Фонд национального благосостояния сокращается: что будет с главной кубышкой страны
![Фонд национального благосостояния сокращается: что будет с главной кубышкой страны Фонд национального благосостояния сокращается: что будет с главной кубышкой страны](https://radiokp.ru/sites/default/files/styles/kp_fullnode_730_486/public/2023-10/ekonomika_krichevskiy_1-3_1697651582_1697651595.jpg?itok=F2AELpEq)
М. Баченина:
- Здравствуйте, дорогие слушатели и уважаемые товарищи телезрители. Это «Экономика с Никитой Кричевским». Доктор экономических наук, профессор, Никита Александрович Кричевский. Приветствую вас. Никита Александрович, здравствуйте.
Н. Кричевский:
- Здравствуйте, Мария Сергеевна. Давайте уже без официоза как-то побыстрее и попроще.
М. Баченина:
- Хорошо, побыстрее. Итак. Путин. Китай. Слушайте, действительно, 18 октября в Пекине завершились переговоры Путина и председателя КНР Си Цзиньпина и российский лидер покинул Дом народных собраний, президент России заявил, что объем товарооборота с Китаем реально впечатляет, а так же Путин отметил, что Россия занимает высокую позицию среди торговых партнеров Китая. Давайте послушаем это устами президента.
Владимир ПутинПрезидент Российской Федерации- Мы неоднократно отмечали, что Россия и Китай, как и большинство государств мир, разделяют стремление к равноправному взаимовыгодному сотрудничеству в целях достижения всеобщего устойчивого и долгосрочного экономического прогресса и социального благополучия при уважении цивилизационного многообразия и права каждого государства на собственную модель развития. Выстраиваемая на таких базовых принципах инициатива «Один пояс – один путь», хорошо стыкуется с развивающимися в различных регионах интеграционными процессами. Она созвучна и российским идеям по созданию такого интеграционного контура, где бы в полной мере обеспечивалась свобода торговли, инвестиций, труда, была бы налажена взаимосвязанная инфраструктура.
М. Баченина:
- Итак, Владимир Путин, выступая в Китае, потом он дал пресс-конференцию и, самое главное, на что, наверное, нужно обратить внимание в разрезе экономики – это то, что Россия и Китай подписали крупнейший контракт на поставку зерновых. Сумма этого контракта около 25,7 миллиардов долларов. Существенно, впечатляет, Никита Александрович?
Н. Кричевский:
- Ну, конечно, да. А что такое?
М. Баченина:
- Хорошая цифра.
Н. Кричевский:
- Мне надо что-то сделать?
М. Баченина:
- Я на самом деле вспоминаю, как на прошлой неделе вы, говоря о нескольких миллионах долларов, так впроброс сказали – о чем эта цифра? Да ни о чем в рамках государства. И я теперь думаю – глядя на ту или иную цифру, которая для меня имеет вау-эффекта, буду, наверное, все-таки у вас спрашивать, эффективна она или нет? В любом случае, Китай и Россия – вот эти экономические связи.
Н. Кричевский:
- Давайте не будем растекаться мыслью по древу, давайте остановимся на зерне и побежим дальше. Что есть долгосрочная торговая сделка с КНР? Это стабильно на годы вперед способ реализации излишков нашего урожая. Связано это не только с тем, что нам самим в избытке и больше не надо, но и с тем, что мы, к сожалению, до сих пор еще не научились хранить урожаи прошлых лет. Это у нас историческая тенденция. Особенно она проявлялась при освоении целины – там погибло до трети собранного урожая. Кроме того, так называемая черноморская инициатива приказала долго жить (опять же не по нашей вине) и, наконец, третий момент – то, что часть экспортируемого зерна, вполне вероятно, будет возвращаться обратно в виде готовой потребительской продукции. И вот эта часть, вот этот последний момент и есть самый страшный. Почему? Потому что нам-то хорошо, мы как кушали макароны, так и будем их кушать. Но вообще-то за 15-20 лет, как эта проблема встала со всей своей большевистской прямотой и остротой, мы могли бы уже научиться и сами перерабатывать и макароны, и другие хлебобулочные изделия, и не отправлять аграрную продукцию на внешний толлинг. Что такое внешний толлинг? Это когда вы собираете сырье и отправляете его на переработку в третью страну. А третья страна возвращает вам обратно готовые изделия. Вот так очень сильно поднялись несколько так называемых макаронных, вермишелевых фирм в нулевые и в начале десятых годов. Здесь мы не будем говорить, как они работают и как они называются, потому что некоторые из них поменяли владельцев, а эти товарищи сейчас в бегах, одного из них я, извиняюсь за то, что много беру на себя, лично принудил к тому, чтобы он оставил пост губернатора и в итоге уехал за пределы страны. Ну, тем не менее, в общем и целом картина сильно не меняется. То есть, остаются какие-то базовые, ключевые предприятия, там мукомолы, скажем, или производители тех же макарон, а основная переработка идет за границей. При этом я напоминаю, что поставка сельхозпродукции из-за границы в Россию никакими санкциями ЕС не ограничено. Вы можете поставлять зерно в ту же Италию, в качестве толлинга, то есть, такого обмена, да. И будете получать обратно те же самые макароны, к которым вы привыкли. При этом, львиная доля добавленной стоимости останется в Италии, вам останутся хорошие макароны и больше ничего.
М. Баченина:
- Львиная доля чего останется? Зерна?
Н. Кричевский:
- То есть, вы отправляете зерно – ну, это разновидность сырья – оно там перерабатывается, соответственно, его стоимость существенно возрастает и обратно вы получаете уже готовую продукцию, дополнительно с предоставленными налоговыми льготами. То есть, мало того, что вы зерно отправили, получили готовую продукцию, а добавленная стоимость досталась итальянцам, которые потом отправили эту копейку Украине, на всякий случай – ну, мало ли, вдруг пригодится? А мы дополнительно еще предоставляем налоговые льготы. Мо-лод-цы!
М. Баченина:
- Я верно вас поняла, что мы сейчас едим макароны «Made in China»?
Н. Кричевский:
- Пока еще нет. Я не зря упомянул Италию.
М. Баченина:
- Ну да, да.
Н. Кричевский:
- Мы с вами проговорили про особенность и важность этой зерновой сделки и я считаю, что она очень полезна. Позитивна, особенно с учетом того, что мы как-то в последние годы раздружились с европейскими покупателями, по известным причинам. И правильно это сделали, я считаю, абсолютно правильно, и надо было это сделать раньше.
М. Баченина:
- Исключительно позитивная оценка.
Н. Кричевский:
- Но параллельно мы столкнулись с тем, что у нас пропала системность в поставках зерна на внешний рынок. Именно что системность. Мы, конечно ,можем отправить в Египет, в Алжир, в Танзанию, куда угодно. Но это будут спорадические, как сейчас модно говорит, рандомные поставки. Вот! А Китай, пусть даже по более низким ценам! Это надежный гарантированный покупатель…
М. Баченина:
- Ну и связи тут поважнее, правильно?
Н. Кричевский:
- …который приобретет наше зерно при любой погоде.
М. Баченина:
- Ясно. Так. Страсти по ФНБ. Напомню для тех, кто не помнит, что это такое. Это Фонд национального благосостояния России.
Н. Кричевский:
- Народная кубышка. Как ее раньше называли.
М. Баченина:
- Да. В общем, пожаловался Минфин, что чувствует себя некомфортно из-за того, что ликвидная часть Фонда национального благосостояния сокращается высокими темпами. И в последние два года, и в случае ухудшения макроэкономической ситуации, как в мире, так и в России, может приблизиться к исчерпанию в перспективе ближайших 2-3 лет. Но к серьезным проблемам это вряд ли приведет, более того. Фонд национального благосостояния постепенно утрачивает роль кубышки, где накапливаются сверхдоходы, полагают некоторые аналитики. У меня сразу несколько вопросов, можно я их сразу задам.
Н. Кричевский:
- Нужно. Кто такие эти некоторые аналитики? Я не знаю, наверное, какая-то молодая поросль, которая рассуждает в рамках монетарной либеральной экономики…
М. Баченина:
- Молодая поросль у них на щеках, наверное. Нет, мне вот это интересно. Во-первых…
Н. Кричевский:
- Мария Сергеевна, это не буквальное выражение. Иносказательное.
М. Баченина:
- Почему ФНБ утрачивает роль кубышки? А второй вопрос – почему он вообще худеет?
Н. Кричевский:
- Оба вопроса с большой осторожностью ко мне, по той простой причине, что я так не считаю. Я не знаю, чего там эти хваленые эксперты, молодая поросль на щеках, говорили журналистам, я считаю, что – ФНБ должен быть в рублях. Ну, хватит уже валындаться с этим – арестуют или не арестуют, валюта или не валюта. Да получаете в рублях излишки, так и оставляйте их в рублях. А главное – вообще зачем нужен этот ФНБ? Об этом никто и никогда по радио не говорил. Я отвечаю. Почему? Потому что лет 20 назад я лично присутствовал в разговоре Геращенко с Кудриным, который говорил – Алексей, зачем тебе Стабфонд? Так вот, лет 20 назад, когда только-только эта идея претворялась в жизнь, и, конечно, инициатором был никакой не Кудрин, а покойный академик Дмитрий Семенович Львов и его бывший зять, Сергей Юрьевич Глазьев, они, кстати, убеждали Путина в том, что это необходимо сделать – создать Стабфонд. И они, конечно, получали вплоть до угроз от нефтяников некоторых – чего ты лезешь, это вообще не твое дело… Ну, эти нефтяники кто-то потерялся, а кто-то в Лондоне проживает и гадит теперь на свою бывшую родину. А тогда на какой-то такой тусовке Геращенко подходит и говорит Кудрину – Леш, зачем тебе Стабфонд, у тебя трубы рвутся в Петербурге, ну, регулярно просто. Давай на эти деньги хотя бы трубы переложим в Питере или еще где-то. Алексей Леонидович сказал – нет, мы будем копить. Зачем? Вот 20 лет прошло – так никто до сих пор мне и не объяснил, зачем это было сделано. Я 20 лет назад писал большие публикации на эту тему, публиковал большие статьи в том же «Московском комсомольце», где говорил, что у нас индекс транспарентности Стабилизационного фонда, по данным Института Петерсона, канадского, составляет 2. В Азербайджане, например, 5. А в Норвегии – он тогда был Пенсионный фонд, нефтяной фонд, как раз только-только перешел в Пенсионный фонд «Глобал», все 10. А у нас почему-то 2. Ну, давайте как-то уже пооткрытее будем работать. Ну, мертвому припарка. Были даже скандалы в конце нулевых, когда Минфин прислал сообщение, что не мы начали эту войну в редакцию «Комсомольца». Потом, как говорится, война все списала. Тогда начался грузино-осетинский конфликт. Но вопрос о том, зачем нужен Стабфонд, так и повис в воздухе. Если бы мы вкладывали деньги в акции, облигации, недвижимость по всему миру, как это делают норвежцы, мы бы должны были пригласить команду специалистов, причем, иностранцев, то есть, высокого уровня. Своих бы точно не хватило. Но мы этого не сделали.
Если мы будем просто размещать их на счетах, получать 1,5% годовых, мы будем вообще в шоколаде. Вот мы так и жили. Нам говорили: за прошлый год ФНБ принес в казну 1,5% годовых. И тут же норвежцы, у которых, ну, не 20, а 9-10 точно. И в итоге мы пришли к тому, что половину Стабфонда (ФНБ ныне) заморозили, мы их по-прежнему считаем, эти 300 миллиардов. Их, правда, не сильно-то и нашли, но это неважно. Зачем эти деньги нужны сейчас? Я понимаю, за счет этих денег строится, например, знаменитая «Пекинка», дорога от Москвы, сейчас до Екатеринбурга, потом она пойдет дальше, до Тюмени и, мы надеемся, дойдет до Китая. Ну, это очень важный инфраструктурный проект, и я очень рад, что он существует и развивается. У нас очень много проблем на Дальнем Востоке, которые нужно решать. Спасибо дальневосточным губернаторам, тому же Михаилу Дегтяреву, что эти проблемы каким-то образом решают. Но у нас, с другой стороны, деньги-то есть, а он говорит: нужно, может быть, концессию, может, еще как-то, потому что вот тут надо 90 миллиардов, для того чтобы расшить транспортный узел, банк не справляется, да и вообще, надо сухопутный переход сделать из России в Китай через Хабаровский край, только через реку Амур. В общем, это все мертвому припарка или глас вопиющего в пустыне. И одновременно нам говорят: а мы что-то насчет ликвидной части ФНБ начали сомневаться. У меня вопрос. На хрена она нужна? Да копите вы в рублях. Вам для чего эти деньги нужны, для того, чтобы обменять их на что?
И, наконец, последний, самый главный аргумент. У нашей страны достаточно других Фондов национального благосостояния, неформальных черных касс. И об этом те, кто в теме, знает и понимает, что все это очень жестко контролируется. Приведу только один пример. 59 миллиардов долларов – кубышка «Сургутнефтегаза». Она исторически существует на протяжении нескольких десятков лет и исторически никуда не тратится. Это один из кошельков. Так зачем вам ФНБ? Это ладно, корпоративные деньги, но это государственный фонд. Давайте что-нибудь сделаем. Слушайте, школы разваливаются, с поликлиниками швах. В нашей Воронежской или Курской области в больницах ремонта не было много лет.
М. Баченина:
- Я прочитала новость и немножко нахожусь в таком собранном теперь состоянии. Представляете, Никита Александрович, каждая десятая бутылка коньяка, ввозимая в Россию, соответствует ГОСТу, а больше всего фальсификата.
Н. Кричевский:
- А 9 из 10 бутылок ГОСТу не соответствуют. Я видел эту новость. При этом в основном фальшак идет из Армении.
М. Баченина:
- Это месть.
Н. Кричевский:
- Наверное, это будет неправильно, если мы назовем марки коньяков, бренды, скажем так, для того чтобы к нам не было вопросов. Вы можете сегодня посмотреть в газете «Известия» эту публикацию. У меня в связи с этим возник не тот вопрос, что надо предупредить народ о том, что они пьют фальшак, и неизвестно, чем это кончится. В Армении просто физически нет такого объема виноградников и винограда, чтобы делать из него коньячный спирт. И армяне сами это признают, главное, они сами говорят: у нас столько нет. Но грузы идут потоком. Ну, потому что больше ничего нет в Армении. В связи с чем у меня вопрос. Отношения с этой маленькой, но гордой кавказской республикой у нас начали ухудшаться не вчера и даже не год назад. «Русские, вон из Армении» мы видели в руках прекрасных армян еще году в 18-м. Почему мы все эти годы делали вид, что мы не замечаем потоки контрафакта? Не почему мы не замечали (всё мы замечали), а почему мы все эти годы делали вид, что мы не замечаем? Это что, коррупция, указ сверху?
М. Баченина:
- Так это одно и то же.
Н. Кричевский:
- Насчет того, что Путин и коррупция? Я бы поостерегся.
М. Баченина:
- При чем тут Путин? Указ сверху – это обязательно Путин?
Н. Кричевский:
- Ну, такие вопросы решаются на самом высоком уровне. Потому что фундамент взаимоотношений между двумя странами. Ведь не зря президент говорил о том, что товарооборот с Китаем – это экономический фундамент. Так вот, у меня к вам, дорогие наши слушатели, просьба. Откройте «Известия», найдите этот текст про то, что 9 из 10 бутылок – это фальшак, и посмотрите на марки армянского коньяка, которые вам надо запомнить и ни в коем случае не покупать.
М. Баченина:
- А также обратите внимание на молдавские некоторые и белорусские тоже некоторые.
Н. Кричевский:
- Ну, там картошка, но белорусы как бы братья, поэтому мы акцентировать не будем. Я много раз говорил: переходите с коньяка на водку, это родной русский продукт. Хорошо, если хочется коньяку, купите подороже, и не тот, который указан в этой публикации.
М. Баченина:
- Мы всю неделю говорим про выпуск новых купюр. – 1 тысяча и 5 тысяч. И ЦБ взял и остановил выпуск новой купюры в 1 тысячу рублей с куполом церкви без креста.
Н. Кричевский:
- В общем, про Путина и коррупцию мне уже прислали. Ну, я так представил, приходит Ашот с конвертом к Путину и говорит: я тут левый коньяк хочу провезти, но таможня держит, на тебе денег… Шутка.
М. Баченина:
- А куда он к нему приходит?
Н. Кричевский:
- К Путину? В кабинет, наверное. Ну, если взятки дают, то в Кремле.
М. Баченина:
- Давайте вернемся к выпуску новых купюр. На новой купюре достоинством 1 тысяча рублей изображен храм без креста, поскольку здание используется как музей, а не церковь. Новый дизайн вызвал резонанс, в Русской православной церкви призвали осторожнее подходить к выбору изображений на банкнотах. Поэтому Банк России решил остановить выпуск обновленной банкноты. Видимо, никто пользоваться не будет.
Н. Кричевский:
- Нет, пользоваться будут, но, видимо, по голове дали. Я другого объяснения не нахожу. У меня вопрос. Кто ответит? Ну, потому что на разработку дизайна были потрачены значительные средства, ведь была же комиссия, которая это принимала, были какие-то заинтересанты, чтобы Ярославль подвинуть и поставить туда Казань. Но почему такое наглое опускание православия?
М. Баченина:
- Почему опускание? Это музей.
Н. Кричевский:
- Это была православная церковь, потом ее закрыли и переделали под татарстанский музей. Вопрос. А у нас ничего другого нет, чтобы показать на тысячерублевой купюре? Вообще-то у нас страна по преимуществу православная, и никто с этим не спорит.
М. Баченина:
- Надо всегда повторять, что у нас светское государство. Поэтому я не понимаю этого, честно говоря. Мои какие-то убеждения это бы не пошатнуло ни на секунду.
Н. Кричевский:
- Абсолютно верное замечание. Знаете, у нас столько композиторов только, что хватило бы на столько номиналов купюр, что мы бы устали выпускать. 1 рубль, 2, 3, 4, 5, и на каждую купюру мы нашли бы своего всемирно известного, выдающегося композитора. А там дальше Федор Михайлович со своим «Идиотом».
М. Баченина:
- У нас же только Ленин был из людей на купюрах. Я имею в виду, после революции.
Н. Кричевский:
- Это был Советский Союз.
М. Баченина:
- Да, но при нас же с вами был, зелененький, красненький.
Н. Кричевский:
- Давайте пока не будем трогать эту тему. Вы имеете в виду хрущевские фантики, которые были выпущены с 1961 года.
М. Баченина:
- Я не жила при Хрущеве.
Н. Кричевский:
- При фантиках-то жили.
М. Баченина:
- Думаете, я помню, при ком они выпускались, эти ваши фантики?
Н. Кричевский:
- 1961 года была реформа. Причем поменяли сталинские портянки, как их называли (ну, они были большего размера). Вопрос – зачем это надо было делать? До сих пор ответа не получил, и за 13 лет существования после денежной реформы 1947 года никаких зримых проблем и вопросов не возникало. Я уже много раз говорил о том, что я не вижу никакой другой причины обмена бумажных денег, кроме как мечту Хрущева вытравить память о Сталине вообще из народа. Мало того, что сносили памятники Сталину и вынесли его из Мавзолея, естественно, задумались о том, а как же купюры-то? Это же сталинские купюры. Это отдельный разговор, как он это сделал, собственно, Хрущев стал родоначальником нефтяной зависимости России. Потому что после его кривой реформы или его деноминации номинал снизился в 10 раз, а курс к доллару снизился в 2,25 раза, и торговать нефтью моментально стало выгодно. При Сталине ничего такого не было. А дальше впереди был 1973 год, Леонид Ильич аплодировал стоя, я думаю, арабо-израильскому конфликту, той самой Войне Судного дня, которая началась 50 лет назад.
Заканчивая с купюрами. Сегодня я слышал множество версий, кто был автором, вплоть до известного атеиста Артемия Лебедева, но всё это версии, всё это домыслы.
М. Баченина:
- А что, это втайне хранится?
Н. Кричевский:
- Никто не знает. Доходили до того, что у Набиуллиной есть какая-то близкая подруга художница, которая приложила руку. У меня вопрос. Слушайте, сколько это будет продолжаться? Ведь это же наверняка громадные деньги, Центробанк не разменивается на мелочи, миллион-два – это вообще не разговор, тебе надо – возьми. Там давай миллиард, и мы тебе сделаем купюры. Закрытый тендер и т.д. Ну, потому что секретная операция.
М. Баченина:
- Закрытый – это как?
Н. Кричевский:
- Это то, что мы не знаем. По факту получаем купюру, где старая церковь без креста. Просто супер. И самое интересное – никто за это не ответит. Такой очевидный ляп и такая пощечина государственной власти, я уж не говорю о РПЦ, что народ просто… Я смотрю по сетям, народ даже не возмущается. Он не понимает, как вообще такое могло произойти.
М. Баченина:
- Никита Александрович, вы кипятитесь, мне кажется.
Н. Кричевский:
- Потому что я православный, поэтому кипячусь.
М. Баченина:
- А кипятиться не надо.
Н. Кричевский:
- Так ты, если хочешь отметить Казань, так отметь ее. Потому что там есть мечети, много других достопримечательностей. Прекрасный город. Хотя я к Ярославлю имею отношение. Я не очень понимаю, Ярославль чем не угодил с Ярославом Мудрым?
М. Баченина:
- Мы тоже не понимали, зачем это было заменять. Все привыкли как-то. А если картинки хотим посмотреть, у нас есть где.
У нас дальше рубрика «С просторов интернета». Помните, договорились? Итак, скрипач сыграл 45 минут в метро Нью-Йорка. Четыре человека остановились, и один хлопал. Удалось собрать всего лишь 20 долларов. На следующий вечер тот же скрипач играл на одной из самых признанных в мире сцен и взимал минимум 100 долларов за билет. Эксперимент доказал, что необыкновенное в обычной среде не светит. Его не признают. Есть блестящие профессионалы, которые не получают вознаграждение в зависимости от их потенциала. Как только они вооружаются ценностью, покидают эту среду, они процветают и растут. Когда человек находится не в правильном окружении, люди пройдут мимо него и не увидят, насколько он исключителен. Просто убедитесь, что вы там, где вам нужно.
Н. Кричевский:
- Это то ли притча, то ли тост. Я считаю, вывод там абсолютно правильный. Почему я говорю, что это тост очень хороший? Если вы ощущаете себя недооцененным и человеком, который находится не в том материальном положении, которого он заслуживает, так вполне вероятно, что вы просто находитесь не там, где нужно.
М. Баченина:
- Да, но в нынешних реалиях лучше синица в руках, чем журавль в небе.
Н. Кричевский:
- Это русская пословица. И она всегда была верной. Но другое толкование той истории с нью-йоркским скрипачом, который решил показательно поиграть в метро и заработал целых 20 долларов, заключается в том, что, возможно, сейчас время не то. Место не то и время не то. Вот насчет места – это тяжеловато. Я здесь согласен. Мне тоже скажут: как же, это же надо куда-то двигаться, переезжать, а там могилы, пепелище и прочее. Я соглашусь с этим. Так, может быть, время не то. А может быть, третье и самое для меня важное в этой ситуации, то, что надо просто сделать шаг. Хоть какой-то.
При этом мы с Марией Сергеевной сидим и наслаждаемся жизнью.
М. Баченина:
- Мне нравится, как вы решили и за себя, и за меня.
Н. Кричевский:
- Хотелось бы лучше, но и так хорошо. При этом мы прекрасно понимаем, что времена меняются, что жизнь продолжается. Она развивается по нарастающей. Значит, и нам обломится кусочек.
М. Баченина:
- Безусловно. И это мы уже проходили, как минимум, в нулевых – в начале двухтысячных.
Тут прислали сообщение: «С нашей обеспеченностью можно и выпуск купюр с изображением Ельцина прозевать». Еще по поводу купюр: «А Крымский мост?» «А какое мнение Кричевского про цены на недвижимость?»
Н. Кричевский:
- Я не знаю, про какую недвижимость идет речь. Я же не риэлтор. Там какие-то цены, безусловно, присутствуют. Не даром же раздают. Я по поводу коньяка. У меня такая мысль возникла. Вопрос про коньяк означает, что эта извечная ложь о народе, что мы пьющие и так далее. Я не так давно немножко систематизировал свои знания на эту тему. И я понял, откуда это пошло. Это пошло со знаменитого изложенного в «Повести временных лет» спора о вере. Это когда князь Владимир собрал представителей мусульман, христиан, католиков. И каждый раз чего-то не устраивало. И в итоге остановился на православии, потому что оно позволяет пить.
М. Баченина:
- Да ладно!
Н. Кричевский:
- И потом я эту тему начал раскручивать. Попалось сообщение от очень известного историка, академика Бориса Рыбакова, еще советского академика, Героя Соцтруда, что вообще это фейк. Что «Повесть временных лет» начали переписывать первый раз в 1116-1118 годах в угоду князю Мстиславу. Но вообще более качественной представляется версия, что это сделали греки, византийцы, чтобы сделать из нас религиозную колонию. Им это в значительной мере удалось. И с тех пор пошла эта история о том, что, если русский, значит, пьющий.
Мы в конце XIX – в начале ХХ века занимали всего лишь 11-е место в мире по употреблению спиртного. Потому что земледельцу некогда пить. История России – это история крестьянства. Если кто-то думает, что это история про царей, правительства, аристократию, дворянство, помещиков, мещан или купцов-старообрядцев, он глубоко ошибается. История России – это история крестьянства. Крестьянину-земледельцу пить объективно некогда Он, конечно, имеет возможность и выпить, и закусить. И происходит это после сбора урожая. Либо это можно сделать в короткий зимний период. Но зимой основная мужиков-крестьян уходила на промыслы. То есть подрабатывали вне своей деревни, вне общины. Тем самым принося дополнительные деньги в дом. А когда пить? А нам сказали, что мы, оказывается, пьющие.
М. Баченина:
- «Руси есть веселие пить, не можем без этого быть».
Н. Кричевский:
- Это то, что принесли товарищи греки-византийцы. Больше того, они как раз и привели нашу в высшей степени религиозную православную страну к расколу. Но корни вот этого именно оттуда. Так же, кстати, как фейковая версия о крещении Руси князем Владимиром в Корсуни. Потому что многочисленными историками доказано на пальцах, что никакого крещения Руси не было. Было крещение отдельно взятого князя Владимира, который мечтал просто жениться на византийской принцессе. Ему это удалось. Они жили долго и счастливо, нарожали много детей, которые еще при жизни князя Владимира передрались за его имущество.
А между тем эта история о том, что мы алкоголики, жила своей жизнью. Но окончательное порабощение и вестернизация Руси началась после знаменитого Московского Собора 1666-1667 годов, итогом которого стал раскол. Потому что греки более прогрессивные и продвинутые, они крестятся вот так, а не вот так. И псалмы они читают вот так, а не вот так. И вообще у них все гораздо интереснее. И давайте-ка будем следить за греками и делать как они. Конечной целью греков была попытка принудить Россию к походу на Османскую империю для того, чтобы отвоевать Константинополь. И эта тема настолько глубоко попала в умы русских руководителей, что даже Первую мировую войну мы начинали с мыслью о Дарданеллах и Босфоре. Это историческая тема. У нас нынче каждый суслик – историк, как известно. Хотите закопаться? Давайте новый учебник истории для школьников обсудим?
М. Баченина:
- Я же знаю, что вы уже написали что-то.
Н. Кричевский:
- Но программа экономическая.
М. Баченина:
- Вообще, куда ни плюнь, там все дело в экономике.
Н. Кричевский:
- Психология.
М. Баченина:
- Нет, все дело в экономике.
Н. Кричевский:
- В психологии, безусловно. Зачем Алексей Михайлович согласился на эти никонианские новины, которые названы никонианскими, хотя на самом деле предложил их не Никон, Никон был исполнителем, а предложил их сам Алексей Михайлович. Потому что нация окрепла после Смуты, прошло уже больше 50 лет. И почему бы нам не вспомнить о том, что у православных отобрали Константинополь в 1453 году? До этого русская нация была уверена, наши предки были уверены, что русское православие идет от апостола Андрея Первозванного. То есть наши предки и жили с этим, с той уверенностью, что зачем нам какие-то вот эти нововведения, если Андрей Первозванный был у нас в наших краях, ходил здесь, и в Киеве, говорят, был, еще где-то был. Вот мы от него и приняли православие. Католиков тогда не было. И спокойно развивались. А потом оказалось, что мы приняли православие от каких-то греков.
М. Баченина:
- Чего-то я совсем запуталась.
Н. Кричевский:
- А греки – мошенники и проходимцы, это тоже был общеизвестный факт. А потом решили: а почему бы нам не возвратить Византию? И параллельно пошел отказ от концепции «Москва – третий Рим, четвертому не бывать». Почему он пошел? Потому что русские позиционировали свою страну как хранителя православия. Почему Москва – третий Рим? Потому что все, мы вот здесь. А потом оказалось, что никакие мы не хранители православия. Византия – хранитель православия. И с тех пор пошла вестернизация.
Давайте про экономику.
М. Баченина:
- «Как экономически победить главную империю зла – США?» - это вопрос из Ярославской области.
Н. Кричевский:
- А зачем ее побеждать? Кстати, беспоповский конгломерат был по северо-востоку, северо-западу вокруг Москвы. Он был в самой Москве, на юго-востоке, так называемый район Гуслицы. Были преимущественно поповцы. Откуда, собственно, вот эти все хлопчатобумажные фабрики – Иваново, Вознесенск, Владимир и прочие. Это очень долгая история.
Дорогой мой практически земляк, скажите, зачем нам побеждать США? Я считаю, что нам надо начинать жить более достойно, чтобы правительство у нас защищало не кучку жулья, которые в былые времена именовались олигархами, а чтобы оно делало что-то наконец для людей. Потому что вот эта история с очередным отказом от рассмотрения вопроса о прогрессивной шкале налогообложения, при том, что я не считаю ее в нынешних условиях оптимальной, потому что придется пересматривать всю линейку – ИП, самозанятые, роялти, дивиденды, рантье и прочее. Тут же надо вспоминать о новом курсе господина Рузвельта, который как раз через налогообложение и создал средний класс. Но меня убил вот этот отказ. Ты – русский человек, ты в правительстве, ты служишь народу, ты делаешь все для того, чтобы люди жили лучше. За каким хреном ты начинаешь мне говорить, что, если мы тронем богатых, то они будут меньше сберегать, а будут больше потреблять?
М. Баченина:
- Я думала: а то они обидятся.
Н. Кричевский:
- У нас их несколько десятков тысяч, их надо беречь. Но это опять вопрос без ответа. И на много программ сразу.
М. Баченина:
- Можем красиво закругляться.
Н. Кричевский:
- Я считаю, что у нас все хорошо, у нас спокойно, у нас тепло, светло. Продукты есть. И мы, в отличие от многих регионов планеты, живем в тишине и спокойствии. И это самое главное. И дети растут. И старики худо-бедно, но живут вместе с нами. Или рядом. А чего еще надо? Только слушать программу «Экономика с Никитой Кричевским».
М. Баченина:
- Хочется добавить – аминь. Спасибо!
Подписывайтесь на новые подкасты об экономике с Никитой Кричевским на любой удобной платформе, чтобы не пропустить новые выпуски!