Мардан: РФ пора отречься от гнусного наследия ельцинских времен — моратория на смертную казнь

Опять пятница
«Опять пятница» Сергея Мардана и Наданы Фридрихсон коснулась одной из главных тем уходящей недели — убийства 9-летней девочки в Саратовской области и вновь разгоревшейся дискуссии о необходимость вернуть смертную казнь.

Ведущие и эксперты также обсудили изгнание дьявола селедкой в Ростовской области, необходимость многомиллионных вложений в Сирию и особый статус Донбасса.

Скачать передачу [mp3, 42.1 МБ]

Мы предлагаем читателям полный текст радиопрограммы:

С. Мардан:

- Подведем итоги недели… Неделя была офигенная.

Н.Фридрихсон:

- Ты давай за себя говори.

С. Мардан:

- А чего тебе не нравится?

Н.Фридрихсон:

- Погода плохая, много дел…

С. Мардан:

- Погода отличная. Война идет.

Н.Фридрихсон:

- А мне вот хочется лета и куда-нибудь на море пяточки погреть, а не вот это все…

С. Мардан:

- Не нравится – мотай в свой Израиль.

Н.Фридрихсон:

- А давно он мой-то стал?

С. Мардан:

- Так говорят в Москве.

Н.Фридрихсон:

- Не знаю, в какой Москве ты живешь, но, с другой стороны, в Израиле тепло и война тоже, так что где-то, видишь, мы пересеклись… Ладно, давай от Израиля – к Украине.

С. Мардан:

- Ну, говори, ты ж любишь про Украину говорить.

Н.Фридрихсон:

- Обожаю. Это, знаете, моя слабость. С утра встал – сразу за дрель. Так вот, на Украине Владимир Зеленский делает очень громкие заявления. В частности, - если Украина не сможет принять закон об особом статусе Донбасса с включением в него формулы Штайнмайера до нового года, то Украина потеряет минский формат. Вот как раз это и заявил Зеленский. Напомню, что особый статус Донбасса это больная тема, которая уже последние пять лет циркулирует. Порошенко вроде все обещал, а закончил все обстрелами. Вот теперь Зеленский начал за здравие.

С. Мардан:

- Для тех, кто за пять лет забыл, в чем там суть да дело, я коротко объясню. В ноябре 2013 года случилась очередная революция. После революции начался большой бардак. В 2014 году, в марте, Крым вернулся в родную гавань… Потом началась война на востоке Украины. Потом, в 2015-м, в январе уже, был разгром Дебальцево, когда наконец стало понятно, что воевать дальше нет никакой возможности, последние 4 украинских танка были сожжены, убито какое-то количество украинских военных… И на этом война закончилась.

Н.Фридрихсон:

- Заморозилась, давай так. Она не совсем закончилась. Перестрелочки там происходят и по сей день.

С. Мардан:

- Ну, так скажем – полноценные боевые действия закончились именно в начале 2015 года. Порошенко был вынужден подписать так называемые минские соглашения, согласился он практически на все, что ему продиктовала Европа.

Н.Фридрихсон:

- Но не исполнял.

С. Мардан:

- Да. И главный там был пункт о том, что отдельные территории Донбасса – то, что они презрительно называют ОРДЛО – а мы называем ДНР и ЛНР – получают особый статус, там происходят выборы с наблюдателями ОБСЕ и, в общем, происходит федерализация Украины.

Н.Фридрихсон:

- И мир, дружба, жвачка! Ровно об этом же примерно формула Штайнмайера, которая просто прописывает конкретную дорожную карту.

С. Мардан:

- Да, да, Штайнмайер там как бы зафиксировал именно эти соглашения, которые бывший президент Украины Порошенко подписал собственной рукой. Ну а дальше начался такой типичный украинский бизнес, типичная украинская политика – я не я, и хата не моя, да вообще вы неправильно поняли, и вообще, кто сказал, что то, что мы подписали, мы будем исполнять? Это было всегда. И, думаю, что это и останется всегда. Ну, может быть, и не всегда, может быть, взрослые серьезные люди, не знаю, кто это будет – либо те, кто живут восточнее, либо те, кто живут западнее, они постепенно украинскую элиту приучат к тому, что за слова, тем более, за написанные слова, придется отвечать.

Н.Фридрихсон:

- Но сейчас ведь в чем отличие ситуации, в которой был Порошенко, который подписался под Минском, но не соблюдал, и Зеленским, который подписался и вроде как пытается соблюсти? Мы же относительно недавно, как раз под выборы президента Зеленского, стали раздавать паспорта российские в ДНР и ЛНР. Как мы понимаем, это принципиальным образом меняет вообще всю эту конфигурацию. При Петре Порошенко такой раздачи паспортов не было. И понятно, почему Зеленский торопится. Потому что паспортизация идет действительно стахановскими темпами, тут, знаете, пропаганда пропагандой, а это, извините, святая правда, и все люди, которые бывали в Донецке или в Луганске, они своими глазами это видят… И, понятно, что такими темпами через полгодика там в основном на 99% будут граждане Российской Федерации, которые в принципе откажутся иметь какие бы то ни было отношения с остальной Украиной. Все, они будут считать себя россиянами. И Зеленский уже ничего с этим поделать не сможет. Если только в очередной раз устроить там условный Дебальцево или другие «котлы», на что, конечно, уже европейцы ему мандата словесного не дадут. Но тут что интересно? Значит, должен был состояться отвод войск, который должен был запустить всю вот эту цепочку миролюбивую. Отвод войск должен был происходить одновременно в районе поселков Петровское и Золотое. Но, как выяснилось, со стороны ЛНР в Золотом была запущена сигнальная ракета белого цвета, которая являлась сигналом о готовности отвести войска, но со стороны Украины такого жеста не последовало. После чего Зеленский сказал, что есть некие силы на местах, и на Украине, и на стороне Донбасса, которые этому препятствуют. Видимо, он имел в виду Белецкого и Ко? Хотя я вот слышала, что там их тотальное меньшинство, но теперь мы видим, что они «подсрывают» отвод войск – это самое меньшинство.

С. Мардан:

- Слушай, как бы там речь идет не о каком-то тотальном меньшинстве, а речь идет о лютых украинских патриотах. Там достаточно много людей, которые прошли АТО. Мы в течение пяти лет в негативном смысле употребляем термин «добробаты», но это не более, чем наш идеологический подход. А если абстрагироваться от этого подхода, то да, это самые настоящие добробаты. На самом деле, в 2014 году распад украинского государства, на мой взгляд, остановили именно добровольческие батальоны. Армии у Украины не было на тот момент. То есть, ее не было с 1991 года.

Н.Фридрихсон:

- Страшные слова ты говоришь. То есть, ты за Белецкого, ты поддерживаешь деятельность «Азова»…

С. Мардан:

- Кто сказал, что я поддерживаю «Азов»?

Н.Фридрихсон:

- То есть, «Азов» фактически, по твоим словам, не дал распасться Украине окончательно?

С. Мардан:

- Да. И что?

Н.Фридрихсон:

- То есть, ты просто в их копилочку играешь, то есть, они спасители Украины.

С. Мардан:

- Нет, я считаю, что их всех надо было убить просто.

Н.Фридрихсон:

- А кто их убивать-то должен был?

С. Мардан:

- Как кто? Русские солдаты.

Н.Фридрихсон:

- Русских солдат там нет.

С. Мардан:

- Хорошо. Да, просто русские люди должны были их всех убить… Нет, это просто для того, чтобы обозначить систему ценностей. То есть, то, что, я полагаю, что украинское государство спасли добробаты, совершенно не отменяет моего мнения, что их всех надо было убить.

Н.Фридрихсон:

- Ну, хорошо, не убили – история не знает сослагательного наклонения.

С. Мардан:

- Все еще впереди. Не убили, так убьют потом. В украинском обществе есть довольно большая масса пассионариев, которые занимаются нацбилдингом, которые строят государство, которое драйвит вот все эти законы, которые нас не устраивают – законы о языке, там разрыв экономических и культурных связей с Россией и т.д… Это действительно большая и продуктивная сила, которая на Украине существует. И, собственно, они лишний раз продемонстрировали то, что они в состоянии остановить, в том числе, и политические решения целого президента страны.

Н.Фридрихсон:

- Слушай, тема сложная, давай подключай…

С. Мардан:

- Да, давай спросим настоящего живого эксперта.

Н.Фридрихсон:

- И не просто. А это дипломатический советник главы Луганской народной республики Родион Мирошник. Родион, доброе утро.

Р. Мирошник:

- Доброе утро.

Н.Фридрихсон:

- Спасибо, что нашли время. Вот такой момент – Зеленский говорит, что в Золотом он готов тоже к отводу, но есть некие силы, которые этому препятствуют. Причем, он говорит, силы как со стороны Украины, так и со стороны республик Донбасса. Вы согласны с мнением президента?

Р. Мирошник:

- Нет. Потому что, на мой взгляд, это откровенная манипуляция. С нашей стороны, дабы не было никаких вопросов, дважды полностью была выполнена вся процедура, которая была согласована 1 октября. То есть, мы 7-го числа должны были уведомить о готовности ОБСЕ, ОБСЕ на следующий день координирует действия между двумя сторонами и потом выходит на линию соприкосновения и выпускают белую ракету, как знак готовности. Мы ее выпускали 9-го числа, выпускали 10-го числа – это показывало, что мы готовы полностью выполнить всю процедуру и начать разведение. С украинской стороны не произошло ничего. Поэтому, на мой взгляд, это лукавство со стороны президента, потому что мы и в 2016 году выполняли эти обязательства, и в 2019 году – вот вчера мы были готовы отвести свои войска и никаких препятствий в данном случае не было.

Н.Фридрихсон:

- Родион, но тут вопрос – это какие-то конкретные полевые командиры в этом поселке Золотое устроили такую диверсию, и Зеленский пока не может с ними ничего поделать? Или в принципе Киев изначально на это был настроен? Вина ли это Зеленского?

С. Мардан:

- Нет, нет, не так. Скажите, там стоят регулярные украинские части? Или там уже стоят вот эти добровольцы, которые смели эти блокпосты? Или там уже стоят и те, и другие? Там какой расклад-то?

Р. Мирошник:

- Там как находились, так и находятся подразделения ВСУ. Чтобы вы понимали, это небольшое количество людей. То есть, небольшие участки фронта, которые контролируются не таким большим количеством.

С. Мардан:

- Небольшие это сколько? Единицы, десятки людей?

Р. Мирошник:

- Это где-то в районе взвода.

С. Мардан:

- То есть, там порядка 30 человек?

Р. Мирошник:

- Не больше, да. И вот эти бригады, которые приехали с Белецким, националистом-радикалом, можно рассматривать как заградотряды. Они не вышли на линию соприкосновения, по крайней мере, туда никто не выпустил, но за спиной людей, которые должны отойти на километр на запасные позиции, они начали проводить митинги. И опять же, эти люди не безоружны…

Н.Фридрихсон:

- Они могут начать стрелять?

Р. Мирошник:

- Могут.

С. Мардан:

- Что, правда, они стоят там с пулеметами? Против вот этих 25 призывников несчастных?

Р. Мирошник:

- Так скажем – на позиции они не выставились, но они там проводят всевозможные митинги, какие-то акции протеста и вчера буквально это дошло в районе Богдановки – это с обратной стороны, за линией соприкосновения, там, где участок разведения Петровское, дошло до стычки между украинскими морпехами с украинским же спецназом.

С. Мардан:

- Слушайте, но это же клоунада какая-то… На линии соприкосновения стоит взвод, 25 человек, при этом там приезжают какие-то клоуны из Киева и из Ровно, у которых есть оружие, они устраивают драки с военнослужащими, при этом ни в кого не стреляют… Это война армия? Это вообще война или где?

Р. Мирошник:

- Нужно изначально понимать, что вот эти радикалы, которые сейчас называют себя гордо ветераны АТО, по своему происхождению это националистические бандформирования. Многие из них сидели, многие из них в той жизни были откровенными преступниками, а иногда и рецидивистами. И в 2014-15 году их мобилизовали, потому что ВСУ не готово было стрелять в своих же людей. А вот националисты и бандформирования могли это вполне делать, поэтому их бросили на фронт и тогда на них возвели вот эту корону защитников Родины.

С. Мардан:

- Ну, в 2014-м году-то еще никаких бандформирований не было, насколько я понимаю.

Р. Мирошник:

- Именно были. Потому что «Правый сектор» (запрещен в РФ) это и есть бандформирование, которое было сформировано из таких националистических бригад, как «Белый молот»… ну, там целый ряд групп, которые действительно были под контролем СБУ и под контролем других…

С. Мардан:

- Ну, хорошо, пока они там бьют друг другу рожи, не хотят уходить с фронта, тем не менее, я так понимаю, никаких боестолкновений между «нашими» и «ихними» нет, так?

Р. Мирошник:

- Нет, конечно. Потому что они заняты своими разборками.

С. Мардан:

- И чего вы ждете? Там вообще порядок-то в силах кто-то из Киева навести или это так, из области надежд?

Р. Мирошник:

- Вы понимаете, что вчера президент, главнокомандующий, был весь день занят – он на Киевском базаре давал пресс-конференцию.

Н.Фридрихсон:

- Да, общался. И он про вас тоже говорил…

Р. Мирошник:

- Да, да, но в это же время на Донбассе велись обстрелы. Вчера один из жителей ДНР пострадал – у него было тяжелейшее ранение, потому что велись обстрелы. То есть, заявления о мире президента Украины никоим образом не повлияли на действия ВСУ и нацбатов, которые продолжали военные действия.

Н.Фридрихсон:

- Родион, так объясните мне, они просто ему не подчиняются, полевые командиры на местах? Или здесь какая-то другая сила?

С. Мардан:

- Да это не полевые, там стоит украинская армия…

Н.Фридрихсон:

- Хорошо. Так вот, это какие-то отдельно взятые не полевые командиры такие диверсии устраивают? Или Киев изначально на это был нацелен?

Р. Мирошник:

- Обстрел – это не диверсия, это целенаправленные действия украинской армии.

Н.Фридрихсон:

- То есть, Зеленский в курсе этого?

Р. Мирошник:

- Конечно же, в курсе… и никто команду прекратить обстрелы и отойти украинской армии не давал.

Н.Фридрихсон:

- С другой стороны, он же правильно говорит, что, если не будет отвода, не будет нормандской встречи. Не будет нормандской встречи, то дальше движение в никуда – на Донбассе раздают российские паспорта. Зачем же ему самому стрелять себе в ногу?

Р. Мирошник:

- Это предмет для торгов. То есть, он не выполняет какие-то обязательства до тех пор, пока он ими может торговаться. Сейчас ему помешали выполнить минимальные шаги, потому что разведение – это далеко не все процедуры, которые купируют и жестко сохраняют режим прекращения огня. Это процедура, которая может быть введена всего сейчас на шести километрах линии соприкосновения, а там больше 420…

С. Мардан:

- Ясно. Спасибо большое. Да, вчера же Украина снова попала в Книгу Рекордов Гиннеса, не знаю, правда, мировые СМИ писали об этом или нет. Зеленский провел самую длинную в истории пресс-конференцию… Даже покойный Фидель Кастро так долго не выступал.

Н.Фридрихсон:

- А ты смотрел? Ты видел атмосфера какая? Они на базаре, там много вкусностей…

С. Мардан:

- Я считаю, что это диверсия против украинского народа. Вообще Зеленский – это диверсия против Украины. Потому что это оскорбительно. Вот сам факт его существования, сам факт, когда он говорит хотя бы какую-нибудь фразу – это уже оскорбительно по отношению к украинцам.

Н.Фридрихсон:

- Украинцы с тобой не согласятся.

С. Мардан:

- Я так не думаю. Украинский президент, который дает пресс-конференцию на базаре… Ну, как целый живой президент 45-миллионной страны может выбрать такое место? Просто вкуса нету, вот просто ощущение неловкости возникает…

Н.Фридрихсон:.

- Сереж, у тебя просто совок в голове вместе с веником…

С. Мардан:

- Это совок? Ты можешь себе представить французского или американского президента, дающего интервью на базаре?

Н.Фридрихсон:

- Легко.

С. Мардан:

- А я – нет… Такого никогда не было, нет и никогда не будет. Это невозможно представить!

Н.Фридрихсон:

- Давай ты слушателей не путай – на базаре… Все нарисовали себе такую картину – тут грязные тряпки, тут торгуют финиками… а тут стоит президент…

С. Мардан:

- На базаре, на базаре… Они называют это фудмаркет, но в переводе на русский язык это продуктовый рынок. Я вот в детстве в городе Запорожье ходил на продуктовый рынок. И вот я представляю, как посреди этого мясного ряда с отрубленными свиными головами и соленым прекрасным салом президент дает пресс-конференцию! Да, там было не так, конечно. Это бывший завод… завода, конечно же, нет, какой завод может быть на современной Украине! Но, впрочем, как и в современной России. Там теперь открыли кафе и рестораны, там собирается местная хипстота… и там, соответственно, украинский президент… а это был пресс-марафон, это была даже не пресс-конференция, туда журналистов запускали партиями, по-моему, по 10 человек, и он с ними разговаривал 12 часов. Значит, не вдаваясь в детали, в принципе, нас это очень слабо касается. Это примерно то же самое, если глава какого-нибудь Курганского района давал бы пресс-конференцию и мы об этом разговаривали…

Н.Фридрихсон:.

- Минуточку, он сказал, что Украина воюет все-таки с Россией… Все-таки он проговорил эту мантру прекрасную…

С. Мардан:

- Ну, прекрасно. Да, воюет. И что?

Н.Фридрихсон:

- Так что это нас касается…

С. Мардан:

- Украина вообще нас касается очень сильно, поэтому то, что пять лет, как говорят, пропагандисты говорят об Украине, извините, было бы странно, если бы они не говорили об Украине. А о чем еще говорить? О Сирии, что ли?.. Значит, коротко. Два куска. Во-первых, он опять говорил по-английски. Заткните ему пасть, украинские коллеги! Закройте ему рот! Запретите ему говорить по-английски. Он плохо знает язык. Его словарный запас меньше тысячи слов! Он говорит как турецкий продавец кожаных курток. Ну, если тебе задают вопрос… во-первых, я не понял, почему там этот американец задавал ему вопрос по-английски…

Н.Фридрихсон:

- Ты не понял другого – он потребовал от Зеленского ответа на английском.

С. Мардан:

- Я почувствовал, что это оскорбительно. И вопрос оскорбителен, и ответ целого президента страны не на державной мове тоже оскорбителен. Ну, бога ради, предположим, он бы где-нибудь в Уортоне и захотел бы блеснуть своим нью-йорским акцентом, но он говорил, как торговец кожаными куртками. Бедно, плохо, будучи не в состоянии выразить свою мысль. Это первое. Второе. Он в течение 12 часов врал и изворачивался. Причем, врал и изворачивался он не как политик, а как мелкая босота, которая пытается впарить тебе китайские ботинки под видом итальянских.

Н.Фридрихсон:

- А можно конкретный пример?

С. Мардан:

- Конечно, есть конкретный пример. На вопрос – а что вы думаете, дорогой Владимир Александрович, по поводу языкового закона и то, что с 1 сентября 2020 года все без исключения школы на Украине переходят на преподавание исключительно на украинском языке? Да вы что? Я ничего об этом не знаю. Я спрошу у моего министра. Нет, я вообще считаю, что языковой вопрос раскалывает страну и вообще я считаю, что этим не надо заниматься, но то, что вы сказали, - я выясню.

Н.Фридрихсон:

- Ну, он молодец. Слушай, тема больная, он спокойненько сдал назад…

С. Мардан:

- Это называется не готовиться… То есть, понятно, что это один из ключевых там 10 вопросов, которые тебе будут заданы.

Н.Фридрихсон:

- Он просто ушел от ответа. Ты ж понимаешь разницу. Он просто не готов был давать однозначный ответ. И он от него ушел.

С. Мардан:

- Я понимаю, что мы избалованы прямыми линиями с Путиным. Путин никогда в жизни так не отвечал.

Н.Фридрихсон:

- Зеленский – Путин?

С. Мардан:

- Так то-то и оно, что он не то что не Путин, он даже близко не Путин… Он просто по интеллекту - провинциальный конферансье…

Сменим тему. В Ростовской области воспитательницу детсада уже уволили из-за того, что она объяснила детям значение фразы «посадить на кол». Откуда она вообще взялась, эта тема и почему это надо было объяснять? Вы понимаете, что современные дети книжек не читают, родители, которые выплачивают ипотеку, им тоже ничего не читают…

Н.Фридрихсон:

- Сереж, ты упустил важнейший момент – мы говорим не об обычном детском саде – это коррекционный детский сад. Понимаешь, в силу того, какая дискуссия стала дальше разворачиваться, тот факт, что это был коррекционный детский садик играет ключевую роль. То есть, там дети с особенностями развития.

С. Мардан:

- Значит, по тому, как это обсуждается в медиа и в соцсетях, этот нюанс на самом деле почти для всех абсолютно несущественен. Я имею в виду тех людей, которые говорят о том, что эту гадину действительно не просто нужно было уволить, а еще дать ей волчий билет, что она мразь, сломала психику детям… то есть, они это экстраполируют на своих детей, на знакомых и т.д. То есть, речь сейчас идет о том, что детей нужно максимально оградить от жестокости, а не ломать им психику вот этими жуткими картинами. Можно я процитирую? Итак. Сказка «Конек-Горбунок». «Если ты недели в три не достанешь мне жар-птицу в нашу царскую светлицу, то, клянусь я бородой, где-нибудь, хоть по водой, посажу тебя я на кол. Вон, холоп. Иван заплакал». Я «Конек-Горбунок» знаю с детства практически целиком. Он не просто мне нравился, это вот текст, который льется из сердца. То есть, он настолько русский, что, если что детям и читать, то, с моей точки зрения, даже не у «Лукоморья дуб зеленый», хотя это идеальный русский текст, в принципе, то есть, детское ухо его настолько органично воспринимает, что его и можно считать идеальным русским текстом. Сказка Ершова – это вторая вещь, которая должна стоять на полке любого человека, который хочет, чтобы его дети владели русским языком как русским.

Н.Фридрихсон:

- Слушай, но насилия там много. И в кипятке сварить, и на кол посадить… ты помнишь вообще историю появления «Конька-Горбунка»? Что этот Иван поймал прекрасную кобылицу, запрыгнул на нее, а она ему и говорит – отпусти меня, я тебе рожу двух красивых коней и одного уродца…

С. Мардан:

- У тебя смешалась, по-моему, немножко «Сказка о царе Салтане»…

Н.Фридрихсон:

- Нет, ты что. Я тебе предысторию говорю, откуда конек-горбунок взялся. Дальше он отводит ее в стойло, дальше сказка умалчивает, что в этом стойле происходит, через три дня она ему рожает двоих красивых коней и одного конька-горбунка. Дальше братья тырят у него красивых коней, пытаются отвезти на базар продать и начинается вся эта история…

Ладно, с нами на связи Мария Шабанова, корреспондент «Комсомольской правды»-Ростов. Здравствуйте. Мария, скажите, вот сама преподавательница, которая уволена, требует восстановить ее на работе, вернуть удержанную зарплату в размере 200 тысяч рублей и хочет так же моральную компенсацию – 30 тысяч рублей. Как люди реагируют в Ростове и Таганроге на этот скандал?

С. Мардан:

- Нет, нет, я с главного. Мария, скажите, пожалуйста, откуда родилась вообще эта тема? Вот я встречал в медиа, что эту воспитательницу дословно цитировали дети. Я понимаю, она читала им сказку, кто-то из детей спросил – а что такое посадить на кол – и дальше следует цитата… ее, что, записывали, там видеозапись ведется или как? Откуда взялось-то? Или это в пересказе ребенка?

М. Шабанова:

- На самом деле были материалы суда и в суде дети и сама учительница передавала дословно, что она говорила. В частности, она сказала, что посадить на кол означает проткнуть человека – кол проходит через все тело и человек умирает. Эти слова подтвердила преподавательница и дети потом после этой сказки, когда пришли домой, начали задавать вопросы родителям.

С. Мардан:

- Как можно посадить человека на кол?

М. Шабанова:

- Да. Обеспокоенные родители, конечно же, стали бить тревогу, потому что за этой преподавательницей, якобы, уже числились нарушения. В частности, она говорила одной девочке, что у нее проблемы с улыбкой – у нее кривые зубы и ей не стоит улыбаться… якобы проводила какие-то обряды вот именно во время этих занятий по изгнанию дьявола.

Н.Фридрихсон:

- Подождите. А это доказано как-то? Или это опять в пересказе детишек?

М. Шабанова:

- Нет, это на самом деле уже рассматривалось в суде и во время судебного заседания сама преподавательница подтвердила эти факты.

С. Мардан:

- О том, что она проводила обряды по изгнанию дьявола?

М. Шабанова:

- Да. Ну, все подавалось не совсем так, но в принципе факт этих обрядов она подтверждала.

Н.Фридрихсон:

- Что за обряды были?

М. Шабанова:

- Они там зажигали свечи, ели какую-то селедку…

С. Мардан:

- Ха-ха-ха!! Так вот же на самом деле тема-то какая была! Чего они докопались до сказки Ершова! Если воспитатель детского сада заставляет есть селедку с зажженными свечами и малюет пентаграммы на полу – вот это лютый ад на самом деле!

М. Шабанова:

- Да, вот эта сказка стала уже последней каплей, потому что там все-таки дети с особенностями развития и, собственно, родители не хотели, чтобы такой человек работал с детьми.

Н.Фридрихсон:

- Мария, а как же замяли скандал с пентаграммой?

М. Шабанова:

- Нет, нет, про пентаграмму я ничего не говорила. Она подтвердила, что она просто рекомендовала есть селедку, потому что она помогает изгонять дьявола. И, в частности, вот были такие моменты, сейчас этот педагог пытается оспорить в суде все это, пытается найти работу, но по профилю ее нигде не берут, хотя у нее 30-летний опыт работы с детьми. И в этом детсаду она проработала целых 9 лет.

Н.Фридрихсон:

- И за 9 лет всего два таких нарушения?

С. Мардан:

- Два обряда изгнания дьявола с помощью селедки. Супер! Мария, спасибо большое.

Хотелось бы узнать, а вы детям как объясняете вот эти парадоксальные моменты в русских народных сказках, связанных с колесованием, четвертованием, расчленением, поеданием живых людей… Пишите нам. Я считаю, прекрасная история, мне очень нравится… Нет, конечно, будь я жириновцем, я тут же двинул бы телегу о том, что женщина должна сидеть дома и воспитывать детей… Но… слушай, вот система начального детского образования пронизана вот всяким контролем, там непрерывные проверяющие, директор этого детского сада в течение всего рабочего дня ходит постоянно по группам и смотрит, что происходит. То есть, вот человек 9 лет там работал, 9 лет кормил детей селедкой – и что, об этом никто не знал?

Н.Фридрихсон:

- Это мне кажется странным. Тем более, послушайте, если вы хотите цензурировать, зачем вообще такие сказки включаете в программу? Понятно, что у каждого ребенка будет вопрос – что значит съел Красную шапочку, а что значит вспорол живот, сел на кол и т.д.

С. Мардан:

- Нет, это периодически всплывает, мы начинаем стебаться – а, какие американцы тупые, дебилы толерантные, они исключили из школьной программы и выкинули из школьных библиотек «Хижину дяди Тома», потому что Марк Твен использует слово «негр»… и вообще там к неграм такое специфическое юморное отношение сквозит… То есть, с точки зрения современной толерантной Америки «Приключения Тома Сойера и Гекельберри Финна» это совершенно запретная книжка. Да, в некоторых местах это доходит до идиотизма. Но здесь же сейчас речь идет о том, что… ну, хорошо, пункт первый – она не должна была объяснять детям кусок текста? Как? Это невозможно…

Н.Фридрихсон:

- А ты знаешь, что вот эту сказку «Конек Горбунок» много раз цензурировали и в последний раз в 2007 году татарские активисты потребовали проверить книгу на экстремизм!

С. Мардан:

- Да, да, потому что там фигурируют татары… ну, вообще в русской литературе татары фигурируют постоянно, они б вообще запретили бы практически всю русскую литературу. Только ничего у вас не получится! И Казань мы взяли. И поэтому татарин в русской литературе вот именно такой. Но это же не имеет отношения к современной жизни…

Н.Фридрихсон:

- Ну, судя по описанию, ничего ужасного-то она и не сказала.

С. Мардан:

- Я с детства обожал сказки. Русские народные сказки, наверное, у меня дома были в пяти изданиях. Вот как только я научился читать, я их перечитывал до бесконечности. Если помните такую сказку «Хаврошечка»… помнишь присказку: «Спи, глазок! Спи другой!»...

Н.Фридрихсон:

- Нет.

С. Мардан:

- В общем, там была сирота, у которой мама умерла, а папа женился на очередной тетке, там были злые сестрицы – одна трехглазая, другая двуглазая, третья одноглазая… И единственное существо, которое любило сироту, это была рябая корова, которая помогала этой сироте переделывать всю непосильную домашнюю работу. И злая мачеха говорит старику – иди режь рябую корову. Я дальше цитирую: «Старик и так, и сяк, что ты, старуха, в уме ли? Корова молодая, хорошая». Режь, да и только. Делать нечего, стал точить старик ножик. Хаврошечка про это спознала, в поле побежала, обняла рябую коровушку и говорит – коровушка-матушка, тебя резать хотят». Дальше вот количество вопросов, которые должны возникать у современного ребенка. Во-первых, он должен начать, по идее, немедленно плакать, казалось бы… Зарезать – это как? Убить? «Коровушка ей отвечает – а ты, красна девица, моего мяса не ешь, а косточки мои собери, в платочек завяжи, в саду их схорони и никогда меня не забывай. Каждое утро косточки водой поливай» и т.д.

Н.Фридрихсон:

- Господи! Какой ад! Это детская сказка?

С. Мардан:

- В русских сказках этого полно. В нецензурированных сказках Афанасьева есть чудесная сказка, когда старуха померла, а сыновья ее месяц не хоронили, а держали в холодном сарае. Я уж не помню, с какой целью, но в русском фольклоре этого полно. Вообще, в любом народном фольклоре этого полно. Поскольку это классическая средневековая культура, это нормально, это все равно что как у Франсуа Рабле там на 8 страниц обсуждается, чем лучше подтирать задницу.

Н.Фридрихсон:

- Нет, ну это концептуально.

С. Мардан:

- И Франсуа Рабле пишет, что лучше всего подтираться молодым гусенком, потому что он мягкий и нежный. Видимо, прочитав этот кусок, родилась туалетная бумага «Зева» и ее рекламный слоган – нежная, как пух. Я что хотел сказать? То есть, вот эти дебильные обсуждения о количестве жестокости в жизни, от которой нужно ограждать детей, они рождаются в головах взрослых людей. В головах больных взрослых людей. Давайте спросим человека, который нам звонит, сталкивался он с таким безумием или нет? Денис, здравствуйте. У вас в жизни было такое безумие с воспитателями?

Денис:

- Вы знаете, я вот слушаю и что-то таким идиотизмом это все попахивает… Но нам в детстве объясняли, ну, на кол посадить… но у меня, по-моему, не случилось никакой психологической травмы…

С. Мардан:

- Вы уверены в этом?

Денис:

- Конечно.

С. Мардан:

- Хорошо. А сейчас что?

Денис:

- …ну раньше было просто и крепостное право, и казни… В другом мире мы просто сейчас живем.

Н.Фридрихсон:

- Денис, ну а то, что это коррекционный детский сад? То есть, детишки с особенностями. Может быть, действительно не стоило?

Денис:

- Ну а как по другому объяснить? Я не знаю. Наверное, надо говорить так, как есть. Ты ж не расскажешь, что на кол посадить это что-то приятное… Нет. Как по другому объяснить?

Н.Фридрихсон:

- Ну, сказать, что такая форма наказания.

Денис:

- Мне кажется, что нельзя раскидываться кадрами, которые с 30-летним стажем. Мне кажется, она знает лучше родителей, как надо воспитывать.

С. Мардан:

- Вас не смущает, что она совершала обряды изгнания дьявола с помощью селедки?

Денис:

- Я, наверное, это прослушал…

С. Мардан:

- Да, наверное… а это главная фишечка… Ладно, спасибо. Так, кто еще? Владимир. Здравствуйте.

Владимир:

- Здравствуйте. В детстве мне очень много сказок родители читали, пока я не умел читать, и у нас даже в школе было, когда мы в начальной школе учились, мы в сельской школе, директор школы у нас преподавал русский язык. И очень строгий был. И он всегда говорил так перед каждой сказкой: «Сказка ложь, но в ней намек – добрым молодцам урок!» То есть, к сказкам надо относиться как к теории жизни…

Н.Фридрихсон:

- Давайте так. Если бы ваш ребенок маленький спросил – что такое посадить на кол? Там в возрасте трех лет, к примеру. Вы бы стали объяснять так, как эта преподавательница?

С. Мардан:

- Нет, нет, в три года в детский сад никто не ходит.

Владимир:

- Я бы коротко сказал – значит, человеку сделал очень больно и после этой боли он мог умереть. Вот и все.

С. Мардан:

- А она сказала, что его проткнули…

Владимир:

- Ну, это лишнее… Это такие издержки нынешней психологии, образования и т.д.

Н.Фридрихсон:

- Так правы родители, которые возмутились, на ваш взгляд?

Владимир:

- Я не думаю. Сложности здесь никакой нет. Надо просто в деталях разобраться и не надо ее увольнять. Это просто глупо.

Н.Фридрихсон:

- Кстати, действительно, а, может, проблема-то не в педагоге и не в сказках? Может, проблема в современных родителях? Сейчас уже много идет разговоров, и исследований, что современные родители немножечко неадекватны бывают. В плане вопросов ограждения ребенка от всего плохого в этом мире. Дай волю – колпак оденут.

С. Мардан:

- То есть, если говорить конкретно об этой ситуации, я, скорее, на стороне родителей. Понятно, что эти люди находятся в постоянном стрессе, они сами в постоянном психозе – у них больные дети. Естественно, они остро реагируют на каждую подобную вещь… Если это коррекционный детский сад – это не нормальные, это больные дети… И преподаватель должен, конечно же, это учитывать.

Н.Фридрихсон:

- А я не согласна. Они будут жить в нашем с тобой мире, а не в отдельном каком-то. Соответственно, они должны понимать, как этот мир устроен… Кстати, вот на западе другой подход к таким детям, поэтому там эти люди лучше интегрированы в общество, чем у нас.

Ну что, переместимся на дальние рубежи нашей родины. Наш большой друг и партнер Эрдоган никак не может отстать от Сирии и начал там военную операцию, которая имеет потрясающее название – «Источник мира». Значит, на территории Сирии еще идет гражданская война, там есть такие чудесные ребята, которые называются курды. Курды вели наземные боевые операции против боевиков так называемого Исламского государства, запрещенного в России… В 2016 году они получили американскую протекцию и стали создавать так называемую свою автономию, которая получила условно название Западный Курдистан. Напомню, курдов порядка 40 миллионов по всему миру, но своего государства у них нет. Так вот, Эрдоган заявляет, что вот эти самые сирийские курды аффилированы с Рабочей партией Курдистана, которых Эрдоган считает террористами. Соответственно, с криком, что он ведет борьбу против терроризма таким образом и защищает безопасность своей страны, он начал операцию «Источник мира». И еще важный момент. Американцы в этот раз отказались поддерживать курдов. Если в 2016-м, когда войска Асада пытались забрать у курдов отбитые ими автономии, американцы с воздуха их прикрывали, то теперь, когда Эрдоган начал операцию, американцы умыли руки. Кстати, господин Пушков по этому поводу уже написал твитт, что курдов кинули. Давайте разберемся.

С нами на связи Саркис Цатурян, главный редактор ИА "Реалист". Саркис, доброе утро. Давайте попробуем еще раз набрать Саркиса. Так, тут еще очень важный момент – российская сторона пока выдерживает паузу, пытается понять, что происходит… А вот мировое сообщество уже осудило турецкую операцию. Даже Иран заявил, что то, что происходит, немножечко неприемлемо.

С.Мардан:

- Саркис, чего там происходит? Объясни, пожалуйста, чтобы вот простые люди поняли.

Н.Фридрихсон:

- Чего хочет Эрдоган:

С.Цатурян:

- Коллеги, я вижу две причины основные. Первая причина международная – Эрдогану нужно взять под контроль трассу М4, которая идет из Мосула на Камышлы и далее на Латакию…

С.Мардан:

- А зачем ему эта трасса?

С.Цатурян:

- Потому что через эту трассу проходит трафик, в том числе, легальный и нелегальный.

Н.Фридрихсон:

- Трафик чего?

С.Цатурян:

- Наркотики. Это довольно-таки автобаны. Более того, через этот маршрут иранцы намерены строить железную дорогу на Латакию. Именно поэтому Иран получил базу в самой Латакии, для того, чтобы в перспективе наладить одну из веток Шелкового пути.

Н.Фридрихсон:

- Саркис, на твой профессиональный взгляд, без прикрас, вот Пушков говорит, что американцы кинули курдов, а Россия курдов кинула?

С.Цатурян:

- Ну, Россия не занималась курдами вплотную. Я напомню, что в 2015 году сюда приезжал Салех Муслим и просил поддержки. В итоге ему сказали прямо – что лучше работать с американцами. То есть, Россия свою инициативу упустила в этом направлении. То есть, однозначно говорить о том, что вот такие курды плохие, они никому не нужны и все их кинули, я бы сейчас не стал, потому что Пентагон все равно курдский проект не бросит, он его ведет на протяжении десятилетий и здесь еще непонятно, чем это все закончится для самого Эрдогана.

Н.Фридрихсон:

- Что ты имеешь в виду?

С.Цатурян:

- Я бы хотел еще отметить внутриполитический фактор. Ведь Эрдоган начинает войны с курдами ровно тогда, когда у него начинаются проблемы с оппозицией, либо рушится сама политическая конструкция внутри страны. Ведь на местных выборах по большому счету Эрдоган проиграл – он проиграл Стамбул и Анкару – тималистам(?) и в нынешней ситуации эта война призвана, в том числе, и объединить его однопартийцев, потому что партия сыпется активно, в сентябре ее покинул Ахмет Давутоглу, бывший премьер-министр. Летом 2019 года ее покинул вице-премьер Турции Али Бабаджан, который намерен создать свою политическую партию. Его поддерживает Абдулла Гюль, бывший президент Турции….

Н.Фридрихсон:

- Маленькая победоносная война нужна ему, в общем-то, как говаривал классик?

С.Цатурян:

- Да. А будет ли она? Потому что речь идет о 40 тысячах хорошо вооруженных людей и, я думаю, что Пентагон все равно, не прямо, так косвенно, будет в любом случае поддерживать курдские объединения.

Н.Фридрихсон:

- А чего сейчас-то руки умыли? Почему в 16-м они с воздуха их прикрывали, когда Асад хотел с курдами решить свои проблемы, а теперь, когда Эрдоган пошел на них войной, при том, что Сирия не часть Турецкой республики, американцы отошли в сторону. В чем логика?

С. Цатурян:

- Я думаю, что это было сугубо политическое решение Трампа, потому что за год до выборов президента ему не нужен лобовой конфликт внутри НАТО, он же позиционирует всю свою внешнеполитическую программу, что он везде выводит войска…

Н.Фридрихсон:

- Ой, ну ладно, сказал бы он Эрдогану – не лезь к курдам… и все. И, скорее всего, Эрдоган бы переиграл.

С. Мардан:

- С чего бы вдруг он переиграл?

Н.Фридрихсон:

- Потому что Эрдоган не пошел бы на открытый конфликт с Трампом.

С. Мардан:

- Я тебя умоляю. Вопрос курдов – это вопрос национальной безопасности Турции. Именно так.

Н.Фридрихсон:

- Это в представлении Эрдогана.

С.Мардан:

- Да в любом представлении.

С.Цатурян:

- Здесь один нюанс очень важный. Дело в том, что сирийские курды ни разу не нападали на турецкую границу сами по себе. Ни одного такого случая на сегодняшний день не зафиксировано.

Н.Фридрихсон:

- Но Эрдоган же говорит, что они связаны с Рабочей партией Курдистана.

С.Цатурян:

- Эрдоган может привязать все, что угодно, но в реальности курды для него это прикрытие. Курды той же Турции для него это электоральная база. Вы знаете, здесь очень сложный такой момент, потому что он не воюет против курдского народа как такового. Ему нужны коммуникации.

Н.Фридрихсон:

- Согласись, это уже небольшое лукавство. Мы все помним, когда была гражданская война в Турции, на юго-востоке, - у нас полыхал юго-восток Украины и юго-восток Турции – и все говорили, что зачистки, которые проводились, они проводились не только против представителей Рабочей партии Курдистана, а что погибали и простые граждане, которые просто были курдами.

С. Цатурян:

- И кто специально это все спровоцировал? Это все спровоцировала турецкая разведка, для того, чтобы под прикрытием этой войны Эрдоган смог провести перевыборы и укрепиться в парламенте. Для того, чтобы не делить власть ни с кем. Это была сугубо операция, направленная на то, чтобы объединить вокруг Эрдогана ядерный курдский, в первую очередь, электорат, который за него потом на перевыборах проголосовал, и он укрепил свою власть…

С. Мардан:

- Саркис, прошу прощения, сколько в Турции курдов?

С. Цатурян:

- Где-то 27, может быть, 28 миллионов.

С. Мардан:

- Это из 80-миллионного населения?

С. Цатурян:

- Да.

С. Мардан:

- То есть, их, мягко говоря, до фига?

С. Цатурян:

- Их много. Это одна из крупнейших групп…

С. Мардан:

- Я так понимаю, что подавляющее большинство этих людей абсолютно лояльны Турции и считают себя скорее турками, нежели идентифицируют себя как курдов, так или нет?

С. Цатурян:

- Турецкие курды – это как наши советские украинцы, которые после распада Советского Союза остались жить в России. Они так же себя считают частью турецкого общества…

С. Мардан:

- Хорошее сравнение, согласен. Да, вы теперь русские, а если хотите считать себя еще и украинцами, ну, о кей, играйте на бандуре и раз в неделю устраивайте этнографические какие-нибудь сходки. Согласен! Верная национальная политика. Эрдоган нравится!

Н.Фридрихсон:

- Если такое действительно отношение у турецких курдов, то как они реагируют на то, что Эрдоган сейчас устраивает в отношении сирийских курдов? Поддерживают его, что ли?

С. Цатурян:

- Турецкие курды, конечно же, в основном поддерживают Эрдогана. Если бы они его не поддерживали, Эрдоган бы не находился 20 лет у власти.

С. Мардан:

- Слушай, если треть населения страны не поддерживала бы Эрдогана, то Эрдоган не был бы президентом, очевидно…

С. Цатурян:

- Господа, я учился с турками, я много довольно общался и я обратил внимание на следующую ведь. Рядовых турок не волнует восстановление Османской империи вообще никак. Им это абсолютно неинтересно. Им важно, чтобы росли доходы, чтобы лира крепчала и чтобы создавались рабочие места. А она не крепчает, создаются проблемы и именно поэтому Эрдоган проиграл Стамбул, проиграл Анкару…

С. Мардан:

- Ясно. Спасибо большое, Саркис. Так, давайте по-простому – чем нам интересны курды, Сирия? – самый простой ответ: ничем, конечно же.

Н.Фридрихсон:

- Неправда.

С. Мардан:

- Ну, это тебе интересно. А нормальному человеку это ничем неинтересно. На мой взгляд, есть только один нюанс, почему нам имеет смысл на это пристально смотреть… Не только потому, что мы там уже который год – с 2015-го – восстанавливаем власть законного правительства, там летают наши самолеты…

Н.Фридрихсон:

- Ты понимаешь, какие выгоды нам это дает? Прагматичные. Они тебя касаются и меня касаются в итоге…

С. Мардан:

- Меня вообще не касаются…

Н.Фридрихсон:

- Касаются. Ты станешь жить богаче в итоге. Лично ты.

С.Мардан:

- Если мы начнем восстанавливать Сирию? Безусловно, мы начнем жить богаче. То есть, как только мы потратим несколько миллиардов долларов на восстановление Сирии, мы немедленно начнем жить богаче.

Н.Фридрихсон:

- Вот опять пошла штамповка. С чего ты взял, что там речь идет об этом?

С.Мардан:

- Об этом год назад говорили… Надана, любая война стоит денег. В том объеме, в котором она идет эти четыре года… замечательно, я, как патриот, как взрослый человек, да, я одобряю – небольшая локальная война это прекрасно.

Н.Фридрихсон:

- Ради чего, как ты считаешь? В чем прагматизм? Ну, когда мы вмешивались в эту историю?

С.Мардан:

- Хорошо. Я тебе отвечу, как я думаю. Мы туда вмешивались по одной простой причине. Для того, чтобы дать по яйцам Соединенным Штатам Америки. Ближний Восток для Штатов это действительно зона жизненных интересов, поэтому, если мы туда аккуратно влезли и можем им периодически мошонку сдавливать, чтобы они повизгивали, не от удовольствия, это имеет смысл.

Н.Фридрихсон:

- Ты прямо мне сейчас Сатановского напоминаешь…

С.Мардан:

- По крайней мере, это способ начать разговаривать. Потому что мы им неинтересны. Америке не о чем с нами разговаривать. У нас нет экономических отношений, наш товарооборот равен практически нулю. Никакой разрядки и разоружения нет – это ушло из повестки дня мировой 20 лет назад. Поэтому для того, чтобы уважаемых партнеров, по крайней мере, посадить за стол переговоров и время от времени с ними разговаривать, эту повестку надо было придумать. Вот ее и придумали. Я вижу это себе так.

Н.Фридрихсон:

- Давай проще. Вот Асад нам задолжал колоссальную сумму денег, ты прав, мы много чего вложили.

С.Мардан:

- А кто предлагал туда вкладывать деньги? Ну, кто вкладывает деньги в территорию, где идет война? Только идиот. Что значит задолжал?

Н.Фридрихсон:

- Задолжал. Потому что военная операцию, которую мы проводили, она делалась не из любви к искусству. Как ты считаешь, как Асад будет с нами расплачиваться?

С.Мардан:

- Да никак он не будет расплачиваться.

Н.Фридрихсон:

- Будет. Очевидной вещью. Будет расплачиваться территориями. Это нефть, это газ, это логистика, это торговля. И тот, кто этим управляет и разрабатывает, получает колоссальные дивиденды.

С.Мардан:

- Нам нечем торговать! Наша торговля – это труба «Дружба» и газопровод…

Н.Фридрихсон:

- Сережа, торговые пути! Кто их контролирует, тот получает процент с этого.

С.Мардан:

- Какие торговые пути? Что мы можем контролировать с помощью трех фрегатов? Ты что, смеешься, что ли?

Н.Фридрихсон:

- Представь себе, Сирия восстанавливается в исходных границах, Асад остается как президент. Он нам задолжал. И он нам отдает на разработку нефтезалежи газа и т.д. Мы строим газопровод или, как минимум, его контролируем, газопровод, в том числе, будет направлен в сторону Европы, Катар с нами ведет переговоры, потому что у него выхода просто не будет. Мы имеем процент.

С. Мардан:

- Удивительно! И ты во все это веришь?

Н.Фридрихсон:

- А почему нет?

С.Мардан:

- Нет, в принципе, можно верить во что угодно, я согласен.

Н.Фридрихсон:

- Нет, давай прагматично, ты контролируешь колоссальный кусок…

С.Мардан:

- Мы ничего не контролируем.

Н.Фридрихсон:

- Сейчас – да. Я говорю на перспективу.

С. Мардан:

- Слушай, с такой удаленностью от театра военных действий мы ничего контролировать не можем… Для того, чтобы контролировать торговые пути, нужно строить военных кораблей столько, сколько их строит Китай… Потому что Китай заинтересован в контроле торговых путей, потому что он ведет глобальную торговлю в колоссальных масштабах. Мы не ведем никакой торговли. Мы по трубе качаем нефть и газ. Все. Нам ничего больше не надо. Никакой доступ мы не получим…

Н.Фридрихсон:

- Вот смотри, если Асад остается, мы получаем. Если уходит Асад и приходит любой другой политик, вот здесь под вопросом.

С.Мардан:

- А тебе-то зачем? Тебе как бы есть дело до того, получил Лукойл концессии или не получит? Мне насрать на это.

Н.Фридрихсон:

- А мне нет.

С.Мардан:

- Почему нет? Вот лично тебе, гражданину Российской Федерации, зачем, получит Алекперов концессии там после Ирака еще в Сирии или нет? Мне на это плевать. Меня интересует, чтобы они построили два новых нефтеперегонных завода, а еще лучшей – нефтехимический комбинат, чтобы они не зараженную хлором нефть гнали через Белоруссию, чтобы Батька потом нам выкручивал причиндалы, а делал из нее полиэтилен и пластмассу. А они за 30 лет так не научились и не хотят ее делать.

Н.Фридрихсон:

- Европейцы будут делать полиэтилен и пластмассу.

С.Мардан:

- Так европейцы и делают из нашей нефти и газа полиэтилен и пластмассу. А наша там сволочь, гадина, сидит и качает нашу нефть, которая, пока в земле, называется общенародным достоянием, а после того, как пробурили в земле дырку, она становится активом частной компании. Вот как устроена жизнь. Я не оцениваю – это ни хорошо и ни плохо – так устроено. Я говорю это к тому, что мне наплевать на то, что будет там какая-то частная нефтяная или даже государственная нефтяная компания зарабатывать больше денег или не будет. Государственная нефтяная компания в Венесуэле уже офигенно заработала. Много заработали?

Н.Фридрихсон:

- Давай не сравнивай. В Венесуэле нефть очень тяжелая, ее надо долго перерабатывать…

С.Мардан:

- Тем не менее, американцам и французам это удавалось… Слушай, эффективность наших иностранных инвестиций я бы оценил так – если бы отделение Сбербанка давало кредиты бродячим цыганам. Вот это ровно то же самое. Может, вернут, а, может, не вернут. Скорее всего, не вернут. Поэтому Сбербанк им кредиты не дает.

Н.Фридрихсон:

- А что плохого, если европейцы будут покупать в больших объемах нашу нефть, чтобы делать пластик и полиэтилен?

С.Мардан:

- Да ничего хорошего! Плевать я хотел на эту страну. Она далеко. Она для меня не существует. Это просто некое слово, которое там звучит с экрана телевизора – вот что такое Сирия.

Н.Фридрихсон:

- Что плохого, если мы будем покупать немецкие машины, в производстве которых будет наша нефть, которую у нас же купят?

С. Мардан:

- Начнем с того, что автомобили Мерседес со следующего года должны делаться в Московской области рядом с городом-героем Солнечногорском и я предпочел бы, чтобы там максимальное количество деталей делалось, в том числе, из русской пластмассы, а не гнали эту гребаную нефть на те же нефтехимические комбинаты в Румынию, в Польшу и в Германию. За 30 лет в общем было бы неплохо хотя бы базовую переделку сырья сделать, а не продавать постоянно людям истории про то, что мы получим доступ к очередным нефтяным месторождениям. Плевать я на это хотел! А потом без всякого участия в войне тот же Лукойл получил концессии на разработку нефти в Ираке. Ну и что?

Н.Фридрихсон:

- Ну, там была немножко другая ситуация.

С.Мардан:

- Да какая разница?

Н.Фридрихсон:

- Большая разница. Нельзя вот это все смешивать в один салат.

С.Мардан:

- Надан, ты же знаешь, что я презираю геополитику, не люблю про нее говорить, поэтому хотел бы эту тему повернуть вот в каком ключе. Почему я считаю это важным? Вообще Турция исторически очень похожа на Россию. Турция – это бывшая Османская империя, в которой жили там десятки и сотни народов. Соответственно, по результатам первой мировой войны империя распалась и Ататюрк придумал, на самом деле, турецкую нацию. Но никакой турецкой нации в жизни не существовало.

Н.Фридрихсон:

- Политическую нацию он придумал. Кстати, не самый плохой вариант он предложил.

С.Мардан:

- Он придумал вообще единственно возможный вариант. Потому что по другому быть не могло. Потому что, если бы он сказал, что в нашу страну теперь входят только турки, то те 26 миллионов курдов, которые живут в границах Турецкой республики, сказали бы – нет, минуточку, мы не турки, мы – курды. Тем не менее, Ататюрку путем как бы установления вполне себе тоталитарного фашистского режима удалось…

Н.Фридрихсон:

- Ну, ну, ну…

С.Мардан:

- Именно так. Режим Ататюрка – это классический фашистский режим. Ничего плохого я в этом слове не вижу. В то время полмира из себя представляло стандартные фашистские режимы.

Н.Фридрихсон:

- Называя его фашистским, ты сгущаешь несколько краски… с другой стороны, те, кто не любит геополитику и не хочет в нее вникать, в принципе, ограничивается штамповками – там фашисты, тут фашисты и вот они все идут… это, в общем, наверное, правильно.

С.Мардан:

- У меня нет вопросов к Беннито Муссолини на самом деле. У меня вопросы к немецким национал-социалистам. Вот и все. Но то, что туркам удалось создать политическую нацию и то, что они рассматривают курдов угрозой себе – это нормально.

Н.Фридрихсон:

- Тут вот нам в комментариях пишут, что, якобы, мы забыли про Саратов и про то, что там произошло. Нет, не забыли. Вот уже переходим к этой теме. В Саратове нашли убийцу 9-летней Лизы Киселевой, которую считали пропавшей. Девочка вышла утром из дома два дня назад и пропала. Волонтеры, полиция искали ребенка, задействовали все возможные ресурсы, к сожалению, девочка погибла и, по предварительным данным, подозревается 35-летний Михаил Туватин, ранее судимый за насильственные действия сексуального характера. Якобы он сознался в преступлении и показал, где находится тело. Люди в Саратове требуют расправы…

С.Мардан:

- Люди не требуют, люди там пытались совершить суд линча, но давайте спросим об этом корреспондента «Комсомолки» в Саратове Александра Уриевского. Александр, здрассьте. Что происходит?

А. Уриевский:

- Ну, люди просто разошлись по домам, действительно, потому что новой никакой информации нет и нет смысла оставаться…

Н.Фридрихсон:

- Где они собирались, расскажи по порядку.

А. Уриевский:

- Да, значит, вы должны понимать, что несколько тысяч человек занимались поисками, официально даже нам вчера подтвердили в штабе, больше двух тысяч у них подписалось. Еще огромная очередь стояла у них на входе в школу, где готовили поисковиков. И все эти тысячи людей занимались поиском девочки по всему городу. Когда ночью поступила информация о том, что задержан подозреваемый и он сознался и указал место, где спрятано тело, вы представляете, все эти надежды и воодушевления этих людей, в какие чувства они переродились мгновенно… И вот эти сотни людей направились частично к отделу полиции в центре Саратова, где предполагалось, что туда отвезут подозреваемого, а часть людей направилась к месту, о котором стало известно, где найдено тело. Это гаражи на улице Высокая. И там несколько сотен человек собралось, туда подъехали автомобили полиции… неизвестно на самом деле до сих пор, был ли в этом автомобиле подозреваемый или нет, потому что туда проникнуть людям не удалось, но, по крайней мере, известно точно, что полиция, для того, чтобы осадить толпу, которая собирались просто линчевать, если найдет, этого человека…

Н.Фридрихсон:

- Смотри, они думали, что подозреваемый находится в машине. Они, что, действительно хотели его голыми руками разорвать, что ли?

А. Уриевский:

- А вы не видели просто этих людей. Да. Но, повторяю, представляете, какая смена чувств и настроения произошла у сотен людей одновременно? И был такой выплеск агрессии, и даже досталось немного полиции, хотя она как бы тут совершенно не при чем… И камни летели в машину, и пришлось применить газ полицейским, для того, чтобы отогнать от себя людей… В общем, это действительно было столкновение и люди действительно собирались добраться и могло произойти все, что угодно.

Н.Фридрихсон:

- А кто слил информацию, что конкретно Михаил Туватин, 35 лет, совершил преступление – кто слил людям эту информацию? Это ж должна быть закрытая какая-то история, нет?

А. Уриевский:

- Да, я с вами согласен, что это должна быть закрытая история. Но поскольку в поисках принимали участие не только волонтеры, не только неравнодушные горожане, принимали участие спасатели, принимали участие полицейские – то есть, люди, которые имеют определенный доступ к определенному роду сведениям. И эта информация стала известна практически сразу, как только появилась информация о том, что нашли тело. Появилась сразу информация о фамилии, появились его фотографии, хотя, естественно, до сих пор официально СК и другие правоохранительные органы хранят молчание, кроме того, что вот сегодня появилось в лентах, что арестован подозреваемый 35-летний мужчина. Это полностью совпадает с теми данными, которые вчера ночью были оглашены среди людей.

Н.Фридрихсон:

- Чего дальше? Вот сейчас они разошлись. Туватин, вероятный подозреваемый, находится где-то в застенках полиции, правильно? Чего народ хочет дальше? Очевидно, что его будут судить. Будут ли они по новой собираться и какие у них требования? Отдайте нам его, чтобы порвали или что?

С.Мардан:

- Слушай, да ничего не будет. Эти вещи либо срабатывают сразу, либо не срабатывают…

А. Уриевский:

- Да, действительно, если бы его сразу тогда каким-то образом полиция отдала, то да, его бы, скорее всего, растерзали. Сейчас, конечно, говорить о том, что этот суд линча в реальности состоится, маловероятно. Потому что все-таки ночная агрессия спала, часть людей, которые приезжали сюда из других городов, уже начала разъезжаться. Но сейчас это приняло следующую форму. Опубликована петиция на одном известном сайте, который собирает эти петиция, которая называется «Смерть за смерть ребенка». Вот сейчас мы за ней наблюдаем, 15 минут назад у нее было 8000 подписантов, сейчас уже больше 10000. Речь идет о смертной казни и об отсутствии возможности на реабилитацию.

С.Мардан:

- Ясно. Спасибо большое. И вот на какую тему мы выходим, которая даже не раз в год, она раз в месяц возникает в повестке и она также уходит в песок, и ничего не меняется, потому что с 1999 года в России действует мораторий на смертную казнь.

Н.Фридрихсон:

- Но вот Саша нам сказал важную вещь – идет активное голосование.

С.Мардан:

- Это голосование идет все время. Но давайте мы тоже запустим голосование…

Н.Фридрихсон:

- А я добавлю, что, пока идет в очередной раз эта дискуссия, я с тобой согласна, что она периодически поднимается, вот есть, в частности, новость – в России нашли альтернативу смертной казни. Об этом заявила председатель комиссии по развитию общественной дипломатии Елена Сутормина. И в качестве альтернативы высшей мере наказания предложили полную и пожизненную изоляцию от окружающего мира.

С.Мардан:

- Когда профессиональные общественные деятели, которые ни дня в своей жизни не работали, выступают с очередной инициативой, бессмысленной, такой же, как и вся ее бессмысленная жизнь… я против того, чтобы даже упоминать это имя. Человек, который всю жизнь проработал в комитете защиты мира, – она как представляет себе пожизненную изоляцию? Они сидят там в этих тюрьмах каким образом? Они так и сидят с пожизненной изоляцией. Но только в отношении убийц и насильников точно так же действует система УДО и они выходят. Понимаете, люди, убивавшие людей, люди, убивавшие детей, выходят на свободу. Даже пожизненное заключение здесь не ра-бо-та-ет. Это возвращаясь к вопросу, вот который мы обсуждали в предыдущей получасовке, когда дети спрашивают воспитательницу – а посадить на кол это как? Ну, вот пишут здесь простые русские люди – вот кого надо посадить на кол! Вот если бы его этой ночью посадили бы на кол, я бы вместе со всеми остальными люто аплодировал бы и говорил – правильно, молодцы!

Н.Фридрихсон:

- А ты сам смог бы принять участие в таком линчевании?

С.Мардан:

- Такие вещи происходят в состоянии аффекта.

Н.Фридрихсон:

- Но, как ты считаешь, ты бы мог?

С.Мардан:

- Без всякого сомнения. Если бы я находился в Саратове, и если бы я был в том же состоянии, в котором находились тысячи этих людей, конечно, я мог бы принять в этом участие. Это абсолютно стадный фактор. Тут работает психология толпы.

Н.Фридрихсон:

- Согласна. Что делать дальше? Ты убил человека…

С.Мардан:

- Я считаю, что России наконец нужно отречься от этого подлого, бессмысленного, гнусного наследия ельцинских времен, когда мы изо всех сил хотели понравиться цивилизованному миру, когда мы ввели этот мораторий. Как можно было вводить в 1999 году мораторий, когда у нас в 1999-м в тюрьмах сидел почти миллион человек и из них почти 40% были убийцы.

Н.Фридрихсон:

- Сколько было казнено людей перед тем, как на самом деле поймали Чикатило? Сколько людей было предано смертной казни, перед тем, как поймали настоящего Чикатило?

С.Мардан:

- Смотри, есть издержки.

Н.Фридрихсон:

- Ничего себе издержки. Невиновных людей казнили!

С.Мардан:

- Есть судебные ошибки. Всегда. Вообще государственное устройство это бездушная и жестокая штука. И если государство хочет каким-то образом поддержать внутри себя порядок, чтобы люди никого не линчевали, как это могло случиться этой ночью или, как, допустим, три дня назад это случилось в Мексике, когда мэра города привязали к пикапу и протащили его по улице… Это умилительная картина, но это то же самое линчевание. Так вот, если государство не хочет этого видеть, потому что это грозит распадом государства и массовыми убийствами, тогда оно должно карать преступников!

Н.Фридрихсон:

- Слушай, это прямо речь ЛДПР!

С. Мардан:

- Это не речь. Для этого достаточно прочесть русскую правду Ярослава Мудрого – смерть за смерть. Убил человека – тебе отрубили голову. Украл – тебе отрубили руку…

Н.Фридрихсон:

- Суд нужен для этого. Суд. А у нас нет судебной системы идеальной.

С.Мардан:

- Да, конечно, государев суд, как угодно, пусть специальным решением, пусть там тройка рассматривает смертные приговоры, пусть Конституционный суд… мне все равно, кто будет это рассматривать. Убийцы детей должны быть казнены.

Н.Фридрихсон:

- Вопрос, как доказать, что именно этот человек совершил преступление.

А в «Коридорах власти» на прямой связи с нами Дмитрий Смирнов, специальный корреспондент «Комсомольской правды». Доброе утро, Дима.

Д. Смирнов:

- Доброе утро.

Н.Фридрихсон:

- Мы обсуждали то, что произошло в Саратове – что люди пытались устроить самосуд и вообще после этого в обществе в очередной раз поднялась дискуссия: надо ли снимать мораторий на смертную казнь? Скажи, пожалуйста, вообще какое-то мнение по этому поводу в коридорах власти существует?

Д.Смирнов:

- Устойчивая, многолетняя, подтверждающаяся практикой позиция президента Российской Федерации - в России смертной казни нет.

Н.Фридрихсон:

- А почему? Вот действительно за смерть ребенка – смерть за смерть… Люди этого хотят.

Д. Смирнов:

- Тяжелая тема. Сейчас я получаюсь в роли адвоката этого человека…

Н.Фридрихсон:

- Нет, просто разные мнения существуют, не все единогласно поддерживают смертную казнь, поэтому даже не думай, что адвокатом, просто скажи, как считаешь и что говорят.

Д. Смирнов:

- В России отменена смертная казнь, общество гуманизируется, как мы в это верим, постепенно, с ходом прогресса, и отмена смертной казни – одна из вех на этом пути. И как бы ни казалось соблазнительным отомстить тому или иному человеку или негодяю, или просто подонку за его злодеяние, все равно нужно оставаться людьми, нужно оставаться в рамках вот какого-то поля, в котором мы идем, и не отвечать злом на зло, хотя зло бывает, конечно, совершенно вопиющим и я, окажись среди этих людей в Саратове, я наверняка был бы единодушен с ними. Тем не менее, есть люди, которые нас ограничивают, сдерживают и не дают скатиться…

С.Мардан:

- Понятно. Ладно. Хорошо. Дим, скажи, чего там в Ашхабаде?

Д. Смирнов:

- А я не знаю, что в Ашхабаде, меня туда не пустили.

С. Мардан:

- А почему? Ааа, я помню, помню… ну-ка, напомни, что ты оскорбительное про Гурбангулы…

Д. Смирнов:

- Честно говоря, я не знаю чего оскорбительного, но действительно туркменские друзья не дали мне визу, просто отказали, без объяснения причин, мы тут среди своих друзей посоветовались – возможно, это из-за каких-то заметок в «Комсомольской правде», возможно, из-за моего конкретного твитта про щенка алабая, который Гурбангулы Бердымухамедов подарил Путину, держа за шкирку, а Путин потом взял его нежно на ручки и я там сказал – ну, сравните, как держит один и как держит другой. В общем, на что-то обиделись…

С.Мардан:

- Ну да, тебе там и написали, что один держит просто как пастух бывший, а второй держит как городской житель, для которого собака это друг. Вот и вся разница. То есть, ты, да, оскорбил целый народ, я считаю.

Н.Фридрихсон:

- Отдельного представителя, я бы сказала.

Д. Смирнов:

- Ни народ, ни представителя я не оскорблял, я просто предложил людям сделать свои выводы…

Н.Фридрихсон:

- Дим, тогда вопрос очень важный. Бердымухамедов, насколько я понимаю, написал какую-то новую книгу, надеюсь, ты ее уже прочел?

С. Мардан:

- Ой, он любит собак! Хороший человек!

Д. Смирнов:

- Да, была презентация книги про алабаев, более того, он дарил ее всем министрам своим. Я не знаю, может, вот сейчас он участникам саммита ее подарит… Но не пустили-то нас не просто в гости к туркменбаши, да. Это саммит глав СНГ, это международное мероприятие, это примерно то же самое, что не пустить дипломатов на сессию ООН.

Н.Фридрихсон:

- Вот Дима такой скромный человек… меня не пустили в Туркменистан – это как вот не пустили делегацию в ООН.

Д. Смирнов:

- А там не одного же меня не пустили. В прошлый раз, когда с Медведевым летели, не пустили наших коллег из другого московского издания, «Московского комсомольца». В этот раз они даже и не пытались туда ехать. Это не первая практика.

Н.Фридрихсон:

- Ладно, скажи, пожалуйста, а вот наш президент Владимир Путин, которого пустили в Туркменистан…

С. Мардан:

- Если бы они его не пустили, я боюсь, он мог туда приехать просто на танках Т90 Армата в следующий раз. Поэтому затруднительно нашего президента куда-то не пустить…

Н.Фридрихсон:

- Да. О чем там повестка все-таки, о чем там Путин будет говорить?

Д. Смирнов:

- Там сессия лидеров стран СНГ и, предполагается, что будут обсуждать интеграцию, экономические связи и расширение свободной торговли.

Н.Фридрихсон:

- С туркменами?

Д. Смирнов:

- Ну, там не только туркмены…

С. Мардан:

- А я вообще с удивлением узнал, что СНГ еще существует, оказывается… и даже оно собирается… и у нас с Туркменией даже есть что-то общее, хотя у нас нет общих даже границ… Я живого туркмена-то видел последний раз лет 25 назад…

Д. Смирнов:

- А знаешь, почему ты туркмена видел последний раз 25 лет назад? Потому что это страна единственная постсоветская, в которой есть не только объездные, но и поездные…

С. Мардан:

- Да, я знаю прекрасно. Ну, во-первых, их всегда было очень мало, они небольшой, компактный народ, и туркмена живого я видел в армии. Не буду делать выводы по впечатлениям от одного человека, но…

Н.Фридрихсон:

- Ну, расскажи, какой человек-то был?

С. Мардан:

- Ну, нормальный дикий человек, который алабая поднимает за шкирку. Пастуха забрили и отправили служить в советскую армию. Зачем-то его отправили учиться быть командиром установки залпового огня… Это было совершенно бессмысленно. Поэтому живут они почти 30 лет самостоятельно – и слава тебе, господи, пусть живут. Ну, если им удобно числиться в СНГ, хорошо. Хотя для меня симптоматично, что то, что Туркмения является членом СНГ, говорит только об одном – что никакого СНГ, конечно же, нет.

Д. Смирнов:

- Мы посмотрим итоги этого саммита и сделаем выводы.

С. Мардан:

- Скажи, пожалуйста, а ты сам-то как думаешь, ну, понятно, что наш президент человек занятой и вряд ли он поехал бы получать в подарок книжку про алабая – наверное, есть какие-то внятные цели и задачи на этой странной территории у Российской Федерации. Нам чего от них надо-то?

Д. Смирнов:

- От них нам ничего не надо. Это же саммит СНГ, туда приезжает Белоруссия, Армения…

С. Мардан:

- Я понимаю, но понятно, что никакого СНГ нет, пока туда не приехал русский президент!

Д. Смирнов:

- Ну, правда в том, что да, если бы Владимир Путин туда не приехал, мы бы это и не заметили. Это да. Ну, заодно, попутно, обсудить вот со всеми коллегами какие-то свои вопросы, которые между… Россия и Узбекистан, Россия и Армения, Россия и Таджикистан…

Н.Фридрихсон:

- Хорошо. Дим, и в трех словах – по Сирии. Какие мысли и настроения по этому поводу известны тебе в наших коридорах власти?

Д. Смирнов:

- Последний комментарий вчера дал помощник президента Юрий Ушаков, который сказал, что вопрос очень чувствительный, ситуация очень сложная, с одной стороны, мы понимаем и турок, которым очень сильно надо свои границы зачистить, с другой стороны, мы понимаем, что сейчас вот мир в Сирии начал только устанавливаться, и очень легко его любым способом взорвать… там хоть курдскую тюрьму разгромить и выпустить всех игиловцев, хоть курдов перенастроить в другую сторону, хоть еще что-то… поэтому мы следим и Владимир Путин, не зря вот этот звонок был, перед началом операции, Эрдоган позвонил лично Путину.

С. Мардан:

- Спасибо, Дима.

Итак, нужна ли в России смертная казнь? Или не нужна? Если есть, что высказать, звоните или пишите.

Н. Фридрихсон:

- Послушаем мнение Тамары Плетневой, председателя комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей.

Т.Плетнева:

- Я с первой Думы говорила, что должна быть смертная казнь. За самые страшные преступления, особенно против детей. Маньяки всякие, все. А у нас все демократия. И всех мы жалеем и кормим потом их, идиотов.

Н. Фридрихсон:

- Резко, надо сказать.

С. Мардан:

- Две последние новости в контексте. Очень же странно работает массовое сознание. На что-то оно реагирует, на что-то не реагирует. Новость от 21 августа 19-го года. По УДО в Удмуртии освободили насильника ребенка. Колония, где отбывал наказание житель Удмуртии, изнасиловавший маленького ребенка, бла-бла-бла, даже была вынуждена выступить пресс-службы республиканского УФСИН, которая сказала, что она выступала против УДО. Но его освободили. Его по суду освободили! Это к вопросу, что вы сейчас начинаете голосовать. Понимаете, есть конкретный судья в этой Удмуртии, который принял решение об УДО человека, изнасиловавшего ребенка!

Н. Фридрихсон:

- Это чудовищно. С другой стороны, есть практика освобождения по УДО.

С. Мардан:

- По УДО не освобождают людей, которые украли упаковку шоколада! Слушай, это взрослые семейные люди, у них есть дети. На основании чего судья, с какой мотивацией мог вынести это решение?

Его осудили. Факт преступления подтвержден. О чем идет речь?

И последняя новость из Татарстана. Мать пятилетней девочки из Татарстана пытается добиться реального наказания для Дамира Миннигалямова, совершившего насилие над ее дочкой. Суд признал 30-летнего мужчину виновным и приговорил к пяти годам принудительных работ, хотя наказание по этой особо тяжкой статье предусматривает от 12 лет лишения свободы. Конкретный судья! Педофил получил принудительные работы! Это понарошку.

Н. Фридрихсон:

- Этот Михаил Туватин, которого подозревают в убийстве Лизы Киселевой, он тоже отбывал наказание за преступление на сексуальной почве.

Александр с нами на связи.

- Доброе утро! Мы живем в капиталистическом государстве. И справедливость здесь покупается.

С. Мардан:

- Америка капиталистическое государство, которое казнит сотни людей ежегодно. Убийц и насильников.

- В нашем капиталистическом государстве все можно купить. И суд, и милицию.

Н. Фридрихсон:

- Заявление спорное. Вы за смертную казнь?

- Я за, потому что я жил в США достаточно долго, знаком с законами в Штатах. Применяется это не так, как говорит ведущий, что там попадет под раздачу невиновный.

Н. Фридрихсон:

- Я про Штаты такое не говорила.

- Те, кто приговорены к смертной казни, ждут приговора несколько лет. Иногда до 10-15 лет.

С. Мардан:

- Это я знаю.

- Потому что полиция проверяет.

Н. Фридрихсон:

- А в России как это будет действовать, на ваш взгляд?

- Нужно повторить систему США, потому что если умные люди один раз сделали, нужно просто повторить за умными людьми. И не нужно ничего выдумывать.

Н. Фридрихсон:

- Мнение принято. От слов к практике. Вы уверены, что не будут у нас отправлены на смертную казнь невиновные люди?

С. Мардан:

- Мы ни в чем не уверены.

Александр, здравствуйте!

- Я за смертную казнь, но чтобы судили не наши судьи вот эти вот озверелые.

С. Мардан:

- А какие? Американские?

- Суд присяжных. А их выбирали из простых людей. И пускай преступник докажет, что он не совершил это преступление.

Н. Фридрихсон:

- У нас презумпция невиновности, надо доказать, что он совершил преступление.

- Это пускай полиция доказывает. И присяжные поверят, если он не делал.

Н. Фридрихсон:

- Радикальные у нас настроения.

С. Мардан:

- Когда пытаются представить народ неким неразумным существом, которому можно продать все, что угодно, который принимает решение под влиянием эмоций, я говорю, что это большая ложь. Народ мудрый. Это опыт. Все говорят, что нужно. Общество должно себя защищать. Отсекать больные члены, которые не подвергаются лечению

И тут же вопрос. А что делать с этими судьями? Решение о смертных приговорах будут принимать вот эти же самые судьи, как этот судья из Удмуртии, которая приняла решение по УДО насильнику. Судья из Татарстана, которая присудила принудиловку педофилу.

Н. Фридрихсон:

- То есть, нужна сначала судебная реформа, а потом радикальные меры?

С. Мардан:

- Не знаю. Я понятия не имею, как. Я в этом смысле человек патриархальный. И как думал 30 или 40 лет назад, так думаю и сейчас. Убийцы и насильники должны уничтожаться. Чикатилы должны уничтожаться. Это естественная реакция организма.

Как работает нарыв в организме? Он выталкивает эту занозу. Или пулю. Инородный предмет, который находится в твоем теле, выталкивает. И пока не вытолкнет, воспаление не пройдет. Это ровно то же самое. Если в обществе возникает больное дьявольское существо, которое в состоянии убить ребенка, я отказываю даже в теме дискуссии. Отказываюсь обсуждать, что его можно и нужно перевоспитать. У него была в детстве травма, он посмотрел страшный фильм. Нет!

Н. Фридрихсон:

- Давай послушаем звонки. Наталья, здравствуйте!

- Здравствуйте! Я из Саратова. У нас произошел страшный случай.

С. Мардан:

- Мы про это и разговариваем. Вы за смертную казнь или против?

- Да, за смертную казнь. Нашли вчера этого урода. Я считаю, что он заслуживает смертной казни.

Н. Фридрихсон:

- А вы были вчера на народном сходе? Когда толпа пришла на место, где нашли ребенка. И была готова отбить у полиции подозреваемого.

- Нет, я на работе была. Не говорят ничего о насилии, но он ее убил. Он объясняет это тем, что она ему грубо ответила. Что это такое?

С. Мардан:

- Ясно. Объявляем результаты голосования. 82% позвонивших за смертную казнь.

Н. Фридрихсон:

- Ничего себе!

Давайте послушаем, что говорит Александр Брод, директор московского бюро по правам человека.

- Я являюсь убежденным сторонником моратория на смертную казнь. И не приму эту меру в связи с тем, что не нам, земным, дано право распоряжаться человеческой жизнью. Во-вторых, это не остановит насилие, не решит проблему одномоментно. И мы видим, что в странах, где применяется смертная казнь, нет желаемого исчезновения коррупционных преступлений, насильственных. И следующее обстоятельство – проблемы с правосудием, расследованием. Не исключены возможности злоупотреблений. И гибели абсолютно безвинных людей. Кстати, такое случалось в период расследования резонансного дела Чикатило, когда арестовывали и приговаривали к высшей мере людей, не имевших отношения к этому преступлению.

С. Мардан:

- Этот аргумент про то, что суд гнилой, коррумпированный и не правый, это дешевая попытка манипуляции сознанием.

Н. Фридрихсон:

- Но ты же согласен.

С. Мардан:

- С чем? С тем, что суд бывает не правым?

Н. Фридрихсон:

- Что судебная реформа нужна.

С. Мардан:

- Совершенно не нужна. Решением Верховного суда, указом президента, как угодно, принимается временное решение о том, что подрасстрельные статьи рассматривает специальный суд-тройка специальных заседателей, уполномоченных президентом РФ. Таких троек создается, допустим, полсотни штук. 150 честных судей, я уверен, в стране найти можно. Профессиональных.

Н. Фридрихсон:

- Сколько преступлений совершается, которые заслуживают, на твой взгляд, смертной казни?

С. Мардан:

- С стране сидит почти 200 тысяч убийц.

Н. Фридрихсон:

- Ты считаешь, что 150 судей справятся со всем?

С. Мардан:

- Уверен, что справятся.

Н. Фридрихсон:

- Думаю, нет.

С. Мардан:

- Я же не говорю о том, что нам нужно ввести, изменить срочно уголовный кодекс. И по русской правде ввести статью за убийство автоматическая казнь. Нет, конечно.

Н. Фридрихсон:

- В каком виде ты предлагаешь смертную казнь? Допустим, мораторий снимается. Расстреливать?

С. Мардан:

- Конечно.

Н. Фридрихсон:

- Ты с ума сошел!

С. Мардан:

- Почему? Ты предлагаешь рубить головы? О’ кей. Пусть будет так.

Н. Фридрихсон:

- Если ты говоришь про американскую систему, там инъекция делается.

С. Мардан:

- В разных штатах по-разному. Где-то электрический стул, где-то смертельная инъекция.

Н. Фридрихсон:

- А у тебя два варианта: либо расстрел, либо рубить головы!

С. Мардан:

- Я за скрепы, за традицию. Не, если к скрепам, тогда рубить головы.

Н. Фридрихсон:

- В Казахстане, например…

С. Мардан:

- Французы до 70-х годов использовали гильотину и ничего.

Н. Фридрихсон:

- Не спорю с этим.

С. Мардан:

- В 73-м году последняя башка была отрублена.

Н. Фридрихсон:

- Почему никто не рассматривает версию химической кастрации?

С. Мардан:

- Речь идет об убийстве. О жестоком убийстве ребенка.

Н. Фридрихсон:

- Химическая кастрация и пожизненное.

С. Мардан:

- Есть очевидная социальная проблема в обществе. Общество не понимает, не принимает так называемого гуманизма по отношению к исчадиям ада.

Н. Фридрихсон:

- Тридцать лет принимали же!

С. Мардан:

- Здоровое общество не готово принимать никакое милосердие по отношению к этим людям.

Н. Фридрихсон:

- Принимали с 99-го года.

С. Мардан:

- Никогда общество это не принимало. Все опросы, которые проводились в течение 20 лет, говорили о том, что более 80% граждан России голосуют за возврат смертной казни. Ив любом обществе, когда 80% населения требуют смертной казни, простите. Игнорировать это требование довольно странно.

Хорошо, народ быдло и тупой.

Н. Фридрихсон:

- Никто этого не говорил!

С. Мардан:

- Но вы мне логику объясните! Понимаю логику вечно пьяного Бориса Николаевича Ельцина в 99-м, который в алкоголической коме все время находился и подписывал все, что ему приносили. Тогда мы хотели понравиться цивилизованной Европе, а нам сейчас-то это зачем?

Отвечу на два аргумента относительно судебных ошибок. Судебным ошибкам ровно столько, сколько человеческой цивилизации. Первое упоминание о возможности судебной ошибки относится к известной притче о царе Соломоне, который судил двух женщин. Одни говорила, это мой ребенок, вторая, что это мой . На что царь сказал: разрубите его пополам. Пусть каждая возьмет себе по половинке. И та, которая сказала нет, оказалась его родной матерью.

Тут речь не о морали. О том, что вынесение судебного решения всегда связано с вероятностью ошибки. Идет ли речь о римском праве, о русском праве князя Ярослава, о судебных постановлениях викингов и так далее, любое человеческое общество даже на самых ранних стадиях развития исходило из чего? Есть нелюди, есть недочеловеки, которых общество должно отсекать. Это нарыв.

Н. Фридрихсон:

- Вот что говорят социологи. За последние 20 лет отмечается тенденция снижения числа россиян, которые поддерживают смертную казнь.

У нас звонок о т Михаила.

- Доброе утро! Сергей, я с вами полностью согласен. Только смертная казнь отрезвит этих скотов! По другому не получится никогда!

Н. Фридрихсон:

- Что будем делать с судебными ошибками?

- Как в США. Все тщательно проверяется и выверяется.

Н. Фридрихсон:

- Наша система судебная готова к этому?

- Пускай занимается своими делами, а не шикуют, как это у нас часто проходит в прессе, когда рассказывают нам о судьях, о прокурорах. Пусть они работают. И тогда будет порядок. И чтобы смертная казнь была публичной! Тогда другие скоты задумаются над этим.

А в Саратове уже все доказано!

Н. Фридрихсон:

- Нет. Пока ничего не доказано.

С. Мардан:

- Слушаем дальше. Владимир?

- Мне кажется, вы не так ставите вопрос. Дело в судейском корпусе. Живой пример. Я судим по статье 159. 4 – это мошенничество. Получил 8 лет. Отбывал срок в одной из колоний Нижегородского региона. В нашем отряде был человек 27 лет. У него изнасилование 8-летнего мальчика, грабеж и разбой. Он сидел 12 лет.

С. Мардан:

- Что вы думаете по поводу смертной казни?

- Дослушайте. Я подавал на УДО четыре раза, меня не освободили. Его освободили с первого раза.

С. Мардан:

- Спасибо за звонок.

Н. Фридрихсон:

- Что за странная практика6 По УДО отпускать совершающих такие преступления!

С. Мардан:

- Это не единичный пример. Иначе судья из Удмуртии не решился бы вынести такой приговор. Значит, это массово. После этого безумия, которое творилось этой ночью в Саратове, естественное действие, которое судебный корпус… Лебедеву продлили полномочия в очередной раз. Может он разнарядку по судам разослать. Подать отчет по всем решениям по УДО по насильникам в отношении несовершеннолетних. Кто, когда и на основании чего принимал эти решения? Поименно. И разобраться с этими судьями.

Н. Фридрихсон:

- Тут с тобой соглашусь.

Еще звонок. Павел?

- Здравствуйте! Смертная казнь, если надо, пусть будет. Но я за пожизненное заключение. У нас пожизненное дают от трех убийство и выше, вот пусть дают за одного. Пусть лучше мучается до конца своих дней.

Н. Фридрихсон:

- А за чьи деньги он будет мучиться в тюрьме? Разве не налогоплательщики его будут кормить?

- Налогоплательщики. Нет, пусть будет смертная казнь. Пусть будет.

Н. Фридрихсон:

- Вынуждена с тобой согласиться.

С. Мардан:

- Вводить мораторий на смертную казнь в стране, которая спустя год начала вторую чеченскую войну, это просто верх цинизма. Мы там двадцать лет, не прекращая, воюем.

Н. Фридрихсон:

- Не поняла. Логика?

С. Мардан:

- Простая. Государство должно быть беспощадным.

Н. Фридрихсон:

- А вот тут не согласна.

Послушаем Виталия Милонова.

- Я считаю, что убивать человека, который в тюрьме, неправильно. Он уже в тюрьме. Я не понимаю, как можно безоружного застрелить. Если вопросы, связанные с судебными ошибками, но не мы давали жизнь, не мы ее забираем.

Самое главное – не бравада, когда мы уже схватили его и хотим с ним что-то сделать. А главное – сделать выводы, как предотвратить подобные преступления.

С. Мардан:

- Как?

- Я два года бьюсь над законопроектом, который позволит сотрудникам, как во всех других странах мира, выявлять людей с педофильскими наклонностями через интернет.

Я настаиваю на том, чтобы поддержать мой законопроект, который позволит сотрудникам полиции выявлять педофилов через интернет. Это та технология, которая работает во многих странах мира, включая США. И ФБР это прекрасно делает. У нас до сих пор вшивые правозащитники и педофилы настаивают на том, что будет провокация. И их невиновного соратника обвинят в очередном преступлении. На самом деле, это нормально. Наркотики у нас распространяются, наркополиция работает именно таким методом, провоцируя дилеров на сбыт. И арестовывая их.

С педофилами так почему-то не хотят сделать. Через интернет можно выловить массу этих негодяев на сайтах знакомств, на социальных сетях. И, действительно, выкосить косой в нашей стране всю эту нечисть. Но почему-то пока боятся это делать.

Я категорически против. Считаю, что надо принять закон. И тогда этот негодяй, скорее всего, попался бы. Потому что сидя у себя дома, потный и вонючий, он точно был бы в интернете и пытался бы кого-то найти.

С. Мардан:

- Эта история явно не имеет отношения к интернету и соцсетям. Просто это животное шло по улице, увидел ребенка, обманул и заманил. И убил.

Вы считаете, что его не надо казнить?

- Я считаю, что казнить никого нельзя.

С. Мардан:

- Спасибо.

Н. Фридрихсон:

- В словах Виталия Милонова толика истины.

С. Мардан:

- У истины нет никакой толики. Есть просто человеческая логика. Решение, которое было принято в 1999 году, я не видел логики. И ни на минуту не могу этой логики понять. Заднем числом могу объяснить. Мы же цивилизованная страна, мы двигались, как Украина сейчас, в Европу. Хотели быть как Дания, в которой педофилы сидят в трехкомнатных камерах и смотрят телевизор. Я это все понимаю.

Мы-то какое отношение к этой Дании имели? Россия 1999 года! В стране сидело почти 900 тысяч человек по тюрьмам, из них до 30% сидели за убийство. А сколько было убийц не осужденных? Не пойманных! Многие помнят количества преступлений против личности. Убийств, когда убивали среди бела дня.

А почему убивали? Хорошо, закрыли на 20 лет, а по УДО ты вышел. Так сейчас на свободу выходят не просто убийцы. Люди, которые возглавляли преступные сообщества. Даже те, кто отсидели большие сроки, они сейчас выходят на свободу.

Вы полагаете, господа хорошие в Кремле или еще где, что человек, который 15 лет назад убил десяток других живых людей, должен выйти на свободу? Правда? И будет жить среди нас?

Представьте, вы живете в обычной двухкомнатной квартире в городе Ижевске. И к вам на площадку в соседнюю квартиру вселяется человек, ему за пятьдесят, наверное, поживший такой. Плохо выглядит, серое лицо, плохие зубы. И вдруг выясняется, что он недавно откинулся. Сидел он за убийство трех человек. Скажите сами себе, не мне, как вы себя чувствовать будете? Как будете ребенка выпускать поиграть во двор? А если вы еще узнаете, что этот человек сидел за преступление против детей? Вы как себя чувствовать будете? Вы считаете, что это гуманизация? Это нормально?

Н. Фридрихсон:

- И, тем не менее, ты призываешь сейчас к темным эмоциональным сторонам любого человека.

С. Мардан:

- Да что же в этом темного?!

Н. Фридрихсон:

- Ты рассказываешь сейчас всем нам, что ваш сосед может быть в прошлом осужден за педофилию. И всякий раз, отпуская ребенка вынести мусор, вы рискуете его жизнью.

С. Мардан:

- Так и есть.

Н. Фридрихсон:

- Ты же понимаешь, что дело не только в педофилах. В принципе, каждый раз, выходя на улицу, каждый из нас рискует. Попасть под машину, быть пойманным серийным маньяком и так далее.

С. Мардан:

- Только мы говорим о естественных реакциях общества.

Н. Фридрихсон:

- От этого не закрыться.

С. Мардан:

- 10 тысяч лет как существует цивилизация. Она, так или иначе, упорядочивает свое социальное существование. Даже в архаичным племенах, которые живут в дебрях Амазонки, точно так же существует наказание за убийство, скажем, соплеменника.

Наказание всегда одно – казнь!

Н. Фридрихсон:

- У нас тоже есть наказание – лишение свободы.

У нас звонок от Ирины.

- Здравствуйте! Я полностью поддерживаю смертную казнь, но с одной оговоркой. Я бы сначала дала наказание в виде 15, 20 или больше лет. А потом уже смертную казнь. Вот пускай сидит и знает, что впереди его ждет только смертная казнь. И за это время пусть он работает на благо общества, лес заготавливает, еще что-то. И периодически ходит и смотрит, как происходит смертная казнь с такими же, как он, уродами.

И это может исключить судебную ошибку, потому что за эти десять-пятнадцать лет, если возникнет действительный виновник преступлений, возможно будет каким-то образом оправдать.

Н. Фридрихсон:

- А вы это предлагаете конкретно к педофилам?

- Против детей, убийство, педофилия. Блин, я бы сама его разорвала, честное слово. Руками своими.

Н. Фридрихсон:

- Спасибо. Кстати, интересная позиция.

И у нас еще звонок.

- Игорь из Самары. Я в правоохранительной среде работаю. С одной стороны, я понимаю людей, которые хотят смертную казнь для таких преступников. Но вы примитивно подходите к судебной ошибке. Когда говорили про Чикатило тут, там было расстреляно несколько человек.

Вот судебная ошибка. Вот завтра придут и вашего родственника расстреливают. Это же судебная ошибка. Просто.

С. Мардан:

- Мы говорили не так. Мы обсуждали, что нам ничего изобретать не надо, а взять американскую систему.

- Я понимаю. Что такое судебная ошибка? Это лишили жизни невиновного человека1

С. Мардан:

- Спасибо!

Н. Фридрихсон:

- А вы кем работаете? Следователем?

- Я работал когда-то следователем, да.

Н. Фридрихсон:

- Спасибо.

С. Мардан:

- Итак, обсуждаем новости недели. Вчера случился юбилей, о котором никто не сообщил. Ни один сраный федеральный канал. Им до этого нет дела. Кто-то продолжает обсуждать Украину, кто-то войну в Сирии.

35 лет Павлу Дурову! Это человек, который создал ВКонтакте! После того, как заставили его продать ВКонтакте, создал еще одну гениальную историю – он создал Telegram.

Н. Фридрихсон:

- Который снова пытаются заблокировать.

С. Мардан:

- Это тот самый человек… Когда думал, с кем его сравнить, приходили в голову дурацкие образы. Это наш русский Стив Джобс, хотя некоторые поправляли, что Джобс – это человек на фронтлайне, а главный был Стив Возняк.

Н. Фридрихсон:

- Цукерберг.

С. Мардан:

- Нет. Сравнивают, да. Это наш русский Марк Цукерберг. Но я бы сказал по тому значению, которое Павел Дуров представляет для страны, это наш, наверное, новый Гагарин.

Н. Фридрихсон:

- А почему он наш, если он уехал? Из России и заявил, что не вернется.

С. Мардан:

- Он от этого перестал быть русским?

Н. Фридрихсон:

- Ты знаешь…

С. Мардан:

- Нет, у тебя странное есть пристрастие к тому, что идентику человека определяет паспорт. Насрать на паспорт!

Н. Фридрихсон:

- Не паспорт.

С. Мардан:

- Русский человек может жить в Киеве, в Нью-Йорке, в Дели. Все равно. Если он себя осознает русским.

Н. Фридрихсон:

- Как так получилось, что мы наше золото, я без сарказма, к Павлу Дурову отношусь с большим уважением…

С. Мардан:

- Как он оказался в городе-герое Лондоне?

Коротко объясню. Павла Дурова заставили продать ВК.

Н. Фридрихсон:

- Кто заставил?

С. Мардан:

- Его прессовали менты, ему шили уголовные дела.

Н. Фридрихсон:

- Полиция там вообще не фигурировала.

Н. Фридрихсон:

- Что ты! Его обвиняли в том, что он на белом «мерседесе» кого-то давил в Питере. Вбрасывались совершенно подлые истории про то, что он разбрасывал пятитысячные купюры.

Н. Фридрихсон:

- Это не вброс. Он сам вел трансляцию.

С. Мардан:

- Унижая добрых русских людей!

Н. Фридрихсон:

- Но раскидывал же!

С. Мардан:

- И после этого унижения ВКонтакте купил добрый русский человек Алишер Бурханович Усманов. И теперь наступила гармония и счастье. Я про Алишера Бурхановича ничего плохого сказать не могу.

Н. Фридрихсон:

- Отвечай на мой вопрос. Силовики выдавили из страны национальное достояние.

С. Мардан:

- Да. Его конкретно прессовали.

Н. Фридрихсон:

- А силовики сами по себе решили вдруг начать прессовать Павла Дурова?

Н. Фридрихсон:

- Силовиков в стране просто нанимают.

Н. Фридрихсон:

- Кто нанял?

С. Мардан:

- Алишер Бурханович, я полагаю.

Н. Фридрихсон:

- Ну, перестань. Усманов, засучив рукава, сказал: хочу ВКонтакте! Давайте я натравлю силовые структуры на Павла Дурова.

С. Мардан:

- Там еще Юрий Миллер есть. Алишер Бурханович просто богатый человек. Он профессиональный инвестор. У него полные кладовые золотых слитков и наличных американских долларов. Для этого он нанял умного еврея Миллера, который стал паковать ему…

Н. Фридрихсон:

- Это кто?

С. Мардан:

- Человек, который начал свою карьеру у Михал Борисовичу Ходорковского еще.

Н. Фридрихсон:

- Он адвокат?

С. Мардан:

- Он профессиональный инвестор. Великий IT-инвестор. Это один из немногих русских людей, известных во всем мире.

Алишер Бурханович умный человек. Он Миллера взял партнеров и сказал, вот бабло, давай. Я в этом ничего не понимаю. Говорят, что интернет – это круто. И Миллер с ним работает на протяжении, я так понимаю, последних десяти или пятнадцати лет. Он создал Мейл. Ру групп. Купили Вк, Одноклассники, практически все, что можно было купить. По состоянию на сегодня в стране есть два IT-гиганта. Это Мэйл. Ру групп и Яндекс. Ничего остального не существует.

Н. Фридрихсон:

- А Рамблер?

С. Мардан:

- Это кусок говна, который купил Сбербанк. Рамблер – это мертвец. Это когда-то было круто, потом он подох. И продолжает гнить в списке активов Сбербанка России. Может, им удастся что-то из этого сделать.

Мы сегодня говорим о 35-летии. Этому парню 35 лет! 90% людей в этом возрасте еще не самоопределившиеся. И разговаривают дурацкими категориями «нам же надо пожить»! Решить, кем хотим быть. «Я ищу себя». Идиот! Ему 35 лет, он уже миллиардер!

Ну, даже полдела, что он миллиардер. Он создал две великие истории. Это человек десятилетия. Говорят, что он сам по себе крайне неприятный тип. Он вставил себе волосы. Он раньше был лысый, потом, когда разбогател, ему пересадили волосы с задницы на голову. Теперь он такой весь импозантный. Не есть мяса десять лет. И периодически голодает. Он явно сумасшедший. Но это же не отменяет…

Н. Фридрихсон:

- От того, что люди не едят мяса, это не значит, что они сумасшедшие.

С. Мардан:

- Даже если бы он был гомосексуалистом, я бы к немцу хуже относиться не стал. Он великий. Просто великий.

Н. Фридрихсон:

- Смотрю за его фотографию с голым торсом.

С. Мардан:

- Портреты этого парня должны висеть в кабинетах!

Н. Фридрихсон:

- У кого?

С. Мардан:

- У всех. Не знаю, у министра связи, по идее.

Н. Фридрихсон:

- А у Усманова должен висеть?

С. Мардан:

- Я вам предлагаю вечером. Возьмите пива или водки. Павел Дуров, помимо того, что чокнутый вегетарианец, он еще и трезвенник. Но мы, как русские люди, должны отметить его день рождения.

Паша, дорогой! Развивай свой Telegram, чтобы главу Роскомнадзора Жарова разорвало от того, что в нем кипит! Строй великую новую интернет-империю! Славь Россию! Славь русский народ!