«Отойдите на 3 метра, я вас боюсь!»: в Петербурге слушается дело о криптовалюте скандально известного «повара»

Фото: parkking.ru

Петербургский ресторатор Алексей Бурик — личность, чья популярность в СМИ грозит превзойти даже упоминаемость другого известного «повара» из северной столицы.

Одни пишут о возможной причастности Бурика к рейдерским атакам; другие находят его в числе победителей тендеров на медицинские маски, проданные правительству Санкт-Петербурга по спорным ценам; третьи — жалуются на недобросовестное отношение к работникам его сети заведений ParkKing, отзывами о чём полны профильные сайты.

А пару лет назад бизнесмен Бурик решил стать еще и криптоинвестором, примерно за 30 млн рублей разместив свои «фермы для майнинга» (добычи) криптовалют в дата центре-компании ООО «КриптоЮниверс» в Ленобласти. Предполагалось, что на мощностях этого дата-центра Бурик сможет «майнить» перспективную электронную валюту Litecoin. Но курс Лайткоина примерно в тот же период весьма неудачно обвалился почти в 10 раз: с $350 в конце 2017 года до $30 на пике падения год спустя.

Возможно, по этой причине криптоинвестор Бурик почувствовал себя обманутым как судьбой, так и компанией «КриптоЮниверс». Бурик решил наказать контрагентов всеми доступными способами, стал требовать вернуть его лайткоины (в рублёвом эквиваленте), одновременно утверждая, что их никто и не майнил. Вернее, что оборудование — фермы для майнинга, купленные за его, Бурика, деньги, — приносило доходы исключительно владельцам «КриптоЮниверса».

В общем, история запутанная, особенно в разрезе криптовалют, в которых и не каждый эксперт разберётся. Чтобы выяснить, что же происходит вокруг одного из крупнейших дата-центров России («КриптоЮниверс» даёт работу 150 жителям Ленобласти и Карелии) — наш корреспондент посетил очередное заседание Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Именно там уже несколько месяцев бодаются Бурик и его «крипто-оппоненты».

Адвокат-«Решала»

Последний день осени полного несчастий 2020 года. Начало слушаний задерживается на два часа. Адвокат «КриптоЮниверса», Елена Сагайдачная, привезла с собой целый чемодан документов: акты, выписки, договора, сертификации — всего за полгода судебных разбирательств накопился увесистый багаж материалов дела. (Это, например, документы об аренде майнинговых мощностей, которые подписывал Бурик; подлинность его подписи подтвердили две экспертизы, да и сам Бурик не отрицает, что договора были и услуги по ним оказывались).

В свою очередь, главный адвокат Бурика, Вадим Лялин, прогуливался по коридору налегке, лицо его излучало полную уверенность в победе. Кстати, в Сети господин Лялин имеет репутацию «решалы», бравирующего связями с весьма специфическими кругами.

Сам же Алексей Бурик нетерпеливо переминался с ноги на ногу, советовался с юристами, пытался поймать мобильный интернет в открытое окно — бесполезно, судебные глушилки не дают сбоев.

— Хочется поскорее перейти к судебному решению, потому что дело это по сути своей не сложное, практики в российских судах достаточно, а кроме того, аналогичный процесс компания «КриптоЮниверс» уже выигрывала. Но адвокат Бурика намеренно пытается ввести суд в заблуждение и запутать рассмотрение дела: прошло уже 3 заседания суда, и на каждом появляется какая-то новая тактика, какие-то новые придумки. К арбитражному рассмотрению пытаются приобщить материалы какого-то уголовного дела [против «КриптоЮниверса» — ред.], которое еще не завершено, что противоречит закону и судебной практике, — рассказала мне адвокат Сагайдачная прежде, чем войти в зал суда.

Список из 500 компьютеров

Едва начавшись, заседание сразу перестало быть томным. Стороны обменивались ходатайствами о приобщении доказательств и отмене их приобщения. Попутно срываясь на беззлобный, но громкий крик.

— Помолчите в конце концов, хватит меня перебивать! — говорил адвокат Лялин, пытаясь приобщить к делу «список из 500 компьютеров» [вероятно, речь о тех самых фермах для майнинга, размещённых Буриком в дата-центре — ред.]

— А вы вообще сейчас на самоизоляции должны быть! — парировала один из его ответов адвокат Сагайдачная.

— Я? С чего вы это взяли?

— По вашему же заявлению. С 25 ноября и до 7 декабря вы должны быть на самоизоляции, вы сорвали нам прошлое заседание по этой причине, как же так вы с нее сбежали? И вообще, отойдите на 3 метра, я вас боюсь!

— Я вас тоже, отойдите сами!

В общем, если вы полагали, что самый большой трэш творился на заседаниях «дела Михаила Ефремова» (с участием адвоката Эльмана Пашаева, чем-то похожего на адвоката Лялина) — то отнюдь нет.

Судья понимающе вздыхал и сетовал на то, что коронавирус уже всех в стране замучил.

Долгие споры велись по поводу майнингового оборудования Бурика: было ли оно, если было, то где; куда его увезли и почему никто не может его найти.

Суд опрашивал Лялина:

— Ведь вы нашли оборудование на складах «КриптоЮниверс», почему не забрали его?

— Это не наше! Нам чужого не надо, мы будем искать свое, — отвечал Лялин.

Логика участника процесса была не ясна, возможно, криптоинвестор Бурик предполагал, что найдет лайткоины прямо внутри своих серверных стоек.

Адвокат Сагайдачная попросила пригласить в зал виновника торжества:

— У вас там в коридоре живой настоящий Бурик стоит, давайте его пригласим, пускай он сам расскажет, вывозил оборудование или нет.

Лялин протестовал:

– Это незаконно и неправильно! Тогда уж вызывайте Квасникова и Кочубея, они вообще в розыске по уголовному делу и скрываются от закона!

Действительно ли имеет место уголовное преследование этих двух руководителей «КриптоЮниверс» по делу о предполагаемом хищении криптовалюты — вопрос открытый, их адвокату об этом ничего не известно. Но вероятность есть, ведь, как сказала мне Сагайдачная, «силовые органы очень энергично взаимодействуют с Буриком, отвечая на его запросы день в день документами на нескольких листах мелкого машинописного текста».

А что такое вообще эта ваша «крипта»?

В итоге речь в судебном заседании хоть и шла о криптоинвестициях и валютах будущего, но ход дискуссии напоминал банальный хозяйственный спор. По заверениям адвоката «КриптоЮниверс», так оно в реальности и есть:

— Этот процесс не посвящен криптовалютам, это обычная хозяйственная деятельность двух субъектов предпринимательства. Одна компания заказала у другой услуги, получила их, но не оплатила. Вот и всё, что происходит, — объяснила она мне.

С адвокатом другой стороны, Лялиным, мне пообщаться не удалось: обратив внимание, что я фиксирую происходящее в блокноте, он занервничал в середине заседания, повернулся ко мне и демонстративно сфотографировал на телефон со вспышкой.

В общем, это был фирменный стиль «стороны Бурика»: пока «КриптоЮниверс» пытался ссылаться на многочисленные документы (что в этих документах — другой вопрос), адвокат Лялин по большей части делал экспрессивные заявления и странные жесты.

В целом же процесс осложняется тем, что пока в законе нет понимания, что такое «майнинг», как его регулировать, какое определение дать термину «криптовалюта». В итоге «по существу» суд разбирался в запутанных подробностях вывоза «500 компьютеров» (майнинговых ферм) с одного склада на другой.

Но, не разобравшись до конца, постановил встретиться на этом же месте, в той же компании, 8 декабря. Если «чума 2020 года» не помешает.

А тем временем 1 декабря Правительство РФ внесло в Госдуму проект законодательных поправок о признании криптовалюты полноценным имуществом. Возможно, если эти поправки примут, судебные дела наподобие «Бурик VS КриптоЮниверс» наконец-то сдвинутся с мёртвой точки?

Желая помочь правоохранительным органам, американки вычисляют участников штурма Капитолия и сдают их.