Мардан: Наша медицина до такой степени «эталонная», что нужно импортировать более 20 тысяч врачей-гастарбайтеров

Врачи.
Сергей Мардан и Надана Фридрихсон в программе «Опять пятница» разобрали главные темы прошлой недели — зарплаты в «Роскосмосе», задержание главы ростовского минздрава и желание молодых россиян покинуть страну.

Скачать передачу [mp3, 41.9 МБ]

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


С. Мардан:

- Начнем с любимого Дмитрия Олеговича Рогозина. Из всех госструктур пиаром больше всего занимается Роскосмос. В рамках этой борьбы за положительный образ на радио «КП» приходил даже руководитель службы внутреннего аудита госкорпорации.

Н. Фридрихсон:

- Артем Мельников рассказал много всего интересного о том, как Роскосмос работает. Объяснил, кстати говоря, высокие зарплаты руководства госкорпорации.

С. Мардан:

- Начнем с зарплат. Руководитель службы внутреннего аудита Роскосмоса объяснил, почему зарплата Рогозина существенно выше, чем зарплата американского космического агентства НАСА.

Н. Фридрихсон:

- Он вообще-то немного не это объяснял, а руководства (множественное число). И сказал, что в НАСА их коллеги получают больше в 10-20 раз.

С. Мардан:

- У Дмитрия Олеговича зарплата за прошлый год составила 23 млн. рублей. В переводе на американские доллары это порядка 300 тыс. долларов. У руководителя НАСА зарплата менее 250 (это до уплаты налогов).

Н. Фридрихсон:

- Зачем россиянам знать зарплату в НАСА?

С. Мардан:

- Объяснили, почему у Рогозина такое большое жалование. Потому что работа тяжелая, несопоставима с работой руководителя НАСА. Потому что руководитель НАСА отвечает только за гражданские запуски, а Дмитрий Олегович еще отвечает за всякие секретные штуки, за ядерные ракеты и прочие спутники-убийцы, которые летают в темном пространстве и, в случае чего, сожгут все эти насовские железяки.

А почему в «Комсомолку» приехал целый руководитель службы внутреннего аудита? Потому что Роскосмос порадовал очередным скандалом. Давайте послушаем синхрон.

А. Мельников:

- НАСА, с которой нас сравнивают, занимается исключительно гражданской тематикой. Мы же занимаемся не только гражданской тематикой, об этом многие забывают. Мы занимаемся и всей боевой ракетной техникой. Поэтому все руководители госкорпорации – секретоносители, на них накладываются особые ограничения по контактам, по выездам за рубеж и пр. И от них зависит стратегический ядерный потенциал. Так вот, если сравнить аналогичные зарплаты в США у людей, которые занимаются боевой ядерной тематикой, так там зарплаты в 10, а то и 20 раз больше, чем у нас.

Н. Фридрихсон:

- Проблема в том, что космонавты получают, к сожалению, не такие суммы. Зарплата космонавтов – 63-88 тыс. рублей. Для человека, который выходит в космос, испытывает такие нагрузки, и вообще это сопряжено с угрозой для здоровья, как-то маловато. Притом что космонавты действительно покоряют, бороздят космические просторы. Вот это странно, что руководство получает в разы больше, чем люди, которые покоряют космос и делают великие дела. Хотелось бы, чтобы у них были зарплаты, как у космонавтов НАСА.

С. Мардан:

- Мне кажется, здесь не вполне корректно сравнивать. Потому что зарплату космонавтов надо сравнивать с зарплатой командующего ВКС России, например. Это просто военные летчики, которых отправили чуть выше, чем 10 тыс. метров над землей. Они военные люди, они эту судьбу выбрали еще в 18 лет. А зарплату руководства Роскосмоса нужно сравнивать с зарплатой рядовых инженеров, которые работают на предприятиях Роскосмоса. Роскосмос декларирует, что у них средняя зарплата, по-моему, 35 тыс. рублей. Но скандалы летом, которые были связаны именно с этой тематикой, говорили о том, что инженеры на предприятиях Роскосмоса, те, кто делает спутники, космические ракеты и все остальное, хорошо, если получают тысяч 25.

Н. Фридрихсон:

- А это как-то объяснялось, почему такие низкие зарплаты?

С. Мардан:

- Ну, как-то объяснял. Потому что колоссальная ответственность лежит на Дмитрии Олеговиче. Он же отвечает за ядерный щит страны, поэтому получает столько.

Н. Фридрихсон:

- Но это не объясняет, почему инженер получает 25 тысяч.

С. Мардан:

- А простой инженер, который делает спутник, он получает 20 тыс. рублей. Потому что на нем-то никакой ответственности нет.

Н. Фридрихсон:

- Отвечу тебе, как с космонавтами. Он же не целый спутник от нуля до конца делает, он какую-то детальку прикручивает. Некорректно сравнивать, Сережа. Надо сравнить с каким-нибудь другим инженером, который, например, смартфоны собирает.

С. Мардан:

- Вот журналисты предложили сравнить зарплату руководителю Роскосмоса с зарплатой его первого заместителя. Там особо данных никаких нет, но вылезла смешная вещь. Оказалось, что Юрий Урличич – первый заместитель главы Роскосмоса. Оказалось, что у него есть недвижимость в штате Флорида. Целый гектар прикупил. Я не поленился, залез в Google (потому что Яндекс не показал мне ничего толкового). Google показал прекрасное место. Это деревня, там всего 1,5 тыс. жителей, на берегу океана. Великолепное место. Гектар с видом на Мексиканский залив. Были даны всевозможные объяснения, почему это случилось. Недвижимость эта, соответственно, не задекларирована. Потому что на момент декларации эта земля, которая была записана на дочь Урличича, она уже была совершеннолетней, поэтому он как чиновник декларировать ничего не должен. А поскольку не должен, то и говорить, типа, не о чем. Но это не считая еще квартирки в городе Хьюстоне (где, кстати, находится штаб-квартира НАСА).

Н. Фридрихсон:

- А какую должность он занимает?

С. Мардан:

- Он первый заместитель.

Н. Фридрихсон:

- А то, что в Хьюстоне, рядом с нашим прямым конкурентом, ни у кого нет подозрений, что это все не случайно?

С. Мардан:

- Мне кажется, ни у кого нет подозрений. Сразу возникает простой вопрос. Может, накоплено непосильным трудом…

Н. Фридрихсон:

- А почему в Хьюстоне?

С. Мардан:

- А где еще?

Н. Фридрихсон:

- Что, штатов мало? Почему именно там, где прямой конкурент Роскосмоса? Это, по меньшей мере, странно.

С. Мардан:

- Может, он с детства мечта ездить на мустанге в белой шляпе и пасти стада мустангов.

Н. Фридрихсон:

- Возможно. Но мне вот это кажется странным, честно говоря.

С. Мардан:

- Кто такой Урличич…

Н. Фридрихсон:

- Я зашла на сайт Роскосмоса. У него есть орден «Почетный гражданин России».

Сергей Мардан

С. Мардан:

- Я думаю, что такие ордена перестали давать в 2005 году. Они стоили-то недорого. Там всякие фонды награждали, общества. За 3 тысячи рублей можно было получить красивый орден.

Н. Фридрихсон:

- Ирония в том, что Флорида, Хьюстон – и при этом Почетный гражданин России.

С. Мардан:

- Откуда взялся этот Урличич? На самом деле он очень образованный, компетентный человек, он геодезист по образованию. У него настоящий диплом, не купленный в переходе. Он даже умудрился закончить академию Генерального штаба. А стал он известен как генеральный конструктор системы ГЛОНАСС. Я считаю, что ГЛОНАСС – одна из фундаментальных основ безопасности России, то есть хорошо, что она есть. Но вопрос – во что обошлось? А обошлось в 6 миллиардов украденных денег. Это скандал 2011 года, там было большое расследование. По-моему, ничем оно не закончилось, но Юрию Урличичу пришлось тогда лишиться должности. Не посадили, все как-то рассосалось.

Н. Фридрихсон:

- Значит, не виноват.

С. Мардан:

- Может, и так, я не знаю. Я же не обвиняю, я не судья. Просто объем инвестиций на ГЛОНАСС, по-моему, до 2023 года составляет где-то 360 млрд. рублей. То есть это история, которая и высосала какие-то тонны денег, и продолжает их высасывать. Соответственно, если есть программа, которая стоит 360 миллиардов, и если из нее украли всего 6, то…

Н. Фридрихсон:

- Считай, не воровали.

С. Мардан:

- По-божески, чисто на усушку, на утруску. Но Следственный комитет так не считал, и отцу-основателю пришлось уйти. Поэтому в его биографии очень странно указано: занимал ряд постов в коммерческих структурах…

Н. Фридрихсон:

- В научно-технической сфере.

С. Мардан:

- Возможно, тогда и выбирал недвижимость во Флориде, может быть, хотел перебраться. Может, он в НАСА хотел устроиться, а его не взяли, сказали: ты – русский шпион. Я не знаю. Не осудили, срока нет – значит, не виноват. Мой подход простой. Но меня как бывшего советского человека интересует только одна история. С таким бэкграундом, с таким шлейфом, мягко говоря, неоднозначным, как его можно было обратно брать на работу?

Н. Фридрихсон:

- Ты сам сказал, не осудили – не виноват. Почему не взять?

С. Мардан:

- Человека уволили со скандалом.

Н. Фридрихсон:

- Или он ушел сам. У нас все решают бумаги. Что в бумаге написано, то и правда. Может быть, ушел сам, по собственному желанию. Человек опытный, с хорошим образованием, с хорошим бэкграундом, со стажировкой, видимо, в США. Почему нет? В общем, с 2018 года по настоящее время он является первым заместителем генерального директора по развитию орбитальной группировки и перспективным проектам.

С. Мардан:

- То есть его посадили на проекты, стоимость которых до 2023 года составляет 320 млрд. рублей. Туда сажают человека, который фигурировал в деле о хищении 6 млрд. рублей, каких-то 6-7 лет назад. Для меня это странно. По идее, за вещи куда более невинные у людей карьера, хоть в СССР, хоть после СССР, ломалась навсегда. Раз уж так сложилось, идешь и идешь себя в каком-то другом деле. А здесь оставили в боевом резерве партии, взяли обратно на работу.

Я почему об этом так подробно говорю? Ты говоришь: платить инженерам по 25 тыс. руб. – возможно, это адекватно. Да, возможно, и адекватно. Но это тебе ответ.

Н. Фридрихсон:

- Я этого не говорила.

С. Мардан:

- Ты задала риторический вопрос: может быть, в этом есть логика? А для меня в этом логики нет никакой. Я бы предположил, что действительно есть страшный дефицит ученых или организаторов науки, каких-то исследований, поэтому приходится закрывать глаза на такие, на мой взгляд, совершенно жуткие истории. Тем не менее, когда я читаю подобного рода вещи, мне постоянно хочется подойти к микрофону и закричать: товарищ Сталин, вставай, пора расстреливать!

Н. Фридрихсон:

- Товарищ Сталин тебя не услышал, но в Роскосмосе твое возмущение услышали, осознали и заявили, что они вскрыли существовавшие десятилетиями коррупционные схемы. И об этом в том числе в эфире нашей радиостанции рассказывал Артем Мельников, руководитель службы внутреннего аудита.

А. Мельников:

- Ломаются сейчас давно устоявшиеся схемы, которые десятилетиями существовали. Недобросовестных руководителей, которые пытались отпилить от пирога, каким-то образом совершить хищения, злоупотребления и прочие негативные факторы… Не буду голословным, приведу еще один момент. В производстве главного управления МВД по Москве находится уголовное дело в отношении клеветы в отношении генерального директора госкорпорации. Есть достоверная информация, что на это было заплачено несколько миллионов долларов. Естественно, у наших недоброжелателей главная задача – подорвать доверие у руководства к новой администрации, к людям, которые пришли сейчас в Роскосмос и пытаются создать новое, решить те задачи, которые копились годами.

С. Мардан:

- Они уже полтора года там сидят, а продолжают говорить о том, что темные силы пытаются подорвать доверие к новой администрации, к людям, которые пытаются создать… Вы полтора года там сидите и пытаетесь!

Н. Фридрихсон:

- Что значит пытаются? Они нашли эти схемы.

С. Мардан:

- Спустя полтора года, что ли?

Н. Фридрихсон:

- Их трудно найти, они же без вывесок. Но нашли, вскрыли, уволили людей.

С. Мардан:

- По моему опыту, схемы, которые применяются в российских компаниях, в 90% случаев настолько тупые и линейные, что спустя полтора года их можно вскрыть только в одном случае – если ты их не хочешь вскрывать.

Н. Фридрихсон:

- Протестую. В Роскосмосе умные люди, значит, и коррупция там умная.

С. Мардан:

- Дай бог, если хоть коррупция там умная. Если бы у них еще ракеты не падали, то вообще было бы замечательно.

Н. Фридрихсон:

- Тебе все и сразу подавай. Люди работают на самом деле.

С. Мардан:

- Я понимаю, всего полтора года прошло.

Надана Фридрихсон

Н. Фридрихсон:

- Тем более если схема длилась десятилетия, значит, в цепочке было много участников, значит, выявлять ее надо было действительно долго. В конце концов, новое руководство действительно работает. А вот ты, видимо, работаешь на противоположный лагерь и просто тупо дискредитируешь Дмитрия Олеговича и всю его команду. Зачем ты это делаешь?

С. Мардан:

- Один вопрос. Кто его команда? Если его команда это Урличич, то их даже дискредитировать не надо, они дискредитированы последние 10 лет. К Дмитрию Олеговичу вопросов нет, он большой патриот, он любит Россию, он основатель партии «Великая Россия». Одно это меня с ним полностью примиряет.

Правда, до этого 10 лет Рогозин отвечал за всю программу вооружений и был целым вице-премьером, который за это отвечал. То есть Роскосмос находился в его непосредственном ведении. А посадили его на Роскосмос, когда на докладе у президента выяснилось, что космодром «Восточный» не просто не успевают построить, его вообще не строят. То есть деньги украли и ничего не построили. Докладывал ему об этом профильный вице-премьер Рогозин. На что Владимир Владимирович сказал: Дмитрий Олегович, может, вы сами? Соответственно, пришлось согласиться. Достроили космодром? Нет. То есть там продолжается примерно то же самое.

Н. Фридрихсон:

- Ты намекаешь, что Рогозин, зайдя в Роскосмос, сказал: да воруйте, как воровали, мне все равно?

С. Мардан:

- Конечно, нет. Это же подсудное дело. Если я такое скажу, то немедленно иск получу.

Н. Фридрихсон:

- А к чему ты ведешь?

С. Мардан:

- Я вообще обсуждают вырванную из контекста тему…

Н. Фридрихсон:

- Раз начал, доводи до конца. Дмитрия Олеговича Рогозина отправили в Роскосмос. И ты говоришь: там продолжают воровать. На что ты намекаешь?

С. Мардан:

- Я не намекаю. Я говорю о том, что, по моему разумению, если смотреть не на индекс пиар-активности, который у Роскосмоса совершенно зашкаливает, а на вполне конкретные результаты (количество запусков в сравнении с количеством запусков у американцев и у китайцев)… Мы свалились не просто на третье место, а на низ третьего места. То есть наш отрыв от количества запусков…

С. Мардан:

- Это Рогозин виноват?

С. Мардан:

- А кто же?

Н. Фридрихсон:

- Лично?

С. Мардан:

- Естественно. Виноват всегда руководитель.

Н. Фридрихсон:

- Человек приходит в сложнейшую госкорпорацию, где до этого воровали, где было сложно. Сейчас он напрямую должен разбирать эту авгиевы конюшни. Ты как ему предлагаешь это делать?

С. Мардан:

- Ты хочешь в Роскосмос устроиться?

Н. Фридрихсон:

- Нет. Меня бесит, когда люди, ни фига не понимающие в том, как надо бороться с коррупцией, сидят у микрофона и рассказывают: этот плохой, тот плохой, все плохие, один я умный.

С. Мардан:

- Давай о здоровье поговорим. Министр здравоохранения Скворцова заявила, что у нас все отлично.

Н. Фридрихсон:

- Нет, она заявила, что модель здравоохранения в России – одна из эталонных в мире.

С. Мардан:

- Как бы понять, о чем идет речь? Российская модель здравоохранения – эталонная. Вы существуете, лечитесь в эталонной модели.

Н. Фридрихсон:

- По ее словам, ни один врач в других странах не посещает пациентов на дому бесплатно. Кстати, это похоже на правду. Я общаюсь с разными ребятами, и ничего подобного я не слышала.

С. Мардан:

- Что значит бесплатно.

Н. Фридрихсон:

- Вот ты заболел. Мардан вызывает на дом врача. Он бесплатно приезжает, меряет температуру, выписывает рецепт и уезжает. Ты за это не платишь. А вот за бугром этой опции нет, вызвал врача – плати.

С. Мардан:

- И почему они не умирают? Почему у немцев, французов и даже у австралийцев средняя продолжительность жизни лет на 15 выше, чем у нас, хотя к нам доктор приезжает бесплатно?

Н. Фридрихсон:

- Среди других преимуществ госпожа Скворцова назвала недолгое ожидание компьютерной магнитно-резонансной томографии. Ты не согласен с Вероникой Скворцовой?

С. Мардан:

- Конечно, нет. Мы говорим об этом практически каждую программу. С моей точки зрения, вся социальная политика страны находится в глубоком кризисе. То, что в здравоохранении совершенно чудовищные системные проблемы… Когда Путин проводил целый Госсовет в Калининграде? Неделю или две назад. Об этом говорили на уровне президента. О том, что президентская программа (один из нацпроектов) не выполняется. Показывают какие-то формальные показатели, в которые никто не верит, о том, что увеличивается средняя продолжительность жизни. Наверное, где-то увеличивается. А потом я открываю какие-то новости и читаю, что женщина – бывший врач умирает от инфаркта в больнице, где она работала, потому что ее отказываются даже диагностировать. То есть она врач, она знает, что с ней что-то не так. Она говорит: нет, это не желудок у меня болит. А ей в ответ: нет, желудок, на тебе но-шпу, и проваливай отсюда. И она умирает там.

И при этом мы работаем в эталонной системе здравоохранения, и у нас есть МРТ. По поводу КТ, МРТ, УЗИ и всего остального могу сказать очевидную вещь, для которой не нужно иметь медицинского образования. Ты железо можешь купить, но на нем же работать кто-то должен. А диагносты откуда должны взяться?

Н. Фридрихсон:

- У нас есть диагносты.

С. Мардан:

- Конечно…

Н. Фридрихсон:

- Я к тому, что, судя по всему, мы приходим к банальной мысли – здравоохранение должно быть платным. Другое дело, что это не должны быть заоблачные цены, должна быть разная система страховок и т.д. Но эта история про некую бесплатную медицину – здесь пациент уже мертв. Хорошая медицина, она платная.

Сергей Мардан и Надана Фридрихсон

С. Мардан:

- Да она у нас на самом деле платная со всех сторон. Мы платим вмененный единый социальный налог, который порядка 33%. Нет никакой бесплатной медицины. Мы платим из своей зарплаты за все это. А в этой бесплатной медицине практически каждый день возникают один за другим коррупционные скандалы. Не далее как позавчера арестовали целого министра здравоохранения одной из богатейших областей России – Ростовской. Человек не случайный, она не то что пришла «разгребать завалы» и погорела. Она сидела на этой должности с 2004 года. Явно женщина давно стала миллионером. Вот, наконец, ее арестовали. Позвоним нашему корреспонденту, узнаем, знает ли она что-то такое, чего не знаем мы.

Н. Фридрихсон:

- С нами на связи Анна Шиляева с нами на прямой связи. Анна, задержали госпожу Быковскую. Судя по тому, что пишут в прессе, она еще утром даже не подозревала, что тучи над ней сгущаются, выкладывала веселые посты.

А. Шиляева:

- Абсолютно верно, еще с утра Татьяна Юрьевна выкладывала жизнеутверждающие посты на своей странице в Инстаграм, говорила о том, что жизнь прекрасна и т.д.

Н. Фридрихсон:

- Есть понимание, как это все сработало, почему человек еще утром не догадывался, а потом ее задерживают?

А. Шиляева:

- Это вопросы, скорее всего, не ко мне, а как минимум к Татьяне Юрьевне.

С. Мардан:

- Что говорят люди в Ростове? Потому что там превышение должностных полномочий, статья очень широкого трактования, ее обычно называют ментовской, по этой статье обычно сотрудников МВД осуждают. А здесь чиновник, который сидит на колоссальных бюджетах.

А. Шиляева:

- Вы совершенно верно сказали, статья 286 – превышение должностных полномочий. По версии следствия, Татьяна Юрьевна вместе со своим заместителем по закупкам и еще одним сотрудником нарушила антимонопольное законодательство в сфере госзакупок.

Н. Фридрихсон:

- Это официальная версия. Просто сейчас стало выясняться, что были уже скандалы, связанные с больницами. По-моему, год назад мужчина выкладывал запись, что 50 рублей собирали, чтобы телевизор посмотреть. И он как раз обращался к Татьяне Юрьевне. Это дело как-то замялось. Я так понимаю, что у жителей Ростов-на-Дону копились претензии к ее деятельности. Это правда?

А. Шиляева:

- Я бы не сказала, что ростовчане в основной массе довольны качеством медицинского обслуживания в донской столице. Те же наши районные поликлиники чего стоят.

С. Мардан:

- Деньги берут или нет? Как с коррупцией? В поликлиниках обычно коррупция необременительная, максимум 500 рублей. Настоящая коррупция начинается в клинических больницах. Что говорят, сколько стоит прооперироваться?

А. Шиляева:

- Знаете, таких громких скандалов, которые вышли бы в СМИ, в последнее время не было. Да, ходят слухи, что благодарность врачам имеет место быть, приносят в конвертах.

Н. Фридрихсон:

- А настроения по поводу этого задержания? Люди как-то реагируют?

А. Шиляева:

- Я могу судить по отзывам в Инстаграм о Быковской. У нее довольно раскачанный паблик, скажем так, много подписчиков. Знаете, мнения разделились. Одни поддерживают, желают ей удачи, желают выстоять в этой ситуации, другие, наоборот, злорадствуют и не скрывают этого.

С. Мардан:

- В общем, все как обычно, опять фигурируют закупки.

Н. Фридрихсон:

- Почему ее задержали сейчас?

С. Мардан:

- Может, не поделилась с кем-нибудь, может быть, руководство областного главка сменилось. В Ростове постоянно что-то происходит. На прошлой неделе, по-моему, там сняли главу местного УФСИНа. Ну, это другая номенклатура, которая не подчиняется губернатору, а это непосредственно областное правительство. Что такое закупки медицины в такой большой области? Это миллиарды, миллиарды и миллиарды.

Н. Фридрихсон:

- А тебе не кажется, что она сакральная жертва?

С. Мардан:

- Что же здесь сакрального?

Н. Фридрихсон:

- Сакральная жертва чисток.

С. Мардан:

- Где чистки-то? Я не вижу, кого зачистили.

Н. Фридрихсон:

- Татьяну Быковскую задержали по статье 286. Мне интересно, этот метод: поймали, посадили, не посадили, но осудили, - что-то изменит в нашей медицине?

С. Мардан:

- Нет.

Н. Фридрихсон:

- Тогда зачем это все делается?

С. Мардан:

- Отдельные посадки, на мой взгляд, ничего не меняют. При всем при том, что того же Сталина шельмуют за репрессии, репрессии это системная вещь. Условно говоря, если ты выдернул и посадил областного министра здравоохранения, меняет ли это систему даже на уровне области? Конечно же, нет. Если система закупок лекарств, аппаратов для МРТ, КТ, да чего угодно, вплоть до офисной бумаги, бахил, создана таким образом, то это означает лишь одно – что приходит новый человек, и система продолжает работать точно так же. И он эту систему либо меняет (если он хочет, конечно, ее изменить, сделать ее прозрачной, допустим), либо эти потоки просто перенаправляются на другие ООО, на другие офшоры.

Н. Фридрихсон:

- Тогда зачем это все? Допустим, Быковскую осудят, уберут с должности. Чтобы на ее место пришел человек, который, возможно, будет делать то же самое?

С. Мардан:

- Да, чтобы на ее место пришел другой человек. Он будет распоряжаться таким же многомиллиардным бюджетом, он так же будет по программе госзакупок закупать миллиарды, миллиарды и миллиарды всевозможных лекарств, которые входят в список жизненно важных, и то, за чем внимательно следит государство в лице Минздрава.

Н. Фридрихсон:

- Так Минздрав надо почистить? Я пытаюсь понять, что нужно починить, повернуть, смазать, чтобы эта система, прожженная коррозией коррупции, заработала более правильно.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Проблема не только в коррупции. Во-первых, я не считаю коррупцию безусловным злом. С моей точки зрения, в экономике бывают такие моменты, когда коррупция является своего рода смазкой в механизме. И если бы коррупции не было, то вообще бы ничего не двигалось и не происходило.

Н. Фридрихсон:

- Поясни.

С. Мардан:

- Допустим, если ты возьмешь историю России, скажем, последней четверти XIX века, когда Россия демонстрировала дикие темпы экономического роста, и почитаешь прессу тех времен, количество разоблачений покруче, чем разоблачения Навального, там зашкаливало. То есть говорили о сплошном мздоимстве императорских чиновников на всех уровнях, невозможно ничего было решить, не дав денег. Но при этом экономика росла на 12% в год.

Н. Фридрихсон:

- Но не благодаря же коррупции, а скорее вопреки?

С. Мардан:

- А где-то и благодаря. Потому что царская система была косная, неэффективная, поэтому коррупция где-то разгоняла этот механизм, корректировала его. Так часто происходит в сложных экономических системах.

Н. Фридрихсон:

- Сейчас то же самое?

С. Мардан:

- В нашей медицине совершенно другая проблема. Система не работает, более того, система деградирует. Если посмотреть без эмоций на ретроспективу, скажем, последних 15 лет, что на поверхности? Установление тотального контроля над финансовыми потоками. Это вообще специфика российской экономики, в которой исключительно высока доля государства. То есть тебе не нужно контролировать активы, тебе лучше приватизировать финансовые потоки. Это главное изобретение покойного Березовского – приватизировать лучше людей, право подписи. То есть тебе не нужно производить лекарства. Тебе лучше стать министром здравоохранения Ростовской области или Краснодарского края и сидеть на этих 10-15 млрд. в год, чекрыжить 30 или 40%. Везде по-разному, но проценты откатов чудовищные на самом деле.

А то, что мы обсуждали пару недель назад реформу здравоохранения, перевод его на страховую модель, - не работает, деградация продолжается. Укрупнение медицинских центров, клиник, поликлиник и т.д., уход от так называемой сталинской модели, когда поликлиники строились по принципу шаговой доступности, это неэффективно, мы сделаем, как в Америке. Хорошо, давайте сделаем, как в Америке. Только Америка это страна сплошной автомобилизации, плюс это страна с другим уровнем доходов. Ты можешь доехать до роддома, который находится в 20 милях от тебя, и спокойно родить. Ты можешь брать немецкую, американскую, какую угодно модель, но ты бери ее целиком тогда и имплементируй. Но берется же только часть. Мы оптимизируем количество медицинских центров. В итоге сейчас женщины едут из Истры рожать в Дедовск. Это за 28 километров по пробкам. Туда не доехать. А речь идет о довольно большом райцентре. И это рядом с Москвой. И это я говорю о бесконечно жирной Москве, о жирной Московской области. Я даже боюсь представить, что происходит, допустим, во Владимирской области какой-нибудь или Псковской, где тотальная, беспросветная нищета. Вот что такое реформа медицина. И Скворцова объясняет нам, что она эталонная. Она до такой степени «эталонная», что нам нужно импортировать более 20 тыс. врачей-гастарбайтеров. То есть нам мало наших врачей, которым мы платим по 12 тыс. рублей за каким-то бесом, нам нужно таджиков еще завезти с купленными дипломами.

В стране более 140 млн. человек, огромное количество медицинских вузов, по-прежнему огромное количество больниц, которые деградируют, но, тем не менее, они пока что есть. Понятно, что все это не работает. Если спустя 30 лет после начала перестройки мы говорим о том, что нам нужно врачей импортировать, что-то как-то не складывается, не получается.


Скачать передачу [mp3, 41.6 МБ]

Н. Фридрихсон:

- Больше половины россиян в возрасте 18-24 года хотят уехать из нашей страны, это рекорд за последние 10 лет. Опрос проводил Левада-Центр. По статистике экспертов этого центра, за последние 6 лет максимального значения этот показатель достигал в 2013 году – тогда уехать из страны хотели 22% опрошенных. Проблема действительно колоссальная. Много раз уже говорилось про то, что отток активного населения из России – это большая проблема. Потому что кто будет работать?

С. Мардан:

- Давай запустим опросник. Вопрос для людей постарше. Вы хотели бы, чтобы ваши дети уехали из этой страны? А если вы еще сами ничего, то хотели бы вы начать новую жизнь в другом месте?

Н. Фридрихсон:

- В сентябре 2019 года 53% опрошенных выразили желание переехать за границу и остаться там жить. Судя по данным Левада-Центра, это рекордный показатель. Основные причины – недовольство экономической или политической ситуацией в стране.

Хорошо там, где нас нет. Понятно, что в России много разных проблем. Но я не понимаю другого. Почему у современной молодежи растет убеждение, что в этой стране есть проблемы, поэтому я соберу чемодан, поеду за бугор, и там все хорошо? Я этого не понимаю. Потому что, какую страну ни взять – Германию, Израиль, США, хоть Турецкую Республику, в каждой стране есть свои проблемы. Когда я приезжала в Израиль, то общалась с людьми, которые переехали туда из бывшего Советского Союза. То есть нашими людьми, говорящими на русском языке, и до сих пор еще в процессе изучения иврита. Да, у них эта поразительная установка. Там женщина, например, была, работала уборщицей в гостинице. И она мне искренне доказывала, что она работает уборщицей в Израиле, и она абсолютно счастлива, и вообще после русских особенно много грязи в отелях. Когда я задала вопрос: что вы имеете в виду? – ответить на этот вопрос она мне не смогла, но по ее убеждению, если приезжает какой-нибудь немец в Израиль, после него ангелы в отеле поют, приезжают русские – обязательно какой-то гадюшник разводят. Эта упертая установка, что все, что связано с Россией, априори плохо, я думала, выветривается. А это не так. И вместо того, чтобы ставить себе задачу: я живу в России, тут действительно есть проблемы, но я пойду в ту отрасль, в эту отрасль, я буду другим, я буду что-то делать, эта установка не работает. Установка: я соберу вещи и уеду в Германию. Ты кому в Германии нужен? Я не говорю, что оставайтесь на родине, вы люди свободные, хотите – уезжайте. Но подумайте, вы в Германии кому нужны? Если вы уникальный человек, владеющий уникальными знаниями, готовый открыть какую-то супермолекулу, да, в Германии вами заинтересуются. Но давайте будем честными, из этих 53% гениев от силы 0,1. Я не понимаю, почему эта установка до сих пор жива.

Давай поговорим со специалистом. С нами на связи Геннадий Чичканов, менеджер по связям с реальностью. Геннадий, скажите, менеджер по связям с реальностью – с какой?

Г. Чичканов:

- С существующей.

Н. Фридрихсон:

- Левада-Центр говорит, что больше половины россиян предпочитают уехать за бугор. Вы можете это как-то объяснить?

Г. Чичканов:

- Я сейчас слушал вас, и мне захотелось бросить трубку и убежать от стыда, ужаса и позора. Я подумал, если вот такие агрессивные и совершенно безапелляционные суждения являются стержнем нашей политики в отношении людей, то надо бежать. И это, кстати, одна из главных причин, почему люди уезжают.

С. Мардан:

- Вот вы почему уехали? Вы живете в Израиле.

Г. Чичканов:

- Я уехал, потому что вдруг понял, что все, что происходит в России, я уже видел. У меня достаточно денег, у меня достаточно образования. Я вдруг увидел, что все, что я уже видел во времена дорогого Леонида Ильича Брежнева, включая ту риторику, которую сейчас демонстрировала ведущая. Мне стало как-то неуютно, и я уехал.

Н. Фридрихсон:

- То есть вы хотите сказать, что из-за того, что ведущая говорит риторику в стиле Брежнева, больше половины россиян хотят уехать?

Г. Чичканов:

- Не ведущая. Это риторика в целом в РФ считается популярной.

С. Мардан:

- Вы живете в Израиле и пытаетесь нам объяснить, что знаете, какая риторика популярна в России?

Г. Чичканов:

- «Вы кому нужны в Германии?» А кому вы нужны в России? Давайте поговорим об этом. Кому вы нужны в России, когда в аптеках не хватает лекарств…

С. Мардан:

- Кто вам сказал, что в аптеках не хватает лекарств?

Г. Чичканов:

- Я читаю, в Москве обсуждается сейчас дефицит преднизолона. А вчера умерла девочка, которой не пересадили почку, знаете, почему? Потому что трансплантолог уволился. А он был единственный. Кому вы нужны в России?

С. Мардан:

- Геннадий, она не поэтому умерла.

Г. Чичканов:

- Давайте уточним. Она просто умерла.

Н. Фридрихсон:

- Ей сделали прививку. Ей надо было месяц подождать. Она не дождалась.

Г. Чичканов:

- И 50% людей это чувствуют и понимают. Нельзя положить колбасу в магазин и заткнуть колбасой людям рот, чтобы только хвостик изо рта торчал. Они понимают, что никому не нужны, что полиция их не защитит, потому что они боятся ее и переходят на другую сторону улицы, как только видят полицейского.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Это вы из Израиля видите, как люди переходят на другую сторону?

Г. Чичканов:

- Я это вижу из России, у меня в России бизнес, я очень часто там бываю.

Н. Фридрихсон:

- Геннадий, то есть в злой России, где полицейские всех кошмарят, у вас есть бизнес?

Г. Чичканов:

- Да, люди беззащитны, люди проживают бессмысленную жизнь и хотят уехать.

Н. Фридрихсон:

- Бизнес у вас в России почему при этом?

Г. Чичканов:

- Потому что так случилось, он у меня был до того, как я уехал, и он остался.

У меня есть приятель, в издательском доме «Коммерсант» работает. Он собрался уехать в Израиль. Если, когда я уезжал в 2006 году, очередь в посольство на визу была 2 месяца, то сейчас 8. Пойдите в очередь к посольству и спросите: чего же вам недоставало, где ваш патриотизм? Они вам расскажут.

Н. Фридрихсон:

- Геннадий, почему ваш приятель хочет уехать?

Г. Чичканов:

- Смыслов нет, гуманитарной среды нет, развития нет, лифтов нет, есть страх и агрессия, которая является главным смыслом русского мира сегодня.

Н. Фридрихсон:

- Геннадий сказал ровно то, что мне говорила дама из Хайфы. Нет более агрессивных русофобов, чем уехавшие русские евреи.

Владимир Путин призвал бороться с оттоком молодежи из регионов. Президент России считает, что нужно менять ситуацию, когда молодежь уезжает из родных мест в большие города. В частности, над этой проблемой должны работать власти на местах. То есть эта проблема, которую мы обсуждаем, она многоуровневая. С одной стороны, есть проблема оттока населения из малых городов, сел в крупные города, и над этим следующая проблема – что другая часть людей (или эта же когорта людей) потом в принципе нацелена выезжать из страны. Такой многослойный пирог, получается.

С. Мардан:

- Давайте послушаем, что говорят люди. Нам дозвонился Сергей. Сергей, вы хотите эмигрировать или нет?

Сергей:

- Если честно, то да. Я хочу, чтобы мои дети учились где-нибудь за границей, в какой-нибудь более-менее успешной стране.

С. Мардан:

- Сколько вам лет?

Сергей:

- 34 года. У меня двое детей, одному 6 лет, другому 3 года. Я предприниматель. Постоянные препоны, постоянные препятствия. Вроде благие цели – переехали в небольшой поселок, решили дать рабочие места. Ничего не получается, везде надо откатить, везде надо дать. Не даешь – ничего не делается.

Н. Фридрихсон:

- А можно конкретный пример?

Сергей:

- Владимирская область. Переехал сюда с семьей ради работы, перетащили производство, из Балашихи приехали сюда. Надо было подписать несколько разрешений, чтобы нам сделали свет. Бывшая военная база, мы ее выкупили и решили открыть производство. Надо было провести свет. Пришли в управу, а нам говорят: ребята, вы у нас на земле. Мы сразу вносим корректировки: землю мы выкупили, мы собственники. Нам говорят: нет, вы у нас на земле, и вы будете делать то, что скажем мы, а сейчас мы вам делать ничего не будем. Отходим в коридор, мне говорят: если вы нам дадите сейчас по 15 тысяч, то вопросов нет, пожалуйста.

С. Мардан:

- В Московской области стоило бы сильно дороже, поэтому в любом случае выгодно.

Н. Фридрихсон:

- Сергей, вы сказали: в успешные страны. А что для вас показатель успешной страны?

Сергей:

- Где люди помогают государству, и делают это искренне. Если люди платят налоги, они знают, что помогают государству, что государство их не бросит. Они не шугаются ментов, как вы говорите…

С. Мардан:

- А вы шугаетесь владимирских ментов?

Сергей:

- Не шугаюсь. Но, честно скажу, испытываю такое напряжение, когда вижу. Неизвестно, чем закончится.

С. Мардан:

- Это у вас генетическая память о сталинских репрессиях, наверное.

Алексей нам дозвонился.

Алексей:

- Ментов и гаишников не шугаюсь. И гаишники в последнее время радуют.

С. Мардан:

- Алексей, вы хотели бы уехать (или чтобы ваши дети уехали) из «этой страны»?

Алексей:

- Нет. У нас люди очень хорошую закалку получают. Я хочу заметить, кто уезжает, статистику поднять по социальному признаку, по достатку. Безденежные люди туда не уезжают.

С. Мардан:

- То есть уезжают те, у кого деньги есть?

Алексей:

- У кого есть предприятия, у них, в общем-то, все достаточно неплохо. Но жить там. И выводить отсюда деньги туда, жить за счет России, по сути, там очень даже неплохо. Хотя у меня сестра из Луганска еще до войны уехала, человек без денег поехал. Чем привлекателен Запад? Стабильностью. Она уехала в Израиль. Она говорит: я работаю на предприятии простой рабочей, мне хватает денег и на съем жилья, и на покушать, и на одеться, и отложить. Это будет и завтра, и послезавтра, и через год, и через двадцать. Стабильность привлекает на Западе. У нас, к сожалению, работать на предприятии всю жизнь не получится, оно вдруг схлопнется, или разорится, или еще что-то.

Н. Фридрихсон:

- Кстати, мудрая мысль. Вопрос стабильности здесь играет ключевую роль.

Нам дозвонился Олег. Вы хотели бы уехать или нет?

Олег:

- Ни в коем случае. Я много езжу по России и вижу, как грандиозно у нас строятся дороги, и какими темпами. Американская экономика начиналась тоже со строительства дорог. Во-вторых, я работаю прорабом, и одному «жирному котику» отделывал квартиру. Контролер там был поволжский немец. И он мне рассказал, что где-то в 11-м году знакомых ему немецких семей уехало из России 12 или 15. В прошлом, позапрошлом году 10 вернулись обратно в Россию. Потому что жить там невозможно, ребенка не отпустишь. Там чисто морально обстановка давит. Есть кварталы, куда просто нельзя заходить.

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- До этого нам Алексей и сказал такую вещь. Людей за границей привлекает стабильность, а этой стабильности нет в России. Вы с ним согласны?

Олег:

- Я с ним не согласен. Людям сколько ни дай, им все равно будет мало. Я вижу, что дороги забиты иномарками, во дворах одни иномарки, поставить машину негде. Я вам больше скажу, на МКАДе столько грузовиков, которые перевозят товары.

С. Мардан:

- А что делать, если в Москве 25 миллионов человек? Конечно, их кормить надо. Поэтому они и перевозят.

Олег:

- Да это по всей России. Я ездил в Крым, например. Я видел, сколько грузовиков едет туда, сколько грузовиков едет обратно. Если товары перевозят, значит, экономика живет.

С. Мардан:

- Сколько людей, столько и мнений. Результаты голосования. Голоса разделились примерно пополам. 56% хотели бы, чтобы их дети уехали, либо они сами хотели бы уехать, а 44% против этого.

Очень много вопросов по поводу перспектив. Даже в Москве кем ты можешь быть? Ты можешь быть инструктором фитнеса и продавцом собачьего корма. А если, допустим, ты учил математику и хотел бы быть инженером, скажи мне, где ты можешь быть инженером? Нигде. В Роскосмосе можешь быть инженером за 25 тысяч рублей.

Н. Фридрихсон:

- Проблема в другом. На Западе, в той же Америке, считается, что стыдно не работать, а стыдной работы нет. В России, к сожалению, есть эта штамповка, что есть постыдная работа, есть элитная работа. И этот раздрай в голове зачастую связан именно с этой штамповкой. А она неправильная в корне. Не бывает постыдной работы.

С. Мардан:

- Тут меня спросили добрые люди в переписке, где меня можно почитать, кроме Телеграмм? Практически везде. В Фейсбуке. ВКонтакте.

Н. Фридрихсон:

- Может, перечислишь издания, где публикуешься?

С. Мардан:

- Только «Комсомольская правда».

Н. Фридрихсон:

- Правильный ответ.

С. Мардан:

- Левада провела опрос, согласно которому 53% молодых людей – 18-24 – хотели бы покинуть страну и переехать в другое место.

Н. Фридрихсон:

- Недовольство экономикой и политическая ситуация – основные недовольства.

С. Мардан:

- Вот Захар Прилепин тут отреагировал. У него песня примерно одинаковая – недостаток патриотизма.

Н. Фридрихсон:

- Помнишь, он пел песню: пора валить тех, кто пора валить. Может, из-за таких выступлений настроение молодежи и растут?

С. Мардан:

- Нет. Молодежь его не смотрит и не слушает. Они слушают других героев. Крида слушают.

Н. Фридрихсон:

- Ой, перестань. Ты считаешь, что молодое поколение книг в руках не держали!

С. Мардан:

- Да.

Н. Фридрихсон:

- И все, что они читали – это текстовки Егора Крида.

С. Мардан:

- Егора Летова самые умные. Интеллектуалы.

Н. Фридрихсон:

- Не согласна. Они тебе прекрасно процитируют Ленина. Я была в Великом Новгороде летом и встречалась со школьниками 8-11 класс. Свозили их с нескольких регионов в этот самый Новгороде. Умные, начитанные, образованные ребята!

С. Мардан:

- Так это в рамках патриотического воспитания?

Н. Фридрихсон:

- Нет!

С. Мардан:

- Где ты и где школьники? Что вас связывает? Зачем ты встречалась со школьниками7

Н. Фридрихсон:

- Там был молодежный форум. Не патриотической направленности, а мы обсуждали разные профессии в России. Я с ними обсуждала медийку. Они в курсе политической ситуации, причем, неплохо в ней ориентируются. Они знают ситуацию в стране, работы Ленина по СМИ, что меня выбило из колеи. И история, что это «сиди, дерево», неправда.

Но проблема остается. Обидно, что молодежь думающая и перспективная. Давай поговорим с Сергеем Митрохиным.

С. Митрохин:

- Мне кажется, основная причина того, что молодежь хочет уехать, огромное количество молодых людей не видит жизненных перспектив в нашей стране.

Н. Фридрихсон:

- Они правы в том, что их не видят?

С. Митрохин:

- Мне кажется, что да. Перспективы должны быть связаны с экономическим развитием, с конкуренцией в экономике, со свободой самореализации в творчестве, не только экономика, берем шире. Общественная и политическая сфера. В политике у нас фактически монополия власти сложилась. А бизнес, это еще и монополия в бизнесе. Стать сотрудником динамичного предприятия может стать, если его поддерживает власть в той или иной мере.

Н. Фридрихсон:

- Вы хотите сказать, что они, заканчивая школу или университет, попадают в такую мясорубку, где они никому не нужны? Надо быть рукопожатным или чьим-то сыном.

С. Митрохин:

- Мясорубка – слишком сильное слово. Просто понимают, что немногого добьешься, доход у тебя не будет сильно большой.

Н. Фридрихсон:

- Они считают, что где-то за бугром лучше. Вот приезжает наш выпускник вуза с даже хорошим английским, он там будет нарасхват?

С. Митрохин:

- Молодежь так думает. Я думаю, что во многих странах возможности самореализации гораздо выше, чем у нас. И демократический режим существует, который исключает такие вещи, как московское дело. Это тоже на молодежь угнетающе воздействует.

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- Вы имеете в виду несогласованные протесты?

С. Митрохин:

- Знаете, почему они не согласованные? Потому что их упорно никто не согласовывает. Это тоже элемент авторитарного режима.

Н. Фридрихсон:

- Хорошо. Кто виноват?

С. Митрохин:
- Надо копать глубоко. Эта система еще с 90-х у нас формируется. Это называется олигархическая система. Авторитарно-олигархическая система, когда власть приватизирована большой группой чиновников, власть используют для собственной выгоды. Тут один человек не может быть виноват. Даже президент. Конечно, президент сейчас олицетворяет эту систему, но создавалась она еще до него. Он сейчас просто символом ее является.

С. Мардан:

- Позвольте вклинюсь. Меня не покидает странная мысль. В конце 80-х многие в больших городах мечтали уехать, потому что не видели будущего, хотя все было нормально с экономикой, с будущим. Возможности для самореализации советская страна давала, но не хватало какого-то элемента. А году в 88-м свободы появилось до черта много! И количество уехавших в конце 80-х – начале 90-х, думаю, на порядок больше, чем уезжает сейчас в ситуации тотальной несвободы. Чего им не хватало? Свободы? Реализации? Олигархический капитализм? Не было в 93-м! Бандитский был. А сейчас им чего не хватает?

С. Митрохин:

- Атмосфера и свобода – это очень важная вещь. Но не единственная ценность, которой они руководствуются. Перспектива. Ее нет у молодежи.

И за лайки в соцсетях тебя могут посадить неожиданно. За нелепые вещи, за которые в другой стране немыслимы, чтобы тебя посадили за лайки в соцсетях. А у нас посадят. Запросто.

С. Мардан:

- В Германии за отрицание холокоста могут посадить. Это то же, что и за лайки, по моему разумению.

С. Митрохин:

- Это ваше разумение, что ж.

С. Мардан:

- Спасибо!

Н. Фридрихсон:

- Отрицание Холокоста в Германии не то же, что за лайки. Я с тобой не соглашусь.

С. Мардан:

- Это то же самое. В Америке ты можешь отрицать все, что угодно. Потому что есть 6-я поправка, которая гарантирует тебе свободу слова.

Н. Фридрихсон:

- Они приняли так называемый патриотический акт. Если ты начинаешь расписывать в интернете, лайкать террористов, рассказывать, что ты завтра завалишь половину страны…

С. Мардан:

- Минуточку. Это разные вещи.

Н. Фридрихсон:

- К тебе зайдут и не выйдешь.

С. Мардан:

- Это разные вещи.

Если бы я был действующим политиком, который стремится рекрутировать сторонников, я бы сказал так. Все, кто уезжает из страны, трусы и мерзавцы. Мы должны изменить эту страну. Это наша страна!

Итак, коридоры власти.

Н. Фридрихсон:

- С нами на связи Дмитрий Смирнов.

Д. Смирнов:

- Доброе утро!

Н. Фридрихсон:

- Владимир Путин поедет в Нальчик 29 ноября. Сегодня. Какая повестка?

Д. Смирнов:

- Мы сейчас едем в аэропорт. Я, а Владимир Путин попозже. В Нальчик. Мы тут вспоминали, когда Владимир Путин был последний раз. Программа не сильно обширная. Совет по межнациональным отношениям. И посещение детского образовательного центра, там построен чуть ли не на шесть тысяч детей.

Н. Фридрихсон:

- Тема горячая – межнациональные отношения. Почему она всплыла?

Д. Смирнов:

- Она у нас в стране всегда не холодная, но бывали времена, когда она у нас поярче полыхала. У нас целое федеральное агентство образовано по межнациональным отношениям.

Н. Фридрихсон:

- Это и пугает, ну, да ладно.

Д. Смирнов:

- Которое Герой России возглавляет.

С. Мардан:

- Кто?

Д. Смирнов:

- Баринов.

С. Мардан:

- Не знаю, кто это.

Д. Смирнов:

- Достойный человек. И солидный. Ходил с бородой, вызывает уважение.

С. Мардан:

- Сейчас с бородой в Москве каждый второй. И напомаживает ее каждое утро.

Н. Фридрихсон:

- Президент едет в Нальчик из Бишкека, где проходил саммит ОДКБ?

Д. Смирнов:

- Вряд ли. Он в России где-то переночевал.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Заехал домой переодеться.

Д. Смирнов:

- И принять душ.

Н. Фридрихсон:

- А как в Бишкеке прошло? Ты был там?

Д. Смирнов:

- В Москве сегодня вышел, посмотрел. Туман. А в Бишкеке то же самое, только смог.

Саммиты ОДКБ проходят каждый год и повестка у них одна и та же – укрепление содружества.

Н. Фридрихсон:

- А почему про Афганистан ни слова не сказали?

Д. Смирнов:

- А чего про него говорить? Про границы каждый год говорят, продолжают укреплять границу Таджикистана и Афганистана. Там есть российская база в Таджикистане.

Н. Фридрихсон:

- А по поводу Трампа, который в Афганистане, тоже ни слова?

Д. Смирнов:

- Трамп ночью прилетел уже. Может, кто-то и знал, но не сказал. В целях безопасности.

Н. Фридрихсон:

- А то пошли подозрения, что была негласная встреча где-то на границе. В этом что-то было бы, согласись.

Д. Смирнов:

- На таджико-афганской границе, да.

Н. Фридрихсон:

- А сколько в Нальчике президент пробудет?

Д. Смирнов:

- Сегодня поработает и покинет. Другие дела найдутся.

С. Мардан:

- А там должны принять что-то важное? А не просто обычные бла-бла-бла про укрепление межнациональных отношений.

Д. Смирнов:

- По итогам принимают постановление, поручение, которые дает президент по поводу высказанных реплик. Это одно из прекрасных мероприятий, потому что, знаешь, когда собираются на совете по культуре все причастные к культуре, а тут представители всех народностей, которых подсчитать в России невозможно. Путин сам признавался, я не знаю. Некоторые говорят, что 169, некоторые – 193. А как их считать и разделять? Никто не может прийти к выводу, даже ученые. И вот все, кто есть, они говорят.

С. Мардан:

- Тонкие люди обвинили бы его в великодержавном шовинизме после такого заявления.

Д. Смирнов:

- У нас плавильный котел.

С. Мардан:

- У нас все русские!

Д. Смирнов:

- Два года назад выступала представительница цыган, которая пыталась рассказывать Владимиру Путину про то, что почему вы обижаете, мирные жители, они никого не обижали… И даже Путин возмутился: ну, наркотиками-то торговали? И спецслужбы мне рассказывают об этом! Вот. И как бы…

С. Мардан:

- И представительница цыган заткнулась сразу?

Д. Смирнов:

- Наверное, сегодня продолжит.

Н. Фридрихсон:

- Ввиду межнационального мероприятия, у нас плавильный котел – многонациональная Россия? Или у нас в стране русский мир?

Д. Смирнов:

- Тут позиция про русский мир условная. А вот то, что Россия сильна своей многонациональностью, с этим никто не спорит. Недавно была полускандальная история, когда ввели родной язык в школах, и выяснилось, что в Татарстане и в Башкирии, в Чечне, условно, есть, что преподавать. А в Москве и Твери чего ты будешь преподавать? Что, еще один урок русского? И был вопрос, а как быть с русским в этой ситуации?

С. Мардан:

- Просто быть. Скандал был другой. Там тридцать лет после 90-го года русских заставляли учить татарский, хочешь или нет. И потребовалось больше 25 лет, чтобы Москва сказала, отлезьте, кто хочет, тот пусть учит.

Н. Фридрихсон:

- А еше был скандал в Якутии, связанный со школой. С преподаванием.

С. Мардан:

- Не помню. В Якутии дети в шесть утра российский Гимн поют. Киргизов там били якуты, это было. Это же плавильный котел. Нормально. Все в рамках толерантности. Если бы русские были, это был бы погром. А так некоторые сложности во взаимоотношениях.

Н. Фридрихсон:

- Успеха работы в Нальчике!

Д. Смирнов:

- Спасибо!


Скачать передачу [mp3, 41.8 МБ]

С. Мардан:

- Снова здравствуйте! Мы тут для чего? Чтобы обсуждать важные темы. Что произошло на прошлой неделе? Чудовищная история со счастливым концом. В Иркутске спасли девочку от педофила. Фантастическая сказочная история. Этот дебил, урод, что ребенка начал тащить машину прямо под камерами. В записи есть. Проходил паренек 16-летний, который все увидел. Он не растерялся, не побоялся, это главное! Он побежал, нашел мужика, что стоял у машины, они этого маньяка остановили, заблокировали. И ребенка спасли. Вот сравнивая с жуткой историей в Саратове, которая случилась месяц назад, этому ребенку просто сказочно повезло.

Но не об этом. Обсуждать крики в соцсетях, что педофилов надо химически кастрировать и так далее, смертная казнь и прочее…

Н. Фридрихсон:

- Химическая кастрация – это хорошее дело.

С. Мардан:

- Я не знаю. Это все из области фантастики. Потому что можно выпустить пар в этом направлении, этот разговор ничем не закончится. А можно попытаться обсудить эту проблему в содержательном смысле.

Речь идет о 128 статье УК РФ «Похищение человека». Это одна из самых тяжких статей, простите, буду опять про свою любимую Америку. В американском законодательстве даже есть специальное определение, как они это называют. Американцы говорят о том, что законы всех без исключения штатов носит репрессивный характер по отношению к этому преступлению. Репрессивный характер американское законодательство получило в 30-е годы, в годы «сухого закона», когда волна похищений захлестнула страну, появился термин киднеппинг, по мотивам которого был снят фильм «Вождь краснокожих».

Это было жутко. Голливуд до сих пор снимает эктранизации похищения ребенка знаменитого авиатора Линдберга. Понятно, дикая проблема. Они ее загасили в течение нескольких лет.

Сегодня в штате Нью-Йорк за похищение человека либо пожизненное, либо смертная казнь.

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- Они деление дают: ребенок, взрослый?

С. Мардан:

- Там за похищение в принципе.

Н. Фридрихсон:

- Отягощающие обстоятельства? Несовершеннолетний, например.

С. Мардан:

- Это лирика. Если речь идет о похищении человека, это то же самое, что планировать покушение на президента США. Убить полицейского или судью. Особо тяжкое преступление.

Наша 127-я статья. Это похищение человека. Наказывается уголовным заключением на срок до 5 лет. Понимаешь? Учитывая, что по верхней планке дают редко, скорее, дадут года три. И там возможно УДО. То есть, за похищение человека через полтора года можно выйти на свободу.

Н. Фридрихсон:

- А этот урод, ему что, будут инкриминировать похищение человека?

С. Мардан:

- Это 127, часть 2. Наказывается лишением свободы на срок от 5 до 12 лет. Возможно УДО, то есть, если ему дадут по нижней планке, пять лет, то через три года он может выйти на свободу. Он рецидивист. Он два срока отсидел по педофильской статье. Все вот эти мифы, перетерки, разговоры, что педофилы в русских тюрьмах долго не живут, их по воровским законам убивают, никого не убивают. Нормально они живут.

Поэтому я предложил поговорить о том, что тридцать лет есть странный парадокс. Чудовищный вид преступления под названием «похищение людей». Помню 90-е годы, когда это практиковалось сплошь и рядом. До сих пор людей находят, закопанных. Их похищали и убивали. И при этом у нас продолжает действовать статья УК, по которой можно отсидеть год! Мне попадались статьи про всевозможных криминальных авторитетов известных, которые сидели по статье «похищение человека». В Америке, если тебя осуждают по этой статье, ты гарантированно садишься на всю жизнь.

Н. Фридрихсон:

- С нами на прямой связи Антон Морозов, депутат Госдумы от ЛДПР.

А. Морозов:

- Надо ужесточать, конечно. Мы вносили такой проект. У нас нет большинства в Госдуме. Все наши законопроекты «Единая Россия» пока зарубает.

С. Мардан:

- Конкретно законопроект об ужесточении наказания по 127-й статье вы готовили?

А. Морозов:

- Вносили давным-давно. Будем, видимо, это опять прорабатывать, потому что особенно когда это в сочетании с возможным насилием над детьми, думаю, надо вводить отдельно фомулировку, чтобы судьи могли интерпретировать это вместе. Для этого должно быть более жесткое наказание, чем просто за похищение людей.

Н. Фридрихсон:

- Мне интересно, «Единая Россия» блокировала. А какое основание было?

А. Морозов:

- Это политические аспекты. Им невыгодно, чтобы инициативы от ЛДПР доходили до принятия.

С. Мардан:

- А почему «Единая Россия» не выступает с такими законопроектами, на ваш взгляд? Там же их целая толпа сидит!

А. Морозов:

- Они работают по команде.

Н. Фридрихсон:

- По команде кого?

А. Морозов:

- По команде из Кремля, естественно. У нас сложилась такая практика, что Госдума, партия большинства работает по команде. Остальные депутаты им не дают возможности реализовывать свои инициативы, поскольку это укрепляет влияния оппозиционных партий, в том числе, если их инициативы будут приняты. Мы несколько раз вносили законопроекты, которые касаются извещения участников судебного процесса, например. У нас очень много участников, которые даже не знают о том, что они являются участниками, потом что устаревшая форма извещения по почте. Не всегда доходит до людей. Давайте извещать по смс или через портал госуслуг. Они говорят, нет, нам это не надо. Отрицательное заключение правительства пришло, хотя непонятно, причем тут правительство вообще.

С. Мардан:

- Комитет по законодательству когда последний раз вносил существенные по правки по изменениям в Уголовном кодексе?

А. Морозов:

- Я не являюсь членом этого комитета.

С. Мардан:

- Но вы же депутат.

А. Морозов:

- Я занимаюсь в основном международной деятельностью, но, конечно, интересуюсь. И мои инициативы проходят через этот комитет. Но, к сожалению, все откланяются. А отчитываться за деятельность комитета – это немного не по адресу.

Н. Фридрихсон:

- А вы не помните имя депутата «Единой России», который заблокировал законопроект об ужесточении статьи о похищении людей?

А. Морозов:

- Не могу вам сказать.

Н. Фридрихсон:

- Жаль!

Америка и ее законодательство повернуто на защите собственности и защите своей личности. И это неплохо и правильно.

С. Мардан:

- Любое право на этом основано.

Н. Фридрихсон:

- У нас это не доведено до нужного абсолюта. А у них доведено. И если ты застрелил в доме преступника, который залез украсть у тебя вазу, у тебя будут проблемы. Но ты не получишь жесткого наказания. У тебя ест право защищать свой дом и собственность.

С. Мардан:

- Ты не получишь никакого наказания. Превышение необходимой самообороны и ты получаешь срок от трех лет. Представляете?! Если к вам залезли в дом с целью вас зарезать, вы с вероятностью 95% получите три года колонии. А если вас похитили с целью выкупа, приковали к батарее, били молотком по суставам, главное, что бы потом зажило, а то отягчающее – часть вторая. То тот, которого вдруг неожиданно поймают, может выйти на свободу через год. И это правда.

Никакого объяснения нет. Можно сказать, что у нас разная история. Но у нас не разная история. Мы в 90-е пережили период, который по уровню преступности сильно превосходил тридцатые годы в Америке! Американцам такое не снилось! НО последствий в законодательстве нет! До сих пор не ввели внятного законодательства по ОПГ, как Саакашвили ввел в свое время, когда уехали все. Если ты член ОПГ, декларируешь, что ты вор в законе, а ты не можешь это не продекларировать, ты получаешь пожизненное. Но у нас этого так и не случилось. Воры в законе из Грузии переехали сюда, они же здесь живут. То же с похищениями.

Простая история, которая решается в течение месяца. Любые два депутата, а они получают зарплату 400 тысяч рублей в месяц! Они там сидят для того, чтобы писать законы!

Н. Фридрихсон:

- Они их периодически пишут. Отсюда выражение в народе про бешеный принтер.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- У них же хватило времени подготовить и быстро принять закон об иноагентах для борьбы с контрреволюцией!

Н. Фридрихсон:

- Тебе Антон Морозов сказал, что ест некий звонок напрямую и так далее.

С. Мардан:

- Ага, специально обученный человек в администрации президента звонит и говорит: делаем законопроект! И все побежали делать!

Но это на тек.

Н. Фридрихсон:

- Закон про иноагентах не так был?

С. Мардан:

- Может, и так. Но меня, как простого российского гражданина, закон об иноагентах не интересует от слова совсем! Плевать я хотел! И не верю в иноагентов. Меня интересует другое. Рецидивист с двумя педофильскими статьями выходит на свободу и тут же тащит ребенка в гаражи! Его посадят. Отсидит три-четыре года и опять выйдет.

Любой депутат может потратить две недеди, месяц, подготовить поправки в уголовный кодекс. Это организационно не сложная форма. И может вынести их на обсуждение.

Каждый год пропадают без вести и гибнут тысячи детей! Ни у кого не включается нисколько ни в сердце, ни в голове, что с этим что-то делать надо?!

Н. Фридрихсон:

- Поговорим с Александром Домриным, американистом.

А. Домрин:

- Я согласен с Сергеем. Мне приятно, что он знает американское законодательство.

С. Мардан:

- Я люблю Америку.

А. Домрин:

- Конечно, ситуация с сыном Чарли Линдберга, похищенного, она Америку пробудила. А что касается нашего времени, вот честно, специально этим вопросом не занимался, вопросом химической кастрации или чего-то еще. Но когда педофил выходит на свободу, отсидев очень долгий срок, за ним сохраняется термин и за ним присматривают.

Н. Фридрихсон:

- А как осуществляется надзор?

А. Домрин:

- Информация в СМИ, среди соседей.

Н. Фридрихсон:

- СМИ начинают писать, что в таком-то районе педофил вышел на свободу. Или что?

А. Домрин:

- Да. И поселился в этом районе.

Н. Фридрихсон:

- Серьезно?

А. Домрин:

- Американские либералы, конечно, против этого выступают, потому что они считают, что он уже отбыл свое наказание. А это, когда он продолжает страдать за преступление. Моя точка зрения, как молодого отца, что лучше перебдеть.

Н. Фридрихсон:

- Совершенноо верно. И полицейские к нему приходят с какой периодичностью?

А. Домрин:

- Если он выходит, полностью отсидев свой срок, никто не приходит. Но и в Америке бывает, когда человек остается под надзором. Он сам должен появляться, по-моему, раз в неделю в полицейском участке и отмечаться, что он здесь.

Н. Фридрихсон:

- Это опыт, который России неплохо было бы перенять.

А. Домрин:

- Я крайне критически отношусь к вашингтонскому болоту, но когда нам есть, что перенять у США, это нужно делать.

Н. Фридрихсон:

- Спасибо!

С. Мардан:

- У меня часто вопросы… Понятно, мы страна бардака. Это не заговор, это просто всем плевать в 99% случаев. Но 3 лет прошло с тех пор, когда мы узнали слово «рэкет», киднеппинг. Но ничего не произошло.

Н. Фридрихсон:

- Александр сказал, что Америка пробудилась. Тебе не кажется, что пробуждение народа и задает движение нужным государственным механизмам. Может, проблема в нас?

С. Мардан:

- То есть, что-то должно быть такое, чтобы ужаснуло всех? Должны похитить ребенка суперизвестного человека? И чтобы все очнулись? А похищение девятилетней девочки из бедной семьи в пригороде Иркутска никого не пробудило? Убийство ребенка в Саратове никого не пробудило? Там чуть не линчевали этого урода! И всех ментов. Какое пробуждение? Обладминистрацию должны сжечь, что ли?

Н. Фридрихсон:

- Я не знаю ответа на этот вопрос.

С. Мардан:

- Итак, продолжаем. Тема недели, которую замалчивает официальная пропаганда. У нас больше не будет большого спорта! Министерство спорта, которым раньше руководил товарищ Мутко, который «фром май харт» говорил, а теперь руководит товарищ по фамилии Колобков, окончательно обосрались, извините. Там какая-то комиссия сказала, что система допинга в спорте и в России поддерживается на государственном уровне, поэтому они будут рекомендовать отлучить российских спортсменов на четыре года от всех международных соревнований.

Н. Фридрихсон:

- Зачем надо было фальсифицировать переписку Родченкова? В перечне претензий к нам было сказано, что за последние полгода были внесены изменения в переписку с Родченковым.

С. Мардан:

- Это Россия.

Н. Фридрихсон:

- Просто объясни. Всем рассказали, что Родченков вражина. Вражина уехала на бугор, изменила внешность. Все. Забудьте. Зачем это надо было делать?

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- А это невозможно объяснить вот так, чтобы нормальный человек понял. Слушай, системы сложные. Производство радиоэлектроники советской просто распалось в труху. Его больше не существует, поэтому вся электроника у нас китайская. И японская.

Организация спорта, по сравнению с радиоэлектроникой система, куда как более простая. Но не линейная. Наверное, надо работать мозгом и выстраивать некие цепочки. Детские спортшколы, выращивание чемпионов и так далее. Это нам не по силам. Поэтому во главе министерства оказываются такие люди, как Мутко, которые могут построить тучу стадионов, на которые потом государство тратит по 30 миллиардов в год только на отопление и коммуналку.

Дальше вся эта система передается в управление совсем глупым людям. Чиновник, я могу только удивиться, степень скудоумия человека, принимающего решение, который решается на то, чтобы подделать данные в документе, а эта подделка будет гарантированно отслежена, он должен быть совершенно безхромосомным, невежественным. И у него должно отсутствовать базовое образование. Он не знает о том, что в любом электронном файле, который ты передаешь, программист увидит исправление, которые сделаны, причем, в хронологии. День, два, месяц назад.

Н. Фридрихсон:

- Ты несколько озадачился, зачем было это делать. Я тебя понимаю…

С. Мардан:

- Я не озадачился совершенно.

Н. Фридрихсон:

- Я озадачена. А член комитета Госдумы по физкультуре, спорту, туризму и делам молодежи Дмитрий Свищев не удивился.

С. Мардан:

- Конечно! Это же русофобия!

Н. Фридрихсон:

- Да. Публикации, где говорится, что была подделана переписка Родченкова, не имеет отношения к борьбе с допингом. Это целенправленная кампания по устранению конкурентов, то есть, России, которая является ведущей спортивной державой.

С. Мардан:

- Ведущая спортивная держава – это анекдот. Почему вы ведущая спортивная держава? Статистика по медалям, то никакая не ведущая.

Н. Фридрихсон:

- В Сочи хорошо, хорошо.

С. Мардан:

- Потом, правда, половину медалей у нас отняли, потому что спортсмены были накачаны анаболиками.

У меня другой вопрос. А зачем нам быть ведущей спортивной державой? Меня всегда этот вопрос занимал. И при советской власти тоже. Быть ведущей в школьном и высшем образовании, это я понимаю. Строить по пять тысяч километров автодорог, я это понимаю.

Н. Фридрихсон:

- Это презентация на весь мир уровня здоровья нации.

С. Мардан:

- Это не имеет никакого отношения к здоровью нации.

Н. Фридрихсон:

- А еще к логистике, к возможностям.

С. Мардан:

- К здоровью нации имеет отношение всего лишь один показатель – средняя продолжительность жизни. Его достаточно.

Когда случилась история с Родченковым, я был рад. Я поддержал русофобов, надеялся, что нам запретят участвовать в международных спортивных соревнованиях навсегда. Это была бы моя мечта, потому что зачем Сталин строил стадионы? Например, на Бауманке до сих пор до конца не развалившийся, видимо, там хотят элитный жилкомплекс построить, стадион «Сокол». Этот стадион был построен… Там рядом МВТУ имени Баумана, КБ имени Туполева, НИИ чермет, огромное количество институтов и предприятий. И среди этих институтов и предприятий был построен стадион, на котором занимались трудящиеся. Советская власть заботилась о здоровье и физической культуре своих граждан. Современная российская власть заботится не о физической культуре и здоровье. Большой спорт из области больших бюджетов, большой стройки, больших инвестиций в тренерскую подготовку. В общем, движение вверх. Можно снимать фильмы за миллиарды рублей, которые никто не смотрит.

Н. Фридрихсон:

- Хороший был фильм.

С. Мардан:

- Когда случился Родченков, все знали, чем это все кончится. То, что там сразу не грохнули всех, удалось тому же Мутко тихо отползти и целой группе чиновников, которые занимались сочинской Олимпиадой, все равно было понятно, что ВАДА доведет дело до конца. А то, что наши чиновники так облажаются еще раз, это уму непостижимо! Ну, должен же быть банальный предохранитель от дурака!

Зачем нужен большой спорт? Должно ли государство финансировать большой спорт?

Н. Фридрихсон:

- Если он присутствует, то да, конечно.

С. Мардан:

- Зачем?

Н. Фридрихсон:

- Чтобы были постоянные инвестиции и контроль.

С. Мардан:

- Зачем? Вот ты министр финансов. Тебе говорят, вот мы хотели потратить сто миллиардов рублей на большой спорт. Ты говоришь: зачем? Вам не на что потратить? У вас все проблемы решены, что ли? Вы дороги построили?

Н. Фридрихсон:

- Мне говорят в ответ, что это лицо страны. Мы запустим стройку, сделаем логистику, стройка на время, логистика навсегда. И так далее. Скажу, давайте это сделаем. Стадионы останутся. Вот Сочи. Как их отстроили!

С. Мардан:

- Вот построили 112 стадионов, на которые теперь тратят несколько десятков миллиардов в год! На электричество и отопление. И которые разваливаются, как в Омске развалился стадион, построенный десять лет назад!

Может, меня после этого эфира просто уволят? Может, я контрреволюционные речи говорю? Не знаю. Я всегда говорил, что большой спорт надо запретить.

Программа в студии Радио КП

Н. Фридрихсон:

- Ты за идею готов пострадать?

С. Мардан:

- Я за нее каждый день страдаю.

Н. Фридрихсон:

- Серьезно. Готов пострадать за убеждения?

С. Мардан:

- Нет, конечно.

Н. Фридрихсон:

- А наши спортсмены сейчас должны сделать выбор. Поедут ли они на Олимпиаду в Токио?

С. Мардан:

- Под нейтральным флагом поедут.

С. Мардан:

- Да им все равно.

Н. Фридрихсон:

- Или они должны отказаться от этой поездки! Во имя Родины.

С. Мардан:

- Послушай. Они едут не на свои. Они едут на наши. В широком смысле этого слова.

Н. Фридрихсон:

- На наши деньги?

С. Мардан:

- На наши деньги. Они тренируются на наши деньги, живут.

Н. Фридрихсон:

- А виноваты ли они, что кому-то хватило ума вносить изменения в эту базу? Не они же э то вносили!

С. Мардан:

- Они не виноваты. И в моем представлении спортсмен с детства и его родители должны за все платить сами. Вот есть два вида спорта, в которых Россия занимает достаточно высокое место – это большой теннис и хоккей. Семьи платят с достижения их детишками четырехлетнего возраста каждый месяц и каждый год сумасшедшие деньги. Они оплачивают все. Имея в виду простую мотивацию. Сейчас ему четыре года, мы продадим бабушкину квартиру, чтобы оплачивать персонального тренера. А потом, когда ему будет 17 лет, он войдет в рейтинг в топ-100 мировых теннисистов. И станет миллионером. Мы отобьемся на этом.

Н. Фридрихсон:

- Или не войдет.

С. Мардан:

- Или не войдет. И то же самое у родителей, которые отдают четырехлетних мальчиков заниматься большим хоккеем. Дорого. Комплекс хоккейной формы стоит несколько десятков тысяч рублей.

Н. Фридрихсон:

- 62 тысячи, чтобы полностью собрать ребенка.

С. Мардан:

- Это дешево, потому что хорошие коньки…

Н. Фридрихсон:

- Это много!

С. Мардан:

- Хорошие хоккейные коньки стоят 40 тысяч рублей.

Н. Фридрихсон:

- Сейчас по факту мы имеем другое. Есть спортсмены, которые строили свою карьеру, в том числе, за счет государства, теперь будет Олимпиада в Токио. Если 9 декабря принимается решение, что Россия отстранена, они опять становятся перед выбором: под нейтральным флагом ехать, а ты прав, при этом они за наши деньги тренировались. Или отказаться, хотя они не виноваты в том, что сейчас происходит эта ситуация.

Программа в студии Радио КП

С. Мардан:

- Думаю, перед спортсменами никакого выбора не стоит. Они настоящие гладиаторы и выступают сами за себя. Звание олимпийского чемпиона дается не стране, а конкретному человеку. И для спортсмена нет никакой разницы. То, что Ирина Роднина стала олимпийской чемпионкой под советским флагом, тот же Сергей Бубка великий, они что, перестали быть олимпийскими чемпионам в 91-м году? Это пожизненное звание!

Советская власть использовала спорт как часть идеологического противостояния. Это было так. Спорт был частью государственной пропаганды. Гордость – это часть пропаганды. Сейчас никакой гордости быть не может, потому что большой спорт – это интертеймент, это шоу-бизнес. Хоккей, футбол, теннис, бокс приносит большие деньги организаторам и спортсменам. Это та модель, в которых эти виды спорта существуют.

Н. Фридрихсон:

- А в Сочи ты не болел за нашу сборную?

С. Мардан:

- Я последние три Олимпиады не смотрел ничего.

Н. Фридрихсон:

- Хорошо. Чемпионат мира по футболу в России.

С. Мардан:

- Нет, конечно. Я похож на того, кто болеет за спорт?

Н. Фридрихсон:

- Вся страна болела!

С. Мардан:

- Вся страна не болела. Часть страны болела. Для меня это слишком тупое развлечение, чтобы я тратил на него время. Смотреть на людей, которые бегут на лыжах, потом стреляют из пневматических винтовок, это интересно? Каждый может заниматься чем угодно, метанием молота, теннисом, хоккеем, но за свои.

Государство – это структура, которую люди придумали. Для того, чтобы сделать свою жизнь безопасной и удобной. И спорт в эту концепцию не укладывается вообще никак. Большой государственный спорт нужно было отменить еще в 91-м году, просто распустить вместе с кинотеатрами, со всем остальным. Хотите развлекаться? Платите и развлекайтесь.

Н. Фридрихсон:

- А театр тут причем?

С. Мардан:

- К слову пришлось. Когда наступят тяжелые времена и денег будет меньше, я надеюсь, что спортсменов отправят… Я бы оставил спорт в одной концепции: либо танковый биатлон, либо спартакиада дружественных армий. Вот Мутко я бы точно отправил заниматься спортивным ориентированием, чтобы он там мускулатуру свою заработал. Потому что он создатель всей этой истории! Благодаря ему продолжается бесконечный скандал с ВАДАми, родченковыми, ганусами и со всеми прочими.

Н. Фридрихсон:

- Мутко ушел, скандал остался.

С. Мардан:

- «Фром май харт»!

  • #РКП
  • Читайте также
  • Источники
Источники: