«Кризис усиливать все плохое»: почему единство россиян не прошло проверку коронавирусом

Люди в масках и перчатках
Елена Афонина и Андрей Баранов поговорили с экспертами о том, удалось ли россиянам сплотиться перед лицом общего врага — пандемии коронавируса.

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


Е. Афонина:

- В течение ближайшего часа в прямом эфире радиостанции "Комсомольская правда" с вами ведущие программы «Национальный вопрос» - Андрей Баранов…

А. Баранов:

- …и Елена Афонина.

Е. Афонина:

- Сегодня мы решили поговорить вот о чем. Когда мы с вами жили не в такой напряженной, психологически сложной ситуации, когда ты не знаешь, что принесет тебе день грядущий, это не очень способствует тому, чтобы люди расслабленные были, мы слышали одно: вот когда, не дай бог, но придет общая беда, вот тут-то мы все сплотимся, мы забудем о своих собственных проблемах, о том червячке потребления, который нас подтачивал изнутри. Мы во имя единой цели будем действовать как единый общий слаженный организм. И вот беда пришла.

А. Баранов:

- Что называется – открывай ворота. Если сейчас почитать наши соцсети, то чего там только нет. Очень много не то что критических замечаний по поводу того, что предпринимают власти в борьбе с коронавирусом, как себя ведут на уровне муниципалитетов, местные власти. Просто зло полно. Лютой злобы, издевки, откровенной фронды: а вот не буду я ничему подчиняться! Ну ладно, это соцсети. Мы привыкли, что интернет все выдержит. Тем более анонимный. Сиди, плюйся, и ничего тебе за это не будет. Но мы стали наблюдать совсем доселе невиданную тенденцию у нас – дробление пошло административному принципу.

Е. Афонина:

- В связи с распространением коронавируса многие российские регионы ввели особые требования к людям, которые приезжают из московского региона и Санкт-Петербурга. Их обязали на 14 дней уходить в самоизоляцию. Татарстан – 14-дневный карантин москвичей и петербуржцев. Воронежская область – регион обязал прибывающих из Москвы, Подмосковья и Петербурга сообщать о своем приезде и самоизолироваться на две недели. Челябинск решил тестировать на коронавирус приезжающих из Москвы и Петербурга. Алтайский край и так далее…

А. Баранов:

- И таких регионов уже почти половина из 85 субъектов Российской Федерации. И список, видимо, далеко не закрыт. Причем, если почитать в соцсетях комментарии жителей этих регионов, то со злорадством пишут: «понаехали из понаехавшей», «из столицы бегут как крысы, почему – к нам?». Почему такое странное отношение к общей беде, которая может затронуть каждого? И затрагивает каждый день.

Е. Афонина:

- Давайте обратимся с этим вопросом к нашим радиослушателям. Почему общая беда не сплотила россиян? И выдержит ли традиционное единство русского народа испытание коронавирусной бедой? Мы дозвонились до корреспондента газеты "Комсомольская правда" в Новосибирске Вадима Алексеева. Это регион, который тоже ввел карантин для приезжающих москвичей. Как происходит отсеивание москвичей от приезжающих из других регионов?

В. Алексеев:

- Настроения в области по отношению к москвичам адекватные. Если сравнить с теми настроениями, которые были по отношению к людям, прибывающим из-за рубежа, то все хорошо. По отношению к самолетам из того же Таиланда была откровенная агрессия, на мой взгляд, обоснованная классовой ненавистью: вот, какого черта они туда поперлись в такое время, зачем они нужны, пусть они там в Таиланде и остаются! По отношению к москвичам такого нет. У нас предписан двухнедельный карантин тем, кто прибывает из столицы. Либо люди сами находятся дома, либо, если по каким-то причинам есть сомнения, что они дома пробудут, то их принудительно отправляют в обсерватор на две недели. Где, на мой взгляд, довольно терпимые условия созданы.

Но есть еще одна категория «понаехавших из Москвы», людей, которые нарушают самоизоляцию. Недавно у нас был такой человек, который в карантине не усидел, пошел на рынок торговать шашлыком. А у него как раз тест показал положительный результат на коронавирус. Его принудительно забрали теперь на лечение. И по отношению к этому человеку откровенная ненависть у местных жителей.

Е. Афонина:

- Если родственники из Москвы приехали в Новосибирск, к ним есть опасливое недоверие тех, кто проживает в одном доме, в одном подъезде, на одной улице? Сторонятся ли их?

В. Алексеев:

- Есть некое недолюбливание таких людей. Я больше скажу, есть и к местным уже неадекватное отношение, у которых выявили коронавирус, и к их родственникам. Люди уж совсем ничего не совершили, ни откуда не приехали, если даже это считать хоть малейшим прегрешением. Просто, если ты контактировал с кем-то заболевшим, тебя могут побояться, и это граничит с агрессией.

Е. Афонина:

- Спасибо. Чтобы понять психологический аспект этой проблемы, когда мы начинаем шарахаться от тех людей, кто просто кашляет в транспорте, начинают сторониться тех, кто приехал из Москвы и Санкт-Петербурга…

А. Баранов:

- Ладно – сторониться. Начинают ненавидеть их. И власти ненавидят, и те, кто заразился, ненавидит бедняг, которые ни в чем не виноваты. И зреет агрессия в обществе, практически ни на чем не основанная.

Е. Афонина:

- Чем это объяснить? С этим вопросом мы обращаемся к доктору социальной психологии, профессору практики Центра предпринимательства и инновации Сколтеха Максиму Киселеву.

М Киселев:

- Добрый день.

А. Баранов:

- Вы согласны с тем, что видно откровенное неприятие у достаточно большого количества общества предпринимаемых мер, видно, как почему-то свою агрессию и злобу переносят на тех, кто заразился?

М Киселев:

- Психологическая причина этого очень понятна. Интересно, что вы попали как раз на то, чем я когда-то занимался. И по этому поводу писал. Есть такой механизм – стигматизация. Иными словами, одни люди на других навешивают ярлык, который отгораживает. Вот есть мы, а есть они. Есть здоровые, а есть те, которые заболели. И подсознательно глубинно это обосновано тем, что люди хотят дистанцироваться от источника угрозы. Я это изучал когда-то давно в Америке на примере тех групп, которые были особенно уязвимы в отношении вируса иммунодефицита – то есть СПИДа. И это был тот же самый механизм абсолютно, когда люди, которые принадлежали к разным группам высокого риска, они стигматизировались всеми остальными.

Андрей Баранов

А. Баранов:

- Тогда почему же люди не взяли под козырек, что называется, и не сели на самоизоляцию? Они говорят: плевать мы на вас хотели, это вы нашу свободу нарушаете, вы загнали в клетки, вы нас лишили денег, зарплаты. И при этом они сторонятся тех, кто заразился.

М Киселев:

- Эти вещи друг другу не противоречат, как ни странно. Потому что любой кризис обладает таким свойством усиливать все плохое, что до этого накопилось. Наверное, это не новость для вас. И поэтому, когда люди и так испытывают большие трудности, плюс на это наложилось то, что связывается с коронавирусом, плюс, конечно, колоссальное количество людей, которые сейчас остались без работы реально. Щедро президент сказал: вот, давайте всем платите зарплату. Но понятно, что бизнес малый, средний он никаким образом не может всем платить зарплату, он слишком сильно зависит от каждодневной выручки. Так вот, у людей наложилось на это еще и то, что лишили свободы. Само по себе довольно тяжелое дело, когда тебя лишают свободы передвижения, когда ты должен сидеть дома. И довольно жестко.

А. Баранов:

- Но это неконструктивное, противоречащее логике чувства.

Е. Афонина:

- Нам пишут: «Эта пандемия выявит и высветит множество проблем и противоречий в стране и в мире, которые придется исправлять уже после ее окончания, делать выводы». «Я вообще не вижу никакой ужасной беды, чтобы разъединяться. Ведь процент умерших от заболевания мизерный, он менее 1 %. Обычный свиной или гонконгский грипп, туберкулез косили больше», - пишет Константин. Виктор из Твери: «Разъединил страну тот, кто сделал зарплату в Москве в пять раз больше, чем в остальной стране. Именно вы ездите за бугор и везете вирус, а теперь его развозите по всей стране».

А. Баранов:

- Из Твери тоже ездят за бугор и по всей стране ездят. Так что это не совсем правильное замечание.

Е. Афонина:

- Владимир из Нижнего Новгорода: «Наш зам. губернатора съездил в Москву и заработал коронавирус». «Коронавирус обнажает накопившиеся противоречия». Максим Юрьевич, вы подтвердили, что есть определенное напряжение, которое вызвано делением «свои – чужие», «заболевшие – не заболевшие». Какой максимальной точки кипения может достичь эта ситуация? Во что она может вылиться?

М Киселев:

- Я думаю, трезво рассуждая, что она ни во что такое особое не выльется. Но то, что будут, безусловно, усиливаться по мере эскалации в том числе и заболеваемости, будут усиливаться все процессы, связанные с агрессией. Даже озвученные сообщения показали, что в отношении к москвичам и так очень много вопросов, люди крайне недовольны. А здесь просто привязали то, что в Москве коронавирус распространяется быстрее, чем где бы то ни было по стране. Это самый большой мегаполис.

А. Баранов:

- Может, дело в том, что социальное неравенство у нас очень сильно поляризовано?

М Киселев:

- Вы абсолютно правы. В этом дело, безусловно. Кризис, связанный с коронавирусом, конечно же, обнажает и усиливает все те проблемы, я об этом уже сказал, которые и так у нас есть. Проблемы неравенства, проблемы социальной несправедливости, проблемы центра и регионов. Все эти проблемы обостряются, становятся очень видимыми. И люди начинают гораздо более активно высказываться по этому поводу.

Е. Афонина:

- На примере других стран мы видим, какую агрессию в свою сторону принимают те же врачи, которые лечат заболевших коронавирусом, доходит чуть ли не до рукоприкладства. У нас народ горячий. Не начнет физически воздействовать на тех же москвичей, приехавших в Новосибирскую область, в Алтайский край?

М Киселев:

- Конечно, хотелось бы надеяться, что не дойдет до таких крайностей. Но давайте смотреть правде в глаза. Этот уровень агрессии будет только возрастать по мере возрастания самой болезни и по мере того, что, в общем-то, государство, с моей точки зрения, по многим моментам не очень справляется с ситуацией, не очень способно ее контролировать. Возможно, дойдет и до этого.

Е. Афонина:

- Спасибо. Вот эту довольно тревожную тенденцию сейчас видят на самом высоком уровне. В частности, премьер-министр нашей страны Михаил Мишустин призвал региональные власти попытаться палку на перегибать.

М. Мишустин:

- Еще раз хочу обратиться к руководителям субъектов: не надо путать региональные полномочия с федеральными. Любые ограничения должны быть адекватными и соответствовать реальной ситуации. И, конечно, тем мерам, которые введены президентом и федеральным правительством. Об этом Владимир Владимирович говорил на совещании с постоянными членами Совбеза. Он особо подчеркнул, что во время карантина нельзя везде применять одинаковые меры и без оснований подрывать экономическую деятельность.

Е. Афонина:

- А теперь обратимся к нашим экспертам. Тему программы готов с нами обсуждать общественный и политический деятельно Борис Надеждин.

Б. Надеждин:

- Здравствуйте.

Е. Афонина:

- И член Совета по межнациональным отношениям при президента Российской Федерации Богдан Безпалько.

Б. Безпалько:

- Здравствуйте.

Е. Афонина:

- Градус напряжения понятен. Начнем с этого вопроса: эта ситуация разъединяет общество или объединяет нас?

Борис Надеждин

Б. Надеждин:

- Мне кажется, объединяет. В том смысле, что все-таки подавляющая часть наших граждан, и даже москвичей, которые, как известно, особый народ, в целом выполняют указания начальства. То есть реально на улицах мало людей. Я сам умерил свою оппозиционную деятельность сильно. Не призываю ни к чему такому, а говорю: ребята, давайте мы выйдем из этого, а потом будем снова бороться с "Единой Россией», и так далее. На мой взгляд, люди в целом очень дисциплинированные. Хотя понятно, что, когда в стране 150 млн. человек, то найдутся довольно большие группы людей, которые будут вести себя неадекватно.

А. Баранов:

- Но в соцсетях-то что творится!

Б. Надеждин:

- Чем хороши соцсети. Сто лет назад недовольный русский мужик выходил и брал Зимний, гражданскую войну устраивал, черт знает что творилось. А сейчас прошло время, люди сидят, выливают все свои эмоции и агрессию в соцсетях. И очень хорошо. Главное, чтобы не бегали по улицам, не грабили магазины, как в некоторых странах происходит. У нас, слава богу, - нет.

А. Баранов:

- А вы не думаете, что все-таки обуржуазилось немного наше общество? Я понимаю, что те, кто меня слушает в регионах во многих скажет: ну ты сказал! Нищета кругом, а ты говоришь – обуржуазилось? Но есть что терять людям. Какие-то приобретения, удовольствия.

Б. Надеждин:

- Я бы не употреблял термин «обуржуазились». Потому что буржуазии как таковой у нас нет, прямо скажем, в классических терминах «Капитала» Карла Маркса.

А. Баранов:

- Но буржуины-то есть, знаем некоторых.

Б. Надеждин:

- Есть, но такие… Я так скажу. Чем все-таки радикально отличается современное российское общество, причем не только в Москве, а вообще по всей стране, от того общества, в котором созрели гроздья гнева и революция 1917 года. Оно отличается тем, что, во-первых, у нас нет сословного неравенства. Нет диких неграмотных крестьян и таких феодалов, дворян.

А. Баранов:

- Но есть те, которых называли олигархами.

Б. Надеждин:

- Они есть. Но они все равно из того же теста сделаны. Они не потому олигархи, что они дети императора, а по другим причинам.

Е. Афонина:

- Но мы ведь обсуждали, что для жителя отдаленного региона москвич – воплощение буржуазии.

Б. Надеждин:

- Да ну, это сильно преувеличено. Я нахожусь в Талдомском районе, в самоизоляции, на даче. 80 километров от МКАД. Абсолютно мало чем отличается от Тверской области. Причиной того гнева было то, что чудовищное количество людей, много миллионов тогда, реально жили в абсолютной нищете. У них дети от голода умирали. У нас, слава богу, от голода не умирает никто. Нет случаев, чтобы кто-то умирал от голода. Так или иначе государство российское хоть по 15 тысяч, как в Подмосковье, но дает тем, кто совсем нуждающийся. И пособие по безработице есть. Здесь важно не относительное неравенство, а я согласен, что оно огромное в стране, это правда, так же, как во всем мире, и в Америке такое же, и в Индии, даже в Китае. Но здесь важно то, что у нас нет много миллионов умирающих от голода людей.

Е. Афонина:

- «Много хороших знакомых в Москве - и коренных москвичей, и приехавших. Что касается меня, то никакой агрессии с моей стороны к москвичам нет и не будет. Может, я и белая ворона. Беда пришла ко всем», - пишет Александр из Перми. «Не было заразы, пока москвичи по России не поехали у родственников укрываться», - противоположное мнение. Богдан Анатольевич, как вы считаете, ситуация с коронавирусом объединила нас или разъединила?

Б. Безпалько:

- Я бы сказал даже нечто иное. Мне кажется, что вот этот кризис, связанный с эпидемии ей коронавируса, высветил то, что в нашем обществе уже существует. Москвичей могут попросить самоизолироваться при приезде в другие регионы. В принципе, может, это даже и оправданно. В том отношении, что Москва является центром распространения вирусной инфекции сейчас. Но причина не в том, что москвичи получают зарплату в пять раз больше, и не в том, что они чаще ездят. Многие москвичи получают весьма скромную зарплату, особенно если им больше 40-45 лет. Попробуйте в Москве устроиться на достойную зарплату в таком возрасте. И вас очень удивит результат.

Просто Москва – это очень большой мегаполис. Здесь сконцентрировано почти 15 % населения России. Естественно, что здесь концентрация зараженных будет выше, чем в других регионах, где плотность населения меньше. Это естественный процесс. И здесь причина не в мифическом сверхбогатстве москвичей, а в том, что сама по себе Москва превратилась в такой вот очаг…

А. Баранов:

- Но сознание людей в провинции в регионах другое: а, вы богатые, так вам и надо! А еще сюда приехали! Пошли вон отсюда!

Б. Безпалько:

- Есть и такое. Люди всегда были и с такими настроениями, и с другими. Я помню, меня удивило в свое время, что в Костромской области построить дом стоит дороже, чем в Московской. Потому что там требования строителями предъявляются другие. С другой стороны, мне кажется, что отношение вполне нормальное, здравое, терпимое. Общаясь с людьми, я не вижу какого-то такого неприятия, ненависти к москвичам. Просто все сейчас взвинчены, на нервах, все боятся заболеть.

Е. Афонина:

- Давайте смоделируем ситуацию. Сейчас Москва, Московская область, Санкт-Петербург – печальные лидеры по зараженным коронавирусом. На четвертом месте идет Нижегородская область. Нам говорят, что пик заболеваемости еще не пройден. В Москве, может быть, он будет чуть раньше, чем в других областях и регионах. А теперь представим, что в печальные лидеры выбивается другая область, другой регион. И что происходит дальше? Тот же Новосибирск вводит срочно меры для въезжающих из Нижегородской области, допустим? Это печальная привилегия только москвичей и жителей Санкт-Петербурга?

Богдан Безпалько

Б. Безпалько:

- Ну что вы. Я думаю, что это на самом деле не так. Поймите правильно, всегда есть люди самоотверженные, подлые, равнодушные. Помните, когда произошла какая-то трагедия, часть таксистов возили людей бесплатно, а другие начали задирать цены. Это зависит от воспитания человека. И вот эта реакция тоже от этого зависит. Это срез нашего общества. как будто сделали рентгеновский снимок, и мы увидели. Я не могу спрогнозировать, что будет в случае реализации сценария, который вы сейчас осветили. Я думаю, что какие-то люди начнут, может быть, жертвовать деньги, помогать, беспокоиться, переживать. А кто-то скажет: а, проклятые алтайцы, новосибирцы, нижегородцы…

А. Баранов:

- Почему к власти такое негативное отношение? Один из слушателей написал нам: «Если бы летом 1941 года наше общество проявило себя точно так же, как сейчас проявляет в отношении властей в связи с эпидемией коронавируса, Гитлер к августу взял бы уже Москву запросто». Многие переносят свою агрессию и недовольство, даже злобу на центральные федеральные власти, на местную региональную. Почему так происходит?

Б. Безпалько:

- Я могу ответить несколько парадоксально. Сразу не соглашусь с Борисом Борисовичем относительно того, что революция вспыхнула из-за миллионов голодающих. В реальности революцию делают люди сытые, которые просто хотят жить еще богаче, еще лучше. Голодали же в 30-е годы, ни ничего, никто против Сталина восстания не поднимал.

Наше общество очень демократично, свободно, несмотря на все страшные периоды нашей истории. В Европе все эти правила вежливости, все эти пластиковые улыбки были порождены тем, что если крестьянин не улыбнулся сеньору – феодалу, ему просто отрубали голову. И на востоке точно так же. Поэтому там отношение к власти очень трепетное. Оно выдрессировано столетиями. А у нас, наоборот, человек привык, что власть где-то далеко. И что к ней нужно проявлять признаки внешних атрибуты лояльности, но в целом мы эту власть в гробу видали. Конечно, все испытывают неудобства, все должны чем-то пожертвовать. Может быть, какие-то карантинные меры избыточные. Но они делаются ради общей безопасности. Все должны с этим смириться, я думаю. И пойти на какой-то компромисс.

Б. Надеждин:

- Для начала у меня две реплики по услышанному. Первая заключается в том, что регионы вовсе не москвичам запрещают приезжать, не тем, кто прописан в Москве. А тем, кто возвращается из Москвы, включая резидентов этих самых регионов. Это большая разница. Здесь критерий не в том, что ты москвич, прописан в Москве, а в том, что ты приезжаешь из Москвы. Я знаю очень много людей из регионов, мои знакомые с Белгородчины и так далее, которые просто приехали в Москву в это время и теперь в ней застряли. Потому что, если они вернутся в свой родной регион, на две недели попадут на карантин. Поэтому это вовсе не против москвичей.

А. Баранов:

- Такое отношение к людям, по-моему, еще хуже.

Б. Надеждин:

- Я хотел прокомментировать, что восстания против коллективизации были. Важный момент. Конечно, многие решения нашего начальства – и федерального, и регионального – вызывают вопросы. Например, я готов согласиться, что в центре Москвы лучше всем сказать: сидите дома и не гуляйте. Но я нахожусь в Талдомском районе Московской области. Территория которого примерно как Москва внутри МКАД, а население – 25 или 30 тысяч человек. В поле моего зрения сейчас вообще нет ни одного человека. Я не очень понимаю, почему нужно запрещать гулять в этой ситуации. Даже если все жители деревни, где у меня дача, выйдут гулять, все равно между ними будет не два метра, а двести.

Е. Афонина:

- А сколько сотрудников полиции у вас там, чтобы следить за порядком?

Б. Надеждин:

- Их нет.

Е. Афонина:

- Вот и ответ на ваш вопрос – гулять или не гулять.

А. Баранов:

- Я согласен, действительно, непонятно. Да и в Москве есть места – большущие парки, где вполне могли бы с детьми разочек выйти.

Б. Надеждин:

- У меня есть возможность, я выгуливаю свою большую семью на даче, и дети, и родители пожилые.

Е. Афонина:

- Нам дозвонился Андрей из Саратова.

Андрей:

- По поводу масок. У нас их катастрофически не хватает. Я больше чем уверен, их просто кто-то задерживает. Это реальный момент, который мог бы помочь нам.

А. Баранов:

- В Москве тоже большой дефицит масок.

Ольга с Рублевки:

- По поводу объединения. Я думаю, что, когда основной страх схлынет, схлынет основная часть беды, россияне вместе будут расхлебывать последствия, как обычно и бывает. И как было после войны, скажем. А параллельно я вижу и другую тенденцию к объединению. Россияне, и прежде всего русские, начинают объединяться против гастарбайтеров. Потому что рабочие места заняты. Они заняты в такси, в ЖКХ, в строительстве. А русские и вообще российские мужчины остались без работы.

Елена Афонина

Е. Афонина:

- Рублевка – это ближнее Подмосковье. Есть сайт поиска работы. Я периодически его просматриваю, какие вакансии могут быть в это время, неужели кто-то ищет рабочие руки. Ищут водителей такси. Это так. Это значит, что никакой конкуренции в данной ситуации нет.

Ирина из Воронежа:

- Город Воронеж объединила эта ситуация. Когда я выходила из подъезда, висит объявление: кому нужна помощь, телефоны волонтеров. Выходила в магазин – висят объявления: шью маски, подарю, распространю, звоните. Друзья мои приехали после отдыха в Азии. Им родственники две недели носили еду, ставили под дверью. Общались только по телефону. Конечно, народу надо бы давать не 12130 рублей наличными, а какими-то наборами, как в военное время, раз у нас такая чрезвычайная ситуация, чтобы не пропили деньги.

Е. Афонина:

- Очень взвешенное мнение. Подведем итоги голосования. 24 % наших радиослушателей сказали, что эта беда нас объединяет. 76 % считают, что это нас разъединяет.

А. Баранов:

- Посмотрим, как обстоит дело у наших соседей – за рубежом. У ближайших. Мы дозвонились до нашего корреспондента в Северной Европе Алексея Варенова, он находится в Хельсинки.

А. Варенов:

- Добрый день.

А. Баранов:

- В Суоми народ объединился? Или как у нас – зубы точит на соседа?

А. Варенов:

- Народ объединился. Здесь достаточно высокий уровень доверия правительству. Когда месяц назад правительство попросило всех соблюдать нормы социальной дистанции и карантина, мыть руки почаще и не собираться толпами, то финны стали следовать этим рекомендациям.

А. Баранов:

- А вот рядом у вас пример Швеции, которая вообще решила забить болт на всякие ограничения. Правительство сказало: чем больше людей переболеет, тем скорее будет коллективный иммунитет. А премьер страны Лёвен даже заявил: вы должны быть готовыми к тому, что потеряете многих своих родных. Этот пример свободы финнов не вдохновляет?

А. Варенов:

- Честно говоря, не вдохновляет. На официальном уровне ничего на эту тему не говорится. Но в ученых кругах уже сравнили финскую стратегию и шведскую. И выводы получили ой-ой-ой. Если бы Финляндия, причем не просто Финляндия, а только столичная провинция, где проживает треть населения, следовала бы шведским рекомендациям, то примерно в 96 раз количество погибших было бы выше. Сейчас это 170 человек, а было бы 16500.

А. Баранов:

- Хельсинки на карантине?

А. Варенов:

- Нет, всё, отменили на той неделе. Три недели столица и провинция окружающая были отделены от основной страны. Уже прошел месяц этих чрезвычайных мер, накопился достаточный массив информации для анализа. И начинается период тонкой настройки, подбора мер, которые позволят найти ту самую золотую середину, которая и останавливает распространение инфекции, и способствует оживлению экономики.

А. Баранов:

- Пожелаем успехов финнам.

Не унывайте, оставайтесь дома, все будет хорошо!

Каждое утро известный публицист Сергей Мардан заряжает информацией на вест день! В его эфире найдется место как лучшим спикерам страны, так и диванным экспертам. Мардан даёт высказаться каждому, но и сам за словом в карман не лезет!