Бовт: «Канье Уэст — обычный спойлер, роль которого в том, чтобы отобрать голоса чернокожих у Байдена»

Георгий Бовт
Иван Панкин и Георгий Бовт поговорили об обострении конфликта между Азербайджаном и Арменией, деле губернатора Сергея Фургала и журналиста Ивана Сафронова и о президентских амбициях Канье Уэста.

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


И. Панкин:

- Здравствуйте, друзья! В студии радио «Комсомольская правда» Иван Панкин и Георгий Бовт, один из ведущих российских политологов и журналистов.

Г. Бовт:

- Здравствуйте!

И. Панкин:

- Давайте начнем с самой интересной темы, которая на этой неделе появилась – это, конечно, эскалация конфликта между Азербайджаном и Арменией.

Г. Бовт:

- Вы думаете, это самая интересная тема?

И. Панкин:

- Я думаю, что это самая волнующая тема. А зачем нам война у границ?

Г. Бовт:

- А они не будут воевать.

И. Панкин:

- Ну, как? Они уже там обстреливают все.

Г. Бовт:

- И что? Постреляют и разойдутся.

И. Панкин:

- Я не думаю, что разойдутся. Уже сколько, тридцать лет все в обед, никак не расходятся.

Г. Бовт:

- Но они и войну не устроят по-человечески какую-нибудь масштабную.

И. Панкин:

- Азербайджан пригрозил Армении ракетным ударом по АЭС, шутка ли?

Г. Бовт:

- Ну, пусть попробуют.

И. Панкин:

- А почему попробуют?

Г. Бовт:

- Пригрозить он может, но, на самом деле, этого не сделает.

И. Панкин:

- Откуда вы знаете, что, на самом деле, они не сделают? Откуда такая уверенность?

Г. Бовт:

- Мне кажется, страна, которая совершит ракетный удар по АЭС, заранее об этом объявит, она как бы обречена на целую кучу всяких санкций. Потом, там рядом Турция находится, которой, думаю, не понравится эта идея Азербайджана ударить по АЭС, чтобы на нее еще ветром задуло атомную электростанцию. Поэтому это все фигня. Это все азиатские понты, как во время разборки на базаре между торговцами фруктами. Поэтому ничем это серьезным не кончится. Они еще немножко помахают своими дронами, попускают снаряды туда-сюда, убьют там некоторое количество народу, конечно. А потом, как сигнал из Москвы, который будет призыв к перемирию, они возрадуются этому поводу прекратить огонь. И, конечно, будут винить Москву в том, что она никак не решит это дело каким-нибудь крепким миром.

И. Панкин:

- Насколько я знаю, за Азербайджан впряглась уже Турция, это такие разговоры из телеграм.

Г. Бовт:

- Естественно. Это вполне логично, поскольку они родственные народы.

И. Панкин:

- Армения, официальный Ереван, ругается на нас, что мы, собственно, не впряглись за них, но я напоминаю, что Никол Пашинян, никто из его представителей от Армении не был на Параде Победы в Москве.

Г. Бовт:

- Да! Надо было приехать на Парад Победы. И пальчиком показать, какую ты хочешь бибику себе туда в виде вооружения. А вот он же не приехал, погнушался, ну, чего теперь…

И. Панкин:

- Думаете, погнушался прям?

Г. Бовт:

- Ну, вот Додон из Молдации едет, понимаете, как подорванный на каждый парад.

И. Панкин:

- Хотя ему сложнее значительно.

Г. Бовт:

- Намного.

И. Панкин:

- Потому что, что там президент в Молдавии?

Г. Бовт:

- Практически ничто.

И. Панкин:

- Полномочия отсутствуют, на мой взгляд.

Г. Бовт:

- Практически ничто. Но он ездит зайчиком, стоит на трибунах возле Мавзолея. И там внимает, так сказать, прохождению российской военной технике. А Пашинян погнушался, ну, ладно. Хорошо. Так и запишем.

И. Панкин:

- Вы считаете, что этот конфликт так и останется тлеющим?

Г. Бовт:

- Да, я считаю, что он в большую войну не перерастет.

И. Панкин:

- А кто прямо сейчас, по вашему скромному мнению, в этой ситуации прав? Давайте начнем с истоков.

Г. Бовт:

- Ой, честно говоря, я не помню, а чья там была первая провокация?

И. Панкин:

- Подозреваю, что никто из них не помнит.

Г. Бовт:

- Смотрите, если говорить, кто прав, если обратиться к, прости господи, международному праву, то ситуация на сегодня такова: Нагорный Карабах не признан ни одним государством, включая Армению.

И. Панкин:

- Как и Приднестровье тоже.

Георгий Бовт

Г. Бовт:

- Да. Армения, помимо Карабаха, принадлежность которого Азербайджан на международном уровне не оспаривается почему-то никем, она еще оккупировала еще пять районов Азербайджана, которые вообще здесь чистая оккупация. И, в принципе, даже есть пара резолюций Совета безопасности ООН о том, чтобы эти оккупированные районы уж освободить, потому что там никакого армянского населения нет. В Нагорном Карабахе, там хотя бы почти сто процентов населения армяне, а в этих оккупированных районах там они и выгнали всех азербайджанцев, и они беженцами являются, живут на остальное территории Азербайджана.

В принципе, вот такая ситуация. Армения в данном случае оккупант. С другой стороны, вспомнить, как Нагорный Карабах передали Азербайджану в начале 20-х годов, совершенно волюнтаристским решением советского тогдашнего руководства, то, в принципе, как-то надо этот вопрос решать иначе, если там живут армяне. И они не хотят жить в составе Азербайджане. Ну, вот что делать? Сначала освободить районы, наверное, надо. А потом решать на международном уровне вопрос о принадлежности Нагорного Карабаха, при этом, конечно, ни Баку, ни Ереван не должны иметь в этом последнего слова, потому что они обе заинтересованные стороны. Это нужно решать на каком-то третейском суде. И там определить, что… Провести референдум. Понятно, что референдум и проголосует за выход из Азербайджана. Или там не проводить референдум, а отдать его. Или там не проводить референдум, а отдать Азербайджану, но с таким-то условием. Например. Или разменять территории, там были такие варианты в конце девяностых – размер территорий предлагали, чтобы было сообщение между Карабахом и Арменией. И так далее. \

Но можно, конечно, еще тридцать лет ничего не делать. \

И. Панкин:

- Я заглянул в Википедию. В начале двадцатого века Нагорный Карабах дважды – в 905-м по 07-й годы и с 18-го по 20-1, то есть, и при царе, и при большевиках становился ареной кровопролитных армяно-азербайджанских столкновений. История богатая. Не только к событиям тридцатилетней давности нас относит.

Г. Бовт:

- И сейчас можем сказать, что это кровопролитное сражение, потому что там есть жертвы.

И. Панкин:

- Вопрос о передаче Нагорного Карабаха Армении поднимался несколько раз. В 45-м, 63-м, 77-м, 83-м годах, но не получал поддержки в центре. Почему-то.

Вот к чему это привело. А если бы передали, то все было бы в порядке.

Г. Бовт:

- Может, было бы все в порядке, а, может, было бы, как с Крымом.

И. Панкин:

- Дальнейшая эскалация прогнозируется?

Г. Бовт:

- Ну, незначительная, может быть. Но вот перерастание в мол6номасштабную войну с фронтами там, десятками тысяч жертв нет.

И. Панкин:

- А зачем тогда в обеих столицах люди выходят на улицу и митингуют за то, что надо начинать полномасштабные боевые действия?

Г. Бовт:

- Не зачем, а потому. Потому что обе стороны считают себя обиженными, поэтому люди выходят на улицу. Ну, засиделись они на карантине. Хотят воевать. Что делать?

И. Панкин:

- Как у вас все легко!

Г. Бовт:

- А как же вы думаете? Не надо слушать мнение толпы иногда, понимаете?

И. Панкин:

- Будем надеяться, что и в Армении, и в Азербайджане, действительно, не к толпе прислушаются. С другой стороны, так или иначе, азербайджанцы и армяне будут решать и дальше этот конфликт как-то.

Г. Бовт:

- Рано или поздно…

И. Панкин:

- Благодаря самостоятельным радикальным группировкам.

Г. Бовт:

- Ну, нет.

И. Панкин:

- Как вариант.

Г. Бовт:

- Как вариант, рано или поздно этот вопрос может быть решен с позиции силы, если одна из сторон сочтет, что она в достаточной степени сильна, ее военная мощь преобладает, то она попытается выиграть эту войну. Именно военным путем. Ну, мне кажется, что пока Азербайджан еще не достиг той стадии. Может, я ошибаюсь, кстати. Не достиг той стадии, чтобы разбить армянскую армию. Кстати, тогда в 90-х годах они с позором проиграли эту войну, хотя населения Азербайджана во много раз больше, чем Армении.

И. Панкин:

- России как себя вести?

Г. Бовт:

- Вообще, конечно, Россия себя ведет так, что ни вашим, ни нашим.

И. Панкин:

- Я считаю, что это правильно. И не только потому, что на парад не приехали.

Г. Бовт:

- Нет. Может, это и правильно, но в идеале, конечно, если бы Россия была посильнее, она могла бы придумать какой-нибудь план замирения, посадить их за стол за шкирку, переговоров. И заставить подписать документ. Просто у России нет этого плана.

И. Панкин:

- Вы имеете в виду отправить туда миротворцев?

Г. Бовт:

- В свое время британские и французские колонизаторы, давайте проведем такое сравнение, они вполне успешно разделили карту мира. И там с Индией Бангладеш, и Пакистаном, и с Сирией соответствующе. И весь Ближний Восток нарисовали на бумажке. И вот эти народы, они этому разграничению подчинились.

И. Панкин:

- Да, только год назад Пакистан с Индией чуть войну не начали.

Г. Бовт:

- Ну, сколько лет это было. Сколько существовало. Да, конфликты были,но и Пакистан существует в качестве независимого государства, и Бангладеш. И Индия существует в качестве независимого государства. А прошло уже больше пятидесяти лет.

И. Панкин:

- Хорошо. Давайте тогда поговорим про задержанного губера Хабаровского края. У следствия есть неопровержимые доказательства причастности Сергея Фургала к организации двух убийств и одного покушения. Об этом заявил официальный представитель Следственного комитета Светлана Петренко. Такие вот дела.

Что в этой ситуации лично меня напрягает?

Г. Бовт:

- Что же? Может, нас напрягает одно и то же?

И. Панкин:

- Думаю, что многих, в том числе, собравшихся и уже сколько дней выходящих на главную площадь Хабаровска.

Г. Бовт:

- Да. Что напрягает?

Иван Панкин

И. Панкин:

- Вот куда смотрели те люди, которые допустили его во власть? Он же стал губернатором, я не понимаю, а потом они его задерживают. Просто как это произошло?

Кстати, многих покоробило жесткое задержание целого губернатора. И ни какого-нибудь, а все-таки Хабаровского края, а Хабаровский край не самый хилый из краев российских.

Как этот человек попал во власть? Он там не только губернатором был, он в политике, в принципе, крутился. Неужели этих людей не проверяют? Насколько я выяснил, оказывается, любой человек просто может пойти во власть, стать губернатором, полпред Трутнев это объяснил.

Г. Бовт:

-Это где вы такие сказки прочли?

И. Панкин:

- Полпреда Трутнева читал.

Г. Бовт:

- А, сказки от полпреда.

И. Панкин:

- Ничего себе! Полпред Дальневосточного федерального округа!

Г. Бовт:

- Ну, и что? Уважаемые сказочник, почетный, можно сказать. Статусный сказочник.

И. Панкин:

-Злой вы, все-таки!

Г. Бовт:

- Хотите, я вам объясню?

И. Панкин:

- Я вам цитату сначала приведу. «Когда человек идет на выборы губернатора, никаких проверок не существует. Любой гражданин Российской Федерации, достигший возраста, установленного законодательством, имеет право быть избранным. Но, извините, когда его избрали, уже возникает целый ряд проверок, возникает интерес. Когда человек становится губернатором, о нем говорят все и всюду».

Г. Бовт:

- Ну, что ерунду комментировать?

И. Панкин:

- Повторяю, это полпред президента!

Г. Бовт:

- И что? Мало чего он несет?

Хотите вам версию выдам?

И. Панкин:

- Инсайд или просто версия?

Г. Бовт:

- Назовем это версией. Скромно. Про Фургала все было известно. Раньше. Никакого секрета не было. Но просто на каком-то определенном уровне, не будем долго фантазировать, а скажем, уровне силовых структур, не будем даже еще больше фантазировать, скажем, на уровне прокуратуры, это дело в какой-то момент закрыли. Почему? Мы не знаем. Может, Жириновский попросил. Может, денег занесли. Может, сказали, ну его, к черту, чтобы не связываться. Может, просто не смогли расследовать.

Вы же помните, что у нас генеральный прокурор-то сменился? Недавно.

И. Панкин:

- Да.

Г. Бовт:

- А потом какие-то материалы подняли, и сказали, ой, надо же! А тут еще подвернулась такая история, мы уже говорили о ней, с предприятием «Амурсталь», которое, наверное, кому-то понадобилось. И так получилось, одновременно с арестом Фургала произошли довольно сильные подвижки в составе акционеров этой самой «Амурстали». И жена этого Фургала, она больше не владеет 25% акций этого предприятия.

Вот так все сошлось.

И. Панкин:

- Только не надо многозначительно молчать!

Г. Бовт:

- На самом деле, на всех есть компромат, который до поры до времени лежит. Или ему не дают ходу по каким-то политическим причинам, но когда эти политические причины исчезают, этому компромату дают ход. Дело о Фургале не начали расследовать в чера. И не начали расследовать после того, как он избрался президентом.

И. Панкин:

- Не президентом, а…

Г. Бовт:

- Ой, губером, да. Его просто, материалы этого дела, подняли тогда, когда он стал много себе позволять. И тогда, когда решили заодно и переделить «Амурсталь». Вот и вся история.

И. Панкин:

- И два года, если правдивы все обвинения, краем руководил считай бандит и убийца.

Г. Бовт:

- И что?

Г. Бовт:

- Да нет, просто. Рассуждаю вслух. А почему вы так спрашиваете, как будто это нормально?

Г. Бовт:

- У нас единственный руководитель региона, который имеет столь бурное прошлое?

И. Панкин:

- Я не знаю.

Г. Бовт:

- Не знаете?

И. Панкин:

- Так как у нас в стране презумпция невиновности, напоминаю.

Г. Бовт:

- Конечно!

И. Панкин:

- Но когда я говорю про обвинения Фургалу, я всегда вспоминаю…

Г. Бовт:

- Так он тоже пока не виновен, его пока суд не осудил.

И. Панкин:

- Я и говорю «, «возможно, причастен», «якобы». Ну, хорошо, вы верите? Причастен или нет?

Программа в студии Радио КП

Г. Бовт:

- Я думаю, что причастен. И что? Все, кто занимался бизнесом на Дальнем Востоке в определенное время, они все к чему-то причастны. Но, и вообще, все, кто занимался бизнесом в 90-е годы, тоже к чему-то причастны. Или те, кто принимал участие в операциях антитеррористических на Северном Кавказе с обеих сторон этого конфликта, они тоже к чему-то причастны. Не так ли?

И. Панкин:

- Наверное.

Г. Бовт:

- Наверное, к чему-то причастны.

И. Панкин:

- Вы постоянно кого-то обвиняете в чем-то!

Г. Бовт:

- Вопрос в том, копать или не копать?

И. Панкин:
- Хорошо. А почему не под всех копают? Надо же наводить порядок!

Г. Бовт:

- Не, ну если под всех копать, знаете, никого не останется. Вы чего, с ума сошли? Под всех копать. Такого не бывает.

И. Панкин:

- Может, я идеалист, конечно.

Г. Бовт:

- Иделист, точно. Назовем это этим словом.

И. Панкин:

- Идеалист или идиот.

Г. Бовт:

- Нет, идеалист.

И. Панкин:

- Ладно. Идем дальше. Тоже громкое задержание Ивана Сафронова, конечно, советника Роскосмоса, до этого журналиста «Ведомостей» и «Комемерсанта». Руководители восьми российских СМИ – «Коммерсанта», «Ведомостей», «Новой газеты», портала The Bell, РБК, «Форбс», ТАСС и «Дождя» подписали личное поручительство или положительные характеристики в отношении журналиста и советника главы Роскосмоса Сафронова, которого, напомню, обвиняют в госизмене.

Вы бы подписали поручительство?

Г. Бовт:

- Я не подписываю коллективных писем ничьих. Никогда. Не подписывал и не буду подписывать.

И. Панкин:

- Почему?

Г. Бовт:

- Принцип такой.

И. Панкин:

- А, помню: не надо слушать толпу.

Г. Бовт:

- Ну, в том числе. Но из принципа я не подписываю никаких коллективных писем. Но мне и не предлагали ничего подписывать, кстати. Последний раз мне предлагали подписать…

И. Панкин:

- Не предлагали, последний раз предлагали! Вы определитесь!

Г. Бовт:

- Я не подписал. Последний раз мне предлагали подписать письмо в поддержку выдвижения ректора ВШЭ в Мосгордуму.

И. Панкин:

- Но вы не пописали?

Г. Бовт:

- Нет.

И. Панкин:

- Почему?

Г. Бовт:

- Потому что я не подписываю коллективных писем.

И. Панкин:

- Должна же быть первопричина?

Г. Бовт:

- Она и есть первопричина.

И. Панкин:

- Вы просто не подписываете?

Г. Бовт:

- Не подписываю и все.

И. Панкин:

- Вы вне тусовки!

Г. Бовт:

- Я советский человек. Я с советского времени имею отвращение ко всем коллективным письмам. Люди не могут ходить строем, думать одинаково.

И. Панкин:

- Что ж, мы уже сколько времени наблюдаем за этим делом. У вас поменялись впечатления об этом деле?

Г. Бовт:

- Нет. Не поменялись.

И. Панкин:

- Или будет открытость со стороны спецслужб?

Г. Бовт:

- Никакой открытости не будет. Может, сольют какие-то отдельные детали для вящей убедительности. Но пока я придерживаюсь все той же самой версии, мы ее обсуждали в прошлый раз, что можно журналиста, занимающегося такой тематикой, поймать на каком-то консультировании, написании справки, при этом он может подозревать, что это дело стремное, так и не подозревать. Я рассказывал, что в бытность руководства одним журналом к одному из сотрудников подкатили тоже, по-моему, чехи . И попросили написать справку о войсках на Северном Кавказе. Ну, его, ему вовремя как бы отсоветовали это делать, причем до чекистов дело даже не дошло.

И. Панкин:

- И слава богу.

Г. Бовт:

- Да.

И. Панкин:

- В комментариях под постами я читаю на странице в Фейсбуке телеканала «Дождь», даже там…

Г. Бовт:

- И, кстати, это вовсе не значит, что я считаю, что он вот госизменник. Потому что можно трактовать по-разному эти вещи.

Программа в студии Радио КП

И. Панкин:

- Это вы тоже объясняли уже. Залез почитать, что пишет телеканал «Дождь» под постами, под новостями об этом деле. Даже многие задаются вопросом, а почему эти журналисты подписывают личные поручительства с учетом того, что, действительно, пока нет никакого понимания?

Г. Бовт:

- Ну, подозрения, на самом деле, по поводу того, что там чего-то не сходится, они есть. Поскольку, вы не помните, наверное. Я вам расскажу. Во-первых, он работал в кремлевском пуле, его проверяли везде точно. И вдруг ему какой-то эпизод шьют от 17-го года, один. Ну, может ли шпион настоящий работать только один раз в жизни? В 12-м году его завербовали, а в 17-м он что-то дал и все. Ну, тогда череда каких-то госизмен должна следовать за большие деньги. Потом, деньги там не фигурируют.

В советское время, когда разоблачали шпионов, там хотя бы предъявляли какие-то улики. Вот, например, дупло дерева, через которое производилась закладка. Вот пачка денег под кроватью у изменника родины. Вот еще какие-то были изобличены и так далее.

Чего секреты-то городить? Можно какую-то часть информации, если она есть, предъявить общественности для того, чтобы убедить ее в том, что дело это не шито белыми нитками, а является шпионской историей. Ничего вообще не предъявляется. И это странно. Мне кажется, что это странно.

И. Панкин:

- Канье Уэст, известный американский рэпер, может стать президентом США, по крайней мере, он зарегистрировал свою кандидатуру. В этой связи можно ожидать такого протестного голосования – лишь бы не голосовать за Трампа и Байдена, поддержат Канье Уэста. Такой казус Зеленского может произойти, что называется. Прежде чем говорить об этом, давайте вернемся к двум темам, которые мы обсуждали. Это, конечно, арест Фургала и арест Вани Сафронова, журналиста и советника главы Роскосмоса. Тут два момента, которые меня интересуют. Уже много говорится о том, что Фургал был натуральным бандитом, и Следственный комитет говорит, что есть неопровержимые доказательства. И, в общем-то, многие думают, что так оно и было. Но что же толкает людей уже 3-4-й день выходить на площадь Хабаровска?

Г. Бовт:

- То, что они чувствуют, во-первых, что тут есть несправедливость. И вы же отметили: что же 15 лет молчали, а как перешел дорогу Москве, так стали говорить? Во-вторых, политика, которую он начал проводить на этом посту, многим понравилась.

И. Панкин:

- Кому понравилась, местным?

Г. Бовт:

- Людям. Можно считать это популизмом, тем не менее, нам прислали целое письмо про то, что он и строил, и сократил содержание чиновников, и себе зарплату сократил, и т.д. И там построены, куплены и сданы 580 квартир для сирот, школьники из малообеспеченных семей питаются одинаково, вместе с немалообеспеченными школьниками и т.д. И там целый список, довольно большой. То есть он начал какой-то порядок наводить и т.д., разговаривал на нормальном языке, как это положено бандиту делать. Он разговаривает на народном языке, а не так, как чиновник выйдет какой-нибудь, на птичьем языке начинает разговаривать, его не понимают. Вот там Трутнев приехал и говорит: я не из Москвы, я из Перми, а это то же самое, что Хабаровск. Ну, посоветуйся сначала с пиарщиками, что ли.

И. Панкин:

- Дело Вани Сафронова. Если сравнить его с делом Серебренникова. Многие люди несколько лет назад поручились за Серебренникова. Например, Николай Сванидзе (мы с ним ведем программу вместе). Я его спросил накануне: «Вы бы подписали поручительство за Сафронова?» Он говорит: «Нет, не подписал бы». Я уточняю: «Вы же за Серебренникова подписали, когда еще ничего не было понятно, но вы смело подписали». Он сказал, что это разные дела. Его обвиняли в том, что спектакли не шли, а они шли.

Г. Бовт:

- В деле Серебренникова у многих людей было полное впечатление, что они достаточно много фактов об этом знают, потому что это обсуждалось, это было открыто, там фигурировали цифры обвинения. А тут вообще никаких фактов. С одной стороны, семь томов уголовного дела и слежка, называются какие-то конкретные даты, а с другой стороны, вообще ничего не говорят. Про торговлю оружием России на Ближнем Востоке. Но вообще вся номенклатура оружия, которое Россия продает за границу, в соответствующих зарубежных реестрах она открытая, мы ее открыто декларируем – вот туда продали это, туда продали это. Еще раз говорю, можно, не раскрывая гостайны, следственным органам дать какие-то факты, которые не являются никакой тайной. (Что ж, там все тайна, от начала до конца? Это маразм, так не бывает.) Которые бы убедили общественность в том, что что-то такое было.

И. Панкин:

- Какая может быть тайна? Я не совсем понимаю.

Г. Бовт:

- Назовите чешского шпиона, наконец. Это что, тоже тайна, что ли?

И. Панкин:

- Да. Они не хотят ссориться с Чехией.

Г. Бовт:

- Почему? После памятника Коневу уже с ней поссорились достаточно. Кстати говоря, и дело-то возникло после этой ссоры с чехами. Может, у кого-то что-то щелкнуло в голове: давай чехам насолим?

И. Панкин:

- Да, и решили своего пацана посадить, а не задержать шпиона, именно чешского. Кстати, с американцами-то недавно посадили американского шпиона.

Г. Бовт:

- Кстати говоря, скажите, что выслали этого чешского дипломата…

И. Панкин:

- Не надо высылать, в тюрьму его.

Г. Бовт:

- Дипломата нельзя в тюрьму. Или скажите, что такие были там люди. А то сплошные какие-то загадки. Это вообще долго продолжаться не может, мне кажется, в конце концов, надо хоть что-то рассказать.

И. Панкин:

- Про чешского шпиона вы хорошо заметили. Напоминаю, неделю-другую назад посадили американского шпиона. Мы еще с вами обсуждали, обменяем на кого-нибудь его или нет.

Г. Бовт:

- Там хотя бы фигурирует факт – ему дали флешку, на которой была секретная информация якобы. А тут вообще никакого факта, туда даже слово «флешка» не фигурирует, тут не сказано, как это передано, кому передано и т.д.

И. Панкин:

- Поговорим про, возможно, второго темнокожего президента в истории США. Может быть, мы рано говорим об этом, но все же есть у меня подозрение, что могут действительно выбрать в президенты известного американского рэпера Канье Уэста.

Г. Бовт:

- Я за рэперов вообще не голосую, я старомодный человек, рэп не люблю. Я вам скажу больше, негритянский рэп я вовсе ненавижу.

И. Панкин:

- Слава богу, вы не американец.

Г. Бовт:

- Да, можете еще обвинить меня в расизме. Я вообще ни одного приличного негритянского исполнителя, кроме джазменов, не знаю.

И. Панкин:

- А актеров знаете? Уилл Смит, например, Дензел Вашингтон.

Г. Бовт:

- Да, эти ничего.

И. Панкин:

- Кстати, Уилл Смит тоже рэпер.

Г. Бовт:

- Я его в таком качестве не знал.

И. Панкин:

- Он придумал шикарный саундтрек для фильма «Люди в черном».

Г. Бовт:

- Но он все время играет одну и ту же роль, мне кажется.

И. Панкин:

- Нет, Уилл Смит это сильный актер, и Дензел Вашингтон тоже. Я не готов с вами в этом смысле солидаризироваться.

Г. Бовт:

- Но этого рэпера все-таки не выберут, конечно, президентом.

И. Панкин:

- А с чего это вы решили? Давайте я вам скажу, что кроме Байдена и Трампа, за которых не будут голосовать по одной простой причине – у одного деменция, а у другого понятно что, он расист и т.д., как считают многие американцы, - зарегистрировались еще два независимых кандидата. Это некая пианистка Джейд Симмонс и некий бизнесмен Брок Пирс. Одного бизнесмена они уже выбрали. Слово «бизнесмен» в политике для них теперь ругательное, я так понимаю.

Программа в студии Радио КП

Г. Бовт:

- Есть процедура. Для того чтобы твое имя появилось в бюллетенях для голосования на пост президента, нужно пройти определенную процедуру. В частности, собрать подписи, как это ни смешно. Мы-то знаем, что это смешно, а они там всерьез собирают. Вот этот рэпер подписи уже не соберет, кроме как в одном штате Оклахома. Поскольку во всех остальных штатах дедлайны подачи подписей уже прошли. Он может баллотироваться, таким образом, в Оклахоме. Есть другой путь. Он может бросить клич всем своим чернокожим братьям, чтобы они вписывали его имя в бюллетени. Это тоже можно делать на американских выборах – вообще вписать в бюллетень кого угодно. Можно вписать любого. Более того, этот человек, которого вписали, он должен быть посчитан официально. Это имя должно быть посчитано при общем подсчете голосов. Например, в бюллетене напечатаны Байден и Трамп, а от руки туда вписала этого Уэста. И избирательная комиссия должна посчитать голос за него, а не за них. И этот бюллетень не считается испорченным. И поскольку этот человек был сторонником Трампа, я думаю, что он обычный спойлер, роль которого заключается в том, чтобы отобрать голоса чернокожих у Байдена, хоть сколько-нибудь отобрать, поскольку чернокожие чуть ли не до 99% все голосуют за демократов.

И. Панкин:

- Я не помню, чтобы Канье Уэст выступал за Трампа.

Г. Бовт:

- После победы Трампа в 16-м году он надел бейсболку красную и говорил, что он бы голосовал за Трампа с превеликим удовольствием.

И. Панкин:

- Может быть, у него уже изменилось мнение, все-таки Трамп столько всего начудил за это время.

Г. Бовт:

- Да нет, его выдвижение может только отобрать пару десятков тысяч голосов черных, но вряд ли это окажет серьезное влияние на исход кампании.

И. Панкин:

- Но почему же, Георгий Георгиевич, вы не берете в расчет казус Зеленского все же?

Г. Бовт:

- Америка это не Украина все-таки. Во-вторых, институт партий в Америке имеет гораздо более прочные основы, чем на Украине. В-третьих, как я уже сказал, он технически слишком поздно выдвинулся.

И. Панкин:

- Да, говорили, что он вообще не успевает. Но, видимо, чуть-чуть успевает все-таки.

Г. Бовт:

- Он успевает в одном штате собрать подписи, а так будет просто мешаться под ногами. Все-таки процесс электоральной демократии с юридической точки зрения в Америке оттачивался десятилетиями, а на Украине он еще не устоялся. И потом это маленькая страна по сравнению с Америкой, и там возможны такие вещи.

И. Панкин:

- Ну, там столько президентов было, считай, настоящая демократия в Украине.

Г. Бовт:

- Она еще сыроватая все-таки. Или вы скажете, что на Украине зрелая демократия?

И. Панкин:

- Я ничего не скажу. Нам президент в свое время наказал не очернять Украину, поэтому вот вы очерняете, а я вам говорю: не нужно.

Г. Бовт:

- Я не очерняю, я говорю, что она зеленоватая еще.

И. Панкин:

- Знаете, елка тоже зеленоватая, причем круглый год.

Г. Бовт:

- Елку и не выбирают в президенты Украины.

И. Панкин:

- Подождите, в следующем году вдруг певица Елка захочет.

Г. Бовт:

- Лучше Верка Сердючка.

И. Панкин:

- Данилко, вы хотите сказать.

Г. Бовт:

- Да.

И. Панкин:

- Еще любопытно обсудить акцию «Бессмертный полк». Организаторы отказались ее проводить 26 июля, но новая дата пока не назначена. Открыли уже даже аквапарки, уже везде и всюду ходить можно, уже и в кино можно пойти, а акцию перенесли. Почему?

Г. Бовт:

- Я думаю, что ее вообще не надо проводить в этом году.

И. Панкин:

- Все-таки 75 лет.

Г. Бовт:

- Да, 75 лет. Провести на 76 лет. Акция «Бессмертный полк» неразрывно связана с Днем Победы и 9 мая, эмоционально связана, стилистически, если хотите, связана, традицией уже связана. Это не какая-то обязаловка, которую нужно проводить, это порыв души людей. И сколько бы чиновники ни хотели это прихватизировать, им пока до конца это еще не удалось. Это не мероприятие для галочки, это акция, именно порыв души, которая проходит 9 мая. В этом году она прошла как-то так, виртуально, конечно, скомкано. Тем не менее, если в следующем году ситуация улучшится, то лучше ее провести в следующем году, а в этом году вообще не проводить. Вот такая у меня точка зрения.

И. Панкин:

- Давайте про Партию Роста поговорим.

Г. Бовт:

- А то с ней?

И. Панкин:

- Титов сообщил о намерении Шнурова участвовать в выборах в Госдуму.

Г. Бовт:

- Ну и пусть идет.

И. Панкин:

- А вы думаете, пройдет?

Г. Бовт:

- Не знаю. В последнее время у нас как-то неохотно выбирают всякую попсу, спортсменов и т.д. Шипулин, помните, пытался избраться? По-моему, он не избрался никуда.

И. Панкин:

- Но Шнуров все же – не Шипулин (при всем уважении к Шипулину).

Г. Бовт:

- Но имидж Шнура как-то внешне пока не вяжется с депутатом.

И. Панкин:

- Он рубашку надел, пиджак носит, очки в роговой оправе.

Г. Бовт:

- Если честно считать голоса, то он может пройти.

Программа в студии Радио КП

И. Панкин:

- Вы же хорошо знаете Бориса Титова, главы Партии Роста. С чем связан его такой ход – выдвинуть Шнурова?

Г. Бовт:

- Он хочет, чтобы партия попала в парламент наконец.

И. Панкин:

- Ну, пусть себя двигает. Он тоже известный человек, он кандидат в президенты, он омбудсмен какой-то там.

Г. Бовт:

- Давайте я мягко скажу. Титов не может петь так, как Шнуров.

И. Панкин:

- Да никто не может. И что дальше?

Г. Бовт:

- А можно, я употреблю слово «харизма»?

И. Панкин:

- Только не материтесь, не уподобляйтесь Шнуру.

Г. Бовт:

- Для того чтобы вести избирательную кампанию, в современном мире нужно обладать некой харизмой. Это какая-то попса должна быть политическая. Есть люди, которым дано вести публичные кампании, у них хорошо это получается, и они хорошо себя держат на публике. Вот Путин научился очень хорошо себя держать на любой публике и владеть аудиторией, например. А есть те, которым это не дается.

И. Панкин:

- Одно дело, перед толпой поклонников уметь себя держать, другое дело – в политике.

Г. Бовт:

- Да, это вызов. Конечно, будет непросто. Но мне интересно будет посмотреть…

И. Панкин:

- Политическая харизма – не то же самое просто.

Г. Бовт:

- Не то же самое. Но мне кажется, что Шнуров уже делал некоторые такие попытки заявлять политические месседжи, как говорится. Надо посмотреть, как он будет себя вести. Может, он провалится полностью, его не примет избиратель. Я не знаю. Но мне кажется, эта попытка интересна, мне кажется, это будет яркая по-своему избирательная кампания. Может быть, она будет успешной. Если честно считать голоса.

И. Панкин:

- Я только не понимаю, зачем он там нужен.

Г. Бовт:

- Шнуров – человек, которому есть что сказать в общественной жизни. Понимаете, в Думе сидит достаточно идиотов, просто откровенных дебилов, особенно в одной либеральной партии так называемой. И чтобы затмить хотя бы толпу кабанчиков какими-то умными словами, речами и действиями. Шнуров будет поумнее этих мальчиков.

И. Панкин:

- А у прилепинской партии «За правду» шансы есть, и у Прилепина самого?

Г. Бовт:

- Тоже есть. На другом фланге, конечно, мне совершенно чуждом, но я думаю, что если честно считать голоса, если честно допускать к выборам, то у нее шансы есть. Просто я не верю в то, что у нас все это происходит честно – честно допускают к выборам, честно считают голоса. Я думаю, что есть кое-какие накладки, на местах, конечно.

И. Панкин:

- Можно вспомнить события годичной давности, «московское дело» известное, протесты в центре Москвы. Вы к ним сейчас апеллируете?

Г. Бовт:

- Я ни к чему не апеллирую. Я говорю, что одни подписи проверяют под лупой и заворачивают скопом, а другие не проверяют вовсе. Это известный факт.

И. Панкин:

- У Прилепина отдельно есть шансы попасть или все-таки со своей партией?

Г. Бовт:

- Я из его партии никаких ярких людей еще не знаю.

И. Панкин:

- Казаков…

Г. Бовт:

- Казакова не знаю. Прилепина знаю, у меня даже книжки его есть.

И. Панкин:

- Ну и что, хорошие книжки?

Г. Бовт:

- Это не мой стиль.

И. Панкин:

- Казаков – советник убитого два года назад главы ДНР Захарченко.

Г. Бовт:

- Тоже бандит.

И. Панкин:

- Начинается…

Иван Панкин и Георгий Бовт были с вами.