От чумы до сифилиса: эпидемии, которые изменили мир

Чумной Доктор
Гостем «Передачи данных» врач Тимур Пестерев. С Марией Бачениной он поговорил о микроорганизмах, оставивших глубокий след в истории человечества.

Скачать передачу [mp3, 32.3 МБ]

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


М. Баченина:

- Здравствуйте! В эфире «Передача данных». Я сегодня пригласила в студию эксперта, чтобы поговорить об эпидемиях, которые и мир изменили, и унесли гораздо больше жизней.

В студии врач-эксперт Тимур Александрович Пестерев. Здравствуйте!

Т. Пестерев:

- Здравствуйте!

М. Баченина:

- Натуральная оспа. Была натуральная, а потом черная. В чем там было дело, найди десять отличий.

Т. Пестерев:

- Помню, конечно. Не сам, не застал, но оспа натуральная и черная – это знак равно между ними. Это заболевание, которое человека уродовало. Оно протекало очень тяжело. И которое полностью было побеждено с помощью вакцинации, которую открыл Эдвард Дженер. Он заметил, что доярки, которые переболели оспой коровьей, натуральной не заражаются. И поставив опасный на то время эксперимент – это 70-е года – он вылечил мальчика от натуральной оспы.

М. Баченина:

- Он ему привил коровью оспу? Она была на тот момент известна?

Т. Пестерев:

- Она была известна и не опасна. Оспа была с древних времен известна человеку. И в средний века случались эпидемии. Учитывая тогдашний уровень медицины, не очень хорошо они для людей проходили. И смертность была высокой. Уродовала она очень сильно людей. Если среднестатистический портрет средневекового рыцаря составить, то лицо, полностью изрытое оспинами – это некий стандарт был на то время.

М. Баченина:

- А вот если сейчас, хотя она считается мертвой инфекцией, предположим, что она проснется? Сейчас вылечат от оспы?

Т. Пестерев:

- Конечно.

М. Баченина:

- А не будет следов, рытвин на коже человека?

Т. Пестерев:

- От оспы спасут обязательно, потому что есть штаммы в России. в США, до недавнего времени в Южной Африке они находились. Даже техногенная катастрофа, не думаю, что освободит этот вирус.

М. Баченина:

- А из Африки куда пропала?

Т. Пестерев:

- Уничтожили.

М. Баченина:

- А ее можно уничтожить?

Т. Пестерев:

- Конечно. Вирус можно уничтожить.

М. Баченина:

- Впервые исторические документы упоминают об оспе в четвертом веке. Затем люди умирают и умирают. И позже в 17-18 веках в Европе и в России из-за оспы население ежегодно сокращалось на полтора миллиона.

Медицинское сообщество было сильно консервативным и не восприимчивым к открытиям. Эту вакцину восприняли сразу и на ура?

Т. Пестерев:

- Конечно, ему пришлось отстаивать свои научные достижение. Было неимоверное количество карикатур каких-то, пересудов, пропаганды, направленной на то, что вот человек понапридумывал себе что-то. И были карикатуры, что у людей вырастают рога, хвосты коровьи, потому что он прививает коровью оспу. И хочет людей отодвинуть от подобия Бога.

М. Баченина:

- А что человек чувствовал, когда заболевал оспой? Физическое состояние каково было?

Т. Пестерев:

- Очень сильная слабость. Как и любая тяжело протекающая инфекция, за исключением того, что кроме внутренних проявлений – слабость, температура, это еще оспины, гнойники по всему телу.

М. Баченина:

- А от чего человек умирал?

Т. Пестерев:

- От осложнений на сердечно-сосудистую систему, нервную. В общем, от полиорганной недостаточности, то есть, когда ресурсы организма истощались. И человек умирал от того, что ресурсов для того, чтобы жить, у него не оставалось.

М. Баченина:

- Бубонная чума. Ее называют еще «черная смерть», поскольку в период пандемии заболевание сократило население планеты втрое. Первые упоминания в 540-м году, а спустя сто лет жертвами стало 150 миллионов человек при общем населении 450 миллионов.

Оспа и бубонная чума. Кто победит?

Т. Пестерев:

- Конечно, бубонная чума. 500-е года – это юстинианова чума, это Византия. Действительно, выкашивала огромное количество людей она. И спасения от нее не было, потому что она очень легко передавалась. И была очень смертельной.

М. Баченина:

- Каким образом передевалась?

Т. Пестерев:

- Было несколько форм передача. Это легочная вместе с кашлем, огромное количество бактерий человек вокруг себя распространял. Это блохи, они были на крысах. Когда зараженная блоха в силу своей анатомии, а когда блоха кусает, она отрыгивает кусочек того, что у нее находится в мешочке, в расширении пищевода. И вот там размножались в большом количестве бактерии чумы. И поэтому, когда блоха кусала человека, в него сразу попадало огромное количество бактерий.

М. Баченина:

- Может ли мы сделать вывод, что вирус бубонной чумы пришел к нам от животных?

Т. Пестерев:

- Да, мы можем так сказать.

М. Баченина:

- Странный, может, для вас вопрос. Откуда он взялся? Вот жили люди до 540-го года нормально, а потом взяли и начали болеть бубонной чумой. Мутация?

Т. Пестерев:

- Вы сказали ключевое слово – мутация. Вирусы и микроорганизмы мутируют. И с гораздо большей скоростью, нежели животные вокруг нас. Образуются новые виды, подвиды, они адаптируются к условиям новым, изменением условий. К холоду, к новым животным-переносчикам. И если касается все дело вирусов, то с огромной скоростью это происходит. Почему вирусы гриппа и ВИЧ не имеют вакцины до сих пор? Они с огромной скоростью мутируют. Быстрее, чем люди отрабатывают вакцины.

М. Баченина:

- В 540-м году люди начали умирать огромными количествами. И дальше историки пишут: второй ее эпизод пришелся на девятнадцатый век. А что было между первым эпизодом и вторым?

Т. Пестерев:

- А вы упустили вторую серию этого сериала. В средние века «черная смерть», откуда и пошло это название, почему черная? И почему бубонная? Что такое бубоны вообще? Это вздувшиеся лимфатические узлы подмышечные. Они опухали очень сильно. И приобретали багрово-красный, а потом черный цвет.

М. Баченина:

- Так организм реагировал на воспалительный процесс7

Т. Пестерев:

- На возбудителя чумы - Yersinia pestis его называют.

М. Баченина:

- Что человек чувствовал?

Т. Пестерев:

- Температура была очень высокая.

М. Баченина:

- А тогда уже мерили температуру?

Т. Пестерев:

- Все по наитию как-то. Жар. Приложил к себе ладошку, к человеку ладошку, понял, что жар. И этого было нельзя – контактировать с больным.

М. Баченина:

- А врачи почему не догадывались на тот момент, что они в группе риска? Один умер, второй умер, третий взял бы и руки вымыл. Повязка, платок какой-нибудь.

Т. Пестерев:

- На самом деле, откуда нам образ лекаря-чумы пришел. Знаете такой образ?

Т. Пестерев:

- Венецианская…

Т. Пестерев:

- Венецианская маска. Она именно со времен «черной смерти» к нам пришла. И этот клюв гигантский, он вмещал в себя ароматические травы, чеснок, тряпочки, прописанные уксусом для того, чтобы доктор через это дышал. И считалось, что это задерживает миазмы вот этой болезни. И это первый такой прообраз противочумного костюма, на самом деле.

М. Баченина:

- Мне кажется, от одного этого вида можно было ожидать ухудшения. Они такие зловещие! Они спасали от миазмов?

Т. Пестерев:

- Действительно, это был прообраз противочумного костюма. Это не только маска. Это кожаный плащ длинный очень, который не позволял контактировать коже с внешней средой. Ткань была промаслена. Это длинные штаны, кожаный сапоги, все очень герметично было. Конечно, было не очень удобно, но от укусов блох, от микроскопических капелек, чтобы не вдохнуть, это отчасти помогало. И трость обязательно.

М. Баченина:

- А это зачем?

Т. Пестерев:

- Тростью доктор…

М. Баченина:

- Трогал больного?

Т. Пестерев:

- Совершенно верно.

М. Баченина:

- Представляете, как цинично это в двадцать первом веке звучит!

Т. Пестерев:

- Либо отбивался от мародеров.

М. Баченина:

- А зачем?

Т. Пестерев:

- Мародеры приходили к людям, которые умирали.

М. Баченина:

- Да, сложно тогда было жить. Последствия эпизодов в девятнадцатом веке ужасают. Население Европы сократилось на 40%. В Индии и Китае вымирали целые города, села. О количествах жертв в Африке даже говорить страшно.

Четвертый раз чума взорвалась в девятнадцатом веке в 1855 году в Китае, а к началу двадцатого разлетелась по всему миру. И пишут, что виной тому военные действия и торговля. А заставили чуму отступить кто? Наши советские ученые в 1947-м году!

Сколько планета мучилась!

Т. Пестерев:

- Долго. И сейчас чумы бояться, наверное, не стоит. Есть антибиотики, которые чуму убивают.

М. Баченина:

- Стрептомицин в 47-м открыли. До сих пор или сейчас покруче?

Т. Пестерев:

- Это самый такой дедушка группы препаратов. Сейчас уже успешно новыми антибиотиками Yersinia pestis лечится. Естественно, предпринимаются всегда, если выявляются случаи бубонной чумы, противоэпидемические мероприятия.

М. Баченина:

- До сих пор они возникают? Где-то вспыхивают?

Т. Пестерев:

- Это Монголия, граница. Те места, где резервуары данной инфекции – это суслики, грызуны.

М. Баченина:

- Мы пока прошли две эпидемии. Движемся дальше. Грипп-испанка. С 1918-19-е годы испанский грипп, а название связано с тем, что большинство всего от болезни пострадало населения Испании, унес жизни порядка 100 миллионов человек.

Знаете, что меня поразило, когда я читала? Известно, что штамм испанки – это штамм гриппа H1N1. Это то же самое?

Т. Пестерев:

- Тут ситуация не однозначная. Давайте вспомним, в какое время к нам испанка пришла. Начало двадцатого века, в 17-м году что закончилось? Первая мировая война. Голод, разруха.

М. Баченина:

- Кстати, именно по поводу войны европейские страны, чтобы не подкосить победный дух, скрывали. И испанка распространялась гораздо сильнее, нежели ввели бы какие-то эпидемиологические меры. Неспроста вы вспомнили нищету, нехватку питания, гигиены. Получается, испанка распространяется в таких слоях населения и в таких условиях.

Т. Пестерев:

- Конечно, если мы берем аристократию, там процент умерших от испанки был стремящимся к нулю, потому что люди получали хорошее питание, жили в комфортных условиях, их как-то лечили адекватно на то время. И это не какие-то лекари чумы, это начало двадцатого века. Это практически такие же врачи, как и сейчас.

М. Баченина:

- Вы хотите сказать, что медицина на тот момент была продвинута настолько, что уже ее можно сравнивать с сегодняшней?

Т. Пестерев:

- Отчасти да. Конечно, мы шагнули неимоверно. Были открыты антибиотики, новые способны диагностики. Но начало двадцатого века нельзя даже сравнивать с веком девятнадцатым. За последние десятилетия девятнадцатого века и первые двадцатого медицина шагнула очень далеко вперед.

М. Баченина:

- Я смотрела сериал, речь шла о сословиях. Это Англия, прогрессивная страна с конституционной монархией. И то, что было у нас, совершенно не сравнится с тем, что было у них даже в Средневековье.

К чему я веду? Даже в Англии в больницу не брали крестьян и рабочих, потому что больница не для бедняков. Снобизм убивал людей!

Итак, по масштабам у нас побеждает бубонная чума.

Т. Пестерев:

- Конечно.

М. Баченина:

- Давайте продолжим. Малярия. Это заболевание, от которого даже в двадцать первом веке гибнут люди. Она у нас ассоциируется с комаром.

Т. Пестерев:

- Конечно, потому что переносчик малярийный комар.

М. Баченина:

- Это такой здоровый и худой на ножках?

Т. Пестерев:

- Вы путаете. Эти безопасные.

М. Баченина:

- Мы их боялись в детстве как огня!

Т. Пестерев:

- И мухи цеце, это все Африка.

М. Баченина:

- Они переносчики?

Т. Пестерев:

- Да.

М. Баченина:

- А что в этих насекомых такого, что они нас заражают? Им это от природы дано? Или они чем-то где-то заразились? И это мутировало.

Т. Пестерев:

- Вы правильно сказали, они чем-то где-то заразились, но очень-очень давно. И да, они подстроились, мутировали под определенные условия какие-то. Ключевое понятие, которое связано с малярией – это малярийный плазмодий. Это возбудитель малярии. Это паразит, который имеет специфический цикл размножения, в который очень удачно встраиваются кровососущие насекомые, которые обитают в том регионе.

М. Баченина:

- Для того типа вируса нужны тропические условия? Например, в таких условиях выжил бы вирус натуральной оспы?

Т. Пестерев:

- В Африке он себе прекрасно жил до определенного времени. А что касается малярии, она и сейчас в Африке прекрасно живет. Да, ареал малярийного комара и мухи цеце, других кровососущих ограничивается теплыми странами и в основном Африкой.

М. Баченина:

- Мы делаем прививки от малярии, когда отправляемся в страны, где велик риск заразиться. Прививка спасает?

Т. Пестерев:

- Что касается малярии, тут если человек заболел, есть эффективное лекарство, которое этот плазмодий очень хорошо убивает в крови человека. И вылечить малярию не так сложно.

М. Баченина:

- Иду по тропикам, меня цапнул комар. Я не знаю, сколько инкубационный период у этого плазмодия, и какие же там врачи, которые мне могу диагноз поставить?

Т. Пестерев:

- Если вы собираетесь побродить по джунглям, проконсультируйтесь с врачом-инфекционистом, который занимается тропическими заболеваниями. И он вам скажет, какие лекарства с собой взять нужно.

М. Баченина:

- Если говорить про леса с такими же условиями, например, Азии. Камбоджа, Вьетнам, там все то же самое? Там обитает малярийный комар?

Т. Пестерев:

- Там зависит в большей степени от ареала обитания вот этого вида комара. И мухи цеце. Она там не водится. Но эпизодически, даже в более-менее значимых объемах там малярия тоже бывает.

М. Баченина:

- Туберкулез. Заболевание, которое не победили до сих пор. А на календаре двадцать первый век! Ежегодно от него помирает около полутора миллионов человек. В чем дело?

Т. Пестерев:

- Дело в том, что лекарства существуют, но вот что касается туберкулеза, он очень хорошо вырабатывает резистентность, то есть, защиту от этих лекарств. Устойчивость. Вы первично можете получить штамм палочки туберкулезной, которая уже устойчива. И, к сожалению, в местах не столь отдаленных, допустим, если мы рассматриваем тюрьмы, там темпы распространения со множественной лекарственной устойчивостью туберкулезу угрожающе высоки.

М. Баченина:

- Я слышала, что из-за того, что лечение туберкулеза очень жесткое и тяжелое, они не выдерживают этот марафон. И почувствовав себя лучше, бросают. И способствуя тем, что устойчивость увеличивается. Это правда?

Т. Пестерев:

- Это правда. И это очень большой бич, который преследует всю фтизиатрию – это наука о туберкулезе. И врачи-фтизиатры, которые занимаются лечением, действительно, это так. И если протокол лечения не был выполнен, то велика вероятность, что к препаратам, которые применялись неправильно, не то количество времени, которое нужно, не в тех дозировках, не по схеме, не под контролем врача, да, к ним может выработаться устойчивость.

М. Баченина:

- Человек на всю жизнь остается носителем, даже если выздоровел?

Т. Пестерев:

- Здесь тоже нельзя однозначно сказать. У кого-то полностью данная бактерия выводится, у кого-то маленький очажок. Он, кстати, практически у всех людей есть.

М. Баченина:

- Что такое очажок?

Т. Пестерев:

- Очаг болезни – очаг Гона – по фамилии ученого, который его открыл. Практически у всех есть первичный очажок, в котором может туберкулезная инфекция развиться. Дело в иммунитете.

М. Баченина:

- Это что, пятно на легком? Пытаюсь представить.

Т. Пестерев:

- Если совсем по-простому, это маленький камешек в легком, внутри которого мертвые или полумертвые бактерии. И организм создал вокруг него такую капсулу. И в определенных условиях эта капсула может разрушаться и бактерии начинают размножаться.

М. Баченина:

- А какие это должны быть условия? Сырость, холод, плохое питание?

Т. Пестерев:

- Совершенно верно.

М. Баченина:

- Как человек может понять, что заболел туберкулезом? А не просто простудился и начал кашлять.

Т. Пестерев:

- Самый признак яркий – это время, на протяжении которого человек кашляет. Неделя – простуда, вторая неделя – простуда затянулась, месяц – что-то явно не так. И надо идти обследоваться.

Возвращаемся к тому, что и коронавирус, та же чума, здесь огромную роль играет иммунитет человека. И его индивидуальные особенности.

М. Баченина:

- А в сифилисе? Играет ли иммунитет роль? Его тоже можно назвать эпидемией, которая изменила мир?

Т. Пестерев:

- Сифилис, наверное, сейчас эпидемией назвать нельзя.

М. Баченина:

- Сейчас-то понятно!

Т. Пестерев:

- Он легко лечится уже современными методами.

М. Баченина:

- В начале двадцатого века только ртутью лечился.

Т. Пестерев:

- Был такой ядовитый препарат, это препарат мышьяка, ртути и другие не полезные для организма вещи. Пиротерапия – это когда нагревали человека, чтобы затормозить развитие сифилиса, потому что было отмечено, что погибает в узком температурном интервале возбудитель.

М. Баченина:

- Это работало?ъ

Т. Пестерев:

- Отчасти.

М. Баченина:

- Вдыхание ртутных паров.

Т. Пестерев:

- Здесь был несоизмерим риск получить хронических…

М. Баченина:

- Побочка. Как в онкологии, одно лечим, второе…

Т. Пестерев:

- Сейчас уже онкология тоже вперед шагнула. Химиотерапия сейчас безопаснее, менее вредна.

Чем уникален сифилис сам по себе?

М. Баченина:

- Удовольствием сначала, в отличие от бубонной чумы.

Т. Пестерев:

- Если вступать в лирику, да. Но все-таки уникален возбудителем. Бледной спирохетой. Она уникальна тем, что до сих пор, контактируя с антибиотиками еще с сороковых годов двадцатого века, когда был открыт пенициллин, она не выработала защиты от антибиотиков.

М. Баченина:

- Бедненькая.

Т. Пестерев:

- Убить ее можно легко, причем, самыми простыми препаратами. Это препараты пенициллина.

М. Баченина:

- А почему она не мутировала?

Т. Пестерев:

- Есть объяснение, но оно довольно сложное. Если простым языком, она в силу своего устройства клеточной стенки, она не может этого сделать. И пенициллин – самый дешевый и доступный антибиотик был, он везде, даже в самых бедных странах есть. И за счет этого можно легко вылечить.

М. Баченина:

- До появления антибиотика люди гибли или научились сдерживать развитие этого заболевания? Убирать симптоматику? Потому что это болезнь высших слоев общества, в том числе, опоясывающие вот эти язвы, язвочки на слизистой. Это все было против жизненных устоев.

Т. Пестерев:

- Все слои общества от нее страдали. И в России называли «французская болезнь».

М. Баченина:

- Ее и в Англии так называли.

Т. Пестерев:

- Она была широко распространена. Наиболее были подвержены половым инфекциям дамы полусвета и их клиентура.

М. Баченина:

- А тогда не было средств индивидуальной защиты?

Т. Пестерев:

- Если мы будем говорить о веке семнадцатом-восемнадцатом, тогда презервативов из латекса не существовало. Их шили из оболочек животных. Из кишок и других менее приятных материалов, которые не сильно спасали.

Способы передачи. Даже поцелуй с язвой во рту мог был источником передачи данной инфекции.

М. Баченина:

- А как заметить-то? Говорят, что долго симптомы не проявляются.

Т. Пестерев:

- Тут очень индивидуальная реакция. Как правило, если человек заражается, в месте входных ворот – половые органы, другие органы, у него возникает язва. И типичная тем, что она болит. Не беспокоит. И это называется твердый шанкр.

М. Баченина:

- Хватит, мы поняли, доктор.

Предлагаю я коротко вспомнить про холеру.

Т. Пестерев:

- Я удивился, почему вы раньше о ней не упомянули. Холера в нашем хит-параде будет на одном и почетных мест. Холера любит воду, и все пьют воду. И любой человек, который попил воду не там, где нужно, может заразиться. И данные умозаключение нас подводят к тому, что холера практически была вездесуща. И в России она свирепствовала, и в Европе. Сейчас это Индия и юго-восточная Азия, где с гигиеной не так все хорошо, где воды в достатке, нет засух. Там холера себя чувствует очень вольготно.

М. Баченина:

- Что является возбудителем?

Т. Пестерев:

- Холерный вибрион.

М. Баченина:

- Что такое вибрион?

Т. Пестерев:

- Это форма в виде запятой. Бактерия специфическая, она любит воду и тепло.

М. Баченина:

- И мало мыла.

Т. Пестерев:

- Гигиена. Попить водички оттуда, куда другие люди свои нечистоты вылили, да, что в Азии часто встречается, там про водопровод и канализацию…

М. Баченина:

- Смотря где.

Т. Пестерев:

- Оговорюсь. Смотря где. Но в каких-то отдаленных местах, где возникают вспышки.

М. Баченина:

- Эта запятая, она сама зарождается в грязной нечистой воде?

Т. Пестерев:

- Она живет там. И естественно, источник инфекции – это больной человек. Ни на секунду не прекращается процесс заражения и внедрение возбудителя все в новых людей. И истребить очень сложно эту инфекцию. И еще потому, что она любит воду и тепло. И скученность людей. И не совсем сразу проявляется.

М. Баченина:

- А как она проявляется?

Т. Пестерев:

- Человек умирает от обезвоживания. Он выливается. Сколько жидкости в него входит, больше выливается. И человек превращается в скелет, обтянутый серой кожей. Потеря электролитов, обезвоживание. Пока бактерия в тебе, все, что в тебе, все будет выливаться.

М. Баченина:

- И как ее вывести?

Т. Пестерев:

- Хлорка помогла. Она обеззараживала воду, которую люди пили. И холерный вибрион чувствителен к любым антисептикам. И система противоэпидемическая надзора за качеством воды, она принесла хорошие плоды. Не надо пить из лужи!

М. Баченина:

- Мы не говорим о лужах, колонках, о кранах с водой. Эпидемия холеры в Викторианскую эпоху в Лондоне началась, забыла район, колонка была заражена, откуда люди накачивали воду. И это выявили методом исключения. Откуда в источнике вроде бы чистом, туда нечистоты попали?

Т. Пестерев:

- Если вспомним, как выглядел Лондон веке в девятнадцатом, мы ничего хорошего там не увидим. Это чудовищная скученность, грязь, беднота. И это колонки, колодцы и выгребные ямы.

М. Баченина:

- Точно. Тогда только туалеты стали внедрять. Люди ходили на горшки и все это выбрасывали в выгребные ясы.

Т. Пестерев:

- И многоэтажное строительство там уже процветало. И один большой туалет на пять-шесть человек. И со всего дома была одна выгребная яма. Каких размеров она была?

М. Баченина:

- Холера побеждена или существует?

Т. Пестерев:

- Существует. И ныне здравствует. Индия, Юго-Восточная Азия.

М. Баченина:

- Если мы туда отправляемся, должны прививку сделать?

Т. Пестерев:

- Прививки нет, меры предосторожности. Пить бутилированную воду, не пить, не есть в сомнительного качества заведениях. Или не помыть ручки после того, как…

М. Баченина:

- Как я выжила во Вьетнаме! А холера заразна?

Т. Пестерев:

- Очень! Немытые руки, нечистоты, выделения человека.

М. Баченина:

- Если поздоровались за руку, то все, заразно.

Т. Пестерев:

- Человек не помыл руку после того, как… Он может не чувствовать, что он сильно болеет. Просто понос пробрал. Не помыл руки, поздоровался с человеком здоровым. И человек здоровый перед едой не сильно руки помыл. Учитывая кулинарные традиции той же Индии, едят руками, и вместе с этим всем…

М. Баченина:

- Ой, мы снова приходим к тому, с чего начали! Гигиена! Это во главе угла стоит!

Т. Пестерев:

- Мыть руки, мыть фрукты, мыть овощи горячей водой. Все продукты, которые добыли на охоте без ветеринарного контроля, это крайне опасно!

М. Баченина:

- Это уже другой разговор! Спасибо!