Платошкин: «Люди докладывают, в Москве по-прежнему бордюры меняют, их никакие коронавирусы не берут»

Николай Платошкин
Валентин Алфимов и Николай Платошкин подвели итоги прошедшей недели и поговорили о карантине в России, давлении США на союзников и ценах на нефть.

Скачать передачу [mp3, 43.2 МБ]

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


В. Алфимов:

- Здравствуйте, дорогие друзья. Это Валентин Алфимов – я в студии в маске. А Николай Николаевич Платошкин без маски, но ему простительно. Он на самоизоляции. В хорошем смысле.

Н. Платошкин:

- Здравствуйте, дорогие друзья. Говорит и показывает не только самый лучший город Земли, но самоизолированный город Земли – Москва. Рекомендация такая: я глотаю все таблетки, где красивые этикетки.

В. Алфимов:

- Это не очень хорошая рекомендация.

Н. Платошкин:

- Я хотел выйти в эфир в противогазе, но оказалось, что он у меня на даче. Сделаю это в следующий раз.

В. Алфимов:

- Тем более, что у нас до 30 апреля продлен режим самоизоляции. Продлен нерабочий режим.

Н. Платошкин:

- Президент сказал, что по возможности это будет сокращено. Люди докладывают, в Москве по-прежнему бордюры меняют. Бордюры никакие коронавирусы не берут.

В. Алфимов:

- Лучше уж сейчас поменять, чем потом, когда все выйдут обратно, когда начнутся жуткие пробки.

Н. Платошкин:

- Сегодня правительство Москвы разъяснило, что на автомашинах можно ездить по городу. Метро работает нормально. Там ограничений нет. Автомашины сначала хотели ограничить по непонятным мне причинам. Но сейчас можно ездить. И даже возить тех, с кем вы самоизолируетесь. Я сижу в курточке, такое ощущение, что я гуляю. Если я еще тросточку возьму, будет еще более сильное впечатление.

В. Алфимов:

- В Москве запретили поездки на машине вдвоем. Кроме тех случаев, о которых вы сказали.

Н. Платошкин:

- Я вам завидую, вы в маске. Я сегодня стрим проводил. Спрашивал людей на счет масок. Сложилось впечатление, что в крупных городах масок нет. В Иркутске, в Хабаровске, в Краснодаре, в Подольске нет. В Раменском районе – тоже нет. Чего, высокие технологии?

В. Алфимов:

- Не справляется промышленность. Почему не могут наладить дополнительное производство масок – это большой вопрос.

Н. Платошкин:

- В Баварии фирма делала авточехлы. Премьер-министр Баварии попросил, и люди начали лабать маски. Это несложное производство. Почему губернатор этим не занимается?

В. Алфимов:

- Как вы оцениваете меры, которые предложил Владимир Путин?

Н. Платошкин:

- Мне сообщают люди, что некоторым нечего жрать уже. Что касается мелких предпринимателей, у них бизнес с колес идет. Они сегодня пять шаурм продали, себе чего-нибудь купили поесть. Или цветы продают. У людей нет денег. Им говорят об отсрочке, налоги не платить – это хорошо. А отсрочка по еде может быть? Им за счет чего сейчас питаться? Надо, чтобы как в ФРГ, в США, людям – ИП, самозанятым, мелким предприятиям дали наличные деньги. Чтобы они ту выручку, которую они не могут получить, потому что им запрещают работать, чтобы они ее получили для собственной еды. А у тех, у кого еще рабочие есть – чтобы было хоть чем заплатить. Иначе мы столкнемся с ужасной ситуацией.

Одно дело – человек работает в госструктуре удаленно. Ему зарплата идет, я надеюсь. Многие заставляют писать заявления на отпуск. Есть какая-то подушка безопасности. А если нет? Надо давать наличные деньги, иначе миллионы людей у нас реально будут недоедать.

В. Алфимов:

- Президент сказал, что это нерабочие дни, но с сохранением зарплаты.

Н. Платошкин:

- Президент может что угодно говорить. Частный предприниматель говорит: у меня нет денег. Президент – молодец. А я рожу, что ли, эти деньги? Или заставляют писать на отпуск без содержания. В противном случае угрожают уволить. Ведь президент не запрещал увольнять.

В. Алфимов:

- Уволенным в период коронавируса и в течение 30 дней после снятия ограничений будет перечислена материальная поддержка в 19,5 тысяч рублей в месяц.

Николай Платошкин

Н. Платошкин:

- Докладываю, как реагируют на слова президента банки и налоговая. Президент сказал, что налоги можно пока не перечислять. Люди приходят в налоговую, а там говорят: у нас получено указание по отсрочке для туризма, предприятий, занимающихся массовыми зрелищными мероприятиями. А для вас, кто просто ипэшники, никто ничего не сообщал. Идите на фиг.

Что касается кредитов. Вроде правильная мысль – пока не платить по кредитам. Но банки говорят: у нас пока никакой документации нет. У нас правительство чем занимается? Сказал, и все? Какие-то предприятия работают. Я не против, чтобы бордюры клали. Но в некоторых регионах заставляют пропуски получать, чтобы работать. Очереди за ними стоят.

В. Алфимов:

- Я видел фотографию из Саратова.

Н. Платошкин:

- И в Рязани – то же самое. Главное средство борьбы с любой инфекционной болезнью – это расстояние между людьми. Для того, чтобы победить болезнь, заставлять людей скученно стоять в очереди.

В. Алфимов:

- Это же беда властей на местах. В Татарстане эти пропуска выдают удаленно, через сайты госуслуг. Отправил сообщение, тебе пришел код. Он у тебя на телефоне.

Н. Платошкин:

- У меня возникает принципиальный вопрос. Мы спорили насчет вашего друга, который вернулась из Франции. У нас ведь все случаи – завозные. Плюс Москва в основном, 80 %. Потому что из Москвы все и катались в Италию и прочее. Почему нельзя вот этих конкретно людей вычислить по отметкам въезда-выезда? Их отправить на самоизоляцию. Протестировать их. Это сейчас занимает два дня. Если у них обнаружен коронавирус, вот они пусть и сидят. Пусть они дадут список всех близких контактов. И их тоже протестировать. Чего всех мочить? Что это дает?

В. Алфимов:

- Сейчас это уже неактуально.

Н. Платошкин:

- Актуально. Почему у немцев очень низкий уровень смертности от коронавируса? Потому что у них тестов много проведено. Под 400 тысяч уже. Из них заболевших определенный процент, а из этих – умерших. Почему такой высокий уровень смертности в Италии? Там никто никого не тестирует. Там человек сам приперся, ему поставили диагноз, какой-то процент умер. Тестировать надо изо всех сил. На этом нельзя экономить деньги. Там самым эпидемию можно быстрее побороть. Когда мы будем бороться с конкретными источниками, а не вообще от балды просто так.

Даже сейчас в Москве работает метро. И правильно. Ну что, там нельзя заразиться, что ли? Но надо заставлять тех людей, которые были за границей, пройти тест и сидеть дома, если тест положительный.

В. Алфимов:

- Михаил Мишустин говорит, что те меры, которые сейчас принимаются, оправданны.

М. Мишустин:

- Эта мера абсолютно оправданна. Потому что направлена, прежде всего, на защиту здоровья людей. Руководителям субъектов федерации даны новые полномочия. Теперь вы можете решать, какой именно режим работы предприятий и учреждений оптимален как для всего региона, так и для отдельных муниципалитетов. Важно все тщательно взвесить и определить действительно необходимые для жизнедеятельности того или иного региона предприятия, которые продолжат работать даже в такой сложной ситуации. Экономическая жизнь страны останавливаться не должна.

В. Алфимов:

- Регионы сами могут решать, что им останавливать, а что – нет. В Москве самая серьезная ситуация. Но Москва в принципе половина может уйти на удаленку, и ничего не произойдет. В остальной стране все по-другому.

Н. Платошкин:

- В Краснодаре блокпосты установили. Не выпускают ни из города, ни в город. «Маме 94 года, живет в станице под Краснодаром. Поехать к ней не могу на машине». На фига? У нас властям на местах если четко не сказать, что делать, они начинают по принципу: сделаем как в Москве. Всех законопатим. Надо делать все абсолютно четко.

В. Алфимов:

- В Москве никто никого не законопатил. Можно выйти на улицу. Но если у тебя нет коронавируса. Наш главный редактор Владимир Сунгоркин говорит, что теперь вся власть будет сосредоточена в руках этих полицейских, казаков, тех, кто на улице будет проверять те же QR-коды. Вы с этим согласились.

Н. Платошкин:

- Да, я абсолютно согласен. Мы поедем на машине. Нас остановит ГИБДД и будет спрашивать: вы куда едете? Я скажу: в супермаркет. Они будут это проверять? Поедут со мной в супермаркет, постоят у кассы? Что за идиотизм? Все меры должны приниматься так, чтобы они работали. А не то что от балды, по глазам. Вот у вас уважительная причина, а вот у вас – нет. Эти меры порождают дикую коррупцию.

Не все депутаты Мосгордумы понимают, как это все работает. Кто-то говорит: ездить вообще нельзя. Кто-то говорит: можно только на такси. Кто-то говорит: на машине. Кто-то говорит: на машине одному. Зачем все это? Машина кого заразит? На машину маску еще сделать?

Если взять германский опыт, там полстраны находится на таком положении, что вы ходите, просто к людям не приближайтесь. Это нормально. Это самый действенный метод. Батька Лукашенко правильно сказал: сидите вы на самоизоляции впятером в квартире. Это ничего не принесет, кроме вреда. Могут обостриться хронические болезни, если человек мало бывает на свежем воздухе. Мусор, что ли, из окна выбрасывать?

А в регионах вообще режим должен касаться только тех, кто вернулся. В Хабаровском крае 10 человек зараженных. Все вернулись из-за границы. Там все полтора миллиона человек должны дома сидеть?

Валентин Алфимов

В. Алфимов:

- Когда ждали обращение Владимира Путина, второе за последнее время, такое бывает нечасто, ждали, что Москву закроют на тотальный карантин, нельзя выходить на улицу ни при каких обстоятельствах, патрули, собаки, которые за людьми бегают, как в фантастических фильмах. Но такие меры введены не были. Потом появились разговоры, что Москву должны закрыть, но это будет решение Собянина. Якобы это должно произойти уже со дня на день. Собянин говорит, что были такие планы, но они не пригодились.

С. Собянин:

- У нас были планы ввести жесткий пропускной режим. Судя по тому, как проходили предыдущие выходные, когда огромное количество людей решили расслабиться. Но ситуация изменилась. И на этой неделе граждане ведут себя очень и очень корректно и выполняют те рекомендации, которые даны были мною, президентом, правительством Российской Федерации. Поэтому я не вижу пока необходимости введения жесткого пропускного режима.

В. Алфимов:

- «Многие граждане решили расслабиться» - это про тех самых шашлычников, которые пошли в парки.

Н. Платошкин:

- Может, я придурок, в отличие от Собянина, я не понимаю. Вот я пошел со своей женой, с дочерью на шашлыки. Вокруг меня никого нет. Или в пяти метрах никого нет. Чем я Собянину мешаю?

В. Алфимов:

- Там, где вокруг никого нет, это одна история. Но мы же видели десятки, сотни фотографий из парков Москвы, где просто толпы людей, где никакого безопасного расстояния даже в два метра нет. Где все гуляют, отдыхают, обнимаются. И эти люди восприняли всю эту историю как обычные выходные, праздники.

Н. Платошкин:

- Приведу пример немцев. Мне пишет из Тамбова Алексей Зайцев: «В Тамбове на заводах вынуждают брать две недели в счет будущего отпуска. Тем, кто отгулял, тем оплатят». Вот вам указ президента.

В. Алфимов:

- Ну это в прокуратуру надо писать.

Н. Платошкин:

- Теперь что касается шашлыков. Нет, здесь разница в чем. Владимир Путин заявил, что месяц выходной. Если человек не хочет работать, его заставить нельзя. Объявлен выходной день. Он для госструктур выходной. Для органов власти. А эти могут работать. Ведь в праздники государственные магазины же работают. Вы же не заставите их закрыться. Но они имеют право не работать. Так что их никто принудительно не закрывал. Им сказали: у вас выходной. Хотите – работайте, хотите – нет. У нас не социалистическая экономика, а частная, буржуазная. Каждый сам себе хозяин. Мне докладывают: да ладно, работать будем, но будут тебе платить минималку – 12130 рублей. Можешь себе ни в чем не отказывать.

Наконец, по шашлыкам. В ФРГ сейчас обсуждался вопрос еще похлеще, чем у Собянина. Заставить всех носить маски на улице. Министр здравоохранения ФРГ заявил: не надо этого делать. Это избыточно. И это психически травмирует людей. Он сказал: мы и так замучили людей своими запретами и предписаниями. У многих из-за этого депрессия развивается и обостряются хронические заболевания. Это повышает нагрузку на сеть здравоохранения, которая должна заниматься сейчас совсем другими вещами.

У нас люди страдают и чисто психологически. Они никак не могут врубиться, почему они к родным не могут съездить, еще куда-то.

В апреле я обычно на даче что-то сажаю или сею. У меня дача – не шезлонг. Хотя мне это в общем не нужно. Но традиция такая. Мы с родителями этим занимаемся. Теперь нельзя, что ли?

В. Алфимов:

- Ну почему? В Мосгордуме сказали, что не будут препятствовать выезду москвичей на дачу

Н. Платошкин:

- Вот я поперся, меня гаишник остановил. А вдруг он решит, что сеяние морковки – это неуважительная причина? Что дядя Коля может купить морковку в магазине. Плюс Собянин думает вообще? В Москве 11 млн. человек. А на самом деле – больше. Гастарбайтеры и прочие. Представляете, сколько людей надо, чтобы им пропуска выдавать?

Вы говорите: почему бы пропуска не выдавать по электронной почте, по интернету? А зачем они тогда вообще нужны? Вы меня по интернету проверить, что ли, можете? Да я могу зарегистрироваться под любым именем. Мария Шарапова, например. Это зачем?

В. Алфимов:

- Вы думаете, что Марии Шараповой безоговорочно дадут пропуск?

Н. Платошкин:

- Ей как раз не дадут. Я так понимаю, она давно уже не появляется в Российской Федерации. Но знаете, что меня бесит. Народ продолжает ездить в Евросоюз.

В. Алфимов:

- У нас все закрыто. Даже в Беларусь уже уехать нельзя.

Н. Платошкин:

- Они каким-то образом туда попадают. Я этого не могу понять. Месяц нельзя дома побыть? Но эти излишне драконовские меры могут ситуацию усугубить. У нас она плохая в Москве. В Москве все завезено. В других регионах, да, можно, предположим, ввести какой-то контроль на въездах в регион. Едет машина с нерегиональными номерами, с московскими. Можно остановить, температуру померить. Но все эти пропуска надо бросать. У нас вся экономика остановится.

В. Алфимов:

- Может, на две недели ввести тотальный карантин, чтобы через две недели все вышли уже нормальные и здоровые и обо всем забыли?

Н. Платошкин:

- У нас две недели не выдержит экономика. Аварийные службы должны работать.

В. Алфимов:

- Это максимум 5 % народа. Аварийные службы, Мосводоканал, свет – и все.

Программа в студии Радио КП

Н. Платошкин:

- Более половины случаев, я беру Германию, просто у них обычно статистика самая репрезентативная, половина случаев проходит бессимптомно. Вы вообще можете не понять, что вы болели. У вас вообще ничего нет. Может, усталость какая-то и прочее. Здесь нужно тестирование целевых групп обязательно. Мне докладывают люди, что с тестами тоже проблема. Здесь не надо экономить. Целевые группы должны быть протестированы. Не все, а просто те, кто приехал из-за границы, и пожилые люди.

В. Алфимов:

- Продление карантина поддерживает менее половины россиян (46% за продление, против – 32%, а затруднились ответить 22% россиян). Это опрос Superjob.

Н. Платошкин:

- Я на стороне тех, кто считает эти меры избыточными. Главное – разделенный социальный контакт. Кто-то правильно сказал насчет масок. Обычные маски спасают только тех, кто с вами контактирует. Условно говоря, не дай бог, вы чем-то заразным больны, эта маска удерживает эту инфекцию от того, с кем вы говорите. Другие маски, которые вас спасают, они многослойные, гораздо более дорогие. Но самое главное, если вы не приближаетесь к человеку, который чихает и кашляет (а вирус распространяется на 3-7 метров), то все нормально. Если человек идет навстречу и просто дышит, если вы в 1,5 метрах от него, вам ничто не угрожает ни по каким вирусам. Так говорят ученые, по крайней мере. Я на трех языках попытался все это выяснить. Примерно одинаково. Кстати, неизвестно даже пока, заражаются ли через руки. Заметьте, сначала перчатки многим стали раздавать. Немцы утверждают, что через глаза тоже вроде пока случаи заражения не документированы – только через нос и рот. Но пока это просто данные.

Насчет повторной заболеваемости. Гриппом, по крайней мере, повторно никто не болеет в этот сезон. Тоже разные точки зрения. То, что китайцы вычислили людей, которые вроде бы повторно заразились, немцы считают, что это диагностика плохая была, которая показала сначала, что вируса вроде нет, а через какое-то время – что он опять появился. У них точка зрения такая, что на этот сезон вроде бы иммунитет есть. Но пока это неясно, потому что болезнь сама свежая пока, рецидивов мало.

В. Алфимов:

- С коронавирусом все понятно. Врачи говорят, что лучше посидеть дома. Давайте отправимся за океан. Там тоже ситуация не очень простая. В Штатах с коронавирусом совсем беда, там, по-моему, больше тысячи погибает ежедневно. Трамп послал войска в Латинскую Америку. Южное командование вооруженных сил США приступило к военной операции в латиноамериканском регионе. Боевые корабли и самолеты направлены туда якобы из-за наркокартелей, по которым Трамп хочет нанести удар. Но в то же время США выдвигают обвинения в наркоторговле против президента Николаса Мадуро. Венесуэлу хотят захватить, притом, что, я так понимаю, у нас там уже интересов особо нет.

Н. Платошкин:

- Валентин, вы абсолютно правы. Мне кажется, американцы оборзели именно потому, что недавно Роснефть, главный наш оператор на венесуэльских нефтяных полях, продала свои активы, правда, нашему же государству – Роснефтегазу. Это случилось после того как американцы ввели санкции против трейдинговых компаний – Роснефть, Роснефть Трейдинг, ТНК Трейдинг. Мне то не нравится почему? Суверенная страна, получается, зависима от санкций США. Вы правильно сказали, они обвинили Мадуро в наркоторговле, а до этого, кстати, бездоказательно обвиняли вице-президента Диосдадо Кабелло. Тот подал в американский суд на американцев же. Причем обвиняли они хитро: «По данным из неназванных источников Министерства юстиции США Диосдадо Кабелло мог бы быть причастен к…». Он подал в американский суд. А те говорят: иск неприемлем. И самое главное. В 1989 году американцы произвели военную операцию против Панамы, свергнув тогдашнего президента Норьегу, которого тоже, между прочим, они сначала обвинили в наркоторговле.

Так что то, что американские войска скапливаются вокруг Венесуэлы, дело плохое. Потеряем Венесуэлу. В ОПЕК наши позиции вообще ослабнут. Если мы сейчас будет вести переговоры с ОПЕК 6 апреля (а их надо вести, надо снижать добычу, иначе мы вообще загнемся), нам союзники там нужны, раз так случилось, что мы нефтью торгуем. Если мы сейчас бросим Венесуэлу, которая в начале этого века добилась резкого роста цен на нефть, что нам сильно помогло, дела для нас будут плохие. Это почувствует каждый житель страны, так как мы сильно зависим от экспорта нефти.

В. Алфимов:

- А у нас есть там союзники?

Н. Платошкин:

- Валентин, вопрос вы правильно задали. Как таковых сейчас и не осталось. Можно Алжир считать и Анголу. Но Алжир сильно завязан на Европу, а Ангола (когда-то наш первый союзник) сейчас завязана на США, она всю нефть туда продает. Нефть, кстати, очень высокого качества, советские геологи ее когда-то нашли. Ирак был мощнейший союзник и Венесуэла. Но Ирака нет, он союзник Саудовской Аравии сейчас.

Если Трамп заставит саудитов снизить добычу, нам надо присоединяться. Хрен с ним, может быть, неприлично, что это Трамп сделал, а не мы, но у нас бюджет несет колоссальные потери сейчас.

В. Алфимов:

- Нефть подросла, она уже не по 20 долларов, уже 34 за Brent давали сегодня.

Н. Платошкин:

- И почему подросла? Как мы с вами говорили, Дональд Трамп взялся за дело. Он выступил с интервью, заявил, что кончайте валять дурака, нефть совсем до плинтуса дошла. И после этого она начала расти. Нам в какой-то мере везет, что сейчас в Белом доме товарищ, который, скажем так, без вражды, неплохо относится к нашей стране. Не дай бог, победит Байден, тогда нам придется теплее одеваться, конечно.

В. Алфимов:

- Что вы имеете в виду?

Н. Платошкин:

- Это немецкое выражение. Условно говоря, сложные времена предстоят российско-американским отношениям. Так что Байден нам в Белом доме не нужен абсолютно, все будет хуже.

В. Алфимов:

- А у кого шансов больше?

Н. Платошкин:

- Если бы сейчас на праймериз демократов победил Сандерс, я бы вообще откинулся в кресле, разрезал бы сигару, хотя я не курю. Потому что тогда, кто бы ни победил, Сандерс или Трамп, для нас было бы абсолютно неплохо. Но сейчас многое будет зависеть от коронавируса. Если демократам удастся повесить на Трампа, что он не принял достаточных мер, если там все пойдет по какому-то негативному сценарию, тогда Трампу будет тяжелее из-за этого коронавируса.

Программа в студии Радио КП

В. Алфимов:

- Вы же, наверное, следите за тем, как развиваются там события. Вешают? Получается? Или Трампу удается все-таки отбиться?

Н. Платошкин:

- Знаете, какая интересная вещь сейчас получилась. Знаете, на кого сейчас всех собак в Америке вешают из-за коронавируса? На китайцев. Там уже несколько судебных исков против Китая подготовлено в плане антисанитарии на уханьском рынке. Короче, что Китай не предпринял никаких мер, для того чтобы эта болезнь была бы быстро купирована, и вообще что она возникла. Некоторые американские сенаторы (причем плевать, демократы или республиканцы) требуют отставки главы Всемирной организации здравоохранения, потому что они вместе с китайцами, типа, проморгали начало эпидемии. Пока китайцы там под раздачей, потому что вражда к Китаю там популярна среди всех партий.

В. Алфимов:

- Я обещал слушателям историческую тему.

Н. Платошкин:

- Мы с вами, Валентин, так плавненько перешли к Америке, потому что нынешняя историческая тема с Америкой связана, и с нами в том числе. 3 апреля 1948 года президент США подписал закон, который вошел в историю потом как план Маршала. Это якобы бескорыстная помощь Соединенных Штатов Америки разоренной Европе после войны, от которой козел Сталин по каким-то непонятным причинам взял и отказался, да еще заставил отказаться наших друзей – Польшу, Чехословакию и т.д.

Сталин был бы странным человеком, если бы он принял помощь, где официально было написано, что ее цель – уничтожение коммунизма в Европе. Но это ладно, в конце концов, можно было бы написать по-другому. Американцы, во-первых, предоставляли 12 миллиардов долларов (в нынешних ценах – 120), но в основном как кредиты. То есть это никакая не помощь. А те деньги, которые они поставляли вроде как помощь, они в деньгах ничего не давали, они давали только американские товары, которые скопились в США по одной причине – американцы считали, что с Японией будут воевать до 46-го года. Потому что они в марте 45-го брали маленький японский островок Окинава и сражались там 2 месяца, потеряв десятки тысяч убитыми и ранеными. Они считали, что если уж на Японские острова высадятся, там вообще… То есть они накопили для войск массу зерна для сухпайков, тушенки, стали, чтобы там что-то производить, а война кончилась, в том числе из-за того, что СССР вступил в войну в августе 45-го против Японии.

Вопрос – куда сбыть неликвид? Ведь мало кто знает, что в 46-м году в США экономический кризис возник – перепроизводство, потому что девать некуда. В результате собираются европейские страны, где был голод тогда, особенно во Франции, кстати, где вообще ничего не было. Они говорят: друзья, будете брать всё у нас, но по ценам, по которым мы вам скажем. И самое главное, что Сталина не устроило, мы, американцы, определим курсы валют, которые вы без нас не имеете права менять. То есть нам они предложили, предположим, за 10 рублей 1 доллар. По нынешним временам, конечно, супер. Но наши чего боялись? Что американцы под этот курс (у нас же дешевые были товары в СССР, потому что была социалистическая страна) все вытащат просто. Что они и сделали. Они, например, установили курс западногерманской марки к доллару 4 к 1. Кстати, потом, когда курсы стали посвободнее, было вообще 1 к 1. Представляете, они в четыре раза завысили курс своей валюты и ободрали у немцев всё. И наоборот, заставляли немцев (у которых Рурский бассейн стоял) покупать в Америке каменный уголь. Причем американский уголь немцам обходился в два раза дороже, чем свой собственный, который они, правда, не имели права добывать, так как должны были брать у американцев.

Чехословакия до войны всегда в Америке покупала зерно. Когда после войны Чехословакии американцы ценник выкатили на зерно, чехи просто обалдели, сказали: вы чего творите, мы у вас раньше совсем по другим ценам покупали. Но американцы же понимали, что такого товара после войны, когда все разорены, больше ни у кого нет. И вот тогда появилось то, что, к сожалению для меня, мало кто знает, - план Молотова (Молотов тогда был министром иностранных дел СССР), по которому был образован в 49-м году Совет Экономической Взаимопомощи (СССР и восточноевропейские страны). И мы в 46-м году поставили Чехословакии, хотя у нас была тяжелая ситуация тогда, это зерно по приемлемым ценам. Причем поставляли так, что у чехов на разгрузку времени даже не оставалось. Президент Чехословакии Бенеш (антикоммунист, кстати) заявил: уважаемый генералиссимус Сталин, чехословацкий народ, когда бы и где он ни жил, никогда не забудет той братской руки, которую протянул ему в это сложное время Советский Союз. Сейчас бы всё это посчитали руководители нынешней Чехии, которые наши памятники хотят сносить. А ведь они Бенеша считают… Короче говоря, это как Джордж Вашингтон.

Это был Совет Экономической Взаимопомощи. СССР неликвид туда не поставлял. Мы вместе конструировали какие-то вещи. Предположим, Болгария стала чемпионом мира по электрокарам. Болгария, в которой до войны, по-моему, даже отвертки не производились, чисто аграрная страна. Венгрия – чемпион по фармацевтике, по автобусам «Икарус», ГДР – по моющим средствам. Венгрия делала «Икарусы» для огромного Советского Союза. То есть мы поставляли на эти автобусы, например, лист, ГДР поставляла шины, Польша – стекло. В результате был единый продукт, и все были заинтересованы в том, чтобы он был не очень дорогой. Если вы поставите дорогие шины, то у вас автобус будет дорогой. То есть СССР старался развивать экономику в странах-союзниках, а не просто впихивать им всякое дерьмо, которое у нас залежалось на складах после войны.

В. Алфимов:

- Вот такой разный подход. Мы это припишем к плюсам социалистического строя?

Н. Платошкин:

- Да, мы приписываем это к плюсам социалистического строя. И к той другой линии, которую вел СССР по отношению к слаборазвитым странам, за что нас ругают. Но миллионы людей до сих пор помнят нас, потому что мы не старались содрать с них последнюю шкуру, старались делать взаимовыгодное сотрудничество.