Никита Кричевский: Решение Минфина поднять цены на алкоголь - вредительство

Экономика с Никитой Кричевским
Алексей Иванов и Никита Кричевский обсуждают, можно ли за деньги купить всё, зачем подняли цены на алкоголь, нужно ли снижать инфляцию повышением ключевой ставки и во что вкладывать деньги, чтобы капал пассивный доход

А. Иванов:

- «Тот, кто утверждает, что деньги могут сделать все, скорее всего, просто сам готов сделать все, что угодно, ради денег». Бенджамин Франклин.

Профессор Никита Кричевский в студии, Алексей Иванов – ведущий.

Н. Кричевский:

- Здравствуйте.

А. Иванов:

- Давайте на вас проверим.

Н. Кричевский:

- Вы какую-то банальщину, ересь, как всегда, находите. А профессор сиди и думает: а чего такого умного возразить? Тот, кто считает, что солнце светит ярко, скорее всего, родился летом. Алексей Иванов, радио "Комсомольская правда".

А. Иванов:

- Можно ли за деньги купить все?

Н. Кричевский:

- Конечно, ничего нельзя купить! Ну хватит уже! Есть более важные вопросы. Нежели обсуждать эту хрень от одного из портретов на американской купюре. Это дикий капитализм. Это та эпоха, когда можно было очень многие вопросы решать за деньги. А потом пришло понимание, что не так все просто. При этом он это произносил в то время, когда у нас в России люди массово бежали со своих привычных мест обитания из-за того, что покусились на их веру, запретили бога Саваофа. Запретили изображать его. В первую голову было то, что бога отменили.

Каким образом можно было с этими людьми договориться по деньгам? Я тебе рубль дам – ты от бога откажешься? Народ сжигался.

А. Иванов:

- Разный менталитет – Америка и Россия. В Америке, может, и можно все купить за деньги. В России – никогда.

Н. Кричевский:

- Да и в Америке тоже не купишь.

А. Иванов:

- Минфин предложил установить новые минимальные розничные цены на алкоголь крепостью более 28 градусов. С 1 января бутылка водки объемом 0,5 литра может подорожать с 243 до 261 рубля, а минимальная цена на коньяк может вырасти на 34 рубля – до 480 рублей за бутылку коньяка. Сразу вспоминается знаменитый советский стишок: «Было три, а стало пять – все равно берем опять. Передайте Ильичу, нам и десять по плечу. Ну, а если будет больше, то получится как в Польше. Ну, а если двадцать пять – Зимний будем брать опять».

Н. Кричевский:

- Я считаю, что Минфин – вредитель. Вот тот, кто предложил этот законопроект, кто его подписал, не исключаю, что это был конкретно товарищ Силуанов, это вредитель. Человек, которого нужно гнать поганой метлой из правительства. Потому что мне вообще непонятно обоснование, зачем это нужно было делать. Якобы цены на крепкий алкоголь за последнее время выросли на 2,5 %, что ниже инфляции. И что?

А. Иванов:

- Он предлагает поднять на 7,5 %.

Н. Кричевский:

- И что? А вот бюджет. Так он у нас, насколько я знаю, из дефицитного по началу года превратился в профицитный, и настолько серьезно профицитный, что мы даже в сладких снах не могли этого год назад предвидеть, когда принимали дефицитный бюджет. Это было абсолютно нормально. Потому что дефицит в пределах инфляции, скажем, в пределах 4 %, это дефицит, который не только вреден, но и полезен. Инфляция естественным образом за год покрывает весь этот дефицит. Вы установили дефицит бюджета в 2 %, а у вас инфляция по году 3 %. Понятно, что 1 % у вас даже в плюс пойдет. Цены-то растут. Следовательно, налоги растут, отчисления в бюджет, в фонды растут. И вы по итогам года оказываетесь в шоколаде.

В долг живет весь мир. В такой разумный долг. Я имею в виду мир как государственное образование. В Китае постоянно дефицит бюджета. Но исходя из прогнозируемой инфляции, чтобы не сильно заскакивали, переходили красную черту.

А у нас при профицитном бюджете мы говорим: а вот надо на водку с коньяком цены повысить, потому что давно не повышали. А у нас что, какие-то наполеоновские траты на следующий год запланированы? Нет. У нас война начинается, необходимо много денег для того, чтобы производить вооружение? Нет.

А. Иванов:

- Не знаем мы об этом.

Н. Кричевский:

- Любая война в современных условиях заканчивается гибелью планеты, гибелью человечества. Если это большая война. У нас на следующий год запланированы масштабные выплаты людям? Тоже нет.

А. Иванов:

- Не исключено.

Н. Кричевский:

- Исключено.

А. Иванов:

- Мы это видели уже в этом году, в прошлом году.

Н. Кричевский:

- Да, все восстанавливается. И говорить о том, что надо кого-то кем-то поддерживать, так мы и в хорошие времена не поддерживали.

А. Иванов:

- Вы считаете, что Силуанов за счет этого хочет наполнить бюджет?

Н. Кричевский:

- Я считаю, что это вредительство. Я не знаю, что он хочет. Для этого нужно спросить у Силуанова. Когда наш коллега Миша Делягин пытается выяснить у него на заседаниях Госдумы, что думает Силуанов по тому или иному вопросу, Силуанов начинает рассказывать о том, что у него в Киеве дядька.

Это чистой воды вредительство. Не потому что я выступаю за то, чтобы люди пили больше. Снижение потребления алкоголя зависит от многих факторов. В последнюю очередь – от плавного увеличения цены, к сожалению. Или в одну из последних очередей. А в наших условиях это более активный переход на суррогаты и контрафакт. Это новые отравления и смертельные случаи от боярышника, метанола и прочего.

А. Иванов:

- В Татарстане задержали четырех человек за сбыт алкоголя, которым отравились студенты.

Н. Кричевский:

- Там было две канистры в багажнике, ребята ехали отдохнуть. И они просто перепутали канистры, выпили метанол. А в соседней канистре был алкоголь нормальный, но суррогатный при этом. Самогон, грубо говоря. Это я к тому, что без повышения цены люди мрут и травятся. А что будет, когда цена вырастет?

А. Иванов:

- Как вы относитесь к самогоноварению? Это нормально или нужно запретить? Все чаще выступают представители алкогольного лобби, которые говорят, что нужно запретить.

Н. Кричевский:

- Они это делают в своих интересах. А как мы можем это запретить? В Советском Союзе в последние годы запрещали, так у меня тесть покойный законопачивал двери, бывший офицер, кстати, и гнал. И потом чистил. И всем очень нравилось. Это было в условиях 1988-1989 года, когда крепкого алкоголя в магазинах просто не было. Потом появились суррогаты. И потом количество смертей выросло в геометрической прогрессии. Но в те годы людей сажали. И это активно показывали по телевизору. А как вы сейчас сможете проникнуть в жилище, проконтролировать самогоноварение в сельской местности? Я имею в виду дачные участки.

А. Иванов:

- Сегодня самогоноварение – это уже далеко не маргинальное занятие. Этим занимаются вполне приличные и достойные люди с хорошим заработком, просто в качестве своего хобби.

Н. Кричевский:

- И при этом покупают самогонные аппараты совершенно легально, через интернет. И как эти гаврики, которые топят за запрет самогоноварения, представляют себе, что это будет запрещено? Много чего запрещали – ничем хорошим это не кончилось.

А. Иванов:

- Telegram-канал «Антискрепа» пишет о том, что могут снова подорожать овощи перед Новым годом.

Н. Кричевский:

- Я сегодня целый день сталкиваюсь с новостями – одна веселее другой. Какая-то дама выступила и сказала, что к Новому году подорожают овощи. И поэтому, если вы хотите, то давайте закупайте их сейчас. Глупая женщина. Давайте вспомним о том, как ФАС щемил независимых топливных производителей.

А. Иванов:

- Продолжаем говорить о ценах. Это то, что обсуждают в курилках, на кухнях, - как сильно растут цены на все. Мы уже говорили про подорожание алкоголя…

Н. Кричевский:

- Это уже давно не обсуждают, к этому все давно привыкли.

А. Иванов:

- Но молчать тоже никто не собирается.

Н. Кричевский:

- Народ погружается в состояние крайнего изумления. Народ откровенно не понимает, вроде бы государство у нас одно, президент у нас один, правительство одно, ЦБ тоже вроде как у нас государственный, а кто в лес, кто по дрова. Мы с вами начали с того, что Минфин предложил поддуть инфляцию. Поддуют, не вопрос. Я не понимаю, зачем он это делает. Деньги есть, пить меньше не станут. Может быть, какие-то мысли другие у людей в Минфине в головах. А дальше мы с вами пошли на то, что какая-то идиотка сказала о том, что цены перед Новым годом на овощи вырастут, поэтому надо закупаться сейчас, перед Новым годом. И тут же у меня возникает вопрос. Долгое время, когда представители независимых топливных ассоциаций говорили о том, что цены на бензин будут расти (и они действительно росли), ФАС грозно выносила им предупреждение и пальчиком в их сторону показывала – следите за базаром. Сейчас выходит какая-то дамочка, говорит вещи, которые еще хуже, по большому счету, и ФАС молчит, все остальные молчат. Я не очень понимаю, что происходит. Зачем поддувать эти негативные инфляционные ожидания людей? Зачем поддувать недовольство властью?

А. Иванов:

- А давайте послушаем, что по этому поводу…

Н. Кричевский:

- А давайте не будем. Давайте сделаем плавный мостик к тому, что у нас есть еще одна дамочка, которая всеми своими действиями в этом году делает все, для того чтобы инфляция росла. Я имею в виду госпожу Набиуллину, как вы понимаете. Почему я так говорю? Потому что природа нынешней инфляции до конца не ясна. Все больше и больше исследований на Западе говорят о том, что товары, особенно товары длительного пользования, в Америке, в Европе выросли, и выросли очень сильно, а вот услуги в реальном выражении до сих пор не могут догнать те темпы, которые были до пандемии. Ну, не ходим мы ни в рестораны, ни еще куда-то, не ездим мы никуда, туризм у нас зачах. Все, что касается услуг…

А. Иванов:

- Так не разрешают, поэтому и не ходим.

Н. Кричевский:

- Что касается услуг, за исключением финансовых услуг, наверное, и то в меньшей степени, не получается догнать. Не разрешают… Мы здесь говорим не о причинах, а о следствиях. Мы говорим о том, что услуги не догоняют тот уровень, который был до пандемии. А это значит, что деньги перетекают в потребление товарной группы. Из-за этого растет инфляция. Вот когда по мере ослабевания запретов услуги начнут догонять хотя бы тот уровень, который был до пандемии, тогда мы посмотрим на инфляцию. Но все в один голос говорят, что рано делать выводы. И только доблестный российский Центробанк говорит: слышь, я всё знаю, я всё понимаю, это из-за того, что… И повышает ключевую ставку, тем самым увеличивая цену кредита, которая перекладывается в себестоимость. Но это же очевиднейшие вещи. Это элементарная логика. Мы можем выйти зимой на улицу в трусиках, но нам будет холодно. И только госпожа Набиуллина не понимает этого, а может быть, делает специально, может быть, делает назло, может быть, делает (кстати говоря, вместе с друзьями из Минфина), для того чтобы нагадить действующей власти. Потому что я не зря в начале программы сказал о том, что действия Минфина – это вредительство.

А. Иванов:

- Госпожа Набиуллина, у нее, между прочим, горизонт планирования по инфляции уже заходит далеко за 2022 год, она уже говорит о том, что инфляция вернется к нормальным значениям только в 23-м году. Давайте послушаем фрагмент ее выступления в Государственной Думе на этой неделе, где как раз она говорила о том, какие прогнозы ведомство делает по поводу роста цен.

Э. Набиуллина:

- Инфляция вернется к 4-4,5%. Наша политика способна обеспечить снижение инфляции до этого целевого уровня, для этого мы подняли ставку и еще некоторое время будем ее удерживать выше нейтральной, чтобы добиться вот такого устойчивого замедления инфляции. Вы знаете, мы с весны этого года уже начали публиковать прогноз нашей ключевой ставки, мы раньше этого не делали, это новшество этого года. Мы публикуем, как мы видим прогноз ставки. Это диапазон среднегодовой ставки.

На 22-й год это 7,3-8,3 и возвращение к нейтральному уровню ставки (напомню, это 5-6%) произойдет не раньше середины 23-го года. Это необходимо, чтобы инфляция вернулась к цели и сохранялась на этом уровне.

А. Иванов:

- Ключевая ставка будет выше нейтрального уровня в 5-6% весь следующий год. То есть следующий год, я так понимаю, по мнению Эльвиры Набиуллиной, будет примерно такой же, как нынешний.

Н. Кричевский:

- Знаете, это было бы оправданно, если бы Набиуллина параллельно сказала о том, что она будет увеличивать денежную массу. Звучит непонятно, а по-русски, на пальцах это очень просто. Она будет развивать в первую очередь кредитование и рефинансирование, скажем так, крупных инфраструктурных проектов. Что я имею в виду? Например, нужна новая дорога, она стоит миллиард, к примеру. Государственная компания (предположим, «Росавтодор») выпускает облигации на миллиард. Что делает ЦБ? Выкупает на свой баланс. И дает «Автодору» деньги на строительство дороги. Сейчас «Автодор» лезет в фондовый рынок, в ФНБ, какие-то бабки получает из бюджета, в кредит берет у коммерческих банков. И говорит: мужики, вы, конечно, нас извините, но мы должны кредит отдавать, поэтому будете за плату ездить на наших новых дорогах. И мы говорим: ну да, все понятно. А виноват в том, что мы ездим за деньги (и за большие деньги) никто иной как госпожа Набиуллина.

А. Иванов:

- Хорошо, вот вы – профессор, вы скажите, какие есть альтернативы повышения ключевой ставки, чтобы снизить инфляцию, сбить рост цен?

Н. Кричевский:

- Набиуллина говорит о том, что ключевая ставка ограничивает инфляцию, как о нечто само собой разумеющемся. При этом реальность говорит ровно об обратном. Вот она весь этот год повышает ставку – и весь этот год инфляция растет.

А. Иванов:

- Она же скажет: так она бы выросла еще в два раза больше.

Н. Кричевский:

- Она бы выросла в два раза больше, если бы не действия правительства, - ответил бы я. Что касается вашей ставки, покажите мне алгоритм ее действия, ее влияния на цены. Потому что ничего, напоминающего о том, что из-за повышения ставки цены снижаются, мы не видим. И мы не увидим. Ну, хотя бы потому, что растет себестоимость.

Что делали те же немцы в прошлом году (сегодня была в кои-то веки нормальная статья в «Коммерсанте» на эту тему)? Снизили на 3 процентных пункта на полгода НДС, с 19 до 16%.

А. Иванов:

- У нас 20%. У нас повысили, наоборот, два года назад.

Н. Кричевский:

- И, естественно, они параллельно усилили контроль над снижением цен. В итоге потребление выросло. Бюджет, конечно, потерял порядка 7 миллиардов евро, но потребление выросло на 34 миллиарда. Из чего я делаю вывод, что в принципе бюджет не сильно потерял. Бюджет там триллионный, и если в реальности потеряли, то, может быть, миллиард евро, может быть, два. Потому что наверняка добрали за счет роста налога на прибыль или прочих налогов. Вот реальный механизм. И «Коммерсант», который всегда выступает на стороне Набиуллиной, говорит: это работает. А у нас что происходит? Еще раз повторяю, весь мир говорит: не надо спешить с повышением ключевых ставок, не торопитесь. Потому что пройдет немного времени, и когда услуги начнут потребляться в том виде и в том объеме, как это было до пандемии, мы посмотрим на инфляцию.

А. Иванов:

- Чтобы услуги потреблялись в том виде, нужно не вводить QR-коды, нужно отменить пандемийные ограничения, нужно запустить, в конце концов, авиарейсы за границы. Это то, чего никто не делает.

Н. Кричевский:

- Я с вами согласен. Но, так или иначе, постепенно мы к этому идем. Не факт, кстати говоря, что QR-коды вообще будут введены.

А. Иванов:

- Мы говорим про цены, мы говорим про инфляцию. Ну и, конечно, из этой темы сразу легко перескочить на тему зарплат. Никита Александрович, все было бы не так плохо, и не так бы мы страдали по этим подорожавшим огурцам, подорожавшим коньякам, если бы нам примерно так же повышали зарплату. Вот я смотрю, Минэкономразвития…

Н. Кричевский:

- Вы меня извините, конечно, Алексей Валерьевич, но я чего-то не понимаю, как может коньяк стоить 480 рублей.

А. Иванов:

- А сколько он, по-вашему, должен стоить?

Н. Кричевский:

- Я не знаю, сколько он должен стоить, но он должен стоить дороже, если, конечно, вы хотите, чтобы это был коньяк, а не коньячный напиток. Коньячный напиток так и может стоить, а вот что касается коньяка, то если только с завода ты покупаешь…

А. Иванов:

- Канистру.

Н. Кричевский:

- Тогда - да, 500 рублей, я согласен.

А. Иванов:

- На этой неделе появились в интернете вакансии для контролеров QR-кодов. Так там зарплата – 20 тысяч рублей. Вот человек весь день стоял, QR-коды проверял. Ему какой коньяк прикажете покупать, за полторы тысячи?

Н. Кричевский:

- Ну, этот человек не будет пить коньяк, он будет пить водку, а скорее, даже самогон. Знаете, народ у нас стреляный, он понимает, что люди травятся, и опасность того, что вы можете нарваться на паленый алкоголь, да еще, не дай бог, с метанолом, она теоретически возрастает. Особенно когда эти случаи становятся достоянием общественности, гласности, публично обсуждаются. И поэтому они говорят: нет, ребята, мы не будем покупать, мы лучше сами всё сделаем, вот у Петровича на апельсиновых корках и почищенный марганцовкой…

А. Иванов:

- Мы сейчас придем к Венечке Ерофееву, коктейлям из политуры.

Н. Кричевский:

- То, что надо было. Я, между прочим, согласен. Потому что мой покойный тесть делал очень качественный напиток, и нам с супругой нравилось. И у меня мысли не было пойти и водки купить. А зачем, когда можно с тестем этот вопрос решить полюбовно? Я это к чему? К тому, что повышайте… Вот контролер QR-кодов за 20 тысяч рублей (в Москве наверняка больше в плане оплаты). Но эти люди не пойдут за коньяком, сколько бы он ни стоил. Они пойдут за другими напитками. А тут еще Минфин говорит: слышь, проверяющий QR-кодов, мы тут тебе решили на 7% побольше цену минимальную поднять. И он говорит: ребята, я-то не против, конечно, если вам надо, вы так и скажите, я с пацанами поговорю, мы скинемся – страна же, надо помочь. Цена на нефть падает, в бюджете нет денег, поэтому цена бензина растет, надо же помочь. А когда цена на нефть растет, бензин дорожает, это же очевидно – потому что цена растет, и здесь невидимая рука рынка. Но главное, чтобы родина была не в опасности. Надо, так мы скинемся, мы даже облигации купим федерального займа, только скажите.

А. Иванов:

- Почему в России не повышают зарплаты на тот уровень, который помог бы нивелировать инфляцию?

Н. Кричевский:

- Я вам объясню почему. Знаете, есть такая расхожая балаганная фразочка – нет политической воли. Фигня это всё. Что, Путин должен выйти и сказать: с завтрашнего дня все зарплаты чохом повысили?

А. Иванов:

- Так это невозможно.

Н. Кричевский:

- Конечно, невозможно. Поэтому этого не будет. Дело не в политической воле, а дело в том, что есть люди рангом ниже, которые сегодня об этом не думают, они думают о других вещах. Они, например, думают о том, чтобы повысилась минимальная цена за водку или за коньяк. Или вот Набиуллина приходит и говорит: ну, мы ключевую ставку подняли, поэтому мы рассчитываем на то, что к концу 22-го года все будет нормально в 23-м году с инфляцией. Ее не будет в это время на посту председателя. И прогнозам ее грош цена. Почему? Потому что весь этот год с самого начала они делали прогноз за прогнозом. Я много раз приводил этот веселый пример. В 2008 году прогноз по инфляции пересматривался в России 6 раз в течение года, а прогноз по ВВП – 4. Последняя цифра, которую приблизительно за месяц до конца года представил главный прогнозист Минэкономразвития господин (не буду говорить кто), была 13 с небольшим процентов. И ведь угадал – 13,3. По году было 13,3.

А. Иванов:

- В этом году состязание прогнозистов и правительства примерно с такой же результативностью проходило.

Н. Кричевский:

- Абсолютно. Они много раз нам говорили о том, что пик цен пройден в апреле. Это Решетников говорил.

А. Иванов:

- А вот мы уже в ноябре, и кажется, что ни конца, ни края.

Н. Кричевский:

- И тут еще Набиуллина выходит и говорит: а вот так. Люди не верят. А если у вас нет доверия к власти, считайте, что всем вашим планам большой и жирный крест.

А. Иванов:

- Потому что экономика это на 50% психология.

Н. Кричевский:

- А в наших условиях наверняка еще и больше. Ну, не верят люди. Они верили когда-то, и тогда все росло. Ну а как можно одними зубами говорить одно, а другими другое? Непонятно.

Так вот, по поводу заработных плат. Я слушаю иногда эту либероту сволочную, которую еще Мардан не расстрелял окончательно, видимо, точит еще стволы свои (словесные, естественно, риторические). Они говорят: главная экономическая проблема России сегодня – инфляция. Людям жить не на что, а они говорят: инфляция – главная проблема. Вот просто сразу расстрелять (ну, в хорошем смысле). То есть уволить и сказать: знаете, вы, наверное, пойдете преподавать, не надо вам это, есть много других занятий относительно денежных, можете на фондовый рынок пойти, вы 100% там обкакаетесь… А про заработную плату никто ничего не говорит. Ну, потому что заняты другими вещами. Потому что рабочий день не резиновый, а тут еще надо на совещание съездить, тут еще надо к президенту попасть, с Мишустиным переговорить, а вечером – ужин с банкиром.

А на самом деле нужно применить совершенно простое решение, не публично абсолютно. То есть собрались… Кто соберется? ФНС, ФАС, правоохранители, местные власти, на уровне федеральном это администрация президента, соответствующее управление. И договориться. Мишустин говорит: «Вы помните, в конце нулевых и в начале второго десятилетия, десять лет назад, мы создавали комиссии, которые ходили по компаниям, точнее, руководители компаний сами приходили на эти комиссии и отчитывались, почему их заработная плата ниже средней по отрасли. Пальчиком грозили и говорили: ребята, мы всё понимаем, вы обналичиваете, вы платите в черную, но это неправильно, давайте до средней по отрасли. И повышали зарплаты, и платили больше налогов. Вот ровно такую же историю надо сделать сейчас. Иначе как принуждением этот вопрос не закрыть. И никакой Путин, никакой Папа Римский не сможет убедить абстрактного коммерса, который тут же будет говорить, что «у меня себестоимость поплывет», в том, что ему нужно поднимать заработную плату.

А. Иванов:

- Еще один выход – сильные профсоюзы, которых у нас нет фактически. У нас есть какая-то ширма.

Н. Кричевский:

- Их нигде нет, не только в России. Их нет ни в Америке, ни в третьих странах. Только принуждение.

А. Иванов:

- Кстати, нам слушатель из Германии пишет: «Вы сильно не расстраивайтесь. Нам тоже уже давно зарплаты не повышают, а цены растут, как на дрожжах». Так что мы в одной лодке с немцами.

Ну, профессор, вы обещали меня развенчать.

Н. Кричевский:

- Нет, просто у Германии свои проблемы.

А. Иванов:

- Да те же самые! Вон зарплаты не повышают, цены растут.

Н. Кричевский:

- Подождите. Там такого ужаса нет в плане ценообразования. Там же поголовно компании не оформлены в оффшоры, там руководитель «Lufthansa» не объясняет, почему надо регистрировать свои борта на Бермудах или в Ирландии. Они это не объясняют! Говорят, ну, вот потому мы и не регистрируем в Германии, а регистрируем в Бермудах, потому что.

И цены там растут, конечно, существенно, но не так. И повторю, что ЦБ, что ФРС говорят, ребята, не спешите с постановкой диагноза. Дайте время.

Обратите внимание, все последние телетрансляции футбольных матчей показывают нам полные трибуны. Это значит, что постепенно ослабевают ковид-ограничения. Рано или поздно эта ситуация придет и к нам. И тогда мы увидим, что инфляция вопреки прогнозам госпожи Набиуллиной падает быстрее. И совершенно не обязательно держать сверхвысокую ключевую ставку, повышать цену кредита.

Бог с ним.

А. Иванов:

- Вот цены растут, зарплаты не повышают. Во что тогда нужно вкладывать деньги, чтобы хотя бы капал какой-то пассивный доход? Вот я ознакомился с комментариями РАНХиГС, которые говорят, что лучше на вклады в банке.

Н. Кричевский:

- В РАНХиГс были сегодня очередные обыски, вы, наверное, слышали об этом. А для тех кто не слышал, расскажу, что обыски были у проректора и у финансового директора. И они были связаны были с делом Мариночки Раковой и болезного ректора «Шанинки» Сергея Зуева. Во что это все вылилось? Мы пока не знаем. Но есть факты и доказательства, что это произошло.

По поводу РАНХиГСа и вкладов. Ну, вот насколько я знаю, у вас в отделе сейчас готовится аналитическая публикация по поводу того, что вот на горизонте десять лет, а на горизонте пяти лет понятно, что фондовый рынок провалился по сравнению со вкладами. А на горизонте десяти лет я выскажу тезис, может, вы его оспорите, тем не менее: валюта. Десять лет назад доллар стоил плюс-минус тридцать рублей. Но сейчас-то 73! Про евро я вообще говорить не буду.

Но самое страшное , те публикации, о которых вы говорите по поводу того, что фондовый рынок показывает доходность меньшую, нежели чем проценты по вкладам, говорит о том, что маятник общественного настроения постепенно разворачивается в другую сторону, в сторону, противную от фондового рынка. Потому что, действительно, миллионы людей пошли туда, количество открытых счетов не соответствуют количеству активных счетов. Их существенно больше – открытых счетов. У меня у самого штук сто, я утрирую. Просто и во франках у меня швейцарских открыт, и в тугриках, в чем только не открыт, когда я открывал счета в одном госбанке. Открыли? Спасибо. Я там ничего не делал, но я попал в статистику.

А 21% населения вообще, из тех, кто участвовал в фондовых аферах, он вообще оказался в минусе.

А. Иванов:

- Может, в недвижимость? В золото?

Н. Кричевский:

- А пусть Набиуллина и Беляков исследования проведут. И мы с удовольствием обсудим. И даже Белякова сюда позовем! И призовем к ответу.

Я, знаете, вкладываю… тут надо всегда спрашивать у человека, который советует. Вот лично вы куда вкладываете? Вот конкретно. Вот я – профессор Кричевский – вкладываю в кредиты. В свои кредиты.

А. Иванов:

- Интересный подход.

Н. Кричевский:

- Да. Я много раз говорил, что оптимальный способ жизни в нашей стране – это жить в кредит. В ипотечный, у меня были две ипотеки, я их закрыл. У меня сейчас висит кредит за автомобиль, я его пока не закрыл. Я те деньги, которые приходят, потихонечку вкладываю в погашение кредита. У меня автокредит уже год, я, к сожалению, погасил за этот год всего 20% от суммы кредита, но у меня был ремонт все лето, вы знаете.

А. Иванов:

- Об этом все знают.

Н. Кричевский:

- Да, вся страна переживала, помню. А сейчас вкладываю в погашение кредита. Я не спешу, не тороплюсь, потому что появляется свободная копеечка, я ее туда.

А. Иванов:

- Психологический людям очень сложно жить в кредит, потому что люди боятся остаться без средств к существованию.

Н. Кричевский:

- Да. Но это не мешает мне жить в хорошей квартире. И я сейчас вспоминаю тот период, когда я брал ипотеку с благодарностью, потому что это позволило мне воплотить свою мечту. И несмотря на то, что психологически мне не очень хорошо из-за того, что у меня болтается автокредит, я езжу на новой машине. Ну, уже относительно новой, ей уже год. Но неважно! Я езжу на новой машине!

А. Иванов:

- Вы сейчас невольно подпеваете Герману Грефу, который недавно заявлял о том, что россияне очень сильно недокредитованы.

Н. Кричевский:

- Я считаю, что долгосрочные кредиты только в рублях. Это то, на чем мы должны строить все свои стратегии. Потому что если ты в материальном плане хочешь достичь чего-то большего, так сделай это в кредит.

А. Иванов:

- Жить в кредит – это унижение! Это нам пишут в чате прямо сейчас.

Н. Кричевский:

- Да ради бога! Езди на своем старом рыдване, а я буду обгонять тебя на новенькой машине. И ты мне будешь орать: это унижение! Я буду говорить, кто спорит!

Дальше чего? Это я к тому, что это – одна из мер – воссоздание тех комиссий, о которых мы говорили семь минут назад. Вторая мера – это, конечно, расширение денежной массы в стране. Потому что у любого предпринимателя велик соблазн побольше положить себе в карман. Это нормальное желание. Любой на месте стантартного коммерса поступил бы точно так же. Для этого и нужно всевидящее око государства и его тяжелая длань. Для чего? Для того, чтобы погрозить пальчиком, а иногда натрепать уши. Можно и поставит в угол, но это в исключительных случаях.

Ты же зарабатываешь? У тебя же оффшор. И мы это знаем. Так чего же с людьми так поступаешь? Не кошерно это, дружок. Не по-христиански.

А. Иванов:

- Помните Максима из Тюмени, которому после Крыма стало жить хуже?

Н. Кричевский:

- В три раза. Да.

А. Иванов:

- Так вот, нам пишет Максим из Тюмени. «По совету Никиты Кричевского пошел работать в таксисты. Заработал сегодня тысячу рублей чистыми, бензин 45 рублей за литр, амортизация – вообще молчу. Придется машину продавать через три года за копейки, а покупать за миллион!».

Н. Кричевский:

- Слушай, а я что, советовал в таксисты ему идти?

А. Иванов:

- Наверное, советовали. В запале запамятовали уже.

Н. Кричевский:

- Во-первых, отмотаем программу назад. Но даже если советовал, вот врать не надо. Максим, не знаю, как у вас в Тюмени, а в столице в крупных городах таксисты живут очень неплохо.

А. Иванов:

- Я знаю знакомого таксиста, который зарабатывает 200 тысяч рублей, работая 10-12 часов в день.

Н. Кричевский:

- Да. Насчет двухсот я бы поспорил, но за сто в столице можно заработать в такси совершенно спокойно. Даже с учетом графика, даже с учетом пробок и нервической работы. Слушайте, было бы желание.

Максим, ну, в следующий раз вы скажете, что по совету Кричевского я пошел работать патологоанатомом.

А. Иванов:

- По совету Кричевского сейчас люди наберут кредитов.

Н. Кричевский:

- И купят себе квартиры, машины и дорогостоящую технику. И будут наслаждаться жизнью. И сделают абсолютно правильно. Но, конечно, идеальный вариант – это вкладывать себя в своих близких, в своих детей.

А. Иванов:

- В образование.

Н. Кричевский:

- В старших родственников.

А. Иванов:

- В здоровье.

Н. Кричевский:

- В старших родственников обязательно. Я на этой неделе продлил на следующий год абонемент в фитнес-зал, а в следующем году я пойду и получу налоговый вычет. Слушайте, нормальная жизнь. Обычный средний класс. А вы чего плачетесь? Что вы слушаете Максима, который…

А. Иванов:

- Это все к тому, что у вас QR-код есть.

Н. Кричевский:

- Нет еще. Но QR-код я на следующей неделе получу.

А. Иванов:

- Друзья, такие вот советы от профессора. Обращайтесь! И на сегодня мы с вами прощаемся.

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Apple Podcasts и Google Podcasts, ставьте оценки и пишите комментарии!

Для нас это очень важно, так как чем больше подписчиков, оценок и комментариев будет у подкаста, тем выше он поднимется в топе и тем большее количество людей его смогут увидеть и послушать.