Как протесты вокруг Навального используются для того, чтобы подтолкнуть Россию в объятия Китая

Экономика с Никитой Кричевским
Алексей Иванов и профессор Никита Кричевский обсуждают разгон митингов в российских городах, шансы на продление программы льготной ипотеки и дороговизну детского спорта

А. Иванов:

- Ваша любимая передача об экономике на волнах радио «Комсомольская правда». Никита Кричевский и Алексей Иванов - пошумим!

Н. Кричевский:

- Не то слово!

А. Иванов:

- Никита Александрович, ну, может быть, не с такой уж оптимистичной ноты надо было начинать, все-таки вчера произошло важное событие - приговор Алексею Навальному…

Н. Кричевский:

- Вы считаете, важное событие?

А. Иванов:

- Я считаю, что это событие, безусловно, очень важное, но, с другой стороны, оно, конечно, было предсказуемым и с того момента, как Навальный решил вернуться из Германии в Россию, все дальше шло по тому сценарию, который изменить уже было, видимо, нельзя.

Н. Кричевский:

- Так в чем же его важность?

А. Иванов:

- Важность его в том, что власть наконец, а, может быть, для кого-то к удивлению, пошла на такие жесткие меры, когда главного оппозиционера страны сажают в тюрьму. И понятно, что это вызовет и вызвало уже очень пока скажем риторику, но жесткую, со стороны наших западных партнеров. А партнеров ли?

Н. Кричевский:

- То есть, у нас сегодня политологическая программа? Наслушались марковых, наслушались винокуровых и решили продолжить?

А. Иванов:

- Нет, в каждой политике есть частичка экономики.

Н. Кричевский:

- Вы перешли в отдел политики?

А. Иванов:

- Нет. Я возглавляю отдел экономики. Но в каждой политической истории значительная доля экономики, я вам так скажу. Это сказал еще Владимир Ильич Ленин.

Н. Кричевский:

- Ну, он не так говорил, но - неважно. И что? Партнеры ли они? Да кто их знает. Вот у меня на западе партнеров нет. А у вас?

А. Иванов:

- У меня на западе партнеров нет тоже, но вы знаете, что меня удивило сегодня? Я-то думал, как всегда после таких событий, которые там вроде рассоривают нас с западом, рубль всегда слабеет. Но сегодня я с утра проснулся, ждал открытия биржи…

Н. Кричевский:

- А что, не могли позвонить и спросить меня?

А. Иванов:

- Ну, я не стал вас рано утром беспокоить…

Н. Кричевский:

- Ну, написали бы после девяти, ничего страшного не было бы… потому что курс рубля - это вопрос в России политический. Он исчезающе мало в последнее время имеет с экономикой. Исчезающе мало. Иными словами, если, например, высшее руководство говорит о том, что курс необходимо держать, курс держат. Если высшее руководство дает отмашку делать так, как ЦБ считает нужным, ЦБ немножко ослабевает национальную валюту.

А. Иванов:

- Это хорошо или плохо? Я помню, вы…

Н. Кричевский:

- Это ужасно.

А. Иванов:

- Я помню, вы ратовали за Китай, где директивным порядком…

Н. Кричевский:

- Ну, слушайте, там не в политических, а в экономических целях зафиксирован он на том уровне, который нужен сегодня китайской экономике. Иными словами, на искусственно заниженным, по сравнению, например, с американским долларом. Сегодня все ждали, что рубль каким-то образом отреагирует и будут какие-то распродажи рублевых активов, все будут уходить в кэш, в доллар, еще куда-то. Ничего этого не произошло. Потому что повторю еще раз - курс рубля это вопрос не экономический в России, а политический. Что касается Китая, сегодня пришла на ум хорошая мысль. Вы знаете, в Китае коэффициент монетизации экономики, то есть, соотношение денежной массы к ВВП, ну, количество безналичных и наличных денег в экономике, к размеру национальной экономики составляет более 200%. В России это порядка 50%. Более точные цифры можно почитать, но они не имеют смысла, потому что порядок цифр не изменится. Более 200% в Китае, то есть, у Китая много денег, которые вкладываются в инвестиции, в развитие, во внутренние инвестиции, а в России мало. Даже во Вьетнаме еще несколько лет назад, в начале второго десятилетия нынешнего века, было порядка 90% этот коэффициент. Сегодня он наверняка повыше, почему Вьетнам так эффективно и хорошо развивается. А в России как было 50, так и остается.

А. Иванов:

- Недоинвстированная страна.

Н. Кричевский:

- Причем, за счет внутренних инвестиций. Вы скажете - а как же так, ведь по законам монетаризма, по классике монетаризма, по тем учебникам, по которым экономисты дай бог учились, если они когда-нибудь учились и читали эти книжки, ну, я имею в виду в первую очередь Милтона Фридмана и прочих уважаемых господ, увеличение денежной массы к прежнему количеству товаров или к прежнему количеству потребления, ведет к инфляции. На что я вам отвечу, что, во-первых, сегодня все эти экономические закономерности не действуют, потому что количества денег в мировой экономике становится с каждым годом все больше. А во-вторых, возьмите Китай. В Китае деньги вкладываются не в мифические национальные проекты, например, по развитию массового спорта, о чем мы будем говорить сегодня в конце программы, да. Куда деваются деньги в Китае? А в Китае деньги вкладываются в экспортно ориентированные отрасли. В итоге мы наблюдаем картину. Производится дополнительный продукт, этот продукт экспортируется…

А. Иванов:

- Сложный продукт.

Н. Кричевский:

- Неважно, как он называется. Это могут быть микрочипы, это могут быть автомобили, это может быть все, что угодно, вплоть до консервов «Дядя Ваня», производства Китая, кстати говоря. И эти деньги возвращаются обратно в виде долларовой выручки, ну, или в выручке валюты какой-нибудь третьей страны. И в дальнейшем эти деньги оседают, вот те дополнительные деньги, которые вбрасываются национальным народным банком Китая в экономику этой страны, они абсорбируются в международных резервах Китая. Почему они такие большие. Ну, неважно сколько они - три, четыре миллиарда долларов. Непринципиально. Простите, не миллиарда, а триллиона. Эти деньги частично размещаются в американских трежерис, частично размещаются в каких-то третьих активах - не принципиально. Эти деньги через экспорт возвращаются в виде уже роста международных резервов Китая. Что происходит в России? В России как только вы вбросите дополнительное количество денег, эти деньги уходят, если мы не говорим о коррупции и не говорим об откатах, не говорим о западных счетах и прочее, эти деньги уходят на потребительский рынок. Потребительский рынок у нас из чего состоит? Преимущественно из продукции либо полностью импортной, либо импортной частично. В итоге мы своими деньгами финансируем ту же китайскую экономику. Молодцы. Это к вопросу о Китае.

К вопросу о Навальном. Я считаю, что применение силы, что вчера, что 31 января, что 23 января, было непропорционально степени опасности тех, кто вышел на мирный протест.

А. Иванов:

- Силы со стороны ОМОНа, потому что силу проявляли обе стороны.

Н. Кричевский:

- Так точно. Непропорционально жестким со стороны правоохранительных органов. В то же время я утверждаю, что протест, особенно вчера, как я посмотрел, а вчера была возможность убедиться в этом, исходя из многочисленных видео, которые размещались во всех сетях абсолютно, количество протестующих становится меньше. И виной тому не зверства ОМОНа, не опасность угодить в обезьянник, и не завтрашний рабочий день, а виной тому отсутствие позитивной программы у Алексея Анатольевича и у фонда ФБК. Что они предлагают тем, кто выходит за них на улицу? Они предлагают освободить Алексея Навального, во-вторых, освободить Алексея Навального и в-третьих - освободить Алексея Навального! Все. Больше никаких призывов тех, кто выходит на улицы, к сожалению, нет. Такое ощущение, что мы с Алексеем Валерьевичем второй год, а я третий год, болтаем в пустоту. Такое ощущение, что они не слышали ни о справедливости, ни о равенстве возможностей, ни о бесплатном высшем образовании, ни о бюджетной медицине, ни о прогрессивном подоходном налоге, ни о налоге на капитал, ни о налоге на наследование и дарение, ни о пересмотре итоговых залоговых аукционов. Они не слышали ничего. Они выходят и говорят - свободу Алексею Навальному! Ну, так же нельзя! Возникает вопрос - в чьих интересах используется фигура Алексея Навального? И я выражаю свою личную точку зрения и говорю, что, по моим представлениям, исключительно в интересах Китайской народной республики. Потому что хочешь не хочешь, но эти протесты делают все для того, чтобы Россия отдалилась от запада. Какая страна в мире из крупных экономик, из крупных государств применят силу, репрессии, жестко подавляет любые проявления протеста? Только одна - из крупных экономик это только одна страна - Китай. Там до сих пор есть смертная казнь за коррупцию. И не только, кстати, за коррупцию. Им абсолютно наплевать, что вы не согласны, что там надо что-то другое делать. И я вижу, что кто-то внутри нашей власти за очень хороший куш сбивает с толку молодежь и заставляет ее выходить. А с другой стороны говорит о том, что у нас своя судебная система, мы в своем праве и не надо нам советовать, как нам заниматься судебными практиками. Вот и все.

Я бы не сказал, возражая олимпийскому чемпиону Ягудину, что у нас весело.

А. Иванов:

- Давайте напомним содержание предыдущей серии. Никита Александрович Кричевский высказал гипотезу, что протесты в России в январе-феврале 2021 года инспирированы Китайской Народной Республикой. Итак, КНР раскачала лодку в России, вывела людей на улицы, для того чтобы оттолкнуть нашу страну от Запада и притянуть ее к себе.

Н. Кричевский:

- Нет. Зачем так утрировать? Это делают люди, которые окопались глубоко во власти…

А. Иванов:

- Китайская партия.

Н. Кричевский:

- Так точно. Которую вы не найдете. Ну, например, обратите внимание. Вы никогда ни в одном радио- или телеэфире не услышите о внутренних противоречиях в КНР. Ни о гонениях на уйгуров, ни о притеснениях христиан, ни о прочих вещах, о которых, в общем-то, весь мир знает, и весь мир постоянно об этом говорит. У нас этого нет в принципе. Вы никогда не услышите о том, что до 70% пахотных земель, например, в Амурской области контролируется китайцами. Вы никогда не услышите о том, что китайские силы вторглись уже не в Забайкалье или в Сибирь, и даже не на Урал, они начинают верховодить в таких прежде исконно русских регионах, как, например, Саратовская или Ульяновская область. Они начинают скупать предприятия уже на европейской части России.

А. Иванов:

- Знаете, любой губернатор в России будет счастлив, если к нему придут китайские инвесторы и скажут: мы тут у вас хотим заводик построить.

Н. Кричевский:

- Не построить, а купить.

А. Иванов:

- И модернизировать.

Н. Кричевский:

- Дело в том, что они покупают уже готовые предприятия, уже модернизированные, причем модернизированные не за их деньги, а в основном за бюджетный счет. Суть не в этом. Суть в том, что любой губернатор должен быть ориентирован в первую очередь на внутренние ресурсы, на то, чтобы в первую голову поднимать благосостояние своих жителей. А этого не происходит, потому что все эти разговоры о том, что придут китайские инвестиции и создадут новые рабочие места для местных аборигенов, это разговоры ни о чем. Вместе с китайскими инвесторами приходят китайские работники. Потом китайские работники женятся на русских девушках. Русские девушки с удовольствием выходят за них замуж, потому что китайцы работящие, денежные, китайцы нашим рохлям не чета. А детки получаются китайцами, не ассимилированными. Ну, не получается у них. Если от русской и китайца родится мальчик или девочка, они будут китайцами.

Вы этого не услышите никогда и нигде, потому что это абсолютное табу. И то, что я вчера написал у себя в Телеграм-канале «Антискрепа» по поводу моих соображений о китайском следе в этих протестах, прочитало больше 100 тысяч человек. То есть больше 100 тысяч человек эту историю восприняли либо полностью одобрительно, либо конструктивно, критически, либо ее откровенно отторгли (я голосование не проводил).

Повторяю третий раз, чтобы было понятно и не было потом претензий и предъяв. Ни о каком китайском подзуживании господином Навальным или ФБК не может быть и речи, все это делается руками наших внутренних акторов, которые до поры до времени искусственно скрывают свое заинтересованное отношение в укреплении российско-китайских связей.

Почему это хорошо и почему это плохо? Потому что Запад смотрит на Россию. Россия в любом случае – объект столкновения Запада и Китая. Мы дожили до того, что мы перестали быть субъектом, мы стали объектом. Мы дожили до того момента, когда Запад рассматривает Россию как инструмент для сдерживания экспансии Китая в Европу и в западный мир, некий буфер на пути китайских инвестиций, китайского менталитета, китайского образа жизни, китайского всего. Россия Западу нужна свободной, развивающейся, процветающей, образованной, социально обеспеченной, естественно, с независимыми судами и прочим. В свою очередь, Китай рассматривает нас как… Ну, я не могу сказать, что в чистом виде провинцию, но что-то типа. Там нет задачи, например, оккупировать Россию или еще что-то. Есть задача установить свой протекторат, и Китай идет по этому пути весьма и весьма активно. Это моя личная точка зрения, я это так вижу.

А. Иванов:

- Никита Александрович, у меня есть реплика по этому поводу. Я считаю, что какая-то логика в этом есть. Уже сейчас становится все очевиднее, что Китай в этой глобальной войне с Америкой окажется победителем, в том числе по тем причинам, которые вы озвучили выше, - по грамотной экономической политике, потому что они покупают все больше и больше государств планеты, потому что они держат у себя ниточки от государственного долга США и т.д. И нам лучше быть на стороне победителя, чем на стороне проигравшего.

Н. Кричевский:

- Ну, во-первых, совершенно не очевидно, что Китай выиграет. Во-вторых, быть на стороне победителя – это значит, упасть китайцам в ноги. Я категорически против того, чтобы падать кому бы то ни было в ноги. Я вижу по-другому эту ситуацию.

Как бы я смотрел на эту ситуацию? Мы готовы какое-то время быть у вас младшими братьями, как вы в свое время были у Советского Союза младшими братьями. Мы готовы подстроиться и т.д., но при этом мы должны держать в голове, мы не должны скрывать, что конечной целью нашей ситуативной дружбы или попутничества по интересам является построение эффективной экономики внутри страны, независимой экономики, независимой социальной системы…

А. Иванов:

- Суверенной.

Н. Кричевский:

- Правильно, суверенной экономики под названием Российская Федерация. Сегодня, к сожалению, такая постановка вопроса невозможна, хотя бы потому, что… Открутите назад подкаст и послушайте, что я говорил. Вы не сможете об этом говорить нигде, за исключением моей программы на радио «Комсомольская правда».

Но самое страшное, что нынешние элиты, которые сплошь и рядом занимаются выводом бабла за границу, выводят деньги не в Китай, а в Лондон, в Америку, в Европу. Они приобретают там недвижимость, вкладывают все активы туда, потому что они знают, в Китай им путь заказан.

А. Иванов:

- Долго думают, тормозят, давно пора в Шанхай все вывозить.

Н. Кричевский:

- В Китай им путь заказан. Потому что китайцы очень быстро поймут, что эти деньги коррупционные. А дальше первый же прилет – ласты скручивают, и, пожалуйста, на скамью подсудимых. Причем они будут судить по своим китайским законам. И мы ничего не сможем сделать. Мы об этом даже, скорее всего, не узнаем, потому что у нас табу на негативную информацию о Китае.

Видите, какая происходит ситуация? Вы, может быть, и рады бы плотнее поработать с Китаем, но российские правящие элиты не могут себе этого позволить. По той простой причине, что у них эта коррупция уже из ушей вываливается. И то, что там Леша Навальный про дворец рассказал, так это мелочевка всё. Лешу использовали в очередной раз. Как его пользовали до этого, как его в свое время пользовали, для того чтобы он поддерживал нациков. Он нациков поддержал, потом сдал Тесака, Тесак погиб не неясных обстоятельствах, а Лешу выгнали из «Яблока» за это. Потом были другие истории. Потом была Болотная. Потом случилось это кино про Димона, про самолет, про все остальное. В итоге случилось кино про дворец. Ну, очевидно же, что человек расшатывает ситуацию, и делает это весьма и весьма эффективно. Но возникает вопрос. Кто им играет, кто дергает за ниточки? И вот тут мы перематываем подкаст на начало, прослушиваем его еще раз.

А. Иванов:

- Ну, давайте, чтобы закончить уже с этой китайской конспирологией, мы тут в перерыве выяснили, что…

Н. Кричевский:

- Вам в перерыве пришла интересная мысль…

А. Иванов:

- Да, она пришла вот в дверь нашей студии… В общем, нашли мы китайскую улику, которую они оставили на месте преступления. Это же, собственно, Тик-Ток, с которого началось все вот это раскачивание протеста. Тик-Ток - это самая популярная в мире китайская социальная сеть. Именно через Тик-Ток раскачивали эти протесты в России.

Н. Кричевский:

- Кстати говоря, китайские деньги дошли до российских социальных сетей и, как говорят, даже до Телеграма. Ну, естественно, не в самом Телеграме, а гораздо проще купить основных акторов, основных лидеров общественного мнения, которые зарекомендовали себя в Телеграме. Ну, я не считаю себя таким уж атомным лидером общественного мнения, до меня китайские деньги не дошли хотя бы потому, что я сейчас об этом говорю. Хотя потому, что я об этом говорю и не стесняюсь об этом говорить и писать об этом. Но, обратите внимание, ведь по пальцам одной руки из крупных Телеграм каналов можно пересчитать тех, кто может сказать об этом непредвзято и открыто. Остальные, как правило, вообще не реагируют на эту тему, она для них закрыта. Ну, как вот в свое время вот у какого-нибудь олигарха случится некая техногенная катастрофа, там разольется что-нибудь, сломается, разрушится - не принципиально - они ходят по всем медиа, по лидерам общественного мнения и раздают деньги направо и налево. И, кстати говоря, это не только олигархи. Это и госкомпании. Да что там, это крупнейшие российские банки! Потому что они работают с медиа, потому что они создают позитивный контент вокруг своего бренда. Это нормально. Но, когда вы замалчиваете проблемы, которые не видит в нашей стране только ленивый или слепой, меня поражает.

А. Иванов:

- Давайте завершим сегодня с этой опасной темой. Хорошенького понемножку… А я пока предлагаю вернуться к российским реалиям.

Н. Кричевский:

- Давайте пробежимся в темпе.

А. Иванов:

- Давайте. В Центробанке выступили против продления льготной ипотеки во всех регионах. В общем, мнение такое у Центробанка, что продлевать программу льготной ипотеки, крайне популярную в народе, нужно лишь в наиболее бедных регионах. И это мнение поддержал Анатолий Аксаков, председатель комитета Госдумы по финансовому рынку, который заявил, что сейчас программа льготной ипотеки стимулирует людей переезжать из бедных регионов в богатые. Например, в Москву из Саратова.

Н. Кричевский:

- Да, я даже знаю одного такого человека, который переехал из Саратова в Москву. Его зовут Алексей Иванов.

А. Иванов:

- Да. Но не за льготной ипотекой.

Н. Кричевский:

- Это сто процентов не из-за нее. Ну, просто медом здесь намазано! Ехали бы в свой Саратов, чего вы в Москву-то приехали?

А. Иванов:

- Так вот, если бы была льготная ипотека в Саратове, может быть, я бы тогда в Саратове и остался. А тогда ее не было. И вот сейчас Анатолий Аксаков и Центробанк предлагают льготную ипотеку оставить только в бедных регионах, чтобы люди там оставались…

Н. Кричевский:

- В общем, я вам так скажу. Центробанк на самом деле выступает не столько за повышение качества жизни нашего богом хранимого населения, сколько за уменьшение масштабов субсидирования ипотеки из федерального бюджета. Ведь что такое субсидирование процентной ставки по льготной ипотеке? Это значит, что какие-то деньги на субсидию выделяются из бюджета. Бюджет у нас дефицитный - где их взять? Надежд на восстановление экономики, на то, что она из дефицитной по бюджету превратится в профицитную, сегодня нет… О, Сергей Семенович появился! Здрасьте, Сергей Семенович! А я и не заметил. Это у нас плакат в нашей студии вернули на место. После, кстати говоря, моей программы, между прочим… Да, вот, - денег нет. Где их брать? Минфин и ЦБ сегодня знают только одну историю с уменьшением бюджетного дефицита - а именно распространение как можно более широко ОФЗ - облигаций федерального займа. В прошлом году, по разным оценкам, было продано ОФЗ на 4,5 триллиона рублей - это позволило практически в ноль выполнить бюджетные обязательства и даже триллион остался. Сегодня ситуация несколько иная и несколько хуже, потому что тогда-то все деньги пропылесосили и госбанкиры уже говорят о том, что мы не можем до бесконечности, вы давайте как-то там эмиссию увеличивайте и тогда за счет эмиссии мы будем покупать. Но на это Центробанк пойти не может. Поэтому он и говорит - надо минимизировать масштабы льготной ипотеки. И отчасти ЦБ-то прав. Потому что в 72% российских городов льготной ипотеки нет вообще. Потому что там просто ничего не строится. Там просто не на что и не во что вкладывать и нечего покупать. И ипотеки там нет. Поэтому если уж оставлять, то действительно в бедных регионах. Но Саратов, конечно, не бедный регион… А мужики какие там!

А. Иванов:

- А девушки?

Н. Кричевский:

- А мужики? Вячеслав Володин, Евгений Миронов.

А. Иванов:

- Михаил Суслов. Давайте послушаем звоночек…

Н. Кричевский:

- Да не то слово. А вспомните некоего Столыпина! Вот это то, что касается бедных регионов. И плюс ко всему это еще и возможность немножко вступить в клинч в своих конъюнктурных корпоративных бюрократических интересах со строительным комплексом, который в правительстве возглавляет вице-премьер Марат Хуснуллин. То есть, нельзя говорить, что огульно - а, вот Центробанк плохой! Отчасти-то он прав. Но если в этот перечень отдельных регионов, в которых льготная ипотека будет оставлена, войдет Московская область, ну, тогда это будет из цикла «не догоним, так хоть согреемся».

А. Иванов:

- Что касается льготной ипотеки - да, вы абсолютно мою мысль высказали, что это в первую очередь поддержка застройщиков. Помните, я вам говорил, что у нас до 2030 года планируются какие-то хрущевские планы по строительству жилья, миллиард, кажется, квадратных метров…

Н. Кричевский:

- Да, 120 миллионов в год. Откуда эта цифра взялась, я не представляю. Почему именно 120?

А. Иванов:

- Закон о реновации для этого…

Н. Кричевский:

- И кто будет? Я понимаю, при Брежневе раздавались эти метры. А сейчас-то кто будет их покупать? И плюс ко всему - 120 - это ведь не застройщики построят. У нас половина вводимого жилья - это, как правило, жилье частное. Индивидуальное жилищное строительство. Но и тут веселье. Потому что ведь стройматериалы-то подорожали по некоторым позициям в два раза. И тут нам говорят - 6,5%. А теперь следующий момент. А почему государство должно, бюджет должен субсидировать поставки в 6,5%? Ведь у нас сегодня ключевая ставка 4%. У банков и так остается 2,5%. Почему ДОМ.РФ не может снизить ставку по рефинансированию выданных кредитов? Вот это вопрос. Но там тоже деньги. Там тоже желание навариться. Хоть на чем-нибудь. В конечном итоге навариваются на вас. Ну и на нас. Очень и очень все хорошо. А на поверхности для лохов - извините за это слово - идут разговоры о том, что надо бы подсократить льготную ипотеку.

А. Иванов:

- Счетная палата заявила о нерешенной задаче доступности спорта для всех в нашей стране. 80% населения не могут заниматься с тренером в фитнес-зале, 56% не могут в бассейн ходить, в том числе потому, что их просто нет поблизости от их дома. Но есть еще одна проблема – детский спорт. Доступность массового спорта - это одно, а доступность детского спорта – это совсем другое.

Н. Кричевский:

- Когда я смотрел чемпионат мира по хоккею по молодежке, знаете, я поражался, что мы еще как-то не то чтобы на равных бьемся, но как-то пытаемся соответствовать.

А. Иванов:

- Хоккей – это очень модно, но это очень дорого.

Н. Кричевский:

- Это настолько дорого… У меня есть товарищ, который переехал из Воронежской области вместе с семьей в столицу, хотя там был свой лед. Он переехал в столицу только из-за того, что у него перспективный мальчик-хоккеист. Не факт, что он дальше пройдет, потому что там на каждый чих нужны деньги. Я смотрю молодежку и думаю: где же эти ребята нашлись? А ведь это очень хорошие молодые хоккеисты. Но давайте так говорить. Сколько отсеялось по дороге из-за того, что у родителей элементарно не было денег, чтобы их поддержать, чтобы отправить их в Москву, чтобы воссоздать те самые интернаты, о которых в Советском Союзе знал каждый, а сегодня о них вообще напрочь забыли. Из Воронежской области переехала вся семья сюда. Это какие затраты! Они влезли в ипотеку, они устроились здесь на работу, не на самую лучшую, они достойны большего, но они работают здесь из-за мальчика.

А. Иванов:

- Чтобы он стал новым Овечкиным.

Н. Кричевский:

- Или не стал. Как получится. Но я их очень хорошо понимаю. Они сделали и делают все, что от них зависит, для того чтобы их ребенок получил возможность выстрелить. Но сколько людей по стране, кто таких возможностей не имеет? И об этом Счетная палата не говорит. А почему? Потому что все ее доклады и аналитические записки очень часто выступают как незначительный инструмент в аппаратной борьбе. Ну, у кого-то, может быть, возникли вопросы к министру спорта. И тут как раз под сукном отчет Счетной палаты. За какой год?

А. Иванов:

- 2021-й.

Н. Кричевский:

- 2019-й.

А. Иванов:

- 19 января, до отчета Счетной палаты, на сайте «Комсомольской правды» вышла статья «Почему детский спорт у нас формально бесплатный, а на самом деле очень дорогое удовольствие». Тут приводятся данные. Самые дорогие виды спорта для детей. Первое место – хоккей. Только форма на ребенка 7 лет стоит 93200 в среднем.

Н. Кричевский:

- И это не самая топовая.

А. Иванов:

- Да, это абсолютно средний показатель. Цифра запредельная для большинства жителей нашей страны.

Н. Кричевский:

- Притом, что 7-летний ребенок из нее вырастает.

А. Иванов:

- Да, каждый год.

Н. Кричевский:

- До тех пор, пока она обносится и истреплется, он из нее вырастет. Значит, на следующий год ты должен опять только за форму заплатить 100 тысяч.

А. Иванов:

- И это платят родители, хотя, по идее, государство, объявляя детский спорт в стране бесплатным, должно выдавать эту форму. Родители платят за поездки на турниры своих детей, как правило.

Н. Кричевский:

- Не только за поездки, но даже за аренду автотранспорта.

А. Иванов:

- За аренду автотранспорта, за дополнительные занятия с тренером. Это действительно занятия только для очень богатых людей. Горные лыжи. Форма – 42 тысячи рублей. Фигурное катание – 31900 рублей. В общем, вот такие расценки существуют в детских секциях на то, чтобы своего ребенка туда привести и попытаться сделать из него даже не олимпийского чемпиона, а просто хотя бы мастера спорта.

Н. Кричевский:

- А вдруг получится? «В Оренбургской области племянник занимается карате, ездит на региональные и областные мероприятия. Племянник занимает первые места. Спросил зятя: «Вам выделяют на соревнования автобус?» Он говорит: «Всё нанимаем за деньги родителей, скидываемся». Область не помогает – ни спорткомитет, никто. Позвонил в спорткомитет, мне сказали: «Ну, если бы дети занимались дзюдо, тогда бы помогли».

А. Иванов:

- Это, наверное, шутка – по поводу дзюдо?

Н. Кричевский:

- Нет, это ему в спорткомитете сказали. Вы выбрали не тот вид спорта. При Ельцине это был теннис, при Владимире Владимировиче – дзюдо, другие виды единоборств.

А. Иванов:

- Зачитаю пришедшие сообщения. «Овечкиным не стал, но в Москве остался. Уже хорошо».

Н. Кричевский:

- Далеко не факт. Потому что небо везде одинаковое, и возможности от реализации не зависит от того, в каком ты городе. Он мог реализоваться, познать себя и познать окружающих, просто реализоваться, выйти в люди, например, там же, где он родился.

А. Иванов:

- Александр из Белгородской области пишет: «Дочь ходит на фигурное катание. Все деньги туда, даже за кубки платим мы, не считая все остальное».

На этом на сегодня у нас все. Прощаемся до следующей недели. Всего вам доброго.

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Apple Podcasts и Google Podcasts, ставьте оценки и пишите комментарии!