Никас Сафронов: «Коронавирус — повод оглянуться, одуматься, пересмотреть»

Никас Сафронов
Никас Сафронов стал гостем утреннего эфира с Ариной Шараповой на Радио «Комсомольская правда». Художник рассказал о своей самоизоляции, о картинах на медицинских масках и о том, как воспринимают мир богачи.

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


А. Шарапова:

- Доброе утро! Сейчас я с большим удовольствием буду стучаться в очень красивый дом – к Никасу Сафронову. Никас, доброе утро! Ты, конечно, меня ждал, ты человек ответственный, я знаю…

Н. Сафронов:

- Конечно, конечно. Доброе утро.

А. Шарапова:

- Я знаю, какой ты гостеприимный, я не раз бывала у тебя в гостях. У тебя так красиво! И еще, знаешь, я буду очень поприветствовать тебя, поблагодарить за то, что ты проснулся специально для нашей программы. Представляете, дорогие друзья, Никас Сафронов, советский, российский художник, умудрился проснуться в 9 утра. Как ты это сделал, Никас?

Н. Сафронов:

- Я приехал с работы, поднялся на балкон, там, где ты была, позагорал чуть-чуть, спустился вниз…

А. Шарапова:

- То есть, ты не спал?

Н. Сафронов:

- Я не спал пока, да. Я же ночью работаю и, конечно, мне в это время еще вполне реально как бы вытерпеть и даже с удовольствием принять участие в такой программе…

А. Шарапова:

- Спасибо, мой дорогой! Скажи, пожалуйста, а как там на балконе? Я помню, последний раз, когда мы были вместе с Еленой Васильевной Малышевой у тебя в гостях, там было так накрыто все вкусно, и такой вид красивый. Какая там сейчас погода у тебя?

Н. Сафронов:

- Погода потрясающая! Я даже вчера дал в Инстаграм вид этот, как солнце встает, какой рассвет, и вообще вид такой прекрасный – от дома композиторов до МХАТа на Цветном бульваре. Сегодня вообще потрясающе! По-моему, сегодня первый день весны. Солнце невероятное, тепло, я даже успел позагорать минут 15. Набирается температура, сегодня будет, наверное, уже 20-22 градуса. Я надеюсь, что все-таки вы, может быть, с Леночкой еще раз найдете время прийти?

А. Шарапова:

- Конечно.

Н. Сафронов:

- Вот я приобрел новые скамеечки, ту мебель я отвез в свой новый загородный дом под Ульяновском. Там прекрасная панорама, пейзаж, там Волга рядом, и там минеральная вода самая лучшая, как мне сказал Тарпищев, лучшая в мире. Я говорю – я хочу, чтобы в Москве ее продавали. Он говорит – не вздумай, все будет из-под крана. Так что, я надеюсь, что вы тоже туда приедете, у меня там 25 гектаров земли, есть два гостевых дома, баня… В общем, там озеро с карпами большое, где можно плавать, пчелы… Там был раньше колхоз, остались яблони, груши, вишни, мед фантастический. Липовая роща, березовая роща. Вот такое место – я специально взял, чтобы там никто ничего не трогал. Огородил, написал таблички «Охота, рыбалка запрещена», там лоси, кабаны. В общем, такое место удивительное. И там недалеко есть обрыв такой, там водится самый уникальный камень – симбирит, он полудрагоценный, нигде больше нет, поэтому его назвали в честь Симбирска – симбиритом… Я надеюсь, что там будет лодка, мы будем кататься, рыбачить и получать удовольствие. Я бы очень хотел тебя видеть… ты настолько светлый, чистый человек, восторженный, настолько благодатный и благодарный…

А. Шарапова:

- Спасибо!

Н. Сафронов:

- А здесь у меня будут скамеечки, будет навес. Потому что однажды мы сели, было жарко, мы к ночи задержались с главкомом военно-морских сил, он до сих пор вспоминает… замечательный человек. Я был у него в Петербурге, он меня принимал в этом шпиле Адмиралтейства с видом на Манежную площадь. В общем, уникальный тоже человек, патриот…

А. Шарапова:

- Никас, вокруг тебя вообще невероятное количество людей, все считают тебя прекрасным другом, очень заботливым. Как вот ты умудряешься все это сочетать? Невероятное количество друзей, ты всем звонишь, со всеми общаешься, много работаешь. Ты вообще спишь когда-нибудь?

Н. Сафронов:

- Когда-то сплю, да. Вообще у меня есть знакомая, Путилина, она когда-то работала с компанией швейцарской посуды… у нее там с дочкой была какая-то история… в общем, справку надо было сделать, чтобы дочка училась где-то в Америке, на медицинском.

А. Шарапова:

- И ты это сделал.

Н. Сафронов:

- Да. Она пишет благодарность, я пишу – не за что. Она говорит – как не за что, а мне уже неудобно, честно говоря, принимать благодарности, мне уже неловко. И вот позвонил, перед тем, как я уехал в мастерскую, есть такой Галибин Саша, и сказал – Никас, я знаю, что ты дружишь с губернатором, я бы хотел, чтобы ты ему сказал…

А. Шарапова:

- И ты сказал?

Никас Сафронов

Н. Сафронов:

- Я пока не сказал, я только получил информацию, что надо поддерживать какие-то районы, где есть старики, у нее там тоже взрослая мама, ей 90 лет… Вот сегодня утром я закончил портрет замечательного человека, Алексея Васильевича Сабунина. Это графика. Ему понравилось. Я ему выслал, он с утра прямо ответил. Потом вот есть такая Катя Торкунова, это дочка Анатолия Васильевича. И вот я еще хотел сказать, что я очень люблю и ценю людей, которые что-то сделали в моей жизни … например, я был маленьким и смотрел «Акваланги на дне», фильм детский, там шпион такой, играет его Юхтин, и у меня когда-то была выставка в академии художеств, в Москве, и мне говорят – Никас, Михалков пришел. Я говорю – да вы что? И вот этот Геннадий Юхтин, замечательный актер, ему уже под 90, наверное, он потрясающий человек, нежнейший, добрейший…

А. Шарапова:

- Никас, у тебя надо учиться, потому что я не знаю человека, о котором ты бы сказал плохо. Знаешь, что меня поразило? Оказывается, ты учился в мореходке. Правда, мало…

Н. Сафронов:

- Да. Более того, я вначале поехал в Астрахань. Это была тоже такая смешная история. Билеты на пароходе стоили 3 рубля, а на самолете 7-8 рублей. И я решил сохранить три рубля или четыре, сел на пароход… и я потратил рублей 20. Потому что все время хотелось есть, а этот пароход шел и шел в эту Астрахань. Я туда тоже поступил, но не стал там учиться, мне кто-то сказал, что в Одессе надо, я уехал в Одессу и там поступил в мореходное. Но год проучившись, понял, что мне ловить рыбу не очень хотелось, я думал, это будет такое путешествие Синдбада или там хотя бы капитана Блада, но через год я разочаровался..

А. Шарапова:

- …и ушел в художники, насколько я понимаю?

Н. Сафронов:

- И уехал в Ростов, да, и поступил в художественное училище, которое сейчас поддерживаю. Я плачу студентам хорошим повышенную стипендию, талантливым студентам, у меня специально есть там премия и они очень благодарны. Они помнят меня, знают, людям и я всегда приезжаю и даю мастер-класс, встречи творческие…

А. Шарапова:

- Как это приятно…

Н. Сафронов:

- Да, спасибо огромное…

А. Шарапова:

- Никас, вот сейчас все много говорят о коронавирусе, о карантине, мой вопрос к тебе совершенно конкретный – ты очень активный человек. Сколько дней карантина ты выдержал?

Н. Сафронов:

- Нет, я придерживаюсь карантина. Я не такой халатный в этом отношении, я достаточно бережно отношусь и к братьям, я стараюсь, чтобы они все получали продукты, и слежу, хожу в маске. Более того, вот сейчас выйдут маски с моими картинами – я тебе пришлю обязательно. Там будет около 70 разных совершенно смешных…

А. Шарапова:

- Масок?

Н. Сафронов:

- Масок. Их можно надевать и на такую, и на такую маску… вот когда ко мне обратился Резервный фонд Ульяновский по поводу помощи приобретения ИВЛ аппарата, я пообещал. Но, пообещав, я понял, что это не так легко сделать. Я кое-как с трудом нашел через какие-то там связи невозможные, и купил этот аппарат…

А. Шарапова:

- А Ульяновск – это твой родной город?

Н. Сафронов:

- Да, я там родился. И вот я привез в детскую инфекционную больницу и передал его этой ульяновской больнице, они были, конечно, очень благодарны, это был первый у них аппарат, дети там болеют и им было очень важно его иметь… И заодно я подарил им маски. И они мне прислали несколько врачей, через главврача, благодарность и что дети стали улыбаться. Потому что там мордочки животных, собак с высунутыми языками, там клоуны… И детям это очень нравится. И вот я видел, что это работает. Если я получу деньги, я, конечно, отправлю их на благотворительность, а вообще, я думаю, я буду брать масками и буду отправлять в детские больницы, где врачи будут одевать эти маски и вызывать удовольствие и радость. Мы так делаем с Лео Бокерия…

А. Шарапова:

- Да, да, я хотела сказать, что ты очень много делаешь для них.

Н. Сафронов:

- Мы приезжали туда – и Церетели, и Рукавишников, такой замечательный скульптор, и делали с ними мастер-класс. Перед операцией и после операции. И дети, когда видят, как все у них получается, они видят результат своего труда, и они быстрее лечатся. Поэтому улыбка – она, конечно, очень важна. А сегодня еще и солнце, и вот я сегодня еще хотел поздравить всех с праздником Вознесения Господня, и сегодня погода удивительная! Наконец-то наступила весна. Хотя затяжная, долгая… хотя через два дня будет уже и лето.

Арина Шарапова

А. Шарапова:

- Хотя, вот, мне кажется, уже наступил такой момент, когда надо уже волевым решением, сверху, сказать – погода должна стать прекрасной! Вот так и произошло.

Н. Сафронов:

- Да, это работает…

А. Шарапова:

- А ты мистик, Никас, да? Ты бы не был художником, если бы ты не был мистиком. Вот скажи, пожалуйста, коронавирус откуда взялся, на твой взгляд? Что за мистика такая этот вирус?

Н. Сафронов:

- Это такой очень сложный момент. Здесь, если верить разным сообщениям, ну, с одной стороны, это, наверное, и кара какая-нибудь свыше… как бы чтобы мы могли оглянуться, одуматься, пересмотреть… Ведь вот тоже удивительно – когда началась эта эпидемия, многие богатые люди купили этот аппарат ИВЛ, не учтя, что они должны обслуживаться еще и врачами и медсестрами. То есть, еще надо 2-3 человека обслуживающего персонала. Вот это удивительно.

А. Шарапова:

- Они просто не образованные. Наличие денег не значит наличие ума, как выясняется.

Н. Сафронов:

- Сто процентов. Более того, уверенность, что они уже избранные, что их не заденет никакой коронавирус, а на самом деле, даже отдыхая в своих куршевелях, многие из них заболели. Вот это тоже один из фактов того, что мы можем пересмотреть свою жизнь, изменить что-то в ней и сделать…

А. Шарапова:

- Никас, если нет ума, то что пересматривать? Ну, скажи… если ума нет…

Н. Сафронов:

- Ну, где-то тюкает все-таки по голове, наверное, люди переосмысливают свою жизнь, понимая, что деньги, которые они зарабатывают, может быть, и не нужны…

А. Шарапова:

- Давай сейчас представим себе такую прекрасную картинку. Богатые люди нашей страны вдруг проснулись утром, послушали нашу программу и сказали – ребята, все отдадим на благо: на строительство домов для пенсионеров, для сирот, для сельского хозяйства… Ты представляешь себе, какой бы великолепной стала наша страна! Почему они этого не делают? Что они такие жадные? Ты с ними часто общаешься, ты бы им сказал бы…

Н. Сафронов:

- Ты знаешь, Арин, они живут совершенно в другом мире, у них другое восприятие. У них что-то отсутствует, вот говорят, что какого-то гена нет… С ними разговариваешь, они не сочувствуют так, как обычно люди сочувствуют простые. У них нет восприятия – вот я там рыбачу с одним человеком, в дельте Волги, а он говорит: а чего здесь столько рыбы, а говорят, что голодающее Поволжье – да они ленивые были, не хотели работать. Я пытаюсь ему объяснить, что, может быть, тогда была засуха, может быть, нельзя было ловить, может, рыбы не было. Он говорит – да нет, это все глупости. У многих совершенно восприятие меняется, оно в процессе, когда люди зарабатывают, начинает атрофироваться какой-то орган сочувствия… Но наступает момент, он возвращается, когда нужно, допустим, во время войны люди отдавали последнее, получали какие-то Ленинские, Сталинские премии, отдавали на танки, переплавляли какие-то свои…

А. Шарапова:

- Никас, давай не доводить до крайности… Но вот, видишь, мы с тобой пофантазировали.

Н. Сафронов:

- Да, да, но все равно по каплям – вот мы говорим, сама вот эта история с коронавирусом, она все равно дает людям другой какой-то взгляд, что-то пересматривается, кто-то страдает от того, что у него уже не 20 миллиардов, а только 5 или 10. А кто-то понимает, что всех денег не накопишь и не нужно, может быть, что-то сделать надо хорошее.

А. Шарапова:

- Вот давай мы с тобой и завершим нашу беседу как раз на таком прекрасном нашем с тобой общем желании, чтобы люди делали хорошее. Отдавали деньги в социальную сферу нашей страны, строили дома престарелых. У меня невероятное желание, чтобы в Москве и в других городах много было таких домов престарелых… мы с тобой еще об этом поговорим… может быть, мы и попросим денег у этих богатых людей и создадим прекрасную, радостную жизнь нашим старичкам. Никас, я тебя люблю, желаю тебе всего хорошего!

Н. Сафронов:

- Взаимно. Ариночка, я тебя тоже люблю и храни тебя, Господь, сегодня особый день такой, а ты человек светлый, чистый, очень трогательный, душевный, ранимый… очень сентиментальный и очень православно русский. Не знаю, насколько ты веришь, но в то же время ты очень глубокий, очень духовный человек…

А. Шарапова:

- Спасибо тебе, дружочек, спасибо! Дорогие друзья, с нами был на связи Никас Сафронов, наш знаменитый художник.

Отдельная тема с Олегом Кашиным
Что будет
У любого события есть две стороны. Спокойно проанализировать явления, понять происходящее, создать объемную и четкую картинку помогает аналитический взгляд политолога Георгия Бовта.