Олег Кашин: Спасибо Андрею Мягкову, который своим актерским талантом показал нам маленького человека в 3D формате

Отдельная тема с Олегом Кашиным
Эдвард Чесноков и Олег Кашин обсуждают условный срок активистки Анастасии Шевченко, белорусский суд над Виктором Бабарико, новый ролик Следственного комитета для подростков, американских дипломатов, попросивших российскую вакцину от коронавируса и вспоминают актера Андрея Мягкова

О. Кашин:

- Всем привет. Олег Кашин, Эдвард Чесноков, «Отдельная тема». Сегодня суд в Ростове-на-Дону приговорил активистку «Открытой России» Анастасию Шевченко к 4 годам условно с испытательным сроком 4 года. Ее признали виновной по статье об участии в деятельности нежелательной организации «Открытая Россия». Эдвард, здравствуйте. И как вам эта новость?

Э. Чесноков:

- Здравствуйте, Олег Владимирович. Дорогие радиослушатели, этот эфир является логическим продолжением предыдущего эфира, где Олег Кашин и полковник Баранец в Club House обсуждали судьбы родины. И поскольку это тема бесконечная, то мы решили продолжить сейчас, в нашей программе.

Касаемо ростовского дела. С одной стороны, я говорю это постоянно, везде и всегда, я против кривосудия, к кому бы оно ни обращалось – к активистам Навального или к патриотическим активистам, которых пакуют где-нибудь в Казахстане. Но 4 года условно, наверное, это много. Но в то же время надо понимать, что… Ну, я не вижу какой-то пользы. И никто, наверное, не видит какой-то пользы от этих иностранных агентов. Может быть, мы действительно как-то умягчим наши нравы и все-таки сделаем так, чтобы не 4 года условно, а 40 часов общественных работ, раз уж доказано, что на иностранного агента она работала.

Но какую потерю понесла национальная безопасность России от деятельности Анастасии? Я не вижу таких потерь. Поэтому давайте будем милосердными.

О. Кашин:

- Эдвард, мне было важно услышать от вас эти слова. Но все же, помимо такого ситуативного, действительно, приговор, действительно, как не раз уже бывало, когда человека невиновного, ни за что судят и не сажают, а дают ему 4 года условно, то есть какое-то поражение в правах, какое-то ограничение деятельности, все выдыхают: слава богу, что не тюрьма.

Э. Чесноков:

- Да, надо ходить в МВД отмечаться…

О. Кашин:

- Да. И вот это, такие актуальные текущие дела немножко загораживают в наших глазах саму ситуацию, когда действительно есть в России организации, в которых состоят не агенты западных разведок, не бог знает кто, а простая тетка, мать скольких-то детей из Ростова, такие же тетки и дядьки в других городах. И, оказывается, эти людей российское государство считает такой угрозой, которая вызывает вопросы, вплоть до тюрьмы. И мы с вами спокойно об этом говорим. И вы говорите: ах, никакой пользы нет от этих организаций. Эдвард, так и от нашей с вами беседы тоже особой пользы нет. Ну, давайте нас с вами тоже будем за это сажать. Это же безумие.

Давайте объясним тем, кто не следил. Дело не в том, что женщина что-то готовила – революцию, переворот или занималась шпионажем. Поскольку формального членства в «Открытой России» Ходорковского нет, нет даже повода достать бумажку, расписку кровью: «Я буду работать на Ходорковского». Она имела какое-то отношение к этой организации, участвовала в ее акциях, которые она когда-то проводила, эта «Открытая Россия», года три назад. И в итоге за это ей грозила реальная тюрьма. Вы понимаете, что это ненормально? И даже если Эдвард (позволю предсказать его реакцию) скажет, что в Германии в земле Саксония, допустим, не допустили к выборам кандидата от «Альтернативы для Германии», даже это не оправдывает того безумия, когда в России, оказывается, есть какие-то организации, причем не исламистские, не террористические, а просто такие…

Э. Чесноков:

- Кстати, шестерых новых террористов поймали по всей стране…

О. Кашин:

- Эдвард, это не называется кстати. Это называется, что в свободное от ловли либералов время российские спецслужбы иногда каких-то еще исламистов (удивительное дело) ловят. Бывает.

Э. Чесноков:

- Ну, не иногда, а чуть ли не каждые две недели ловят на самом деле.

О. Кашин:

- У нас только что начала рассасываться людская пробка в спецприемнике для мигрантов в Сахарово. Сегодня главный редактор «Медиазоны» Сергей Смирнов, отсидевший 25 суток за ретвит. И это тоже предмет консенсуса – да, нормально, а не надо ретвитить что попало. Понимаете, это сползание в безумие, в это пространство, где абсолютно страх царит, ты уже следующий раз сам подумаешь – вот я ретвитну, а вдруг там что-то не то? Это же действительно калечит людей в реальном времени. И это не про Навального история, не про Ходорковского, а про то психологическое насилие, которое государство совершает над народом. Это ужасно.

Э. Чесноков:

- Не знаю, Олег Владимирович. Я, безусловно, против пыток и против всего того 37-годного ужаса, который временами прорывается. Но понимаете ли, в чем дело. У России, во-первых, есть национальные интересы, а во-вторых, Россия, хотим мы того или нет, до сих пор находится в состоянии осажденной крепости. Вот давайте мы помиримся со всеми, победим всех террористов, и тогда уже будем думать о внутренней либерализации. Понимаете?

О. Кашин:

- Нет, не понимаю. Потому что состояние осажденной крепости, о котором вы говорите, в чем оно выражается, в санкциях? Да, хорошо, в санкциях. В чем еще? Что, какие-то танки нависают над Калининградом, над Смоленском? Нет.

Э. Чесноков:

- Когда ЕСПЧ и другие уважаемые организации, которые закрывают глаза на преследование простых людей у себя на родине, в Европе, постоянно давят на Россию, то мы же знаем, как у нас власть работает. Если я сделаю шаг назад, отпущу Навального, дам этой Анастасии из Ростова не 4 года, а 4 месяца, то это посчитают слабостью и дальше будут…

О. Кашин:

- Дальше будут что, Эдвард?

Э. Чесноков:

- И это западное воздействие на Россию, оно вызывает лишь цементирование и противодействие. Самое главное, что все можно списать на козни Запада (чем я сейчас занимаюсь).

О. Кашин:

- Вот-вот, именно что вы занимаетесь списыванием на козни Запада.

Э. Чесноков:

- Но давление-то со стороны Запада все равно есть, просто оно дает нам моральное право говорить: ах, вы на нас давите, значит, мы будем закручивать гайки изнутри, чтобы нас не раздавили.

О. Кашин:

- Эдвард, я хотел вас похвалить, когда вы говорите, что действительно списывают на происки Запада любые российские проблемы. А потом вы говорите, что это «дает нам моральное право».

Э. Чесноков:

- Я лишь логику реконструирую, которой, возможно, руководствуются те, кто принимает решения.

О. Кашин:

- Это важная оговорка. Потому что вы отдавайте себе отчет, что для них, для людей в Кремле, в МИДе, в Минобороны, в ФСБ, вы – это как бы они, та же тусовка, где и Анастасия Шевченко живет. И то, что вы пока на свободе, лично вы, Эдвард Чесноков, это не ваша заслуга, а их недоработка. Именно ситуация, которую вы описываете, да, наверное, такая логика у этих старцев из Совета безопасности России и есть, но это логика абсолютно абьюзерская, абсолютно заложническая, если угодно – да, над нами где-то нависает Запад, поэтому российская власть должна как-то еще сильнее заниматься насилием, давлением на собственный народ. Это неправильно.

Если бы весь народ понимал, что государство ему друг, если бы люди не отводили глаза (не дай бог встретиться взглядом с полицейским на улице), если бы люди с уважением и почтением, а не страхом относились к государству, поверьте, и давление Запада бы выдерживалось с гораздо меньшими потерями и гораздо более спокойно. А так буквально российское руководство само загоняет народ куда-то туда, там, где враги. И это неправильно. Противостояние на кратком промежутке времени, в течение года, в этом выборном цикле это будет выгодно, потому что оборонное сознание наверняка принесет больше голосов «Единой России», но в исторической перспективе это закончится, конечно, разрушением памятников Саддаму Хусейну или гибелью Муаммара Каддафи.

Э. Чесноков:

- Мой темзенский друг, меньше читайте газету «Сан», которая уже обнаружила даже связи Пентагона с инопланетянами. Я не знаю, где вы видели таких полицейских. Они где-то есть, плохие, но на каждого такого полицейского приходится 9 хороших.

О. Кашин:

- Постойте, Эдвард. Вы же сами регулярно ссылаетесь на тот редкий случай, когда в Калининграде осудили полицейских на 2,5 года за умышленное убийство, по сути (которые сварили в кипятке футболиста Вшивкова). Вы прекрасно понимаете степень, уровень и насилия, и безнаказанности за насилие. И когда вы это сводите к шутке про газету «Сан», это не здорово. Мы постоянно говорим про убийства в тюрьмах, про Тесака. Делать вид, что в России все нормально в этом смысле, это безнравственно.

Э. Чесноков:

- Я не делаю вид, что все нормально. Я лишь говорю, что утверждать, что все плохо, это такая же манипуляция, как утверждать, что все хорошо. Пожалуйста, был чудовищный случай («Комсомольская правда» об этом писала) – маньяк-педофил выжигал на спине у детей пятиконечные звезды. Его арестовали. Кто его арестовал? Та же самая полиция, которую вы ругаете.

О. Кашин:

- Надеюсь, маньяк-педофил был сторонником Навального, как сейчас принято. Потому что регулярно теперь в новостях есть такой тренд – то женщина, которая пустила ребенка за руль, была сторонницей Навального, то какой-то подросток, который мочился на деда, был сторонником Навального. В общем, такие ассоциации…

Э. Чесноков:

- Это реальная история. Сергей Пеминов, он искал себе жертв через соцсети, писал подросткам, что у него есть школа магии. Подростки верили. Он их приглашал пройти магический обряд…

О. Кашин:

- Услышав в новостях заголовок «Комсомольская правда» - про Андрея Мягкова», я подумал, что, наверное, стоит об этом поговорить. Это очень показательная история. Я думаю, Эдвард так же, как я, относится к Андрею Мягкову. Действительно крупнейший русский актер, прекрасный совершенно, естественно, прежде всего, благодаря «Иронии судьбы», но не только на самом деле благодаря ей.

Э. Чесноков:

- Тот же «Служебный роман».

О. Кашин:

- И не только благодаря комедиям Рязанова, скажем так. Он и в «Днях Турбинных» прекрасно сыграл, и в «Братьях Карамазовых». И есть шикарный совершенно, малоизвестный фильм Марлена Хуциева «Послесловие», где они вдвоем с Пляттом играют зятя и тестя. Даже в фильме «На Дерибасовской хорошая погода», снятом при участии Трампа еще в 91м году, Мягков играет этого самого Артиста. А вам, Эдвард, я посоветую фильм 86-го года про журналиста-международника «Человек, который брал интервью», где тот же Мягков играет ЦРУшного сумасшедшего профессора, который убивает советского журналиста, прототипом которого стал журналист Каверзнев, погибший после отравления в Афганистане (возможно, отравления «Новичком»).

К чему я это говорю? К тому, что действительно, когда речь идет о бесспорной величине, о бесспорно великом актере, собственно, и нет желания как-то о нем разговаривать, спорить. И так понятно, что утрата, и так понятно, что фигура. И в этом смысле (я, моет быть, скользкую такую тему подниму)… Есть у нас пресловутый Бабченко, который давно уже сошел с ума на почве того, что каждую смерть знаменитого человека он рассматривает с точки зрения того…

Э. Чесноков:

- …что он поддерживал рейх.

О. Кашин:

- Да. И если даже Бабченко не говорит, что Мягков был плохой, значит, Мягков действительно идеально хороший, прекрасный актер и прекрасный человек.

Э. Чесноков:

- Да, особенно на фоне Ефремова и других сомнительных личностей.

О. Кашин:

- Я думаю о Лановом, а вы думаете о Ефремове. И нас с вами примиряет Андрей Мягков. Прозвучал заголовок, что Мягков просил, чтобы не показывали по телевизору фильм «Ирония судьбы».

Э. Чесноков:

- И правильно делал.

О. Кашин:

- На самом деле готов поспорить. Понятно, что «Иронию судьб» ты не будешь преподавать в каком-нибудь итальянском киноуниверситете наряду с какими-то великими неореалистами и т.д., каждый кадр не будешь рассматривать с точки зрения построения композиции, света и т.д.

Э. Чесноков:

- С точки зрения картье-брессонизма.

О. Кашин:

- Да. Понятно, что это как бы не вполне кино, такой телевизионный спектакль, капустник, если угодно. Но если на этом капустнике на протяжении 40 лет выросло уже 10 поколений современных русских, если для нас этот фильм – часть новогоднего ритуала, значит, этот фильм – часть каждого из нас. И, конечно, Андрей Мягков – это мы. Здесь нет ничего позорного, нет никакого низкого жанра. Да, Мягкову повезло сыграть главную роль в главном русском новогоднем фильме, здесь абсолютно нет вопросов.

Э. Чесноков:

- Безусловно, Мягков великий, может быть, величайший актер уровня дореволюционного русского театра, который тоже славился своим психологизмом. Есть же два театра – русский театр и британский театр. Всё. Но понимаете, в чем дело. Когда нас долгое время кормят совершенно неправильными стимулами, совершенно неправильными поведенческими паттернами, то это же тоже плохо. Ну, о чем этот фильм? О каких-то чудовищных запойных алкоголиках, о том, как разрушается семья. О том, как человек, который в 36 лет до сих пор живет с мамой и единственное, что он может сделать, это отбить женщину у другого, очевидно, более успешного и более толкового мужчины. Это же чудовищно.

О. Кашин:

- Знаете, Эдвард, я, надеюсь, не обижу вас, если скажу, что это ваше рассуждение, конечно, имеет право на существование, но оно лишено оригинальности. Потому что в последние 20 лет, особенно в «Живом Журнале», потом на Яндекс.Дзене, потом даже в Одноклассниках я регулярно читал такие высказывания: а вы задумывались о том, какая Женя Лукашин мразь? И я с вами согласен: да, Женя Лукашин – мразь. Скажу вам больше. И главный герой «Служебного романа» тоже, в общем, не фонтан, скажем так. Противный абсолютно обыватель, который своей мелкой обывательщиной буквально задавливает успешную женщину, феминистку, героиню Алисы Фрейндлих.

Если мы об этом говорим, давайте скажем прямо. У нас благодаря советскому школьному литературному канону возникла какая-то избыточная симпатия к так называемому маленькому человеку.

Э. Чесноков:

- Да. И к лишним людям.

О. Кашин:

- И если верна ваша догадка, что Женя Лукашин на самом деле был мразью, давайте скажем спасибо Андрею Мягкову, который с помощью своего актерского дара показал нам этого маленького человека в 3D-формате, выпуклого, яркого и наглядно отвратительного. И за это ему спасибо. Давайте скажем друг другу, что мы, русские, должны быть сверхчеловеками, чтобы нас уже играл не Андрей Мягков, а Арнольд Шварценеггер.

Э. Чесноков:

- Прошло лет 15 после событий того Нового года, и эти Лукашины, которые были вполне еще себе зрелые, вполне еще сильные, они скакали на митингах «Свободу Литве», они осуждали советский тоталитаризм, не понимая, что они сражаются с Россией, метя в Коммунистическую партию. Так что, конечно, этот фильм пророческий. Это, по сути, диагноз этому поколению. Причем он не застал дореволюционную Россию, я думаю, что он даже войну не застал (или застал в совершенно бессознательном, младенческом возрасте). Вот это то химически чистое советское поколение, как Горбачев, например…

О. Кашин:

- Горбачев как раз застал войну уже нормальным подростком…

Э. Чесноков:

- Он 36-го года все-таки.

О. Кашин:

- 31-го. Он помнит оккупацию, по крайней мере. Но вы совершенно правильно повернули эту беседу в ту сторону, о которой я, по крайней мере, говорю в нашей программе, чуть ли не в каждом выпуске. Да, именно, все поколенческие травмы людей начала 50-х годов рождения – это то самое советское зло, которое мы в реальности расхлебываем. Вот эта беспомощность конца 80-х или недостижимое желание иметь джинсы в 30 лет, то, что люди, о которых я говорю – старые кагэбэшники, которым сейчас под 70, то, что они пережили это, что они были Лукашиными, это определяет во многом облик современной России.

Э. Чесноков:

- Вы так хорошо описали Геннадия Гудкова-старшего…

О. Кашин:

- В том числе. И Геннадия Гудкова-старшего, и Владимира Путина, и Патрушева, и т.д.

Э. Чесноков:

- И Явлинского.

О. Кашин:

- Ну, Явлинский, по-моему, не конторский.

Э. Чесноков:

- Ну, хотелось бы в это верить. Но Путин хотя бы что-то делает. Человек работает.

О. Кашин:

- Я тоже подхвачу эту беседу. Вы вспомнили Геннадия Гудкова, действительно такого одиозного, местами комичного оппозиционера с кагэбэшным бэкграундом. Но у Геннадия Гудкова есть гораздо более адекватный и более приличный сын. И мы видим, что когда дети этих кагэбэшников вырастают, само по себе делается как бы лучше вокруг. И, поскольку все обсуждают Луизу Розову пресловутую, которая похожа кое на кого и при этом остается…

Э. Чесноков:

- Мы с вами выходим на некий сдержанный оптимизм.

О. Кашин:

- Да. Если или когда нынешнее поколение дедов сменится поколениями девушек из Фонда «Иннопрактика» или Центра эндокринологии, или даже из семьи Светланы Кривоногих, тогда, может быть, будет лучше в России, просто естественным путем. Дети гангстеров закончили Гарвард и построили нормальную Америку.

Э. Чесноков:

- При этом в Белоруссии продолжается процесс над Катериной Борисевич, процесс совершенно безумный. У меня даже нет никакой цензурной логики, чтобы что-то об этом сказать. При этом журналистам запретили освещать этот процесс, отказали в аккредитации. И это далеко не первый случай, когда журналистов просто не пускают на заседание. А в чем ее обвиняют? Катерину Борисевич обвиняют в разглашении врачебной тайны, повлекшем тяжкие последствия.

В чем же дело, что же это за врачебная тайна? Катерина, со ссылкой на врача и медицинские документы (то есть ее даже нельзя обвинить в том, что она какой-то фейк дала), написала, что на момент поступления в больницу в крови Романа Бондаренко (это человек, по всей видимости…)

О. Кашин:

- Которого забили до смерти силовики.

Э. Чесноков:

- Она написала, что у него не было этанола, он не был пьян (хотя официальные власти Минска рассказывали несколько другую историю). И вот сейчас за журналистскую… Я даже не скажу, что это мужество, это просто обычная журналистская деятельность. Но в условиях нашего последнего союзника даже такая деятельность становится опасной.

О. Кашин:

- Эдвард, маленькое уточнение. Не пустили на суд ведь журналистов не только белорусских условно оппозиционных СМИ, но и «Комсомольской правды».

Э. Чесноков:

- «Комсомольской правды» в Белоруссии.

О. Кашин:

- Да. Такой неловкий корпоративный разговор, но мы помним, с какой миссией поехал руководитель редакции и наш коллега и знакомый Александр Коц.

Э. Чесноков:

- Катерина Борисевич просто раньше в «КП» работала.

О. Кашин:

- И даже готовность «Комсомольской правды» идти на компромисс с колхозным белорусским диктатором… Ну, как компромисс? Собственно, прогибаться под него, грубо говоря. Даже это не помогло. Понимаете, в чем проблема? Поэтому, друзья, совет на будущее. Никогда не идите на компромисс с Лукашенко и такими, как Лукашенко.

Э. Чесноков:

- Да. Я говорю со своими белорусскими читателями. Они мне рассказывают, что сейчас хоть сколько-то пророссийским в Белоруссии быть опасно.

Да, я все-таки продолжу про Белоруссию. Там сейчас идет суд над Виктором Бабарико, председателем комитета по управлению активами и пассивами Белгазпромбанка. Газпром - это важно. Мы обсуждали третьего дня с вами, что ЕСПЧ выразил свою всестороннюю поддержку Навальному, признал дело политическим, попросил его освободить. Хорошо. Когда все смотрят, за что Навального осудили, за какую-то экономику, все же понимают, что не за экономику, а за политику.

О. Кашин:

- Да, да…

Э. Чесноков:

- Белорусские журналисты ведь затранскрибировали все обвинение. Ему предъявили обвинение в каких-то невероятных экономических махинациях, но мы же тоже понимаем, что это не за экономику, а за политику. И теперь внимание - а вот все эти ЕСПЧешники, ОБСЕшники и т.д., они хоть что-то сказали? Нет. А я вам скажу почему. Потому что Бабарико считался каким-то пророссийским…

О. Кашин:

- Нет, нет, Эдвард, подождите. Очень интересная постановка вопроса. Оказывается, какие-то ЕСПЧешники должны были поддерживать, условно, пророссийского кандидата. Давайте лучше друг друга спросим - а кто тот предатель в руководстве России, который позволил Лукашенко посадить нашего газпромовского банкира в тюрьму? Кто этот предатель? Кто поставил на Лукашенко? Почему, когда еще осенью мы говорили с вами, и о Бабарико, в том числе, вы повторяли весь этот набор тезисов, абсолютно выдуманных лукашенковской пропагандой, о его союзничестве, о том, что, если не он, то придет запад, будут Змагары и Тихановская. Это же обман.

Э. Чесноков:

- Я просто процитирую фрагмент обвинения. 31 марта 2010 года Бабарико, находясь в здании ОАО Газпром по адресу: Российская Федерация, г. Москва, ул. Наметкина, 16, выступил с инициативой включения в состав правления банка другого участника преступной группы, который там тоже якобы что-то схематозил, по версии белорусских обвинителей. То есть, они прямо говорят, что, ребята, это вы, Россия и русские, тут преступники, схематозили, а мы молчим. Отвечая на ваш вопрос, знаете, вся коммунистическая партия Российской Федерации поголовно в свое время поддерживала Лукашенко, как социально близкого коммуниста, хотя он, скорее, маоист такой…

О. Кашин:

- Подождите, то есть, это КП РФ ответственна за то, что Москва поддержала Лукашенко однозначно и вопреки здравому смыслу и своим интересам?

Э. Чесноков:

- Я не говорю, что КП РФ ответственна. Я говорю, что были огромные и весьма серьезные силы, КП РФ была лишь их частью, конечно, которые работали на нашего союзника/несоюзника.

О. Кашин:

- Они до сих пор работают, но, еще раз - не КПРФ принимает такие решения, а Владимир Путин.

Э. Чесноков:

- Ну, знаете, вы опять все сводите… Не Путин же Бабарико осудил…

О. Кашин:

- Путин Бабарико сдал. Это хуже.

Э. Чесноков:

- Ну, вот опять… Давайте еще скажите, что Путин Кубу сдал и наших братьев в Сомалиленде. Нет, все сложнее любых схем.

О. Кашин:

- Ваша любимая тема - схемы. Нет, еще раз. По Белоруссии есть однозначная история, что Александр Лукашенко проиграл выборы, попытался удержаться у власти с помощью силового террора и наверняка мог не удержаться, но Российская Федерация подставила ему свое плечо и, помните, когда-то встреча в Сочи… между прочим, в ближайший понедельник они опять будут встречаться…

Э. Чесноков:

- Да, 22 февраля.

О. Кашин:

- А у нас есть звонок. Здравствуйте, Сергей.

Сергей:

- Добрый вечер. Большой респект вам… (не слышно)…

О. Кашин:

- Да, пропала связь. Андрей, Петербург. Здравствуйте.

Андрей:

- Здравствуйте. Я бы хотел сказать насчет Лукашенко. Вот он недоговороспособный и запад, на мой взгляд, никаких серьезных санкций, давлений на Лукашенко не будет предпринимать. Потому что, пока он у власти, никакой интеграции, на мой взгляд, не будет.

О. Кашин:

- Разумеется, разумеется, и мы об этом говорим. Спасибо большое. Эдвард, пока нет звонков, хотелось бы коснуться этой темы. Она такая долгоиграющая на самом деле в том смысле, что с момента начала митингов январских российская власть, наверное, гипертрофированно восприняла как угрозу Тик-Ток, угрозу детей в социальных сетях, которых злые навальные политизируют и сегодня, наверное, самый яркий…

Э. Чесноков:

- Действительно политизируют. Это сам Леонид Волков признавал…

О. Кашин:

- Сегодня самый яркий ответ российской полицейщины таким детям, а именно Следственный комитет натурально выпустил настоящий ролик с обращением к 14-летним. Посмотрите в интернете, кто не видел - это позор. Там с тортиками юбилейными стоят люди в форме СК, такие женщины довольно дикого вида, и они говорят - дорогой дружок, тебе исполнилось 14 лет, значит, теперь ты можешь нести уголовную ответственность за разбой, кражу, за изнасилование…

Э. Чесноков:

- Это из серии «только не бросайте меня в терновый куст».

О. Кашин:

- Да. А так же за терроризм и захват заложников. Я не знаю, кто это придумал. Естественно, бюджеты на освоение Тик-Тока наши силовики и чиновники теперь будут пилить, пилить и пилить, и даже Эдвард со своими схемами не сумеет их остановить. Тем не менее, конечно, это безумный позор, такой же позор, как пресловутая лупа Александра Бастрыкина, с которой он осматривает монитор своего компьютера.

Э. Чесноков:

- Да, согласен с вами. Но мне кажется, что все-таки давайте поищем какой-то заговор или хотя бы хитрый план. Может быть, таким образом они хотят сразиться с АУЕ, так намекнув тем самым - ребята, вас могут ждать, но не там, где вы думаете.

О. Кашин:

- В общем, да, наверное… АУЕ - это запрещенная в России организация… А у нас звонок есть, да? Александра из Петербурга. Здравствуйте.

Александра:

- Здравствуйте. У меня вопрос к Эдварду. Возвращаясь к теме с ЕСПЧ и Бабарико, вы не считаете, что он просто не обращался в ЕСПЧ, поэтому ЕСПЧ его и не защищает, а у Навального был суд и в общем вердикт…

Э. Чесноков:

- Александра, пожалуйста, давайте не будем заниматься виктимблеймингом. Если Бабарико не обращался в ЕСПЧ, то это не значит, что он недостоин защиты хоть от Российской Федерации, хоть от ЕСПЧ. Но ЕСПЧ почему-то молчит. И это - проблема.

У нас еще есть вопрос от радиослушателя, который очень просил вам задать его. «Олег Владимирович, можете ли вы представить, чтобы в Лондоне были радиостанции с ведущими из Москвы и с антилондоновской позицией?», - спрашивает Юрий.

О. Кашин:

- А, ну это ж вечный спор про RT британское, которое время от времени штрафует британской роскомнадзор, но оно есть и, насколько я слышал, это прямо негласное соглашение, заключенное еще Сталиным и Черчиллем в годы войны буквально.

Э. Чесноков:

- Нет, вопрос был о другом. «Эхо Москвы» - это не иностранный агент, а там вполне себе называют русских оккупантами. Вот в Лондоне есть какая-либо не иностранная, а типа «Эхо Лондона»….

О. Кашин:

- Я понял ваш вопрос. И я прямо оголтелейше смеюсь вам в лицо, потому что, конечно, есть самая популярная и влиятельная газета Британии - «Гардиан», которая стоит буквально на антибританских позициях, она против брекзита, против премьера Джонсона, против британской самобытности. Она за права BLM, которое здесь не так чтобы, как в Америке, было такое движение. Она за все за это. Она здесь газета номер один. Поэтому такой вопрос мог прийти в голову только советскому дурачку, которого научили, что, оказывается, быть патриотом - это быть за власть. Это полная ерунда.

Э. Чесноков:

- Понятно. При этом, продолжая нашу международную панораму, «Принцесса в клетке». Дочь премьер-министра Объединенных Арабских Эмиратов, главы Дубая и шейха Мухаммеда Бин Рашида, живет взаперти, в одиночестве, на вилле. Би-Би-Си, кстати, опубликовал с ней душераздирающее видео, правда, непонятно, как она его отослала… Принцесса Латифа рассказывает, что ее заперли на вилле, все окна закрыты решетками, выходить нельзя. Ну, впала в немилость после того, как ее мать сбежала от мужа, отца принцессы Латифы, и отец, шейх, решил таким образом отомстить всем сразу…

О. Кашин:

- Эдвард, вот вы говорили про КП РФ, про белорусскую пятую колонну, я с вами согласен, а еще мы с вами время от времени говорим, что плохие навальнисты устраивают незаконные акции, а, если бы устраивали согласованные, все было бы хорошо. Я ссылался на либертарианскую партию, которая подавала заявки на митинги за Навального, ей отказали, а сейчас горячая новость. Причем, забавно, что еще 9 февраля Геннадий Зюганов обещал властям поднять всю страну, если давление на КП РФ не прекратится, а сегодня стало известно, что ежегодное шествие КП РФ 23 февраля впервые отменяется, вместо этого коммунисты возложат венки к могиле неизвестного солдата и, как сообщил открытый медиа член ЦК КПРФ Владимир Савин, отказалась от большого митинга после обсуждения ситуации на встрече Зюганова и Путина вчера, когда Путин принимал лидеров фракций. В общем, слил протест дедушка Зюганов. Удивительное дело! Даже КП РФ не позволяют митинговать, а вы говорите, что в России свобода митингов.

Э. Чесноков:

- Подождите, мы вполне себе может выйти к британскому посольству с плакатом «За что вы сожгли морских свинок Скрипалей?» Это свобода, которой надо гордиться. Это свобода, за которую мы бились, начиная с 1991 года.

О. Кашин:

- Хорошо, Эдвард, так, может, у нас есть звонок тогда?

Э. Чесноков:

- «Вашингтон пост» сообщает, что сотрудники посольства США, работающие в Москве, попросили привиться российской вакциной Спутником V, ибо Вашингтон не может гарантировать поставку американского чудоснадобья.

О. Кашин:

- Возможно. Ну, на самом деле история о том, что Российская Федерация с удовольствием вкалывает и продает вакцину в разные страны, хотя в Российской Федерации до сих пор неизвестна статистика потребления вакцины - сколько народу укололось…

Э. Чесноков:

- Но, заметьте, это унизительно. Самая богатая страна мира полагается на щедрость других стран, когда речь заходит о вакцинах, сказал в беседе с «Вашингтон пост» один из дипломатов, разумеется, анонимно. Мне все это напоминает ужасно перестроечный душок, когда за полиэтиленовый пакет с надписью «Кока» и «Пепси» любой уважающий себя советский человек мог продать душу.

О. Кашин:

- Вы знаете, Эдвард, я даже запомнил статью под названием «Попсы» - про молодых людей, которые за взятки устраиваются на работу в ларек с «Пепси-Колой». Это 1986 год. Потому что это престижная работа. А могли бы на заводе работать, могли бы еще что-то... Я вот специально открыл цитату Урсулы Фондерляйн, которая на вопрос «почему в Евросоюзе не регистрируют Спутник V?», сказала, что мы до сих пор удивляемся, почему Россия предлагает другим странам миллионы доз, но при этом не достигла достаточного прогресса в вакцинации собственного населения. Я понимаю, конечно, лицемерие Урсулы, но при этим вопрос-то имеет право на существование. Ну, в Москве, да, в Москве нормально колют, но в Калининграде попробуй привейся! Невозможно. Трудно. Вакцин мало, очередь большая и т.д. При этом, в Аргентину, в Китай, куда угодно - пожалуйста. Где логика?

Э. Чесноков:

- Но при этом, заметьте, количество заболевших все-таки идет на спад.

О. Кашин:

- Да потому что умерли все, кто мог, уже, наверное.

Э. Чесноков:

- Господи, какой вы циничный! Да потому, что прививки вкалываются.

О. Кашин:

- Умерли, либо переболели все-таки. Потому что как бы уже если год, то страна приобретает иммунитет, а смертность действительно…

Э. Чесноков:

- Астрологи объявили неделю специалистов эпидемиологов…

О. Кашин:

- …а смертность действительно по итогам года была, насколько понимаю, рекордная в России. Есть ли у нас еще звонки?

Э. Чесноков:

- И при этом очень важная вещь. 22 февраля Владимир Путин и Александр Лукашенко все-таки проведут встречу в Сочи. Это уже подтверждено. Понятно, что не только Путин работает, но и работает аппарат, те, кто пишут аналитические записки, которые переадресовываются и попадают ему на стол. Друзья, давайте вы все будете предельно настороже, давайте вы не будете верить беспочвенным обещаниям. Хорошо?

О. Кашин:

- Да, а тем временем буквально фитбэк немедленный - пишут, что вы не знаете о французской театральной школе. Первый театр «Бургундский отель» открыт в 1624 году, труппа Мольера с 1661-го, «Комеди Франсез» основан указом Людовика XIV.

Э. Чесноков:

- Да, я очень рад за Мольера и, более того, французский театр управляется московским декретом, который Наполеон подписал, находясь в Москве. Это очень забавно…

О. Кашин:

- Я не специалист, но вы сказали, что две школы театральные в мире, поэтому уточняем…

Э. Чесноков:

- Почему-то мы вот знаем британскую школу и русскую школу - все. Можно противиться этому факту, но это - факт.

О. Кашин:

- Ладно, слушайте, Мольер существует как бы, его отрицать нельзя. Ну, ладно, бог с ним. Удивительно, что нам никто не звонит, неужели люди боятся или им нечего сказать? Давайте тогда все вместе, друзья, помолчим, потому что - а что еще остается?

Э. Чесноков:

- Ну, остается все-таки верить, что Иран вступит в ЕврАЗэС.

О. Кашин:

- Я у вас сегодня спрашивал в личной переписке…

Э. Чесноков:

- Вот. Я списался со знакомыми иранцами, они ничего об этом не знают. Это тоже странно. С другой стороны, если Иран вступит в ЕврАЗэС, то там же самое интересное, что граждане стран-членов ЕврАЗэС не считаются иностранцами в других странах-членах ЕврАЗэС. То есть, я так понимаю, что дорогие иранские товарищи к нам теперь будут приезжать, предлагать нам свои иранские сладости, которые действительно очень вкусные и в общем будет полная гармония и хорошая жизнь.

О. Кашин:

- А тем временем тоже наш с вами вечный разговор о том, что иногда российское государство реагирует на самые вопиющие случаи насилия в тюрьмах или в полиции, и вот свежий пример. Помните знаменитое видео из ярославской колонии лет пять назад, «Новая газета» его публиковала, настоящее видео пыток в тюрьме. И вот победила справедливость, а пострадавший от пыток и избиений, бывший заключенный Павел Соколов, которого там на камеру избивали, сегодня решено, что он получит компенсацию морального вреда в размере 20 тысяч рублей. С чем мы всех нас и поздравляем! 20 тысяч рублей - это в Англии можно купить 20 пачек сигарет на эти деньги. Два блока.

А мы прощаемся до понедельника с Эдвардом, поскольку завтра программа «Война и мир» с Марией Бароновой и Олегом Кашиным, мы будем говорить обо всех событиях недели… Всем пока!

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Google Podcasts или Apple Podcasts, ставьте оценки и пишите отзывы!

Для нас это очень важно, так как чем больше подписчиков, оценок и комментариев будет у подкаста, тем выше он поднимется в топе и тем большее количество людей его смогут увидеть и послушать.