Олег Кашин: Соловьева я, конечно, не смотрю. Потому что голова своя дороже

Владимир Соловьев
В программе Радио КП «Москва - Лондон» Олег Кашин, Мария Баронова и Роман Голованов обсуждают главные новости, которые «взрывают» интернет и прессу.

Скачать передачу [mp3, 42.6 МБ]

Мы предлагаем читателям полный текст радиопрограммы.

Р. Голованов:

- Роман Голованов и Олег Кашин вместе с вами сегодня. Олег, вы слышите?

О. Кашин:

- Да, Роман, добрый вечер! Всем Лондоном поздравляю вас сегодня с прекрасным интервью Соловьева.

Р. Голованов:

- Да, Владимир Рудольфович дал интервью.

О. Кашин:

- У вас большой успех. Вы дали раскрыться психопату в чистом виде.

Р. Голованов:

- Олег, давайте без оскорблений.

О. Кашин:

- Это не оскорбление, это диагноз. Поскольку он там и обо мне говорит, поэтому я на это и среагировал. Действительно, кто не видел, всех призываю брать сегодняшнюю «Комсомольскую правду» и читать беседу Романа Голованова с Соловьевым.

Р. Голованов:

- Можете открывать наш сайт. На главной висит. И есть видео нашего разговора. Конечно, я с руганью Олега не согласен, но вот…

О. Кашин:

- Даже если согласны.

Р. Голованов:

- В интервью много было про театр, как он строится. Это такое телевизионный театр. Послушаем отрывок, что он говорил про Олега Кашина.

В. Соловьев:

- Вы чего, себе новых комсомольцев нашли? Вы это дерьмо будете всюду подбирать и давать возможность им изливаться? Всяким кашиным-фигашиным? Не на кого деньги больше тратить? Теперь этих? Ну, молодцы! Да вы лучше напрямую давайте Ходорковскому каждый день звоните! Пусть он вам рассказывает!

В либералов играете? Или просто деньги не пахнут?!

Р. Голованов:

- Ой, это из «Вести» FM был кусочек.

О. Кашин:

- Это прекрасно! Он в интервью вам объяснял, почему он орет в эфире, потому что люди едут на работу и унылый бубнеж им не интересен. Поэтому надо орать! Давайте мы так не будем.

Р. Голованов:

- Вы сейчас всех отпугнули.

О. Кашин:

- Мы учимся у нашего магистра. Нет, он комическая фигура, на самом деле, чего уж там. И обижаться глупо, естественно.

Р. Голованов:

- В основном вашу теорию разобрали. Про то, что внутренние проблемы не обсуждают, потому что они дают небольшой рейтинг.

О. Кашин:

- Слушайте, уже Путин за меня сказал, что хватит издеваться над Украиной. И, кстати говоря…

Р. Голованов:

- Почему кто-то издевается? Почему вы так сразу резко говорите?

Олег Кашин

О. Кашин:

- Потому что, конечно, издеваются. Чего уж там. Есть набор украинцев. Ковтун какой-нибудь, Трюхан и так далее, которые кочуют из передачи в передачу.

Р. Голованов:

- Есть такие. Они приходят. Их же не выдумывают.

О. Кашин:

- Они изображают украинских идиотов.

Р. Голованов:

- Не рассказывают же про какого-то Ковтуна.

О. Кашин:

- Понимаете, где граница? Если ты украинский политолог, но у тебя работа – ежедневно ходить на российское телевидение, наверное, ты уже российский телевизионный клоун. Это разные вещи. Помните, не знаю, жив ли он еще, Майкл Бом. Тоже человек изображал американца много лет.

Р. Голованов:

- Он и дальше ходит, изображает.

О. Кашин:

- Вот, да. Абсолютно уже обрусевший такой турист…

Р. Голованов:

- Смешно, что он в Америке-то был…

О. Кашин:

- Страховым агентом.

Р. Голованов:

- Убежал, наверное, оттуда.

О. Кашин:

- Именно тоже. Если, что называется, меня прогоните вы, прогонят с «Дождя», еще откуда-то, где я есть, видимо, я тоже буду ходить по британским каналам и изображать русского.

Р. Голованов:

- А почему, кстати, уже не пошли на британские каналы? Или не зовут?

О. Кашин:

- Нет, пару раз звали. Я ходил, рассказывал, говорил, что если ваш враг Путин, зачем вам 140 миллионов врагов? Видимо, с этим успеха не имел. По крайней мере, такая опция всегда есть, конечно же, быть русским на экспорт. У меня был период в жизни, я про это писал, даже есть какое-то матерное название на эту тему, когда такой туризм, когда ездишь с конференции на конференцию. И рассказываешь об ужасах, о диктатуре в России.

Р. Голованов:

- Такие наши либералы, которые тикали из России, еще из Советского Союза.

О. Кашин:

- Да, есть мужик, не помню фамилию, он автор одной статьи в 99-м году, которая не вышла, по-моему, в «Ведомостях». Статья о досье Марины Салье, что Путин – главарь мафии в Петербурге. И вот эту статью не опубликовали. Он на этой почве эмигрировал еще в 99-м году.

Р. Голованов:

- Может, статья была ужасной?

Р. Голованов:

- На одном источнике, помешанная на его связях с криминалом покойная Марина Салье была этим источником. И автор, а мы пересекались на разных конференциях, он теперь уже двадцать лет ездит по загранице и рассказывает о том, как Путин связан с мафией.

Роман Голованов

Р. Голованов:

- Вы, наверное, телезритель больше, чем любой из наших радиослушателей. Мне кажется, вы российские каналы не выключаете, программа «60 минут» у вас работает просто круглый…

О. Кашин:

- Программа «60 минут» - отдельная любовь. А того же Соловьева я, конечно, не смотрю. Потому что голова своя дороже. И, между прочим, как комсомолец комсомольцу, как принято говорить, у Соловьева недавно было интересное обсуждение поста Дмитрия Стешина. Я об этом знаю из других постов Дмитрия.

Р. Голованов:

- Вчера был целый час в эфире.

О. Кашин:

- На тему того, что человек будущего не имеет бабушкиного огорода, лишен пола, веры. Тоже какая-то дикость.

Р. Голованов:

- Почему дикость? Очень интересное было обсуждение. И пост. Кстати, колонка Димы Стешина стоит по соседству на полосе с интервью с Владимиром Соловьевым.

О. Кашин:

- Да. И колонку сделали из поста. Пост оказался нашумевшим. И Соловьеву он даже понравился.

Есть две радикальные крайности. Одна – современный западный леволиберал, который утратил гендерную идентичность и, тем более, веру в бога.

Р. Голованов:

- К этому все идет. Границы толерантности должны размыться и человек должен стать «оно».

О. Кашин:

- Взрослый Запад настоящий в это наиграется и бросит. И вернется к старому доброму фашизму, условно говоря. А Россиюшка наша, как раз, когда дорвется до всего этого, когда Путин на пенсию уйдет, вот в России мы с вами увидим, какие будут гей-парады, какие будут гендерные штудии.

Р. Голованов:

- Олег, мы не дадим гей-парадам идти по нашим улицам.

О. Кашин:

- Дадим, чего уж там.

Р. Голованов:

- Кто у нас выйдет на защиту? Вы думаете, если в Екатеринбурге такое творилось из-за обычной картинки на асфальте, то здесь баталии не развернутся?

О. Кашин:

- Мы с вами, Роман, не только комсомольцы, мы ведь старые черносотенцы. И прекрасно знаем, куда девается союз Михаила Архангела или Союз русского народа, когда исчезает сайт.

Р. Голованов:

- Не мы только тут черносотенцы. Чтобы у нас тут здравости в эфир добавилось, к нам в гости пришла журналистка Мария Баронова.

О. Кашин:

- Ой, Мария, привет!

М. Баронова:

- Слава России!

О. Кашин:

- Ты черносотенец, вот ты, Маша?

М. Баронова:

- Нет, извини, я не черносотенка. Я - наше Отечество, все человечество, чего вы все не понимаете.

О. Кашин:

- Тогда ты человек будущего. Квир активист.

Мария Баронова

М. Баронова:

- Квир активист – это человек 1917 года. Это не человек будущего.

О. Кашин:

- Но наше прошлое – западное будущее.

М. Баронова:

- Это как-то страшновато выглядит.

О. Кашин:

- Тогда расскажи нам с Романом, бояться ли нам после Путина жесткого полевения в западном стиле российского общества?

М. Баронова:

- Олег, ты уже взрослый человек. Отец. Вот о чем ты думаешь? Все, что я вам хочу сказать: черная сотня, консерваторы срочно сбегут. Будущее России наступит, когда каждый из нас… Вот сегодня у Вафина в канале был текст. Есть такое «Говорит Юрий Вафин».

О. Кашин:

- Вафин – это из вашей этой, так сказать…

М. Баронова:

- Я понимаю, что с твоей точки зрения абсолютно все телеграмм-каналы, кроме твоего, принадлежат Кристине Потупчик, вот. Но это не совсем так.

О. Кашин:

- Есть еще каналы Роснефти. Я знаю.

М. Баронова:

- Откуда ты это знаешь?

Вот.

О. Кашин:

- Не скажу.

М. Баронова:

- К Юрию Вафину. Отличный там пост. Зайдите «Говорит Юрий Вафин» и прочитайте пост, который сегодня он написал. Если каждый житель России, хотя бы каждый десятый выполнит то, что он сказал, жизнь изменится реально.

Р. Голованов:

- Телеграмм у нас еще не заблокирован?

О. Кашин:

- Как?

О. Кашин:

- Его блокируют, начиная с Сибири и Дальнего Востока. Нет?

М. Баронова:

- Это легенда такая?

О. Кашин:

- Какая легенда? Роскомнадзор объявил, что начинает тестовое запрещение. И у меня есть, у тебя тоже, наверное, иркутский адвокат Лухтин, который жалуется, что нас начали блокировать.

Ты смеешься, ты уже думаешь, что прекрасная Россия настоящего – это Россия сегодня в прямом или переносном смысле. Но реально блокируют. Учатся, тренируются.

М. Баронова:

- Что значит блокируют? Они не умеют блокировать.

Программа в студии Радио КП

О. Кашин:

- Они учатся.

М. Баронова:

- Я слышала много историй про то, как в Китае страшная Китайская стена и все такое. И все плохо, и невозможно ни с кем переписываться. В итоге, конечно, никакой…

О. Кашин:

- Много историй о том, как в Советском Союзе люди читали Солженицына в 83-м году, Конечно, читали. Но одно дело, что ты подпольщик, ксерокопию тебе передают под страхом ареста или когда в книжном магазине можно купить. Естественно, Телеграмом будут пользоваться.

М. Баронова:

- Одно дело подпольная типография, другое дело кнопку лишнюю в айфоне…

Р. Голованов:

- Олег, я согласен, что Телеграмм надо заблокировать в чертовой матери!

М. Баронова:

- Давайте, наконец, молиться и поститься.

Р. Голованов:

- Я зашел, что написал Вафин. Почитал этот текст. Это же про то, как утром правильно ходить в туалет, да?

М. Баронова:

- Нет, как гигиеной заниматься. Полностью если прочитал бы, не ржал бы над этим.

Р. Голованов:

- Олег, это важнее всего! Мы обсуждаем тут конченые глупости, но, наконец, у нас самые важные темы.

О. Кашин:

- Я знаю Марию много лет в разных реинкарнациях.

М. Баронова:

- Я искренне пишу то, что пишу, Олег. Меня никто не принуждает.

О. Кашин:

- Как говорил писатель Шолохов, мы пишем по велению сердца. Просто наше сердце принадлежит партии. Здесь как бы… Мы вчера полемизировали про Синицу. И позиция вашего ведомства…

М. Баронова:

- У нас нет позиции по Синице.

О. Кашин:

- Как же нет? Позиция первого лица вашего ведомства…

М. Баронова:

- Первое лицо нашего ведомства ни слова мне не сказал.

О. Кашин:

- Владимир Путин, да.

М. Баронова:

- Он мне ни слова не сказал, что я за Синицу как бы вписываюсь.

О. Кашин:

- Вот ты вписалась. Объясни мне, пожалуйста, я не знаю твою позицию про Синицу. Ты за него, да?

М. Баронова:

- Я, конечно, не за человека, который пишет об изнасиловании детей. Как ни за Стомахина, как ни за все остальное, что опасно для таких обеспеченных и образованных обывателей, как я, из которых состоит вот эта Россия первого типа, которая в крупных городах. Для нас таки люди абсолютно дикие. И они опасны для нас. И мы полагаем, что это важно – защищать наших детей от таких людей. Но так же я понимаю, что государственное насилие, точнее, образованные обыватели понимают, что государственное насилие будет создавать вокруг гораздо более худшую обстановку, чем просто тексты таких сумасшедших. И сумасшедшие будут усиливать свое воздействие в государстве и вокруг будет хаос. И это совершенно не в интересах образованных обывателей. Родителей, среднего класса, взрослых людей. Не в их интересах. Поэтому для безопасности моей семьи самое важное – защищать вот этих сумасшедших людей, которые, конечно, опасны для нас. Чтобы они потом нас не повесили. Ни те, ни другие.

Программа в студии Радио КП

Р. Голованов:

- Если они будут в изоляции, мы все будем в безопасности.

М. Баронова:

- Конечно, должна позитивная психиатрическая помощь.

О. Кашин:

- Послушайте Лондон, друзья. Маша, ты повторила систему аргументов Светланы Прокопьевой, журналистки из Пскова, которой грозит семь лет за то, что она объясняла, что вот тот парень в Архангельске, который подорвался возле здания ФСБ, он бы не подрывался, если бы не пытки по делу сети. Просто в провинции за это уже сажают, в Москве об этом можно говорить. Пока.

М. Баронова:

- Это ты грозишься, что, указываешь, товарищ майор, куда смотреть дальше?

О. Кашин:

- Я товарищу майору указываю на его лицемерие и трусость, на самом деле.

Р. Голованов:

- А если бы он не был лицемером и трусом? Он сейчас бы ворвался в студию за Бароновой?

О. Кашин:

- Или отпустил бы Прокопьеву. Потому что самое гнусное – наказывать тех, кого ты можешь себе позволить наказать. Это и к Синице относится, потому что Синица ничей и никому не нужен.

М. Баронова:

- Синица должен быть, конечно, наказан за приготовление к изнасилованию. Это совершенно другие преступления. Через 30-ю статью за приготовление к преступлению против половой неприкосновенности несовершеннолетних.

О. Кашин:

- Какой половой? Это убийство.

М. Баронова:

- Не за этот твит он должен. Там все хорошо у этого человека в остальных литературных сочинениях.

Р. Голованов:

- Там больной бред, как он пойдет насиловать детей.

М. Баронова:

- Более того, он в некоторых случаях конкретизирует детей.

О. Кашин:

- Тоже такая история, как написать на сугробе «Навальный». Пока он не писал про ментов, никому до этого не было дела.

М. Баронова:

- Вот!

О. Кашин:

- Помониторьте все соцсети. И угроз любых в разный адрес, конечно, множество. Мы с тобой, Маша, вчера полемизировали про твоего коллегу по блогингу RT, который про моего конкретного ребенка писал теми же словами.

М. Баронова:

- Я блогер RT?

О. Кашин:

- Ортега, Станислав Яковлев, сотрудник RT

М. Баронова:

- Твой друг.

О. Кашин:

- Да, мой друг.

Программа в студии Радио КП

М. Баронова:

- С которым ты поссорился в лоскуты. И потому что наш общий друг Ортега.

О. Кашин:

- Еще раз. Общий друг – это любимец Симоньян. Она называет его рыцарем русского языка. Конечно, она несет ответственность за его выступления в паблике. Его, конечно, не нужно сажать, но когда вы говорите, что Синица опасен, вы, в том числе, ты, Маша, вы, конечно…

М. Баронова:

- Я не говорю про то, что Синица опасен. Я говорю, что его нужно лечить и что его надо судить по 131-й, 132-й, 133-й, 105-й, 134-й.

О. Кашин:

- Лечить надо буквально половину вашего реально крепостного театра Маргариты.

М. Баронова:

- Раз ты недоволен с крепостным театром Маргариты, можно рассчитаться. Ты можешь пойти и написать заявление. Но ты же этого не идешь делать. Значит, ты не был оскорблен?

О. Кашин:

- Маша, ты прекрасно знаешь, что вот в этой культурной традиции, к которой мы принадлежим, писать заявление по статье 282 неприлично. Конечно, я не буду его писать. Естественно, это двойной стандарт.

М. Баронова:

- А вот ты просто не слушаешь здесь! 282-й статьи не должно быть, я против нее. Причем тут 282-я статья, когда твоему ребенку угрожают? Есть еще 105-я статья – приготовление к убийству. А, ты не считаешь, что Ортега занимался приготовлением к убийству? Тогда ты занимаешься демагогией. Я говорю, что за слова сажать нельзя, а за приготовление к действию можно.

Р. Голованов:

- А он прямо реально готовился?

М. Баронова:

- Откуда мы знаем, слушай! Пойдите и узнайте у него.

О. Кашин:

- Мария, мне важно сейчас показать пальцем на вас, на твою среду. Действительно, люди…

М. Баронова:

- Моя среда – Олег Кашин. Семья Бароновых, мой химический факультет и мои однокурсники. Ты знаешь этих людей.

О. Кашин:

- Не кем ты себя ощущаешь, а кем я тебя ощущаю.

М. Баронова:

- Ты знаешь, с кем я сплю? С кем я делю стол и хлеб! И все остальное! Но при этом ты мне говоришь, что это моя среда! Какой же ты хам, Олег!

О. Кашин:

- Ну, правда.

М. Баронова:

- Моя среда – это моя среда. Это моя семья. Это мои близкие и друзья.

Р. Голованов:

- А профессиональная среда?

О. Кашин:

- Работу на дом не берешь?

М. Баронова:

- Какая работа на дом?

О. Кашин:

- Маша, или нашумевший стрим, который вы обсуждаете радостно, вы обсуждаете…

М. Баронова:

- В котором твой друг, которого ты начал… Маргарита Симоньян – это человек, которым я реально восхищаюсь. Типа она мне нравится примерно с момента интервью с тобой. Я знала, что она крутая, она рано все создала, я ей завидовала года так с 2001, чтобы ты понимал. Затем я занялась другими делами в этой жизни. А потом я обнаружила ее в интервью с тобой. И я ее сразу… Какая она классная! Но потом у меня был другой процесс, чем я занималась. Но мне всегда нравилась Маргарита Симоньян. Конечно, мне приятно с ней работать. Кайфово!

О. Кашин:

- Мне тоже нравится Маргарита Симоньян.

М. Баронова:

- Мне нравится ее панк-подход, это мейнстрим. Мне нравится, что она против ветра. Я люблю людей, которые против ветра.

О. Кашин:

- Дай Лондону сказать!

Р. Голованов:

- Прошу слово Кашину дать!

Программа в студии Радио КП

О. Кашин:

- Ты не даешь мне слова сказать! Все прекрасно, канал прекрасный. Холдинг прекрасный и все такое. В масштабах планеты. Но это реально советская тема, что интуристам все самое лучшее. Когда вы повернулись, ты уже там являешься лицом, повернулись к российской аудитории, вы стали таким РИА-фаном. У вас слово «Навальный» употребляется больше, чем слово «Трамп» в русских соцсетях и на русском сайте. Поэтому когда ты говоришь…

М. Баронова:

- А тебе не интересен Навальный? Он всем интересен.

Р. Голованов:

- Вы сами хотели, чтобы на телевидение звали Навального, чтобы его обсуждали. Говорили, что надо допускать.

О. Кашин:

- Навальный украл подвал у политолога Шульмана. Навальный, не знаю, педофил был уже или нет? Короче, в этом формате…

Р. Голованов:

- А что Навальный говорит про RT? Почитайте. Откройте странички и посмотрите, какую гадость несет этот подлец.

О. Кашин:

- Роман, вы Соловьева спросили, почему он не зовет Навального в эфир? Да потому, что он мерзавец. Я не хочу, мне противно куда-то звать Навального. На какие-то эфиры.

О. Кашин:

- Роман, был бы Навальный у вас в эфире, рейтинги бы шкалили и так далее.

Р. Голованов:

- А там и речь идет о том, что мерзко его звать или не мерзко его звать. Зачем?

М. Баронова:

- На RT его зовут очень даже активно.

Р. Голованов:

- Не будет он вести дискуссию! Он будет орать.

Р. Голованов:

- В другие программы его у нас, может, тоже позовут, но не в нашу.

О. Кашин:

- А почему не зовете? Другие программы. Вам не нужны лишние его фанаты?

Р. Голованов:

- Да потому что человек срывается в ор. И человек несет полнейшую ахинею.

О. Кашин:

- Человек реально дико популярный. Что за лицемерия, правда? Позовите Навального в эфир.

Р. Голованов:

- А он придет?

О. Кашин:

- Позовите, чего? Пускай.

Р. Голованов:

- Олег, вы помните, как Кира Ярмаш отгоняла журналистов от него? Когда он стоял и не подходил к людям.

О. Кашин:

- Роман, позовите его со мной поговорить.

Р. Голованов:

- Олег, позовите его к себе на стрим. Не хочу я звать никакого Навального! Для меня это противный мерзавец!

О. Кашин:

- Роман, вы губите свой исторический шанс. Он станет президентом, он вас повесит.

Р. Голованов:

- Надеюсь, что мой исторический шанс…

М. Баронова:

- То, что он нас повесит, если придет к власти, я согласна.

Р. Голованов:

- Огненный эфир продолжается.

О. Кашин:

- Настолько огненный, что орали последнюю минуту, никто ничего не слышал и не понял. Хочу повторить ключевую свою мысль. Вы клевые, вы молодцы, вы прекрасные. Но зачем-то, почему-то вы выбрали такую стезю на русскоязычном рынке, которая уже заполнена конкурентами уровня каких-то диких помоек с заказухой про оппозицию, Госдеп и так далее.

М. Баронова:

- Ты сейчас придумываешь мифологию, занимаешься мифостроительством. У нас просто другой сайт, у нас другой контент. Давай обсудим контент, давай почитаем сайт русскоязычный. Давай посмотрим, какие у нас сегодня там материалы.

О. Кашин:

- Вы в Телеграме живете. Ваши материалы…

М. Баронова:

- Мы на сайте живем!

Программа в студии Радио КП

О. Кашин:

- Я захожу на сайт, там цитата из Пушкина про телегу. Типа, идите в наш Телеграм. Это приоритет у вас.

М. Баронова:

- Я сегодня начала писать пост про Телеграм следующего содержания. Хороший у нас Телеграм-канал, чего вы на него гоните? В смысле, вы реально тупо буллите и понижаете мотивацию людей. Но ничего у вас не получится, потому что я вот прямо сейчас читала наш Телеграм-канал, и просто чтобы с целью… Дальше я пролистывала с целью по-быстрому прочитать на русском языке новости. Потому что в основном я читаю «Москоу таймс» и англоязычную «Медузу», просто чтобы мозг еще работал.

О. Кашин:

- У вас там нет новостей на русском языке.

М. Баронова:

- Я пролистывала в Телеграм-канале, первое, куда нажала, я даже не видела, что это RT, я просто почитала: блин, это же наш Телеграм-канал, а чего на него все наезжают? Хороший Телеграм-канал. Я, образованный обыватель, сегодня воспользовалась нашим Телеграм-каналом, не заметив, что это наш Телеграм-канал. И была довольна.

О. Кашин:

- Тогда скажи, какое сегодня главное событие дня, по версии вашего Телеграм-канала? Навальный подвал украл или что там у вас?

М. Баронова:

- У нас нет по версии главного события. Я занимаюсь благотворительной частью. И социальной.

О. Кашин:

- Какая главная новость, с твоей точки зрения, по твоей новостной иерархии?

М. Баронова:

- Там просто обычный информационный новостной шум, который есть во всех лентах.

О. Кашин:

- Про что новости?

М. Баронова:

- Мне нравится, как они оформлены. Я завтра пойду к нашему SMM-отделу и скажу, чтобы они прекратили рыдать круглосуточно, когда вы каждый раз их обижаете.

О. Кашин:

- Новости про что?

Р. Голованов:

- Олег, ну вы самире постнули историю про Рогаткина.

М. Баронова:

- Главная новость – это то, что Ребровского выпустили сегодня.

О. Кашин:

- Например, да.

М. Баронова:

- Мы первые были, кто сообщил об этом.

Р. Голованов:

- Бари Алибасов и Крот».

О. Кашин:

- В «Комсомолке» первая полоса – Соловьев. Сегодня день такой тухлый по новостям.

М. Баронова:

- Новости – не моя профессия. Я новости потребляю как обыватель.

О. Кашин:

- Маша, ты сама сказала: я – обыватель, прочитала новости, получила контент.

М. Баронова:

-Я выпускник МГУ, со своими достижениями, человек разведенный.

О. Кашин:

- Ты сотрудник RT, у вас есть эта проблема. Это проблема – сам себя не похвалишь…

М. Баронова:

- Нет! Да мне плевать! Я рассказываю сюжет, который честный. Ты можешь думать, что это пиар, потому что ты все время занимаешься мифотворчеством. А я честный человек. И я говорю то, что…

О. Кашин:

- Ты хвалишь свою работу. Это конфликт интересов.

М. Баронова:

- Говори сколько угодно о конфликте интересов. Я говорю правду. И в данном случае я – потребитель англоязычной «Медузы» и «Москоу таймс» обычно, просто чтобы быстрее, у меня сегодня мозг не работал особо, поэтому я подумала: ой, заколебало меня, хочу на русском быстро прочесть новости. И я прочла и поняла, что мне нравится Телеграм-канал. Если мне, обывателю, нравится этот Телеграм-канал, образованному, человеку, на котором держится эта страна, вот на таких, как я, держится эта страна.

О. Кашин:

- Сотруднику, Маша!

М. Баронова:

- Сиди в своей злобе до посинения.

О. Кашин:

- Роман сидит, он же не станет говорить: а какая «Комсомолочка» сегодня клевая.

Р. Голованов:

- Классная «Комсомолка», классная первая полоса. И потрясающая колонка Дмитрия Стешина про то, каким будет русский человек. Читайте «КП», слушайте радио "Комсомольская правда", потому что мы крутое издание.

Программа в студии Радио КП

М. Баронова:

- Также читайте наш Телеграм-канал.

О. Кашин:

- Читайте тогда уж Телеграм-канал Кашина.

Р. Голованов:

- Кто вам платит за канал?

О. Кашин:

- Мы хвалим друг друга. Мне платит аллах, что называется. Все хвалят сами себя. Это утрата базовых привычек.

М. Баронова:

- Надо хвалить себя. Когда мы себя полюбим и выполним все требования Вафина…

Р. Голованов:

- Вафин очень интересно пишет, но даже вторая заповедь – «Возлюби ближнего своего как самого себя». Если ты не полюбишь себя, ты не можешь любить остальных.

О. Кашин:

- Я тоже себя люблю. Но хваля работу, место работы, за которое ты зарплату получаешь, ты не себя хвалишь, ты не себя любишь. Ты любишь… начальству.

Р. Голованов:

- А что же вы это Евгению Попову не рассказывали, когда он нам сюда позвонил и рассказывал о том, что их программа «60 минут» - самая классная. И вы тогда поддакивали.

О. Кашин:

- Я же там не работаю.

Р. Голованов:

- Но вы не противоречили Евгению.

О. Кашин:

- Вы могли меня перебить и сказать: нет, Евгений Попов, говно твоя передача.

Р. Голованов:

- Я считаю, что программа классная.

О. Кашин:

- Именно. Но самому себя хвалить, свое рабочее место – есть в этом что-то не то.

М. Баронова:

- Это правильно. Это то, что надо делать. Всегда, везде, каждую секунду. Хвали себя, своих ближних. Тогда полюбишь весь мир. И тогда мир будет прекраснее.

О. Кашин:

- Твои ближние не связаны с работой. Ты хвалишь свою работу, ты хвалишь то, за что тебе платят зарплату.

Р. Голованов:

- Говоря про работу, которая была до, многим кажется, что был Ходорковский, была работа на него. А потом – бабах!

М. Баронова:

- Я не работала на Ходорковского. Я начала делать все на свои деньги. В 2011 году я делала все на свои деньги, до 2017 года. Когда они у меня закончились, окончательно все стало плохо вообще, я не смогла дальше продолжить работу, потому что в мое время…

О. Кашин:

- Объясни разницу между работать на Ходорковского и с Ходорковским?

М. Баронова:

- На RT я сама по себе. Абсолютно автономна.

Р. Голованов:

- Кто начальник?

М. Баронова:

- Главный редактор русской службы. Я шеф-редактор.

О. Кашин:

- У них подписки о неразглашении. Не надо провоцировать.

М. Баронова:

- Я ничего не разглашаю в данный момент. Очевидно, что я кому-то подчиняюсь. Но я в целом, у меня есть очень широкая автономия, я могу принимать те или иные решения, что делать, каким чиновникам звонить, чего выяснять. Просить наших ребят делать те или иные материалы, подсвечивать социальную тему, искать спасение…

О. Кашин:

- Как ты относишься к анонимным расследованиям…

М. Баронова:

- Мне вообще даже неинтересно это обсуждать. Я просто не понимаю. Я считаю, что абсолютно все материалы должны быть.

О. Кашин:

- С этими материалами соседствуют не совсем редакционные материалы. Там нет подписи. По этим материалам делаются уголовные дела или какие-то неприятности для конкретных людей.

М. Баронова:

- Сколько уголовных дел появилось по нашим материалам?

Программа в студии Радио КП

О. Кашин:

- У Шульмана отжали ТСЖ на твоих глазах, по материалу RT.

М. Баронова:

- Сколько уголовных дел появилось в результате материалов RT? Если у меня Маргарита Симоньян просит не сажать людей обычно, в качестве ТЗ. Не чиновников.

Р. Голованов:

- А история про биткоины и Навального, который…

М. Баронова:

- Я не читала. Я должна ее прочесть и сказать, что я думаю про нее?

Р. Голованов:

- А разве это плохо, когда по материалам журналиста начинаются уголовные дела?

М. Баронова:

- Это плохо. Нельзя сажать людей.

О. Кашин:

- Если это плохо, покажите мне этого журналиста, героя-расследователя, который расследовал подвал Шульмана? Вы мне его не покажете. Потому что его нет. Потому что его зовут «знакомый опер» и он принес готовый материал в редакцию. И он опубликован без фамилии автора.

Р. Голованов:

- У вас тоже выходил материал, после которого был даже целый законопроект Госдумой принят. Который вам тоже принесли, дали, вы его по теме отработали.

О. Кашин:

- Нет, я честно написал этот текст. Его размещали на правах рекламы, заносили деньги в «Известия».

Р. Голованов:

- Не было подписано?

О. Кашин:

- Было подписано: Олег Кашин. На правах рекламы – не было подписано. Это коррупция в «Известиях» тогдашних, наверное. Это плохо.

Р. Голованов:

- А что вы докопались до этой истории с Навальным и RT?

О. Кашин:

- Буквально здесь и сейчас происходит эта история с подвалом Шульмана. Сидел чувак в своем ТСЖ на Рождественском бульваре. Стоило пустить Навального себе в подвал, началась…

Р. Голованов:

- Все было честно, все было гладко?

О. Кашин:

- Очевидно. Потому что до сих пор никто к нему никакого интереса не проявлял.

М. Баронова:

- На «Большом городе» есть хороший материал по поводу Шульмана. Там Света Рейтер в 2012 году разбирала эту историю. Это типичная история про многих странных людей, по лимиту приехавших когда-то… У моей мамы были такие знакомые. Они каким-то образом находили возможность работать дворниками, получали сначала в коммуналках в центре Москвы квартиры. Но при этом социальная активность у этих людей немножко отстает от москвичей. И в итоге большая проблема часто в центре Москвы – разделение старых москвичей, которые очень социально активны, и вот этих, которые…

Р. Голованов:

- Слушатели спрашивают меня, за что я так не люблю Соловьева. Наоборот, я Владимира Рудольфовича очень люблю, очень уважаю, считаю его профессионалом величайшим.

О. Кашин:

- Подтверждаю. Даже за кадром, когда говоришь Роману: правда же, Соловьев – сумасшедший, - Роман никогда не подтверждает это.

Р. Голованов:

- Олег, хватил оскорблений!

М. Баронова:

- Соловьев – очень нормальный!

Р. Голованов:

- Олег, вы общались с Владимиром Рудольфовичем когда-нибудь?

О. Кашин:

- Да, конечно.

Р. Голованов:

- Может, он вел себя неадекватно?

О. Кашин:

- Есть такой тип – психопат. Человек, который может вполне час провести абсолютно в нормальном состоянии, а потом пойдет резать прохожих.

Р. Голованов:

- Почитайте в интервью Соловьева, где он рассказывает, как он ловко использует эмоции, чтобы подогревать интерес зрителя.

М. Баронова:

- Он многих уже зарезал?

Программа в студии Радио КП

О. Кашин:

- Вы что, его хороните? Еще время есть. Мы увидим его с головой чьей-нибудь в руках. Уверен!

Р. Голованов:

- «Олег, на чьи деньги вы живете в Лондоне?»

О. Кашин:

- Я рассказывал уже, на деньги, Маша назвала эту фамилию, Александр Винокуров, владелец издания Republic, куда я трижды в неделю пишу колонки, пользующиеся там успехом. И телеканал «Дождь», это уже не совсем Винокуров, но я там веду передачу еженедельную.

М. Баронова:

- Кто же это еще, если это не совсем Винокуров?

О. Кашин:

- Синдеева.

М. Баронова:

- Ты развел уже этих людей друг с другом?

О. Кашин:

- Почему-то принято считать, что Синдеева – это жена Винокурова, и все. На самом деле это разные бизнесы, разные структуры, разные бухгалтерии.

Р. Голованов:

- «А почему вы ничего не говорите про ростовских ребят, которым дали 6,5 лет строгача».

О. Кашин:

- Моя последняя статья про них была. Я про них говорю, пишу. Свободу Мардасову и…

Р. Голованов:

- Мария, ваше мнение?

М. Баронова:

- У меня короткого ответа нет. Они должны быть немедленно отпущены. Я вдруг поняла, когда я с Ходорковским работала плотно, у меня был нереальный объем работы – 24/7. И в какой-то момент у меня было задание – познакомиться и пообщаться с Мальцевым. Я общалась с этой средой. С ними было очень комфортно находиться. Первое ощущение было – я понимала, что вокруг примерно 40 % людей с погонами и с камерами. А вторые – такие крестьяне из разных мест, от Кавказа до Сибири и около Москвы даже, из Ярославля, которые… Это те, которые участники протестов дальнобойщиков. Это другая Россия.

О. Кашин:

- В Ростове вообще подростки.

М. Баронова:

- Я вдруг поняла, самое ужасное, что я помню лицо одного мальчика… такого сорокалетнего чувака из Дагестана. Я начинаю понимать, что он в это искренне верит. А я говорила: ну да, 5 ноября будет… революция! И я над ним внутренне хихикала, но при этом я им произносила слова, чтобы им понравиться. Вчера, когда я слушала стрим Олега, с ужасом поняла, что эти люди – кто-то из них… я же симпатичная девушка, кто-то мне симпатизировал, кто-то думал, что я за них. Наверное, кто-то из них потом куда-то исчез после 5 ноября. Наверное, эти люди сидят. Я даже не выясняла, где они. И мне просто очень… даже не стыдно, я не знаю, что сказать. Я поняла, что я оказалась тем же человеком, кем для меня оказались многие либералы. Потому что многие либералы произносили слова, которые резонируют с моим мнением, но у них это было неискренне, а у меня – искренне.

Р. Голованов:

- Что у вас с либералами случилось?

М. Баронова:

- То же, что и у многих искренних людей. Проблема политической среды заключается в том, что в политику идут очень многие люди, которые просто хотят власти, хотят управлять массами и которые подбирают себе идеологию и произносят слова, в которые на самом деле они не верят. У них есть некие другие цели, они их для этого произносят.

О. Кашин:

- Роман сбил Машу. Ругать либералов прикольней. Но важнее – говорить про ростовских парней.

М. Баронова:

- Я ровно в той же струе говорю. Я помню, каким шоком для меня было, когда я поняла, что я их восприняла как очень своих людей, многих, я прям верила абсолютно, потому что они говорили то же, что я думаю. Только я-то так думаю по-настоящему, а они просто ищут таким образом людей. Я поняла вчера, что я была вот ровно таким же человеком. Я произносила людям слова, ну, не про взятие Кремля с вилами, а просто какие-то, которые им нравятся. Я им симпатизировала. Я даже искренне симпатизировала. Но ко всему к этому относилась как к безумие, как мы все, те самые образованные обыватели относимся. А потом я просто исчезла. Наверное, я ровно тот же человек.

О. Кашин:

- Просто у тех, кто проявлял интерес к Мальцеву, у них нет публичных голосов. Они какая-то безымянная масса, которая не из тусовки, нет общих знакомых. И про них все молчат.

М. Баронова:

- А я же с ними общалась по поручению Михаила Борисовича. И вдруг я поняла, что это прямо вот я та самая классическая либеральная сука.

О. Кашин:

- Ты общалась, чтобы кого-то из тюрьмы выручать, а не чтобы давать деньги на…?

М. Баронова:

- Нет! Я не по правозащите с ними общалась. Я с ними общалась для налаживания политических контактов Михаила Борисович с господином Мальцевым. И поэтому, чтобы они общались, нет, никаких денег там не было, ничего такого не было. Но я все-таки наводила мосты, анализировала, рассказывала. Я была тем самым плохим функционером, который плохой в моих глазах. И это я поняла вчера, когда слушала твой стрим про ростовских ребят. Я поняла, что те ребята тоже куда-то исчезли. Они, наверное, сидят. И я даже ни разу в жизни не интересовалась, что с ними происходит. Я помню, нам нужно было помогать Мальцеву, который успешно во Францию сбежал.

О. Кашин:

- Я думаю, отпустили все-таки. Потому что он был, наверное, провокатор изначально, такое ощущение.

М. Баронова:

- Да, а зачистили крестьян.

О. Кашин:

- Так всегда. Людей без имени. Это тоже трагедия не российской оппозиции – общества и народа. Я Романа каждую неделю ругаю за то, что он не считает людей, которых сажают за митинги, своими, такими же, как он.

Р. Голованов:

- Синица мне свой?

О. Кашин:

- Им приходится жизнями расплачиваться и свободой. Меня могли бы посадить, если бы я был менее на слуху. И Синица в этом смысле, конечно, свой. И тоже, вот эта пропагандистская уловка: они все такие…

Р. Голованов:

- Вот так жарко, огненно получилось. Спасибо.

Все «женские марши» проходят с расчетом на то, что женщин омоновцы трогать не будут.
Национальный вопрос
Национальный вопрос