Китай поддержит Россию, потому что ему это выгодно
![](https://radiokp.ru/sites/default/files/styles/kp_fullnode_730_486/public/2022-03/karmanov-960-kh-640-1.jpg?itok=MMwxUh35)
С. Мардан:
- В эфире Радио «Комсомольская правда». Я – Сергей Мардан. Сегодня мы будем разговаривать с Русланом Кармановым, преподавателем из Гонконга. Главное – большим экспертом по Китаю.
Р. Карманов:
- Здравствуйте.
С. Мардан:
- Вы же в курсе, что у нас тут происходит?
Р. Карманов:
- Немного – да.
С. Мардан:
- Мы уже третью неделю живем в новой реальности. Мы думали, что мы тут в Европе и часть Европы. Оказалось, что ни черта мы никакая не Европа. Нас обложили всякими санкциями. И некоторые наивные люди предполагают, что сейчас великий красный Китай придет к нам на помощь. Я им пытаюсь объяснить, что историческая логика Китая немножечко другая. Но сталкиваюсь со стеной недопонимания.
Начнем издалека, максимально широко. Как вы думаете, возможная поддержка Китая какие формы может принять? А может ли так сложиться, что Китай решит, что ему лучше никакую поддержку в принципе России не оказывать в этой ситуации?
Р. Карманов:
- По факту, с формами поддержки Китая в данной ситуации никаких фундаментальных изменений не произошло. Есть несколько концепций, которых Китай придерживается достаточно долгое время. И одна из них – это то, что вокруг Китая, то есть вокруг срединного государства все должно быть стабильно и хорошо. То есть у соседей все должно быть нормально, чтобы Китай не находился в огненном кольце неприятностей.
Поэтому все имеющиеся на данный момент договоренности, планы по совместным проектам, по «Новому Шелковому пути», железнодорожная часть которого через нас идет, по производственным моментам, допустим, широкофюзеляжник, который сейчас разрабатывается, чтобы уйти от этой ситуации – только Boeing или Airbus, совместный российско-китайский, он уже в этом году запустился, есть тестовые полеты. Эти проекты идут.
Естественно, не надо переоценивать, что Китай как-то будет особо горой впрягаться. Китай, во-первых, исторически это никогда не делал. Страна всегда была достаточно закрытая. Во-вторых, у Китая вообще опыт работы за границей, то есть в плане международных отношений, он очень сложный. Китай никогда не имел колоний. Как только натыкается на ситуации, что надо чем-то удаленно управлять, немедленно начинает пасовать, потому что таких прям компетенций нет. У англосаксонского мира мы видим эту культуру колониальных менеджеров, у которых ротация жесткая, которых пачками высылают, они быстро с колоний резко добывают деньги, - вся эта бизнес-культура западная, когда приезжает на полгода поработать экспат, рубит косты, как они это любят говорить, немедленно выжимает все соки, увеличивает урожай бананов в колонии на пять процентов и с бонусом уезжает обратно к себе в Лондон хорошо жить. Вот этого в Китае нет вообще. Нет у них прослойки таких управленцев, исторически она не складывалась.
Поэтому в международной части Китай сидит тихо. Сяопин сказал, что мы будем сидеть тихонечко, пока у нас не будет сил, чтобы выйти. Но сейчас потихоньку начинают выходить на международную арену. Не только нейтралитетом и прочим. Но вписываться ни за кого. В прямом смысле слова. Китай будет четко пресекать агрессивные, с его точки зрения, действия, направленные против партнера – против России.
С. Мардан:
- У Китая есть своя стратегия, свой собственный профит, они ему железобетонно следуют. Меня поражает, до какой степени Китаем никто не интересовался по-настоящему. Мозгами, будущим, видением перспективы. Вся наша элита в широком смысле находилась в Европе. И сейчас никто не кинулся брать китайцев, чтобы иероглифы различать. Все по-прежнему пребывают в мире иллюзий.
Вероятно, мы в России начнем решать прикладные проблемы. Мы заблокировали Instagram, Facebook и потихонечку начинаем морально готовиться к блокировке Google. Китай эту историю прошел. И неплохо себя чувствует. Как войти в этот новый прекрасный мир без YouTube?
Р. Карманов:
- Для этого необходимо создать собственную инфраструктуру подобных сервисов, которая у нас во многом находится в очень плохом состоянии. У нас была давнишняя тема импортозамещения. Но оно многократно буксовало. И в части IT оно в большем плане стало не импортозамещением, а замещением продукции американской фирмы А на продукцию американской фирмы В. В результате чего у нас нет таких аналогов, сервисов. Потому что они просто не появились. Есть RuTube, который вроде как должен быть нашим YouTube. Пользоваться им я вообще не понимаю, как можно. Там какие-то безумно все долго работает, крохотный функционал. Он не из России еле живой. Я его из Гонконга не могу открыть. Я не могу прогрузить страницу, чтобы у нее аватарку сменить. Это делает сервис совершенно бессмысленным.
Как Китай уходит от сервисов Google? В приказном порядке запрещал пользоваться любыми заграничными почтовыми службами. Настолько, что даже Сноуден упоминал, что у АНБ четко от этого была боль. Они говорили: все нормальные чиновники в нормальных странах, типа Германии, сидят в гугловой почте. А китайцы – как-то нехорошо выходит. Сложно, работать надо, головой думать. Таких вещей множество. И сейчас эти узкие места начинают выползать.
У нас же куча коррупционных изначально айтишных связей с Украиной, потому что там очень дешевый IT-персонал. В результате куча проектов, которые вроде российские, патриотические, на которые потрачены условные сто миллионов, они выглядят так. На бумаге это стоит сто миллионов, на деле нанимается фирма украинская, которая за тридцать может сделать. А разница пилится. И в результате у нас получается, что то на таком госсайте лозунги валятся, то на таком. А все потому, что на аутсорс все отдается.
С. Мардан:
- Потому что хохлами все это написано.
Р. Карманов:
- Там нет крутых взломов. Это просто администрируют хохлы. Я столкнулся с тем, что есть крупная машиностроительная компания, у нее основные серверы, где учетные записи пользователей, в Харькове были. Дешевле. Они какие-то пятьсот баксов сэкономили, но сейчас их просто выключили. Они в спешке восстанавливают инфраструктуру. И такого множество. Это тоже надо было учитывать, такие геополитические риски. Что если вы берете самых дешевых исполнителей, которые за полкопейки перебегут куда угодно, идеологически вас ненавидящих, оно так и будет.
С. Мардан:
- Были не готовы к тому, что арестуют золотовалютные резервы, введут масштабные санкции Штаты и Европа. Но по какой причине восемь лет людям не хватило для понимания, что от Украины современной нужно было держаться максимально далеко, просто из чувства самосохранения?
Р. Карманов:
- Деньги. Все это коррупционные моменты. Куча госконтор, айтишных сервисов мыли деньги прямо на этом хронически. На Украине огромный пласт криминального IT. Если вы возьмете украинских айтишников по миру, это вывод денег через криптовалюту, через прочее. Есть на YouTube блогеры, они сидят и молодежи рекламируют всякие ставки на спорт. Куда ввел тысячу рублей, а мы тебе потом подсказочки сделаем, на что ставить, и ты быстро заработаешь. Это миллиардные доходы. Моется все через Украину. Даже в Гонконге есть конторы, которые сидят украинские. Как только финтех – это классика. Это есть Махмуд, владеющий тотализаторами в России, он выводит через украинские IT-сервисы в Гонконг деньги. Классика жанра.
Надо было с самого начала этого сторониться. Надо было четко сказать: ребята, вы обалдели совсем, из-за этого крохоборства. Дают менеджеру тысячу долларов, чтобы дизайн сайта нарисовать. Нет, он обязательно найдет хохла за 600 баксов, чтобы 400 долларов украсть. До такого доходило, притом в крупных конторах. И сейчас все это вылезает боком.
С. Мардан:
- Я тоже лет пятнадцать назад начинал с того, что покупал хохляцкий дешевый трафик и потом перепродавал его в России за огромные деньги, зарабатывал деньги для акционеров. Но это было давно.
Вы понятно объяснили на уровне IT-департаментов, они есть в любой компании. Но здесь две недели уже многие рвут волосы по всему телу и решают проблемы, о которых вы говорили. Но я задавал вопрос с точки зрения рядового обывателя. Как я поступаю. Я – гуманитарий. Мой технический опыт – где-то около нуля. Я понимаю, что в любой момент могут дернуть стоп-кран, не важно, откуда – из Калифорнии или Москвы, и я останусь с кирпичом в руке. С мобильным телефоном. У меня Android. При этом я понимаю, что существует огромный мир, в котором миллиард пользователей, которые без этого Android легко обходят. Научите, что применимо в России?
Р. Карманов:
- Именно из китайского опыта импортозамещения. Здесь от того самого Android отходить начали только сейчас. До этого Китай выкручивался по-всякому. Но по части мобильных операционок – тот же самый Android, с вычищенными гуглосервисами. Все гуглосервисы удалены полностью. Он нормально использовался.
С. Мардан:
- Это какой-то новый бренд? Или просто очищенный Android, который в Китае ставился?
Р. Карманов:
- Ставится по факту как своя операционка. Просто Android зачищен от сервисов, плюс свои некоторые штуки. Несмотря на то, Android позиционируется как открытая операционная система, от этой открытости толку не очень много. Кто туда имеет право добавлять что-то, это все проходит через фильтр того самого Google. Тема простая. Если у тебя есть программный продукт, в котором сто миллионов строк кода, то он может быть открытым, но все изменения в нем вычитывать надо. Надо все обновления отслеживать, уж не принесли ли они что-то нехорошее. Или постоянно вычищать этот код. Надо посадить ораву компетентных людей и сделать их ответственными за свои действия. Поэтому во многих случаях проще написать свое, чем китайцы и озаботились.
При этом уже имея свои сетевые операционные системы на сетевых устройствах. У них вопрос с инфраструктурными задачами тоже решен. Китай изначально импортозаместился по узким местам. Например, в промышленной части, для всяких контроллеров, для турникетов в метро есть маленькая старая операционка майкрософтовская, WinCE. На ней первые мобильники были, смартфоны лет пятнадцать назад, тогда еще со стилусом. Они купили ее целиком, вычистили код, и теперь это китайское. Вот так поступили, чтобы не писать совсем с нуля. Потому что под нее уже софт написан всякий.
Этот вопрос в Китае решался в несколько приемов, не глобально кнопкой вырубили, а в несколько приемов. И сейчас ситуация относительно хорошая. В куче китайских госучреждений работает до сих пор старенькая Windows ХР. Она завязана на китайский сервер обновлений. К ней не может прийти апдейт от Microsoft, который что-то там разломает. Вообще ничего не может прийти. Она кормится с китайского сервака. Поэтому она вроде как американская операционка, но они ничего не могут ей сделать, они не могут навредить централизованно условным китайским ЖЭКам где та старая Windows ХР стоит до сих пор и эксплуатируется, ей 21 год уже.
И всякие облачные сервисы. То, что сразу же сказали – ни в какие облака Amazon мы не пойдем, никакие офисные облака Microsoft типа Office 365 в принципе мы использовать не будем. И это жестко запретили. В Китае это регулируется очень просто. Сразу запрещается – и все. Говорится: разрабатывайте альтернативы. Кстати, это иногда ведет к очень интересным последствиям. В Китае есть VPS – офисный пакет свой. Он бесплатный для всех китайских пользователей. Государство спонсирует его разработку. Поэтому там проблемы, как заменить Microsoft Office, активации и прочее, китайцы вообще не знают. Там, грубо говоря, есть такой же Word, Outlook, Excel и прочее.
Импортозамещение – большая история. И Китай неоднородно к ней подошел. Но добился больших успехов. Вы же видите, что сейчас Китаю вот так хвост прищемить непонятно как. Штаты им не могут ничего выключить кнопкой. Это хорошо.
С. Мардан:
- В такой ситуации, в которой Россия оказалась, которая, видимо, будет только обостряться, вы бы снесли со своего телефона Android сейчас?
Р. Карманов:
- У меня Xiaomi простенький. Главное, чтобы фотографировал хорошо. Потому что я, когда по всяким горам хожу, делаю панорамные фотки. У меня на нем операционка на базеAndroid. Пока никаких проблем не испытываю. Хотя без Google-сервисов единичные приложения не работают. Самое смешно, наш Mir Pay не работает без Google-сервиса. Единственное приложение, которое позволяет мобильникам платить, потому что все остальные сейчас скинули российские карты, оно на телефоне, где нет Google-сервисов, не функционирует.
С. Мардан:
- То есть он работает только на Android и Apple?
Р. Карманов:
- Он на китайский телефон не с международной прошивкой, а с китайской становится, но не может запуститься, потому что чего-то там не хватает. Классическое поведение, когда Google-сервисов нет.
С. Мардан:
- Visa и MasterCard не работают. Вроде пока обходимся, а там чего его знает, может, мне чего-то надо будет купить. Как платить? На китайскую платежную систему имеет смысл заводить карту в России?
Р. Карманов:
- Связка, которую делают у новых карт – Mir плюс UnionPay, она самая рабочая. И это хорошо. UnionPay изначально китайская система. Она по количеству выпущенных карт больше, чем Visa. Просто у нас в силу западнопоклонничества Visa – наше все. У нас в этом плане интересная страна, что American Express в России до сих пор такой бренд престижный. А здесь вообще дико к этому относятся.
Когда сейчас и Visa, и MasterCard – американские системы. И японская JCB тоже – 140 миллионов человек, у них своя система. И наши все ругатели импортозамещения: ой, зачем, есть международная, - они то, что в Японии есть своя система платежная есть, они этот факт обходят, он не вписывается в картину .они тоже заблочили. Фактически остался UnionPay из больших работающих. Да, нужно.
Я вот нахожусь с товарищами на связи, конечно, российские банки немножко в тяжелой ситуации. У них физически пластика мало. Это же надо на страну перевыпустить на каждого человека по несколько карт.
А тут один завод в Подмосковье. Они деньги брать стали. Мне человек говорит, что завести UnionPay, чтобы тебе ее выдали в этот же день, можно в банке за 60 тысяч.
С. Мардан:
- Это легальная комиссия?
Р. Карманов:
- В банке сказали, что есть ускоренное оформление за 60 тысяч.
С. Мардан:
- Как я люблю старый добрый бизнес. Аж сердце радуется.
Р. Карманов:
- Безумные деньги можно сделать за эту карточку. У него счет открыт. Они говорят: да, электронную, виртуальную мы выпустим тебе пулей. А пластик в дефиците, есть очередь, но есть быстрая очередь.
С. Мардан:
- Это как для тех, кто торопился здесь привиться от ковида всякой блатной вакциной, которая потом, как выяснилось, ни фига не работает. А потом выяснилось, что и ковида на самом деле тоже никакого нет. Мы его тут официально победили.
Р. Карманов:
- А у нас, наоборот, только вверх цифры идут.
С. Мардан:
- Итак, китайский UnionPay. Объясните слушателям, как это работает. Ну, хорошо, предположим, есть у меня счет в русском банке, который эмитирует в том числе UnionPay. Соответственно, он через эту китайскую платежную систему делает конвертацию (я правильно понимаю?), и через UnionPay можно, типа, обходить эти самые санкции Visa и MasterCard?
Р. Карманов:
- Да, терминалы в основном по миру, которые принимаю Visa и MasterCard, они UnionPay делают, и банкоматы. То есть это просто параллельная процессинговая система, нужно лишь ее поддержку добавить. Есть случаи, когда это вшито прямо в чипы, и тогда терминалы надо заменять. Такое имеет место быть, но по факту в некоторых современных терминалах это всё программно делается. То есть современные терминалы, если посмотреть по приему платежей, поддерживают уйму всяких там Apple Pay, Huawei Pay, Google Pay, их одних, по-моему, десяток разных, плюс кучу карт, и UnionPay в том числе.
А по теме конвертации вопрос. Потому что, конечно же, где и как они конвертить будут. Visa и MasterCard – это системы старые, они конвертят с отсрочкой. Поэтому такое бывает, когда вы что-нибудь в зарубежном магазине купили, к вам потом приходит корректировочная эсэмэска из серии: мы досписали с вас столько-то рублей на следующий день. Или, наоборот, курс изменился. А UnionPay считает сразу же, поэтому там некоторые тонкости в применении будут. И, естественно, конверсия с долларом. Да, в этом проблемы есть. Поэтому вообще, когда вы сейчас видите любую новость из серии: Китай перестал что-то продавать России, перестал ввозить, - обычно все опирается во что? Договор в американских долларах. Они говорят: ребята, мы не вас блокируем, мы просто от вас эти баксы не сможем принять.
С. Мардан:
- Потому что они не хотят попадать под санкции на ровном месте.
Р. Карманов:
- Нет, просто американский банк платеж не проведет. То есть представьте, какой-нибудь условный московский торговый центр закупает штаны, чтобы выдать их за итальянские. Штаны шьют где-нибудь в Шеньчжене. Они как продаются? Они едут до Гонконга и контейнером едут по морю, например, или железной дорогой, если побыстрее надо. Но по факту это выглядит как договор московской конторы с гонконгской, он в долларах США. И поэтому на счет все поступает в Гонконг долларами США. А гонконгская фирма потом платит китайскому производителю, уже конвертируя из Гонконга на материк в юанях. Так вот, сейчас эта гонконгская фирма разводит руками и говорит: у меня ни один банк не протащит входящий платеж из России в баксах. Вот в этом вся проблема. То есть здесь куча народа, который находится в Гонконге, это просто посредники, которые закупают в материковом Китае всякое, чтобы не платить деньги, и плюс, чтобы какие-нибудь денежки откатить.
Поэтому эти всякие микроскандалы из серии: выступил чиновник Росавиации и сказал, что Китай отказался нам продавать запчасти для самолетов. Милый друг, ты же их покупал через гонконгскую прокладку, чтобы 20% к рукам прилипало, чтобы квартиру в Черногории купить. Какой Китай забанил? Китай говорит: официально покупай, только тогда налоги платить придется. А все хотят через Гонконг, потому что 0% налог-то с прибыли. И это сейчас массово, потому что схема валится просто. Просто здесь сидит условный SHBS или «Ситибанк», и они говорят: мы из России входящий платеж не обрабатываем. Всё, ваш договор перезаключайте, как хотите делайте, но мы не сможем из России платеж принять.
С. Мардан:
- Правильно я понимаю, что, по большому счету, для импортных операций, которыми тысячи компаний в России занимаются, просто нужно забыть про то, что существуют доллары и евро, и осваивать конвертацию рублей в юани?
Р. Карманов:
- Да, напрямую в валютах. Как мы сейчас с Индией начали. Тут же очень важная штука была позавчера, индусы даже сказали, что давайте мы не просто рубль – рупия торговать, давайте мы привяжемся к корзине валют с юанем. То есть представьте себе, ведь у условного Запада была совершенно светлая идея поссорить Индию с Китаем, и там это почти получалось, эти конфликты на границе и все прочее. Но сейчас из-за торговых вещей все дошло аж до того, что чтобы торговать с Россией, Индия уже говорит: давайте не просто без бакса, давайте помимо двух наших валют к юаневому курсу вязаться, чтобы надежнее было.
С. Мардан:
- А как это должно работать? То есть это три денежные системы фактически заключают некий замкнутый финансовый пакт?
Р. Карманов:
- Да. Сейчас же какая ситуация? Есть валютный своп. То есть у нас сколько-то рупий закуплено, в пуле лежит, а у них сколько-то рублей. И когда нужно конвертить, из этих пачек берутся для конкретных коммерческих сделок. И говорится: давайте мы конвертацию сделаем прямую, но привяжемся, например, в договорах, чтобы был дополнительный момент, что курс колеблется в рамках от стольких рублей, допустим, к юаню до стольких, чтобы третья валюта была. Такое можно сделать, и такое делалось всегда через бакс. Почему мы говорим «нефтедоллары»? Потому что Штаты четко продавили, что всю нефть в мире мы считаем в долларах, поэтому это как бы стандарт. А сейчас мало того, что уходят доллары из оборота, так еще привязка к юаню идет централизованная, что, конечно, для Штатов сейчас очень серьезно. Потому что огромные объемы долларов становятся невостребованными. Представьте себе, товарооборот с Индией, с Китаем. Эти две страны в сумме – 3 миллиарда человек, это половина планеты сразу же. И вот если доллар форсированно выкинуть, то всё, объемы упадут страшно.
С. Мардан:
- А стратегическая заинтересованность Индии и Китая в этом есть – уйти от доллара?
Р. Карманов:
- Они же видят сейчас на примере России, какие вводятся санкционные меры, и все это примеряют на себя. Сейчас же весь мир насладился тем, как условный Запад начинает «по-честному» работать, как только ему на хвост наступают. То есть все эти благородные джентльмены, которые любят в кино так себя показывать, они ведут себя совершенно не так, когда начинают проигрывать, начинают менять правила. И буквально все сейчас наблюдают и делают выводы, и не только Индия и Китай.
Те же самые арабы. Помните, ведь всегда четко в нас вбивалось еще со времен позднего СССР, что арабы – это такие вечные союзники США, по первому свистку они цены на нефть выставляют, у них все дети учатся строго в американских университетах. В общем, это все такое суперпроамериканское. А, типа, если США захотят, там останутся опять песок и верблюды, и всё. Посмотрите на ситуацию, арабы остались в стороне, сказали: да нет, нас все устраивает, во-первых, мы свои финансовые структуры наделали, мы с криптовалютами общаемся, к нам Рамзан Ахматович приезжает поговорить. Это человек, который служит, в общем-то, таким фактическим мостом для связывания. И он решает огромные вопросы в плане стабильности. И в результате весь этот блок арабов, все эти халифаты и прочие товарищи, они сейчас за США не вписались. Более того, они нормально работают с Китаем, нефть ему продают. И, в общем-то, все в этом плане достаточно нормально, доллар и оттуда начинает уходить. А тогда у США вообще получается ситуация плохая. Потому что, а кто остался-то? Европа? Но у Европы сейчас проблем больше, чем достоинств и преимуществ, по всем фронтам. Африка? Ну, раньше была Африка, состоящая из колоний той самой Европы. Но эти колонии парни из российских всяких спецсил…
С. Мардан:
- Из несуществующего ЧВК «Вагнер», как Станислав Белковский говорил.
Р. Карманов:
- Да. И китайские товарищи с большими деньгами, которые приходят и говорят: мы тебе тут, хочешь, дороги построим, железные мосты, вот у нас стройбата 2 миллиона человек – вообще не вопрос, ты вот эту медную шахту отдай – и все, и нормально будет. А ведь раньше эта условная медная шахта, она была нужна, чтобы весь Брюссель жил хорошо. Все эти успешные европейские фирмы – это, пардон, кровь и кости поколений африканцев, которые пахали реально за 2-3 доллара в месяц на шахтах, вручную добывая, чтобы европейские автоконцерны могли делать автомобили с дешевыми комплектующими и себестоимостью. Европейское экономическое чудо – это эксплуатация колоний, пардон. И вот сейчас эту Африку отъедают. Это же тоже сильный удар. Сразу же выясняется, что все эти европейские чудесные бизнес-структуры немедленно оказываются убыточными. И поэтому у этого условного Запада, у них всё меньше таких точек для опоры. Китай, они считали, что свистнут – и Китай побежит, потому что у него с США товарооборот огромный, он побежит за США. Китай их послал. Индусы, типа, вы же против Китая. Индусы посмотрели и сказали: да нет, мы, типа, с русскими всегда нормально, с китайцами тоже можно общаться, конечно, говнюки, но свои, вот, через границу, мы к ним привыкли уже, а американцы…
С. Мардан:
- Ну да, мы с ними полторы тысячи лет все равно как-то договариваемся.
Р. Карманов:
- Да. Там еще тонкий момент. Китай на что давит? Единоверцы. Говорят, мы же буддисты все, а эти дикие люди, они не понимают. Тут же тоже есть момент. Африка уходит. Европа просто хрустит по всем фронтам. Кто там остался, Южная Америка? Даже там проблемы. Это же был задний двор США, который просто должен был тупо возить кокаин и нефть. Сейчас со всем проблемы образуются. Поэтому тут незавидная ситуация у США по всем фронтам.
С. Мардан:
- Я хотел бы узнать, как будет работать AliExpress и вообще вся трансграничная торговля, возникнут ли там какие-то осложнения у людей? Насколько китайцы надеются на рост оборота в связи с введением санкций? Получат ли новый толчок не только дешевые бренды, но и дорогие китайские бренды, которых там более чем достаточно?
Трансграничная торговля с Китаем и так стояла в мобильном телефоне каждого русского человека. Как дальше это будет работать, как вы думаете?
Р. Карманов:
- Работать, думаю, будет хорошо. Потому что все компоненты для этого есть, новый «шелковый путь» в виде железнодорожных вагонов через Россию бегает, склады у AliExpress имеются на территории РФ. Кроме того, AliExpress может принимать платежи прямо у нас. То есть в отличие от условного Amazon илиEbay, которые сейчас заблочили платежи… Ну, скажем так, они не заблочили, просто невозможно ни Visa, ни MasterCard, и они никаких поблажек и обходных путей не сделают. А у AliExpress ситуация проще, у них есть российское юрлицо, и они могут нормально принимать. То есть к ним получится даже Visa и MasterCard платить, поскольку это внутрироссийский перевод будет, он будет обрабатываться НСПК. Поэтому я не думаю, что какие-то проблемы появятся, разве что курс прыгает.
С. Мардан:
- Ну, тут никуда не денешься. Дайте совет соотечественникам. Я не очень продвинутый пользователь AliExpress. Что касается китайцев, кроме AliExpress, какие еще есть большие онлайн-магазины, которые сейчас Россию будут рассматривать как потенциально большой рынок? Или, может быть, к кому нам имеет смысл присмотреться?
Р. Карманов:
- AliExpress это самая такая стандартная международная площадка, правильная, которая заточена именно под эти задачи. Есть внутрикитайские, но там проблемы, потому что там и интерфейс будет чисто под китайцев, и все будет заточено на перевозку именно по Китаю. Когда я на Хайнане жил, например, там было прикольно на Taobao покупать, потому что там практически везде бесплатная доставка любых объемов. То есть ты на Taobao берешь какую-нибудь ерунду за 2 юаня, тебе ее привозят бесплатно, потому что внутрикитайская доставка, типа, в регионы идет бесплатно. У Китая все время была мегапрограмма, чтобы не плодить всякие бессмысленные магазины… Помните, у нас была в свое время такая фаза развития российского розничного рынка, когда всякие «М.Видео», «Техносила», в любой деревне их старались бахать, и складские запасы, чтобы всем показать. Китай на это посмотрел и сказал, что у нас же будет тогда орава этих продавцов-консультантов, куча ресурсов будет потрачена, и потом их некуда девать будет. Поэтому сразу сказали, давайте через электронные магазины решать. А ключевое что? Доставка. Поэтому буквально до любой деревни китайцы тащили (буквально лет 15 назад эта тема бушевала) хорошую бетонную дорогу, плюс оптику. И туда доставка бесплатная. Поэтому в любой китайской деревне бабушка на мобильнике выбрала рисоварку – ей привезли. И они благодаря этому от огромных этих розничных сетей гипертрофированных ушли, вовремя поняв, что эта модель в будущем будет нерабочей.
С. Мардан:
- Коль вы вспомнили тот же самый «М.Видео», я знаю, что есть проблемы у российских розничных электронных сетей. Потому что у них в ассортименте было огромное количество европейского и американского товара. В общем, теперь они не понимают, как его покупать. Я так понимаю, что с китайской электроникой они не умеют в принципе работать, опыта никакого нет. Скажите, уровень развития современной китайской бытовой техники, электроники какой? С компьютерами мы знакомы, с телефонами – нет вопросов, все работает, как часы. А всякие там пылесосы, стиральные машины, вся бытовая техника?
Р. Карманов:
- Да все отлично, нормально работает. И большинство того, что называется европейским, это, как понятно…
С. Мардан:
- …все равно делается в Китае.
Р. Карманов:
- Конечно. Неотличимо совершенно. Всякие телевизоры и прочие локальные марки замечательно идут. Кроме того, все эти большие сети, они сейчас, опять же, через Гонконг прибегают закупаться. Потому что основной поставщик – китайская продукция, закупленная через Гонконг в российскую большую розницу, что компьютерные комплектующие, что бытовая техника. Именно китайские марки, такие раскрученные, типа Haier, например, они уже выходят на рынок России. Но когда я жил на островной части Китая, там квартиры, которые под сдачу, они прямо комплектами этой техники…
С. Мардан:
- Упакованы Haier.
Р. Карманов:
- Да.
С. Мардан:
- Кстати, я хотел с вами поделиться и со слушателями. Где-то с год назад мне надо было купить стиральную машину. Я искал недорогую. И я не решился купить Haier, хотя прочитал историю компании, у меня не было никаких сомнений в том, что китайцы умеют делать технику, но человек из 90-х все равно во мне заблочил. И сразу после этого еду я в своем коттеджном поселке и вижу валяющуюся коробку из-под телевизора. Я знаю, там живут люди, мягко говоря, очень небедные. Они купили какой-то огромный совершенно телевизор Haier. И вот тут я почувствовал себя лохом педальным, потому что понял, что даже миллионеры как-то комплексов подобных не испытывают. То есть китайская техника – это наше будущее. Но это прекрасное будущее.
Р. Карманов:
- Я думаю, у нас будет много собираться. Скорее всего, сборку просто перетащат к нам каких-нибудь таких бытовых штук, и совершенно нормально это будет делаться.
С. Мардан:
- Корейцы пожалеют о том, что они сделали, как вы думаете? Они же тоже присоединились к санкциям.
Р. Карманов:
- Естественно. Они же потеряют рынок сбыта. А потом заново его завоевывать трудно. Вообще сейчас это присоединение к санкциям, оно везде такое, мягко выражаясь, половинчатое, что мы можем в ближайшие пару недель увидеть кучу обратных движений, как сейчас «Макдоналдсы» и все прочие, все начинают переигрывать. Хотят, естественно, на оба стула приземлиться – и присоединиться к движухе, и так, чтобы выкрутиться.
С. Мардан:
- Ну да, чтобы через месяц-два не предъявили здесь в тройном размере за вход.
Р. Карманов:
- Да, конечно. А у корейцев тоже ситуация не особо светлая. Потому что корейские бренды, они рынок выцарапывали долго…
С. Мардан:
- Да, мучительно.
Р. Карманов:
- Они долго зубами царапались, чтобы закрепиться. И если они его сдадут, то проблемы будут. Потому что у них же рядом есть Япония, которая когда-то была именно символом (это 70-е годы), японская аудиотехника – понятно, это hi-tech. Сейчас-то где эта Япония? Где вы видели термин, что ноутбук японский – это хорошо, или что мобильник японский? Япония с передовых позиций ушла и кучу доходов потеряла. И Корея на них смотрит и тоже не собирается отходить в сторону. Поэтому я бы предполагал следующее. Что китайцы агрессивно полезут занимать выбитые ниши, но те же самые корейцы очень быстро переиграют...
С. Мардан:
- Быстро включат заднюю.
Р. Карманов:
- Да.
С. Мардан:
- Я еще хотел поговорить про китайские автомобили и про возможную конкуренцию китайцев и корейцев.
Р. Карманов:
- Я с автомобилями не очень…
С. Мардан:
- Ну, вы же пользователь все равно, так или иначе.
Р. Карманов:
- Ну, я пользователь такси в основном. Такси немецкие, завода Шанхай «Фольксваген», старенькие такие, годов 90-х дизайна гонконгские такси. А так народ берет BYD в основном, Chery, насколько я смотрю. Кто с электромобилями, тоже бидовские смотрят.
С. Мардан:
- По поводу китайского среднего класса, который большой и реально очень небедный. Они предпочитают свои, китайские марки, или все же европейские?
Р. Карманов:
- Европейские.
С. Мардан:
- Потому что они лучше?
Р. Карманов:
- Китайский средний класс очень похож на нас 20-летней давности. То есть «БМВ», Audi (4L) я видел только в Китае. Это надо быть просто исключительно китайским бизнесменом, чтобы догадаться сделать лимузин из самой маленькой версии. Это такие интересные варианты или какие-нибудь редкие «Мерседесы» 400-й серии. Это все здесь есть. Немецкая машина – равно хорошо. Здесь же очень четко по брендам это все сделано. Например, костюмы. Вот Hugo Boss. Пришла эта организация, борцы за права человека, и сказали: вот у тебя хлопок используется из Китая, а все же знают, что хлопок плетут только уйгуры, прикованные кандалами, больше хлопка такого нет, давай, откажись от рынка Китая. Отдел Hugo Boss в Китае просто сказал, что мы даем 92% прибыли компании. Потому что любой китаец, который поднялся, понимает, что первым делом, если ты бизнес-человек, ты должен пойти и купить настоящий костюм от Hugo Boss. Поэтому, парни, если мы сейчас пискнем что-нибудь про уйгуров…
С. Мардан:
- …то нам конец.
Р. Карманов:
- Да, за три дня, и мы пойдем побираться. Потому что, скажем честно, всякие турецкие парни, греческие, они гораздо беднее, они не обеспечат нам никакого роста продаж, поэтому давайте мы как-то выкрутимся. И все, Hugo Boss сказал, что нам по фигу, из чего хлопок делают, хоть из слез чистых, мы останемся.
С. Мардан:
- Руслан, спасибо вам огромное, очень интересная беседа.
Р. Карманов:
- Всего хорошего.