Никита Кричевский: Во время Олимпиады в Китае всё будет спокойно. Рубль будет укрепляться, но не сильно

Экономика с Никитой Кричевским
Алексей Иванов и экономист Никита Кричевский обсуждают экономические новости, которые касаются каждого

А. Иванов:

- «Экономика – это смесь истин, известных каждому, и предположений весьма гипотетических» - Николай Карамзин.

Здравствуйте. В программе «Экономика» с Никитой Кричевским». Сам Никита Кричевский в студии радио «Комсомольской правды», ведущий – Алексей Иванов. Я в нашем тандеме отвечаю за истины, известные каждому, а Никита Александрович – за предположения весьма гипотетические.

Н. Кричевский:

- Да, этакий гуру иррациональности. Добрый вечер, дорогие мои. Ну что, правильно мы вам говорили ровно неделю назад – сидите ровно – когда мы тут с Алексеем Валерьевичем фиксировали 80 за доллар и даже выше.

А. Иванов:

- А сколько он сейчас?

Н. Кричевский:

- 76.31. Днем было меньше 76. А вы представляете, кто-то нас в ту среду не слушал и пошел и купил доллары на следующий день. И сейчас он сидит и плачет горючими слезами…

А. Иванов:

- Тогда логичный вопрос – а через неделю что будет?

Н. Кричевский:

- Я антикризисный специалист, как написано у меня в некоторых метриках, поэтому я не могу вам сказать в спокойной обстановке, что будет. Но вот неделю назад мне звонит товарищ и говорит – надо купить евро, что мне делать? Я ему говорю – подожди. Потому что через неделю начнется Олимпиада, а Олимпиада должна проходить в тишине и в спокойствии, потому что, если в это время будет что-то такое экстравагантное, типа каких-нибудь санкций или военных действий, то Китай это воспримет как личное оскорбление. Будет неприятно. Зачем что-то делать, заранее зная, что это кем-то будет не одобрено? Поэтому, я думаю, что предстоящие три недели все будет тихо-спокойно, рубль будет укрепляться, но не сильно. Но будет. Почему у меня такое предположение? Во-первых, потому, что геополитическая напряженность несколько спала, а во-вторых, и в главных, у нас, к сожалению, ускоряется инфляция. Она ускоряется на наших глазах, практически каждый день, и мы видим причины роста цен, например, на ту же молочку, на те же кондитерские изделия. Нас в открытую предупреждают об этом, поэтому Центробанку не остается ничего другого, кроме как бороться с инфляцией курсом. А здесь же мы с вами должны отметить, что в прошлом году импортозависимость продовольственного рынка составила 40% от сильнейшего показателя – это в 2014 году.

А. Иванов:

- Вы проанонсировали одну из тем нашей передачи, но не первую тему. Я предлагаю начать все-таки немножко с другого.

Н. Кричевский:

- Хозяин – барин.

А. Иванов:

- Так вот, вы тоже уже проанонсировали эту тему, говоря, что Олимпиада в Китае, кстати, сегодня первые соревнования уже проходят в Пекине, так что можно сказать, что она официально стартовала, хотя церемония открытия будет только в пятницу. Но что меня заинтересовало на этой неделе? Вышла статья Джорджа Сороса, 91-летнего известного магната, манипулятора…

Н. Кричевский:

- Да, да, я выжимки из этой статьи прочитал в одном очень хорошем канале «Хроники пикирующего капитализма» под руководством мистера Иванова…

А. Иванов:

- Спасибо, Никита Александрович, я обязательно алаверды в течение передачи тоже сделаю… Так вот, Джордж Сорос написал буквально следующее: «2022 год станет критически важным рубежом в мировой истории. Всего через несколько дней в Китае – самом могущественном авторитарном государстве мира – начнутся Зимние Олимпийские игры. И, подобно Германии в 1936 году, Китай постарается использовать это масштабное событие, чтобы обеспечить пропагандистскую победу своей системы строгого контроля». Понятно, с кем тут сравнивают Си Цзиньпина малоуважаемый Джордж Сорос, хотя, может быть, кем-то и многоуважаемый, но интересно продолжение. Джорд Сорос дальше пишет о том, что на самом деле у товарища Си есть очень серьезная позиция внутри коммунистической партии Китая.

Н. Кричевский:

- Оппозиция. Вот это существенно важнее, нежели чем в перспективе на год. Как мне кажется, это существенно важнее, чем начало Олимпийских игр.

А. Иванов:

- Безусловно. И планы Си Цзиньпина продолжить руководство Китаем на неограниченный срок – в этом году должно быть принято такое решение, как многие считают – могут быть сорваны. И очевидно, что Сорос, который считается идеологом открытого либерального мира, американского вот этого, он этой своей статьей как бы объявляет войну Си Цзиньпину. И вот действительно это событие может оказаться куда важнее не только Олимпиады, но и, возможно, нынешней конфронтации на украинском поле, как вы считаете?

Н. Кричевский:

- Алексей Валерьевич, там особо нет никакой конфронтации, там есть сосредоточение войск по обе стороны границы и всяко разные заявления. Никаких горячих действий нет и, как я думаю, не будет, потому что я немножко представляю менталитет Владимира Владимировича – не в его это манере, не в его это системе координат на кого-то нападать. Вот другое дело, что отстаивать свои интересы и свои границы, и тех, с кем у России дружественные отношения – это да. Это вне всякого сомнения. Самый яркий пример – 08.08.08. А вот то, что касается Украины – здесь очень большие сомнения. Потому что цель-то у Путина не завоевать Украину, как мне представляется, а заявить о себе, как об одном из ключевых субъектов мировой повестки. Во-вторых, денонсировать фактическую капитуляцию России, подписанный в начале нулевых договор об окончании холодной войны, по которой Россия признана проигравшей стороной. Вот первая ласточка была – мюнхенская речь в 2007 году. Потом было 08.08.08. Потом были другие события и вот сейчас Украина. Ну и вне всякого сомнения, это оборонобезопасность страны. Вот воевать с нищей Украиной, которую можно завоевать в течение буквально непродолжительного времени – ну, теоретически, конечно, с учетом мощи российской армии, нет никакого смысла. Зачем нам эта нищая разрушенная страна, где действуют совершенно умопомрачительные законы, где олигархи собачатся не только с Зеленским, но и друг с другом, где кто-то будет рад и счастлив, кому-то абсолютно по фигу. Но самое главное – там, когда Союз распадался, было 52 миллиона жителей, сейчас от силы 30. Потому что все остальные – кто в Польше, кто в других странах Европы, в России несколько миллионов человек. Разбежались люди. Вахтовиками едут, работают где-то на второстепенных должностях в сфере, может быть, даже теневых услуг – я не имею в виду проституцию, я имею в виду без должного оформления. Ну, вот придем – а там, собственно, пустые дома, разбитые дороги, никому ничего не интересно. При том, что, если мы туда заходим, мы тут же столкнемся с тем, что с другой стороны зайдут венгры и поляки. И они будут претендовать уже на свои территории – там, где живут венгры, там, где город Львов, который был польским всегда. И Украина просто перестанет существовать. Я не думаю, что это нужно Путину. Я не думаю, что Путин заинтересован в развале Украины. Это если и произойдет, то не при нем. Потому что нет у него такой задачи. У него задача в первую очередь – это Россия. А вот то, что касается Украины, там есть свои умники, пусть они и думают.

А. Иванов:

- А по Китаю, скажите, что, будет ли в этом году клинч между Америкой и Китаем и как это может отразиться на нас?

Н. Кричевский:

- Клинч уже происходит. У нас по недоразумению не афишировалась встреча Блинкена с китайским министром иностранных дел, а она была очень показательной. Блинкен был во всем буквально соглашающейся стороной, который разговаривал с китайским коллегой, как со старшим товарищем. Старшим не в плане возраста, а по статусу. Когда китаец говорит – мы намерены решать все спорные вопросы исключительно дипломатическими методами, и Блинкен говорит – конечно, конечно, я с вами согласен. И так далее. Но мы-то с вами серьезные люди, мы же понимаем всю свою ответственность, говорит китаец. И Блинкен говорит – да, вне всякого сомнения, вот ровно так мы и будем действовать. И вот такой диалог состоялся между Блинкеном и министром иностранных дел Китая. Его в русской транскрипции вы не найдете, потому что это не очень как-то ложится в канву современных отношений Америки и Китая, но по сути Китай занимает первенство в этой паре. А то, что касается товарища Си, о чем вы говорили, о его возможном переизбрании на третий срок, это действительно очень серьезная проблема для китайцев. И тут совершенно непонятно, как нам себя вести. Потому что, возможно, нам просто стоит взять паузу. Для того, чтобы посмотреть, а что будет в конце года, кто останется? От нас здесь ничего не зависит.

А. Иванов:

- Я вот слушал новости и услышал про то, что Чехия становится еще одной европейской страной, которая отказывается от всех коронавирусных ограничений. Ранее это сделала Дания, в Британии практически то же самое происходит – оставили только масочный режим на данный момент. Франция, Италия. То есть, пошел такой парад ковидных отрицаний.

Н. Кричевский:

- Да. Вы знаете, несколько дней уже в столице пробки составляют 3-4 балла.

А. Иванов:

- Очень низкий уровень.

Н. Кричевский:

- Вообще ни о чем. Вот я сейчас ехал на радио – 4 балла. С утра – 3 балла.

А. Иванов:

- А в декабре в это же время 9 было!

Н. Кричевский:

- Ну, 9 это было уже попозже. Днем. А с утра 6 даже не было, от 7 начинали. Ну, 9 часов пробило – 7, а то и 8 баллов. Сейчас 3-4. Почему? Потому что болеют люди. Они просто сидят дома. Причем, я вижу это по отзывам самых разных своих коллег и знакомых, которые говорят, что, скажем, из восьми сотрудников на работе только двое, все остальные болеют. Другой очень серьезный айтишник едет на переговоры и говорит: обычно там как минимум человек 15-16 работают, ну, 3-4 если я найду, это будет очень хорошо – не очень понимаю, зачем еду. Очень часто мы сталкиваемся с тем, что люди просто не обращаются в государственные службы для того, чтобы идентифицировать ковид, они понимают, что это ковид и инициативно болеют дома. Ну, по телефону вот определили, что, скажем, это ОРВИ или не ОРВИ и на этом как бы…

А. Иванов:

- Таких, по моим ощущениям, не меньше половины.

Н. Кричевский:

- Да. И плюс ко всему, видите, сегодня прошло сообщение, что омикрон не попадает в легочную ткань. То есть, как бы особо переживать-то незачем. Но никого уже не удивляет цифра там за 120 тысяч ежедневно заболевших, десятки тысяч людей, которые госпитализированы – это опять же в порядке вещей. При этом течение болезни тяжелое, но не такое страшно катастрофическое, как было, скажем, в начале 2020 года.

А. Иванов:

- Кстати, да. Сегодня прошла новость любопытная. Университет Джона Хопкинса – это один из ведущих институтов, который отслеживал влияние пандемии на общество и в медицинском, и в экономическом смысле – сообщает, что влияние локдаунов, которые вводили в странах Европы и в США весной 2020 года, в самом начале пандемии, оказалось практически ничтожным.

Н. Кричевский:

- Оно оказалось бесполезным и вредным.

А. Иванов:

- Да. На 0,2% снизилась смертность, но при этом огромные экономические и социальные издержки. Рост уровня безработицы в США, рост обращений по поводу домашнего насилия.

Н. Кричевский:

- Рост потребления медпрепаратов и злоупотребления. Передозировки. Чего там только не было.

А. Иванов:

- Да. То есть, на самом деле, оказывается, правы были те, а были такие люди, которые говорили о том, что экономика гораздо важнее в этом ключе будет, в том числе, и для жизни людей, чем вот эта медицинская изоляция.

Н. Кричевский:

- Ну, здесь я не совсем соглашусь, потому что весной 2020 года не было соответствующих протоколов и лекарства, которые облегчают течение этой болезни. После того, как протоколы появились, тут я с Хопкинсом абсолютно согласен – совершенно необязательно было сажать всех на локдауны. Повторюсь еще раз – вот объявили локдаун – не было протоколов. Никто не знал, что делать с этой болезнью. Никто не знал, как ее лечить. И все дико боялись. Потмоу что нагнетали, постоянно нагнетали эту истерию, что вот если ты не будешь носить маску, если ты выйдешь на улицу, если ты сядешь на лавочку, а, тем более, если пойдешь в парк, то сто процентов заболеешь и помрешь. Шли годы. Приходит Хопкинс и говорит – слушайте, здесь надо было по протоколу, то есть, по алгоритму лечение надо было добавить. Что, как только появились эти протоколы, совершенно не обязательно было кого-то сажать на удаленку, кого-то закрывать, потому что самоизоляция – это более правильный путь.

А. Иванов:

- Самоизоляция больных – то есть, людей, у которых подтвердился диагноз.

Н. Кричевский:

- Они сели дома, так же, как при гриппе, и вот Хопкинс говорит о том, что локдаун снизил смертность на две десятых процента, а самоизоляция на 2,9%. Поэтому сегодня, в начале 2022 года нам говорят о том, что локдауны – зло. Откуда следует выбор, что, может быть, поспешно рубить с плеча, как это делают в Дании или в Чехии, не стоит, хотя в Дании очень хорошие показатели по смертности – в хорошем смысле.

А. Иванов:

- Там и уровень вакцинации…

Н. Кричевский:

- Уровень вакцинации – да. Но там смертность менее процента – там порядка двух-трех десятых процента. У нас же 2,7% от заболевших. Но это ровным счетов ничего не значит. Потому что в Бельгии показатели смертности сопоставимы с нашими. Можно сказать – ну, правильно, мы на уровне Гондураса, чего хотели-то… Нет, ребята, Бельгия – это такой же Гондурас, как и Россия. А вот почему это происходит, никто не может понять. И там, и там законопослушные граждане. И там, и там выполняются все предписания, все указания, строжайшая дисциплина, штрафы и прочее. Уровень вакцинации приблизительно одинаковый. Но в Дании – три десятых процента смертность от общего числа, а в Бельгии сопоставима с российской.

А. Иванов:

- Нас тут спрашивают – а какое отношение это все имеет к экономике? Вы о чем, ребята?

Н. Кричевский:

- Самое прямое имеет отношение к экономике.

А. Иванов:

- Вот сейчас, когда будут сниматься локдауны, когда будут отменять все эти ограничения…

Н. Кричевский:

- …я не думаю, что их будут уж так сильно отменять. Кстати говоря, мне прикольно было сегодня услышать, что товарищ Собянин заявил о том, что Москва вышла на плато заболеваемости по ковиду. Это когда у тебя 3-4 балла пробки, мужик, когда у тебя люди на удаленке и никто не работает, а сидит дома в силу того, что он болеет? Это называется плато?

А. Иванов:

- Это такое высокое плато. Очень высокое.

Н. Кричевский:

- Да, это огромное достижение, я бы сказал. То есть, то ли он имел в виду, что миллиона в день точно не будет. То ли он предполагал, что наконец-то надо какую-то позитивную новость и эта новость о том, что мы вышли на плато. Ну, это дело Собянина, а не наше дело – обсуждать его. Давайте к экономике.

А. Иванов:

- Смотрите, снимаются ограничения. Попрет вверх сразу сфера услуг, правильно? Что это будет значить для цен, для инфляции?

Н. Кричевский:

- Это будет значит то, что у людей будет меньше денег на приобретение товаров длительного пользования. Из-за которых инфляция-то и случилась.

А. Иванов:

- То есть, в принципе, это должно оказать положительный эффект на цены?

Н. Кричевский:

- Да. Вне всякого сомнения.

А. Иванов:

- То есть, вместо того, чтобы накупать там…

Н. Кричевский:

- Но не у нас.

А. Иванов:

- Но мы же импортируем инфляцию. Как и все остальное…

Н. Кричевский:

- Так мы импортируем потому, что у нас, как я уже сказал, импортозамещение, импортозависимость достигла максимума с 2014 года – 40% всех продуктов питания. Плюс пальму-то на истребители мы уже не меняем. Там была отдельная схема, когда мы отправляем Индонезии истребители, а она нам в ответ пальму.

А. Иванов:

- Это история, по-моему, 2018 или 2019 года?

Н. Кричевский:

- Так вот .мы ее несколько лет воплощали и в конце прошлого года индонезийцы окончательно отказались от этой истории и сказали, что они будут под нажимом США, конечно, они будут закупать американские истребители или французские. И плюс пальма выросла в два раза за прошлый год.

А. Иванов:

- Вот «Ведомости» на этой неделе выступили со статьей, в которой сообщили, что зависимость России от импорта потребительских товаров в 2021 году выросла до 40%. Это максимум с 2014 года. Как же так? Мы с 2014 года проводим политику импортозамещения и в итоге получается, что она провалилась? Мы сейчас на самом высоком уровне.

Н. Кричевский:

- Ну, потому что импортозамещение – это фикция. Это лозунг. Это пропагандистский штамп. Ничего общего не имевший с реальной экономической политикой. Не было никакого импортозамещения. То, что показывали по телевизору, конечно, это все здорово и отлично, и по красоте… А вот у нас новые теплицы, а вот пятое-десятое… На самом деле импортозамещение не проводилось, за исключением, конечно, отдельных отраслей, типа оборонки. Там спору нет, но мы туда не допущены, мы не можем говорить. А вот то, что касается других продуктов питания, к сожалению, вы все видите сами. Пальма подорожала на 59%, и все это автоматически долбанет по розничным ценам на ту же молочку, те же кондитерские изделия. Да на все, собственно, где применяется пальма. И все это понимают… инфляция составила 8,9% за первый месяц января в годовом выражении, никто особо на эту тему сейчас уже не выступает. Как бы уже все смирились. И вполне вероятно, что как раз полное открытие сферы услуг оно и поможет, как вы правильно сказали, немного сбить цены. Почему я так говорю? Потому что значительную часть денег, которую мы получали за последние два года, мы тратили не на путешествия, кафе, рестораны, транспортные услуги или какие-то развлекательные мероприятия, а на приобретение товаров длительного пользования. Не зря же у нас выскочили цены на машины и на холодильники с компьютерами. А теперь часть денег будет оттянута в эту сферу и вполне вероятно, что ситуация немножко выровняется. Но я повторюсь – мой прогноз, что инфляция в этом году будет меньше, чем в прошлом, остается в силе.

А. Иванов:

- Нам говорят: а вы чего о политике, о медицине? Вы забываете, что экономика – это базис всего общества.

Н. Кричевский:

- Марксист.

А. Иванов:

- Еще скажите – проклятый.

Н. Кричевский:

- Ну почему же сразу – проклятый? У вас была очень хорошая тема про Лондон.

А. Иванов:

- Вы намекаете очень толсто, чтобы я к ней переходил. Давайте про Лондон. Санкции, которые нам нравятся. Глава МИД Великобритании Лиз Трасс в эфире телеканала Sky News пригрозила российским олигархам, работающим на Кремль, конфискацией собственности в Соединенном Королевстве. Санкции заключаются в том, что у олигархов отнимут недвижимость, а возможно, и другие активы, которыми они владеют в Лондоне – в городе, где живет более 10 тысяч российских миллионеров долларовых. Этому городу даже дали прозвище Лондонград.

Н. Кричевский:

- Там вообще 300 тысяч наших.

А. Иванов:

- Из них 10 тысяч – это долларовые миллионеры.

Н. Кричевский:

- Это по официальным данным. По неофициальным, там вообще не поймешь, кто там живет, сколько там людей владеют миллионами и миллиардами.

А. Иванов:

- Это похоже на какой-то договорнячок. Наверняка Владимир Путин или Антон Силуанов очень рады, потому что это люди, которые страдают от того, что капитал постоянно выводят в Лондон. И выводят его как раз потому, что считалось, что собственность там неприкосновенна. Не то что в России.

Н. Кричевский:

- Она была неприкосновенна все последние годы. С Лондона выдачи нет. Но сам по себе предложенный законопроект – это ровно то продолжение нашей истории недельной давности, когда мы с вами придумали, что надо объявить санкции РПЦ, потом санкции ПЦР, а потом отменить православие, потому что справа налево крестимся. И вообще задать вопрос: а чего это они в рублях у себя там то-се? Весь нормальный мир вообще в долларах. А эти наглецы – в рублях. Надо и рубли тоже отменить. Вот бред на бреде.

Вот ровно то же самое – это вот эта история с санкциями против российских олигархов. Кстати, история с коррупционными доходами, с отмыванием коррупционных доходов с недвижимостью, полученной, купленной на неясного происхождения средства, история не новая. Она в Британии идет года с 2018-2019, кое-какие шаги на эту тему, по этому направлению делались и делаются. Но это такие шажочки. А вот то, что касается нынешнего законопроекта, вот ровно из той же оперы, что давайте-ка мы отменим РПЦ и ПЦР.

Я говорю так, потому что значительная часть богатых людей российского, русского происхождения – это либо граждане Великобритании, либо налоговые резиденты. Как-то бить по своим, наверное, не есть хорошо для британцев.

Законопроект предполагает введение санкций в случае, если… Но чего ж ты карты раскрываешь? То есть превентивно никто ничего делать не будет. Но в случае, если, мы это сделаем. После этого давайте вспомним, что в Британии ни один нормальный человек ни британского, ни английского происхождения никогда не оформить недвижимость на себя лично. На компанию – да. Причем, как правило, оффшорную. Причем, как правило, на ту, например, с Британских Виргинских островов, где не раскрываются конечные бенефициары. И все эти панамские и прочие досье – это все в пользу бедных. А вот если у вас фирма зарегинина на территории Северного Кипра, как вы поймете, кто у вас там в собственниках? А если в Арабских Эмиратах? А если еще где-то? В мире столько серых, черных зон, где нет никакого света, просвета, что вы устанете выяснять, где тот или иной олигарх зарегистрировал эту фирму и правда ли она принадлежит ему.

Кроме того, он же может быть даже не бенефициаром этой компании, а может быть ее теневым контролирующим руководителем. Потому что фирма может быть оформлена, например, на сына или на дочь. Или на тещу, или еще на кого-то. Иными словами, как британцы выяснят, что, если тот или иной особнячок оформлен на оффшорную компанию, то это обязательно российская сторона? А может, это азербайджанцы.

А. Иванов:

- Один английский таблоид уже опубликовал карту российской недвижимости в Лондоне.

Н. Кричевский:

- Вообще ни о чем. Потому что он говорит: а это Усманова. И у меня тут же возникает вопрос: во-первых, Усманов – налоговый резидент. Во-вторых, с чего вы решили, что это лично на Усманова, а не на одну из его оффшорных помоек? И тут выходят британцы и говорят: мы конфискуем собственность. Я понимаю, у таких дурачков, как Кричевский с Ивановым, все оформлено на них или на их вторых половин. Как вариант – на детей. Вот нас схлопнуть без проблем. Открыл базу и схлопнул. А что касается британцев, там же серьезные люди.

На кого оформлен профессиональный футбольный клуб ЦСКА? В 2019 или в 2020 году была доступна отчетность ПФК ЦСКА, который оформлен на фирму с Маршалловых островов и фирму с BVI. Вот такой профессиональный футбольный клуб ЦСКА. Причем я так думаю, что печать ПФК или учредителя лежит в столе у Романа Аркадьевича Абрамовича в Лондоне. А может, еще где-то, не принципиально. На две конторы. Кто там в собственниках, владельцах, учредителях? Да черт его знает. Есть точная информация. Она опубликована в публичном отчете ПФК ЦСКА.

Ровно та же история с недвижимостью. Кого схлопывать – совершенно непонятно. Тем не менее, эти товарищи выходят и в порядке устрашения говорят: а мы вот сейчас у вас конфискуем. Ну, пожалуйста, кто ж против. Мы в России только за. Но нам уже смешно. Потому что пыжились много лет, чего-то из себя корежили, говорили: мы тут сейчас у всех все отберем, потому что они все коррупционеры, непонятно, откуда у них деньги. И чего? Пшик! На выходе ноль. Хоть один человек пострадал от ваших действий? Да никто не пострадал.

Больше того, сколько раз мы вам говорили, дорогие британцы: да отдайте вы нам этого козла Минца, дерьмо это собачье, который бабки пенсионеров спер. Выдайте нам его. И чего? Живет себе преспокойно в Британии.

А. Иванов:

- А Тельман Исмаилов – в Черногории.

Н. Кричевский:

- Но это не Британия. А Георгий Беджамов, «Внешпромбанк», который кинул на несколько миллиардов рублей очень уважаемых товарищей? Он то ли в Монако, то ли в Британии, то ли еще где-то. И ничего. За ним ходят, бродят, говорят: дайте нам этого перца, потому что мы его засудим, закроем. То ли ассирийская община такая у нас сильная во власти, что она оберегает своих, то ли денег раздал столько и столько же оставил, чтобы его не трогали и все эти поползновения купировались. Я не знаю, что происходит. Но это же конченое лицемерие.

А. Иванов:

- Да и братьев Ананьевых можно вспомнить.

Н. Кричевский:

- Про них я даже не говорю, про Кузнецова я даже не говорю, которого, как говорят, лично губернатор Громов отвозил в аэропорт и лично сажал на самолет. Говорят. Это я со слухов. Я о том, что вы занимаетесь лицемерием, тем, что пускаете пыль в глаза. И даже не нам, потому что у нас никаких сомнений в вашей не то что нечистоплотности, а в вашем вранье нет, а всему миру. Да мы вот сейчас это сделаем! Ну, если вы мужики, ну сделайте. Но у вас нет такого понятия.

А. Иванов:

- Будет аплодировать пол-России.

Н. Кричевский:

- Да почему – пол?

А. Иванов:

- Три четверти.

Н. Кричевский:

- Да все будут аплодировать. Потому что, если тебя приняли, значит, ты дурак.

А. Иванов:

- Кстати, кто не дурак, так это Роман Аркадьевич Абрамович, который как будто что-то знал и получил гражданство Португалии.

Н. Кричевский:

- У него это был больной пунктик. Потому что ему британцы отказали. Он сначала израильское получил, сейчас португальское получил.

А. Иванов:

- Коллекционер паспортов.

Н. Кричевский:

- И дай бог. В Британии ему запрещено было по рабочей визе находиться. Но мы не об Абрамовиче. Да хоть у Абрамовича отберите. Попробуйте, отберите «Челси». Кишка тонка? А чего вы рот открывали? Кого насмешили? Себя насмешили, Джонсона – чудика, который вчера наставлял Зеленского, как воевать, как до последней капли крови биться за Украину, вот кого? Ну или Кричевского с Ивановым, чтобы они взяли тему и поржали над вами в очередной раз. Стыдобища!

Если хотите напугать, если хотите что-то сделать плохое, так делайте. А если вы говорите «а мы вот сейчас…», это значит, вы – пустышки, вы – никто. И бояться вас совершенно пустое дело.

А. Иванов:

- Будем ждать этих санкций с нетерпением.

Н. Кричевский:

- Я вам гарантирую, не будет ничего.

А. Иванов:

- Давайте про криптовалюту.

Н. Кричевский:

- Это тема номер одиню

А. Иванов:

- Я интересуюсь, так ли много криптовалютчиков среди наших слушателей?

Н. Кричевский:

- Даже если и майнят криптовалюту, чего им об этом рассказывать?

А. Иванов:

- Мы анонимно, не будем никого раскрывать.

Н. Кричевский:

- Охотно вам верим.

А. Иванов:

- Bloomberg просто сообщил на этой неделе, что российский рынок криптовалют оценивается в 16,5 трлн. рублей. Это практически годовой бюджет.

Н. Кричевский:

- Почти.

А. Иванов:

- Или 14 млрд. долларов, если пересчитать на вражескую валюту. Ранее Центробанк оценивал годовой объем операций россиян с цифровыми активами в 5 трлн. рублей.

Н. Кричевский:

- Это Аксаков оценивал.

А. Иванов:

- А 5 млрд. долларов – это оценка Центробанка. Получается, что чуть ли не каждый второй россиянин хранит?

Н. Кричевский:

- Не каждый второй. Но каждый из 8-9 приблизительно. При этом, как пишет Евгения Письменная из Bloomberg, получается, что у нас больше 10 миллионов тех, кто владеет криптоактивами, криптовалютой.

А. Иванов:

- 10 миллионов россиян?

Н. Кричевский:

- Да, 12 миллионов. На 16,5 триллионов рублей.

А. Иванов:

- Значит, почти каждый десятый взрослый гражданин.

Н. Кричевский:

- Чем интересен Bloomberg? Bloomberg не делает выводы. Выводы он оставляет нам. А так он дает голую информацию, без какой-либо сопроводительной аналитики. Он просто говорит: по оценке Кремля, криптоактивы в стране составляют 16,5 триллионов. Это выяснено через ID-адреса, через международную компанию, которая контролирует крипторынки. Не с потолка. Все эти разговоры о том, что можно отследить, можно кого-то накрыть, яйца выеденного не стоят, потому что накрыть можно что угодно, но за этим набором цифр и букв совершенно непонятно, кто. Это может быть Усманов, а может, Усманкин. Иди разбери.

А. Иванов:

- Усманчук.

Н. Кричевский:

- Усманидзе, в конце концов. Да мало ли кто! Я не об этом. Я о том, что у ЦБ женская реакция, типично бабья реакция на тот факт, что в России сформировалась и успешно функционирует параллельная денежная система. Истеричная реакция: давайте запретим на хрен.

А. Иванов:

- Слушатели пишут: «Давно пора запретить криптовалюту».

Н. Кричевский:

- Потому что у России женская душа. Потому что у нас или так, или так. Давайте вообще запретим. А эти запреты не будут иметь никакого практического действия по той простой причине, что весь крупный бизнес, крупные чиновники, коммерсанты и прочие товарищи, обладающие большими деньгами, давным-давно все теневые операции наподобие взяток, откатов, распилов и заносов, осуществляют в криптовалюте. Не в наличных, безналичных рублях или долларах, как наивно думают наши фанаты, а в криптовалютах.

Даже мне, как автору и ведущему Telegram-канала «Антискрепа», несколько раз предлагали оплату в битках за рекламные посты. И один раз даже заплатили.

А. Иванов:

- А где вы его потом обменивали?

Н. Кричевский:

- Они перевели через автоматическую конвертацию. Мне упала фиксированная сумма в рублях. Но по цепочке я увидел, что там было столько-то сотых, тысячных биткоина, которые потом были конвертированы в рубли. И мне уже достались рубли. Это уже есть, это уже среди нас.

Кроме того факта, что это новая коррупционная смазка и коррупционное масло, это еще очень удобный способ ухода от налогов. Потому что, когда часть операций ты проводишь через криптоактивы, ни одна налоговая тебя не поймает. Наконец, это средство обхода санкций. Да мы вот вам сейчас SWIFT запретим! Да ради бога. Испугали ежа голой задницей. 214 миллиардов – это та сумма, которая есть на сегодня. Всего криптоактивы в мире составляют 1750 миллиардов долларов. У нас – 214. Все, что нам нужно перевести, мы переведем. Нас не интересует SWIFT.

Может быть, поэтому нам и не втюхивают запрет на пользование SWIFT, как, например, в свое время, 15 лет назад, оперативно отключили от SWIFT Иран. Вот с нами такого не происходит. Потому что на Западе не дураки, они понимают, что все, что русским надо будет, они сделают через криптоактивы. И ты их не поймаешь. Потому что отследить можно любую транзакцию. Но кто знает, кто стоит за паролем? Это может быть Иванов, Кричевский, это может быть один из наших фанатов, который сейчас строчит нам сообщение с умным видом. Да кто угодно! Ни паспорта не требуется, ничего. Просто завел себе криптокошелек и пошел по своим делам. Самое главное в этой истории – не потерять пароль. А пароли теряют.

А. Иванов:

- Интересно, что Владимир Путин, который обычно прислушивается к мнению Эльвиры Набиуллиной, в этот раз сказал: нет, ребята… Говорит: вы разберитесь там между собой, Антон Германович и Эльвира Сахипзадовна, нужно ли запрещать крипту. Но было понятно по виду Владимира Владимировича, что он, скорее, против запрета крипты.

Н. Кричевский:

- Он не скорее, он категорически против. То, что касается институциализации криптопроцессов, например, майнинга, оборота криптовалют, на мой взгляд, не более чем мишура, желание придать удобоваримый институциональный вид тому, что уже фактически есть.

Вы не думайте, что с завтрашнего дня, через месяц или через год мы все поголовно перейдем на криптовалюту. Это не наша валюта. Это валюта власть предержащих. Это валюта казнокрадов, это валюта тех, кто распределяет миллиардные контракты и подряды. Это валюта тех, кто платит взятки. Потому что безнал схлопнут. Долларами – это еще хуже. А вот что касается крипты, так это ради бога. Недаром же сколько разговоров идет о том, что в одной из высоток Москва-Сити сидит, весь практически этот небоскреб занят теми, кто занимается обменом крипты на рубли, доллары.

А. Иванов:

- Обналом.

Н. Кричевский:

- Обналом и безналом. И формально ведь они ничего не нарушают. Формально они в правовом поле.

А. Иванов:

- И комиссия там крошечная.

Н. Кричевский:

- И их постоянно там принимают, у них постоянно там изымают деньги. Я думаю, они не сильно переживают, недолго. Потому что через какое-то время часть денег возвращается. А во-вторых, майнят еще больше и зарабатывают еще больше, нежели у них изъяли. Это целый параллельный бизнес. И Путин здесь абсолютно прав. Но Иванов намекал на то, что Путин возглавляет этот процесс, я имею в виду - криминальных криптоактивов. А Кричевский говорит о том, что Владимир Путин понимает, что это данность. Это реалии сегодняшнего дня. И как вы хотите остановить паровоз, который уже едет, Эльвира Сахипзадовна? Нет, вы, конечно, можете лечь под рельсы или на рельсы, не вопрос. Но поезд-то вас переедет и даже не поперхнется.

Поэтому Путин сказал: Эльвира, слушайте, хорош позориться. Он это так сказал, не на камеру. А Антону Германовичу сказал: давай, чтобы все было. И вот тут Чернышенко подтянулся, тот, который сказал о том, что 16,5 триллионов рублей криптоактива, это вице-премьер, ответственный за цифровую экономику. Это реальные цифры. Но это цифры не о том, что простые люди намайнили или накупили себе за счет своих сбережений столько биткоинов или других валют. Это не наши деньги.

А. Иванов:

- А вы храните свои сбережения, хоть небольшую часть, в биткоинах?

Н. Кричевский:

- Вы прекрасно знаете, что у меня сбережений нет, что у меня одни долги. Мой последний долг, я надеюсь, пока последний, это долг за автомобиль. Я его не погасил. У меня там остается несколько сотен тысяч рублей. Все деньги, которые я получаю, уходят на погашение кредита, который я взял в конце позапрошлого года, когда цены еще были вменяемые. И две ипотеки было. Откуда у Кричевского сбережения? Даже если бы у меня были сбережения, я бы нашел, на что их потратить. Тут ведь дело не в сбережениях, а в том, что генерирует твои доходы. Это гораздо важнее сбережений.

А. Иванов:

- Мудрость от профессора Никиты Кричевского в завершение нашей передачи. Прощаемся до следующей недели.

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Apple Podcasts и Google Podcasts, ставьте оценки и пишите комментарии!

Для нас это очень важно, так как чем больше подписчиков, оценок и комментариев будет у подкаста, тем выше он поднимется в топе и тем большее количество людей его смогут увидеть и послушать.