотри, от бедности к демографии. На самом деле, темы абсолютно связаны, потому что, как я и сказал, 18 миллионов бедных в стране, более 70% этих людей – это семьи. То есть, рождение одного ребенка наносит тяжелейший удар по уровню жизни, рождение второго наносит удар практически ядерный. Третий – все, это гарантированная катастрофа. То есть, если вы небогатый человек, объективно, то рождение третьего ребенка и т.д., о современном уровне потребительских расходов можно забыть. Почему демография-то важна? Путин об этом сказал. Давайте послушаем.

В. Путин:

- По разным оценкам, порядка 70-80% семей с низкими доходами – это именно семьи с детьми. Часто даже, когда работают не один, а оба родителя, доход в такой семье очень скромный. Какие решения мы уже приняли? С января текущего года семьи, чьи доходы не превышают двух прожиточных минимумом на человека, будут получать ежемесячные выплаты на первых и вторых детей. Причем, не до полутора лет, как это было ранее, а до трех. Размер выплаты зависит от прожиточного минимума ребенка в конкретном регионе. В среднем по стране это более 11000 рублей на ребенка в месяц. Еще раз хочу сказать, в среднем это зависит от региона. Кроме того, при поддержке федерального бюджета начались выплаты на третьего и последующих детей в 75 субъектах Федерации. Теперь, включая все регионы Урала, Сибири и Дальнего Востока. Все это существенная поддержка.

С. Мардан:

- Путин говорит о том, что в России абсолютная убыль населения. То есть, если в 2014 году нас стало в моменте на 2,5 миллиона человек больше, это исключительно благодаря присоединению Крыма… В последующих годах это учитывать уже не было никакой возможности, поэтому год за годом мы просто констатируем, что нас становится все меньше и меньше.

Н. Фридрихсон:

- А эти меры как-то помогают?

С. Мардан:

- Это вопрос достаточно спорный, но я знаю только одно. Если ничего не делать, то Россия исчезнет с политической карты мира самое большее через 50 лет.

Н. Фридрихсон:

- Так помогут эти меры или это временный популизм?

С. Мардан:

- Эти меры, конечно же, помогут. Значит, то, что вы сегодня будете обсуждать и то, что вы завтра будете обсуждать, знаете, такая есть блогерша Водонаева, которую мы упоминали на прошлой неделе, которая сказала, что детей рожают только алкоголики и сначала нужно построить заводы и больницы, а потом рожать детей…

Н. Фридрихсон:

- Она мать, кстати…

С. Мардан:

- Да, она мать одного ребенка… да, она тут закинула еще одну тему по поводу материнского капитала и всех этих выплат… Написала, что эти меры простимулируют только маргиналов и всевозможных люмпенов-алкоголиков плодиться и размножаться, чтобы получать этот пресловутый миллион рублей. Ни больше и не меньше.

Н. Фридрихсон:

- Добавлю. Она пишет. «Не спасут ни 5000 рублей, ни 11000, ни даже бесплатное горячее питание в школах. Чтобы как-то прокормить детей и себя, люди будут брать кредиты и платить из поколения в поколение».

С. Мардан:

- Совершенно не испытываю никакого желания вступать в заочную полемику с блогером, а просто кратко перескажу то, что прочитал у социологов профессиональных. Они говорят о том, что на рождение первого ребенка эти меры практически не окажут никакого воздействия. В принятии решения о том, чтобы завести детей, когда люди рожают первого ребенка, материальные соображения занимают лишь 16%. Но это критически важным становится при рождении второго и последующих детей. Но на самом деле я не согласен. Потому что для жителей больших городов, даже если они решили жить вместе или даже вместе сходить в загс и потратить денег на богатую свадьбу, возникает вопрос – когда заводить детей? Либо сразу, либо никогда.

Н. Фридрихсон:

- Либо в процессе.

С. Мардан:

- Ну, в каком-то процессе, потому что появление ребенка меняет в корне образ жизни, меняет структуру семейных расходов и т.д. Дети стоят недешево, хотя и не сказать, что смертельно дорого. Но если заходит речь о том, чтобы родить ребенка второго, вопрос номер один – а где же он должен жить? То есть, дети где должны жить? Поэтому, на мой взгляд, совершенно глупые московские разговоры о том, что материнский капитал это вообще ни о чем и это ни на что не может влиять… ребята, вы просто на другой планете живете и не имеете ни малейшего представления, как живет 90% народонаселения России. Миллион рублей, который дает в совокупности за рождение троих детей, это примерно 40% стоимости трехкомнатной квартиры в среднем российском городе-миллионнике. Я не поленился и посмотрел, сколько стоит квартира в Екатеринбурге, в Перми, в Калининграде, в Воронеже. Где-то 2,5-2,7 миллиона рублей. То есть, если ты получаешь миллион от родины, считай, что половину этого кредиты ты уже покрыл.

Н. Фридрихсон:

- Вопрос, на что ты потратишь этот суммарный миллион… Пеленки, распашонки, лечение, питание и так далее.

С. Мардан:

- Нет, совершенно не так. Во-первых, материнский капитал выплачивается только на крупные траты и люди в большинстве своем тратят его на улучшение жилищных условий. А на пеленки и прочую лабудень выплаты на ребенка, которые увеличены были летом.

Н. Фридрихсон:

- Но они как-то не суперувеличены были…

С. Мардан:

- Прилично. Пеленки-распашонки стоят крайне недорого. То есть, стоимость содержания детей начинается по-настоящему только после того, как ребенок идет в школу. А пока это младенец до трех лет, он почти ничего не стоит. Ты его кормишь сиськой и надеваешь на него памперс. Больше ему ничего не надо. Кроме твоей любви.

Н. Фридрихсон:

- Медицина.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Медицина у нас бесплатная пока что. У нас уровень детской смертности один из самых низких в мире. Здесь не о чем говорить. Здорового ребенка лечить не надо. А если ребенок заболел ОРВИ, то это тоже небольшая проблема. Это к вопросу о материнском капитале – может он повлиять на демографию или нет. Я считаю, что, конечно, это там не секретное оружие рейха и это совершенно не поправит кардинально наши дела, если этим не заниматься. Кстати, в этом смысле довольно интересный кейс показывает государство Израиль. У них проблема, мягко говоря, очень серьезная. Гораздо серьезнее, чем у нас. Несмотря на то, что Израиль – это официально еврейское государство, у них больше 30% населения – арабы. И это, простите, такая экзистенциальная угроза и проблема для еврейского государства. Поэтому там прямо, открыто и честно обсуждают следующую проблему – что евреев должно рождаться как минимум не меньше, чем арабов, а вообще-то – больше. Потому что еврейский народ в своем национальном государстве должен доминировать. Там есть религиозные евреи, они живут такими довольно закрытыми комьюнити, причем, их очень не любят, они не служат в армии, они не платят налоги…

Н. Фридрихсон:

- …но они ходят и всем рассказывают, как надо жить…

С. Мардан:

- Значит, главная их роль – они рожают детей. Уровень фертильности религиозных евреев на четверть выше, чем даже уровень фертильности в арабских семьях. То есть, это просто машины по производству детей.

Н. Фридрихсон:

- Нет, это всех радовало бы, если бы обеспечение этих детей не ложилось бы бременем на государство. Они не работают.

С. Мардан:

- Это нормально. Они рожают новых граждан.

Н. Фридрихсон:

- Ты России этот путь предлагаешь, что ли?

С. Мардан:

- А, может быть, нам создать тоже такие вот анклавы религиозных православных граждан, которым давать деньги, чтобы они просто как машины, рожали бы русских детей. У нас эта проблема есть? Конечно, есть.

Н. Фридрихсон:

- Многие религиозные люди рожают из логики «сколько бог пошлет».

С. Мардан:

- Это само собой. Но мы уже поговорили о том, что рожать более двух детей – это обрекать себя на нищету. Ты можешь подойти к любому православному приходу в Москве или где бы то ни было, туда приходят люди с большим количеством детей. Поэтому государство, конечно же, кровно должно быть заинтересовано в том, чтобы этих людей прямо, целенаправленно поддерживать, как делает Израиль. Но это так – идея в порядке бреда. Она нигде не всплывала, но вот я на нее наткнулся, поэтому решил озвучить, как это, по идее, может быть…

Н. Фридрихсон:

- Ну, что, продолжаем говорить про демографию? Или ты предпочитаешь закрыть эту тему?

С. Мардан:

- Нет, эту тему нельзя закрыть. Этой теме было посвящено президентское послание. Весь разговор шел о том, что количество жителей России уменьшается. И то, чем занималось правительство Медведева на протяжении последних 10 лет, особенно массовым завозом гастарбайтеров и выдачей им паспортов, это, мягко говоря, не то что не решает проблему демографическую, она эту проблему только обостряет. Потому что ежегодный завоз нескольких сот тысяч людей совершенно чуждой культуры, которые здесь совершенно не адаптируются, которые формируют полноценные гетто на окраинах российских городов, которые сохраняют язык, обычаи, они не воспринимают себя как…

Н. Фридрихсон:

- Ну, по-русски они тоже говорят, не нагнетай так уж…

С. Мардан:

- Значит, язык не является единственной, так скажем, политической составляющей гражданства.

Н. Фридрихсон:

- Религию они имеют право сохранять…

С. Мардан:

- Мои претензии очень простые. Самый простой путь наименьшего сопротивления – это завозить гастарбайтеров. Это гораздо проще, чем стимулировать рождаемость внутри страны. Это гораздо проще, чем бороться за повышение уровня зарплат… лучше завозить сюда рабов, которые работают практически за еду… А то, что от этого местные жители, коренные жители России, становятся еще более бедными и впадают в нищету, это никого по сути не интересовало. То есть, эти 18 млн. бедных, в том числе, были, есть и в каком-то объеме будут, благодаря той политике, которую правительство Медведева последовательно реализовывало здесь.

Н. Фридрихсон:

- Коли уж ты говорил в последнее время часто о статистике, давай поговорим с социологом. С нами на прямой связи Денис Волков, социолог, заместитель директора ЛЕВАДА-центр. Денис, здравствуйте.

Д. Волков:

- Доброе утро.

С. Мардан:

- Скажите, пожалуйста, меры, о которых говорил Путин, материнский капитал и прямые выплаты, способны ли они повлиять на изменение демографической ситуации в стране? И если да, то насколько быстро?

Д. Волков:

- Естественно, нужно говорить в демографами, а насколько я понимаю, эти меры, скорее, влияют на людей, у которых есть дети. Потому что те, у кого есть дети, они находятся сразу в группе риска по бедности и здесь, конечно, необходимо просто помогать людям, у которых есть дети. Насколько это влияет именно на рождение новых детей, здесь демографы, скорее, скептически к этому относятся. Есть небольшая прибавка, вероятно, но она небольшая. Потому что, когда люди принимают решение о рождении детей, здесь не только экономический фактор принимается в расчет.

Н. Фридрихсон:

- Вы, как социолог, наверняка проводили огромное количество самых разных исследований, а сами-то россияне, вот у них какие были ожидания и запросы? Вот, например, мы бы родили пятеро детей или там мы бы родили троих детей, если бы… Может быть, какие-то обозначались моменты?

Д. Волков:

- Мы недавно проводили исследование, сколько хотели бы, там примерно вокруг цифры 2 человека идет речь. Но дело в том, что у нас там с запятыми, потому что это как бы среднее по стране высчитывается. А нужно для воспроизводства чуть-чуть больше двух – то есть, чтобы у кого-то два, у кого-то три было, а получается, что хотят несколько меньше, чем вот эта цифра 2. А кто-то просто не хочет детей. Таких мало, несколько процентов населения, но тоже такие люди есть, и они есть не только у нас, они есть по всему миру… И здесь идет речь не о том, что кто-то не может иметь детей, а именно кто-то не хочет… То есть, по разным причинам люди принимают решение, сколько детей они хотят. И здесь большое значение имеет роль женщины, когда женщина принимает решение, сколько она хочет детей родить… Тут целый комплекс причин, который не сводится только к экономическим.

Н. Фридрихсон:

- А есть ли у нас по стране какая-то статистика, что вот глубоко верующие люди, православные, например, у них идет такой большой прирост детей – рожают по пятеро, по шестеро?

Д. Волков:

- У меня нет такой статистики. Наверное, она какая-то есть, но у нас очень религиозных людей не так много. Большинство это, скорее, такая культурная идентичность. То есть, если посмотреть, сколько у нас воцерковленных, то это где-то менее 10%, кто вот соблюдает все обряды, ходит постоянно к причастию. Основная масса, даже тех, кто считает себя православными, таких где-то чуть больше 70%. И здесь все-таки один-два раза в год сходить в церковь и, скорее, это причастность к традиции, культурное восприятие себя такое…

С. Мардан:

- Спасибо вам большое. Итак, надежд особых нет, может быть, поможет, но не сильно, тем не менее, очень простой месседж – если не делать ничего, Россия просто исчезнет. А я считаю, что для того, чтобы люди рожали детей, их нужно стимулировать.

Н. Фридрихсон:

- Да, еще Владимир Путин обещал бесплатный доступ к социально значимым интернет-сервисам.

С. Мардан:

- Да, очередная внезапная вещь. Ну, на фоне того, о чем говорил президент, оно вроде как свалилось в самый низ повестки и никто не обратил на это внимания, хотя заявление Путина…

Н. Фридрихсон: :

- …оно выбило почву у тех, кто кричал, что уверенный интернет отрезает нас от общего кабеля.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Это как минимум. А как максимум, на самом деле Путин задал новый глобальный тренд, в котором Россия, как и во многих вещах, впереди всех. Что я имею в виду? Чем интернет был даже не 10 лет назад, а еще 5 лет назад в массовом восприятии в России? Уже 10 лет назад Россия входила в топ-5 стран по проникновения интернета, по всяким интернет-сервисам и т.д. и т.п. Но то, о чем сейчас сказал президент, это задает новую глобальную повестку. Итак. Интернет – это что? Это доступ к социальным услугам. Доступ к медицине, запись к врачам. Доступ к образованию. Начиная от записи ребенка в школу, заканчивая кружками и онлайн-образованием, что является тоже одним из ключевых моментов социального государства. Это общедоступные медиа. Доступ к информации. Это все истории, которыми любое государство занималось вплотную. Раньше города, государства давали всяческие преференции для открытия и строительства газетных киосков… то есть, этим реально занимались первые лица страны. То есть, вот сколько газетных киосков находится в регионах и вообще в стране? Люди должны иметь доступ к газетам. Вот сейчас эта тема окончательно снята с повестки дня, про газеты бумажные можно забыть, тем не менее, люди новости читают, люди новости смотрят и любой человек, вне зависимости от уровня доходов, должен иметь доступ, в том числе, и к информации. То есть, все эти истории ложились на плечи провайдеров, то есть, те, кто строит вышки и прокладывает кабели. Все эти истории ложились на плечи предпринимателей… Сейчас в большом количестве тарифных планов есть такие оговорки, что трафик в соцсетях бесплатный. Это рекламные акции и самих провайдеров, которые стимулируют потребителей подключаться, это есть акции и самих владельцев социальных сетей, которые заинтересованы в этом. В чем заинтересована любая социальная сеть?

Н. Фридрихсон:

- В сборе данных пользователей.

С. Мардан:

- Нет. Пункт номер один. Человек должен проводить как можно больше времени внутри социальной сети. Чем больше времени он просматривает ролики или постит, или пишет комментарии, тем больше рекламы ты ему можешь продать. Это сверхзадача. Соответственно, если для этого нужно оплатить мобильный трафик, чтобы он сидел в своем смартфоне, многие на это пойдут, для многих это вполне себе возможная издержка. Но Путин заявил о том, что социальное государство, к которому, безусловно, относится Россия, должно взять на себя эту задачу. Но никакой благотворительности в этом смысле здесь не существует. Возвращаемся опять к Мишустину. Нынче государство собирает совершенно колоссальный объем данных обо всех доходах и расходах российских граждан. Почему? Потому что основное количество транзакций делается теперь через кредитные карты (интернет), через мобильные платежи (интернет), соответственно, огромные дата-центры этот массив данных собирают, анализируют и вот там в налоговой известно о вас даже тогда, когда вы покупаете шоколадный батончик в автомате или в киоске… Естественно, государство заинтересовано в том, чтобы вы совершенно бестрепетно, не тормозя, пользовались этим самым интернетом. В идеале, чтобы у вас вообще не было наличных денег.

Н. Фридрихсон:

- Да, это то самое светлое будущее, к которому мы все движемся.

С. Мардан:

- Да, это то самое светлое будущее.

Н. Фридрихсон:

- Кстати, добавлю, Россия здесь обогнала многие европейские страны. Именно в России в каждом кафе вы можете оплатить, используя даже не карту, а телефон. А во многих европейских городах не везде есть эта услуга.

С. Мардан:

- Россия вообще является одной из трех стран, обладающих так называемым цифровым суверенитетом. Потому что собственно поисковые системы на национальном языке есть только у США – Google, у Китая – Baidu, и у России – Яндекс. А Россия – это одна из трех-четырех стран, у которой есть собственные социальные сети, у которой есть собственные мессенджеры, у которой есть собственные почтовые сервисы и на своем домашнем рынке российские интернет-компании, безусловно, доминируют… Ну, собственно, Яндекс является глобальной компанией, конкурирующей с другими ай-ти компаниями по всему миру.

Н. Фридрихсон:

- Как думаешь, а следующим шагом не будет, чтобы эта конкуренция была в пользу Яндекса? Google убрать из России, социальную сеть американского производства убрать, оставив только отечественные.

С. Мардан:

- Во-первых, российские социальные сети и так здесь доминируют. Доля Фейсбука совершенно ничтожная. Нет, у Ютуба огромная доля, но это – Google. Можно ли убрать Google? Как показывает пример Китая, да, можно.

Н. Фридрихсон:

- Мы к этому придем шаг за шагом?

С. Мардан:

- Пока ничего не предвещает. Я в этом никакой драмы абсолютно не вижу. То есть, интернет-среда замкнута на язык. Я говорю, что, поскольку Россия – страна, обладающая, безусловно, цифровым суверенитетом, да, мы вполне себе можем позволить и напрямую лоббировать, и поддерживать наши российские компании. Это логично? Ну, китайцы же этим занимаются, они в этом логику видят. Это большой рынок, в котором огромное количество денег. Было бы крайне желательно, чтобы эти деньги оставались здесь. Но у нас до последнего времени тот же Google, или тот же Фейсбук даже НДС не платили. То есть, ты, покупая какую-нибудь платную прогу на Эппле, или покупая рекламу на Ютубе, а этим занимались десятки тысяч российских компаний, они не платили НДС. Соответственно, Google в этом смысле был вы выигрышном положении по сравнению с Яндексом. Это идиотизм? Это хуже, чем идиотизм. Это предательство.

Н. Фридрихсон:

- Сейчас уже не так.

С. Мардан:

- Это было изменено совсем недавно… Я, как человек конспирологического сознания, считаю, что ничего просто так не бывает. И это вопрос лоббизма – почему это было сделано два года назад, а не раньше. Потому что в этом были заинтересованы люди, которые принимали решение.

Н. Фридрихсон:

- То есть, лоббисты Гугла кому-то занесли?

С. Мардан:

- И, наверное, не одному. Я думаю, что лоббисты того же Гугла активно заносили.

Н. Фридрихсон:

- То есть, это правительство или кто?

С. Мардан:

- Понятия не имею. Но то, что миллиарды долларов выручки не облагались НДС, это факт. Поэтому то, что президент Российской Федерации, будучи, мягко говоря, взрослым человеком, то есть, не 20-летним, который рождается со смартфоном в маленькой ладошке, настолько плотно занимается интернетом, собственно, во-первых, это следствие того, что Россия сегодня входит в число глобальных лидеров по уровню развития цифровой экономики. Будет ли бесплатный интернет? Будет. Хорошо это? Не знаю. Не уверен, честно говоря. Потому что, с одной стороны, это хорошо, но, если вы думаете, что вы будете смотреть бесплатные стримы, скорее всего, нет, это будет делаться для того, чтобы знать, где вы находитесь, что вы делаете, что вы читаете, на что вы тратите, сколько вы зарабатываете.

Н. Фридрихсон:

- Так это и так уже все идет.

С. Мардан:

- Пока еще нет. Но все идет именно к тому. То есть, у этой истории две стороны – черная и белая. Это может быть использовано как во благо, так и во вред человеку… Как система распознавания лиц. Типа, отслеживают террористов? Хорошо. Но, например, я не хочу, чтобы меня лишали моего права, я не хочу, чтобы кто бы то ни было знал, где я нахожусь.

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- А с нами на прямой связи Дмитрий Смирнов, специальный корреспондент «Комсомольской правды».

Д. Смирнов:

- Доброе утро!

Н. Фридрихсон:

- Скажи, пожалуйста, ты очень удивился последним событиям?

Д. Смирнов:

- Все удивились. И я удивился.

Н. Фридрихсон:

- Что говорят-то в коридорах власти? Какие движения, бурления, интриги?

С. Мардан:

- Скажи, кого оставят, кого уволят? Кого из министров точно уволят, есть данные?

Д. Смирнов:

- Тут даже дело не в том, кого оставят, а кого уволят, а кто на какую должность перейдет или кто там сохранит свой пост. Вот Сергей Шойгу останется министром обороны или станет каким-нибудь вице-премьером, курирующим всю оборонку и еще чего-нибудь?

С. Мардан:

- Не знаю. Мне кажется, да. Ну, пиар-то у него отличный.

Д. Смирнов:

- Да. И как бы фраза вот эта Путина о том, что обороноспособность страны обеспечена на десятилетия вперед. То есть, теперь вроде как можно заняться и другими вещами… Ну, теоретически да. В общем, бесполезная эта история – гадать на этой кофейной гуще…

Н. Фридрихсон:

- Последнее, что меня поразило, Маргарита Симоньян в своем телеграм-канале, там же она одной из первых предсказала, что Мишустина назначат, и там же она написала, как вариант, что, например, Дмитрий Песков пойдет на должность главы МИД России. По этому поводу что-то говорят?

Д. Смирнов:

- Это давняя история. В том смысле, что такая версия ходит туда-сюда уже довольно большое количество лет, поскольку он кадровый дипломат, он работал посольстве в Турции, и вообще имеет большой аппаратный вес. Собственно говоря, почему и нет? Дело в том, что тут не просто возьмут и назначат Пескова или Шойгу куда-то, а в том, что это все находится в какой-то огромной системе вот этих сдержек-противовесов. Вот если кто-то переходит куда-то, значит, кто-то должен пойти туда… Если бы нам сейчас показали бы это все, мы бы даже половины-то и не поняли, честно говоря…

С. Мардан:

- А вот объективно министры, у которых высокий антирейтинг, министры и вице-премьеры с высоким антирейтингом, при таком тяжелом раскладе их должны слить? Нет?

Д. Смирнов:

- Это не работает. Потому что мы же помним историю с Виталием Леонтьевичем Мутко…

С. Мардан:

- Согласен…

Д. Смирнов:

- Путин сказал, что мы принципиально не работаем под давлением – и назначил Мутко вице-премьером, аж с повышением… то есть, вы тут антирейтинги… а вот…

Н. Фридрихсон:

- Подожди, сейчас, что называется, мы все услышали и за последний год точно Мутко особенно никто не оскорблял и не обижал, не нападал на него. В этой связи, может быть, с ним уже как бы вот попрощаются?

С. Мардан:

- А, может, наоборот, он на повышение теперь рванет? Да нет, как бы дело-то не в Мутко… на самом деле он пошел на формальное повышение, все равно это было объективно понижение… Слушай, ну, если не пощадили Дмитрия Анатольевича, родного человека практически, и то вон в отставку отправили в циничной форме…

Н. Фридрихсон:

- И должность новую создали под него.

С. Мардан:

- Да. То что о других-то говорить? Не знаю, какая-нибудь министр Скворцова или любимый всеми министр Мединский… то есть, самый ненавидимый, наверное, из упоминаемых министров, это Мединский.

Д. Смирнов:

- Ну, он ненавидимый потому, что каждый деятель культуры имеет свое мнение, свой зуб и способность ретранслировать свое мнение…

С. Мардан:

- Это да, там каждый имеет возможность высказаться.

Д. Смирнов:

- Надо просто дождаться вот этого объявления, которое будет скоро… И самый важный момент именно в том, а насколько будет обновлено правительство. Если оно будет обновлено радикально, туда войдут другие, молодые люди, с другими взглядами, из других сфер, то это значит, что правительство надолго и перед ним стоят серьезные задачи. И Мишустин не технический премьер, а как раз ему предстоит решать все то, о чем говорил Путин. А если их там перетасуют, - то нет.

С. Мардан:

- Ясно. Спасибо, Дима. Все, мы прощаемся с вами до понедельника. Пока.

  • Реклама партнёров
  • Источники
Источники:
Читайте также