Сергей Боярский: «Наша задача — не ставить палки в колеса разработчикам ИИ»
Государственная Дума завершает сессию принятием судьбоносных законов в цифровой сфере. Один из них впервые вводит понятие «суверенного искусственного интеллекта» и закрепляет правила игры для отечественных разработчиков, другой призван спасти от банкротства «Почту России», превратив ее в современный цифровой хаб. О том, почему Россия входит в элитный клуб из трех стран, обладающих собственным ИИ, чем опасен «нейрослоп» и зачем депутаты заставляют нейросети писать краткие конспекты, в эфире «Радио «Комсомольская правда» рассказал председатель комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи, член Генерального совета партии «Единая Россия» Сергей Боярский.
ОТ РАЗВЛЕЧЕНИЯ ДО ГОСУПРАВЛЕНИЯ
- Сергей Михайлович, ваша зона ответственности — важнейшие из технологий. На этой неделе Госдума приняла важные законы в сфере искусственного интеллекта. Расскажите, как будут поддерживать отечественных производителей больших языковых моделей и зачем это нам нужно?
- Мы завершаем сессию и восьмой созыв принятием очень важных законов. Законопроект о развитии технологий искусственного интеллекта — правительственный. Ему предшествовала большая работа: мы, депутаты фракции «Единая Россия» и наши коллеги в правительстве, провели огромное количество согласительных встреч и совещаний. Советовались с бизнесом, экспертами, общественниками и органами власти — со всеми, кто уже использует ИИ или только на пути к этому. Мы участвуем в большой гонке за лидерство.
- Кто-то сравнивает эту гонку с атомной.
- Абсолютно верно. Это сравнение по делению стран на обладающих ядерным оружием и нет — в цифровой среде тоже применимо. Абсолютно суверенных стран с точки зрения цифры меньше, чем тех, которые имеют ядерный арсенал.
- Россия входит в этот клуб?
- Да. Таких стран с собственным суверенным искусственным интеллектом всего три: мы, Соединенные Штаты и Китай. Буду честен: мы не являемся лидерами. США и Китай идут впереди, но все остальные страны пользуются либо их решениями, либо не пользуются ИИ совсем. Нам повезло за счет интеллектуального потенциала и того, что наши крупные IT- и финансовые гиганты вовремя начали вкладывать огромные средства в развитие таких технологий. Это позволило нам принять участие в гонке.
Что касается закона — он рамочный. Пока он мало что регулирует, но впервые описывает само явление. Мы уже пользуемся ИИ: кто-то для развлечения генерирует картинки, кто-то загоняет тексты для анализа. Но есть и серьезные примеры: Москва использует ИИ в медицине, транспорте и городском хозяйстве. Крупные города, включая мой родной Петербург, тоже внедряют эти технологии. Интересно: технологии уже внедряются на государственном уровне, а в правовом пространстве они даже не описаны.
Нужно не только создать понятийный аппарат, но и дать возможность выделять средства на господдержку и закупать такие решения, а также ввести требования безопасности. Мы с сожалением фиксировали случаи, когда госорганы для оптимизации рутинных процессов использовали иностранные модели, загоняя внутрь чувствительную информацию. Это абсолютно непозволительно — все равно что отправить документы за границу письмом, да еще и отдать тому, кто все оперативно проанализирует.
В законопроекте появилось две формы моделей. Первая — суверенная модель: полностью российская, физически находится на территории РФ, отвечает требованиям безопасности. Такие можно внедрять в госуправление, транспорт, медицину, строительство. Вторая — национальная модель. Она тоже отечественная, но использует, например, иностранные open-source решения, доступные всему миру. Под нее подходит «Яндекс», а «Сбер» — это уже наша-наша. Национальные модели можно использовать в сферах, определенных правительством.
Вячеслав Викторович Володин отметил, что мы передаем правительству большие полномочия в части регулирования ИИ. В законе много отсылочных норм, потребуется множество подзаконных актов. Как председатель комитета, я вышел с инициативой, и мы приняли постановление с поручением правительству представить такие акты до 1 марта 2027 года. От них будет зависеть очень многое.
Дмитрий Юрьевич Григоренко, представляя закон, предупредил: это первый подход. В Думе девятого созыва еще не раз вернутся к этим вопросам. Сейчас мы задаем трафарет и пунктир, а в зависимости от развития технологий будем оперативно реагировать. При обсуждении справедливо заметили: это первый случай, когда законодатель не сильно опоздал. Обычно сначала появляется новое, оно взрывным образом становится популярным, и только потом все думают, как это регулировать. Любое регулирование тормозит развитие, поэтому перед нами сложная задача: не поставить палку в колесо нашим компаниям, помочь им и стимулировать внедрение наших решений, чтобы не повторилась история с иностранными сервисами, которые сначала завоевали доверие, а потом перестали исполнять требования наших законов.
НЕ ЗАПРЕЩАТЬ, А УЧИТЬСЯ
- Обсуждается ли подход, что использование российских моделей станет обязательным для массовой аудитории?
- Нет, конечно. У нас нет такого закона, и «Единая Россия» никогда не поддерживает запретительные решения. Мы всегда были открыты к нашим и иностранным разработчикам. Требование всегда одно — исполняйте российские законы. Приведу пример с платформой Roblox. После того как обнаружилось, что в ней процветают экстремизм и педофилы в закрытых чатах с несовершеннолетними, регулятор обратил на это внимание. Платформа проигнорировала требования — ее заблокировали. Но она провела работу над ошибками, предоставила гарантии безопасности, и Минцифры с Роскомнадзором инициировали снятие блокировки. Блокировка была снята, и теперь Roblox в безопасном виде доступна всем желающим.
Дорога с двухсторонним движением: нарушили — оштрафовали, исправились — продолжайте работать. Так же и с ИИ. Пользоваться иностранными моделями нужно и можно, у них надо учиться. ИИ — не панацея, это инструмент. Нужно с младых ногтей вводить на уроках информатики принципы взаимодействия с любыми моделями. Но мне, как государственному человеку, хотелось бы, чтобы граждане сами сделали выбор в пользу наших моделей — не только из патриотизма, но и из соображений удобства и качества.
- Нужно ли маркировать контент, созданный при помощи искусственного интеллекта? В законе есть оговорка.
- Правительство предложило добровольную маркировку. «Единая Россия» поддержала. По аналогии с другими решениями, которые благодаря нашей проработке становятся более дружелюбными. Например, когда мы принимали второй пакет борьбы с мошенничеством, правительство предложило запретить входящие международные вызовы. Мы посчитали, что это затронет огромное количество людей, у которых друзья и родственники в бывших советских республиках, и настояли на институте самозапрета. Теперь можно будет самостоятельно отказаться от международных вызовов, если они не нужны.
Так же и с маркировкой. Так называемого «нейрослопа» (низкокачественного контента, созданного ИИ) становится все больше — уже около 30% контента в интернете. Его смотрят, он забивает соцсети и хостинги. Что будет дальше? Будет 50% и больше. Встает вопрос: что лучше маркировать — контент от ИИ или контент от человека? Мы будем серьезно обсуждать эту развилку очень скоро.
Мы поддержали добровольность маркировки, но обязали платформы предоставить человеку возможность легко отмаркировать свой контент. Соцсеть или мессенджер должна сделать условную кнопку, чтобы любой пользователь мог отметить видео, созданное с помощью ИИ. Посмотрим, как это будет работать. Потренируемся в добровольном ключе, а дальше увидим, стоит ли пересматривать решения.
- Если я использую ИИ для сбора информации, а пишу статью сам — это считается созданием при помощи ИИ?
- Нет. Это все равно что использовать поисковик. Раньше мы ходили в библиотеку, выписывали цитаты, писали доклады. Поисковик заменил поход по ссылкам. Искусственный интеллект за вас ходит по ссылкам и делает выжимку. Но он не всегда на 100% прав — интеллектом там не пахнет, это алгоритм. До человеческого интеллекта ему далеко. А когда вы пишете в промте «напиши мне статью» и выкладываете результат без редактуры — вот тогда это уже не ваши мысли, и честный автор сможет это промаркировать.
- Депутаты Госдумы пользуются искусственным интеллектом?
- Депутаты все разные. Я, как председатель комитета, в быту активно ИИ не пользуюсь. Но у нас есть точка входа. Например, когда приходит 150 страниц входящего текста, я прошу сотрудников тренироваться на таких объемах: загрузить и попросить краткий вывод. Это экономит время. Но мы потом обязательно читаем оригинал и сравниваем, можно ли доверять подходу. ИИ должен стать подспорьем в рутине. Он не замещает человека, а сжимает время, потраченное человеком.
ПОДДЕРЖАТЬ «ПОЧТУ РОССИИ»
- Еще один важный закон — о поддержке «Почты России». Расскажите о его основных постулатах.
- «Почта России» оказалась в непростом положении из-за неудачных управленческих решений прошлых периодов и накопленных долгов. Но Почта — это не просто доставка. Это большой государственный и социальный институт: 36 тысяч отделений, 70% из которых находятся в удаленных и малых населенных пунктах. А 13,5 тысяч отделений — в населенных пунктах с населением менее 500 человек. Они являются точкой присутствия государства, точкой коммуникации и получения госуслуг.
«Единую Россию» давно пугала тенденция закрытия таких отделений. Мы много раз обращали на это внимание. Без нового законодательного подхода просто заливать деньги в почту бесполезно.
Законопроект призван сократить издержки и дать почте источники дополнительного дохода, чтобы стабилизировать ситуацию, не закрывать отделения, а модернизировать их. Мы передали почте несколько эксклюзивных функций. Во-первых, доступ к почтовым ящикам. Теперь только почтальоны смогут опускать туда что-либо помимо писем и квитанций (например, рекламные материалы), но для этого нужно заключить договор с почтой и заплатить.
Во-вторых, мы создаем новую ГИС — «Электронную почтовую систему». С ее помощью в Госуслуги будут приходить юридически значимые заказные письма. Отправитель будет платить, пользователи получат бесплатно. По юридической силе это будет то же самое, что заказное письмо. Снижаются издержки: не нужно гонять почтальона с квиточком. Квиток заменит бесплатная SMS-ка о прибытии посылки.
Это современный и удобный шаг. Почта оказалась в таком состоянии не только из-за неверных решений (прошлое руководство уехало из страны), но и потому что зарубежные государственные почты испытывают похожие проблемы. Приведу пример: плоский тариф — письмо в Москву и на Дальний Восток стоит одинаково. Почта обязана доставить в любую точку, а коммерческие фирмы конкурируют с ней только в крупных городах, а «дальние» маршруты (вертолетами, снегоболотоходами) остаются почте. При этом они сами передают то, что им передал гражданин, в почтовый конверт — и получают деньги, а доставляет Почта.
Мы посчитали справедливым, чтобы нерыночными низкими тарифами пользовались не все, а только наименее защищенные категории граждан (например, пожилые люди). Это тоже определят отсылочные нормы правительства.
- Спасибо большое за интересный рассказ. Сергей Боярский, председатель комитета Госдумы по информационной политике, информационными технологиями и связи, член Генерального совета Партии «Единая Россия» был сегодня на радио «Комсомольская правда». Всего доброго.
- До свидания.
