«Это что-то вроде иллюзии»: в СПЧ рассказали о свадьбе стрелявшего в казанской гимназии
24-летний Ильназ Галявиев, отбывающий пожизненное наказание за убийство девяти человек в казанской гимназии №175, зарегистрировал брак с 18-летней жительницей Татарстана. По словам члена Совета при Президенте России по развитию гражданского общества и правам человека Евы Меркачевой, регистрация состоялась 30 июня во время свидания в исправительной колонии №6 «Черный дельфин» в Соль-Илецке.В эфире Радио КП Меркачева рассказала, что знакомство пары началось еще в 2021 году, когда Галявиев был задержан.
«Она написала ему письмо. Произошло это еще в 2021 году, когда его только задержали. И, собственно, вот с этой перепиской все началось», — рассказала она.
Правозащитница отметила, что на тот момент девушка была подростком, а позже рассказывала о сложных отношениях с родителями и о том, что в 16 лет ушла из дома из-за, как она сама утверждала, гиперопеки.Позже девушка приехала на одно из судебных заседаний по делу Галявиева, не предупредив родителей заранее. По ее мнению, интерес к фигуре осужденного возник в том числе потому, что девушка не пришла к однозначному выводу о его роли в произошедшем и пыталась самостоятельно разобраться в обстоятельствах дела.Правозащитница также пояснила, что российское законодательство не запрещает вступать в брак людям, осужденным к пожизненному лишению свободы. По ее словам, такие заключенные могут поддерживать отношения благодаря переписке, телефонным разговорам и редким длительным свиданиям, однако полноценной семейной жизнью это назвать сложно.«Сами понимаете, какая это семейная жизнь. Это что-то вроде иллюзии. И в большей степени это нужно пожизненно осужденным, а не тем девушкам, которые на это соглашаются», — поделилась она.Меркачева добавила, что длительные свидания для пожизненно осужденных предоставляются один раз в год, а телефонные звонки разрешены раз в месяц. По ее словам, несмотря на строгий режим содержания, право на вступление в брак сохраняется, поскольку законодательство исходит из того, что даже осужденные за особо тяжкие преступления не могут быть лишены права на личную жизнь.