«Настроение хорошее, актеры все рвутся»: как будут работать театры и кинотеатры после локдауна

Большой театр
Режиссер Юрий Грымов поговорил с директором «Ленкома» Марком Варшавером, руководителем Театра наций Марией Ревякиной и гендиректором киносети Okko Алексеем Васясиным о том, как будут работать театры и кинотеатры после пандемии.

Мы предлагаем полный текст радио передачи.


Ю. Грымов:

- Сегодня я веду этот эфир не у себя из дома, а веду из театра «Модерн»! Потому что нас открыли! Ура! Вот если бы мы могли здесь сделать фейерверки и овации, это было бы, конечно, замечательно! Потому что это большая радость для всех театров, - то, что с 1 августа открываются театры. И мне сегодня захотелось поговорить с одним из самых влиятельных, больших и интересных людей – это Марк Борисович Варшавер – глава директорской ложи. Кто не знает, это такой некий совет, такая ложа, она не закрытая, она открытая ложа, но там собираются директора. Вот Марк Борисович Варшавер ее возглавляет. Так же он руководитель легендарного театра – «Ленком». Вообще на самом деле он легендарный директор. Ну, понятно, что заслуженный деятель искусств, но он удивительный человек и большой профессионал. Марк Борисович, здравствуйте.

М. Варшавер:

- Добрый вечер! Рад слышать вас!

Ю. Грымов:

- Марк Борисович, скажите, пожалуйста, вот то, что открывают театры, и, по распоряжению мэра, в зале будет только 50% зрителей, как вы на эту новость отреагируете?

М. Варшавер:

- Знаете, конечно, это, наверное, та мера, которая может сегодня быть, но, вы знаете, театр существует все-таки для того, чтобы иметь контакт зрителя с актером, поэтому, если в зале будет ползала, для актера всегда, когда он смотрит из-за кулис, я сам лет 10 с лишним работал актером, поэтому мы всегда смотрели, что творится в зале, сколько людей – это определяет, конечно, самочувствие актерское. Поэтому, безусловно, это не есть хорошо, что будет 50% зрителей. Поэтому мы приняли следующее решение. В августе, с 1 числа, так как сегодня у меня весь коллектив находится в отпуске, а с 1 августа мы начинаем репетиционный процесс восстановления репертуара театра и весь август мы посвятим только восстановлению наших спектаклей, нашего репертуара. А вот с сентября, дай бог, хочется верить, что все-таки эта ужасная болезнь как-то остановится, больше не будет продолжать свое жуткое существование и мы сможем выйти полным составом на сцену. Мы говорим сейчас о 50% заполняемости зрительного зала, но мы не говорим почему-то о сцене. Что делать на сцене актерам? Также 50% выходить надо будет или все-таки разрешено выходить полным составом? Опять же это о драматическом театре. А что делать оперному театру, где на сцене большое количество актеров, хор…

Ю. Грымов:

- Да, понятно, тут много вопросов. Скажите, пожалуйста, а вот зритель, который решится прийти 1 сентября в Ленком, как вы готовы его встречать? Я имею в виду с точки зрения гигиены? Насколько театр готов, чтобы зритель не боялся прийти к вам в сентябре?

М. Варшавер:

- Вопрос вы задали по существу. Наверное, я не буду голословен, что, наверное, единственный театр наш сегодня, который готов к встрече со зрителем именно с этой точки зрения. Что мы сделали? У нас стоят и на служебном входе, и на центральном входе – два шлюза на центральном входе и один шлюз на служебном. Что это такое? Зритель проходит через шлюз и полностью обеззараживается, входя в театр. Плюс к этому, охранник измеряет обязательно температуру каждого зрителя и, если, не дай бог, у кого-то есть температура, то мы найдем слова, чтобы человеку объяснить, что мы, к сожалению, его пустить в театр не сможем.

Ю. Грымов:

- Марк Борисович, а помните эту знаменитую фразу – средняя температура по больнице?

М. Варшавер:

- Ну, конечно.

Ю. Грымов:

- Давайте устроим такое соревнование за среднюю температуру среди театров. Вот театр «Модерн» средняя температура, допустим, 36,7. Ленком – температура 36,4. Можно на эту тему шутить, потому что серьезно уже сильно грустно после такого большого карантина.

М. Варшавер:

- И это правда. Вы знаете, шутить-то мы можем, но зритель, который пришел и заплатил довольно приличные деньги за каждый билет, ему предлагать шутить, я думаю, это не совсем правильно.

Ю. Грымов:

- Марк Борисович, а цены на билеты в Ленком в сентябре останутся прежние или они будут дешевле или дороже?

М. Варшавер:

- По поводу цен. Ленком всегда был демократичным театром. У нас дороже 5000 билетов нет. Но что у нас есть? У нас есть то, что, если мы видим, что зритель не очень берет билеты, что крайне редко бывает в Ленкоме, мы находим в себе силу воли и смелость делать ценообразование ниже , и сразу объявляем это в интернете… Хотя моя точка зрения, если вы спросите, я уверен, что зритель очень потянется, очень соскучился по театру и захочет обязательно прийти в свои любимые театры, потому что у каждого зрителя есть свой любимый театр.

Ю. Грымов:

- Марк Борисович, с какого спектакля – с одного или и двух – вы откроете сезон Ленкома?

М. Варшавер:

- 2 сентября будет открытие театра спектаклем, который ставил наш великий Марк Анатольевич Захаров, это спектакль «Капкан». Практически он его уже поставил полностью.

Ю. Грымов:

- Все-таки это премьерный спектакль, надо сказать, да?

Марк Варшавер

М. Варшавер:

- Да, это премьерный спектакль, «Капкан». И доделывала этот спектакль его дочь. Мне пришла в голову неплохая идея, что будет правильно, если Александра Марковна Захарова доведет дело до конца. Хотя, я говорю, он практически был уже готов – и декорации, и музыка написана замечательная Рудницким Сергеем, нашим композитором. И актеры все с удовольствием помогли Александре Марковне и сами себе, чтобы спектакль получился достойным. И он идет аншлагово у нас, уже прошел, несколько раз.

Ю. Грымов:

- Скажите, пожалуйста, а вот флагман – «Юнона и Авось» - когда планируется в Ленкоме?

М. Варшавер:

- «Юнона и Авось» уже стоит в репертуаре, безусловно.

Ю. Грымов:

- Он в сентябре будет?

М. Варшавер:

- Конечно, конечно. Пять спектаклей на стационаре будет «Юноны и Авось».

Ю. Грымов:

- Прекрасно. Это отличный подарок, потому что, мне кажется, что в этом спектакле вот это преодоление, надежда, любовь к родине – вот то, что в этом спектакле «Юнона и Авось», мне кажется, что сегодня все соскучились по такому драйву, по такому настроению, по таким большим людям. Как вы оцениваете настроение актеров сегодня в театре Ленком?

М. Варшавер:

- Настроение, мне кажется, очень хорошее, несмотря на то, что мы почти пять месяцев не работали. Актеры все рвутся… у нас в репертуаре будущем театра, в портфеле, шесть новых названий спектаклей.

Ю. Грымов:

- Это будет шесть премьер за год?

М. Варшавер:

- Шесть премьер за полтора года. Потому что сейчас мы покажем, уже в августе выпустим спектакль «Моя прекрасная Галатея» - это «Пигмалион» Бернарда Шоу. Далее мы под открытым небом покажем спектакль, где играют наши две замечательные актрисы – народная артистка Татьяна Кравченко и Олеся Железняк. Поэтому хочу пригласить жителей к нам на спектакли. Мы с нетерпением ждем открытия сезона Ленкома! Это будет сентябрь! Приходите, пожалуйста, в гости!

Ю. Грымов:

- А сейчас у нас будет вообще просто уникальный человек! Потому что за совсем небольшое время так наполнить энергией, силой актуальности Театр Наций – это уникальное явление Театр Наций, и у нас в гостях сегодня Мария Ревякина. Мало того, она еще генеральный директор фестиваля «Маска», того самого уважаемого фестиваля, наверное, единственного такой мощности фестиваля театрального «Золотая маска». Мария, вы с нами?

М. Ревякина:

- Да, да, добрый день.

Ю. Грымов:

- Да, спасибо большое, что вы откликнулись поговорить об этом важном событии и сразу же хочу попросить вас как-нибудь потом спланировать свое время и, может быть, прийти к нам поговорить про Театр Наций.

М. Ревякина:

- Хорошо. Спасибо. С удовольствием.

Ю. Грымов:

- Мария, за время этого карантина, за время этой паузы многое ушло в онлайн. И Театр Наций выкладывал спектакли, я как раз посмотрел те спектакли, которые я не видел, - как вы думаете, этот опыт, который случился, что оставит такое интересное Театр Наций онлайн? Или все, потом будет вживую?

М. Ревякина:

- Во-первых, я хотела бы сделать небольшую поправку к вашему представлению. Все дело в том, что, конечно, Театр Наций энергией и идеями заполнил Евгений Миронов, а не я, все-таки, у меня другая профессия, но мы, конечно, работаем, как команда. Что касается программы онлайн. Мы, как и все театры, пытались вспомнить то, что мы ставили, мы хотели, чтобы зрители были с нами, поэтому, все, что нам удалось добиться от авторов, разрешение на показ, вот это количество спектаклей мы и показали. Мы сделали специальные программы еще о том, как ставились спектакли, как мы приглашали самых различных режиссеров, как мы с ними работали, там были курьезные случаи, там были случаи серьезные. Но что касается дальнейшего продукта онлайн, могу сказать только на примере «Золотой маски», что вот наши эксперты, им удалось посмотреть очень много спектаклей, которые были выпущены в режиме онлайн самыми различными театрами и некоторые из них чрезвычайно интересные, это совершенно какой-то новый опыт в сфере театра, хотя мое мнение, может, оно несколько консервативное, все-таки театр – это живой организм, это организм, который состоит из разного рода существ, которых мы называем актеры и зрители, постановщики и зрители, поэтому, мне кажется, без такой живой энергии российский театр, русский театр, он как-то мало себе представляется. Кроме того, конечно, сложно передать онлайн ту энергию и то заражение, которое идет со сцены – в хорошем смысле заражение. Ведь все-таки спектакли – и вы это прекрасно понимаете, как профессиональный человек – они каждый раз разные. Каждый раз иной контекст, иная игра, потому что энергия зала передается на сцену.

Ю. Грымов:

- Я с вами полностью согласен… Я видел многие спектакли своих коллег, прекрасные спектакли, которые я видел вживую и, увидев их онлайн, мне было тяжело, я читал комментарии зрителей, не все были довольны. Можно ли сделать такой вывод, что на «Золотой маске» - вот то, что вы сейчас сказали, что ваши эксперты смотрели онлайн некоторые спектакли – может появиться какая-то специальная номинация про онлайн-трансляцию спектакля?

Мария Ревякина

М. Ревякина:

- Ну, это покажет время. Потому что каждая номинация появлялась, когда уже было понятно, что та или иная художественная форма становится тенденцией, она становится художественной тенденцией, она интересна, она развивается. Это вопрос будущего, скорее. Что касается самих спектаклей онлайн, тут же еще, понимаете, многое зависит от качества съемки. В частности, «Маска» уже несколько лет делает программу «Лучшие спектакли онлайн» - это номинанты или лауреаты «Маски» - но это очень дорогой проект, когда расписывается партитура, например, музыкального спектакля на каждую камеру – это 6-8 камер, это режиссер съемки, и это не с одного раза пишется, хотя называем мы это онлайн. Это все равно монтируется в итоге. И это, конечно, важно, например, для регионов. Когда люди не могут доехать и не смогут никогда доехать до Москвы – это исключено. Поэтому в таком хорошем качестве – то, что мы, например, показываем в кинотеатрах, или же есть какие-то спектакли, которые мы показываем на платформе в этом году «Окко», до этого на Яндексе, то есть, это имеет смысл, когда зрители не могут увидеть хорошие спектакли, которые сделаны в Москве, в Петербурге или в других городах.

Ю. Грымов:

- Да, вы совершенно правы про качество и вот даже союз худруков Москвы, в который я вхожу, мы это обсуждали, и вот за время карантина я имею какое-то отношение к съемкам, и я вот сейчас разрабатываю систему, которой потом с удовольствием хочу поделиться с театрами и чтобы все-таки это было не то что на потоке, но чтобы качество съемки соответствовало качеству спектакля. Это очень сильно не хватает, вы совершенно правы, людям из далеких регионов, которые не могут приехать и мы как раз хотим это делать на более высоком уровне. Но я говорю про другую вещь. Помните, многие театры делали какие-то флэшмобы, делали какие-то такие перфомансы, вот это что-то может остаться и развиваться самостоятельно у Театра Наций?

М. Ревякина:

- Мы специальных спектаклей не делали. Но, например, делали другие театры. По-моему, были спектакли «В точке доступа», был замечательный спектакль в Воронеже у Михаила Бычкова и Дмитрий Данилов специально написал пьесу, именно для этой истории, что семья сидит в разных квартирах, в разных городах живут родители – и бабушка, и внуки – и вот как складываются их отношения? Не потому, что коронавирус, а вообще. Понимаете, это важная тема. Как складываются отношения в семье и что пандемия и вот такая изолированность могут вскрыть какие-то такие вещи, которые, может быть, годами могли бы быть закрыты. Разобщенность людей, холодность их…

Ю. Грымов:

- А вы как переживаете по отношению к встрече этих зрителей, которые придут в ваш театр? Вы открываетесь в августе или в сентябре?

М. Ревякина:

- Мы с конца июля начинаем репетиции и у нас репетируется сразу параллельно три спектакля. Два на большой сцене – это те выпуски, которые должны были состояться весной, и не состоялись по причине пандемии, и декорации, костюмы там готовы и сейчас нужно просто завершить работу. Поэтому мы весь август репетируем. И открываемся мы 3 сентября премьерой «Разбитый кувшин» в постановке Кулябина, затем в середине сентября «Страсти по Фоме», режиссер Марчелли, это все основная сцена. И далее «Лекарь поневоле», малая сцена, Олег Долин. В октябре «Горбачев» в постановке Херманиса. То есть, это уже спектакли, которые подготовлены и нужно их уже нести на суд зрителя, потому что дальше уже совсем будет плохо.

Ю. Грымов:

- Мария, что бы мы в завершение этого нашего блока от Театра Наций могли бы сказать бы зрителям, которые сегодня переживают – ну, кто-то боится идти, у кого-то остался этот страх – ну, потому что мы за три-четыре месяца все испугались. Что бы вы сказали, чтобы зрители не боялись, вот чем бы вы могли их заманить и успокоить?

М. Ревякина:

- Конечно, выбор человек это дело каждого. Но вы должны знать, что все театры, я думаю, не только те, которые находятся на территории Москвы, но все театры соблюдают тот режим, который нам спущен сверху Роспотребнадзором или санитарным врачом того или иного города, мы, безусловно, занимаемся тем, что у нас есть и маски, и перчатки, и дезинфекция, и измерение температуры тепловизорами на входе, и соблюдение социальной дистанции там, где это можно. Но все дело в том, что коронавирус – это совершенно малоизученная и до сих пор непонятная инфекция и, видимо, жить с этим придется долго и человечество как-то должно что-то с этим сделать, совладать, найти вакцину, с другой стороны, выработать иммунитет, поэтому все равно, без такой социальной жизни, вот с моей точки зрения, без театра, наверное, нам тяжелее всех – тем, кто работает в театре – потому что мы не можем без зрителя существовать. Для нас это гибель. Поэтому мы призываем наших зрителей не бояться, предусматривать какие-то меры защиты индивидуальные…

Ю. Грымов:

- Мы продолжаем. Наверное, было бы неполно говорить только о театрах, хотя там большое скопление людей, все соскучились. Надо говорить и о кинотеатрах. Мы пригласили Алексея Васясина, генерального директора объединения киносети кино Okko. Алексей, вы на связи?

А. Васясин:

- Да. Добрый день!

Ю. Грымов:

- Я очень сильно обрадовался, когда сказали, что 15 июля открываются кинотеатры. И вдруг потом они закрылись и перенеслись с 1 августа, как и театры. Как вы думаете, почему?

А. Васясин:

- Мне кажется, это просто несогласованность. Перенесено, а потом анонсировали, был подписан указ Сергеем Семеновичем относительно открытия 1 августа.

Ю. Грымов:

- 15 июля, может, кинотеатры как-то пролоббировали, потому что релизы новых фильмов. Из-за этого сместили на 1 августа? Или это связано с карантином?

А. Васясин:

- Да нет, кинотеатры были готовы 15 июля открыться. Они не опасней общественного транспорта, церквей, чем определенные ритейлы рестораны. Действительно, это совокупность каких-то факторов.

Ю. Грымов:

- Какие у вас ожидания? Реальные. Будет 50% в первые две три недели или меньше?

А. Васясин:

- 50% - это максимальная заполняемость зала. Если по прошлому году, заполняемость несколько ниже – до 20%. Понятно, этап цифра набирается, с утра ходит народу мало, но в выходные практически 100%. И средняя температура по больнице получается порядка чуть меньше 20%.

Если народ распределится равномерно, всегда будет ходить 50%, во что я не верю, потому что большинство работает, несмотря на каникулы, кто-то опасается и так далее, то все будет хорошо. Но по моим твердым убеждениям, ожидаю, что будет заполняемость сначала около 10%. Может, несколько ниже.

Ю. Грымов:

- Получается, что распоряжение 50% зала коснется нас, в основном театров. В большинстве театров идет разговор о 98% заполнения зала. А в кинотеатрах вы не будете ощущать нехватку денег, вы будете работать в том же режиме.

Алексей Васясин

А. Васясин:

- Это немного не так. Театры, наверное, более ущемлены, но если в выходные раньше кинотеатры могли заполнять 100%, а сейчас будет 50%, то средне уменьшится в два раза. Кинотеатры будут не зарабатывать примерно в два раза.

Ю. Грымов:

- А если вам избрать стратегию такую, что попробовать распределить потоки, тем самым, может, спекуляционно, но сыграть на этом, что для безопасности зрителей мы делаем вам такие сеансы, найдите время днем или в воскресенье. Вы же можете растянуть людей, как вы правильно сказали, средняя температура по больнице. Но вал денег у вас будет такой же, если мы говорим про 20%.

А. Васясин:

- Юрий, кинотеатры в среднем зал показывают 6.5 сеансов в день, учитывая что есть ограничения и повышенный интервал, их будет в районе пяти. И ключевое слово «если»: если народ будет приходить утром, хотя в обычной жизни он приходил, скорее, вечером, то да, конечно, все будет хорошо. Я предполагаю, что если не случится, кинотеатры не заработают примерно в два раза. Именно поэтому индустрия надеется, что ограничения в виде 50% заполнения будут иметь краткосрочную перспективу. Максимум полтора-два месяца.

Ю. Грымов:

- Зрителей всегда интересует цена на билет. Она в этот период останется прежней?

А. Васясин:

- Она, скорее, будет ориентироваться на то, чтобы скорее вернуть гостей в зал. И поэтому, наверное, в первую очередь, в краткосрочной перспективе цена на кино средняя будет снижена.

Ю. Грымов:

- А социальные группы, есть прекрасные программы, когда приходят пенсионеры утром и днем, эти льготы останутся?

А. Васясин:

- Конечно.

Ю. Грымов:

- Как по вашим прогнозам в процентном соотношении исчезнут ли какие-то кинотеатры? Или все вернутся?

А. Васясин:

- Я скажу, чего бы мне хотелось, несмотря на то, что мы конкурируем, я считаю, что и мне бы хотелось, чтобы максимальное количество кинотеатров осталось. Это будет привлекательным для обладателей контента и тем больше зрители увидят всевозможных новинок. Чем меньше кинотеатров, тем индустрия будет сужаться. И будет менее привлекательней.

Мне бы хотелось, чтобы все кинотеатры выжили. И все начали работать после пандемии.

Если говорить о реалиях, мне кажется, что не все выживут, к сожалению. В первую очередь, наверное, пострадают малые кинотеатры в малых городах. И дальше посмотрим, какой процент реально не откроется. Сейчас сложно прогнозировать.

Ю. Грымов:

- Вы влиятельная сеть «Синема-парк». Уверен, вы можете участвовать в некоем потом переделе рынка, если выпадают какие-то кинотеатры. И вы можете их выкупать, арендовать, расширять свою сеть, увеличивая тем самым свою мощь. Такие планы есть у вас?

А. Васясин:

- У нас нет планов за счет разорения других расширить. Мы, как амбициозная компания, и до пандемии, и сейчас говорим о том, что рынок достаточно фрагментарен и для того, чтобы на нем зарабатывать, нужно иметь большее количество кинотеатров. И в ближайшие годы нам бы хотелось примерно удвоиться. Если у нас порядка 600 залов сейчас, то в ближайшие три года хотелось бы иметь в районе 1000. Безусловно, это не на костях.

Ю. Грымов:

- За эти четыре месяца люди привыкли смотреть онлайн-кино, к этому мир движется. И эта пандемия подтолкнула и зрителей, и кинематографистов уйти онлайн. Есть ли вероятность того, что интерес к кинотеатрам и к кинопросмотру на экране упадет. Реально. И зрители предпочтут остаться дома с бокалом вина у телевизора.

А. Васясин:

- Этой фобии у меня точно нет. Об этом говорили неоднократно, когда и телевидение возникало. И когда онлайн –кинотеатры возникали. Безусловно, пандемия стала неким катализатором развития онлайн-кинотеатров. Но я считаю, что просмотр кино дома и в кинотеатре – это совершенно эмоционально разные вещи. Как, знаете, любой американский школьник мечтает поцеловаться с девушкой в автокинотеатре, то любой российские школьник мечтает поцеловаться с девушкой в обычном кинотеатре. Это немножко больше эмоционально.

Второе. Безусловно, контент станет шире и разнообразнее. И он будет разделяться, наверное, на онлайн и оффлайн. Потому что фильм «Аватар» нельзя смотреть дома, он настолько эмоционален и экшн, что его надо смотреть в кинотеатре. Есть какие-то сериалы, которые нужно смотреть онлайн, сопереживать, может, поплакать в одиночестве. Это разные вещи.

Я считаю, что надо зрители, наоборот, соскучились. И устали сидеть дома. И хотят выйти в нормальный оффлайн традиционный кинотеатр.

Юрий Грымов

Ю. Грымов:

- Поддерживаю ваш разговор и развиваю вашу мысль. Наверное, вы можете сказать: уважаемые зрители! Приходите целоваться в кинотеатр! Вы четыре месяца целовались дома! Зачем вы это делали?

А. Васясин:

- Приглашаю не только в «Синема-парк», а от лица индустрии приглашаю во все кинотеатры страны! Идите и целуйтесь, пока есть карантин, а в дальнейшем, не знаю, позволят, наверное….

Ю. Грымов:

- Алексей, спасибо, что участвовали.

Небольшая реплика. Вот если бы у меня в театре, а я театром теперь занимаюсь более активно, чем кино, если бы у меня в театре целовались бы зрители, значит, я поставил плохой спектакль. Если кто-то отвлекается на телефоны или на кого-то, это нет. То есть, в кино вы допускаете отвлечение от экрана?

А. Васясин:

-Во-первых, в театре есть антракт, поэтому никто не мешает целоваться во время антракта.

Ю. Грымов:

- Я вас удивлю. Вы давно не были в театре! В антракте тоже не целуются. Все переживают и идут курить.

А. Васясин:

- Это упущение, мне кажется. Эмоции надо разделять с ближним.

Поход в кинотеатр – это не только контент. Это несколько большее. Это возможность пообщаться с близкими, с друзьями. И тут контент зачастую не является главным. Да, конечно, есть фильмы, который экшн, да, конечно.

Ю. Грымов:

- Как обидно это слышать продюсерам или режиссерам! Как обидно! Деньги-то уже заплатили, а то, что на экран можно не смотреть, целуйтесь и так далее.

А. Васясин:

- Ну, нет. Вы же не сможете целоваться так долго. Поэтому, безусловно, отрываясь, надо смотреть на экран.

Я считаю, что если фильм хороший, будут приходить. И целоваться, и смотреть, и приходить повторно. Были фильмы, на которые люди ходили, смотрели по нескольку раз. Это прекрасные примеры из российского «Движения вверх». Лично я смотрел несколько раз.

Ю. Грымов:

- Так они смотрели несколько раз, потому что на первый раз они целовались, по вашей версии. А второй раз пришли кино посмотреть?

А. Васясин:

- Нет, на самом деле, Юрий, вы передергиваете. Первый раз п осмотрели с друзьями, второй с родными, третий раз пригласили бабушек. Я знаю молодых людей, которые на «Движении вверх» ходили по четыре раза. Безусловно, ходили и с девушками, и с молодыми людьми. В том числе, может, и целовались, сопереживая тем героям, которые есть на экране. Там, на экране, тоже целовались.

Я считаю, что если прекрасный фильм, люди будут приходить и, в том числе, целоваться. Это будет прекрасно и для продюсеров. Это значит, что фильм удался, наоборот.

Ю. Грымов:

- Спасибо большое! Приходите в театр, а мы придем в кино!

  • #РКП
  • Источники
Источники: