Никита Кричевский: Национальной идеей России должна стать справедливость

Экономика с Никитой Кричевским
Алексей Иванов и профессор Никита Кричевский обсуждают, нужен ли России левый поворот, что интересного было в фильме Навального, что для русского человека справедливость и патриотизм, должно ли государство платить алименты и как проводилась павловская денежная реформа

А. Иванов:

- Рассказываем правду, вспоминаем, как все было на самом деле, дорогой профессор, Никита Александрович Кричевский в студии Радио «Комсомольская правда» - здравствуйте.

Н. Кричевский:

- Здравствуйте, дорогие!

А. Иванов:

- Никита Александрович, как-то немножко затухла, мне кажется, экономическая повестка. Помните, какой год назад был интерес… но все-таки есть некоторые новости, которые мы с вами будем сегодня обсуждать… Трамп покинул Белый дом. В Кремле прокомментировали расследование Навального о «дворце Путина». Миронов подтвердил объединение «Справедливой России» с двумя партиями. Думаю, все эти темы имеют право на то, чтобы мы сегодня их затронули.

Н. Кричевский:

- Самое непосредственное отношение к экономике…

А. Иванов:

- Возьмем тему про «Справедливую Россию», которая объявила об объединении с двумя партиями. Прилепинская партия и партия патриотов России. Очевидно, создают какой-то левый фронт?

Н. Кричевский:

- Не очевидно и не какой-то, а самый что ни на есть настоящий. Две трети партий сегодня в России из 16 тех, которые могут пройти в Думу без предварительного сбора подписей, это партии левого толка. Запрос на справедливость - то, о чем мы с вами талдычили на протяжении всех последних лет, в обществе сумасшедший. И при этом при абсолютно левом обществе абсолютно же правое правительство. Вот этот 30-летний нонсенс страны, с которым нужно что-то делать. И, как я вижу, власть наконец-то это поняла, слава тебе господи, не исключено, что и мы с вами тоже помогли, Алексей Валерьевич. И она, что называется, является таким триггером объединения этих партий. Но при чем здесь экономика? А экономика здесь при том, что социальная справедливость, справедливая экономика и интересы государства будут стоять в повестке объединенной партии на первом месте. Это национализация или по-другому возврат под федеральный контроль природных ресурсов, как добыча, так и реализация. Это независимая монетарно-денежно-кредитная политика.. Независимая ни от МВФ, ни от чего бы то ни было. Это наконец приоритеты в образовании, здравоохранении, науке, культуре. То есть, это по сути фарватер или общемировой тренд. Посмотрите на Америку. Америка при всех ее плюсах и минусах возвращается как раз к левой повестке. И левая повестка сегодня не только в Америке. Она сегодня по всей Европе. И она наконец-то приходит в Россию

А. Иванов:

- Но она одновременно неолиберальная и левая…

Н. Кричевский:

- Дело в том, что либеральная повестка или либеральные догматы сегодня висят в воздухе и абсолютно ни на что не опираются. Почему я так говорю? Ну, например, ФРС и ЕЦБ печатают деньги просто день и ночь и разбрасывают их реально из пушки - колбасят просто по всем точкам, где раньше салюты производили. И при этом по либеральным догматам у них должна быть безумная совершенно инфляция. Ее нет. Она близка к нулю. По либеральным догматам должны резко вырасти ставки по заимствованию. А они сегодня на уровне процента. А в Европе и того меньше. В Японии вообще близко к нулю. И таких нестыковок сегодня более чем достаточно. Но и Америка, и Европа, и теперь, слава богу, Россия начинает понимать, что есть проторенный путь, по которому когда-то эти страны достигли процветания. И Россия в конце 19 века точно так же вырвалась в число мировых лидеров благодаря той самой социально ориентированной политике.

А. Иванов:

- Я хочу спросить у наших слушателей, нужен ли России левый поворот? Если да, то какой? Никита Александрович, давайте все-таки затронем эту тему про расследование Навального… Смотрели сами?

Н. Кричевский:

- Смотрел.

А. Иванов:

- Там два часа… не жалко было потратить на это?

Н. Кричевский:

- Вы знаете, я ведь смотрел-то с интересом, я не просто так смотрел… Слушайте, ничего нового абсолютно я в этой части не узнал, уверен, что остальные тоже. Ну да, ну, коррупция… ну, молодцы… В этой части абсолютно ничего нового. Есть дворец, нет дворца, на кого он оформлен? На дядю, на тетю, на родственника, на племянника - не принципиально. Принципиально для меня лично было два момента.

Момент номер один. Это склонность, извечная, русская, ментальная склонность к гигантомании. Ведь тут же начали говорить о том, что площадь этого дворца в 4 раза больше, чем площадь Берлускони. При этом, то, что там итальянские мотивы, это совершенно очевидно для всех. Архитектор итальянец, мебель итальянская, обстановка итальянская. И вторая часть - склонность к подражательству. Я бы даже сказал - обезьянничество. То есть, а вот у них вот так, а у нас будет не хуже, только в несколько раз лучше, больше, круче…

А. Иванов:

- А мне кажется, что это все-таки традиция… помните, у нас был граф Растрелли, итальянец, который Зимний дворец построил.

Н. Кричевский:

- Да. Традиция, которая идет даже не от Питера, а от Петра Алексеевича. Потому что Петр Алексеевич у нас, как известно, рожден был не в Питере, а в столице нашей родины… Этого никто не знает, по-моему. Петр Первый родился в столице, Петербурга еще не было, когда он родился…Но - не суть. Все, кто был в Амстердаме, подтвердят мои слова, что есть Эрмитажи в Амстердаме и есть Эрмитажище в Петербурге.

А. Иванов:

- И кто знает амстердамский Эрмитаж, скажите мне?

Н. Кричевский:

- Ну, единицы-то знают. Есть разводные мостики, такие совсем на двух человек… и есть разводные мостищи в Петербурге. Есть канальчики, где нидерландцы, голландцы ковыряются и катаются зимой на коньках, и есть каналища в Петербурге. То есть, даже дома в Питере вокруг центральных проспектов, вокруг каналов построены таким образом, что нидерландские, голландские, амстердамские домики им в подметки не годятся. Там просто куда ни плюнь, везде дворец. Это была склонность, и она остается, к гигантомании, склонность к тому, чтобы во всем и всегда быть первыми. Склонность к тому, чтобы всех и всегда во всем переплюнуть. Если мы что-то делаем, то это должно быть лучшим в мире. Самым большим, самым прикольным, самым отвратным, но обязательно лучшим.

А. Иванов:

- Это разве плохо?

Н. Кричевский:

- Это ни плохо и ни хорошо. Это говорит о том, что у нас такая склонность есть, у нас такая черта характера есть, ментальная - она была, есть и останется. И здесь очень важно запустить космический спутник, но при этом не догонять и не перегонять Америку, лишая ту же Рязанскую область поголовья крупного рогатого скота, как было практически одновременно несколькими годами позже после того, как…

А. Иванов:

- Знаменитое дело Ларионова, рязанского.

Н. Кричевский:

- Да. За это он получил героя, а потом застрелился. Это было перед полетом Юрия Алексеевича Гагарина. То есть, мы были там первыми, и там первыми. А в этот момент у нас что было в Новочеркасске?..

А. Иванов:

- Россия такая большая страна, что в ней находится вместо всему. Есть и нужники во дворе, а есть и Москва-Сити. В этом, мне кажется, нет ничего странного.

Н. Кричевский:

- Есть завалинка в деревне в Архангельской области, где сидят почтальон Алексей Тряпицын, и есть общий план, а на общем плане с космодрома Плесецк взмывает ракета. Это наша черта, это наша склонность, и это то, что создает дискомфорт в обществе. Сегодня нужно сказать об этом открыто и сегодня нужно не стесняясь корректировать свою политическую повестку, делая так, чтобы это каким-то образом коррелировало друг с другом. Это первое.

И второе. Я ведь не зря по поводу обезьянничества сказал… А вот насчет своего?

А. Иванов:

- Терема, что ли, строить? В кафтанах ходить?

Н. Кричевский:

- А у нас, кроме теремов, ничего нет? У нас есть Телеграм. Только где человек, который его придумал? Где человек, который придумал социальную сеть ВКонтакте? А он молодой парень.

А. Иванов:

- А мне кажется, он вернется. Судя по тому, как он себя ведет, то, что он не идет на поводу у мирового истэблишмента, показывает, что Павел Дуров все-таки ментально связывает себя с Россией.

Н. Кричевский:

- В свое время в Китае была целая программа по возвращению наиболее выдающихся китайских ученых. В первый же год из 1200 ведущих ученых в Китай вернулось 200. Если в Россию вернется хотя бы один Павел Дуров, это будет кардинальный поворот влево.

А. Иванов:

- Сегодня мы говорим о левой повестке, которая везде, которая за океаном, которая в нашей стране… сегодня эта мысль проходит красной нитью через всю передачу…

Н. Кричевский:

- Китай за 30 лет показал потрясающий результат. Просто потрясающий!

А. Иванов:

- А левая ли там повестка?

Н. Кричевский:

- Она не левая, она этатистская.

А. Иванов:

- Государственническая.

Н. Кричевский:

- Да. Нельзя говорить, что вот а у нас левая повестка, а у нас правая повестка. Я вообще не очень понимаю вот эту градацию. Говорить нужно о том, что есть повестка в интересах народа, нации, большинства, и есть повестка в интересах правящего сословия, скажем так. Вот у нас на протяжении 30 лет - мое личное мнение - у меня такое подозрение, такое ощущение, что за последние 30 лет государство у нас работало в интересах узкого клана раньше олигархов, потом коррупционных всяких приближенных к власти товарищей. И все это время оно занималось тем, что поддерживало и удерживало власть. Да оно особо и не скрывало это.

А. Иванов:

- Но ведь и народу что-то доставалось.

Н. Кричевский:

- По сравнению с тем, что доставалось туда, это были копейки. И сейчас, когда мы… вы посмотрите, что происходит. На той неделе был Гайдаровский форум - ну, сборище, скопище, надо там автозаки подогнать и принимать их, что называется… Перед началом форума господин Мамут дает интервью агентству ТАСС и говорит - вы знаете, вводить прогрессивную систему налогообложения с доходов свыше 500 тысяч рублей в год, не совсем целесообразно и не нужно. Потому что это не соответствует духу времени, поэтому…

А. Иванов:

- Потому что это меня затронет…

Н. Кричевский:

- И тех, кто… дальше вы все понимаете. Ну, как бы вот плоская шкала налогообложения доказала свою эффективность. Я на протяжении многих лет пытался объяснить этим людям, что дело-то ведь не в том, что вы соберете больше налогов, а дело в том, что у людей будет вера в то, что государство работает, в том числе, и для них, и оно что-то делает для них, она создает институциональные рамки для того, чтобы люди чувствовали, что о них думают, что в них верят и что сама система управления в государстве стремится к справедливости. Что есть справедливость? Это не цель. Это национальная идея. Не патриотизм, ни в коем случае! Патриотизм - это качество, присущее абсолютному большинству жителей любой страны. Это не обязательно Россия. Вы посмотрите, в США - они глотку порвут ради Соединенных Штатов, потому что это их страна, они будут ее защищать до последней капли крови. То же самое и Россия. То же самое и любое другое государство. Но патриотизм - это качество, свойственное гражданам абсолютного большинства стран мира. А если говорить о национальной идее, то это должна быть, безусловно, справедливость. При этом справедливость - это не цель, ради которой мы должны рвать одно место. Это не тот коммунизм, товарищи старшего поколения, о котором вы мечтали в 70-80-х, и говорили о том, что нынешнее поколение будет жить где-то когда-то, а потом в 2000-м году будет каждая семья иметь по отдельной квартире… Но в 2000-м году мы с вами помним, как свиней разводили на задних дворах атомных электростанций. Я не об этом. Я о том, что справедливость - это национальная идея, это процесс, без которого поступательное социально-экономическое развитие страны невозможно. То есть, это обязательное, непременное, необходимое условие для того, чтобы страна развивалась. У нас нет справедливости. И у нас есть показатели ВВП, которые нарисованы на уровне 1,4-1,6%. И это вроде как повод для гордости - у нас низкая инфляция. Да кого волнует ваша инфляция? У людей в карманах ничего нет. Ну, будет инфляция не 4%, а 5%. И? Не 5, а 6. И? Лишь бы доходы у людей не падали. Лишь бы было на что жить и на что покупать продукты. У нас же есть банки, которые берут повышенные проценты по переводам внутри своих же банков. При этом в Европе с 2018 года две тысячных евро за перевод, вне зависимости от суммы. Если вы переводите в евро и опять же внутри Европы. Две тысячных евро - не проценты от суммы - а переводите хоть один, хоть сто миллионов евро - две тысячных евро за каждый перевод. У нас же это проценты! Это для кого? И это не для «дворца Путина». Сбер в кино Навального отмечен не был.

Так вот, я говорю - прогрессивная шкала подоходного налога - это первая обязательная часть. Хоть какая-то. В Китае это 45%! Про Германию и про Америку я даже ничего говорить не буду. Скандинавия - 57%. Но нам, как сказал Мамут, свыше 500 тысяч не надо вводить, потому что это затронет нас… а нам еще, между прочим, уезжать во Францию, в Ниццу, где у нас свои дома, особняки и квартиры…

А. Иванов:

- Никита Александрович, ну, первый шажок в этом году уже сделан, вы знаете, да…

Н. Кричевский:

- Это первое. Дальше. Надо в левую повестку втаскивать непременное уничтожение платной системы образования и здравоохранения. Обязательно. В богатейшей стране мы берем деньги с нищих студентов, родители которых берут кредиты, для того, чтобы оплатить обучение своих ребят.

А. Иванов:

- Вы имеете в виду высшее образование?

Н. Кричевский:

- Естественно. Я имею в виду и среднее общее образование, я имею в виду те кружки, которые в Советском Союзе были абсолютно бесплатны, а сегодня они за деньги. Но у людей просто нет денег, чтобы их ребятки ходили, например, в музыкальную или художественную школу. Я поступил на бюджет - это считается достижением, это считается результатом, это считается победой! Этого нет нигде в мире, чтобы ребенок говорил - я не выиграл там где-то на международном конкурсе, я поступил на бюджетное отделение!

А. Иванов:

- Ну, полноте, Никита Александрович, в Америке вы знаете, какие образовательные кредиты - там все студенты в долгах…

Н. Кричевский:

- Внимание! Образовательный кредит в Америке выдается преимущественно за счет и из ресурсов негосударственных пенсионных фондов. Негосударственные пенсионные фонды - они финансируют образование ребят. И ребята должны не банкам, они должны этим негосударственным пенсионным фондам. Они им платят. Но государству легче решить эту проблему, когда напрямую не банку человек должен, а негосударственному пенсионному фонду. Это гораздо легче.

Смотрите, что дальше. Мы осенью говорили о том, что многодетные семьи… я вот многодетный отец и я задавал вопрос - почему моя многодетность заканчивается в день 16-летия моих двойняшек? То есть, мы 16 лет должны корячиться, должны их растить, должны их поднимать, должны давать им образование, должны следить за их здоровьем, при этом не обижать и себя, и в 16 лет, после того, как они еще даже не закончили школу, нам говорят - спасибо вам большое! Я не про себя, в данном случае я про всех многодетных. Почему в какой-то Венгрии, у которой нет выхода в море, у которой нет абсолютно ничего, кроме гуляша и чардаша, у них, извините, есть материнский капитал на 31 тысячу евро и возможность погасить за счет государства ипотеку при рождении третьего ребенка. А в богатейшей России ничего этого нет. Я не могу купить вторичное жилье как многодетный по льготным процентам, потому что я могу купить только первичное. А меня не волнуют интересы застройщика, меня волнуют интересы моих ребят. Кто об этом думает? Никто. И это должно быть в левой повестке.

Алиментный фонд. О чем мы пытаемся связаться с нашим спикером, но у нас ничего не получается. Элементарная вещь - организовать сегодня… десятки, сотни миллионов рублей сегодня не доходят до детей от родителей, от отцов в основном, которые убежали из семьи и не платят алиментов.

А. Иванов:

- Кто должен в этот алиментный фонд деньги закачивать?

Н. Кричевский:

- Государство.

А. Иванов:

- То есть, сбежали родители какие-то… я заплатил налоги и…

Н. Кричевский:

- После того, как их нашли, с них сдирают три шкуры. Ну, так делается по уму и по справедливости, по-человечески во всем мире. Слушайте, вы почитайте любые русские народные сказки, вы почитайте сказы Бажова. Там справедливость и через Хозяйку Медной горы, и через Серебряное Копытце, и через Великого Полоза. Да через кого там только эта справедливость не идет. И везде это надежда на чудо! Чудо! Чудо! У нас в русском менталитете справедливость - это чудо! Ничего другого русский человек за тысячелетнюю историю от государства не ждет. Но вы молодцы, молодцы. Мы сегодня живем в 2021 году 21 века и по-прежнему русский народ верит в справедливость, как в чудо. Как в малахитовую шкатулку.

А. Иванов:

- Если сбежал муж, значит, мужем становится государство?

Н. Кричевский:

- А потом оно находит мужа и становится его, извините, насильником.

А. Иванов:

- Сегодня мы обсуждаем левую повестку.

Н. Кричевский:

- Я почему обратил внимание на эту левую повестку? Потому что, мало того, что сегодня заявили об объединении, и уже придумали, как будет называться новая партия. Дело не в этом. Дело в том, что сегодня об этом пишет практически весь политический Телеграм. У меня в Телеграм-канале «Антискрепа» об этом сегодня ничего нет, об этом я сегодня написал в Фейсбуке. В Телеграме нет, потому что надо более четко сформулировать, хотя на самом деле все это было сформулировано в моих более ранних постах.

А. Иванов:

- Никита Александрович, раз уж мы сегодня говорим о левой повестке, не могу не вспомнить об одной дате, которая нас ждет на этой неделе. 22 января 1991 года началась печально известная павловская реформа.

Н. Кричевский:

- Это не наша черта. Нельзя ехать вперед, постоянно глядя в зеркало заднего вида. Что есть статистика? Это экономическая история. Вообще, по уму, статистика – это раздел экономической истории. Это зеркало заднего вида. Ты должен смотреть, что ты проехал, и как ты это сделал. Но смотреть-то ты должен вперед. Нельзя ехать на 75-летие Победы или 80-летие начала Великой Отечественной войны через 80 лет. Нельзя говорить о победе и при этом считать Германию лучшим и самым выгодным политическим и торговым партнером в Европе. Потому что есть свой путь, своя дорога, есть своя нация.

А. Иванов:

- У нас есть звонок.

- Никита Александрович, вопрос про левый поворот. Когда я работал чуть-чуть в Министерстве нефтяной промышленности при великом Оруджеве, он получал где-то в 10 раз больше меня. Вы считаете, какой разрыв в заработках простых людей и элиты будет экономически эффективным, чтобы они, как говорится, рвали когти за свою страну?

Н. Кричевский:

- Не мой вопрос. Я не знаю, каким должен быть разрыв. Есть люди с большими головами, и они должны этот разрыв определять. А что касается «рвали когти за страну», как вы не совсем корректно сказали, жилы, наверное, рвать за страну и следить за этим процессом должны несколько другие органы, которые сегодня недопустимо плохо выполняют свои прямые обязанности. Я не буду сегодня рассказывать вам о похоронных перипетиях московской ФСБ, это сегодня не тема для разговора, но левый поворот без жесткого силового сопровождения, на мой взгляд, невозможен.

А. Иванов:

- У нас еще один звонок.

Н. Кричевский:

- Елена Николаева, депутат Московской городской Думы, человек, с которым мы хотели пообщаться на предмет алиментного фонда. Елена Леонидовна, меня тут мой соведущий Алексей Иванов пытал на предмет того, как должен работать алиментный фонд. Я сказал, что вы расскажете детально.

А. Иванов:

- Кто должен в него деньги посылать, чтобы одиноким матерям платить? Получается, государство, то есть те же самые налогоплательщики.

Е. Николаева:

- Если вы не против, я коротко расскажу свою идею, с которой я выступила чуть меньше 10 лет назад, когда возглавляла Комиссию по социальной политике Общественной палаты РФ, и столкнулась с тем, что накопленный долг алиментщиков на тот момент был больше миллиарда. Сейчас эта сумма уже 13 миллиардов. То есть это сумма, которую задолжал второй родитель, уже установленная судом и не выплачиваемая второму родителю на содержание детей.

О чем это говорит? На сегодняшний момент, конечно, работает служба судебных приставов…

Н. Кричевский:

- Елена Леонидовна, совершенно не принципиально то, о чем это говорит. Все понимают, что это говорит о том, что ребенок не получает полноценного образования, питания и вообще достойной жизни. Когда-то папу найдут, но нас интересует процесс.

Е. Николаева:

- Здесь вопрос в том, что не дожидаться момента, пока служба судебных приставов найдет возможность изъять эти деньги в пользу содержания этого ребенка, а уже сейчас, в период, когда дети растут, деньги нужны здесь и сейчас, можно было бы выплачивать эти средства в размере, определенном судебными органами. И потом взыскивать эти средства в компенсацию расходов бюджета, возможно, даже с процентами.

Почему это будет работать эффективно? Во-первых, когда должник должен не физическому лицу, а государству, то включается вся система защиты интересов государства, в частности, возможность ограничения выезда за границу, возможность не позволить управлять транспортными средствами, не оформление на определенные виды работ, например, занимать должность чиновника и т.д. Есть ряд очень серьезных моментов, которые срабатывают не только в штатном режиме, когда работают судебные приставы.

Н. Кричевский:

- Елена Леонидовна, почему вас не слышат?

Е. Николаева:

- Потому что когда было предложение создавать это на федеральном уровне, посчитали те объемы, которые нужны изначально на функционирование этой системы, сказали, что на федеральном уровне таких возможностей нет. После чего я вышла с предложением дать возможность тем субъектам РФ, у кого есть такое желание возможности - например, Москва, тот субъект РФ, который может себе позволить содержание этого фонда, и тех жителей Москвы, которые максимально страдают. И если мы посмотрим структуру бедности в России, самые бедные у нас это не пенсионеры, как многие могут подумать, а именно одинокие матери, воспитывающие детей.

Так вот, для того чтобы принципы социальной справедливости в городе были реализованы, мы сейчас вышли с инициативой дать возможность субъектам РФ создавать подобные фонды. Более того, я абсолютно уверена в том, что если этот фонд будет работать даже не как денежная кубышка, а как некий набор организационных мероприятий, которые помогут ускорить процесс взыскивания этих средств в пользу родителя, который содержит ребенка, уверена, что все мамы почувствуют это облегчение.

А. Иванов:

- Эти алименты, которые будут платиться из этого фонда, они будут в каком-то фиксированном размере или, как это обычно бывает, в зависимости от доходов сбежавшего отца?

Е. Николаева:

- Для того чтобы сделать на первом этапе, мое предложение было сделать сначала хотя бы минимальную сумму, которая бы определялась из прожиточного минимума. В дальнейшем, при развитии этой системы можно было бы уже то, что присужено по суду, реализовывать. Но поскольку в основном это очень бедные семьи, и вопросы содержания семей являются ключевыми в части просто возможностей, начать предполагалось (мной, по крайней мере) из расчета минимальных сумма.

Н. Кричевский:

- По поводу левого поворота, экономической повестки этого левого поворота. Есть одна очень большая опасность в этом левом повороте, потому что начнем и не остановимся.

А. Иванов:

- Как мы обычно в России любим делать.

Н. Кричевский:

- Это у нас в крови. Мы же начнем и скажем: а почему так мало? И мы будем правы.

А. Иванов:

- Давайте закончим про павловскую реформу. Мне кажется, что то изъятие денег у населения, которое до сих пор, 30 лет спустя, многие припоминают, это был своего рода крах социалистического проекта…

Н. Кричевский:

- Да не было никакого изъятия.

А. Иванов:

- А что было?

Н. Кричевский:

- Это такая серьезная тема. Нам надо будет как-нибудь хотя бы половину программы посвятить тому, как экономически разваливался Союз. Когда я читал закон о госпредприятии, объединении 87-го года, у меня волосы дыбом вставали. Главный показатель деятельности предприятия, эффективности предприятия не количество рабочих мест, не количество выпущенной продукции, не внедрение новых технологий, не достижения научно-технического прогресса, а прибыль. И параллельно отпускают цены.

Кто это придумал? Этого человека надо было расстрелять сразу, как только он внес это предложение. Но это предложение не только прошло все стадии, а оно было принято Верховным Советом. Естественно, когда у вас появилась возможность завышать цены так, как вы этого хотите, и когда вы стали говорить: но зато у меня прибыль на предприятии, - ни у кого нет вопросов. Потому что человек действует в соответствии с законом. А ведь наша ментальная черта какая? Любой беспредел и любой разрыв должен соответствовать закону. Не справедливости, не менталитету, не национальной идее, а закону. А как будет принят закон? Вот его приняли так, как приняли в 87-м году, так и пошло.

А. Иванов:

- Откуда у населения тогда было столько денег?

Н. Кричевский:

- Дело в том, что пошла прибыль, и предприятия значительную часть этой прибыли начали выплачивать своим работникам в качестве зарплаты. И фонд заработной платы рост практически каждый месяц, и люди получали день ото дня больше, а количество продукции не менялось. Китайцы этого не могли себе позволить на протяжении 10 лет после начала реформ. Они через 10 лет, в 1988 году отпустили цены. Тут же смели с прилавков все, что там было, встало кредитование, банки оказались на грани коллапса, потому что люди начали снимать деньги. И через несколько месяцев китайское правительство сказало «стоп».

А в Советском Союзе сказали: да ну, что там Китай какой-то, у советских собственная гордость… И параллельно началось кооперативное движение. А там вообще просто вольница, снимай любые деньги под минимальный процент. Пошла обналичка. Пошло столько беззаконий и столько ужаса, что доходило до того, что мой знакомый до 6 часов ловил нарушителей социалистической законности, а после 6 выпивал с ними в ресторане.

И в итоге в 90-91-м году при том же количестве продукции денег у людей оказалось в несколько раз больше, чем это было несколько лет назад. И Павлов неумело хотел эту проблему решить за счет обмена 50- и 100-рублевых купюр. Но при этом разрешалось перевести эти деньги на вклад в Сбербанк (а других банков тогда практически не было) и через какое-то время снять их.

Там же была другая история. Был денежный навес 140 млрд. рублей. Об этом трубили во всех медиа и на экономических форумах. Плюс ко всему Павлов заявил о том, что в Советский Союз поступили вагоны фальшивых денег, и с этим нужно что-то делать.

А. Иванов:

- Тогда была такая мутная водица в стране, что я не удивлюсь, что действительно так и было.

Н. Кричевский:

- Ну и что, они решили эту проблему? Нет, не решили.

А. Иванов:

- Никита Александрович, не кажется ли вам, что есть некие параллели между тем временем, что было в Советском Союзе, и тем, что сейчас глобально происходит в мире, когда производство товаров и услуг сократилось, а при этом печатание денежной массы увеличилось? И не придется ли изымать, конфисковывать точно так же эти дополнительно напечатанные доллары и евро у населения?

Н. Кричевский:

- Когда мы говорим о Европе и об Америке, мы должны помнить о том, что они эмитируют резервные валюты. Не свободно конвертируемые, как, например, швейцарский франк или канадский и австралийский доллар, а именно резервные. То есть валюты, которые составляют львиную долю резервов Центробанков в разных странах, в первую очередь в странах Ближнего Востока, в Японии, в Китае, в Российской Федерации. Когда там запускается печатный станок, эти излишки абсорбируются в тех самых резервах третьих стран, и они не оказывают никакого влияния на внутренний рынок. Если вы сделаете то же самое в РФ (а наш рубль никому не нужен, за исключением той же самой Российской Федерации), вы очень быстро получите и рост инфляции, и рост цен на продукты, и увеличение вкладов, и по спирали все прочие нюансы, которые связаны с увеличением денежной массы. Этого делать нельзя ни в коем случае.

В то же время разумное увеличение количества денег в экономике крайне необходимо, но только в разумных пределах, не так, как это было в Советском Союзе. А я очень боюсь, что те люди, которые сегодня во главе монетарной власти в России, могут сделать те же самые ошибки. Потому что экономической теории в мире сегодня нет, и никто не знает, как это работает.

А. Иванов:

- Наши слушатели делятся своими соображениями, как все это происходило в то время. «Просто делали переводы в соседний город на свое имя». А кто-то говорит: «Шеф купил на все сбережения авиабилеты, а через пару дней сдал их обратно в кассу». Вот так люди проходили эту павловскую реформу.

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Apple Podcasts и Google Podcasts, ставьте оценки и пишите комментарии!

Для нас это очень важно, так как чем больше подписчиков, оценок и комментариев будет у подкаста, тем выше он поднимется в топе и тем большее количество людей его смогут увидеть и послушать.