Что получила Россия за четыре года войны в Сирии?

Сирия
В эфире «Радиорубки» спорят старший эксперт Института экономической политики имени Гайдара Сергей Жаворонков и президент Центра стратегических коммуникаций Дмитрий Абзалов. Тема – должна ли Россия тратить миллиарды на войну в Сирии или нужно деньги распределить по нашим регионам, вложить их в дороги, во внутренние наши дела?

Скачать передачу [mp3, 43.2 МБ]

Мы предлагаем полный текст радиопрограммы.

Р. Голованов:

- Годовщина нашей войны в Сирии. Должна ли Россия тратить миллиарды на эту войну или нужно деньги распределить по нашим регионам, вложить их в дороги, во внутренние наши дела? Сегодня поспорят старший эксперт Института экономической политики имени Гайдара Сергей Жаворонков и президент Центра стратегических коммуникаций Дмитрий Абзалов.

Сергей, ваше мнение, куда нужно было направить те деньги, которые потрачены сейчас в Сирии?

С. Жаворонков:

- У нас предельно низкий уровень, например, минимальных заработных плат. Они составляют порядка 11 тыс. рублей, притом, что в сопоставимых с нашим ВВП странах (я не говорю сейчас об Америке, о Германии), таких как Польша или Болгария, они составляют в районе 25-30 тыс. рублей в пересчете на наши деньги. Нам можно потратить, например, деньги на систему здравоохранения, которая чудовищно деградирует, которая с 13-го года фактически находится на одном и том же уровне (порядка 500 млрд. рублей расходов федерального бюджета), притом, что за это время инфляция была порядка 20 с лишним процентов, если в сумме посчитать.

Р. Голованов:

- Эти деньги, которые выделены, допустим, на операцию России в Сирии, они не были, вы думаете, заложены? То, что на медицину идут деньги по одной линии, сюда идут по другой линии.

С. Жаворонков:

- Мы постоянно слышим от наших властей, что денег нет.

Р. Голованов:

- Почему? Чубайс говорит, что денег полно.

С. Жаворонков:

- У него – да. И Дмитрий Анатольевич Медведев, глава партии «Единая Россия», говорит, что пенсия 8 тыс. рублей, денег нет, держитесь там. Но, как мы знаем из расследований Навального, сам Дмитрий Анатольевич немножко не держится.

Р. Голованов:

- К этому расследованию можно относиться по-разному – насколько оно достоверно, насколько правдиво.

С. Жаворонков:

- Но зато мы видим, что в государственных корпорациях деньги есть, на Сирию деньги есть, на войну с Украиной деньги есть.

Р. Голованов:

- Какую войну с Украиной?

С. Жаворонков:

- А вы полагаете, что там шахтеры и трактористы воюют, а не российская армия?

Р. Голованов:

- А вы там видели российскую армию?

С. Жаворонков:

- Да, я видел там российскую армию.

Р. Голованов:

- Кто конкретно?

С. Жаворонков:

- Танки, установки «Буратино», которых в Советском Союзе не было, про которые нельзя сказать, что они шахтерами и трактористами в шахтах откопаны, в полях найдены.

Р. Голованов:

- То, что захваченная техника, этот вариант вас не устраивает?

Сергей Жаворонков

С. Жаворонков:

- Установки «Буратино» - захваченная техника? Они их в 2000-е годы начали производить.

Р. Голованов:

- Да, мы помогаем Донбассу, помогаем людям.

С. Жаворонков:

- Да, путинцы воюют с Украиной, помогая руководителю пирамиды «МММ» Пушилину (это такой жулик, мошенник). Вы забейте в Гугл: Денис Пушилин, что нам дает «МММ». И вы узнаете, кого назначил Путин руководителем Донбасса.

Р. Голованов:

- Знаете, многих людей можно прогуглить сейчас, узнать много интересного.

С. Жаворонков:

- Да, прогуглите про Зеленского, про Порошенко. Они не были руководителями финансовых пирамид.

Р. Голованов:

- Порошенко был коррупционером еще поинтереснее. И то, что про него рассказывают журналисты, допустим, Юлия Латынина, которая на нашем радио говорила, что это такой двуличный персонаж. И то, что сейчас, при новой власти, когда приходит Зеленский, на него сейчас заводят уголовные дела. Это, наверное, тоже о чем-то говорит.

С. Жаворонков:

- Пока никаких обвинений Порошенко не предъявлено.

Р. Голованов:

- Сергей, у нас сейчас другая тема. Мы говорим про Сирию. Как вы думаете, то, чего там добилась наша армия, тот прогресс, который произошел… Ведь мы же не дали терроризму двинуться вперед. Неужто это не стоит тех денег, которые были там потрачены?

С. Жаворонков:

- Мне глубоко плевать на судьбу варварской секты алавитов…

Р. Голованов:

- Но если эта секта придет сюда, будет взрывать ваши дома, которая будет уничтожать людей в метро…

С. Жаворонков:

- …Которая считает Башара Асада живым воплощением Али, так называемого четвертого праведного халифа. Вот эти черти молятся на портреты Асада. Они намаз осуществляют на портреты Асада.

Р. Голованов:

- Вы это лично видели?

С. Жаворонков:

- Если вы посмотрите на территории, которые контролирует Асад, там такие километровые его портреты развешаны на зданиях, и они молятся на эти портреты. Варварская секта алавитов считает его живым богом.

Р. Голованов:

- Дмитрий, вот Сергей привел аргумент – у нас разрушена медицина, разрушены дороги, всё плохо. И те миллиарды, которые ушли в Сирию, нужно было пустить сюда. Что вы думаете?

Д. Абзалов:

- Первое. Я напоминаю, что у нас исполняемость бюджета на 1 сентября 2019 года составляет 46%. Грубо говоря, субсидии у нас исполнены на 35%. Если бы денежные средства остались здесь, они бы благополучно остались в федеральном бюджете, никуда не ушли.

Р. Голованов:

- То есть в кубышку бы положили?

Дмитрий Абзалов

Д. Абзалов:

- В лучшем случае. Второй момент заключается в том, что значительная часть образования и здравоохранения у нас находится на региональном балансе, а не на федеральном. Региональные бюджеты у нас разные. Одно дело – Москва и Московская область, какой-нибудь ХМАО, а другое дело – Ивановская область, где недофинансированность. И вместо того, чтобы заниматься финансированием и проведением субсидий оперативно… По некоторым программам у нас 12% составляет. То есть только 12% средств, которые заложены на год, у нас потрачено. И вы предлагаете еще туда вставить и эти средства.

Второй важный момент. Средние расходы РФ на программы. 61 миллиард по курсу прошлого года. Это при всем при том, что этот объем снижается. Это менее того, что тратит Украина, и в процентном отношении целого ряда других стран давайте посмотрим, какой из этого вывод реально появляется. У нас на военные контракты в этом году – 7 миллиардов до мая, до лета – примерно 9 миллиардов. В среднем в год получается 14 миллиардов.

Р. Голованов:

- Это те деньги, которые ушли…

Д. Абзалов:

- Нет, это деньги, которые мы отрабатываем военными заказами, наш экспорт, военно-техническое сотрудничество, которого никогда бы не было, если бы мы никуда не зашли. Например, 30% от первого полугодия мы получили с Египта, который занимается военными действиями рядом с Ливией. Если бы нас там не было, этих 30% у нас бы не было. Там примерно 2,5 миллиарда чистыми денежными средствами.

С-400, которые у нас покупают и Индия, и Китай, и Турция. Этого бы тоже не было, если бы не было Сирии. Потому что С-400 там были поставлены на базе Хмеймим. Сейчас расходы на оборону составляют примерно 2,7 трлн., а было 2,9. По текущему курсу это порядка 40 млрд. долларов. Из них примерно треть возвращается именно оборонными заказами. Это реальный выхлоп. Покажите мне, где это в возобновляемой энергетике представлено или даже в нашей энергетике.

Р. Голованов:

- Дмитрий, сколько мы всего потратили на войну в Сирии?

Д. Абзалов:

- Давайте разбираться. Во-первых, значительная часть финансирования, которая идет на войну, фактически это денежные средства, которые заложены на военные учения. У нас их достаточно много раньше было, сейчас фактически базовых только два – учения «Центр» и «Восток». Раньше большие объемы шли на учения, сейчас они уходят непосредственно на Сирию.

Второй важный момент. За счет того, что основная часть военной операции закончилась, фактически там представлены только ВКС (военно-космические силы). Их финансирование сейчас не очень значительное. Мы там полноценно не представлены, воюют на земле представители сирийских вооруженных сил и представители иранского ополчения. Они основную часть финансовой нагрузки несут.

Р. Голованов:

- Какими миллиардами это можно оценить?

Д. Абзалов:

- Если у нас всего расходов порядка 40 миллиардов, это явно меньше 10. Это первый момент. Второй момент. У этого есть конкретный политический выхлоп, даже экономический выхлоп.

Давайте посмотрим, что собирались с нами делать несколько лет назад, сразу же после Украины. Нас собирались отключать от SWIFT, вводить ограничения на наш государственный долг, вводить ограничения, например, на валютные операции наших финансовых организаций.

Кстати говоря, это частично было прописано в соответствующих законопроектах, которые просто никуда не продвинулись. А чего это они не продвинулись? Они что, испугались нашей возобновляемой энергетики? Может, у нас видеоблогинг такой, что просто страшно стало?

Нет, они испугались, потому что единственная проблема, которую можно было решать и в Венесуэле, и в Сирии, и в Ливии, это было связано исключительно с нами. Поэтому если бы всего этого не было, мы бы сейчас ковырялись, как Иран и Венесуэла, в лучшем случае.

Р. Голованов:

- Сергей, если бы не было России в Сирии, вы не считаете, что мы потеряли бы очень важную геополитическую позицию?

С. Жаворонков:

- Я хотел бы процитировать известного писателя Виктора Пелевина. Он в своем первом известнейшем романе «Generation П» написал, что геополитика это конфликт между левым и правым полушарием. Я разделяю эту точку зрения. Геополитика это просто лженаука. А с точки зрения интересов России Сирия это просто чистый убыток. Это даже нельзя сравнить с Венесуэлой.

Роман Голованов

Р. Голованов:

- Можете сказать с цифрами?

С. Жаворонков:

- Да пожалуйста. Товарищ Путин в 2005 году простил 11 миллиардов сирийского долга, который сформировался еще во времена СССР. 11 миллиардов умножьте по курсу 64 рубля за доллар на сегодняшний день. Это значительно больше, чем наши годовые расходы на то же здравоохранение.

Дмитрий говорил про расходы на военные цели. Да, они составляют у нас порядка 3 трлн. рублей. Но Дмитрий не упомянул, что у нас есть еще так называемые засекреченные статьи бюджета, которые составляют порядка 20% от расходов. И далеко не вся часть засекреченных расходов лежит в бюджете Минобороны.

В бюджете Минобороны 60% засекречено, но остальные разбиты по всяким самым экзотическим статьям вроде кинематографии, ЖКХ и т.д. Эти засекреченные расходы это прежде всего, конечно, война в Сирии и на Донбассе.

Но на Донбассе сейчас не идут активные боевые действия, а вот в Сирии идут. В Сирии за время боевых действий (у нас Путин в 14-м году засекретил военные потери) 5 генералов уже убили.

Р. Голованов:

- Кстати, про потери. Дмитрий, насколько сильно мы пострадали во время этой войны, какие потери мы понесли за годы сирийской операции?

Д. Абзалов:

- Человеческие? Мы все знаем генералов, которые там погибли. Кстати говоря, они не на месте сидели. Вообще-то, они командовали подразделениями.

С. Жаворонков:

- Вы говорите, там кроме ВКС никого нет. Кем же они командовали?

Д. Абзалов:

- Вообще-то там есть развернутая морская военная база. Там присутствовали эти люди. Кстати говоря, часть из них погибла именно во время операций. Там, естественно, присутствуют российские силы специального назначения.

Так же как там присутствуют силы специального назначения США, Франции и целого ряда других стран, которые тоже там несут достаточно серьезные потери. Вопрос заключается в том, что бы было, если бы нас там не было. Давайте посмотрим. В Идлибе было сформировано подразделение, так называемая «кавказская группа». Там даже самым проблемным было не то, что там было много россиян. Там было много представителей Средней Азии. И численность была более 10 тысяч.

Р. Голованов:

- А если бы нас там не было, что бы произошло?

Д. Абзалов:

- Все очень просто. Хотите узнать, что было бы? Посмотрите на парижские теракты.

Р. Голованов:

- То есть это было бы в Москве?

Д. Абзалов:

- Я напоминаю, что там реально формировались подразделения, которые имели опыт подрывной деятельности. Ребята, которые собирают по ютубам, например, или по телеграм-каналам различные взрывные составляющие… Я напоминаю, что в период самой большой представленности, то есть до того, как мы туда вошли, в среднем ИГИЛ зарабатывал примерно 1,4 млрд. долларов.

Р. Голованов:

- На наркотиках?

Д. Абзалов:

- На нефти. Они контролировали нефтяные поля, поставляли через нефтепровод, через Ирак в направлении южной части Турции. Потом там официально загружались танкеры. Потом эти танкеры спокойно проходили через Средиземное море, например, в Черное море и перемещались дальше. Кстати говоря, об этом писали не только российские издания, это данные, которые я, например, цитирую по Washington Post. Это данные, которые частично были представлены на парламентских слушаниях в США. Отдельные слушания были по расходованию денежных средств США на территории Сирии. Кстати говоря, в моменте они расходовали больше, чем мы.

Спокойно зарабатывали. Большая часть этих денежных средств знаете, на что шла? На информационную составляющую. У них было отдельное министерство, связанное с пропагандой и информацией. Они создавали отдельные каналы. В эти направления заводились колоссальные денежные средства. Там формировались полноценные подразделения, которые после этого были активно представлены.

Я напоминаю, в Таджикистане было целое восстание ОМОНа, с руководителем этой организации, который взял и перешел границу на территорию, объявив о том, что собирается воевать за светлое будущее.

Р. Голованов:

- Сергей, вы понимаете, к чему могло это все привести, если бы не было там наших войск?

Сергей Жаворонков

С. Жаворонков:

- Я вам доложу, что количество терактов на Северном Кавказе… Возьмем Дагестан, он был на момент создания ИГИЛ самой горячей точкой. Там количество погибших сотрудников правоохранительных органов было более 500 в год. Сейчас это где-то 25-30 человек. Фактически количество терактов в Дагестане снизилось на порядок. Так что если мы говорим, к чему привел ИГИЛ, то ИГИЛ привел для России, так же как и для ряда других государств (прежде всего арабских) к резкому сокращению террористической угрозы, потому что все эти товарищи уехали в Ирак и в Сирию. Нам этого не понять, но по их вероубеждению… Раньше они говорили так, что джихад там, где ближе, то есть где удобнее. Но когда значительная их часть признала, что создано «Исламское государство», есть халиф, тогда они применили другие свои правила, что раз есть халиф, то все мусульмане, которые не являются какими-то увечными, калеками, не выполняют специальные задания халифа, они все должны переехать на территорию этого «Исламского государства». И они реально поехали. Огромное количество и проповедников, и рядовых джихадистов туда поехало. То есть Россия в этом смысле не то, что что-то предотвратила в Сирии. События в Сирии для России были случайным образом благоприятными. Но это было бы в любом случае. Грубо говоря, воевали бы сейчас Асад с ИГИЛ или воевала бы светская оппозиция, Сирийская свободная армия, которая в Идлибе находится, или курды…

Д. Абзалов:

- Ваше представление о регионах, конечно, очень оригинальное. Где курды находятся?

С. Жаворонков:

- На северо-востоке Сирии. Они с помощью американцев освободили Ракку.

Д. Абзалов:

- Напоминаю, Ракка до сих пор не заселена, они ее разбомбили.

С. Жаворонков:

- А с Алеппо что произошло? Алеппо не разбомбили?

Д. Абзалов:

- Я напоминаю, что в Алеппо, между прочим, возвращаются граждане, там не разрушено более 70% всех домов.

С. Жаворонков:

- Да вы что?

Д. Абзалов:

- Посмотрите ютуб хотя бы, если вы не разбираетесь в этой составляющей. Второй очень важный момент. Отличное представление о террористических актах. Вы в курсе, что в Саудовской Аравии число террористических актов увеличилось? Ну, особо не следует разбираться, что такое йеменская война, и почему количество увеличилось. Можно от балды же цифры называть.

Я напоминаю, что люди, которые приехали сюда, потом вернулись. В Европейском союзе количество терактов выросло в разы, если вы не в курсе.

Сразу после 2014 года появились теракты даже в тех странах, в которых их даже не было. Берем ту же Германию. Она была известна тем, что там не производилось ни одного террористического акта. После этого несколько террористических актов произошло, было наезды на Рождество. Были нападения с ножами.

Скандал в Кельне был с этим связан, который был причислен к криминальным нарушениям. Люди, которые приехали через Турцию непосредственно в Сирию, они потом возвращались обратно. Многих ставили на контроль.

Те же французские представители спецслужб, которые после расследования, посвященного терактам в Париже, показали, что связь с сирийской составляющей была самая сильная.

После этого началась реформа правоохранительных органов во Франции, которая позволила сделать единый контур, который будет следить в том числе за Сирией. Все люди, которые пересекали границу, становились сразу же под контроль. Часть из них участвовала в терактах. А там создавались полноценные боевые структуры.

Посмотрите данные, которые поступают из Хан-Шейхуна. Туда привезли иностранных журналистов, до этого показывали российским журналистам.

Это территория, которая была раньше идлибовской. Там есть целые подземные города, куда можно было въехать машинами. Собирались шахид-машины. Человека внутри машины со взрывчаткой запаивали, чтобы он не мог оттуда выйти. Его основная задача заключалась в том, чтобы взорваться перед войсками, которые действовали. Или диверсионную деятельность производить.

Я сомневаюсь, что это укладывается в гуманитарные представления. Это очень серьезные проблемы возникли. На 2014 год, на момент прихода туда, более 60-80 % территории Сирии было под контролем ИГИЛ в той или иной степени. Более того, у них было достаточно серьезное вооружение и экономические ресурсы. Они контролировали значительную часть территории Ирака современного, включая нефтеналивные структуры, которые связаны с Мосулом.

Р. Голованов:

- А чем это могло для нас обернуться?

Д. Абзалов:

- Сейчас ИГИЛ, тогда разрабатывались планы прохождения в направлении Афганистана, что и произошло. У нас там дальше начинается Средняя Азия. Моменты атаки на пограничные заставы участились в несколько раз за последние годы. Представьте, что у вас будут полностью подготовлен боевой сегмент, который будет возвращаться спокойно обратно. А были попытки возвращения на территорию Российской Федерации. Я уже не говорю о том, что этот информационный ресурс, все последние действия, которые происходят, люди получают информацию с тех ресурсов, которые были созданы еще тогда. И эти паблики, и эти группы, и закрытые каналы. Это были очень серьезные вызовы. Представьте, что было бы, если бы у нас было целое такое государство, точнее – полтора, с учетом Ирака.

Вадим из Самары:

- Давайте вспомним ситуацию, в результате которой мы ввели войска в Сирию. В свое время господин Обама заявил о том, что Россия превращена в региональную державу, в геополитическом плане она мало что значит.

Дмитрий Абзалов

Д. Абзалов:

- Он обозвал нас бензоколонкой.

Вадим:

- Мы после этого в столь чувствительный для США регион – Ближний Восток ввели свои войска и начали там активно участвовать. Объяснение о том, что это исключительно мотивация – борьба с терроризмом, мягко выражаясь, это политологическая брехня.

Р. Голованов:

- Вы думаете, что мы туда вошли поиграть мускулами и показать свою силу и мощь мировую?

Вадим:

- Чтобы активно оказывать политическое влияние в том регионе, который влияет на определение…

Д. Абзалов:

- Полностью согласен.

Р. Голованов:

- Это достижение или минус больше?

Д. Абзалов:

- Ситуация началась с «арабской весны», о которой потом Обама говорил, что это могла быть ошибка.

Был дестабилизирован Египет, Мурси пришел к власти, исламисты радикальные, которых потом пришлось свергать американским коллегам. Ливия оказалась дестабилизирована. И все эти последствия проявлялись в том числе в направлении Сирии. Есть еще военно-политическая составляющая. Раньше считалось, что у нас есть пространство СНГ, дальше которого мы не вылезаем.

С нами вообще никто ни о чем не договаривался на Ближнем Востоке. Мы имели позицию по Ираку вместе с Великобританией и Германией. Мы говорили: нельзя вторгаться в Ирак без решения Совета Безопасности ООН.

Все нас плюнули с высокой колокольни и прошли в Ирак без решения СБ ООН. После этого 60 % жителей это страны уехали в ИГИЛ.

Когда мы туда зашли, когда у нас там появилась суперпозиция, когда мы стали договариваться, с нами стала договариваться и Саудовская Аравия. До этого мы с ней плохо взаимодействовали.

Турция стала договариваться после того, как мы поставили С-400. С Израилем стали договариваться и выстраивать отношения по военной составляющей. То же самое касается Ирака, Ирана. После заключения соглашения по всеобъемлющему плану, Иран начал заигрывать с американцами, с британцами. Наши контракты стал отменять. Мы серьезно укрепили здесь позиции. С нами бы вообще никто не разговаривал по вопросу Ближнего Востока, если бы у нас этой Сирии не было.

Р. Голованов:

- Сергей, до момента, как мы оказались в Сирии, на нас смотрели так, что с Россией можно не считаться по многим вопросам.

С. Жаворонков:

- Я товарищу слушателю предложил бы возвращать статус великой державы за свой личный счет. Куда-нибудь поехать добровольцем помочь Башару Асаду. Сейчас это происходит за счет бюджета России. За счет того, что в России пятый год падают реальные доходы населения.

Д. Абзалов:

- Они не из-за Сирии падают.

С. Жаворонков:

- Я говорю, что надо, чтобы все такие контуженные геополитикой товарищи сами лично куда-нибудь ехали в Сирию, в Ирак, в Венесуэлу, в ЦАР, в Донбасс. Пусть они туда съездят и за свой счет там утилизируются. Мне лично никакой Сирии не надо.

Д. Абзалов:

- Так вас никто и не спрашивает. Большинство населения так не считает.

С. Жаворонков:

- Большинство населения против войны в Сирии. Это новый Афганистан. Причем даже многие поклонники Путина против войны в Сирии, что важно подчеркнуть.

Д. Абзалов:

- Где массовые акции «Все против Сирии!»?

С. Жаворонков:

- Есть товарищ Гиркин, известный под псевдонимом Стрелков.

Роман Голованов

Р. Голованов:

- Вот это пример!

С. Жаворонков:

- Этот пример несколько лет назад вы пиарили как русского героя, вождя и так далее. Меня кто-то может понять, что я сторонник то ли курдов, то ли суннитской оппозиции в Идлибе. Это глубоко не так. Я считаю, что, по большому счету, и асадиты, и курды, и сунниты – это одни и те же дикари. Воевали сунниты с шиитами больше тысячи лет.

Д. Абзалов:

- Вы оскорбляете целые этнические группы на территории Сирии.

С. Жаворонков:

- Они еще будут тысячу лет воевать там. И не надо туда соваться. Это не наша война. Нам на это абсолютно плевать.

Д. Абзалов:

- Это война, которая могла перекинуться на нашу территорию. Не надо оскорблять страны, не зная их происхождения.

С. Жаворонков:

- Россия, что ли, родилась в этой Сирии идиотской?

Д. Абзалов:

- Я говорю о том, что не надо оскорблять отдельно взятые страны и этносы только потому, что вы посчитали себя немного повыше их.

С. Жаворонков:

- Мы реально повыше их. Уровень образования, душевого ВВП и прочего.

Д. Абзалов:

- ИГИЛ начинался именно с этого, когда посчитали, что некоторые поумнее остальных.

Тимофей, Липецк:

- Колоссально повысилась боеспособность наших вооруженных сил. Если бы мы эти деньги оставили здесь. У нас в экономическом блоке сидят последователи альтернативно одаренного господина Гайдара, которые ведут экономическую политику. У нас колоссальный профицит бюджета. Что, у нас экономический рывок? Мы вкладываем в экономику, в развитие? Нет, мы сидим и боимся, что у нас инфляция повысится. Никуда не даем деньги. У нас бы эти сирийские деньги лежали в американских бумагах. За это и агитирует господин Жаворонков.

С. Жаворонков:

- Это вранье. Потому что правительство возглавляет глава партии «Единая Россия» Дмитрий Медведев, а никакой не Гайдар. Он назначен по предложению Владимира Путина Госдумой. Точно так же у нас и Кудрин, и Набиуллина назначены Госдумой по предложению Путина. Так что не надо рассказывать сказки, что какие-то злые либералы оккупировали правительство, а товарищ Путин ничего поделать с ними не может. Все правительство – это «Единая Россия» и Владимир Путин.

Р. Голованов:

- Виновных нашли.

Д. Абзалов:

- Силуанов будет счастлив это узнать.

С. Жаворонков:

- А он член партии «Единая Россия».

Д. Абзалов:

- А Мау чей?

С. Жаворонков:

- Мау – не член "Единой России".

Д. Абзалов:

- Он какой вуз возглавляет? Государственный или нет?

С. Жаворонков:

- Государственный. Но не состоит ни в какой партии.

Дмитрий Абзалов

Д. Абзалов:

- А по представлению кого он стал главой государственного вуза?

С. Жаворонков:

- А какая разница? Он, в отличие от Медведева, не состоит ни в какой партии.

Д. Абзалов:

- С определенного момента была обозначена позиция, согласно которой все вооружения, которые поставляются нам и идут на экспорт, должны обязательно апробироваться в Сирии. Некоторые игроки, которые поставляли всякую специфическую продукцию, в реальных боевых условиях показывали очень эффективные решения. И это было одно из условий. Если в Сирии этого нет, это на госзаказ и на экспорт не идет. Большинство вещей, которые мы серьезно и эффективно продаем, апробировано в Сирии.

Р. Голованов:

- И наши военнослужащие.

Д. Абзалов:

- 90 % всего состава ВКС прошло через Сирию. У них есть реальный боевой опыт. Американцы через Ирак прогнали значительную часть своего состава. У нас значительная часть всего сегмента других вооруженных сил проходила через Сирию. Там идет эффективная ротация. Это совсем другая среда. С военной точки зрения у нас очень много на доработку пошло вооружений именно из-за того, что они неэффективно себя показали в боевых условиях. Самый большой контракт у нас идет с Египтом. А чего это они наши СУ решили покупать? Потому что они увидели, как на них воюют ВКС в Сирии. Как они уклоняются, как выполняют боевые задачи. Можно сколько угодно макетов предоставить, если они этого реально не видят, они это не возьмут. У них рядом идет война, та же Ливия. Они должны понимать: если что, к ним туда может прилететь. Они должны поддерживать свои ВВС. То же самое – Индия, Китай. Китай, вопреки санкциям, купил у нас С-400. Потому что «Пэтриот», как показала практика Саудовской Аравии, не то что не сработали, они ни разу не сработали по ракете. Они ее даже не увидели. Это неэффективная система ПВО.

С. Жаворонков:

- А сколько американских и израильских самолетов, бомбящих Сирию, нелегитимно, с вашей точки зрения, сбили хваленые С-300, С-400?

Д. Абзалов:

- Российские С-400 и С-300 развернуты вокруг Хмеймима и нашей базы Тартус. Там ни один израильский или американский самолет никогда не летал.

С. Жаворонков:

- Остальную Сирию они могут бомбить – и нет проблем.

Д. Абзалов:

- После того, как была развернута система ПВО в Сирии, там стоят С-200, другие структуры, они нормально справляются. Тот же израильский воздушный бой над Дамаском показал, что эффективность поражения у них серьезно снизилась, когда там установили нормальную систему ПВО.

Роман Голованов

Р. Голованов:

- Если бы не было Сирии, мы бы там не смогли провести обучение военных. Мы там отработали наши вооружения. Там прошли подготовку наши солдаты. Но мы не потратили на это денег, которые не были заложены…

С. Жаворонков:

- Очевидно, дешевле проводить учения на территории России, чем на территории Сирии.

Р. Голованов:

- Они не были бы такими эффективными.

С. Жаворонков:

- А в чем эффективность?

Д. Абзалов:

- Если против вас реальный противник, если ставятся реальные боевые задачи – это одна ситуация.

С. Жаворонков:

- Реальный противник – это кто? Эти ребята «тапочники»?

Д. Абзалов:

- Переносными ракетами, которые они таскают. У них ПТУРы есть, которые им поставляют американские коллеги. Это ребята с хорошим вооружением. Наша РЭБ оказалась самой эффективной. Она вынесла значительную часть «Томагавков», которые летели во время удара, работает с дронами, с которыми американские «Пэтриот» не справились. Эффективность радиоэлектронной борьбы связана именно с ситуацией в Сирии.

Р. Голованов:

- Сергей, вы говорили, что люди в России не поддерживали войну в Сирии. Результаты голосования: за позицию Дмитрия Абзалова проголосовали 84 % слушателей. За позицию Сергея Жаворонкова – 16 % слушателей. Нужно ли нам выходить из Сирии?

Д. Абзалов:

- Конечно же, мы бы очень хотели, чтобы в Сирии ситуация разрешилась миром. Нельзя бесконечно там находиться. Мы к этому идем. Если бы наша задача заключалась в том, чтобы просто разбомбить все и оттуда выйти, мы уже все бы это сделали. Ирак так же и сделал. Но мы идем к тому, чтобы стабилизировать ситуацию. Наша задача заключается в том, чтобы в Сирии был мир.

Р. Голованов:

- Победил Абзалов в этом споре.