Металлурги, фашисты и хэппи-энд 75 лет спустя: как датчане перестали русских бояться

Металлургический ковш
Дания — это не Америка, которую каждый день обсуждают. И не Италия или Испания с вожделенными курортами и даже не Британия с королевской семьей. Во всех этих странах много наших соотечественников. Они там работают и живут. А что связывает Россию и Данию?

Скандинавия всегда стояла особняком, старалась не привлекать лишнего внимания суетного мира. Что мы вообще знаем о Дании?

Андерсен, «Лего», датская крона, а еще Швеция у них через дорогу, а там Икея. И мы почти ничего не знаем о связи Дании с Россией и о том, как отечественный холдинг возродил старинный датский завод, который решили разорить и забыть.

Мы разорены, пора в отпуск

Российский журналист Дмитрий Соколов-Митрич опубликовал у себя в блоге отрывок пока еще не вышедшей книги Андрея Текстова.

«Главный герой — рядовой датский металлург Гуннар Ларсон. У которого есть работа только потому, что в Данию пришла Россия», — написал блогер.

Эпизод начинается с воспоминаний Гуннара об объявлении руководства — «Датское предприятия по производству стали» (DanSteel) закрывается, вы больше не сможете приходить сюда на работу каждый день».

Металлург

Триста сорок рабочих остались без дела, которому посвятили всю жизнь. Они ничего больше не умеют. Это случилось 28 июня 2002 года, накануне сезона отпусков.

Пушки из Фредериксверке

«Датское предприятие по производству стали» в 1941 году было построено в городе Фредериксверке. Городок крошечный, население всего 12,5 тысяч человек.

Он вырос вокруг пушечного завода. В 1756 году король Фредерик V решил назвать населенный пункт, как и завод — в честь себя. Сперва был завод Фредерика, а потом и город.

С фантазией у короля Фредерика, как мы понимаем, было так себе. Возможно, суровый скандинавский климат мешал развиться креативному потенциалу.

Завод продолжал работать и исправно поставлять свою смертоносную продукцию. Пушки, сделанные во Фредериксверке работают и до сих пор. Их залпы встречают королевские корабли в порту, салютуют в дни рождения местной аристократии.

Но в 30-е годы завод, как и многие другие, был перепрофилирован. Сталелитейное производство развивалось уверенными темпами даже в период, когда Дания была в немецкой оккупации.

К началу 1945 года от Третьего рейха почти ничего не осталось, и победа над ним была делом ближайших дней.

Но датчане не привыкли надеяться на удачу и опасались серьезной атаки напоследок. Тогда участники Сопротивления решили собрать бронеавтомобиль. В качестве основы был взят грузовик Ford Model AA, одного из участников движения.

Датский броневик

Тогда же рабочие завода начали незаметно выносить после работы листовую сталь. Как им это удавалось, непонятно. Это же не кусок мяса или незаметные детальки!

Но датчане справились. Когда стали накопилось достаточно, приступили к сборке. Запчастей не хватало, процесс требовал строгой секретности и работу завершили только 5 мая 1945. Да, немного припозднились, но подданные датской короны подходят к любому делу основательно.

Броневик получил название «Бронированная машина V3» (Panservognen V3). Считается, что литера V в ее названии обозначала и принятый у Союзников символ победы. Воспользоваться по назначению машиной не удалось, к тому времени уже был подписан акт о капитуляции и немецкие войска сложили оружие.

Правда, однажды на нем все же штурмовали группу коллаборационистов, сотрудничавших с оккупационными войсками. Это был дебют Panservognen V3, после которого дальнейшей карьеры не последовало.

После войны машина некоторое время сохранялась в железнодорожных мастерских Фредериксверка, а затем была передана в копенгагенский «Музей Сопротивления», где экспонируется и по сей день.

Пушки, сталь – а что дальше?

«Датское предприятие по производству стали» долгое время оставалось последним металлургическим заводом в Дании и градообразующим предприятием для Фредериксверка.

Рабочие знали, что у руководства нет денег на модернизацию производства. Кроме того, цены и спрос на сталь падали с каждым годом.

Металлургический цех

В мирное сытое время мы можем позволить себе больше, чем просто беспокоиться о выживании. Поэтому люди вспомнили об экологии, начали беречь окружающую среду.

Деятельность завода перестала соответствовать новым экологическим требованиям. Завод еще был жив, но его, по сути, решили просто усыпить, как старую собаку, которая когда-то была полезной, но сейчас с ней не хочется возиться.

Главный герой повествования Гуннар Ларсон к моменту закрытия DanSteel, успел проработать на нем 25 лет, ему самому было 47. Начинать новую жизнь в таком возрасте непросто.

Вместе со своими коллегами Гуннар устроился на временную работу, но продолжал ждать, что завод снова начнет работать, ведь если нет, что же им тогда делать.

От отчаяния он даже писал письмо Биллу Гейтсу и просил его выкупить производство. Несколькими миллионами больше или меньше, разве это имеет значение для такого богатого человека?

А уж они с ребятами потом расстараются, будут работать изо всех сил, чтобы не подвести нового хозяина. Но письмо осталось без ответа, Биллу Гейтсу не нужна была датская сталь.

От России нельзя ожидать ничего хорошего

А потом Гуннар услышал по радио, что завод купила иностранная компания. В доме постоянно звонил телефон, коллеги оживленно обсуждали новость. Тогда же впервые проскочило слово «русские».

Оператор автоматической линии

«Про Россию я знал, что там была перестройка и гласность, оттуда шли новые ветра — говорит Гуннар Ларсон, — Потом, в девяностые мы слышали про богатых «новых русских», но кто они, чем занимаются и как ведут бизнес — не знали совершенно. Мы, датчане, довольно долго жили в уверенности, что от России нельзя ожидать ничего хорошего», — говорится в отрывке из книги.

Новым акционером стал «Новолипецкий металлургический комбинат» (НЛМК). Всех рабочих пригласили обратно на производство. Не отказался никто, ведь именно на это они и надеялись.

Гуннар сразу же получил повышение. По его воспоминаниям, русское руководство сразу же взяло «быка за рога». Подход у них был не такой, как у прежнего руководства, но к нему постепенно привыкли.

«Однажды, проходя по цеху, русский гендиректор обратил внимание, что под одним из агрегатов осталась невычищенная окалина. Он позвал мастера цеха, показал ему это место и попросил очистить его. Через два дня, снова оказавшись в том же месте, начальник решил проверить, выполнено ли его указание — и залез под агрегат. Под агрегатом все было чисто. Выбравшись, он увидел наблюдающего за ним мастера. «Вы что, проверяли?» — спросил мастер. «Ну, да, — ответил менеджер, мне же надо было убедиться, что вы все сделали правильно». Мастер обиделся, и обиды скрывать не стал: «Вы же сказали сделать — мы сделали», — приводит автор воспоминания своего героя.

Гуннар вспоминает, что новое начальство долго присматривалось к коллективу, относилось как будто с недоверием и постоянно контролировало все процессы. Это было непривычно. Но датчанин не видит в этом ничего плохого, ведь им нужно было убедиться, что завод не разорился по вине халатности рабочих.

Спустя пятнадцать лет совместной работы, коллектив DanSteel и все население Фредериксверка считают русских одной из самых дисциплинированных и трудолюбивых наций. Они оценивают их выше, чем немцев. Хотя, казалось бы, как такое возможно, ведь Германия давно и безоговорочно получила пальму первенства в этом вопросе.

«Вот, например, совещания — датчане любят собраться, позаседать, кофейку попить, пообщаться, пошутить, чтобы было приятно. Все запишут, решений никаких не примут и отложат до следующего раза. А у русских очень все четко: цель, распорядок и способы этой цели достичь. И если соединить креативность и юмор датчан с целенаправленностью русских, получится очень хорошая комбинация», — делится Гуннар.

DanSteel с 2002 года продолжает работать в составе НЛМК весьма успешно. Они по прежнему производят стальные листы, бойлеры, «ветряки», работают на международном уровне.

Сама группа три года назад удостоилась премии Platts Global Metals Awards, которую вручают за высокие достижения в сфере инноваций, лидерства и производственной деятельности в сталелитейном, металлургическом и горнодобывающем комплексах.

Возможно, это не сенсация, не самый захватывающий рассказ, это просто история. История о том, как 340 рабочих получили возможность сохранить свою работу, потому что в Данию заглянула Россия.