Владимир Жириновский: С какой стати Запад требует освобождения Навального? Это же первый признак того, что человек – наемник

Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели.
Владимир Вольфович рассказывает, как пройдет президентство Байдена, почему Запад так переживает за Алексея Навального, насколько опасны стали социальные сети в современном мире, как реформировать школьное образование, нужно ли вводить ковидные паспорта и зачем надо всем привиться от коронавируса

В. Алфимов:

- Здравствуйте, дорогие друзья. Радио «Комсомольская правда». Подводим итоги вместе с Владимиром Жириновским, лидером ЛДПР. Владимир Вольфович, здравствуйте. Главное событие этой недели, на ваш взгляд, какое?

В. Жириновский:

- Конечно, вступление в должность нового президента США. И мне не понравились все отклики. Все мне кажется неправильным. Все ждали какую-то гражданскую войну. Все ждали, что что-то такое произойдет в день инаугурации. Что Трамп партию будет создавать. Все намного проще. Многим хочется скорее событий! Скорее какая-нибудь кровь. Будет все тихо. Все мечтают, чтобы Байден скорее умер или передал пост вице-президенту. Он не умрет. Он отсидит весь срок и пойдет на второй срок. Ему будет всего-навсего 82 года.

Сейчас никаких ярких событий не будет. Все четыре года. На Ближнем Востоке все сделано. Ирак разбомбили, Афганистан отутюжили. В Сирии мы помогли успокоить все. Ливию разгромили. Иран – они не сунутся, слишком сильное, большое государство. Европа – все сделано. Югославию поломали, на Украине все, что можно, сделано. Северная Корея – тоже. Трамп пытался там подружиться, еще что-то. Во всем мире все вопросы были решены.

В. Алфимов:

- А вот есть мнение, что будет полыхать вокруг России. Будет огненный пояс вокруг России. Беларусь мы уже видели, Украина – знаем давно. Но у нас еще достаточно республик, которые находятся прямо у нас на границах. И именно туда будут направлены руки новой администрации Соединенных Штатов.

В. Жириновский:

- Валентин, всем журналистам, политологам, социологам, может быть, даже и военным, всем хочется: скорее была бы война. Скорее бы революция! Скорей бы море крови! Как все ждали, чтобы наша армия ворвалась на Южный Кавказ и потеряла там тысячи своих солдат. А все сделали тихо. Никто ничего больше делать не будет. Я имею в виду американцев. Украина – вариант закрыт. Любая попытка напасть на Донбасс и Луганск – это конец киевскому режиму. Белоруссия – все стабилизировалось, все будет так, как сейчас. Казахстан, Средняя Азия – тишина.

Поэтому я и говорю, что все четыре года Байдена пройдут тихо. Он будет отсиживаться в своем Овальном кабинете, и не каждый день. Будет уезжать в Кэмп-Дэвид, в другие свои резиденции. Как у нас Ново-Огарево. И никаких резких демаршей. Америка пойдет постепенно по пути самоизоляции. Европа будет дряхлеть. И бороться с ковидами. В Азии – Китай, Индия, Япония – пусть втроем решают какие-то вопросы. Европу это интересовать не должно. Нас – тоже. Американцев – тоже. То есть впереди четыре тихих года. В 2024 году в ноябре Байден останется на второй срок.

Трампу проведут процедуру второго импичмента. Вынесут решение о запрете заниматься политической деятельностью. И он будет сидеть у себя во Флориде, в своей хорошей резиденции. И тоже потихонечку затихнет. Он получил все, что можно. Четыре года президент, глава мощнейшего государства в мире.

Внутри Америки какие-то столкновения будут. Левые, правые, антифа, гордые парни. Но никакой гражданской войны не будет. Ибо права всем предоставлены. И права всех будут защищаться. Суды работают. Прокуроры работают. Социальных протестов нет. И не будет. Потому что это одна из богатейших стран мира.

Поэтому все прогнозы уже не оправданные, всем ставлю двойки. Всем политологам, ученым. Институт США и Канады предлагаю закрыть. Бюджет – 50 млн. рублей в год. Давайте лучше отдадим молодежи. У нас есть самый молодой депутат Власов. С молодежью они много акций проведут по стране и по всему миру. А это сидят ученые – и ни одного прогноза не дали. Ни по Трампу, ни по Байдену, ни по Ближнему Востоку, с участием американцев.

Тяжело делать прогноз многим ученым. Но я вот даю сейчас вариант тишины. Байден – человек предельно спокойный. Он с третьего захода стал президентом. Он счастлив. Он заплакал почти, потому что он хотел, чтобы его старший сын стал президентом, но он умер по болезни или авария была. Он за всю семью сегодня. Политическая история Америки, когда семья Байденов, он был сенатором долго, а теперь он президент.

И ничего решать. Нет никаких проблем. Поэтому впереди спокойно. В Китае никакой проблемы не будет. У американцев есть торговля, есть какие-то отношения, и никто не собирается нагибать Китай или что-то делать, что пытался Трамп, повышать какие-то налоги, понижать, кого-то стравливать. Нечего обсуждать. Конгресс захиреет.

В. Алфимов:

- Означает ли это, что ближайшие четыре года та же Россия может заняться своими вопросами и проблемами, может быть, даже выйти на лидирующие позиции в мире? Может быть, стать главной мировой державой?

В. Жириновский:

- За четыре года главной мировой державой не стать. А к 2040 году, через двадцать лет. Такой шанс у нас есть. Америка не распадется. Но она тоже будет устаревать. И заниматься своими делами. И на это тоже нужны силы и деньги. Единственное, что может обострить обстановку в США, это доброе отношение Байдена к мигрантам. Если сейчас он запускает строительство стены между Мексикой, вот перебор латиносов может обострить. Но у них и так на юге уже испанский язык первый. Поэтому здесь тоже большой проблемы нет. Надо отказаться от всех пособий для мигрантов. И тогда они не будут ехать в Америку.

Америка займется своими делами. Европа – своими. Постарается перекрыть дополнительный поток мигрантов. И мы, наконец, спокойненько больше внимания уделим жилищному строительству, медицине. Мы можем на первое место в мире вывести медицину. Борьба со всеми инфекциями. И вот грипп мы можем победить в мировом масштабе. Это наши гениальные врачи. Огромный опыт. А эти болезни страшные, их очень много, мы их все усмирили. Но грипп будет свирепствовать постоянно.

Поэтому мы вышли на первое место в военном деле, выйдем на первое место в медицине, в образовании, дороги, жилье. И таким образом к 2030 году мы займем место в пятерке ведущих государств мира. К 2040 году станем первым государством в мире.

В. Алфимов:

- По следам борьбы с коронавирусом, может быть, власти обратят внимание на медицину, будет туда поступать больше ассигнований, будет ей уделяться больше внимания?

В. Жириновский:

- Обязательно. Везде открыть медицинские вузы. Специализация, ординатура, какие-то курсы усовершенствования. Всем врачам дать льготную пенсию. Создать лучшую аппаратуру, чтобы был моментальный рентген, чтобы всю онкологию предотвращать заранее. Мы можем стать главной медицинской державой планеты Земля. А это всем выгодно. Все хотят лечиться. И к нам пойдет медицинский туризм. У нас нет теплых морей и шикарных объектов древних. А вот в наши больницы, где сделать вип-номера, все человечество поедет лечиться. И будет гарантия того, что это самые лучшие лекарства, вакцины.

Сегодня уже началось паломничество. К нам приезжают иностранцы, чтобы у нас получить нашу вакцину. В этом мы можем выйти на первое место в течение пяти лет. Образование – в течение десяти лет. Для этого я и создал Институт мировых цивилизаций. И его обязательно возглавит самый молодой депутат Власов. Это будет уникальный вуз. Мы обгоним и Кембридж, и Оксфорд, и Йель, и Стэнфорд, и все остальные вузы. Это все можно сделать. И у нас это было в истории нашей страны. Мы были и первыми, и вторыми. Это как раз движение вперед. У нас есть охранная грамота – лучшие в мире вооруженные силы. У нас нет никакой опасности войны и внезапного нападения. Так давайте сделаем, чтобы русские врачи были лучшими в мире. И к нам потоки туристов пойдут со всего мира. И платить будут бешеные деньги.

В. Алфимов:

- Всю недели все СМИ говорили о возвращении Алексея Навального на родину, о его задержании и о его деятельности. Даже у вас на открытии сессии Госдумы все лидеры фракций говорили об этом.

В. Жириновский:

- О Навальном. Я за этим человеком наблюдаю давно уже. Мне он очень неприятен. Потому что все, кто связан с Западом, со спецслужбами, у него на лице написано, что она выполняет определенные функции. В отношении госбезопасности это в чистом виде шпион, предатель. Измена Родине. Но в гражданском формате он имеет право, как и все другие, контактировать с любыми зарубежными организациями, вести свою пропаганду, заниматься политической деятельностью.

Но ведь что отвратительно? Он наносит вред нашей стране. Мы знаем все то, о чем он говорит. Он был в седьмом классе, списывал контрольные работы по арифметике у своей соседки по парте, я уже был кандидат в президенты России. Сегодня нам заявляют, что он – лидер оппозиции. Это на базе чего? У нас миллионы людей занимаются политической деятельностью, много партий, депутатов, сенаторов. С какой стати нам Запад указывает, кто у нас лидер какой оппозиции, и требует его освобождения? Это же первый признак того, что человек – наемник. С какой стати весь Запад, все совещаются, на любом уровне все организации – и ПАСЕ, и ОБСЕ, чуть ли не ООН и все эти советники вокруг нового президента Байдена: Навальный, Навальный, Навальный.

Так было лет десять назад. Я приезжаю в Страсбург, и в зале шумок: Ходорковский, Ходорковский… Они работают как в брежневские времена. какой-то центр есть в Брюсселе или в Вашингтоне, Лондоне, Париже, запускают программу – защищать Ходорковского. Лет десять защищали его. Сейчас успокоились. Теперь у них другой подельник в этом вопрос – Навальный. И вот они все время… Какое ваше дело? Если Навальный совершает проступки, преступления, если он нарушает какие-то законы, он подпадает под действие нашего законодательства. Ведь и Немцова арестовывали, по-моему, Березовский был под колпаком, и Гусинский. Сколько людей прошли через какие-то инструменты государственной власти, когда они нарушали законы.

То есть человек наносит огромный вред нашей стране. Последний его якобы главный козырной туз – какой-то дворец у Черного моря. Слушайте, во-первых, никаких доказательств о принадлежности этого дворца кому-то из высоких чиновников. Во-вторых, почему нельзя строить дворцы? Почему Трамп уехал после окончания полномочий во Флориду – лучшая курортная часть Америки, шикарный дворец. А его дочь купила там за 30 млн. долларов тоже себе дворец. Почему в Америке нет американского Навального? Где у вас дворцы? На какие деньги купили?

Во все времена люди, занимающие высокие посты, у них достаточно высокая зарплата, возможности, есть какой-то социальный пакет. И каждый уходящий президент получает огромный пакет, в том числе и государственная дача. А почему он не может иметь свою дачу? Это же хорошо, когда там все есть.

Это опять попытка внести в наше общество неприязнь к нашему государству. Вот, мол, какие они там наверху. Зачем, какая цель? Цель одна – революция. Сейчас уже не октябрьская, а оранжевая, майдан или вариант Бишкека, Тбилиси. Зачем? Неужели Навальный не видит, к чему это привело в Киеве, в Тбилиси, в Бишкеке? И сейчас в Белоруссии к чему это могло бы привести. Не понимает, что в России будет море крови, если что-то такое начнется здесь у нас по тому типу, как Белоруссия или Бишкек. А он – главный закоперщик сегодня.

Сегодня тысячи ребят заснут, спать будут. А днем они могут оказаться где-то на площадях, улицах городов нашей страны. Немного их будет, но они же выйдут на неразрешенные митинги. И кто-то по голове получит резиновой дубинкой. Кого-то в автозак засунут. Кто-то будет ночевать на бетонном полу в полицейском участке. Где-то какие-то потасовки могут быть, протоколы, штрафы, суд, арест домашний или еще какой-то административный, 10 суток. Это все Навальный сделал. Он прямо обращается и говорит: выходите! Это призыв к революции. Разве можно такие вещи делать?

Во всех странах мира, во всем человеческом обществе дети ненавидят родителей. Вот у вас есть дети?

В. Алфимов:

- Да.

В. Жириновский:

- Сколько лет?

В. Алфимов:

- Старшим – 11 и 12.

В. Жириновский:

- Пока они еще терпимо к вам относятся.

В. Алфимов:

- Пока любят. Но я с вами согласен.

В. Жириновский:

- Подождите, что будет лет в 15, в 16, в 18, 20 и так далее. Они вас выгонят с вашей квартиры. Вы попросите у Сунгоркина заранее себе комнату в коммуналке в Москве. Дети всегда против родителей. Это естественно. Им хочется свою жизнь прожить. Они видят: у отца это есть, отец там, такая карьера. А я хочу еще больше. А я у него что-то отберу.

И второе дело – в обществе. Против всех начальников. Нам зачем это нужно? Все начальники для него плохие. Любой начальник – губернатор, мэр города, президент, министр – молодежь против. Как в школе – против любого учителя, завуча, директора школы. Это тоже естественно. Они входят в общество, у них переходный возраст – 16 лет. Все убийства в школах совершают они. Помните, в Керчи парень, недавно задержали кого-то в Америке. Это дурацкий возраст – 15-17 лет. Нужно особое воспитание. Классными руководителями должны быть мужчины.

Зачем он играет на этом? Ведь дети вслепую, им хочется своей революции. Они по учебникам истории читали – в каждой стране каждый год происходили какие-то революции. Им хочется. Это их революция. Это их баррикады, это их стрельба. Он что, не понимает этого?

В. Алфимов:

- А почему власти так сильно проиграли интернет? Все эти призывы к подросткам идут чрез TikTok, через другие социальные сети. А власти почему-то этот момент пропустили. И уже сделать ничего не могут.

В. Жириновский:

- Это ошибка четырех эпох. Так же царь все пропустил, и большевики захватили власть. Потом большевики пропустили демократов Ельцина и потеряли власть. Потом Ельцин с демократами потерял. Сейчас мы четвертый раз идем этим путем. Потому что власть у нас однопартийная. И некому подсказать, как по-другому нужно действовать.

Вот как бы я действовал в последние десять лет? Не мешайте ЛДПР. Мы получим 100-150 мандатов. У нас будет десять губернаторов, пятнадцать. Люди будут думать: слушайте, а чего «Единая Россия»? вот ЛДПР поднимается. Может быть, она будет правящей партией? Может быть, у нее будет большинство? Может быть, у нее будет много губернаторов. И тогда пойдет расщепление протестных настроений. Люди будут немного ненавидеть «Единую Россию». КПРФ, ЛДПР, новых левых социалистов.

А они заставляют быть всех против «Единой России», а ее поддерживает президент. Тогда и против президента. Вот это ошибка. Это потому что у нас сохраняется то, что было: царь – коммунисты – Ельцин.

В. Алфимов:

- Неужели вы прогнозируете, что будет то же самое, что и в 1917 году, что в 1991 году?

В. Жириновский:

- Нет, конечно. Уже никогда не будет у нас октябрь 1917-го. У нас никогда не будет декабрь 1991-го. У нас никогда не будет 1999-го – уход в отставку со слезами на глазах. Но вот такие события, когда в Москве началось, вы помните, декабрь 2011 года, ровно 10 лет будет в декабре этого года. Сто тысяч вышло. В Кремле перепугались. Я звоню, говорю: все, началось, оранжевая революция. Они испугались. Впервые сто тысяч вышли на Болотную. Но как-то рассосалось. Потому что это была в основном московская молодежь, рафинированная, сытая, откормленная. Поэтому не смогли они чего-то дальше продолжить.

События продолжались. Власти некому было подсказать. Они подавили – и все. Им казалось, что все в их руках. А социальные сети в это время развивались. Даже я не очень внимание обратил.

20 лет назад, 97-й год. Мне пресс-секретарь говорит: «Владимир Вольфович, тут блогеры есть, давайте с ними встретимся». Я говорю: «Какие блогеры? Какие сети социальные?» Даже я был в отрыве от этого. Я с ними встретился и даже не знал, о чем с ними говорить. Прошло 22 года – они на коне, там миллионы подписчиков, они любую информацию моментально дают, и по всему миру. И, конечно, власть, которая упакована, все в порядке, довольна, они не понимают. Как в военном деле сегодня не пехота играет всё. Не надо иметь миллионную армию. Мы должны иметь несколько гиперзвуковых аппаратов, и достаточно. Так и информационное поле. Вы должны иметь 2-3 мощных социальных сети. У нас какая социальная сеть? Яндекс и ВКонтакте. И Одноклассники, наверное. Давайте развивать их. Одноклассники – немножко узко, в основном те, кто в одном классе. А вот ВКонтакте. И давайте еще название какое-то дадим. Две-три мощнейших социальных сети, чтобы люди знали, ничем не хуже, чем те сети. И сказать, что в наших сетях мы никого не будем забанивать (хотя по-русски это называется запрещать, отключать).

Мы видим, какая свобода у социальных сетей в Америке. Действующего президента отключили. Вот они и проморгали, потому что им казалось, что все нормально. А знаете, почему проморгали? Снизу идет лживая информация. Каждый директор школы говорит: да, все хорошо. Даже не знают, о чем думают их ученики. Я один раз провел великолепный урок. Вы по скайпу покажите его, этот урок в одной московской школе. Несколько классов собрали. Им жутко понравилось. Я выступал так, что им интересно было.

Сегодня школьникам противно слушать учителей. Это старая советская школа. Она была хороша 30 лет назад. Сегодня наши школьники не хотят слушать этих учителей. Все сухо, закодировано, закамуфлировано, заорганизовано.

В. Алфимов:

- А это чья проблема? Это проблема современного поколения или проблема старших, которые не умеют, не научились обратить на себя внимание и достучаться до молодежи?

В. Жириновский:

- Проблема правительства. Вы кого назначили министром просвещения? Я предлагал наших – Чернышов Борис Александрович, может быть, даже Власов. Кравцов – хороший парень, но он обычный чиновник: когда ЕГЭ, какой ЕГЭ, в какой школе. Слушайте, они другого хотят. Они хотят слышать другую речь, другой урок. Может быть, на улице провести, может быть, в баре провести, может быть, на стадион с ними поехать, на берег реки. А вы входите в класс и барабаните там 30 минут то, что им противно слушать. То есть подход должен быть другой. Вы должны быть партнеры – учитель и ученик, на «вы» друг к другу обращаться, а не так, что двойка тебе. Какие двойки? Уберите все оценки к черту, все экзамены уберите. Это нервотрепка. Зачем вы заставляете? Какие ЕГЭ, к черту? Нужны знания. Нужно собеседование. И все поступают в вузы. У нас мест для выпускников больше, чем самих выпускников. Зачем вы тратите деньги? Отправьте их в молодежные лагеря с мая по август, даже по сентябрь, а с 1 октября все идем учиться и в школу, и в вузы.

Не хотят. Упертые. Сентябрь – теплый месяц. Нет, 1 сентября учебный год. 15 октября. То есть по-другому преподавать. Давайте спросим у них: какие предметы вы хотите изучать? Допустим, школьная программа – 50 учебных дисциплин. Мы им даем 60 – выбирайте. Он какие-то не хочет учить. Мы ему даем – только это учи.

То же самое в вузе. Дайте возможность выбирать. Что вы их насильно заставляете учить? Иностранный язык – факультатив, хочешь - учи, не хочешь – не учи. То есть дайте им возможность учиться тому, к чему у них душа лежит. Вот наша учеба, образование – это брак по расчету. Брак по расчету недолговечен и противен. Брак по любви хорош, когда вы живете, общаетесь, два человека, которые любят друг друга. А когда в ЗАГСе свидетельство вам дали, и вы вынужденно живете, тогда это не брак.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, вы предлагаете не то, чтобы изменить систему образования, а под корень все срубить и сделать по-новому. Но это же невозможно, наверное.

В. Жириновский:

- Согласен. Давайте экспериментальные школы сделаем. Допустим школа, где один год будет идти учебный процесс по той схеме, которую я сказал. Понравится ученикам – продолжаем, не понравится – возвращаемся к старому. Кому нравится старая школа, давайте старый вариант, старые преподаватели, старые ученики. Кто хочет по-новому – давайте им.

Давайте сделаем так, чтобы они шли на урок к тому учителю, кто им больше нравится. Тогда тому, кто не нравится ученикам, придется в другую школу идти. Он будет знать, что в соседний класс набилось 40 ребят, а к нему никто не пришел или пришло меньше. Ни в коем случае ломать не надо, я категорически против любой революции. Но давайте дадим возможность, чтобы их голова работала. Я 11 лет учился. Я не слушал учителя, я думал о другом, смотрел в окно. Что я буду слушать эту чушь, которую они несут нам?

То же самое сегодня. А в вузе? Сидят студенты и играют в телефоне, а профессор на кафедре читает лекцию. Никому она не нужна. И ему стыдно, но он не может по-другому преподавать.

Вот у нас в четверг было заседание. Первым выступает Зюганов (вы можете взять из интернета). Шумит зал, им неинтересно слушать. А коммунисты им довольны. Ну, что делать, если он говорит одно и то же, старые избитые истины? Это все депутаты уже знают. Я выхожу – зал молчит, все слушают внимательно каждое слово. Каждый раз я говорю по-новому, на новую тему, с новым подходом. Простой пример. Мы с ним ровесники, он всего на 2 года старше меня, но другой подход должен быть.

Поэтому образование нам надо совершенствовать, в том плане, чтобы ребятам было интересно идти в школу. Они почему в школу хотят идти? Да дома надоело сидеть с родителями. Утром родители, вечером, а теперь еще и днем, да еще бабушка есть, может быть, дедушка есть, а может быть, отец безработный. Да ребенок с удовольствием побежит куда угодно, не потому что хочет учиться, а просто из дома выйти.

В ближайшие дни зовут ребят в центр Москвы. Почему кто-то придет? Скучно дома сидеть. Суббота, опять родители, слякоть, сырость. Спортом разве можно заниматься? Какой спорт? Все потечет, температура +5. А тут какое-то мероприятие. Они ни разу не были. У них будет как бы прорыв политической девственности. Он впервые пойдет на какой-то митинг, и какой-то запрещенный. Им даже хочется. Какой-то там мужик, его посадили в тюрьму, его надо освободить. Ему это интересно. Наплевать на программу этого чудака, мигранта из Германии. А школьник, даже студент 18 лет - им это интересно.

Ведь я сам приехал в Москву. Нам было интересно, когда негры устроили заваруху в центре Москвы, когда убили Патриса Лумумбу в Заире (Конго). И нас послали им противостоять. Да мы на их сторону перешли. Нам интересно сопротивление. Мы переворачивали машины, поджигали, били окна – американское посольство, немецкое, израильское, французское, британское. А нас послали, первый курс Московского университета, утихомиривать, стоять на стороне советской милиции, мешать неграм устраивать дебош на Садовом кольце. Нас обязали быть там как ответственных студентов лучшего вуза страны. А завтра пойдут самые разные, может быть, двоечники пойдут, троечники, да и отличники пойдут.

Я сколько раз говорил власти: дайте Гайд-парк. Вот Колонный зал отдайте молодежи, Театр Ермоловой отдайте молодежи. Сколько театров в Москве? Не обязательно навсегда отдать. Днем в субботу с 12 до 17 пусть будет молодежь. Театр Ермоловой – метро «Охотный ряд», Театр им. Пушкина – Новопушкинский сквер. То есть по всему центру Москвы. Пусть они придут, сядут и выступают. О чем угодно пусть говорят. Дайте им выговориться.

Вот коммунистов Франции, знаете, как погубили? Вальдек Роше был последний председатель Компартии Франции. Ему дают эфир каждую неделю – приходи, выступай. Он один раз пришел, выступил, другой раз, третий. Больше не пришел. О чем говорить он будет? Одно и то же. А если бы мешали, то французские рабочие вышли бы: дайте слово Роше, где эта свобода слова? Дайте им свободу, чтобы они захлебнулись. Не как Ельцин: «Берите суверенитета, сколько сумеете проглотить», а дайте возможность выговориться.

Те же самые школы по месту жительства. В субботу днем что там делать? Там актовый зал пустой. Придут местные депутаты. Я готов каждую субботу приходить. Вот Политехнический музей. Какого черта не открывают там зал? Он действовал 100 лет, при коммунистах и при царе. Сейчас ремонтируют, что-то делают. Сколько можно? Дайте Гайд-парк. И будет тишина. А если раз в год кто-то вырывается на какую-то площадь, это потому что людям интересно. Потому что дома родители ругают, в школе – учителя. Где молодежи высказаться? Они не за кого-то и не против кого-то. Они хотят говорить, чтобы их слышали, чтобы с ними спорили.

Сколько я бывал по стране в поездках, я зову: «Кто здесь за Навального?» Один чудак на тысячу человек. Я говорю: «Иди сюда». Он боится. Я говорю: «Давай поговорим. Иди, выступай, я тебе дам микрофон». Потому что на местах ребята все трусливые, они вообще ничего не хотят. Мы их позвали, они членский билет получили – и всё. И то же самое в Москве. Давайте с ними встретимся. А их дубинками, дубинками, дубинками.

Поэтому нужен Гайд-парк. А что сделали в Москве? Дали им место около парка Горького, на улице. Да кто пойдет? Или парк «Сокольники», где-то в глубине парка. Дайте в самом центре – театр, дом культуры, дворец. Пусть там сидят.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, давайте про коронавирус, про ковидные паспорта поговорим. Вроде речь идет о том, что ковидные паспорта будут у всех, надо обязательно их получать. Ваше мнение, нужны они или нет?

В. Жириновский:

- Я понимаю, граждане боятся, что те, у кого есть паспорт, у того будет больше прав, а у кого нет паспорта, будет меньше прав. Но здесь вопрос безопасности. Если люди сделали прививку, и они договорились где-то встретиться (корпоратив) – пожалуйста, они собираются туда, проверяют всех, паспорт показывают: мы с прививками. Все нормально, отдыхайте, ребята.

То же самое – митинг. Вот у меня Институт мировых цивилизаций. Я им сказал, сделайте срочно прививку, и будете учиться только очно. Единственный вуз в мире, где будет очная форма обучения. Так раскачиваются еле-еле. Уже бы давно сделали прививку.

Ковидный паспорт даст права, он не ущемит их. Если люди хотят пойти в какой-то спортивный зал – пожалуйста, предъявляйте на входе билет и ковидный паспорт.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, может быть, ковидные паспорта ущемят тех, у кого их нет?

В. Жириновский:

- Я согласен. Но тогда те, у кого нет, тоже могут собраться где-то, и там будут только они, те, у кого нет прививки. Но в перспективе прививка будет у абсолютного большинства. И когда закончится эта эпидемия (она, во-первых, от пандемии перейдет к эпидемии и как эпидемия закончится), тогда вообще будут сняты все ограничения и необходимость иметь при себе ковидный паспорт. Это на короткий период времени.

Вот смотрите, лет 50 назад я еду в Турцию, все оформил – загранпаспорт, визы. А мне говорят: поезжай в Санэпидстанцию Москвы, там сделай прививку от холеры, иначе тебя пограничники не пропустят. Ущемляет это мои права? Нет, конечно. Иначе я поеду без прививки, заболею и умру. Я еду в Графский переулок, мне делают прививку. На границе я предъявляю сертификат: прививка сделана за два дня до полета, как надо. Это обязательные нормы. Сегодня все, кто едет в какие-то страны, они делают прививки. Если человек не может сделать прививку, он в эту страну не едет, он едет в ту, где не нужна прививка. То есть это вопрос здоровья каждого из нас, это ни в чем не ущемляет. Пожалуйста, работайте, учитесь, но если нет прививки, вы будете учиться заочно, а если у всей этой группы есть прививки, им будет предоставлена возможность учиться очно. Если в санаторий приехали отдыхающие все с прививкой – танцы, кино, дискотека для всех, шведский стол. А если приехали без прививки, тогда как общаться? Тогда, может быть, санаторий разделить – где с прививкой отдыхают, а где без прививки.

В. Алфимов:

- А вот Валентина Матвиенко говорит, что не нужны ковидные паспорта.

В. Жириновский:

- Она от власти. Власть боится, что перед выборами начнутся волнения какие-то. Люди, которые прививку не успеют сделать или есть медицинские противопоказания, будут переживать, не будут голосовать за «Единую Россию» и т.д. Поэтому сверху власть успокаивает: да не надо, не бойтесь, не нужны. Мы пока не вводим их, но каждый вправе получить справку, сертификат, может быть, в форме паспорта. Ведь за рубежом это введено. Вот Греция ввела. Там тоже есть те, кому противопоказаны прививки, и те, кто не делал. Но кто сделал, он спокойно едет по всей Европе, он с прививкой. То есть для передвижения надо. Но передвигается 5 процентов, максимум 7. 90% никуда не едут, сидят дома. И это им ничем не грозит - ни при устройстве на работу, ни при получении лекарств эти паспорта не нужны. Они нужны только лишь при посещении массовых мероприятий или при поездках по миру.

Вот партийная деятельность. У нас был съезд в декабре. Я сказал: едут в Москву те, у кого есть прививка. Чтобы люди приехали и друг друга не заражали. У кого нет прививки, он просто дома сидит и не едет на съезд. Но мы обеспечили полную безопасность делегатов съезда. 100 человек, все были с прививками. А кто без прививки, пусть сделает и приедет на наш съезд в начале июня или в конце мая, 33-й съезд, связанный с выборами. Это мы делаем для безопасности. Иначе один с прививкой, другой без прививки, заражать будут тех, кто без прививок. Даже тот, кто с прививкой, он может быть носителем инфекции. Он уже не заболеет, но может быть носителем инфекции. Если рядом с ним окажется тот, кто без прививки, он его заразит, даже не зная, что он, имея прививку, кого-то заразил.

Как и животные. Вы любите животных – держите их. Но помните, в каждой кошке, собаке, птичке, любом живом существе тысячи вирусов. И они не дохнут от этих вирусов, а человеку проникает в организм – лет через 10 человек заболеет. Уже кошечка его сдохнет, собака, а он только начнет болеть спустя много лет.

В. Алфимов:

- Ряд регионов уже начал льготы вводить для тех, кто вакцинируется. В Москве разблокируют карты пенсионерам, на Камчатке разрешили без маски ходить. Нужны такие послабления, преимущества тем, кто привился?

В. Жириновский:

- Конечно. Это стимулирует. Так человек думает: да ладно, не буду делать. Такая русская привычка – авось, да ладно, не хочу, не буду. Вот я как стимулировал депутатов своих? Говорю: нет прививки – на выборы не пойдешь, нет прививки – на съезд не пойдешь. И все сделали прививку. Если мы что-то даем тем, у кого есть прививки, сделают прививки больше, и мы эту пандемию уничтожим. Надо, чтобы 70% были привиты. А пока привиты 2-3%. Нам нужно 70 миллионов доз. Мы пока выпускаем в месяц, наверное, 2-3-5 миллионов доз. Весь год мы должны прививать. Поэтому чем быстрее мы сделаем прививки большинству граждан нашей страны, тем быстрее поборем инфекцию, и все ограничения будут сняты, и никто не будет просить паспорт, и не будет никакой связи, есть прививка или нет прививки. Возьмите обычный грипп. Сегодня нет проблемы. Где обычный грипп? Нет его.

В. Алфимов:

- Да, потому что прививаются.

В. Жириновский:

- Уже 40 миллионов каждый год прививается, и эпидемия не возникает. Так давайте то же самое сделаем с этим коронавирусом. Чтобы люди быстрее сделали, где-то вводят какие-то стимуляторы.

В. Алфимов:

- И здесь мы с вами, Владимир Вольфович, возвращаемся к нашей первой теме, которую обсуждали, что Россия может стать страной, которая и победит коронавирус, и вообще станет лучшей в медицинском плане.

В. Жириновский:

- Да. И мы это должны сделать. Чтобы весь мир знал: лечиться – в Москву, в Сочи, в Екатеринбург, в Сибирь, на Дальний Восток. Весь мир будет ехать. И доходы огромные, ибо за лечение весь мир будет платить огромные деньги.

В. Алфимов:

- Мне нравится такая перспектива.

В. Жириновский:

- Собирают деньги больным детям. Миллионы нужно собрать. Так эти миллионы они нам привезут. Потому что они будут защищать свое здоровье и гордиться Россией. Где лечился? В России. Где вылечили? В России. Где правильный диагноз? В России. Где лучшие медикаменты? В России. Вот это нужно сделать. Это для всех. Мы не можем пугать людей каждый день, что у нас есть мощное оружие (мы же его применять не будем)…

В. Алфимов:

- Не кнутом, а пряником.

В. Жириновский:

- Да, пряником. В виде медицинского пряника.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, время у нас с вами заканчивается. Спасибо большое, что были с нами.

В. Жириновский:

- До свидания.