Никита Кричевский: Металлурги заработают за счет ковид-кризиса 500 млрд рублей, а банки - 2 трлн!

Экономика с Никитой Кричевским
Евгений Проскуряков и профессор Никита Кричевский обсуждают отказ России от долларов в ФНБ, донастройку налоговой системы на 400 млрд, рост цен на квартиры из-за льготной ипотеки и мыльный пузырь «зеленой» энергетики

Е. Проскуряков:

- Всем доброго дня, это программа «Экономика с Никитой Кричевским». И с нами в эфире по скайпу профессор Никита Александрович Кричевский. Никита Александрович, здравствуйте.

Н. Кричевский:

- Здрасьте, Женечка, дорогой! Здравствуйте, дорогие наши зрители и слушатели.

Е. Проскуряков:

- Сегодня мы, как всегда, будем обсуждать важнейшие экономические события в России, которые касаются всех нас с вами непосредственно. Никита Александрович, вот сегодня пришла новость о том, что наш Фонд национального благосостояния наконец-то окончательно и бесповоротно избавился от доллара. Еще в 2020 году он занимал почти половину нашего ФНБ – 45%. А сегодня – ровно – 0. Расскажите, зачем это нужно и как это отразится на нас с вами?

Н. Кричевский:

- Вы знаете, я с трудом представляю и могу объяснить, зачем это нужно было, потому что доллар как занимал две трети международных резервов в странах мира, если брать в среднем, так он и занимает. Больше того, все расчеты за наши коммодитиз, которые мы экспортируем на мировых рынках, происходят в долларах. Мы получаем в долларах, котировки наших нефти, газа, металлов, леса и прочих алмазов в долларах. Ну, там, где евро, там идет, естественно, пересчет, но в любом случае биржи-то работают в долларах. И тут мы такие на белом коне выходим и говорим – да мы вообще отказываемся от доллара. Почему мы отказываемся от доллара? Может быть, из-за того, что впереди санкции? Да кто ж его знает! То, что санкции нам грозят, мы знаем уже как минимум семь лет. И вот семь лет мы наращиваем, вкладываем в трежерис, копим доллары и вдруг мы решили отказаться от долларов. Ну, решили отказаться, так решили отказаться – что называется, хозяин – барин. Другой вопрос, что вы сказали, что мы обсуждаем темы, которые волнуют всех и каждого. Так вот, на мой взгляд, средства ФНБ, международные резервы – это тема, которая волнует, наверное, постольку, поскольку, применительно, может быть, сравнительно к пингвинам в Антарктиде, не знаю, то есть, это некая аморфная величина, которая как бы есть, но ее нет. То есть, там есть какие-то миллиарды долларов – ну, здорово. Но мы о них ни разу ничего не слышали и не видели, и не представляем, как их можно пощупать, хотя бы в чем-то пощупать, ну, за исключением, может быть, отдельных участков центральной кольцевой автодороги, которую президент будет открывать завтра. Но это крайне незначительная величина.

Другой вопрос, если бы нам бы сказали о том, что эти средства мы выводим из ФНБ и вкладываем в ремонт, например, школьных туалетов, - вот это был бы другой разговор.

Е. Проскуряков:

- Это был бы другой разговор, да. Но мы их выводим из долларов просто во что-то другое. Давайте тогда, может быть, ближе к нашему с вами кошельку. Вот как вам такая тема? Правительство обсуждает, где бы взять дополнительных налогов? Правительственная бюджетная комиссия считает, что можно экономически изыскать 400 млрд. рублей за счет донастройки налоговой системы. И это не только какие-то налоги такие, которые для предприятий и т.д., ну и для предприятий, в том числе, а в том числе и акцизы, в том числе, на некую алкогольную продукцию, на некие другие напитки. Что вам об этом известно? Что это за 400 миллиардов, которыми они хотят обзавестись и где они их могут взять?

Н. Кричевский:

- Я не считаю, что это какая-то дойка населения или, например, бизнеса. Я только вчера смотрел статистику по экспорту металлов, так вот я вам должен сказать, что значительная группа металлов, как черных, так и цветных, в лучшем случае показывает результаты аналогичные прошлогодних. Вот если взять прошлый год за сто, то в этом году, скажем, экспорт составил 103% от прошлогоднего – если брать за четыре месяца. Если брать «Норникель» и конкретно экспорт никеля, то там экспорт поставил 65% от уровня прошлого года. При этом выручка у этих предприятий, при том, что экспортировано практически столько же, сколько в прошлом году, выросла в полтора раза. Вот, скажем, за тот же никель 65% от прошлогодней величины, а по экспорту, по выручке в долларах получилось 92% от прошлогодней, если я не ошибаюсь. То есть, прирост в полтора раза. И по многим товарным металлургическим позициям прирост абсолютно идентичный – то есть, где-то плюс-минус полтора раза. Иными словами, это те деньги, которые принесены ветром в буквальном смысле этого слова, из-за того, что в прошлом и в этом году мы сталкивались с тем, что, скажем, в США, в Евросоюзе вбрасывались огромные деньги на поддержание экономики, на самом деле значительная часть осела у тех самых биржевых спекулянтов, у хэджфондов, у банкиров, которые, естественно, отправили их на биржу. И коммодитиз, те самые товары, которые мы экспортируем, которые котируются на биржах, подскочили в цене.

Е. Проскуряков:

- Подскочили, да. Но стоит ли у них забирать эти деньги? Они подорожали, значит, ребята получили сверхприбыль. А если я не путаю термины, первый вице-премьер Белоусов назвал это словом «нахлобучили».

Н. Кричевский:

- Нет, нахлобучили он говорил о другом. Он говорил о том, что, если бы… если бы производители не повышали цены внутри страны и реализовывали продукцию, например, на стройки с государственным участием по внутренним ценам на уровне, скажем, прошлого года, ведь экономика-то сильно не выросла и денег больше не стало, тогда к ним вопросов бы не было. Вопросов не было и нет к производителями минеральных удобрений. Потому что они еще в апреле сказали, что они не будут повышать цены на внутреннем рынке. А что касается металлургов, они повысили цены в два раза и все об этом прекрасно знают, особенно те, кто сейчас сталкивается со стройкой и ремонтом квартир или своих индивидуальных домов. Вот это асоциальное поведение и стало, на мой взгляд, базовой предпосылкой того, что у металлургов будут дополнительно поднимать налог на добычу полезных ископаемых.

И еще один момент, связанный с тем, что НДПИ – вот тот самый налог на добычу полезных ископаемых – например, у нефтяников составляет 60-70% от выручки. А если взять производителей черной металлургии, там 18%. Причем, это с прошлого года 18, до этого было еще меньше. В прошлом году НДПИ повысили в три с половиной раза. Справедливо ли это для государства и для общества? Мне кажется, не очень. Поэтому, знаете, вот вы же наверняка слышали о провалах рынка, верно?

Е. Проскуряков:

- Обязательно.

Н. Кричевский:

- Ведь это же избитый такой мем, который должен устранять кто? Государев человек. Вот государев человек и устраняет, потому что, если внутренние цены выросли в два раза, а при этом зарплаты-то не выросли, доходы не увеличились, выходит, что мы все, и я, в том числе, занимаемся тем, что дополнительно кормим того же Мордашова и Лисиным. Меня это не устраивает. Это не устраивает правительство. Отсюда получилось, что с металлургов…

Е. Проскуряков:

- Да, я понимаю, что металлургам повысят налог. Но не получится ли, что нам придется платить снова больше? Потому что они повысили цены на внутреннем рынке. Вот я сейчас хочу поменять дверь в своей квартире. Полтора года назад она 30 тысяч стоила, сейчас 53 тысячи точно такая же дверь. Почему подорожал металл?

Н. Кричевский:

- Дело в том, что вы хотите дверь поменять, а я ремонт делаю в этом году.

Е. Проскуряков:

- Так я тоже дверь меняю в ходе ремонта, да, мы с вами товарищи по несчастью.

Н. Кричевский:

- У меня дверью не ограничивается, у меня вся квартира в ремонте. И, естественно, там металл нужен, двери нужны и все остальное. И, естественно, я сталкиваюсь с тем, что те деньги, которые я предполагал потратить на ремонт, они уже закончились. И вот лично я, так же, как и вы, стал жертвой вот этого огульного повышения цен.

Е. Проскуряков:

- Да, так и случилось.

Н. Кричевский:

- Женя, мне кажется, мы недопустимо много потратили время на нашу жертвенность – вашу и мою. Все, конечно, нам сочувствуют и переживают, но каждый живет своими проблемами в первую очередь. И здесь я хочу сказать о том, что тот план, который был объявлен из четырех позиций - металлурги, нефтяники (я не совсем понимаю, зачем это нужно было делать, но, видимо, у правительства свое мнение), акцизы и увеличение налогообложения наиболее состоятельных господ, он, конечно, правильный. Жалко, только, что четвертый пункт вообще не расшифрован. Написано, что мы предполагаем увеличить налогообложение состоятельных граждан. Ну, здорово. Так вы скажите, что вы имеете в виду и в каком виде вы это будете делать.

Я не об этом. Я о том, что за бортом остались настоящие выгодоприобретатели и ковид-кризиса, и экономического развития страны всех последних лет. Это банки. Металлурги предполагают, что полугодовая прибыль (а может быть, и годовая) у них составит порядка 500 млрд. рублей. Чтобы мы понимали, что за бедных металлургов не стоит беспокоиться. У них будут дополнительно изымать 100 миллиардов, а прибыль они предполагают получить в размере 500 с лишним. Так вот, один только Сбер (он сегодня об этом сказал) получит 600, а с учетом всей банковской системы они планируют выйти на 2 триллиона рублей прибыли по итогам года.

Е. Проскуряков:

- А экономика в кризисе.

Н. Кричевский:

- А экономика стагнирует. Если она увеличилась на две десятых процента, то хорошо, а так-то мы до сих пор в рецессии. Доходы населения падают (ну, по крайней мере, не увеличиваются). А почему? Потому что за каждый чих – комиссия. Потому что РКО увеличивается кратно, потому что перевод внутри одного банка, например, за жилищно-коммунальные услуги облагается дополнительной комиссией. Самое интересно (я посмотрел статистику в Банке России, готовясь к нашей встрече), понижение ключевой ставки ЦБ на 2 процентных пункта в прошлом году вылилось в то, что банки снизили свои ставки по кредитам не на 2 процентных пункта, а на 1. То есть 1 процентный пункт Центробанк им подарил. Они за счет этого одного процентного пункта нажили дополнительные деньги. У того же Сбера без учета его операций получается, что банки кредитуют и предприятия, и население по процентам ниже, чем с учетом Сбера. То есть Сбер еще дополнительно наваривает на этом. То же самое имеет отношение и к ВТБ, и к Газпромбанку, и к другим крупным банкам.

Я это к чему? К тому, что металлургов, говоря по-простому, щемят, нефтяникам – тоже налог на дополнительный доход, на новые месторождения. Мне совершенно непонятно, в чем фишка этого дополнительного налога, потому что это новые месторождения, ребята, о чем разговор? Акцизы. Здесь совершенно не обязательно потреблять систематически алкоголь, как хлеб или картофель. Что касается богатеньких, да бог с ними, не обеднеют. Но эти-то жирные коты, они как сидели, как балдели, зарабатывая сотни миллиардов рублей ежегодно в каждом банке, так они по-прежнему и занимаются этими вещами.

Здесь есть несколько вариантов решения этой проблемы. Не беру на себя смелость утверждать, что какой-то один из них хороший. Первый вариант, самый простой - это просто лобовое повышение налога на прибыль для банков. Они, кстати говоря, не платят НДС. Ну, бог бы с ним. Повышение налога на прибыль для банков.

Второй момент. Можно установить некую границу по операциям Сбербанка. Это был бы своеобразный бенчмарк, то есть эталон. Ну, например, кредитование населения не выше определенной величины. Я считаю, есть еще один вариант решения этой проблемы. Это упразднение комиссии за внутрибанковские переводы, вообще за переводы физлиц. Либо установление их в минимальных абсолютных величинах. В Евросоюзе с 18-го года за каждый перевод вы платите фиксированные 2 евроцента, независимо от суммы. Берите рубль за каждый перевод, независимо от суммы. Нет.

И вы посмотрите, ведь ЦБ прикрывает и покрывает банковскую систему. Потому что все же видят этот беспредел, все видят, кто является истинным бенефициаром ковид-кризиса. Это не металлурги и не нефтяники, это наши доблестные банкиры, у которых прошлогоднего снега-то не допросишься, не то что кредита. И никто об этом ничего не говорит.

Е. Проскуряков:

- Ну, зато теперь повысили ставку (немного, правда) и понизили сумму, которую можно взять в льготную ипотеку. У нас же совсем недавно изменились условия (продолжая тему банков и близкие к нашему собственному кошельку разговоры). Уже говорят, что спрос на новостройки значительно снизился. Спрос на ипотеку на новостройки скорее снизился в банках. Как вы считаете, к чему это приведет? Перестанут ли расти цены на квартиры? Мы тут на днях писали, Москва заняла 7-е место в мировом рейтинге роста цен на квартиры, Питер – 8-е. Доколе, Никита Александрович?

Н. Кричевский:

- Ну доколе, вопрос даже не риторический, а издевательский. Дело в том, что по аналитическим расчетам, за прошедший год цены на новостройки выросли на 33% в среднем по стране, а за последнее время количество тех, кто желает приобрести эти новостройки (неважно как, за наличные деньги, в ипотеку) упало на 15%. То есть пошел спад. И то, что Путин объявил о том, что мы будем освобождать от уплаты подоходного налога те семьи с детьми, которые в течение менее 5 лет продадут жилье и в течение календарного года приобретут новое жилье, это первый костылёк, направленный на недопущение резкого обвала этой, не побоюсь этого слова, пирамиды. Почему? Потому что еще в середине нулевых в славном городе Нижневартовске (и таких примеров много) местный муниципалитет объявил о том, что будет субсидировать процентную ставку по ипотечным кредитам тем, кто живет в Нижневартовске и покупает там жилье. Так вот, до этого объявления квадратный метр в Нижневартовске стоил 60 тысяч рублей, а как начала работать программа, цена выросла до 100. Но это было ясно и понятно с самого начала.

Е. Проскуряков:

- Получается, этот эксперимент уже ставили.

Н. Кричевский:

- Ставили. И эксперимент был крайне неудачным. Ну, хорошо, ставку вы субсидируете, но цены-то были 60, а стали 100. Естественно, эксперимент неудачный. Все это привело к тому, что эту программу отменили. Цены сильно не упали.

У нас ситуация сейчас заключается в том, что мы отказались от прежних суперльготных условий по ипотеке, но дело в том, что и людей-то было не так много, тех, кто готов приобрести ипотеку по льготным условиям. Почему? Потому что все, кто мог, они уже это сделали. Причем начали брать потребительские кредиты на первый взнос. А теперь получается так, что стройку-то запустили, а стройка всегда запаздывает. То есть банки можно обязать, скажем, не брать комиссию с завтрашнего дня или брать меньшие проценты по ипотеке буквально с завтрашнего дня, а стройка ведь пока запустится, пока раскрутится, пока начнет функционировать, это же время. И вот сегодня строительных объектов полно, возводятся дома сплошь и рядом, а покупателей-то нет. А ведь у банков в залогах квартиры по тем ценам, по которым их приобретали, а там цены были ого-го. А у людей доходы не прибавляются, и люди не понимают, как они будут погашать ипотеку, из каких ресурсов. И они начинают отказываться, они начинают выходить на рынок и продавать это жилье. Там до 20-25% уже доля жилья, которое находится под обременением, в первую очередь под ипотечным обременением.

Е. Проскуряков:

- Мы обсуждаем тему льготной ипотеки…

Н. Кричевский:

- Женя, да мы не будем ее обсуждать. Чего ее обсуждать-то? Все знают, была она льготная, по хорошим ставкам, и цены на жилье были небольшие. Потом цены начали расти. Потом решили, что там пузырь, ограничили кредитование 3 миллионами независимо от региона, подняли ставку. И сегодня получается, что и смысла брать эту льготную ипотеку никакого нет, потому что цена выросла, проценты увеличились. И средний срок ипотеки у нас сегодня уже 20 лет. И те люди, которые купили квартиру в ипотеку, например, в прошлом году, они просто счастливчики.

Е. Проскуряков:

- Никита Александрович, что все-таки, по вашему мнению, может быть с ценами в ближайшее время или в долгосрочной перспективе?

Н. Кричевский:

- Расти не будут, а скорее будут падать. Естественно, об этом по телевизору не скажут, но мы с вами понимаем, что реальные сделки отличаются от заявленных цен на 5-10, а то и 15-20% дисконта. То есть просить ты можешь все что угодно, другой вопрос, что ты не продашь за эти деньги. Я постоянно вижу объявления, которые висят многими месяцами: продам, продам, продам. А дальше иду и смотрю историю цены (она сейчас на некоторых сайтах тоже есть). Цена постоянно падает, и все равно не берут. Это касается не только квартир, это касается загородной недвижимости, как элитной, так и самой простой. Везде одинаковая ситуация.

С чего покупать? Денег-то нет. Но это, похоже, мало кого волнует, ну, кроме нас с вами и наших слушателей.

Е. Проскуряков:

- Ну да, зарплаты не растут, а цены растут. Если кто-то успел квартиры купить по прежней ипотеке, то теперь уже смысла нет.

Никита Александрович, еще одна новость пришла. Спецпредставитель президента по вопросам устойчивого развития Анатолий Чубайс выступил против безвозмездной передачи российским предприятиям «зеленых» сертификатов. Очень интересно, но непонятно. Не могли бы вы объяснить, в чем вообще дело, стоит их передавать, не стоит? Потому что это связано с экологией, с энергетикой, с ценами.

Н. Кричевский:

- Знаете, я не очень понимаю, что имел в виду Чубайс под словосочетанием «зеленые сертификаты». Очевидно, это сертификаты, подтверждающие, что тот или иной производственный процесс происходит без нанесения ущерба окружающей среде. Я не являюсь большим специалистом чубайсовых «зеленых» сертификатов. Я хочу сказать о другом. О том, что в мире начинают осознавать, что вот эта тема: «зеленая» энергетика, «зеленые» поставки, «зеленая» продукция – это все один большой если не фейк, то пузырь. Чтобы было понятно, приведу сравнение с озоновой дырой. Вы-то помоложе, Женя, а старики помнят, как запрещали дезодоранты, спреи.

Е. Проскуряков:

- Помним, конечно. Освежители воздуха.

Н. Кричевский:

- Да. И были шариковые дезодоранты. Спрей найти было невозможно. В 90-е годы не было вариантов найти спрей, потому что все отказались от этого. Потом оказалось, что озоновая дыра – это фейк, и никакой озоновой дыры нет, а если она и была, то она затянулась. Спреи вернулись. В качестве другой аналогии приведу вам хайп вокруг организации под названием «Гринпис». Это организация, которая защищает окружающую среду, живую природу, активисты «Гринпис» атакую нефтяные платформы в Северном море, в Техасе или еще где-то. Это все было растиражировано по телевидению, в СМИ. Потом вдруг выяснилось, что гринписовцы очень часто работают по заказу, когда одна нефтяная компания, скажем, хочет насолить другой. И тоже как-то сдулось. Теперь у нас, получается, «зеленая» энергетика. Что это такое, никто не представляет. Я помню, как лет 10 назад в Германии ширилось движение за отказ от атомной энергетики. Там висели плакаты, весь Берлин был увешан запрещающими знаками «Мы против атомной энергетики» и т.д. Чем это кончилось? Ну, отказались от энергетики и на уголь особо не перешли, потому что дорогой. А уж о «зеленой» энергетике, о возобновляемых источниках энергии и говорить не приходится, потому что их объективно не хватает для потребностей Германии. Вернулись.

Так вот, «зеленая» энергетика сегодня, на мой взгляд, это такой же фейк, такой же своего рода пузырь, который формирует новое течение, новое направление фондовых инвестиций. Вы должны инвестировать в «зеленые» технологии, в «зеленые» акции, в «зеленые» компании. Они начинают бешено расти в цене, на них объявляется повышенный спрос. Таким образом, происходит перераспределение сумасшедших просто инвестиционных потоков, спекулятивных потоков, которые в последние лет 20 просто заполонили весь мир благодаря безответственным действиям в первую очередь американцев.

Мы здесь абстрагируемся от того, что это американцы. Был закон Гласа-Стиголла, его отменили. Ну, который запрещал инвестировать деньги вкладчиков в ценные бумаги, получая за счет этого сверхприбыли. Он был принят еще в 30-х годах, в 99-м благодаря Биллу Клинтону его отменили. Тут же деньги вкладчиков хлынули на фондовый рынок. Итогом стала великая рецессия 2007-2008 годов. Кризис, естественно, затронул весь мир, и у нас тоже были проблемы.

Потом приняли другой закон, вроде как-то ситуация успокоилась. Но вот сейчас ковид-истерия, в результате которой закачали огромные деньги, в первую очередь в фондовый рынок, которые срикошетили на поиск новой темы для фондовых инвестиций. Этой новой темой стали как раз «зеленые» направления, «зеленая» энергетика. И я вам должен сказать, что в последнее время мир наконец-то начинает прозревать. Потому что не далее как 14 июня, по-моему, губернатор Техаса Грег Эбботт издал указ, по которому он запрещает инвестировать на территории штата в те компании, которые, в свою очередь, не дают инвестировать в нефтегазовую отрасль. То есть, если вы приходите, скажем, в хедж-фонд или инвестиционную компанию, а она говорит: нет, мы не будем инвестировать в нефть и газ, потому что это плохая энергетика, она оставляет углеродный след и пр. Так вот, он запретил инвестировать в эти компании. Больше того, он сказал, что я в течение 360 дней составлю список этих компаний, которые дискриминируют нефтегазовую сферу, и запрещу с ними работать вообще.

То есть весь мир во главе с Чубайсом движется в направлении «зеленых» сертификатов, а Америка начинает разворачиваться совершенно в другую сторону. По прогнозам Международного энергетического агентства, доля нефти и газа в мировом энергопотреблении в 2040 году составит 73%. Сегодня знаете сколько? 80. То есть уменьшится всего на 7%. Это будет через 20 лет. А нам запрещают заниматься разработкой новых месторождений уже сегодня, уже сейчас говорят, что это вредные производства, это не есть хорошо. Но самое обидное в этой истории то, что Евросоюз стоит на пороге введения углеродного налога, то есть налога на продукцию, которая обладает токсичным углеродным следом за собой. И первыми, кто подпадет под этот налог, будут те самые многострадальные металлурги, с которых мы начали.

Н. Кричевский:

- Плюс обычные автомобили запретят, углеродный след сотрут.

Н. Кричевский:

- Конечно. Но только тут же возникает пример Сингапура, который вообще запретил у себя электромобили. Потому что они посчитали, насколько загрязняется окружающая среда при производстве электроэнергии, и прослезились. Они сказали: нет, ребята, лучше вы будете ездить на бензине и на всем остальном, но с электромобилями мы, наверное, у себя на острове повременим.

Е. Проскуряков:

- Никита Александрович, как вы считаете, надолго ли задержится эта мода на «зеленую» энергетику, которая, как выясняется, не такая уж и зеленая.

Н. Кричевский:

- Знаете, это же не мода, это командно-административное направление новых фондовых инвестиций, то есть новый фондовый пузырь. Нечто подобное было в конце 90-х – начале нулевых с доткомами, то есть высокотехнологичными компаниями и их ценными бумагами. Они потом обвалились и принесли огромные убытки. Нечто подобное было с ипотекой. Помните, ипотека в Америке, слепой 80-летний афроамериканец, который первым не погасил очередной платеж по ипотеке, и с него все это и началось (это шутка, конечно)?

И подобных вещей очень много, и больших, и маленьких, есть локальные такие всплески наподобие корпорации Enron, которая обанкротилась и похоронила сотни миллионов долларов тех людей, которые в нее поверили. А сейчас эта новая тема, «зеленая» энергетика: давайте будем заниматься «зеленой» энергетикой, нам надо отказываться от нашего сырьевого благословения (не проклятия, а именно что благословения) и переходить на «зеленую» энергетику. Я не совсем понимаю, зачем это нужно в наших-то условиях, когда у нас дело не в нефти и газе, а в том, что у нас, помимо ТЭЦ, например, существует развитая структура атомных электростанций, гидроэлектростанций, которые не наносят ущерба окружающей среде. Но то, что нужно сражаться за экологию, нужно повышать экологичность производств, снижая количество вредных производств, это вне всякого сомнения.

Другой вопрос, что это хайп, направленный на извлечение сверхприбылей, надувание пузыря в мировом глобальном масштабе. Вы спросите, зачем это делается. Во-первых, это делается для того, чтобы инвестиционные фонды, хедж-фонды и прочие инвесткомпании зарабатывали очередные миллиарды, сотни миллиардов и получали просто сумасшедшие бонусы. Я уже говорил, по-моему, в прошлом эфире, что в 19-м году бонусы руководителей 25 крупнейших американских хедж-фондов превысили совокупный фонд оплаты труда всех работников американских детских садов. То есть 25 (ну хорошо, пусть 50) человек – и сотни тысяч тех, кто воспитывает подрастающее поколение Америки. Вот бонусы этих людей превысили фонд оплаты труда. Это справедливо? Нет, несправедливо. Об этом, кстати, говорит и Джо Байден, когда представляет свою программу по наведению финансового порядка в США.

Мы подстраиваемся, что ли, пристраиваемся в хвост этому спекулятивному движению и тоже пытаемся чего-то здесь сделать, хотя, если говорить о России, то мы далеко не главный виновник мирового загрязнения, и это всем известно. Мы, наоборот, собираемся торговать квотами по выбросам. Потому что у нас огромная территория, а предприятий, загрязняющих окружающую среду, у нас не так много, и потом, была проведена модернизация. Плюс ко всему у нас ветрогенерация и прочие возобновляемые источники энергии развиваются достаточно активно, но не сказать, чтобы очень успешно. Почему? Потому что солнечная энергетика такая штука, где нужно большое количество солнечных дней в году. А у нас их не так много. Есть, конечно, юг России, есть Алтай, есть Якутия, где можно вырабатывать электроэнергию, но это всё точечные проекты. Потому что устройство энергосистемы в России принципиально отличается, она у нас централизованная, а на Западе она в основном блокчейн.

Е. Проскуряков:

- Я хотел сказать, что эта солнечная энергетика во многом и развивается в тех странах, где солнца не так много, да и ветра тоже, кстати. Не так давно я исследовал этот вопрос. В Германии, например, намного больше солнца, чем у нас? Ну, побольше, наверное, но все равно не Африка. Но они ее старательно, активно развивают.

Н. Кричевский:

- Ну, развивают, потому что это модно, на это выделяются огромные деньги из федерального бюджета. Естественно, их надо осваивать. Но все помнят кадры, когда зимой в Америке замерзли лопасти ветряков. И как с вертолетов их огнем пытались отогреть и перезапустить и запустить эти ветряки. Их полно по всему миру, но это глобальное освоение бюджетных средств. То есть огромные субсидии, потрясающие варианты с освобождением от налогов, дополнительные преференции при снабжении комплектующими, запчастями и пр. Естественно, льготы работникам, которые обслуживают эти механизмы. Это всё есть, и этим надо пользоваться. И люди этим пользуются, и пользуются весьма и весьма успешно и эффективно. И вот здесь - а почему бы не развернуть в глобальном масштабе? И, таким образом, появляется этот новый фондовый, «зеленый» на этот раз, пузырь.

Е. Проскуряков:

- И он тоже лопнет, вы считаете? И когда?

Н. Кричевский:

- Я считаю, что нам нужно развиваться, как мы развивались. Нам надо думать о себе любимых, а не о том, какие спекулятивные веяния в мире. И в конечном итоге наслаждаться летом, Евгений, потому что лето это маленькая жизнь.

Е. Проскуряков:

- На этой позитивной ноте предлагаю и закончить. Спасибо вам огромное, Никита Александрович.

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Apple Podcasts и Google Podcasts, ставьте оценки и пишите комментарии!