Владимир Жириновский: Надо принять Донбасс в состав России и поставить там в сторону Мариуполя русских пограничников

Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели.
Владимир Вольфович рассказывает, почему Запад так переживает за Навального, почему необходимо увеличивать число самозанятых и индивидуальным предпринимателей, почему российская вакцина от коронавируса лучшая в мире и почему режим Зеленского на Украине в агонии

В. Алфимов:

- Здравствуйте, дорогие друзья. Приветствуем вас в эфире Радио «Комсомольская правда». Подводим итоги недели вместе с Владимиром Жириновским, лидером ЛДПР. Здравствуйте, Владимир Вольфович.

В. Жириновский:

- Добрый вечер.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, одна из главных тем этой недели, которая очень сильно обсуждалась и в процессе, когда все это происходило, и потом муссировалась, это суд над Алексеем Навальным. Отправили его в колонию общего режима. Суд решил, что он не исполнял обязательства, которые были на него наложены, по условному заключению, и отправил его в колонию общего режима на 2 года и 8 месяцев. Ну, достаточно по-хамски вел себя в отношении прокурора и суда сам Алексей Анатольевич в процессе, но это уже дело десятое.

Люди снова вышли. А потом представители Навального заявили, что нет, всё, мы больше не будем устраивать митингов. Как это понимать? Это хорошо или плохо? С одной стороны, хорошо, люди не будут выходить, полицейские будут спать спокойно, по улицам города можно будет спокойно гулять. А я боюсь, что вдруг это какое-то затишье перед бурей.

В. Жириновский:

- Моя позиция - все это глубоко запланированная провокация, которая длится уже больше 10 лет. Сперва он был просто одиночка где-то, где-то он был в «Яблоко» на каких-то маршах, на Сахарова он не был первым, там были другие первые лица – Немцов, Рыжков и т.д. Постепенно его раскручивают. Все идет по нарастающей. 13-й год, выборы мэра... Такого в мире нигде не было. Дальше снова накрутка, какие-то фильмы делает, расследования. Ему подсовывают информацию и с Запада, и от наших каких-то источников, по головке гладят, нигде его особенно не скручивают, но периодически закрывают. Сейчас усиливается это, по нарастающей. Якобы кома. Летит в Берлин, там лечат, весь мир на ушах. Возвращается – арестовывают, суд, небольшой срок, 2 и 8. Сегодня другой суд – оскорбил ветерана.

В. Алфимов:

- Да. Ветерану уже «скорую» вызвали в суд. У меня здесь возле дома, прямо через дорогу практически.

В. Жириновский:

- Бабушкинский район?

В. Алфимов:

- Да.

В. Жириновский:

- Отвратительный район. Я в Отрадном жил. Противно вспоминать и сегодня.

В. Алфимов:

- А я очень люблю.

В. Жириновский:

- Люблю запад. Даже в Москве Западный округ и направление на запад – Смоленск… То есть вся эта фигура сделана, чтобы это было всегда в повестке дня. Его не убивают специально, иначе тема будет закрыта. Вот Немцов – тему закрыли. Ну, траурный марш будет, памятник. То есть человека держат, чтобы на него, во-первых, саккумулировать все протесты. Экологи – Навальный есть у нас, коррупция – Навальный занимается. То есть, чтобы он был в поле зрения. Алеша в клеточке, это птичка, надо – выпустят.

Сейчас почему они отказались от последующих митингов? Потому что все руководство Фонда борьбы с коррупцией в тюрьме, в розыске, в бегах. Некому организовывать. Идея мероприятия большого, массового порядка – всегда должны быть мощные организаторы и обязательно деньги.

Вот я руковожу партией 32 года. На содержание партии надо в день тратить 3 миллиона рублей. Вот у кого есть такие деньги, пусть партию создает, а у кого нет, и брыкаться не надо. 150 миллионов в год уходит. Это по минимуму, это не жировать. Поэтому если кто-то прекратил финансировать или деньги истрачены… Деньги же не будут присылать на деревню дедушке, если начальник в тюрьме, Леонид Волков где-то в Литве или уже в Британии, Соболь, все под арестом, все в бегах. И потом опасно, их же активисты недовольны – избили, побили, арест, не могли в туалет сходить, штраф. Они скажут: да пошли вы с вашим Навальным!

Вообще выходили не за Навального. То есть они боятся перегнуть палку, что молодежь отвернется от них. И не только молодежь, но и более старший возраст. Сейчас притихнут. Им выгодно апогей создать в июле-августе, начале сентября. Попытка нанести тень на выборы и заранее их объявить нелегитимными. И вот 21 сентября они начнут массовые выступления. И Запад поддержит – да, нелегитимные, не все допущены к выборам, бедный Алеша, он сидит, его плохо кормят и т.д.

В. Алфимов:

- А если бы допустили, тогда было бы все нормально, - именно такая риторика будет?

В. Жириновский:

- Конечно. Если допустили, да побеждает в Госдуму, да потом побеждает на выборах президента, и получаем революцию достоинства, и в стране гражданская война, все полыхает – вот тогда Запад скажет: молодцы, вот это демократия. А на трупы – наплевать им на русских, они уже 200 лет…

В. Алфимов:

- Не успел Навальный доехать до колонии, как его уже пытаются выдвинуть на Нобелевскую премию мира. Это всё те же его западные покровители?

В. Жириновский:

- Конечно. Они же уже приравняли его – Солженицын, Сахаров. Им нужны значительные фигуры. Солженицын – великий писатель, Сахаров – великий академик, физик, создатель водородной бомбы. Никто более мощную бомбу в истории человечества не сделал. А это – шмакодявка, пошумел, покричал. Но других нет у них. У них нет Де Голля во Франции. Макрон – это же так, щенок по сравнению с Де Голлем. У них нет Рузвельта, нет Тэтчер. Все измельчало. Поэтому им хорош и Навальный.

Они начали с Явлинского. Примаков в 90-м году повез на смотрины Явлинского. Посмотрели – пойдет, годится. Лет 10 курировали. На выборах президента занимают плохие места, выборы в Думу – еле-еле. Володя Рыжков – пытаются, пытаются. А Володя, мальчик с Алтая, он хитрый, понимает, что конец ему. Тогда кто? Боря Немцов. Боря всё делал, на Борю делают ставку. У Ельцина он был первый на замену, как преемник. Но потом Ельцин испугался, решил, что ему конец, Немцов тут все разбередит, развалит. Немцов вообще кончает плохо. Потом они делают ставку на Навального. Если с ним не получится, остался Гудков. С Гудковым не получится, найдут еще кого-то. Им явно нужен новый Герцен, новый Солженицын, новый Сахаров. И вот премию дадут. Они же дали Солженицыну премию. Что, это за его великие литературные труды? Нет, за то, что боролся 10 лет с советской властью, находясь в штате Вермонт, могли дать. Не успели, он умер.

То есть будут всяческие награды давать по миру, чтобы были премии имени Алеши Навального, где-то еще что-то придумают. Держать в поле зрения. Он будет выходить, снова садиться в тюрьму, выходить. Будут пытаться из него сделать Нельсона Манделу.

В. Алфимов:

- Я смотрю, из тех, кого уже номинировали на Нобелевскую премию мира в 2021 году, Навальный, Тихановская, Грета Тунберг, это движение Black Lives Matter. Здесь получается какой-то очень странный набор. Хотелось бы какую-то правозащитную организацию, кто слоников кормит в Африке, кто детям колодцы строит, в конце концов. Здесь такого нет.

В. Жириновский:

- Да. Тоже особый подход. Вот Грета. Все-таки еще ребенок, рановато. И тема очень острая, тема против самих организаторов Нобелевской премии мира. Тема направлена на то, чтобы остановить промышленность всей планеты Земля. Но это же невозможно. Тихановская слабенькая, Навальный лучше выглядит. А Black Lives Matter – это такая полурасовая проблема, это коллективная организация, кому давать? Им выгодно человека обозначить. Там передерутся за эту сумму Нобелевской премии мира. Поэтому дадут Навальному. Зачем? Уколоть – как это нобелевский лауреат премии мира сидит в тюрьме, освободите, что вы делаете. Совет Европы шумит, ОБСЕ шумит, натовская Ассамблея депутатов шумит, снова Байден ворчит. Они же обнаглели. Байден две недели только просидел в Белом доме, а каким тоном разговаривает: отпустить, и немедленно, и без всяких условий! Байден совсем не соображает уже ничего. Ни один президент так внаглую не делал. Они скромно приезжали в Кремль, садились напротив Брежнева, обсуждали важнейшие вопросы развития человечества. И под конец встречи маленький списочек отдавали: Леонид Ильич, там товарищи перечислены, если можно, дайте им выездную визу.

В. Алфимов:

- А это уже другой подход, здесь могло бы и сработать.

В. Жириновский:

- Одна фраза, с улыбкой. И выходили из кабинета Брежнева, пятясь задом. А этот наглец в Вашингтоне говорит: отпустите! Мы что, колония для него? Байден не понимает, что мы не колония?

В. Алфимов:

- Ничего, будет еще и на нашей улице праздник, и к нам тоже так будут приходить.

Владимир Вольфович, еще одно интересное предложение, от которого многие пришли в недоумение. Эксперты Института экономики роста им. Столыпина (в общем, титовские ребята, скажем так) предложили отменить индивидуальных предпринимателей. Говорят, ну, вроде есть самозанятые, зачем индивидуальные предприниматели? А если под самозанятого не подходишь, делай тогда ООО, ЗАО и т.д. Как вы относитесь к этому, хорошо это или плохо? Потому что у нас индивидуальных предпринимателей в стране миллион – и это даже не образное выражение.

В. Жириновский:

- Это очередная провокация, уже на экономическом фронте. На политическом фронте будут крутить, пока он не умрет. Он из тюрьмы не выйдет, он там загнется, потом по психушкам. То есть с ним вопрос закрыт. Но пока он на ногах, будут раскручивать. Теперь надо запустить какую-нибудь жабу на экономическое поле. Этот Институт Столыпина – это компания Партии Роста, Титов. Это сын уже делает, сыночка запустил.

Во-первых, честолюбие, нарциссизма. Ну как так, надо же обозначить. Сынок начинает действовать. А что сказать-то на экономическом фронте? Налоги снижать? Это оппозиция говорит все время. А давай-ка отменим ИП. Мы только-только привыкли к аббревиатуре ИП. Люди нашли себя. Сейчас правильно добавили самозанятых. Ведь при Горбачеве, если бы он был поумнее, нужно было и начать с самозанятых. Ребята, кто хочет, сидите дома, делайте сумки, ремонтируйте что-то и платите вот такой налог. Когда они развились бы побольше, чем нужен где-то офис, где-то надо торговать, где-то производство открыть – вот ИПшники появились бы. И всё, остановиться на этом. Маленькая мастерская, маленькая парикмахерская, маленькая пекарня.

Но мы, как всегда, с размаху. У вас только что прозвучало: будет и на нашей улице праздник. Валентин, пока на нашей улице похоронные марши играют. Вот в Сирии опять. Это же герой, конечно, погибший в Сирии наш офицер. Но мы опять чтим память погибшего. Завтра – который в Армении погиб вертолетчик, во время конфликта в Карабахе. Мы больше хороним. Это у нас хорошо получается. Вот Лановой – Новодевичье кладбище, там же Примаков, там Ельцин. Посмотрите, как мы делаем. То Ельцина все поднимают… Я же был свидетелем, при мне все это было, особенно здесь, в Москве: Ельцин, Ельцин! Победил – 90% москвичей. Они с ума сошли, москвичи, не понимали, пропаганда действовала. Потом они же начали орать «долой Ельцина», «Ельцин – фашист, расстрелял парламент». То есть шарахаемся из стороны в сторону. То давай ИП, то давай закроем ИП. Кто дал право ему так говорить, Павлу Титову (сыну)? Ты не твори этого, не чуди. Ты с отцом посоветовался, Павлуша? У нас миллионы людей – ИП. Они будут бояться – завтра закроют. Сейчас будут снимать деньги, закрывать производство. Вот за это надо привлекать к уголовной ответственности – за распространение лживых слухов. Никто в нашей стране не будет никогда отменять статус ИП, как нельзя отменить экономику, как нельзя отменить зиму. Вот пришла зима – всё, терпите минус 10. Нельзя отменить нашу с вами жизнь. Что это за разговоры: давайте ИП отменим?

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, но мы же и без этих ИП как-то жили, а сейчас есть еще самозанятые. Может быть, и правда, это не обязательно?

В. Жириновский:

- Самозанятые – это очень хорошая первичная форма занятия бизнесом. У меня двоюродная племянница шила сумки. По интернету находила сырье, шила дома и отправляла. В свое время я ее устроил в Институт текстильной промышленности. То есть она образование имеет, но дети дома. С кем оставить? Великолепная форма. Она стала самозанятой, платит в год, по-моему, 4 тысячи рублей налог на самозанятых, и всё. И таких огромное количество. Где-то девушка выпекает торты. Да я сам позвоню ей, потому что она явно сделает хорошо, и ей нужны постоянные клиенты. Я хочу завести знакомых в какой-то деревне. Зарезали свинью – я направлю машину с помощниками, привезите мне парного мяса. Вот тебе самозанятый человек, выращивает свиней и продает.

В. Алфимов:

- А ИП тогда зачем?

В. Жириновский:

- ИП – это выше. Он, может быть, имеет уже какой-то магазин. У ИП больше сфера деятельности. Самозанятые в основном дома сидят, в деревне сидят. Допустим, он огурцы солит. Самозанятый. Я с удовольствием у него огурчики куплю. В крайнем случае, он выйдет, продаст на рынке. Но это только его огурцы, только его производство, такой как бы семейный подряд. А ИП, там уже рабочие могут быть. Он занимается ремонтом квартир. Это уже не самозанятый. Он занимается перевозками, у него магазин, у него грузчики есть и т.д. То есть это уже бизнесмен, у которого оборот, который платит налоги, у которого может быть офис. А дальше уже пойдет средний предприниматель. Вот здесь надо поосторожнее быть, чтобы их было поменьше у нас. Самозанятых больше, ИП – еще больше, а вот средний бизнес посмотреть, какой у него бизнес, откуда ты его взял. А крупный вообще сворачивать надо. Вот если бы этот Павлик Морозов в лице Павлика Титова предложил бы нам ограничить крупный бизнес, чтобы деньги оставались в стране… Давайте ограничим торговые сети (огромные магазины и хозяева за границей). Давайте откроем свои огромные магазины, но наш, русский купец во главе, и ему везут крестьяне из соседних сел парное мясо, парных кур, хорошие яйца. Мы же иной раз гадость покупаем. Какой корм ели эти куры? У меня куры свои, и там только овес, пшеница, там никакой гадости нет. А на этих фермах куриных чем их кормят? Они вообще из клетки не вылезают.

В. Алфимов:

- Всех этих самозанятых, всех ИПшников, их не проверишь. Что он у себя выращивает за забором? Одну свинью нормально кормит, а 10 других свиней, которых будет резать, кормит всякой химией. Не сможешь же каждую свинью проверять. А птицефабрика – там все понятно, вот они, все перед глазами.

В. Жириновский:

- Птицефабрика – мы не знаем, чем кормили. А хозяин, он везет продавать, у него наверняка будут постоянный покупатели. Он везет продавать на рынок, и его там знает уже санитарный врач. Индивидуал никогда не будет хитрить и мошенничать, потому что ему имя дорого. Если он себя опорочит – всё, ему конец. Вот врачи. За рубежом идешь – терапевт, терапевт, терапевт. Я думаю, зачем так много терапевтов? Говорят: они конкурируют. Если будет один, человек знает, как он лечит больных. Если тебе не понравилось, как лечит этот терапевт в начале улицы, ты пойдешь к тому, который в конце улицы. Если тебе не нравится, дорого 80 евро, ты пойдешь к тому, где 70 евро за прием у врача, и так далее. То есть, если у нас будет много самозанятых и ИП, если моя племянница плохо шьет сумки, никто покупать не будет. Я сам приду к ним в гости и скажу: «Ты дура? Чего ты брак гонишь? Если узнают, что ты моя племянница, мне же позор будет». И она будет делать все хорошо. Как и пирожки, торт, суп, котлеты. Я никогда не приду, если мне скажут, что там было отравленное мясо. Вот сколько сейчас детей страдают от питания в детских учреждениях? Последний случай – яйцами отравились, яйца уже были негодные. Это что, ИП поставлял? Нет, большая фабрика. Они смотрят – просроченные. А вдруг проскочит? И направили в детские учреждения. А ИПшник никогда этого не сделает. Ему конец, его закроют. Поэтому качество индивидуал даст всегда, как и врач-частник. Помните «Собачье сердце»? Разве мог профессор Преображенский брак в работе допустить? Да у него разбегутся все. У него очередь стоит. А адвокат разве может брак допустить? Очередь стоит. А индивидуал-репетитор разве будет плохо готовить к вузу? Очередь стоит. Он теряет деньги. Поэтому лучше всего индивидуал. Мы на этом проиграли. У нас страна женская, колхозная и бригадная - давайте все вместе, пошли дом строить. И плохо строят. Индивидуал все будет делать хорошо. В семейной жизни ведь у нас индивидуал. Мы же не колхозом выбираем жену или жениха, а отдельно. А как на производстве, мы уже понастроили колхозов. Вот ваша редакция «Комсомольская правда» - это колхоз.

В. Алфимов:

- В хорошем смысле. Это лучший колхоз, который только может быть. Это буквально образцовый колхоз.

Смотрите, какая хорошая новость на этой неделе пришла. Журнал «Ланцет» - по сути, главное медицинское издание мира, - опубликовал рейтинг тестирования нашей вакцины "Спутник V". Пишут, что у нас 91 % эффективность. По сути, нашу вакцину признали в мире. Это же замечательные новости.

В. Жириновский:

- Да, и это связано с тем, что у нас деньги пока не играют решающую роль. Там на Западе те, кто готовят вакцину, считают, как бы заработать. И торопятся. И она не готова. И люди плохо себя чувствуют после этой вакцины. А у нас рынка особого нету. И кто ее изобрел, мы даже имя его не знаем. Гинцбург – руководитель института. А реально где тот доктор наук, кто конкретно? Где академик Сахаров, который дал формулу этой вакцины? Мы до сих пор не знаем.

У нас меньше брака в этом смысле. Мы пока за деньгами не гнались. Это достижение. Но когда надо ее быстро производить, здесь мы уже хромаем. В масштабах всей экономики. у нас хорош первый этап – что-то изобрести, подать идею, создать что-то. А вот запустить в производство – начинает барахлить. Не хватает мощностей. И хуже всего третий этап – продать. У нас даже слово «продать» звучит плохо. Вот, продает купчишка, купи-продай. Вот три этапа в экономике.

Первый у нас великолепный. Второй барахлит. Третий никуда не годится. Поэтому надо нам здесь добавлять. Ученые должны только изобретать лекарства, инженеры – машины. И другие инженеры – организовать производство, чтобы в массовом порядке все выпустить. А вот третьи – купцы – должны научиться продавать как можно дороже и быстрее. Чтобы рассчитаться и с теми, кто изобрел вакцину, и кто ее произвел. И тогда будет хорошо.

В Америке, наоборот, ставка на произвести как можно больше, быстрее, конвейер «Форда», и скорее продать, заработать. А первое – у них не получается. Потому что просто деньги дать – сложно. Надо, чтобы был стимул. Великими людьми становятся обычно неудачники, лузеры, уроды, больные. Им хочется себя проявить, показать: вот, какой я. Вот Ленин – сумасшедший был. Вот везде памятники стоя. Гитлер – сумасшедший был. Имя врезалось в память.

Наполеон, Чингисхан, Навальный вот сейчас тоже, он же ходит и балдеет. Весь мир на ушах, все говорят. Алеша, сколько в учебнике истории напишут абзац целый. Они больные, эти люди. Им хочется свое имя отразить. И за это время положить на плаху или в могилу миллионы людей. Это проблема.

В. Алфимов:

- Может, это как раз и есть плюс наших ученых, которые не за имя свое борются, а за вакцину хорошую?

В. Жириновский:

- Да. Вот они – молодцы. Потому что при советской власти мы отбили желание выпячивать себя. Королева мы узнали, когда хоронили его на Красной площади. А до этого мы знать не знали, кто создавал наши космические корабли. В этом плане наши люди не хотят. Я же не буду говорить, что я лучше Зюганова. Мне неудобно. Хотя я знаю, что я лучше Зюганова, Миронова, всей «Единой России». Но я не могу это говорить. А избиратель это не всегда знает. Потому что в этом плане у нас всё еще колхозная демократия.

Вы меня остановили, когда я начал говорить. Ведь вот у нас столкновение. Лидер партии – это ИП, индивидуальный предприниматель. А вся партия – колхоз. Иногда колхоз тянет ИП назад, а иногда ИП на своем горбу тянет колхоз вперед. В этом плане мы еще не избавились от того, что коллектив все решает. Это хорошо, людям не хочется, чтобы кто-то вперед выбивался.

Я начал с вашей редакции. Если вас разбить, всю вашу «Комсомольскую правду», на отдельные цеха, может быть, появилось бы пять Сунгоркиных, пять Ампиловых – Вампиловых.

В. Алфимов:

- Алфимовых.

В. Жириновский:

- И так далее. А вот вы – колхоз. Что такое «Комсомольская правда»? Да вот, большая редакция, да Радио, да газета, там еще что-то было. То есть вы в колхозе находитесь. Вам не выбиться никуда. То же самое – телевидение. Все Эрнст командует там. Или Второй канал – Добродеев. Это вот мешает появлению у нас более звездных людей. На эстраде – пожалуйста. Залезли Басков и Киркоров и не слезают оттуда. Ни одного нового певца. Ни одной новой певицы. То все заблокировала Пугачева, потом покойный Кобзон. Это же разве годится так? Вот вам ИП. Никакого ИП. Какая самозанятость? Мафия!

В. Алфимов:

- Это на Первом канале Пугачева, Кобзон и Валерий Леонтьев. А интернет открыть – там десятки молодых исполнителей, которые намного популярнее.

В. Жириновский:

- Техника нас спасает. Скоро и партии будут не нужны. Цифра в демократию придет. Дома будем с каким-то гаджетом сидеть и голосовать. И референдум. И зарплату начисляют, и налоги платим, и лечимся. Единственное, как дать возможность людям полюбить друг друга? Любовь-то в цифру не загнать. Все можно, даже детей рожать – ЭКО, искусственное оплодотворение. А любить-то? Тогда придется нам с любовью расставаться. Может быть, она и не нужна. И брак не будет нужен?

В. Алфимов:

- Все не так плохо. Буквально накануне мы с главой ВЦИОМ Валерием Федоровым обсуждали новый опрос. И россияне говорят, что они за личное общение.

В. Жириновский:

- Согласен. Я об этом и говорю. Единственное, что не подвержено цифре и интернету – это личные отношения, дружба, родители и дети. Наконец, любовь мужчины и женщины. Как мы здесь оцифруем? А ведь техника уйдет вперед. У нас будут города строить в какой-то пустыне, туда и добраться нужно иметь какое-то специальное образование. Я не завидую тем, кто будет жить в конце XXI века. Но мешать им не будем. И пускай двигаются дальше, но помнят, что там, в конце XXI века, ни любви, ни радости, ни пряников, ни детского плача. Там тишина и работают роботы. И большая часть из них будут членами ЛДПР.

В. Алфимов:

- Вернемся к ученым, которые создали вакцину "Спутник V". Будут ли они награждены на национальном уровне? Может быть, это не только национальная победа, а общемировая?

В. Жириновский:

- Надо обратиться в Нобелевский комитет по присуждению премий в области медицины. И попросить группу ученых, создавших три русских вакцины, им присудить Нобелевскую премию в области медицины. Если мало будет шансов на присуждение, то обязательно государственную премию 2021 года, которая присуждается и награждаются 12 июня в Кремле каждый год, в День России. Обязательно. Потому что это эпохальное событие.

И главное, что вот эта эпидемия, пандемия не закончилась. Этот страшный грипп перейдет в обычный, с теми же последствиями, но к нему привыкнут. Придет другой – еще более страшный. Говорят, от того будет погибать еще больше людей. Но вот если взять этот грипп и вообще наших ученых, занятых вирусами, вирусологов. Вот посмотрите, Валентин, моя жена 50 лет жизни посвятила этим вирусам. Никто нигде не говорит вообще, ни слова. Не только она, все остальные. Кто работал? Сейчас они создали – Гинцбург и его команда. Но наработки были созданы в 70-х годах, в 80-х, в 90-х.

А вы знаете о моей роли? Ведь когда началось отключение электричества за неуплату по долгам, директора Института вирусологии предупредили: заплатите деньги, иначе завтра отключаем электричество. А у них в холодильниках лежат штаммы всех вирусов. Я спас. Им не отключили свет, электроэнергию. И все образцы вирусов спасены. Это я сделал. Мой вклад. Сейчас бы у нас не было вакцины и умерло бы еще больше людей. Ни один журналист, ни один чиновник это не замечает. Ни вклад Галины Александровны Лебедевой – моей жены. Ни мой личный. Молчат в глухую. У нас плохо, к сожалению, относятся к отдельным гражданам. Замалчивают. Если бы я был в «Единой России», какой бы шум подняли. Это «Единая Россия» спасла страну! Или моя жена была бы членом «Единой России». А так – замалчивается. Хотя она трудилась вместе с другими, не одна. А спас я один! Холодильники в понедельник должны были отключить. И я на уши поставил все московское начальство. Запугал их из этого кабинета. И они отказались от отключения электроэнергии Институту вирусологии. Это было в начале века, лет десять-пятнадцать назад. Я спас вирусологию нашей страны. Тишина полная. Директор же жив еще – академик Львов. А до этого был академик Жданов. Они все меня хорошо знали. Тишина, никто не говорит. Даже вы не хотите это отметить.

В. Алфимов:

- Я от своего лица и от лица «Комсомольской правды» говорю вам большое спасибо. Это очень серьезный поступок. И это очень важно. К сожалению, у нас не уделяют достаточно времени, внимания науке. Будем надеяться, что вот эта пандемия как раз обратит внимание властей на науку.

На Украине происходит, с одной стороны, что-то очень непонятное, с другой стороны, вполне объяснимое. Владимир Зеленский ввел санкции, как это называется, против трех телеканалов. Все эти телеканалы, по мнению Зеленского, аффилированы с лицами, которые представляют Россию. Это депутат Бойко, господин Медведчук, которого хорошо знают и у нас, и на Украине. Якобы эти телеканалы транслируют мнение страны-агрессора – России. По сути, это достаточно жесткая, жестокая цензура.

Отмечу, что в рейтингах телеканалов два из этих каналов находятся на первом и втором месте. То есть это, по сути, были два самых популярных телеканала на Украине.

В. Жириновский:

- Во-первых, хочу напомнить, что не все, может быть, нас услышали сегодня, в пятницу, в девять вечера. Завтра утром в 7 утра повтор. Радиостанция «Комсомольская правда», воскресенье, может быть, в 17 часов будет тоже повтор.

Украина. Вот это отключение каналов, у нас же люди ездили в 2004 году – «оранжевая революция», в 2014-м – «революция достоинства». Но вы видите, чем она заканчивается? Гражданской войной, истреблением населения. И самый страшный удар – запрещен русский язык во всех школах, учебных заведениях. И последний удар – отключить русскоговорящие каналы. И Америка это поддерживает. Ни стыда, ни совести у чиновников из Государственного департамента. Ну какая это демократия, когда они орут на всех перекрестках.

Приехал Боррель из Совета Европы: демократия, все должны иметь право голоса, выступать! Так чего же вы не видите, как на Украине миллионы людей лишены возможности смотреть и слушать два этих новых канала, хотят еще третий отключить. Это чудовищно. Это наше славянское: да давай, до последней капли крови, умирать, так с музыкой! Это даже Гитлер не делал. Наоборот, открывали русские школы, русские церкви, русское радио говорило. А эти все позакрывали.

С другой стороны, логика должна быть у них. Если вы хотите отказаться от всего, что связано с Россией, мы никогда не были агрессорами, агрессор – это киевский режим, так чего же вы наше электричество потребляете? Чего же вы наш газ потребляете, нашу нефть? Ваши танки бороздят вдоль Донбасса на бензине, который изготовлен из нефти русской – нашей. Тогда от всего откажитесь. Пускай у вас свет погаснет везде, отключится отопление, замерзайте, в голоде сидите, но не пользуйтесь ничем. Умирайте от болезней, в том числе от пандемии этой, от коронавируса. Это страшно, что творят.

Я всегда говорил, посмотрите, 1998 год, я единственный, я имею в виду, от имени ЛДПР, мы были против ратификации договора с Украиной. Кто был за? Зюганов. Ну вот видите результаты? 2014 год, чуть попозже, в 2016-м, по-моему, Порошенко порвал на виду у всего человечества наш договор о дружбе. Так зачем мы заключали?

То есть ЛДПР везде – и в пандемию, и с Украиной, и где-то по экономике. И мы даем заранее правильные прогнозы, оценки и пути решения. Нельзя было заключать договор о дружбе. Нельзя было СНГ создавать. У нас в этом году годовщина этого страшного события – 8 декабря 1991 года, Беловежские соглашения. И я повел людей от метро «Сокольники» к «Матросской тишине», как сегодня ходят Навального освобождать, я повел. Мне Военно-инженерная академия, генерал Устинов дал оркестр военный, его потом за это уволили в отставку досрочно. Потому что мы были возмущены этими Беловежскими соглашениями. Вот это сегодня результат.

Они скоро вообще будут подслушивать, дома кто-то разговаривает по-русски, и будут штрафы присылать. Режим в агонии. И настает день и час, Украина будет свободная. У нас тут выходили в январские дни протеста, был лозунг «Россия будет свободной». Россия тысячу раз свободней, чем Украина. Вот Украина должна быть свободной. У нас любая пресса есть, любые журналисты. Иной раз даже клевещут, оскорбляют, унижают. Но ни одно издание не закрыто.

В. Алфимов:

- В то же время совсем не свободен Донбасс. Там прошел форум, по его итогам подписали даже доктрину, которая называется «Русский Донбасс». Они очень хотят интеграции с Россией.

В. Жириновский:

- Мы за это всегда выступали. За воссоединение, за вхождение, за присоединение. Любой русский глагол может быть использован. Но они жить с Украиной не хотят. И не могут. Их всех будут оттуда насильно выселять, если вдруг получится так, что граница будет восстановлена, и там будут стоять украинские пограничники, над ними будут издеваться, заполнят концлагеря ими. То есть в чистом виде будет фашистская оккупация. Может быть, даже еще хуже.

Поэтому надо, как ситуация созреет, принять эти территории в состав России, поставить там в сторону Мариуполя русских пограничников. И чтобы никто не смел даже косо посмотреть в сторону Донецка, Луганска. Ибо эти территории станут неотъемлемой частью России. Это же подарок Ленина был или Сталина, уж не помню сейчас. Донецк отдали советской Украине. Харьков - это же тоже подарок был Сталина или Ленина. Крым - Хрущева. Львов – сталинский подарок. Вся Украина состоит из подарков, коммунисты друг другу дарили территории вместе с людьми.

А украинизацию начали коммунисты Украины. Очередная конференция КПУ, большевиков, это в 20-х годах, обязательно перейти на украинский язык, весь документооборот, разговор. И к 1940 году они уже 80 % газет на украинском, радио на украинском, телевидения тогда не было. И в учреждениях на украинском. Это все еще начали делать украинские коммунисты. Зеленский продолжает. Это все одно и то же. Оторвать окончательно эту огромную территорию от России. Это лакомый кусок. И дальше – душить, давить Белоруссию, подступать к Псковской области, к Смоленской. То есть это вот как третья мировая война. Там армии воевали, занимали территории, потом мы их выгоняли. А теперь вот таким путем – свержением советской власти.

В. Алфимов:

- Сейчас уж совсем другая война.

В. Жириновский:

- Другая война. Она хуже.

В. Алфимов:

- Спасибо большое. Владимир Жириновский, лидер ЛДПР, подводил итоги недели. Слушайте нас не только в пятницу в 21.00, но и повтор в субботу в 7 утра и в 17 часов по московскому времени в воскресенье. Встретимся через неделю!