«Могут управлять через интернет»: Гоблин объяснил, почему не прекращается волна расстрелов в школах

Иван Панкин и Дмитрий (Гоблин) Пучков обсуждают мобилизацию, стрельбу в ижевской школе и убегающих из России людей

И. Панкин:

- В студии радио «Комсомольская правда» Иван Панкин. На связи – Дмитрий Пучков (Гоблин).

Д. Пучков:

- Здравствуйте.

И. Панкин:

- Так много новостей. Но хороших среди них нет. Есть относительно лайтовые новости. Но о них поговорим ближе к концу. Сегодня утром открыта стрельба в школе № 88 в Ижевске на Пушкинской улице. Туда проник некто Артем Казанцев, 34 года, выпускник этой школы, убил охранника, его жертвами стали около 13 человек, среди них половина детей. Как вы расцениваете этот инцидент? До этого мы именовали это термином «шутинг». После происшествия в «Колумбайне», та история разрослась до мировых масштабов.

Д. Пучков:

- Мне не показалось, что она разрослась до мировых масштабов. В основном все подобные новости идут из США. Там страна насыщена оружием, там у них доступ к этому попроще. Там и пытаются решать вопросы вот так. У нас – спорадически возникают. Мне на память приходит книжка гражданина Бехтерева, который мозгом занимался, он там приводит пример относительно того, что в неких немецких городах в XIX веке прокатилась волна массовых девичьих самоубийств. Решить удалось единственным способом, когда немцы объявили, что все покончившие с собой будут в голом виде выложены на обозрение в морге.

Речь о том, что, в первую очередь, это неким образом индуцируется через СМИ. Кто-то один такое сделал, вот и я совершу такой же замечательный поступок – уйду с таким треском, что меня, как Герострата, запомнят навсегда. У этого персонажа из Ижевска на груди свастика нарисована, не в ту сторону, правда. Предположим, что он нацист. Он же не пошел хотя бы на колхозный рынок, где люди других национальностей сидят и торгуют. Он не пошел в бизнес-учреждение этнического толка. Нет, он пошел туда, где сидят самые маленькие, самые беззащитные. И убил их. Это человек психически не здоровый.

Совсем недавно носились со всякими «синими китами», где какие-то негодяи якобы провоцируют детей к самоубийству. Возможно ли такое? Я с таким не сталкивался, я об этом только читал. И сомневаюсь, потому что, когда в южных республиках пытались вербовать женщин для совершения самоубийственных атак в стиле шахидов, это надо найти женщину, которая пострадала от какой-то несправедливости властей, военных. После этого ее психологически обрабатывать. Ни на секунду от себя не отпускать. И потом взорвать ее, когда она вообще не предполагает, что с ней такое сотворят. Это очень и очень непросто.

Могут ли воздействовать на конкретных психов наши противники через сеть интернет? Я считаю, что могут, во-первых. Во-вторых, воздействуют. Поиски в сети психически неустойчивых подростков, которых надо подбадривать, сообщать им всякие гадости и подвигать их на подобные поступки. Такое может быть.

Предложения усилить охрану школ – откуда столько сотрудников? Давайте с родителей брать деньги. У родителей тоже этих денег нет. И проблема на таком уровне, типа усиления охраны, не решается. Могу предположить, что надо усилить оперативную деятельность, например, в социальных сетях, где за любыми проявлениями склонности к национализму, к подобным фашистско-нацистским проявлениям, все это должно контролироваться сильнее. Со стороны государства это следует усиливать. Но даже и так победить все это окончательно, увы, невозможно

И. Панкин:

- Нацизм его был направлен как раз против русских. На его странице было написано что-то вроде «мочить русню». Странно, что этот момент не заметили компетентные органы.

Д. Пучков:

- Не сомневаюсь, что подобные следы он везде наоставлял.

В социальных сетях от моего имени объявляют сбор денег, вешают мою фотографию. Я жалуюсь в поддержку ВКонтакте. А мне отвечают: мы не считаем, что это мошенничество. И после этого запрещают мне жаловаться. Во времена Великой депрессии в Соединенных Штатах адвокаты очень сильно поднимались на защите прав трудящихся. У нас теперь адвокатов и юристов развелось как собак нерезаных, а подобными вещами никто не занимается. А надо бы.

И. Панкин:

- Что касается оборота оружия.

Д. Пучков:

- От меня ничего не зависит. Законы принимаю не я. Примут закон, я оружие люблю, я себе сразу десять пистолетов куплю. Не примут – и не надо, у меня и так все есть, что можно иметь по закону сейчас. Наличие оружия никоим образом не сказывается на обстановке с преступностью. Граждане считают, как только у них будет пистолет, вот сразу все решится. Государство не может меня защитить, а я сам. Тревожный звонок, если гражданин хочет вооружиться.

И. Панкин:

- Я выступаю за ужесточение. Периодически происходят трагические инциденты. Не кажется ли вам, если разрешить более свободное обращение оружия, то таких инцидентов будет больше?

Д. Пучков:

- Будет, естественно.

И. Панкин:

- Мне приводят в пример Болгарию, где разрешили оружие, а преступлений стало меньше. Но у России совсем другая ментальность.

Д. Пучков:

- Полностью согласен. Все любители ношения стволов, поезжайте на Кавказ, например, в Чечню. Там масса оружия. Попробуй там походить, повыступать. Если кажется, что вы от кого-то будете отстреливаться, вы не представляете, какой шлейф изменения законодательства это должно влечь за собой. Как вы определяете – кто преступник, кто не преступник? Как можно стрелять, как нельзя стрелять? Мы видим, как на митингах этих митингующих по четыре сотрудника полиции носят. При этом их не лупят резиновыми палками, не кусают собаками, не волокут за ноги, не льют перец в глаза.

Часто ли мы слышим о том, чтобы наши сотрудники стреляли по гражданам? Я вообще практически не слышу. Потому что не надо этого делать. У нас не такая преступность и не такие способы борьбы с ней. Если у вас есть пистолет, то рассчитывайте на то, что это вселяет в вас чувство ложной самоуверенности. Вы начинаете ощущать себя исключительно крутым, потому что у вас есть пистолет. Вы водку пьете, как и все. А значит, будете их забывать, терять, количество инкассаторов, которые револьверы с поясами в сортире оставляют, или сотрудников полиции, которые сели на лужайке, попили и ушли без пистолета, зашкаливает. А дальше в пьяном угаре кто-то тещу воспитывать будет, кто-то соседей, кто-то из автомобиля стрелять будет. Оружие предназначено для того, чтобы убивать людей. И из него будут убивать людей.

Если кого-то ободряет тезис, что дерево свободы надо постоянно поливать кровью, давайте для начала ваших родителей застрелят, а дальше мы будем обсуждать, что надо, действительно.

И. Панкин:

- В школе № 88 произошел теракт, что это, каким словом это назвать?

Д. Пучков:

- Наверное, для начала – стрельбой. Пришел, открыл стрельбу.

И. Панкин:

- Стоит ли вводить институт психологов, которые будут наблюдать за детьми?

Д. Пучков:

- Боюсь, у государства таких денег нет. Медсестра в школе – непросто организовать. А чтобы был психолог, который следит?

И. Панкин:

- Систему психологов, чтобы под наблюдением были все ученики.

Д. Пучков:

- Я привычно скажу, что было бы неплохо завести оперуполномоченного, который за этим смотрит. Например, за старшеклассниками, как они общаются в сети. Если этот подонок пишет «убивать русню» и прочее, если посмотреть на его друзей, то у него страничка, скорее всего, открытая, почему таким не заинтересовались ранее – это для меня непонятно.

Тут я привычно расширил бы полномочия, средства, количество личного состава. Это не помешает. Хотя бы из соображений, что он, скорее всего, в школе не очень авторитетным подростком был. Если он внизу в иерархии стоит, может, он обиженный, может, над ним издевались, что он в свою же школу пошел убивать маленьких детей. Этим надо интересоваться.

И. Панкин:

- Еще одна новость – стрельба возле московского клуба «16 тонн». Пострадал один человек. Вот тоже к разговору про оружие. Если у тебя есть пистолет, ты обязательно им воспользуешься. Другой разговор – при каких обстоятельствах и в каком состоянии ты будешь находиться.

Д. Пучков:

- Есть примеры государств, которые с подобными вещами сталкиваются десятилетиями. Например, Израиль, где: давайте обвяжемся толом и взорвемся где-нибудь в автобусе. Таких ловили и передушили в конце концов. Можно сменить парадигму. Взял нож и набросился на остановке на беззащитных женщин, детей. Или сел за руль автомобиля, разогнался, врезался в толпу. Этих дегенератов запас. Во Франции 86 человек на грузовике задавил. Это тоже средства причинения вреда. Искать их надо по-другому.

И. Панкин:

- На обоих пистолетах школьного стрелка в Ижевске плетеные самодельные брелки, в один брелок вплетены имена – Эрик и Дилан. На втором надпись «Колумбайн».

В Иркутской области стрельба в военкомате Усть-Илимска. Врачи борются за жизнь военкома Александра Елисеева, который тяжело ранен. Стрелка задержали. Это прям система, вы не находите?

Д. Пучков:

- Зачастили. Общество психически напряжено, будут происходить срывы. Не надо самим себе объяснять, что это вспышка началась и дальше будет только хуже. Да, оно чем-то спровоцировано. Но в каждом случае надо разбираться индивидуально. Кто стрелял в военкома? Псих, родственник, пострадавший от действий этого военкома? Это все сугубо индивидуально. Или какой-нибудь поклонник украинских нацистов, считающий неправильной специальную военную операцию. Случай вопиющий.

Когда где-то в Приморье выдали призывникам мобилизованным ржавые автоматы, чего-то никто ни за что не схватился и не побежал убивать военкома. Хотя там тоже масса вопросов: в каких условиях у вас хранится оружие? Гражданин, который так его хранит, уже ответил по служебной линии? Может быть, его уволили? Если у вас автоматы так хранятся, как у вас боевая техника хранится – танки, бронетранспортеры? Хотелось бы узнать результат.

Один вот так вот хранит, а второй вот такое выдает. А он в своем уме – подобное военнослужащим в руки давать? Он полностью отвечает своим функциональным обязанностям? А им занялись? Но чего-то никто прикладами никого не забил и не застрелил. Разумные люди. А это, я считаю, некий псих.

И. Панкин:

- Есть версия, что эти инциденты – это все «заслуга» так называемых ЦИПСОшников. Может быть, нам уже тоже делать ставку на какие-то кибервойска? Помните, что творили наши хакеры? Выборы переворачивали, половина мира нас в этом обвиняла. Но я пока только слышу разговоры о том, что мы проигрываем информационную войну. И говорить о заслугах наших кибервойск не приходится. Зато аббревиатуру ЦИПСО я слышу постоянно.

Д. Пучков:

- Так оно и есть. Никто и не таится. Вон гражданка Нуланд, когда печенья на Майдане раздавала, тогда же рассказывала, что они потратили 5 миллиардов долларов на становление демократии на Украине. Во что это вылилось, мы видим. Какие результаты приносит. Теперь американцы сообщают, что они тратят по 10 миллионов долларов ежесуточно на обработку общественного мнения внутри Российской Федерации. Как это происходит? Вот через это самое ЦИПСО – Центр информационно-психологических спецопераций.

Пока у меня был канал на YouTube, где у меня было 500 тысяч просмотров ежесуточно у роликов и 15 тысяч подписчиков за месяц, как только в это ЦИПСО попали ракетой, у меня стало 2,7 миллиона просмотров за сутки и подписчиков 10 тысяч в сутки. Это при том, что я про войну ничего не говорил. Оказывается, они сидят в YouTube, руками крутят. Кого-то, как Леху Навального, они активизируют, у него ролики по 100 миллионов раз смотрят, а столько просмотров в России просто быть не может этой дряни двухчасовой бессмысленной. Этих оптимизируют, а других пессимизируют. Получается у них очень даже успешно.

Я помню, как орали про каких-то «ольгинских троллей». У нас это под Питером, в населенном пункте Ольгино. Там фабрика троллей. Там вроде тридцать человек сидели. смехотворное что-то. Но, как говорится, на воре шапка горит. А куда вы 10 миллионов долларов ежесуточно тратите? Вот сюда. Вот именно эти люди заняты такими психами, самоубийцами, нацистами и прочими. Выискивают через сеть, окучивают, огуливают и подвигают на подобные поступки. Надо ли нам? На мой взгляд, вопрос этот задавать надо было десять лет назад. У нас вообще настолько прекраснодушные люди во власти местами сидят, что только диву даешься. Там же хорошо все – в Европе и в Америке. Они нам зла не хотят никакого. Что вы такое придумываете, какие-то там кибервойска? Давайте, расхлебывайте теперь. Потому что общественное мнение создают они, а не мы. А должно быть наоборот. Как-то странно, что это обсуждать и объяснять надо.

И. Панкин:

- Алексей Навальный является экстремистов, иноагентом и вообще нехорошим человеком. А то Роскомнадзор предъявит нам за популяризацию. Роскомнадзор у нас хорошо работает.

Д. Пучков:

- Алексей уже сидит на нарах и прекрасно там себя чувствует. И сидеть будет дальше.

И. Панкин:

- Факультет журналистики МГУ отличился. Я думал, что у нас только Высшая школа экономики этим славится, а у нас и МГУ отличилось накануне. Там парнишка Степан Антропов вышел с акцией, между этажами сфоткался с флагом России, говорят, у него еще флаг ДНР был. И его затравили жестко. МГУ кричит, что будет разбираться в ситуации с травлей студента однокурсниками за его патриотическую позицию в поддержку Донбасса. Однако что-то в это не верится, раз такие настроения там расцветали. "Комсомольская правда" позвала Степана Антропова на практику. Посмотрим, на что он способен. Глядишь, он у нас приработается и будет служить на благо Отечества.

Казалось бы, это студенты. У них пока такое состояние оппозиционное. Наверное, это нормально. Но в нынешних условиях, может быть, будем пожестче и будем и таких привлекать к ответственности? Время полувоенное точно.

Д. Пучков:

- Должны ли быть студенты против чего-то там? Это подростки, по большому счету, гормон еще играть не закончил. Мозг нормально не работает. Но там есть взрослые, которые дают им образование. Мне вспоминается такой режиссер Соловьев, который художественный фильм «Асса» заснял и еще ряд других. Читал его интервью: а чем вы занимаетесь во ВГИКе? Я воспитываю нонконформистов. Хотелось бы, чтобы вы воспитывали специалистов, а не заливали им идеологические помои в головы. Вместо того, чтобы сначала научить ремеслу, а потом уже что-то у тебя приложится, когда ты подрастешь, опыта наберешься. Нет, вместо этого – давайте какие-то либеральные помои заливать. Зачем, для чего? Вы кого там готовите? Пятую колонну, которая…

Я почитал посылы в известное место, оскорбления этого паренька. А это кто такие – эти мальчики, девочки? Это люди, которые готовятся обслуживать интересы бундесвера, ЦРУ, МИ6? Правильно я понимаю. Это их там выращивают? Обратите внимание, они этого не скрывают вообще. Для них это абсолютная норма – ненависть к родной стране, оплевывание тех, кто к своей стране положительно относится. И кто там у вас главный? Кто их воспитывает в таком духе?

Тут уже поневоле вспоминаешь, что когда-то в Советском Союзе был повсеместно первый отдел, где человек из КГБ сидел и мрачно смотрел на все происходящее. Может, назад уже возвращать? Может, надо этих людей запускать на ваши лекции – послушать, что вы этим детям говорите? Достали уже натурально со своими декоммунизациями, десталинизациями, еще чего-то. Все прошло уже, дорогие друзья. Страну надо защищать. Надо идти вперед, развивать вооруженные силы, науку, промышленность, экономику, все остальное. Нет, вместо этого мы будем детям заливать в голову помои.

Я бы, в первую очередь, заинтересовался преподавательским составом. Посмотрел, что они там преподают, как. А дальше – вносил бы какие-то изменения. Как говорил товарищ Сталин: извините, других писателей у меня для вас нет. Я подозреваю, что и других преподавателей в МГУ тоже нет. Но мозги на место поставить надо и можно.

И. Панкин:

- Но Сталин и Платонова в какой-то момент завалил. Тоже перегибы были. И перегибов я боюсь.

Д. Пучков:

- Нет совершенства.

И. Панкин:

- Платонов отправляет Сталину свое произведение «Впрок». Тот ему присылает книгу обратно. На обороте написано: «Сволочь!». А книга-то хорошая.

Д. Пучков:

- Можете представить, чтобы мы написали книжку и отправили ее на рецензию Путину?

И. Панкин:

- Времена были другие. Платонов был большим писателем.

Д. Пучков:

- А товарищ Сталин интересовался. А Владимиру Владимировичу, боюсь, в настоящий момент не до этого категорически. Чтобы читать чьи-то книжки, писать на них что-то.

Я вам другой пример приведу. Как гражданин Короленко, проживавший на Украине, писал воспоминания, что вот я ходил к большевикам, а они мне сказали вот это, а вот в этом отказали. А тут я с ними не согласен. Гражданин Короленко забывал рассказать про самое главное. Когда он ходил к белым, его оттуда вышвыривали пинком под зад. Поэтому воспоминаний об этом он не оставил. А к большевикам у него были претензии.

И. Панкин:

- То есть вы за какое-то цензурирование? За сотрудника КГБ на лекциях?

Д. Пучков:

- Утрирую. Сотрудник КГБ в башке у преподавателя должен сидеть, причем постоянно. И преподаватель этот должен патриотом быть, быть на стороне России. А то получается, что эти преподаватели на государственные деньги готовят сотрудников для спецслужб США, ФРГ и Британии. Должно ли такое происходить на государственные деньги? Я считаю – нет.

И. Панкин:

- А как переломить эту ситуацию с огромным количеством таких студентов, настроенных антироссийски? Это по щелчку ведь не сделать.

Д. Пучков:

- Если тридцать лет занимались именно вот этим, например, граждане не сильно понимают, что, когда снимают сериалы дурацкие или фильмы про войну, как у Никиты Сергеевича какая-нибудь «Цитадель», «Предстояние», вот там с палками погнали. Дали 15 тысячам человек палки и погнали их на штурм немецких укреплений. А сзади лежит заградотряд НКВД с пулеметами. Малейшее замешательство – они начинают их расстреливать в спины. Бред сумасшедшего. Но он не про НКВД, он про другое. Про то, что государственная власть настолько омерзительна, настолько отвратительна, что ее вообще быть не должно. Ни НКВД, ни КГБ. Вокруг нас прекрасные люди, которые нас ведут в светлое будущее. Все, кто ненавидит государство, это только правильные люди. Закладывается с детства именно это, через фильмы, сказки, книжки, сериалы. Ненависть к государству как таковому. Если тридцать лет это в головы наливали всем, ну вот, злонравия достойные плоды.

Можно ли это по щелчку переломить? Нет, нельзя. Детей надо воспитывать. Только тогда из них вырастают приличные взрослые. А если их воспитывать будет Сергей Соловьев с такими художественными фильмами, то такое и получится.

И. Панкин:

- Как воспитывать-то? Художник должен быть хоть и немного, но оппозиционным власти. Он не должен быть никому подконтролен. Журналист тоже художник.

Д. Пучков:

- Мы в дебри уйдем. Это только в мегаполисах этот самый журналист-художник может что-то там высказывать. С моей точки зрения, власти, безусловно, нужна оппозиция. Вся наша Госдума не должна состоять из членов одной партии. Есть «Яблоко», есть еще что-то, которые, возможно, никакой социальной роли не играют, но покусывают и держат в тонусе.

И. Панкин:

- Так они и в Думу не проходят никогда.

Д. Пучков:

- Я как пример.

И. Панкин:

- У нас ЛДПР при Жириновском покусывала, КПРФ.

Д. Пучков:

- Нужны ли они? Да, безусловно, нужны. А как действуют СМИ в мегаполисах? Есть здоровенные финансовые группы, которые их организуют и используют в том виде, как им это нравится. В мегаполисах это выглядит как некая свобода слова, еще чего-то там. а если мы отъедем куда-нибудь в станицу Кущевскую, условно, где есть мэр, прокурор, начальник ГУВД и «серый кардинал», и давайте там какой-нибудь журналист попробует что-нибудь написать. Например, про чьего-нибудь ребенка этих замечательных персонажей. Я боюсь, на этом карьера журналистская закончится. Или надо бежать бегом в мегаполис, где можно найти применение своим талантам, либо ты ничего говорить и писать не будешь. Он при капитализме устроено именно так.

И. Панкин:

- Как проходят референдумы? Как оцениваете?

Д. Пучков:

- По-моему, при сложившейся обстановке мало того, что там восемь лет людей гнобили в Донецке, Луганске и в областях, начиная с февраля вообще откровенная война уже идет, обстрелы и непрерывные убийства гражданских лиц, - никаких иллюзий никто вообще не испытывает. Все дружно хотят, чтобы это прекратилось. Прекратить это могут только российские Вооруженные силы. Давайте мы войдем в состав России, - они этого хотят, по-моему, лет тридцать. А с 2014 года особенно сильно. И все хотели, когда Крым вернулся, так и нас возьмите. Так чего-то не получилось. А сейчас, если получается, я больше чем уверен, что народ просто единодушно за то, чтобы вернуться в Россию.

Конечно, в Донецке и Луганска явка повыше и проголосовавших побольше. В Херсоне поменьше. Но это тоже ничего абсолютно не меняет. Когда ситуация доведена до края, люди просто хотят нормально жить. А украинское правительство можно только поздравить. Вчерашние граждане вашей страны вот как хотят в вашей стране жить. И не потому, что они какие-то там сепаратюги, предателю и прочее, а потому что вы – дегенераты и твари, доведшие людей до края. А теперь за все это расплатитесь.

И. Панкин:

- Вы не комментировали тему объявления частичной мобилизации в нашем эфире. Удивило? Ожидаемым было это решение президента?

Д. Пучков:

- Здесь то же самое, что и со студентами, которых учат неведомо чему на государственные деньги. Так и тут, какие-то странные люди, непонятные, втемяшившие в головы: а давайте создадим профессиональную армию. Это в России, которая одну шестую часть Земли занимает. Какая профессиональная армия? Для чего она годится? Все эти рассказы про мегаспецназы, которые решат все вопросы, высокоточное оружие, которое все разбомбит. Хорошо, охотно верим. Тоже тридцать лет в головы вталкивали дурь какую-то. Вот начались боевые действия. Видимо, те, кто это организовывал, не в курсе, что эта самая профессиональная армия поляжет в первые месяцы сражений. И что дальше? А кто на замену придет? Эти ваши, которых в армию не берут, которые служат один год? Чему они там учатся? А что они могут?

И вот пришла тяжелая година, и кто пойдет на замену этим полегшим парням? Пусть будет профессионализм и контрактники, а все остальные мужики должны служить. Если вы хотите, чтобы ваша страна существовала физически. Кого сейчас призывают? В первую очередь, тех, кто имеет потребные военные специальности, типа артиллериста, танкиста, РСЗО и прочее. Во вторую очередь тех, кто имеет боевой опыт. Желательно, чтобы и то, и другое было. Ни о какой мобилизации всех на свете, чтобы нас с вами позвали, речь об этом не идет. Забирают тех, кто служил.

Так вот, тех, кто служил, должно быть много. А тут кругом комитеты солдатских матерей. Не дай бог с сыночкой что-то случится. Хочется задать вопрос: а где у нас комитеты солдатских отцов, которые, например, за своими детьми, прибывшими на службу в армию, следили бы как отцы: а как ты там воинский долг выполняешь, сынок? Ты отличник боевой и политической? Или все-таки негодяй, мерзавец и нарушитель воинской дисциплины? Не надо туда женщин запускать. Там отцы должны этим заниматься. Вот комитета солдатских отцов у нас нет. А теперь расхлебываем результаты.

И. Панкин:

- Масса нарушений, бардак. Вы про автоматы уже сказали. Эта ситуация стандартная? Это первая мобилизация со времен Великой Отечественной войны, поэтому неизбежна неразбериха. Или могли подготовиться получше?

Д. Пучков:

- На моей памяти последний раз мобилизовывали, когда чернобыльская катастрофа случилась. И успешно мобилизовали, последствия ликвидировали. Меня тоже призывали, но до Чернобыля не довезли. Есть ли при этом какие-то нарушения? Конечно, есть. Тут вопрос в военкоматах: а сколько там личного состава? А как поставлен учет? При советской власти достаточно сложно было, например, быть прописанным в одном месте, а жить в другом. Это было сильно исключением. Теперь это норма. А граждане, которые прописаны здесь, а живут вот там, они ходят в военкомат уведомить о том, что их искать в случае чего надо вот здесь? Не ходят. Никуда они не ходят. И никто не сообщает. Если при советской власти для устройства на работу надо было нести справки из военкомата, то теперь не надо.

Как там у них учет организован, я без понятия. Судя по тому, что они: а давай там каких-нибудь 59-летних призывать, 60 – край, а 59 годится, нормально, - я полагаю, что все из рук вон плохо, как всегда. Никто этим не занимался. Ну, а теперь расхлебываем, как и все остальное.

И. Панкин:

- Там оказалось какое-то количество людей, которые вообще не должны были туда отправляться. Их надо оттуда вытаскивать. Туда должны ехать люди, которые хотя бы служили в армии.

Д. Пучков:

- Они доедут не раньше чем через месяц. Это главное. Месяц – это минимум. Это раз. Во-вторых, мы имеем такой чудесный инструмент как интернет, телефоны и все, что с этим связано. И люди, которых там быть не должно, например, у Владимира Соловьева, у Жени Поддубного организованы каналы, куда граждане могут жаловаться на происходящее с ними. Поступают жалобы: я привез спальный мешок, термобелье, еще что-то, а у меня все это отобрали, сказали – не положено. Это меня в изумление приводит. Ты взрослый человек. Кто там у тебя чего отобрать может? Почему вы не сбиваетесь в кучу, почему у вас нет нормальных человеческих требований, в плане: где я буду жить, где я буду спать, что я буду есть, чем я буду заниматься? На все это народ жалуется. Обратная связь теперь прекрасно налажена. И со ржавыми автоматами, и с сидением на полигоне по четыре дня в полном безделье – меры принимаются мгновенно, буквально в ту же секунду. Тут как тут прокуратура, ФСБ и все остальные. И все начинает прилично работать. Я считаю, что и дальше так будет.

И. Панкин:

- Тем, у кого есть на что пожаловаться в части частичной мобилизации, можно писать и звонить в эфиры Виктора Баранца. Этим же проектов занимается глава RT Маргарита Симоньян. Я недавно общался с Кургиняном в эфире, он сказал: не победить в СВО нельзя, для этого нужно не сроки вводить за дезертирство, а расстреливать.

Д. Пучков:

- Я бы так не горячился. Бывают ли предатели? Конечно, бывают. Надо ли их расстреливать? Конечно, надо. Только у нас все это сталось 75 лет назад, с тех пор законодательство очень сильно поменялось. Я бы так горячиться не стал. Вы бы для начала юридической стороной вопроса поинтересовались, Сергей Ервандович, а потом уже подобные вещи предлагали.

И. Панкин:

- Как поступать с теми, кто выстроились на границах России? Как вы можете охарактеризовать этих людей?

Д. Пучков:

- В целом, как предателей в основном. Это замечательная картинка была, что в 2020 году: «Где это государство, почему не организует вывоз граждан из Доминиканы, Таиланда?» А 2022 год: «Что это за государство? Я бегу от него в Грузию». Когда этим гражданам чего-то, как им кажется, государство должно, это они там, обнажив зубы и пуская пену, будут набрасываться и кусаться. А когда это касается их, что они государству должны, нет, давайте я подальше куда-нибудь. Хотя бы пересижу.

Там пишут смешное, что в Грузии «февралики» против этих «сентябриков», которые сейчас бегут, эти уже ветераны предательства, а эти вот новые, у них там дедовщина: ты сюда не ходи, туда не ходи. По фене «февраль» значит дурак, потому что у него в голове дней не хватает. А они сами себя так называют. Интересные люди. В соответствии с законодательством, какие к ним претензии? Если он от повестки убежал, это одно. А если ему повестку не выписывали, она не приходила? А он в страхе взял и убежал. И что? А за это есть статья? За это как-то карают? По-моему, нет.

Судьба вроде известная и понятная. Это как беглые белогвардейские офицеры, у которых в Париже было две перспективы – или работать таксистом, или заниматься мужской проституцией. В результате чего к концу 20-х годов большая часть вернулась в советскую Россию. Так и тут то же самое. Но поступки, конечно, постыдные. Если в трудную для родины минуту вы готовы все бросить с этой родины бежать, поздравляю, замечательные результаты воспитания молодежи.

И. Панкин:

- Все труднее и труднее мне говорить в финале своих эфиров: Иван Панкин, Дмитрий Пучков (Гоблин) были здесь, остались довольны. Но мы верим в победу, так и будем пока говорить. Подписывайтесь на новые выпуски и слушайте, когда удобно!