Кирилл Бенедиктов: Если на выборах в США победят республиканцы, то поддержка Украины сократится

Валентин Алфимов и американист, автор ТГ-канала RealFitzroy Кирилл Бенедиктов обсуждают, как США управляют миром

В. Алфимов:

- Здравствуйте! Меня зовут Валентин Алфимов. И рядом с мной по скайпу Кирилл Бенедиктов, американист, автор Telegram-канала Real Fitzroy. Кирилл Станиславович, здравствуйте!

К. Бенедиктов:

- Здравствуйте, Валентин!

В. Алфимов:

- Начнем с самого простого, чтобы это была наша опорная точка. Все, что происходит сейчас на Украине, это дело рук американцев?

К. Бенедиктов:

- Да. Но не только, но американцев в значительной степени.

В. Алфимов:

- От этого будем отталкиваться. А теперь к самой главной теме. Как сказал Дмитрий Песков, еще, как минимум, неделю эту речь будут обсуждать. Я говорю о выступлении Владимира Путина на форуме «Валдай». Многие говорят, что это посыл Западу. Вы согласны с этим?

К. Бенедиктов:

- Да, только не совсем Западу и не в большой степени Западу. Мне кажется, это посыл граду и миру, в данном случае мир – это весь мир. И в значительной степени этот посыл был обращен именно к той части мира, который так немного пренебрежительно называют третьим миром. Так повелось с времен холодной войны, когда было два мира – Запад и социалистический Восток. И был третий мир, который между ними колебался, выбирал сторону и так далее.

Сейчас третий мир охватывает большую часть человечества. И именно к этому миру, к этим людям был обращен месседж Владимира Путина. Как мне кажется, обращаться к Западу, как это делал, по крайней мере, президент, глубоко, содержательно, философски, бессмысленно. Там нет людей, которые готовы это воспринять. Или если они там есть, их настолько мало, что… А в другом большом мире, не знаю, 75-80% человечества, такие слушатели есть, их много. Они благодарны. И, мне кажется, к этой аудитории был обращен месседж Путина.

В. Алфимов:

- Как вам речь президента?

К. Бенедиктов:

- Да понравилась, очень понравилась. Я внимательно ее слушал. Она многоуровневая, глубокая, там есть, о чем подумать. Действительно, ее можно перечитывать или переслушивать, я обычно перечитываю, потому что визуально лучше воспринимаю.

Как мне кажется, это была попытка и достаточно удачная показать большому миру, что Россия сейчас готова выступить в качестве идеологического флагмана примерно такого же плана, как был СССР. Он нес идеи свободы и антиколониальной борьбы и так далее. И об этом Путин примерно говорил. Мягко и достаточно скрыто. Что Россия готова возглавить такое движение идеологической борьбы против глобального Запада.

Когда мы говорим про глобальный Запад, мы не должны себя вводить в заблуждение. Он глобальный по структуре, а не по численности. Этот глобальный Запад значительно уступает в численности ныне глобальному не Западу. Не случайно известная формулировка про «Золотой миллиард», она сохраняет актуальность. Если нас сейчас на Земле больше 8 миллиардов, то только одна восьмая от этого числа относится к глобальному Западу. И весь остальной мир не объединен, он в таком немного аморфном состоянии находится. И одна из причин этого – отсутствие внятной идеологии борьбы с глобализмом. Как мне кажется, в этой речи была заявка на то, что Россия может, в принципе, эту идеологию предоставить. И отчасти как бы возглавить. А вот слова про «симфонию цивилизаций», которые, кстати, были услышаны, по-моему, одним из иностранных гостей Валдайского форума, из ЮАР, вот мне кажется, что это именно об этом.

В. Алфимов:

- Среди прочего Владимир Путин отметил: «Любая критика в адрес наших оппонентов воспринимается как происки Кремля и рука Кремля. До чего скатились-то! Ну, нельзя же все сваливать на козни Кремля!». И дальше там было такое: «Мы что, такие всемогущие? Вы-то сами, собственно, чего из себя представляете? Свое мнение выскажите».
Правда, а как так получается, что все, что ни происходит, это все рука Кремля? Выборы в США – рука Кремля. Отставка Бориса Джонсона – рука Кремля. Ну, в чем нас не обвинили еще? В смерти королевы, наверное, Елизаветы.

К. Бенедиктов:

- Ну, всегда удобно иметь козла отпущения. Схема работает. Всегда приятно свои ошибки свалить на кого-то другого. Ошибок очень много у пресловутого глобального Запада, за последние несколько лет их накопилось такое количество, что просто, если честно, уровень некомпетентности зашкаливает. И было выбрано… А русский идеальный кандидат, потому что империя зла, как выражался Рональд Рейган – это все про нас. Потом был не длительный период, когда мы ослабли, стали не очень страшными, не очень грозными, но все равно, в массовой культуре образ страшных русских продолжал эксплуатироваться.

Был такой голливудский фильм «Самолет президента», там тоже – кто захватил самолет? Страшные русские.

Ничего нового. Старая схема, она работает.

В. Алфимов:

- Тогда пойдем дальше. От наших отношений до прямого столкновения наших с США. Тут появилась новость, что США впервые за много лет перекинули в Румынию подразделение "Кричащие орлы». Для наших слушателей подчеркну, последний раз это подразделение было в Европе еще во время Великой Отечественной войны. И теперь используется исключительно для нападения, они стоят в Румынии, их там пять тысяч человек. Очень супер круто обученные десантники, не знаю, морские пехотинцы. В общем, классные…

К. Бенедиктов:

- Десантники. Это воздушно-десантная дивизия.

В. Алфимов:

- Вот! Классные боевые парни.

И аналитики считают, что это, как раз, может быть, подготовка к следующей фазе войны, ну, я имею в виду войны с их стороны, у нас спецоперация, мы все это прекрасно понимаем.

Возможна ли провокация? Будет ли обострение? Эти уважаемые господа вступят в бой на территории Украины?

К. Бенедиктов:

- Они оказались там не сейчас. Они оказались там в июне этого года, прошло много времени. В июле была церемония поднятия флага дивизии на румынской военной базе около Констанца. Сколько их там? Это вопрос. В открытых источниках точных цифр, они разнятся. В некоторых говорится, что четыре с половиной тысячи человек, причем, разбросанные по разным странам Восточной Европы. В других источниках говорится про 2400 человек. Ну, это тоже достаточно много, учитывая, что 101-я воздушно-десантная дивизия считается одним из самых эффективных боевых подразделений вообще в мире. И численность этих «Кричащих орлов» 18 тысяч человек – это полная численность. У них там еще огромное количество вертолетов, техники и так далее. И из этих 18 тысяч от двух с половиной до четырех размещено сейчас в Восточной Европе. Они могут выступать как самостоятельное подразделение, но в данном случае они призваны на усиление другим частям, которые тоже в Европе находятся довольно давно. Происходит ротация время от времени. Все это называется «Атлантическая решимость» - такие длинные маневры, некая операция длительная, при которой осуществляется ротация.

Был какой-то период весной, когда численность американских войск, размещенных в Восточной Европе, вообще, в Европе сильно превышала нынешнюю. И то, что происходит сейчас, это просто очередной акцент на размещение вот этих вот «орлов» в Румынии, которое, на самом деле, произошло еще летом. О чем это может говорить? Что это в большей степени пиар-акция.

В. Алфимов:

- В общем, переживать нам сейчас не стоит?

К. Бенедиктов:

- Ну, переживать не стоит, но, конечно, держать руку на пульсе нужно.

В. Алфимов:

- Самое главное, что ничего нового не произошло. И это хорошо.

Кирилл Станиславович, тут экс-сотрудник Белого дома Пол Крейг Робертс написал большую статью. Там и про Путина, про все, что касается отношений с Россией. И он там задается вопросом: столкнувшись с поражением Украины, что будет делать Вашингтон? А вот, на самом деле, что будет делать Вашингтон? Потому что, как говорил Владимир Путин, мы на Украине еще не начинали. Хотя думаю, что сейчас уже начали, но, на мой взгляд, очевидно, что не в полную силу. И если мы включим все свои ресурсы, то, наверное, у Украины шансов вообще никаких.

Что Вашингтон будет делать в такой ситуации?

К. Бенедиктов:

- То, что вы процитировали Пола Крейг Робертса, это может позволить себе только Пол Крейг Робертс и еще два-три автора такого уровня. Вообще, в американских СМИ, в западных СМИ, но в американских в основном, говорить о поражении Украины нельзя. Как бы есть некое негласное соглашение, канон. Можно говорить только о поражении России. Это прямо вот обязательно. Я провел сравнительный анализ 20-22 американских СМИ, там просто буквально как под копирку все. Россия терпит поражение, отступает, героические украинские войска освобождают территории и так далее.

О чем это говорит? О том, что даже серьезные аналитики, а они есть в США и достаточно много, они вынуждены не рассматривать сценарий поражения Украины, по крайней мере, не делать это гласно, потому что никто не будет их слушать. Или их обвинять в пораженчестве и, не дай бог, еще в том, что они куплены Москвой.

Конечно, уровень аналитики и прогностики в данном случае сильно ниже, чем мог бы быть и чем должен был бы быть. Мне представляется, что разработанного плана на случай поражения Украины у США нет. Наверняка военные что-то там проигрывают, но на уровне политиков это даже не обсуждается.

Что будут делать США, когда поражение Украины станет очевидным? Им придется, конечно, переобуваться в воздухе. И поскольку ни они сами, ни аудитория к этому не готовы, то это будет некоторый шок. Как в свое время стал шоком уход американцев из Афганистана – это было летом 2022 года, который очень сильно напоминал бегство. И о котором до сих пор нельзя, по большому счету, говорить в основных американских СМИ, потому что это сильно роняет авторитет и Демократической партии, и лично президента товарища Байдена.

Что касается реальных действий, то это будет сильно зависеть от того, какой расклад будет на тот момент в Конгрессе США. А он, скорее всего, будет не такой, как сейчас. 8 ноября промежуточные выборы в Конгресс. И часть губернаторов будет переизбираться. И расклад сил в Соединенных Штатах на их политической сцене очень сильно изменится. И если сейчас Конгресс контролируют демократы, то с огромной степенью вероятности и больше 90% контроль над одной, а то и двумя палатами Конгресса перейдет к республиканцам. А республиканцы, у них совершенно другая позиция в отношении войны на Украине.

В. Алфимов:

- Объясните, вы так говорите об этом, как о уже свершившемся факте. То есть, понятно, что республиканцы возьмут контроль? Или еще будет битва?

К. Бенедиктов:

- Конечно, хрустального шара нет ни у кого. Можно ориентироваться на соцопросы, а они показывают, что республиканцы имеют все шансы переиграть демократов. Хотя в июле и в августе ситуация была немного другая, республиканцы внезапно начали терять очки, а демократы резко стали их набирать. Это было отчасти связано с тем, что пошли вниз цены на бензин, поскольку Байден распечатал стратегический запас нефтяной, но вот понятно, что самые главные тектонические изменения всегда происходят перед самыми выборами. И сейчас опросы показывают, что республиканцы не просто отыграли потери, которые понесли летом, а довольно резко вырвались вперед. Последние прогнозы выборов в колеблющихся ключевых штатах показывают, что пока демократам ничего хорошего не светит. То есть, очень многие ключевые штаты совершенно очевидно становятся красными (это цвета республиканцев). И самое главное, даже ультра левые СМИ, которые, казалось бы, должны всячески поддерживать демократов, они признают, да, скрепя зубами, нехотя, что очень сильно изменилась поддержка демократов и республиканцев среди меньшинств, среди цветных избирателей прежде всего. И по последним опросам около 40% латиноамериканцев и 21% чернокожих п одерживают республиканскую партию. Повторюсь, это данные не республиканских СМИ и не правых. Чтобы понять контекст, в 2020 году, когда у Трампа, на мой взгляд, победу на выборах украли путем фальсификации, но вот даже тогда в 2020 году, когда он получил больше голосов, чем в 2016 году, вот за него проголосовали только 12% чернокожих и 32% латиноамериканцев.

В. Алфимов:

- А сейчас чернокожих 21%.

К. Бенедиктов:

- Да, а на самом деле, критическая для демократов является граница от 15% до 18%. Вот если 15% - 18% получат республиканцы, все, демократы проиграли. А опросы показывают 21%. Это за рамками статистической погрешности.

И это, пожалуй, самый тревожный звоночек для демократов, потому что понятно, что ядро-то у обеих партий остается неизменным, речь идет о споре за не определившихся избирателей. И тут цветная волна как бы – латиноамериканцы и чернокожие – они, конечно, сыграют решающую роль.

В. Алфимов:

- И что изменится? Сейчас у власти демократы. Будут республиканцы. И? Нам вот что?

К. Бенедиктов:

- Нам вот что…

В. Алфимов:

- Они плюнут на Украину? И уйдут оттуда. Или как?

К. Бенедиктов:

- Да, грубо говоря, плюнут. На самом деле, сейчас очень многие республиканцы получают вот эту вот поддержку, которая сейчас отражается в опросах, они получают ее, говоря о том, что мы, в смысле американцы, слишком много денег тратим на Украину. В то время, как у нас у самих экономических проблем выше крыши – инфляция, падение заработной платы, последствия локдаунов и пандемии и так далее. И если республиканцы получают контроль над Палатой представителей, то, скорее всего, спикером Республиканской партии в Палате представителей становится Кевин Маккарти. Кевин Маккарти говорит (вот буквально цитата): я думаю, что люди будут сидеть в условиях рецессии экономической, и не будут выписывать Украине карт-бланш. В конце сентября прошел через Конгресс законопроект о временном финансировании, ну, временное финансирование, оно принимается, чтобы избежать технического дефолта прафительства, закрытия правительства. В этом законопроекте был большой раздел, касающийся помощи Украине. За него проголосовал какой-то минимум республиканцев, а большинство во главе с Маккарти не участвовали в голосовании вообще. То есть, Маккарти в данном случае не один. В Техасе кандидат в Конгресс Уэсли Ханс говорит, еще один миллиард Украине. Подождите, при таком уровне поддержки мы должны признать, как минимум, Украину 51-м штатом! Чтобы они могли начать платить федеральный подоходный налог! Вот. Понятно, что это как бы издевательство, никто не будет…

То есть, большинство республиканцев и особенно, конечно, республиканцы, связанные с Трампом – трампистское крыло Республиканской партии – оно самое влиятельное сейчас, оно, конечно, против вот такого вот разбазаривания помощи, да. Есть, конечно, не надо закрывать глаза на то, что и в рядах Республиканской партии существует, конечно, крыло, ну, довольно тоже влиятельное, возглавляет его Майк Пенс, бывший вице-президент при Трампе, которые считают, что Украину надо поддерживать, ни в коем случае нельзя ее бросать и так далее. Но сравнительно с трампистским большинством, конечно, они не играют первой скрипки.

В. Алфимов:

- Кирилл, Станиславович, мы закончили на том, как изменится отношение Соединенных Штатов к Украине, когда (или если) по итогам ближайших выборов к власти придут республиканцы. Я напомню, выборы 8 ноября, а к власти они придут на самом деле, по-моему, только 23 января.

К. Бенедиктов:

- Да, после Нового года, после каникул. Но, так или иначе, конечно, это будет очень существенный сдвиг позиции Соединенных Штатов, хотя, разумеется, президентом останется Байден. Ну, по крайней мере, если ему не вынесут импичмент, а это может быть только после того, как республиканцы возьмут верх в Конгрессе. Тогда они могут инициировать импичмент и проголосовать за него. Там масса всяких причин, для того чтобы Байдену его вынести, но это отдаленная перспектива.

Что касается вообще различий между позициями республиканцев и демократов, чтобы было ясно. Ни в коем случае нельзя считать, что республиканцы как бы такие наши друзья, а демократы – наши враги.

В. Алфимов:

- Я как раз именно об этом и хотел сказать. Потому что когда Трамп пришел к власти (а Трамп был республиканцем), у нас некоторые в Государственной Думе и шампанское пили, что вот, ура, наш человек, и все будет хорошо. Но хорошо-то не стало.

К. Бенедиктов:

- Хорошо не стало по многим причинам. Во-первых, Трампу не дали сделать ничего из того, что он собирался сделать для улучшения отношений с Россией. А он собирался, он и до сих пор постоянно повторяет, что иметь хорошие отношения с Россией – это же хорошо, а не плохо. Это его такая ключевая фраза, он постоянно это говорит. Но ни в коем случае не надо забывать, что именно при Трампе мы не могли никак достроить «Северный поток-2» из-за санкций, которые он регулярно вводил. И что, вообще говоря, позиция Трампа в отношении России была такой достаточно прагматичной, но, в общем, достаточно жесткой. По многим причинам.

Другое дело, что пока Трамп сидел в Белом доме, никакой, по сути дела, перспективы вооруженного конфликта на Украине тоже как бы не было. Почему? Потому что в какой-то момент Трамп, поняв, что предыдущая администрация, администрация Обамы – Байдена, который тогда был вице-президентом у Обамы, использовала Украину как рычаг борьбы против России и как инструмент для собственного обогащения… Это как раз связано с деятельностью и самого Байдена, и его сына Хантера на Украине. И когда Трамп понял, что предыдущая, демократическая, администрация использовала Украину таким образом, он быстро сменил там посла, он начал напрямую разговаривать с Зеленским, что, собственно говоря, привело к первому неудавшемуся импичменту Трампа. И пытался тогда переориентировать Киев с конфронтации с Москвой на более или менее такой договорный трек, скажем так. У него это не получилось, потому что не хватило времени, во-первых, а во-вторых, демократы у него украли победу на выборах 2020 года.

После этого пришла демократическая администрация Байдена, которая просто все вернула назад и превратила Зеленского вот в такую злобную марионетку, а Украину – в такой таран против России.

Возвращаясь к вопросу о том, в чем разница между республиканцами и демократами в отношении России и российско-украинского конфликта. В том, что республиканцы в первую очередь озабочены, конечно, внутренними делами Соединенных Штатов. Прежде всего, конечно, это трамписты, но и в целом республиканская партия. Вообще говоря, демократы на протяжении последних десятилетий, наверное, начиная с Клинтона, они стали партией такого глобального капитала, который, по большому счету, даже не очень заинтересован в развитии самих Соединенных Штатов, сколько в развитии транснациональных сетей и вот такого международного финансового спрута, который охватывает весь мир – и США, и Британию, и Азию, и Латинскую Америку. Это такие мировые глобалы.

В. Алфимов:

- Потому и была программа Трампа «Make America great again», когда он говорил о том, что мы перенесем сюда заводы, мы дадим здесь людям работать. Поэтому она и была такой популярной и для многих даже удивительной.

К. Бенедиктов:

- Абсолютно верно. И это такая реиндустриализация Америки, которая была, собственно говоря, Трампом провозглашена, она действительно привела к оживлению экономики за 4 года его президентства. И именно с этим стали тут же бороться демократы, как только Байден прошел инаугурацию. И первыми же его указами была отмена большинства реформ экономики, которые провел Трамп. Именно поэтому экономика Соединенных Штатов и рухнула с такой силой. Даже пандемия, по сути дела, не так ее подкосила, как эти реформы Байдена и демократов.

Почему? Не потому, что они хотят зла Америке (мне кажется, они вообще не в этих категориях рассуждают). А потому что они работают совершенно на другое, на другие цели, другие интересы. Им главное – развитие этой глобальной сети. Соответственно, они не останавливаются перед тем, чтобы транжирить ресурсы Америки на поддержание этой глобальной сети. В том числе важным узлом этой глобальной сети сейчас является Украина, которая, по сути дела, такой кинжал, направленный против России.

В. Алфимов:

- Вы про Хантера Байдена обмолвились. Он и есть главный крючок там, на Украине? Хантер Байден, напомню, это сын Джо Байдена, действующего президента Соединенных Штатов.

К. Бенедиктов:

- Да, его коррупционные схемы… Понятно, что Хантер Байден не самостоятельный игрок, он исполнял, в общем, роль представителя своего отца. Конечно, главным коррупционером все равно оставался сам Джо Байден. Есть замечательный фильм «Мой сын Хантер», который доступен на торрентах, можно посмотреть. Такой альтернативный Голливуд. Где очень хорошо показаны все эти коррупционные схемы семьи Байдена.

Да, он находился в совете директоров сырьевой компании Burisma, он получал там довольно крупную зарплату, порядка 50 тысяч долларов в месяц, просто за то, что числился как бы в этом совете директоров. Но понятное дело, что отмывались деньги огромные, не тысячи, не сотни тысяч долларов, а миллиарды. И когда в какой-то момент тогдашний прокурор Украины начал расследовать махинации этой Burisma, то Байден просто сказал, что вы либо снимаете, прокурора, либо Украина не получает очередной транш помощи в несколько миллиардов от Вашингтона. И буквально в течение нескольких часов этого прокурора сняли. То есть речь шла буквально о таком ручном управлении.

Поэтому, конечно, семейка Байдена завязана, замазана даже на Украине. Если мы сейчас не берем какие-то схемы с биолабораториями… Это тоже интересная тема, но понятно, что там гораздо меньше сейчас открытых источников и доказательств. А вот что касается вовлечения семейки Байден в коррупционные схемы украинских сырьевых олигархов, там все абсолютно на поверхности, это все было известно еще до выборов 2020 года. Для этого несколько раз ездил в Восточную Европу личный друг и адвокат Трампа – Руди Джулиани, разговаривал с огромным количеством людей, привез чемодан компромата. Но объединенными усилиями всех главных американских СМИ и цифровых платформ (Твиттер, Фейсбук и т.д.) практически очень мало кто в Америке об этом узнал, до выборов, во всяком случае.

В. Алфимов:

- Поговорим немного про Твиттер. А точнее, даже не про Твиттер, а вообще про свободу слова. На всякий случай напомню, что Илон Маск купил Твиттер. После этого появилась новость о том, что аккаунт Дональда Трампа в Твиттере восстановят. Я напомню, что как раз на выборах 2020 года это был огромнейший скандал, что Трампа просто забанили в Твиттере, и он не мог до огромной части своей аудитории доносить свои мысли. То есть такая цензура политическая была введена. Здесь Маск пообещал, что все восстановим. 31 октября восстановится, собственно, аккаунт Дональда Трампа. Трамп сказал: ну, окей, посмотрим.

Кирилл Станиславович, это что такое? Это свобода слова появляется наконец-то в Соединенных Штатах, свобода мыслей или это просто пиар-проект Илона Маска, для того чтобы показать, какой он классный и хороший?

К. Бенедиктов:

- Конечно, это и пиар-проект в том числе. Потому что Илон Маск, он никогда не был чужд пиара. Я к нему, в общем, очень хорошо отношусь, я считаю, что он действительно один из наиболее интересных американцев на данный момент. Но, конечно, это и возвращение свободы слова. Потому что вы бы знали, какая истерика была в либеральных и леволиберальных СМИ и в социальных сетях Америки, когда стало ясно, что все-таки Маск его купит. Потому что там же тоже все было не гладко. То есть он сначала хотел его купить, потом он провел аудит, и выяснилось, что в Твиттере гигантское количество бот-аккаунтов, таких фальшивых как бы. Все это тянулось довольно долго, там были всякие судебные разбирательства. Цена, за которую Маск собирался (и в итоге, в общем-то, купил) Твиттер, она исходила из того, что у Твиттера порядка 300 миллионов оригинальных аккаунтов, а оказалось, что их на треть меньше. Ну, и так далее.

Но когда стало ясно, что все-таки Маск Твиттер купит, потому что иначе ему грозили очень серьезные судебные издержки и штраф за не проведенную сделку, то вот тут на самом деле все левые либералы в Америке просто устроили истерику, что всё, это конец свободы слова. Заметьте, как интересно.

В. Алфимов:

- Интересно, как можно все перевернуть просто в обратную сторону.

К. Бенедиктов:

- Да. Это Оруэлл чистой воды: свобода – это рабство, война – это мир. Что такое свобода слова? Это когда левые либералы решают, что можно постить, а что нельзя. То есть свобода слова – это либеральная цензура. А если либеральной цензуры нет, то это не свобода слова, а ужас-ужас-ужас. Значит, сейчас понабегут крайне правые, сейчас понабегут фашисты, сейчас понабегут трамписты и наш уютненький Твиттер превратят бог знает во что, в какую-то ужасную крайне правую клоаку.

На самом деле, конечно, Маск много раз говорил, что он не будет допускать крайности ни с одной, ни с другой стороны. То есть все равно какая-то цензура там останется, понятное дело, но не будет, как он заявляет, ни крайне левых, ни крайне правых, будет некое такое, чтобы всем было хорошо.

Что касается Трампа, он в последний год развивал свою собственную сеть - Truth Social («Правда», «Правда Трампа»). Но она не так быстро развивается, как ему хотелось бы. Пока она вообще доступна только в Соединенных Штатах, только американцам. Хотя недавно уже можно было это приложение и в Гугле скачать. Пока, конечно, с Твиттером она не готова конкурировать. Поэтому вполне возможно, что Трамп и в Твиттер вернется. Хотя вначале он так фыркал, говорил, зачем мне этот Твиттер, я туда не вернусь ни за что, у меня есть этот Truth Social. Но просто чисто из прагматических соображений. А учитывая, что, скорее всего, после 8 ноября, после того как пройдут эти промежуточные выборы, Трамп, скорее всего, объявит, что выдвинет свою кандидатуру на пост президента в 2024 году. Ожидали, что он, может быть, это сделает до промежуточных выборов, но нет, он хитрый мужик, он решил, что вдруг как-то это будет использовано против него, а против него – значит, против республиканской партии. Нет уж, лучше он дождется, когда республиканцы победят, и после этого скажет: вот, с моей помощью республиканцы победили, я выдвигаю свою кандидатуру.

Поэтому, конечно, ему сейчас очень важно будет иметь свою платформу в социальных сетях. И я думаю, что этот обновленный Твиттер Маска, конечно, для этого будет вполне подходящим.

В. Алфимов:

- Кирилл Станиславович, давайте мы закончим тем, с чего, собственно, начали. На форуме «Валдай» был доклад такой – «Мир без сверхдержав». Хотя и президент потом об этом тоже говорил. По сути, выступление президента было – что будет после мировой гегемонии. И вот в числе тезисов там был такой, что особенность момента состоит в том, что сверхдержавное доминирование США и их союзников, по сути, уже не работает, но вся мировая инфраструктура, которая его обслуживала, на месте. Как вообще будет развиваться история дальше? Давайте немножко попрогнозируем. Лично вы, политолог-американист, вы верите в конец однополярного мира? Чего нам ждать в перспективе 10-20-50 лет?

К. Бенедиктов:

- Да, естественно, я верю в конец однополярного мира, тем более что он уже наступил.

В. Алфимов:

- Даже не наступает, а наступил?

К. Бенедиктов:

- Да, конечно, он уже наступил. И если мы считаем, что он еще не наступил или в процессе, то это только потому, что подавляющее большинство этих мировых СМИ, вся эта медиакратия – часть той самой инфраструктуры, про которую вы сейчас сказали, инфраструктуры, которая десятилетиями существовала и была, собственно говоря, создана именно для того, чтобы обслуживать однополярный мир. Однополярность кончилась, а инфраструктура осталась. Потому что на самом деле, конечно, говорить об однополярном мире сейчас, когда существуют такие силы, как… Ну, если даже не говорить про конкретные державы, то БРИКС, например, ШОС, НАТО, понятно. Вот уже несколько центров силы, которые, в общем и целом, не могут быть ограничены даже границами каких-то отдельных держав, и представляют собой скорее политико-экономические блоки, нежели государства.

Просто в этой ситуации говорить об однополярном мире как-то уже неэтично даже. Честно говоря, даже уже при Обаме, то есть где-то в 10-х годах нашего столетия, ведущие американские политологи уже говорили о постамериканском мире. А с тех пор, конечно, этот процесс приобрел такие серьезные темпы и конкретные очертания. Поэтому президент неслучайно сказал, что ближайшее десятилетие будет полно неожиданностей, мы увидим много нового и интересного. И я думаю, что эта новая конфигурация стран и блоков, она будет, может быть, даже немножко не такой, как сейчас это кажется. Вот, например, кто мог предположить, что в результате специальной военной операции настолько окрепнут связи, например, между Москвой и Тегераном? Это было сложно предсказуемо. А они окрепли. То есть сейчас вполне можно говорить о том, что образуется такая ось Москва – Тегеран.

Может быть (хотелось бы на это надеяться), окрепнут связи между Россией и Северной Кореей. С непредсказуемыми последствиями. Потому что на самом деле у Северной Кореи огромный потенциал, и если России удастся ей помочь справиться с теми проблемами, которые возникли у нее в результате международной изоляции и режима санкций, то развитие может быть очень мощным и быстрым.

Во всяком случае, то, что ближайшее десятилетие нам, скорее всего, продемонстрирует несколько новых неожиданных союзов между теми странами, которые сейчас находятся в процессе выяснения отношений друг с другом (без негативной коннотации), притирки, выяснения общих интересов и т.д. И, конечно же, процесс ослабления американской гегемонии будет продолжаться. А свято место пусто не бывает, понятное дело. Поэтому откуда что уходит, туда приходит что-то другое. Я думаю, будет очень интересно.

В. Алфимов:

- И правда, мы в интересное время живем, и ждет нас много всего захватывающего. Кирилл Станиславович, спасибо вам большое.

Кирилл Бенедиктов у нас был в гостях, американист, автор Telegram-канала RealFitzroy.

Кирилл Бенедиктов