Илья Милохин: Даня поднялся и ждёт, пока я приползу на коленочках
Блогер, артист Илья Милохин в гостях у Радио «Комсомольская правда».
М. Антонов:
- В студии Михаил Антонов и Анастасия Варданян. На протяжении полутора недель Настя вела расследование – искала родную семью Дани и Ильи Милохиных тиктокеров.
А. Варданян:
- Ребята стали знаменитыми, оба поют песни, у обоих много подписчиков. Они выросли в Оренбурге в детском доме.
М. Антонов:
- Несколько лет прожили в приемной семье.
А. Варданян:
- И 17 лет ничего не знали о своих родителях.
М. Антонов:
- При этом они стали довольно известными. Илья Милохин у нас сегодня в эфире.
И. Милохин:
- Я думал, вы про меня забыли.
М. Антонов:
- Ему 20 лет.
И. Милохин:
- Начинающий артист, тиктокер.
М. Антонов:
- Почти четверть миллиона подписчиков в Инстаграме.
А. Варданян:
- Нереальный красавчик.
М. Антонов:
- А говорим мы не о творчестве, не про TikTok, а про родителей. Ты сам ожидал этого, что именно на это сейчас будут обращать внимание?
И. Милохин:
- Конечно, сейчас большое внимание сосредоточено на митинге. Я думал, именно это шоу хорошо повлияло на то, что сплоченность, семья важнее всего.
М. Антонов:
- У нас на связи продюсер Ильи Мария Погребняк.
М. Погребняк:
- Всем привет!
М. Антонов:
- Семейные ценности – это важная основа для шоу-бизнеса? Или все-таки нужно разделять это?
М. Погребняк:
- Семья – это очень важно. Я сама многодетная мама. Когда я вижу поддержку своих детей, мне хочется творить и делать больше. Я думаю, с Ильей такая же ситуация. Он раскрылся, когда познакомился со своими родителями. У него очень много идей, мыслей, чтобы написать новый трек.
А. Варданян:
- То есть мама вдохновила?
М. Погребняк:
- Да, конечно.
И. Милохин:
- Можно сказать, груз с души упал. Я почувствовал свободу. И все эти эмоции передал. Я сразу после интервью поехал на студию записывать трек.
М. Антонов:
- Периодически читаешь истории: вырос в детском доме и всю жизнь мечтал узнать, кто же настоящие родители. Люди выходят из детдома, пытаются найти родителей. А другие так таят в себе обиду, что даже не пытаются. Раз я отрезанный ломоть, значит, и вы от меня отрезанный ломоть. В 13-15 лет у тебя мысли, что вырастешь, станешь совершеннолетним и найдешь родителей, просто посмотреть в глаза?
И. Милохин:
- Было, конечно. Я даже планировал встретиться. Я все это представлял. Я ожидал, что мы встретимся, поговорим. Но не ожидал, что я так все близко к сердцу приму. Я думал, для меня это будут чужие люди. Но когда я был на интервью, почувствовал то, чего раньше вообще не чувствовал. Это новые эмоции. Я почувствовал свободу выборы.
А. Варданян:
- Ты даже заплакал, когда обнимал маму.
И. Милохин:
- Конечно, вроде чужой для меня человек. Но когда я сижу, я понимаю, что это мама. Нужно уметь прощать.
А. Варданян:
- Тебе было четыре года, когда ты попал в детский дом, брату было три. Ты хотя бы что-то помнишь. Помнишь тот день, когда оказался в детдоме?
И. Милохин:
- Помню, подъезжает машина, забирает нас. Мы едем. И сразу же я вижу квартиру, где мы раньше жили, еще с мамой. До того, как она нас бросила. Потом бабушка занялась нами, отдала в садик. И нас постоянно навещала, привозила гостинцы. У нее в гостях бывали. И проездом я увидел свой переулок, место, где обычно с мамой проводил время. Потом нас отвезли в детский дом.
А. Варданян:
- Ты ждал ее тогда?
И. Милохин:
- В детском доме есть специальные соревнования между теми детьми, у которых есть родители. И поэтому было как-то неловко. Но потом у нас коллектив в детском доме сформировался. И мы уже как одна целая семья стали. У нас не было таких стереотипов, что мы уезжаем на соревнования – один детский дом против обычных спортшкол, где дети, у которых есть родители. Мы и есть семья.
А. Варданян:
- Ты привык, что семья – это другие дети?
И. Милохин:
- Со временем – да. Я там жил на протяжении 10 лет.
А. Варданян:
- Я знаю, что вас там и физически наказывали.
И. Милохин:
- Было.
М. Антонов:
- Я не знаю людей, которым бы в детском доме жилось хорошо.
И. Милохин:
- Это воспитание. Без этого никак. Это как раньше в Спарте тренировали жестко, поэтому Спарта была едина. Так же и в детском доме. Без воспитания не будет семьи единой и работы. Заставляли работать.
М. Антонов:
- Ты получил ответ на главный вопрос: почему так произошло?
И. Милохин:
- Я еще выясняю это. У меня три дня был стресс, давление, эмоции. Я сейчас сижу под давлением, можно так сказать.
М. Антонов:
- У нас есть запись мамы мальчиков – Любови Бережной. Ее спросили, что бы она сказала перед встречей?
- В первую очередь сказала бы: прости. Сказать-то больше нечего. И так все понятно. Я надеюсь, просто простит. Хотя это не прощается, конечно. Я никого не виню. Я виновата. Виновата всегда мать. В любых случаях нельзя своих детей бросать.
М. Антонов:
- Маша, вот вы – продюсер Ильи. После этой истории люди знают, что есть мама у Ильи. Что-то поменяется в продюсировании этого молодого человека?
М. Погребняк:
- Нет, конечно. Мы идем дальше. Новые хиты. И только вперед. Илья становится полноценным артистом. Он не просто тиктокер и блогер – он артист.
М. Антонов:
- Не будет такого, что все следующие песни, которые Илья запишет, будут расценивать: это песня не о девушке, а о маме?
М. Погребняк:
- Такого точно не будет. Следующий трек очень позитивный. Там не особо про любовь.
М. Антонов:
- Илья, вы с братом в детском доме держались друг за другом?
И. Милохин:
- В детском доме у нас ребята делились на две категории. Первая – это более девчачьи, если брать из мужской компании, которые любят рассказывать стишки. В этом нет ничего плохого. Они пели песни. Больше держались к девочкам, в плане танцев и так далее. Выезжали на какие-то соревнования по танцам. А другая категория – более старшие. Как Данил говорил, что я тусовался с более взрослыми. Это спортсмены. На спортсменах, считай, детский дом и держался.
А. Варданян:
- Вы с Даней были в разных группировках?
И. Милохин:
- Да, тем более у нас разница в два класса была. И у каждого класса свой режим, график. Поэтому мы с ним пересекались либо на улице, либо на соревнованиях.
М. Антонов:
- Есть информация, что у вас с братом ссора. Или это придумано?
И. Милохин:
- Да просто, мало удавалось общаться. Скорее всего, это недостаток внимания к нам. Мы безумно хотели внимания, добивались этого. Он – в плане музыки, стихов, а я – в плане спорта. И у нас была зависть друг к другу очень сильная. Соревнование. Без соревнования никак. Только лучшие могут куда-то выбиться. И он поднялся. И ждет, когда я приползу на коленочках. Это вот так выглядит.
М. Антонов:
- Ты ползти не собираешься?
И. Милохин:
- Нет, не собираюсь.
М. Антонов:
- Ты ответил на вопрос. Каждый может свой вывод сделать.
А. Варданян:
- А как ты относишься к тому, что сейчас он не хочет общаться с мамой, слышать о ней ничего не хочет? Я общалась с его пиарщиками, он отрицает тему полностью.
И. Милохин:
- Когда мы жили в Анапе, в 2016-2017 году, бабушка связывалась с нами по телефону. И я его звал, он вообще никак не реагировал. Она приехала, встретилась со мной. Я его снова позвал. Он вообще не реагирует никак. Говорит, что ему это неинтересно. Поэтому, может…
А. Варданян:
- Но когда вы жили в приемной семье, именно Даня стал называть приемных родителей, по сути, чужих людей, которые в вашей жизни появились уже в подростковом возрасте, мамой и папой.
И. Милохин:
- У него детство в жопе играло, еще до сих пор. А я был серьезным. Для меня мама и папа – вообще неприемлемо было называть так этих людей. Он более открытый. Поэтому для него любое хорошее дело, которое для него делают, он называет этих людей сестра, брат. По приколу. Это потом вжилось. Потому что мы у них жили где-то три года почти. Железно называет мамой и папой.
А. Варданян:
- А свою маму он сейчас не хочет увидеть?
И. Милохин:
- Я не знаю ничего.
А. Варданян:
- Любови 39 лет. Она работает поваром в столовой. Живет в глубинке, в Оренбургской области, в селе Тимашево. У нее двое детей от нового брака – дочери 8 лет, сыну 14 лет. И она абсолютно не маргинальный персонаж. Не пьет, ведет здоровый образ жизни, неплохая мать для своих новых детей.
М. Антонов:
- И все равно возникает вопрос: почему же так произошло, что 17 лет назад ребята оказались в детдоме?
Л. Бережная:
- Я не знаю, как получилось. Я ушла из дома. Они у бабушки там. Уже мне домой не хотелось. Потому что такая атмосфера была дома. Мама помогала, но дома скандалы были.
М. Антонов:
- Илья, ты себя одиноким чувствуешь сейчас?
И. Милохин:
- Мне просто страшно. После интервью мы обменялись номерами с родителями. У меня в контактах подписано – «Отец». Пропущенный – «Отец». Для меня это непривычно. Чего-то новое. Или «Мама». Чуть-чуть страшно, конечно. Нужно привыкать, общаться. Обязательно увидимся, поговорим обо всем. У нее спрашивали причину, она больше на отца переводила это. У отца была судимость. Нет веской причины уйти. Вроде сейчас все хорошо. Зачем ушла, я понять не могу.
А. Варданян:
- Я с ней общалась неделю и не нашла ответа на вопрос, почему она это сделала. Единственное объяснение, звучали фразы о том, что не сложилось как-то с вашим отцом. Она пыталась строить отношения с другими мужчинами. Видимо, двое маленьких детей в этой ситуации ей мешали.
И. Милохин:
- Как она говорила, что я был запланированный, а Даня – нет. Скорее всего, это и привело к таким последствиям. Плюс финансы, плюс трата времени, физическая активность, морально просто устаешь. Может, из-за этого она потеряла контроль.
А. Варданян:
- Вместо того, чтобы посвятить себя детям, она просто переключилась на других мужчин.
М. Антонов:
- Ты мстительный? Тебе хотелось отомстить?
И. Милохин:
- Нет. Я просто ставлю блок на всю жизнь и забываю об этом человеке, которые делает мне плохое. Либо ждут от него попыток достучаться. Но нужно очень много стучаться в дверь, чтобы она открылась.
М. Антонов:
- И первый шаг должны сделать они?
И. Милохин:
- Обязательно.
М. Антонов:
- Если вдруг кто-то из вновь появившихся родственников скажут: Илья, дело такое, сто тысяч надо, - что будешь делать?
И. Милохин:
- Ноль реакции.
Л. Бережная:
- Я не знаю, что со мной произошло. Как будто ни дома не хотела жить. Я такая потерянная была. И мне негде было самой приткнуться. И вот я жила у девчонки, но она была алкашкой, пила. Там детям поесть нечего было. Мама приходила, меня уговаривала домой, я не хотела идти. И получилось так, что я решила на время, пока я на ноги не встану, но получилось – на всю жизнь.
И. Милохин:
- Мама звала домой. Могла бы нас забрать спокойно.
А. Варданян:
- Бабушка не решилась забрать детей, хотя имела на это возможности.
И. Милохин:
- Бабушка нам по документам вообще никто Но она бабушка. И она все-таки взяла ответственность без документов нас забирать временно. Это бабушка со стороны отца.
М. Антонов:
- Есть такое движение чайлдфри – без детей. Мужчина и женщина живут, но детей не хотят, считают, что это не нужно. Нам хорошо вдвоем, нам дети не нужны. Выяснилось, что процентов 60 или 70 этих людей – это те, кто либо вырос без родителей, в детских домах. А у тебя этого блока нет?
И. Милохин:
- У меня таких мыслей не было. Я мыслил в детстве позитивно, что семья – это самое главное. Скорее всего, нас настолько объединило в детском доме, каждый рассказывал по ночам, воспитатель нас укрывал, закрывал дверь, уходил, мы обсуждали по ночам: кого хочешь, дочку? Какую девушку хочешь? Дом какой хочешь? Машину? Мечтали об этом.
М. Антонов:
- Ты доволен, как сейчас все идет?
И. Милохин:
- Да, но много эмоций, но я в шоке.
М. Антонов:
- Я про твою карьеру. Тебе 20 лет. Лет через 25 тебе будет столько же, сколько мне. Если я буду делать то, что делаете вы в TikTok, это будет глупо. У меня возраст уже не тот.
И. Милохин:
- Дело не в возрасте. Дело в себе. Есть и твоем возрасте приколисты, на которых равняются дети.
М. Антонов:
- Ты понимаешь, что будет делать лет через десять? Насколько сейчас выстроена твоя карьера? Или ты живешь одним днем, одним месяцем?
И. Милохин:
- Одним днем живу.
М. Погребняк:
- Илья будет востребованным артистом.
М. Антонов:
- Маша, бизнес-план у вас на сколько?
М. Погребняк:
- У меня нет на него бизнес-плана. Он для меня друг. Он мне как родственник. Я его безумно люблю. И поэтому я никогда не позволю, чтобы Илья совершил какую-то ошибку или стал ненужным.
И. Милохин:
- У нас очень интересная история знакомства.
М. Антонов:
- Нам пишут: «Вы почему современный «Ласковый май» пиарите?»
А. Варданян:
- Чтобы была сказка. Чтобы все верили, что бывают такие классные…
М. Антонов:
- Я хотел спросить про образование. TikTok, музыка – это хорошо. Но профессию юриста никто не отменял.
И. Милохин:
- Я бы не сказал, что образование так влияет. Я не гнался за ним вообще.
А. Варданян:
- Ты планируешь учиться?
И. Милохин:
- Только на актерское.
А. Варданян:
- А куда?
И. Милохин:
- Без разницы куда. Я хочу на актерское, чисто для себя. Занимаюсь почти каждый день вокалом. Это все, что мне интересно.
А. Варданян:
- А сколько времени ты сидишь в телефоне, в TikTok, записываешь эти видео?
И. Милохин:
- Если брать сутки, где-то 22 часа точно.
М. Антонов:
- Как вы все это придумываете каждый день?
И. Милохин:
- Креатив сразу, на ходу. Если ты на волне, у тебя мысли сами приходят. Это похоже на то, как вы сейчас передачу ведете. Сценарий вы пишете?
М. Антонов:
- Какой сценарий?
И. Милохин:
- Тем более. Вот он – креатив.
А. Варданян:
- Если кто-то не знал про TikTok, когда у нас были акции протеста, они узнали про TikTok. Потому что очень активно в TikTok в том числе подростков призывали приходить на акции протеста. Ты как к этому относишься, когда детей…
И. Милохин:
- Я не слежу за этим.
М. Антонов:
- Тебе политика неинтересна?
И. Милохин:
- Неинтересна вообще. Я даже за блогерами почти не слежу.
А. Варданян:
- А ты знаешь, кто такой Путин?
И. Милохин:
- Конечно, знаю. Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин.
М. Антонов:
- Вот мы говорим про ступеньки. Ступенька сделала. 250 с лишним тысяч подписчиков. Понятно, что следующая ступенька – дойти до миллиона. Сколько у тебя таких ступенек сейчас? Главная цель в жизни – быть популярным, богатым?
И. Милохин:
- Нет, хочется найти нужного человека и с ним двигаться и достигать целей. Вот это кайф. Именно в плане отношений, я про семью.
М. Антонов:
- Но деньги-то ведь важный фактор?
И. Милохин:
- Когда ты нашел свое счастье, все само приходит, притягивается.
М. Антонов:
- Если я тебе предложу после эфира сесть и заварить лапши быстрого приготовления «Доширак», ты как?
И. Милохин:
- Поел, нормально.
М. Антонов:
- Нет такого, что начал зарабатывать хорошо, и пошла черная икра?
И. Милохин:
- Нет, конечно. У меня такого не было. Я всегда остаюсь искренним перед своей аудиторией и в реальной жизни. Поэтому меня любит именно моя аудитория.
М. Антонов:
- Я специально пошел во ВКонтакте, смотрел фото Илюхи. Семейное положение – в активном поиске.
И. Милохин:
- Я за этой страничкой даже не слежу. Для меня важно – написать и гордиться этим. Если у меня будут отношения, я буду скрывать их максимально. Не хочу, чтобы это на публику выходило, чтобы кто-то знал. Если даже популярность возрастет, а я уверен в себе, что она возрастет, то больше буду переживать за своих.
М. Антонов:
- Но ты же сам пришел к популярности. Разве это так плохо?
И. Милохин:
- Популярность для меня – это внимание. Мне не хватало в детстве внимания. Я заряжаюсь этим, чтобы жить дальше.
М. Антонов:
- Вот и получи лопату хейта на вентилятор. Мало тебе?
И. Милохин:
- Мне именно внимания не хватает.
М. Антонов:
- Как с хейтерами борешься?
И. Милохин:
- Они прикольные. Выражают свое мнение прямо. За это я их уважаю и ценю.
А. Варданян:
- Ты банишь кого-то?
И. Милохин:
- Нет. Зачем?
А. Варданян:
- Отвечаешь на комментарии или просто игноришь?
И. Милохин:
- Иногда я могу позлить хейтеров.
А. Варданян:
- Они тебя не цепляют за живое?
И. Милохин:
- Нет. Просто, когда про Даню хейт был, конечно, это меня цепляло. А потом я уже понял, что старая пластинка, не сработает. Меня и за семью цепляли, специально какие-то шуточки были. Я знал, что это шуточки. Но я улыбался, масочку надел. Мне смешно.
М. Антонов:
- За что можно получить бан или в жбан?
И. Милохин:
- Предательство я не прощаю.
М. Антонов:
- Когда ты последний раз дрался?
И. Милохин:
- В детском доме. Мы стрелки забивали с теми детьми, у кого были родители. Такая жесткая заруба была.
А. Варданян:
- Эта история с новыми родственниками исполнила твою мечту. Ты, действительно, хотел сестру?
И. Милохин:
- Да, очень сильно хотел.
А. Варданян:
- Как ты к Лизе сейчас относишься? Она стала родным человеком?
И. Милохин:
- Тоже привыкаю. Получаю СМС, я не люблю на расстоянии общаться. Я сразу теряю интерес. Я теряю контакт. Мы с Лизой толком и не общались. Я ее увидел. Первое впечатление – классное. Это в то время я хотел сестру. У меня эти чувства пропадают. С каждым разом мне что-то новое хочется.
А. Варданян:
- Сейчас что хочешь?
И. Милохин:
- Не скажу.
А. Варданян:
- На Новый год загадал?
И. Милохин:
- Я не верю, я даже Новый год не праздную. День рождения свой не праздную тоже. Не вижу в этом смысла.
А. Варданян:
- Это все отголоски прошлого, потому что хотелось праздников, а их не было?
И. Милохин:
- Возможно.
М. Антонов:
- Хочу сказать, что все только начинается. Вот сейчас, наверное, нужно осмыслить все, что произошло, двигаться дальше.
И. Милохин:
- Нужно расставить приоритеты, цели.
М. Антонов:
- Все будет хорошо!