Олег Кашин: Быть единороссом стыдно и неприлично, даже если ты губернатор

Отдельная тема с Олегом Кашиным
Эдвард Чесноков и Олег Кашин обсуждают начало массовой вакцинации россиян, заявление Дмитрия Медведева о миграции, задержание в Дании русского ученого, коррупционные схемы

О. Кашин:

- Всем привет! Я – Олег Кашин. В московской студии – Эдвард Чесноков. И сегодня мы чувствуем себя гражданами мировой державы. Потому что премьер-министр Михаил Мишустин поручил разработать временные правила доставки вакцины от коронавируса в недельный срок, - говорится на сайте правительства. Срок исполнения поручения – 8 декабря. Итак, к 8 декабря начнется массовая вакцинация. Эдвард, как вам такая новость?

Э. Чесноков:

- Здравствуйте, Олег Владимирович. И это снова подтверждает, что радио «Комсомольская правда» - самое прозорливое и самое руку на пульсе держащее. Потому что мы в течение многих дней пророчески заканчивали наши с вами эфиры призывом и надеждой, новой надеждой, что «Спутник» к нам все-таки прилетит. И в итоге так и есть. Знаете, я горжусь. Вся моя ватная душа, мечтающая об Африке и прочих территориях, на которые распространится влияние России, ликует.

О. Кашин:

- Ну, моя тоже ликует, конечно. Хотя понятно, что я телесно нахожусь в Великобритании, у которой своя вакцина, своя массовая вакцинация. И еще о чем я сегодня узнал совершенно случайно, из явно заказной статьи в «Российской газете». Знаете, там бывают такие публикации, которые как будто бы переведены с китайского через гугл-переводчик. Так вот, там сказано, что в Китае, оказывается, тоже делают вакцину. Причем китайцы переживают, что никто ее не замечает, видимо, после того, как сам Китай и стал источником коронавируса этой весной.

Э. Чесноков:

- При этом заметьте, что в Китае количество заболевших измеряется единицами. Ну, не бывает так. Вот где простор для конспирологии.

О. Кашин:

- Эдвард, я вам пожелаю стать первым российским журналистом, который окажется в лагере для перевоспитания больных коронавирусом в Синьцзяне, допустим, где они прячут. Потому что верить официальной статистике Китая я бы, откровенно говоря, не стал.

Э. Чесноков:

- Я считаю, что это очень здорово, более того, даже Южный Судан выразил желание получить российскую вакцину. Ну, не совсем понятно, купить или просто так получить, но я уверен, что Россия, добрейшая и щедрейшая душа, не откажет южносуданским братушкам и утвердится еще и там.

О. Кашин:

- Понятно, что у нас разговор такой полуиронический. Давайте определимся, Эдвард, прямым текстом, без намеков и подмигиваний, мы о чем говорим – об утверждении величия России, о признании ее какого-то мирового статуса, чтобы в Южном Судане билось какое-нибудь русское или прорусское сердце, или все же о реальной победе над этим мировым поветрием? У меня прямого ответа нет. Но чего мы хотим на самом деле?

Э. Чесноков:

- Я на другой вопрос отвечу. При этом говорят: ах, смотрите, многих привили из этих контрольных групп, но люди заболели. Уже разъяснили, что в течение 40-45 дней образуются антитела, а пока они не образовались, человек уязвим. И никакой конспирологии.

О. Кашин:

- Наверное. У нас завтра, бог даст, будет эфир с Марией Бароновой, которая как раз и относится к этой референтной группе. Она кололась, и она болела. При этом, наверное, она считает, что это было плацебо.

Э. Чесноков:

- Вернемся к более серьезным новостям. Дмитрий Медведев высказался относительно миграции.

О. Кашин:

- Да, он высказался довольно жестко.

Э. Чесноков:

- «Рост миграции приводит к увеличению нагрузки на региональные и муниципальные системы социального обеспечения, в результате они зачастую не могут в полной мере оказывать услуги не только мигрантам, но и коренным жителям». Медведев также отметил «нарастающую угрозу этноконфессиональных конфликтов между мигрантами и российскими гражданами». Мне кажется, что Дмитрий Анатольевич сейчас играет такую роль некого человека, который (понятно, что согласовано) пробрасывает определенные мысли, которые, может быть, были бы кому-то неудобны для озвучивания вот так, а вот Медведев может. Вам так не кажется?

О. Кашин:

- Буквально вчера мы с вами говорили про актрису Васильеву, которая раскритиковала Навального. Я сказал, что наверняка ей дали каких-то денег и сказали: напиши в Инстаграме…

Э. Чесноков:

- За этим не Медведев стоит?

О. Кашин:

- Нет. Вы сказали, что не нужно думать о людях по умолчанию как о тех, кто по согласованию какие-то свои мысли высказывает. Может быть, у них мысли такие. На уровне артистки Васильевой я не верю в это. Потому что посмотрите ее Инстаграм, там действительно какая-то бытовая жизнь, маленькие реплики, и вдруг гигантское полотно текста. Я думаю, о Навальном она не могла бы такой текст сама написать. Но при этом, зная, что на этом уровне тотальная медийная коррупция, когда люди за деньги озвучивают чужие мысли, я верю и этой мечтой живу, что можно дорасти до какого-то уровня, до какого-то статуса в российском обществе, где твое слово будет твоим словом. И мне кажется, что уровень заместителя Владимира Путина в Совете Безопасности (уровень Медведева) – это то место, откуда можно вещать именно так, как ты хочешь. Я наверняка Медведеву сейчас безумно льщу, но я надеюсь, что эти слова его.

При этом если мы строим конспирологию, есть два соображения. Во-первых, конечно, мы все уже забыли (и правильно сделали, никому это не нужно, неважно и неинтересно, но все же), Дмитрий Медведев – не просто смешной дядька, который когда-то исполнял обязанности президента России и также неоднократно попадал на разные фотографии, как будто бы он спит. И еще он был героем расследования Навального «Он вам не Димон». Дмитрий Медведев помимо прочего еще и формальный лидер партии «Единая Россия», у которой довольно скоро федеральные госдумовские парламентские выборы. И, может быть, он вот так деликатно начинает думскую кампанию? Это первое соображение.

Второе соображение. Понятно, что российская публичная политика полна, как вы любили говорить в юности, симулякров…

Э. Чесноков:

- Симуляции симулякров.

О. Кашин:

- Да, фейкструктур и т.д. И в принципе вообразить себе, что, проводя игры этих деревянных солдатиков (Мишустин здесь, Медведев – здесь, кто-то еще – здесь), Владимир Путин подумал: а не сделаться ли Медведеву лидером правого крыла российской публичной политики, пусть он будет «Альтернативой для России», пусть Медведев будет лидером правых русских. И я, Эдвард, пойду за Дмитрием Медведевым.

Э. Чесноков:

- Внесем это утверждение Олега Владимировича в протокол. Но это же очень тонкий момент. Если «Единая Россия» победит… А сейчас есть очень большие шансы, что она победит, может быть, не с конституционным большинством, а просто с большинством, то получается, что лидер партии-победителя по новым законам, если я ничего не путаю, становится кандидатом номер один на премьеры. Или нет?

О. Кашин:

- Я как раз об этом не знаю и удивлюсь, если так. Потому что мы прекрасно понимаем, что весь тренд российской политики в последние годы и был направлен из Кремля на снижение публичной роли, публичной упоминаемости «Единой России». И на многих выборах, включая и Мосгордуму, и губернаторские выборы, кандидаты от власти идут как самовыдвиженцы, собирая подписи. Потому что «Единая Россия» токсична, и, конечно, сам этот лейбл (медведь с надписью «Единая Россия»), он, конечно, работает в минус, а не в плюс. Быть «единороссом» стыдно, неприлично, даже если ты губернатор.

Э. Чесноков:

- Я знаю молодых людей (выпускники МГИМО), которые совершенно искренне идут в «ЕР». Они каждый день выкладывают на Фейсбуке фотографии, как они ездят к ветеранам, дают ветеранам продуктовые наборы. И я не знаю другой партии, которая бы так делала.

О. Кашин:

- Эдвард, нам бы с вами такие деньги, какие у них есть, я думаю, мы бы вообще всем ветеранам и по квартире бы купили. Потому что мы, я думаю, воровали бы меньше, чем средний российский или чиновник, или околочиновник.

Э. Чесноков:

- Не знаю, Олег Владимирович.

О. Кашин:

- Думаете, мы бы с вами больше воровали?

Э. Чесноков:

- Мы с вами люди, и ничто человеческое человеку не чуждо. Я вообще считаю, что, может быть, нам нужно ввести такой монашествующий орден, когда хочешь идти во власть – откажись от имущества и не имей богатства, как Иисус Христос?

О. Кашин:

- И заодно не иди во власть, потому что, ну что тебе там делать, там токсично, неприятно и кругом такой надзор, когда придет Эдвард и скажет: схемы, схемы.

Э. Чесноков:

- Хорошо, что вы напомнили. Я думаю, что они будут.

О. Кашин:

- В общем, здорово, что Медведев поднял эту тему. Мы помним, как эту тему поднимало забытое уже всеми Движение против нелегальной иммиграции…

Э. Чесноков:

- Запрещенное в Российской Федерации.

О. Кашин:

- Да. Потом была партия «Родина», в золотые свои годы, когда Дмитрий Рогозин еще не думал о космосе, а занимался скорее борьбой с миграцией. И знаменитое рекламное видео, когда Рогозин приставал на улицах к таджикам…

Э. Чесноков:

- Подождите. Рогозин – это Медведев сегодня?

О. Кашин:

- Я продолжаю эту мысль. Мы пропустили еще одного человека. Одно время Алексей Навальный также пытался оседлать мигрантскую тему.

Э. Чесноков:

- Там и Прилепин с Навальным был в движении «Народ».

О. Кашин:

- Вот эта линия Поткин – Рогозин – Навальный сегодня продолжена именем Медведева, с чем мы всех нас и поздравляем. Потому что Медведев, конечно, это серьезно.

Э. Чесноков:

- И при этом стало известно, что за полтора месяца боев в азербайджанской армии как наступавшей (наступавшие, как правило, теряют больше, обычно потери 1 к 3 сравнительно с обороняющимися в современной войне) погибло 3 тысячи человек. Я сравню, что за все 5 лет нашей операции ВКС РФ в Сирии погибло 123 человека. Да, несколько сотен ЧВКшников, но все-таки на порядок меньше.

О. Кашин:

- Наша традиционная рубрика «Гитлер дня». Сегодня в этой рубрике Адольф Гитлер.

Э. Чесноков:

- Да, как ни удивительно. Есть Намибия (это в моей любимой Африке). Она была когда-то немецкой колонией. Там в одном из муниципальных образований прошли выборы. Можете ли вы себе представить, набрал 84,88% голосов человек по имени Адольф Гитлер. Он стал в каком-то муниципальном образовании победителем. И знаете, как он все это объяснил? Он сказал, что его отец не знает, кто такой Адольф Гитлер.

О. Кашин:

- Давайте уточним, Эдвард. Знаете, был Ильич Рамирес Санчес. Террориста мы знаем, но при этом у него два брата, одного звали Владимир, его звали Ильич, а третьего звали Ленин. Здесь то же самое. Адольф Гитлер – это имя, и у него есть еще какая-то фамилия, которая никому не нужна, никому неинтересна.

Э. Чесноков:

- Это бренд.

О. Кашин:

- Да, я вначале подумал, что это агентство «Панорама». Мы обсуждали в свое время, что главным российским медиа в 90-е был «Коммерсант», в нулевые – «Афиша», в десятые – «Медиазона», а в двадцатые давайте уже признаем: главное медиа – это информагентство «Панорама», которая дает выдуманные новости, но они оказываются менее шокирующими, чем новости реальные. В итоге, посмотрел, вся мировая пресса реально об этом пишет. Это богом забытое «умное голосование» в каком-то…

Э. Чесноков:

- Это округ Омпундия в Намибии. Там Гитлер победил.

О. Кашин:

- Давайте порадуемся за округ Омпундия.

Э. Чесноков:

- Подождите. Постоянно демократы говорят, что на демократических выборах народ Гитлера выберет, и так и оказалось в итоге.

О. Кашин:

- Да. Все люди, которые ругали демократию за то, что однажды Гитлер победил на выборах (хотя, как мы помним, НСДАП не завоевывала большинство в рейхстаге)…

Э. Чесноков:

- Ее назначил канцлер Гинденбург.

О. Кашин:

- Действительно, этот закон Годвина сегодня сработал в глобальном масштабе. Обратите внимание, Эдвард, какие странные сближения. Вчера американские телеканалы отказались показывать заявление Дональда Трампа. В итоге он был вынужден выложить его в Твиттере. Трамп опять намекал на то, что с его проигрышем на выборах все не так однозначно. И хотя он действующий президент, телекомпания CNN сказала, что нет, мы его показывать не будем. Вот демократия настоящая.

Э. Чесноков:

- Да, кому нужен сейчас Трамп, как бы он нам ни был симпатичен?

О. Кашин:

- Представьте, Эдвард, НТВ отказывается показывать обращение Путина. Можно такое представить? Даже по «Дождю» показывают обращения Путина.

Э. Чесноков:

- И обращения Медведева. Если бы «Дождь» отказался показывать Медведева, это был бы точно конец.

О. Кашин:

- Да.

Э. Чесноков:

- Занзибар. Относительно недалеко от Намибии, тоже в Африке находится. Там произошла чудовищная история. Россиян выгнали из отеля. Сейчас разгар пандемии, границы почти закрыты.

О. Кашин:

- У них были, наверное, занзибарские виды на жительство.

Э. Чесноков:

- Нет. Они прилетели в Занзибар. И их не пустили. Потому что в отеле был овербукинг.

О. Кашин:

- Но почему сейчас?

Э. Чесноков:

- Овербукинг – это когда нет свободных номеров, даже когда он оплачен. Господи, до чего кровавый режим довел эту страну и эту несчастную планету! Уже в отель в Занзибаре заселиться невозможно.

О. Кашин:

- На самом деле вопрос. Есть ли в Занзибаре локдаун сейчас? Потому что в Великобритании, где я нахожусь, его сегодня сняли. Знаете, Эдвард, я закончу с вами беседу и пойду в паб впервые за много месяцев.

Э. Чесноков:

- Учитывая, что четверг – это еще большая пятница, чем среда, я желаю вам успеха. Но главное, помните, что алкоголь – зло. Потому что, если мы помним жертв той алкогольной подпольной вечеринки в Брюсселе, которую мы обсуждали, не ходите на такие вечеринки.

О. Кашин:

- Не пойду, конечно. Обращусь к россиянам. Если у вас нет каких-то дел на выходные, и вы выбираете, что делать, подумайте, лететь ли вам в Занзибар. Ладно, что можно заразиться, но ведь вас могут не пустить в отель, потому что там овербукинг.

Э. Чесноков:

- Раз уж мы говорим про загнивающий Запад, в Дании агент получил задание. Этот человек был не агентом, а простым русским ученым. Его арестовали. Об этом совершенно случайно узнали журналисты. Об этом практически никто не писал, я не видел, чтобы об этом кто-то говорил. Понятно же, что Дания – это ключевая история, это последняя страна, которая то ли не дала, то ли полудала согласие на прокладку «Северного потока-2». Анатолий Губанов его зовут, он кандидат технических наук. И он приходится зятем Леониду Шкадову. Знаете, кто это?

О. Кашин:

- Не знаю.

Э. Чесноков:

- Один из руководителей авиационной промышленности СССР.

О. Кашин:

- Я думал, какой-нибудь член ЦК. Меня в этой истории гораздо сильнее впечатлило… Мы каждый день говорим, что «он уже вчера был уволен из органов». И сегодня ректор Физтеха Николай Кудрявцев, как вы думаете, Эдвард, он стал поддерживать своего сотрудника, который оказался в беде, или как-то иначе себя повел?

Э. Чесноков:

- Анатолий Губанов уже лет 5 живет в Дании, занимается научными разработками.

О. Кашин:

- Ректор Физтеха сказал: вы не думайте, ни в коем случае уголовное дело против Губанова не связано с его работой в Физтехе, Физтех не имеет к этому никакого отношения.

Э. Чесноков:

- Хотя «после» значит «вследствие».

О. Кашин:

- Это просто такая фирменная российская солидарность – сам погибай, но товарища не выручай, умри ты сегодня, а я завтра. Неприятно на самом деле. Если честно, мне тоже как нормальному россиянину плевать на судьбу Губанова, но когда я вижу, как его бывшие начальники не просто отворачиваются от него, а публично отворачиваются от него, это как-то too much…

Э. Чесноков:

- Это была история с Губановым, но параллельно две истории слились в одну, потому что Алексей Никифоров, молодой ученый, который работает в Дании, это его в Дании арестовали, а Губанова – у нас. В Дании арестовали Никифорова, якобы за какое-то не академическое скрипалеведение, что он там русскую агрессию продвигал. Нужно спасать Алексея Никифорова, вытаскивать его как-то, отправить какой-нибудь малый десантный корабль, чтобы они его вытащили.

О. Кашин:

- На самом деле мы понимаем, что никто никого никуда не отправит. И если речь идет действительно о «Северном потоке», то тем хуже для любых частных лиц, которые оказываются на пути. Поэтому я не дам ни гроша за судьбу этого человека.

Э. Чесноков:

- Но придет «Академик Черский», единственный наш корабль, могущий прокладывать «Северный поток». Его сейчас переделывают на трубы большого диаметра, чтобы он их мог опускать на дно морское. Я думаю, что после «Академика Черского» мы встанем в сильную позицию и вызволим нашего парня. Потому что иначе просто не во что больше верить, кроме как в последнюю инстанцию, что мы своих не бросаем.

О. Кашин:

- А из «Лефортово»-то как нашего парня вызволить? Или вы скажете, что пусть сидит?

Э. Чесноков:

- Нет, сидеть не надо. Пусть тоже будет разбирательство честное и открытое.

О. Кашин:

- Губанову грозит от 12 до 20 лет, как и Ивану Сафронову, сидящему там же. Я о задержании Губанова узнал из Телеграм-канала поддержки Ивана Сафронова. Журналист «Коммерсанта», «Ведомостей», потом сотрудник «Роскосмоса», который уже сколько месяцев сидит в СИЗО «Лефортово», и всем, кроме ближайших его знакомых и друзей, наплевать на эту историю. Опять же, история про российскую солидарность. Вы опять скажете, что бывают другие случаи.

Э. Чесноков:

- Да, бывают другие случаи. Вот, пожалуйста, история из серии «загнивающий Запад». Казалось бы, Австралия, куда чуть было не доехал Скрипаль, оказавшись в Новой Зеландии, но он пролетал, наверное, над ней. Ее контингент есть в Афганистане. И оказывается, австралийские офицеры устраивали тренировки на людях. Когда им надо было организовать для какого-нибудь молодого бойца крещение, они организовывали крещение кровью. Просто брали каких-нибудь местных, убивали их, как в тире. Когда нужно было зачистить какой-нибудь подозрительный дом, просто забрасывали гранатами, а там дети сидели. По меньшей мере, 39 простых афганцев были убиты австралийцами просто ни за что.

О. Кашин:

- Ужасно.

Э. Чесноков:

- Олег Владимирович, почему я так зацепился? Вы регулярно припоминаете этого плохого «вагнеровца», который кого-то забил до смерти. Да, это ужасно. При этом он не был кадровым военнослужащим, он был каким-то ЧВКшником. Это тоже ужасно, я это не оправдываю, но австралийцы, кадровые военнослужащие в Афганистане, это делают систематически и куда в больших объемах.

О. Кашин:

- Эдвард, вы себя слышите? Это плохо, забивать кувалдой плохо, но австралийцы… Да плевать на австралийцев.

Э. Чесноков:

- Вы осуждаете всех – «вагнеровцев», австралийцев, новозеландцев…

О. Кашин:

- Мы русские люди. Естественно, когда идет подборка новостей, в которой какие-то иностранцы кого-то обижают… Ну, обижают. Если россиянин, который… Напоминаю, один из них в полиции работает в Ставропольском крае. Если они что-то такое делают, это нас с вами касается.

Э. Чесноков:

- Да, это касается нас, но это тоже…

О. Кашин:

- Эдвард, вы в своем городе, в своих Котельниках встречаете много австралийцев, например, на улицах?

Э. Чесноков:

- Я не могу их отличить визуально. Может быть, они там и есть, я не знаю.

О. Кашин:

- Я думаю, как их отличить. У них на лице есть неуверенность в завтрашнем дне в отличие от россиян. Поэтому, я думаю, можно догадаться.

И долгожданная рубрика – схемы от Эдварда.

Э. Чесноков:

- На самом деле, эта рубрика – это борьба нанайских радиоведущих, потому что я-то схему озвучиваю, а Олег Владимирович говорит, что, на самом деле, все нормально. В итоге, баланс сохраняется.

Сегодня схема будет страшная. 115 тысяч рублей! И Михаил Козырев!

О. Кашин:

- О, боже!

Э. Чесноков:

- Дослушайте до конца. Там есть двойное дно в этой схеме. Шендерович получил 450 тысяч от Поморской филармонии, что в Архангельске. Кашин сказал, что это нормально. Хорошо.

О. Кашин:

- От кого же получил Михаил Козырев?

Э. Чесноков:

- Тоже от Поморской филармонии за концерт Михаила Козырева. То есть, тендер называется « Выступление Михаила Козырева в Архангельске». И этот тендер выигрывает Михаил Козырев! Кто это, расскажите читателям, не все знают.

О. Кашин:

- Я расскажу, конечно, в превосходных тонах. Но сначала хочу коснуться Поморской филармонии. Два дня подряд в Эдварда Чеснокова главный источник российских бед – Поморская филармония. Мы наблюдали Архангельскую область и как таковую, и в контексте Шиеса, и город Архангельск, который, будучи одним из главнейших русских городов в истории, наш первый порт еще до Петербурга. Там англичане бывали в Архангельске…

Э. Чесноков:

- Холмогоры!

О. Кашин:

- Да, Ломоносов из них пришел пешком с рыбным обозом.

И вот сейчас город Архангельск, очевидно, пребывает в упадке. И давайте, Эдвард, во имя того, чтобы он был еще в большем упадке, поможем мировым силам зла разгромить Поморскую филармонию. Чего-то она как-то неправильно себя ведет!

Э. Чесноков:

- Нет, я…

О. Кашин:

- Давайте сделаем из нее филиал МХАТа имени Горького, чтобы Эдуард Бойков ставил там спектакли на патриотическую тему. И чтобы архангелогородцы радовались тому, что там теперь не будет Шендеровича и Михаила Козырева.

Вы просили рассказать, кто такой Михаил Козырев. Мы с вами вещаем на радиостанции «Комсомольская правда» в 2020 году. Каждый наш эфир перебивается фрагментами, где сказано «радио «Комсомольская правда» - поколение Земфиры, поколение «Сплина», поколение «Агаты Кристи». Так вот, дорогие друзья, особенно молодые, если они есть среди нашей аудитории, всех этих музыкантов к вам, к вашим ушам за руку в эпоху до интернета, когда было только радио, привел Михаил Натанович Козырев, прекрасный совершенно культуртрегер, человек, который в 90-е годы был главным проводником, которые соединял полумаргинальный мир русского рока с миром, не побоюсь этого слова, больших денег. И, самое главное событие в его жизни, оно случилось очень давно, сейчас он, на самом деле, уже не тот, пожилой человек с телеканала «Дождь». А двадцать лет назад он на деньги, не поверите, Бориса Абрамовича Березовского и Руперта Мердока, что сопоставимо, создал радиостанцию «Наше радио». И насколько я представляю, оно и ориентировано на тех, кто в двадцать лет слушал «Наше радио», а в сорок лет слушает «Комсомольскую правду». И вот этому человеку архангельская филармония дает какие-то, в общем, жалкие копейки. И Эдвард Чесноков говорит: не давайте! Потому что он у Дудя сказал… А что он сказал?

Э. Чесноков:

- Вот я не говорил, чтобы не давали. Я же «за», я считаю, что русский человек, даже если его зовут Михаил Натанович Козырев, должен жить хорошо, богато и вольготно. Но Козырев, выступая 18 октября 19-го года в камерном зале Поморской филармонии, как я понимаю, он находится в лютеранской церкви Святой Екатерины, то есть, в кирхе, показал там видеовыступление «Пусси Райот» вот этого панк-молебна.

О. Кашин:

- Ужас!

Э. Чесноков:

- И у меня возникает вопрос: ну, зачем же так? Зачем государство дает на выступление «Пусси Райот» в церкви еще раз? Они хотят отмотать на 2012 год? Еще раз, я не против Козырева. Да, великий культуртрегер, музыкальный критик, но если он так популярен, пусть на коммерческой основе какие-то продюсеры его приглашают. Пусть люди приходят и платят деньги, но если он такой звездный, наверное, на него люди придут и без госбюджета.

О. Кашин:

- Я, по-моему, вам сказал, что он уже не тот и главное его событие в жизни было 20 лет назад. И говорить о том, что продюсер, которого мало кто знает в лицо, только ценители, как мы, может собирать стадионы. Нет, не может. Но да, кстати, когда мы говорим, как люди входят в историю. Помимо прочего, Михаил Козырев, вообще-то, создатель саундтрека к фильму «Брат 2», великий фильм, который определил облик поколения. Козырев его буквально соавтор.

А что касается «Пусси Райот». Давайте взлетим на высоты искусствоведения и скажем, причем, зайдем издалка. Знаете, каждая великая эпоха имеет свой большой стиль. При Александра Третьем мы помним, как великие русские композиторы писали оперы о древней Руси. Потом художники-передвижники, понятно, потом русский модерн во времена Николая Второго. Потом авангард при ранних большевиках, потом сталинские высотки, потом поэты Евтушенко и Вознесенский, собиравшие при Хрущеве стадионы. При Брежневе великое кино Гайдая даже или Тарковского, кому как. Дальше, понятно, 90-е и нулевые.
Итак, эпоха Путина. Какое главное искусство? Металлопластмасса, когда ставят скульптуру работы Салавата Щербакова и прохожие плюются. А реальное искусство…

Э. Чесноков:

- Русский рэп?

О. Кашин:

- … нерв эпохи. Нет, Эдвард. Я считаю, что русский акционизм. Именно при Путине он расцвел и когда, помните, лет десять назад при Медведеве Минкульт дал даже премию «Инновация», по-моему, арт-группе уже не существующей «Война» за ее инсталляцию с нарисованным, извините, то, что вы называете пошлостью, фаллосом, нарисованном на Литейном мосту перед зданием петербургского ОФСБ. Конечно, это и есть важнейшее искусство путинской эпохи. Все эти формы уже отмирающие старого искусства уже не работают. С эпохой Путина, конечно, ассоциируется акционизм. И Павленский, прибивающий себя к брусчатке Красной Площади, и «Пусси Райот» - это великое искусство эпохи Путина. Я думаю, что Владимир Путин сам однажды это поймет и примирится. И мы так же знаем, что если вас смущает оппозиционный флер, сопровождающий этих деятелей искусства, мы помним, что стало с группой «Война», когда они, живя на Западе, превратились в настоящих русских патриотов, дай бог каждому. Так же и Павленский как-то очень разочарован в Западе, поэтому, думаю, всех соберет Путин, как он говорил, идите ко мне, бандерлоги. Он зовет бандерлогов, а Эдвард бежит за ними и говорит: бандерлоги, ненавижу бандерлогов!

Э. Чесноков:

- Рядом с хорошим полицейским должен быть плохой, вы же знаете.

О. Кашин:

- В общем, да. На самом деле, ремарка, не хороший полицейский и плохо. У меня, как раз, минуту назад про наш с вами дуэт другая идея возникла. Я будто бы стою голый в райском саду, а вы сидите на дереве и ласково так говорите мне: ну, ведь, Олег Владимирович, ну ведь схемы! Схемы, понимаете?

Э. Чесноков:

- Вот! Давайте про схемы. Вторая часть проекта «Схемы»: знаете ли вы, что такой Дмитрий Порхачев?

О. Кашин:

- Нет, впервые слышу.

Э. Чесноков:

- Да, я тоже впервые о нем услышал сегодня. Это человек, достойный списка «Форбс». ООО Торговый дом «Уралснаб», зарегистрированный в Екатеринбурге в сентября 19-го года, чуть больше года назад, держитесь, не падайте, показало оборот за эти три месяца 19-го года в 581 миллиард рублей! Чтобы вы понимали, бюджет Свердловской области 260 миллиардов рублей. Бюджет Екатеринбурга примерно 20 миллиардов. А тут вдруг совершенно компания с одним сотрудником показывает оборот в 581 миллиард! Ну, русский человек хорошо живет! И ковида никакого нет.

О. Кашин:

- Ну, наша стандартная рубрика «Что делать будем? Завидовать будем». На самом деле, я думал об этом, традиционно сваливаюсь в советскую систему образов, вот история, когда тащи с завода каждый гвоздь, ты здесь хозяин, а не гость, я сам помню еще ту эпоху, когда не говорили «папа украл», а говорили «папа принес с работы». Мой папа, не мой, соседский папа, школьный. У каждого, если папа работаем на мясокомбинате, он приносит колбасу. И все понимают, что он за нее не платил. Сейчас немного изменилась жизнь. С завода особо ничего не поносишь, даже на стройке не поиграешь, как мы в детстве играли. Но вот эта тема, когда за неимением возможностей зарабатывать так, чтобы о тебе писали книги в рубрике «История успеха», как про раннего Дональда Трампа, естественно, люди зарабатывают, как могут. Это нормально. Человек так устроен. Он пользуется теми возможностями, которые у него есть.

Э. Чесноков:

- И я, завершая проект «Схемы», надеюсь, только на сегодня, скажу, что уставной капитал у фирмы с одним человеком, заработавшей 581 миллиард рублей, 10 тысяч рублей. Не перевелись еще на Руси бизнес-гении.

О. Кашин:

- В перерыве я рассеянно листал портал органов власти Чувашской республики и узнал, мне, как жителю Лондона, приятная новость, что глава Чувашии Олег Николаев принял участие в телемосте с королевской школой вышивки в Великобритании. И вторая новость. Мы начали сегодня с вакцины. И сейчас увидел, что здравоохранение Москвы назвало несоответствующей действительности информацию о том, что врачей городских больниц и поликлиник принуждают к вакцинации от COVID-19. Это очень интересная тема. Мы говорили о массовой вакцинации, но будет ли она добровольной или попробуй только не привейся.

Э. Чесноков:

- Я не вижу проблемы, когда люди вакцинируются. Более того, мы же верим нашему государству. Оно обещало создать вакцину – оно ее создало. Я считаю, что ничего плохого, когда людей, например, заставляют проходить экзамены, чтобы быть врачом, проходить вакцинирование, чтобы быть врачом. Это нормальное требование для профессии.

О. Кашин:

- Я согласен, но всегда у любого человека должен быть выбор, особенно когда речь не идет вот, знаете, есть антипрививочники – такая секта недалеких людей, которые буквально могут жертвовать жизнями своих детей во имя своих сомнительных теорий. Но если ты практикующий врач, если не хочешь прививаться, думаю, ты имеешь право не прививаться. Нет?

Э. Чесноков:

- Не знаю. Я, конечно, понимаю, что большинство людей, специализирующихся на алопеции, врачи-трихологи, у них у самих некоторые проблемы с волосяным покровом. Я понимаю, что многие врачи, делающие операции на глаза, сами носят очки, да, это нормально. Но, понимаете, когда ты приходишь в больницу больной, например, ковидом, когда ты ждешь от людей какой-то логики, правил, человек должен следовать логике, которую он предлагает. Давайте дальше пойдем, давайте вакцину от столбняка не будем вкалывать, от краснухи детям.

О. Кашин:

-Эдвард, сколько разрабатывали лет вакцину от столбняка!

Э. Чесноков:

- А сколько лет тогда считали компьютеры и за сколько минут такую же математическую операцию сделает компьютер сейчас? Технологии прогрессируют.

О. Кашин:

- Бывают какие-то абсолютные вещи. Думаю, часовая программа на радио двадцать лет назад и часовая программа сейчас – это все равно часовая программа на радио. И никак ты ее не убыстришь и не удвоишь время.

Э. Чесноков:

- Конечно, потому что тут нет комплекса научно-исследовательских разработок, а там есть. И сейчас с помощью компьютеров, всех этих нейросетей, роботов можно ускорить процесс.

О. Кашин:

- Вы напомнили, когда заговорили о научных разработках. Естественно, мы вчера много времени посвятили разговору о судьбе Анатолия Чубайса, покинувшего компанию Роснано. И сегодня, когда официально объявлено об отставке Чубайса, коллектив проводил его видеороликом «Призрачно все в этом мире бушующем, есть только миг, за него и держись…». Понимаете, я к чему? Прошла эпоха. И Чубайс – один из активных символов и десоветизации нашей неудавшейся и движения «Россия, вперед». И, в итоге, все возвращается на круги своя. И фильм сорокалетней давности, старый советский фильм, только он и остается адекватен образу Чубайса. Удивительно так! Эстетически.

Э. Чесноков:

- И под занавес наша любимая рубрика «Борьба с русским фашизмом». В республике Дагестан он поднял голову. Хирург Фирудин Семедов попросил с мамы, чей сын был болен острым аппендицитом, подарок аж в 12 тысяч рублей, чтобы сделали ему операцию вне очереди. А сама семья из села. И, знаете, что спасло? Ребенок буквально лежал на операционном столе. И вот опять… Мы же любим врачей, сотрудников ФСБ, хотя Кашин их иногда поругивает. Мы же не будем говорить, что все врачи плохие, нет. Это один конкретный хирург дербентской горбольницы плохой. Остальные врачи, которые ночами не спят, заходят в красные зоны, в общем, за не очень большие деньги. Они хорошие. Отдельные недостатки, а не плохая система.

О. Кашин:

- Я согласен, просто, понимаете, в чем проблема? Когда имея опыт таких недостатков, ты оказываешься лицом к лицу, допустим, с врачом. Ты не знаешь, какой это врач. Типичный или не типичный. Типичный или перегиб на местах? Поэтому надо исходить из худшего. И откровенно, если передо мной поставить дербентского врача со скальпелем, который скажет: Олег, сейчас мы тебе что-нибудь отрежем. Я подумаю, а можно я доеду до не знаю, чего, до Москвы хотя бы, чтобы сделать в Москве эту операцию.

Эдвард, забыл, важная тема, на самом деле. Знаете лицу имени Абдулаха Анзорова? Помните, кто это?

Э. Чесноков:

- Нет, не знаю.

О. Кашин:

- Мы уже забыли это имя. Это человек, который недавно в Париже отрезал голову учителю, вы помните. В общем, в селе Шалажи Чеченской республики появилась такая улица, понятно, что это народная инициатива, хотя, на самом деле, я с трудом себе представляю, как вопреки воле местных властей народ сможет развесить такие таблички. В общем, у каждого свои герои.

Э. Чесноков:

- Если бы один главный проспект переименовали, да, здесь был бы повод для тревоги, но здесь… Понимаете, люди так себя позиционируют. Ну, у нас федерация, где у разных регионов могут быть разные взгляды на внутреннюю политику. С этим надо смириться.

О. Кашин:

- Наверное. Но при этом можно смириться, готовясь к чеченизации всей Российской Федерации, а можно смириться таким образом, что никогда эти регионы не станут по-настоящему Российской Федерацией даже несмотря на две войны, которые мы вели друг с другом.

Э. Чесноков:

- Вы практически украинский дискурс повторяете: никогда мы не будем братьями.

О. Кашин:

- Давайте не будем братьями, как говорит Эдвард, да.

Э. Чесноков:

- Да. И при этом я хочу обратить внимание на самое главное. Да, есть отдельные недостатки, но они ликвидируются. Ту же историю с хирургом, все всплыло просто потому, что мать, у которой он вымогал деньги, она все записала на телефон. Эти новые технологии, они делают мир лучше. И это здорово, что мир становится гуманнее, чем еще пару лет назад.

О. Кашин:

- Разумеется. И каждый день мы заканчивали разговорами, что скоро будет вакцина, И вот она, наконец-то! Друзья, радуйтесь, наконец, вас уколют.

Мы прощаемся до понедельника!

Э. Чесноков:

- До свидания!