«Будет взрыв»: Жириновский объяснил, почему нельзя сейчас вводить локдаун

Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели.
Владимир Вольфович - про работу политруком в сборной, отмену QR-кодов, межнациональные драки и контроль государства над прессой

В. Ворсобин:

- У микрофона Владимир Ворсобин. И, конечно же, Владимир Вольфович Жириновский, лидер ЛДПР, у нас в виртуальной студии. Владимир Вольфович, здравствуйте.

В. Жириновский:

- Добрый день.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, мы доберемся до инициативы «Яблока» с их локдауном, но я хочу начать с другого. Оказывается, наши эфиры очень внимательно слушают, и идет реакция. Валерий Газзаев сильно обиделся на ваши слова в прошлой передаче, где вы заявили, что Федеральное собрание, Госдума – не место для космонавтов, художников, поэтов, спортсменов. Газзаев (известный тренер, кстати говоря) сказал, что «хотел бы напомнить Жириновскому, что выдающиеся спортсмены, актеры, космонавты на протяжении всей жизни своим самоотверженным трудом, профессионализмом и способностью достичь самых лучших результатов, силой характера прославляют нашу страну». И еще сказал, что у Жириновского часто проскальзывают очень опасные идеи для страны. Что вы можете ему ответить?

В. Жириновский:

- Надо правильно понимать тех, кого мы с вами слушаем. Я специально оговаривался, что это всё замечательные люди – и спортсмены, и космонавты, и литераторы, и драматурги. Я о другом говорю. Что Государственная Дума, там должны работать юристы, экономисты, социологи. Человек, может быть, прекрасный парикмахер. Если он придет и будет работать хирургом в районной больнице, у него будут больные? Он прекрасный парикмахер. Но так же нельзя. Или водитель автобуса сядет за штурвал самолета.

Поэтому речь не об этом идет. Они люди замечательные. Что они будут делать в Государственной Думе? Они же должны законы делать, законотворческой деятельностью заниматься. Для этого нужно быть юристом, экономистом, налоговиком, социологом, аграрием. Здесь огромная сумма знаний. Пусть Газзаев мне хоть один парламент в мире назовет, где был бы космонавт, хоккеист, дзюдоист… У нас вся палитра, весь спорт сидит в Думе. А кто будет тренировать мальчишек, если хоккеисты с мировым именем сидят в Госдуме? Сам Газзаев что не тренирует молодежь? Это же очень важно нам. Мы не умаляем их значение…

В. Ворсобин:

- А вы когда-нибудь слышали, чтобы политики тренировали футбольный клуб или сборную? А ведь ваш Василий Власов, по его же словам, отправил официальное письмо в РФС, чтобы вас, Владимир Вольфович, включить в тренерский штаб сборной России по футболу. Это что такое?

В. Жириновский:

- Имеются в виду вопросы воспитательной работы, воодушевления. Вот в Швеции лет 15 назад был чемпионат мира по хоккею. И ведь никто из России не приехал. Мне стало неудобно, я взял и полетел туда. Наша команда проигрывает – 3:4. Я спустился в раздевалку, поговорил с ребятами. И они забили шайбу еще одну, сравняли счет. Но в это время приезжает президент Словакии, и он вдохновил своих ребят, они еще одну шайбу забили, и в конечном итоге мы все-таки проиграли. Но я же внес свой вклад. Нужно доброе слово.

Простой пример. Мы постоянно проигрываем чехам, допустим, финнам, канадцам, шведам. Но здесь коренная, историческая причина. Мы воевали со шведами, они до сих пор не могут нам простить те военные поражения, которые они понесли и из великой империи шведской превратились в маленькое шведское государство. То же самое финны. Мы воевали с ними, советско-финская война, бомбили Хельсинки и т.д. То есть все, с кем мы воевали, у них есть определенная ненависть к нам, и это придает силу их команде с борьбе с нашими. А наши ребята приезжают, хорошие спортсмены, и очень часто проигрывают и чехам, и словакам, и финнам, и шведам. А в Канаде мощная диаспора украинцев.

Вот это я имею в виду. Надо поговорить с людьми, понять им, что их проигрыш – это удар по престижу страны.

В. Ворсобин:

- То есть тренер в раздевалке. Вы в раздевалке будете говорить нашим футболистам, чтобы они наконец-то заиграли. Я правильно понимаю?

В. Жириновский:

- Не обязательно в раздевалке. Можно собрание провести, я перед ними выступлю. Может быть, не прямо перед матчем, может быть, за неделю до матча. Чтобы сказать им другими словами. Тренер, у него спортивные термины, он не может вдохновить хоккеиста или футболиста, или еще кого-то. Надо, чтобы человек, умудренный опытом жизни, именно с упором на то, почему они с нами так жестко находятся в конфронтации на футбольном или хоккейном поле. Сказать им о том, что мы спасали своих жителей Ленинграда, и вынуждены были силой границу отодвинуть, и они нам мстят за это. И так по всем вопросам объяснить, рассказать.

Сегодня они давят на нас по всем параметрам именно в спорте – запрещают гимн исполнять, форму нашу надевать и т.д. Надо их настроить как-то более злобно. Простой пример привожу. Приезжает один из командующих десантными войсками в воинскую часть. Его ведут, и там кругом призывы: «Решения ЦК КПСС – в жизнь», «Перегоним Америку»… Он говорит: «Мне такие призывы на территории воинской части не нужны». Покажите мне, что он штык втыкает в нашего противника, за голову берет, череп лопается у нашего противника, чтобы солдаты понимали. Им надо сделать так, чтобы мы победили. Я об этом говорю. А тренеры очень хорошие могут быть, но они учат техническим приемам борьбы, политической нет, а она нужна, подоплека, чтобы мы выигрывали, имея в запасе какие-то моральные принципы.

В. Ворсобин:

- То есть такой политрук.

В. Жириновский:

- Да. Но не постоянный – следить, кто сколько пьет, кто с кем гуляет, а хотя бы одноразовая беседа накануне больших матчей, больших соревнований. Ничего этого не делается. Я же полетел в Гетеборг. Прямых рейсов нет, летел с пересадкой, трачу время, силы, деньги. Но ребята почувствовали поддержку. Ко всем командам приезжают премьер-министры, президенты, а они сидят, никто к ним из Москвы не приехал. Вот я приехал, поговорил, вдохновил, и после перерыва они забивают шайбу. Это помогло мне понять, что надо с ними работать, объяснять им, рассказывать. Недолго, 20 минут, но они увидят другого человека. Они устали от тренеров, это всё чиновники, это Министерство спорта. А вот совсем другой человек, но известный, влиятельный. Но не Галкин приедет или Петросян смешить их, а показать им, что это поле битвы за нашу с вами страну.

В. Ворсобин:

- Надеюсь, Дюков это услышит и пригласит вас на следующие сборы, и вы превратите нашу сборную в воина, который растопчет и англичан, и всех подряд.

В. Жириновский:

- Да, во время сборов мне надо дать 20-30 минут, и я скажу им так, чтобы у них крепче были мышцы и сильнее дух во время встречи с нашими противниками.

В. Ворсобин:

- Охотно верю. Владимир Вольфович, Собянин сегодня отменил QR-коды для входа в ресторан. То, чем нас больше всего стращали (что мы не сможем попасть в кафе), через 2-3 дня это все исчезнет. Это с одной стороны. А с другой стороны, лидер партии «Яблоко» Рыбаков попросил президента (мы сейчас вышли на рекордное количество смертей, ежедневно умирает 7 сотен человек) ввести двухнедельный локдаун. С одной стороны, ослабляют режим, с другой стороны, призывы усилить его. Владимир Вольфович, что вы думаете?

В. Жириновский:

- Все вопросы должны решать специалисты. Вот специалисты посмотрели, за две недели локдауна в апреле прошлого года сколько мы потеряли в экономическом плане. Если эти деньги не терять, а дать возможность гражданам их заработать, у них будет лучше настроение. Это одна сторона. Вторая. Когда начались ограничения, в принципе ожидалось, что еще больше будет ограничений, люди стали, наконец, делать прививку, мы увидели очереди. Люди поняли везде, во всем в мире (то в гостиницу не пускают, то в самолет, то в ресторан) – давайте сделаем прививки. Я четыре раза уже сделал. Ворсобин, вы сколько раз сделали? Вы сколько сделали уколов?

В. Ворсобин:

- Два укола, одна прививка.

В. Жириновский:

- А я год назад сделал два укола «Спутник V», весной – еще один укол «Спутник V», а две недели назад «КовиВак». Потому что если долго идет пандемия, то на каком-то этапе можно менять прививку, чтобы организм меньше привыкал. То есть мы все должны это сделать скорее. Вот тогда смертей не будет. Вот мы хороним известного актера Мамонова. Ему 70 лет, он умер. Почему? Ковид. Ну что он не сделал прививку? Если бы он сделал прививку, он был бы жив.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, если двухнедельный локдаун, сколько жизней он спасет?

В. Жириновский:

- Нет. Ситуация уже другая. Это делается, все пробуют. Мы пробовали это делать. Но раз пошло на убыль… Ведь надо смотреть не число умерших. Умирают те, кто заразился. Играет роль состояние организма. Это уже не излишнее количество заболевающих, а это просто слабые люди, они не выдерживают и умирают. Посмотрите, какая жара. 700 человек в Канаде умерли.

Не надо все в одну кучу валить. Если специалисты увидели, что локдаун будет больше вреда приносить… Вот дома задыхаться будем. Вы знаете, что не у всех дома есть кондиционеры? А на работе есть они. И в хороших учреждениях есть возможность самоизоляции, по одному сидят в кабинетах. А дома разве можно быть одному? Так что мы людей запихнем в дом, и это результата может не дать. Это идеальный вариант, чтобы вся планета замерла бы на 2-3 недели, никуда не ходить, ничего не делать, но это же не получается, люди все равно ходят где-то и заражаются. Но уже есть тенденция. Смотрите, месяц назад сколько у нас было с первым уколом? Наверное, процентов 10. Сейчас уже 24% сделали прививку.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, я думаю, здесь еще одна проблема. Деньги платить государству не хочется. Может быть, наше правительство считает деньги? Но денег-то у нас полно.

В. Жириновский:

- Господин Ворсобин, во-первых, давайте скажем, что «Яблоко» - это авантюристы, они портят нам жизнь уже 30 лет, связаны с Западом. Примаков Явлинского 30 лет назад возил в Америку на смотрины. Он должен был сыграть роль Ющенко у нас, такой демократ, либерал. Но ничего он не смог, слабый, трусливый, и его забраковали, сделали ставку на Немцова и т.д. То есть эта фракция «Яблоко» ведет вредную деятельность. Я наблюдаю за ними много лет. Вот их Артемьев (Антимонопольная служба), что он сделал? Монополии везде разрослись, и толку мало от него. Лукин завалил всю нашу внешнюю политику. В Думе я наблюдал за ним, он был председателем международного комитета. Дефолт кто устроил нам? Министром финансов был Михаил Задорнов. То есть они только вред принесли нам, нашей стране. И сейчас Рыбаков занимается… Вы понимаете, что они против Крыма, против Донбасса? Что Генеральный прокурор молчит? Давно бы сделал представление о роспуске, о запрете деятельности этой партии. И вот результат. В 20-м году Анатолий Голов критиковал локдаун: «Решение президента продлить нерабочие дни до конца апреля не выдерживает никакой критики ни с экономической, ни с правовой точки зрения». Через год другой (Рыбаков, тоже «Яблоко») говорит: надо продлить, надо людей отправить в локдаун.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, здесь есть маленькая деталь. Дело в том, что они говорят, что не такой локдаун, как в прошлом году, а так, чтобы государство компенсировало людям отсутствие работы, чтобы были все социальные выплаты произведены. Ведь в прошлом году правительство не стало платить особо много денег. Почему бы здесь это не сделать, не усилить спрос, накачать экономику деньгами, как предлагает «Яблоко»? Есть такое ощущение, что правительство просто жадничает и не хочет давать деньги народу.

В. Жириновский:

- Ложные гнилые рецепты «Яблока». Я вам еще раз говорю, это авантюристы, группа авантюристов, их нужно разгонять, запрещать. Если мы сегодня объявим локдаун, в эту жару люди будут мучиться, сидеть дома, заработки у многих упадут, многие предприятия рухнут, особенно общепит, обслуживание, парикмахерские и т.д. Люди будут обозлены. И через две недели все ринутся на дискотеки, в рестораны, смешаются, никакой социальной дистанции. И мы потеряем больше, чем могли бы приобрести. Будет хуже. Взрыв отрицательных эмоций, настроений.

Посмотрите, на Западе запрещают, и то они во время запрета устраивают мощные такие вечера, никакой социальной дистанции, и снова вспышка заболевания.

В. Ворсобин:

- Сравните смертность на Западе и у нас и заболеваемость. Мы находимся в самом хвосте, вместе с Индией и Индонезией эту печальную тройку замыкаем, где смертей очень много. Владимир Вольфович, извините, мне кажется, вы раньше говорили более разумные вещи, говоря о том, что нужно сидеть по домам и сохранять себя. А сейчас вы говорите: зачем людей мариновать дома, пусть помирают.

В. Жириновский:

- Мы сегодня исходим из практики. Уже полтора года пандемия. И там, где замораживали ситуацию, она давала какой-то эффект временный. Как только снимали ограничения, начинался взрыв – покупки, поездки, рестораны. И люди заражались еще больше. Простой пример. Человек голодает. После голодовки, если его подпустить к столу, где стоят различные кушанья, он наестся и умрет, потому что он две недели голодал, он дорвался до стола. Из этой голодовки нужно выводить постепенно, по чайной ложечке его кормить недели две-три. Так и сейчас. Если мы сделаем локдаун, все сидят, не работают, то увеличится количество депрессивного состояния – жарко, на работу нельзя идти, в магазин нельзя идти. Ведь этот Рыбаков ничего не соображает. Локдаун означает, что все будут сидеть дома. Не только работать не будут, но и магазины будут закрыты, и парикмахерские, все будет закрыто. И что люди будут делать? Драться, кусаться? Он не понимает ничего. Им выгодна плохая ситуация, чтобы сбежать из страны. В «Яблоке» у всех паспорта иностранные, это самая отвратительная партия в мире, такой партии нет. Ей уже 30 лет, а она все еще на плаву, потому что кому-то нужны. Хозяин у них где-то в Брюсселе, в Вашингтоне или где-то здесь, в Москве. Забудьте эту фамилию – Рыбаков, Явлинский.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, а что делать с теми, кто отказывается от прививок? Я не просто так спрашиваю. Есть целый футбольный клуб ЦСКА, который полностью отказался от вакцинации.

В. Жириновский:

- Всем, кто отказывается от вакцинации, хочу дать хороший совет. Все равно придется делать. Иначе будете заражаться и умирать. Будет ужесточаться законодательство осенью. Новая Дума заработает, и внесут поправки в закон. Если человек, у которого обнаружен коронавирус, имел контакты с кем-то, и кто-то из этих людей заболел, - всё, тюрьма, ибо вы заразили. Вам сказали, что у вас коронавирус, а вы пошли на дискотеку, в магазин, в метро, такси и т.д. У нас есть известный врач Мясников. Целый год он чушь несет, что перчатки не нужны. Слушайте, вы что говорите? Грязь кругом. Даже если бы не было пандемии, в перчатках вы грязь принимаете на материал. Тем более резиновые не надо. Резиновые перчатки у хирургов. А тут перчатки из хлопка нужны.

В. Ворсобин:

- В жару вы предлагаете носить перчатки?

В. Жириновский:

- И офицеры ходили в белых перчатках. Поэтому перчатки будут нужны всегда, независимо от пандемии. Всем хочу сказать. Эти новые заболевания (коронавирус или по-другому будет называться) пришли к нам надолго, на десятилетия. Привыкайте ходить в масках все. Посмотрите, на Западе редко кто целуется, это неприлично считается. А у нас по каждому случаю объятия и поцелуи. Зачем это делать?

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, а вы знаете, как это сделать? Я с вами совершенно согласен в этом. Но вы представляете, что главный, кто может воспитать народ и приучить его к тем вещам, о которых вы говорите, это наш президент Владимир Путин. Кстати говоря, президенты всех западных стран ходят в перчатках и масках. Они, таким образом, показывают людям, как нужно действовать, как надо себя вести. Владимир Владимирович Путин делает все ровно наоборот. Никто никогда не видел его в маске. Мне кажется, это непедагогично и безответственно.

В. Жириновский:

- Я согласен в том плане, что все руководство страны должно быть в масках на любых встречах – и Путин, и Мишустин, и Володин, и Матвиенко, любой министр, любой чиновник.

В. Ворсобин:

- Поговорите вы с ними. Вы хотя бы Володину скажите.

В. Жириновский:

- Говорю постоянно. Я при каждой встрече говорю: «Не подходите, руки не протягивайте, маски наденьте». Я говорю это уже полтора года всем. Министры приходят к нам (мы же их утверждали) – все в масках. Я запрещал входить в зал фракции, кто без масок, полтора метра расстояние, поменьше депутатов. Сколько раз я говорил в зале заседания, что во всех парламентах 20 человек в зале сидит, что вы тут 400 человек сели, в 20 раз больше. Коммунисты, Зюганов ни разу маску не надел. Вот такие они все.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, вы сейчас говорите о коллегах-парламентариях. Объясните мне, почему высшие лица нашей власти… Как будто им кажется, что они унизятся, если наденут маску. Вам не кажется, что это психологическая какая-то проблема? То есть, если в маске окажутся, они снизойдут до народа?

В. Жириновский:

- Есть проблема, что президент как бы огорожен, к нему никто не подходит. Он сидит в Ново-Огарево и все видеоконференции проводит на расстоянии, заочно. Когда очная встреча… Вот у нас была встреча в Манеже, было Послание президента. Три раза нам делали тест: пятница, суббота, воскресенье. А в понедельник мы шли на Послание. И то он стоял метрах в 100 от первых рядов, что практически исключало любой контакт. То есть у него условия созданы такие, что он никак ни с кем не контактирует, и к нему никто не придет.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, он же должен учить народ. Почему он этого не делает?

В. Жириновский:

- Я согласен, он должен в маске ходить. Все должны в маске ходить, и я об этом говорю. Мишустину я лично сказал. Он всем руку тянет. Я говорю: «Зачем вы это делаете?» Я же вам говорил, на дверях моего кабинета висит объявление…

В. Ворсобин:

- Да, знаменитое.

В. Жириновский:

- Еще никакой пандемии не было.

В. Ворсобин:

- 5 лет назад еще у Владимира Вольфовича висело объявление, что не надо рукопожатий и пр.

В. Жириновский:

- «Никаких рукопожатий, никаких объятий, никаких поцелуев». 22 года я приучаю весь аппарат фракции, депутатов. Это было еще без всякой пандемии.

В. Ворсобин:

- Поговорим об этнических разборках в Кузьминках. Подрались две сотни граждан Киргизии, Таджикистана, Узбекистана, Туркмении и Азербайджана. Именно в эти дни проходит суд над цыганами села Чемодановка в Пензенской области, там тоже было побоище два года назад. Русские сошлись с цыганами. Были убитые.

У нас межнациональная политика в стране спокойная? Или это начало чего-то большого?

В. Жириновский:

- Нет, у государственных органов власти достаточно сил и средств, чтобы не допустить какого-то межнационального пожара. Но и в этом вопросе я первый 3 июля 1964 года, 57 лет назад, я упаковал чемоданчик и уехал из Казахстана. Тогда еще не было особых разборок. Но Хрущев такую политику повел, что русских стали вытеснять отовсюду. Он решил на все руководящие органы поставить местных. И образование давать – сперва идут представители титульной нации, а русский подождет. Вот это неправильная политика. Политика коммунистов: Ленин, Сталин, Хрущев, Брежнев, Горбачев, Ельцин. Вот они все напортачили нам.

И сегодня антирусские настроения имеют место во всех не только бывших советских республиках, но и кое-где в нынешней России. Я это все испытал, проживая в Средней Азии 18 лет, два года на Кавказе. И 50 лет я изучаю. Вы еще студентом заваливали экзамены, двойки получали, а я уже занимался гигантскими вопросами. Национальный вопрос самый сложный. Вот в Москве двести человек подрались. И все они выходцы из Средней Азии.

В. Ворсобин:

- Они дрались друг с другом. Что с этим делать?

В. Жириновский:

- А вот в Киргизии случай – над русским мальчиком издевались. Его избивали каждый день, почему он не мусульманин, почему он Коран не знает. А ведь женщина, которая была там как педагог, не останавливала. Ей тоже было приятно, чтобы над русским издевались. Какое впечатление будет у этого мальчика о ситуации в Киргизии? Это все ошибка большевиков. Они все время делали ставку на нацменов. Все им, а русские подождут. Сегодня нам обещают газ в 2030 году, 70 % русских получат газ. А они получили 60 лет назад, 70 лет.

В. Ворсобин:

- А при чем здесь большевики? Сейчас это упрек нашему правительству. Вы в прошлой программе говорили, что мигранты нужны. Чем больше мигрантов, тем больше у них своей межнациональной жизни. Значит, драк, войн и так далее. Мы погружаемся в Среднюю Азию, чем больше людей оттуда приезжает к нам. А правительство хочет дешевую рабочую силу, чтобы строить БАМ и прочие объекты.

В. Жириновский:

- Вы опять пытаетесь меня на чем-то поймать. Конечно, правительство виновато. Но причина болезни – Октябрьская революция 1917 года. В Российской империи этого не было. Они все молчали, сидели в своих кишлаках, аулах, никуда не высовывались. Везде были русские. Я сам родился в городе Верный. Русские его основали. А казахи в степи юрты поставили, у них четыре овцы, верблюд, лошадь. Они кочевники. Зачем большевики их тронули, стали строить квартиры для них? А русские в очереди. Местных жителей зовут в города – поселяйтесь. Чтобы показать картинку на Запад: смотрите, начальник местный, из местной национальности, живут в хороших квартирах, получают высшее образование.

Это складывалось десятилетиями. А мы сейчас за это рассчитываемся все. День и ночь говорили: царская Россия – тюрьма народов. А советская дружба народов – все стало отлично. Где эта дружба народов? На Донбассе расстреляли русских. Это что такое? Я всегда выступал за то, чтобы перейти к территориальному делению. Пока будут республики, будет сепаратизм и будут антирусские настроения. Государство должно быть унитарным, централизованным. И всех успокоить, написать нормальные учебники истории, рассказать всю правду.

В. Ворсобин:

- Мы про мигрантов говорим. Напишите хоть двести учебников и сделайте унитарную страну, сюда приедет два миллиона таджиков, столько же узбеков. Вы почему-то не касаетесь правительства. Вы обходите эту тему. Они вам здесь сделают такой майдан и Карабах, что мало не покажется. Чем больше мигрантов, тем больше обостряются межнациональные отношения.

В. Жириновский:

- Да, но кто это сделал?

В. Ворсобин:

- Современное правительство России это сделало.

В. Жириновский:

- А я что, отрицаю это? Я разве говорю, что в правительстве России самые лучшие люди собрались и самая лучшая политика? Не заставляйте меня нервничать. Правительство виновато, руководство виновато, Госдума виновата и вы виноваты, и я виноват. Все вместе повесимся теперь? Что за политика у журналистов – довести до отчаяния страну, и потом пожар загорится. И вы: вот видите, как хорошо, сколько трупов, сколько горит, сколько погибло.

В. Ворсобин:

- А потому что безопасно ругать «Яблоко», большевиков, которые померли в большинстве своем, но не трогать правительство, чиновников, которые завозят сюда мигрантов.

В. Жириновский:

- Мы можем спихнуть правительство и президента и устроить новую гражданскую войну. Вы этого хотите? Вы говорите как «Эхо Москвы». Они проклинают нашу страну каждый день. Все у нас плохо. И вы то же самое делаете. Это самая легкая позиция. Все плохо, все говно, все негодяи, все жулики, все коррупционеры. Как хорошо! Один хороший Ворсобин.

В. Ворсобин:

- Вы оппозиционер или нет? Вы разговариваете как единоросс. Оппозиция нужна, чтобы критиковать власть. И не надо бояться, что от критики власть упадет. Это очень дохлая власть, если от критики она вдруг скопытится.

В. Жириновский:

- Я вам снова напоминаю 1917 год. Критиковали царя. Где царь? Убили. Критиковали Временное правительство? Ушло в отставку, всех арестовали. Советскую власть критиковали на каждом углу. Где она? Где КГБ? Где советская армия? Все разогнали, все раздали. Я вам об этом говорю. Что самое легкое – критиковать. И люди вас слушают и выйдут на улицы, и все разнесут.

В. Ворсобин:

- Как вы этого боитесь!

В. Жириновский:

- Я не боюсь ничего. Я всю жизнь в борьбе. Это вы почему не боитесь?

В. Ворсобин:

- Вы боритесь за голоса – это одно. Но вы не критикуете правительство. Это другое. А вы обязаны, как оппозиционер, это делать. Вас для этого избиратели выбирают и голосуют за вас. Именно для того, чтобы вы ругали власть. У ваших избирателей есть претензии к власти, а вы дистанцируетесь от них.

В. Жириновский:

- Я когда-нибудь хвалил нашу власть? назовите мне фразу, чтобы я похвалил Путина, Мишустина, министров, губернаторов? Я хвалю только трех губернаторов: Смоленск – Островский, Сипягин – Владимир, Хабаровск – Дегтярев. И желаю им успехов, победы на выборах. А остальные губернаторы для меня вовсе не друзья, я их критикую. Министров всех критикую. Мы все делаем.

Вы – типичный русский интеллигент. Надо критиковать, надо поднять, пожар, поджечь, зажечь. Власть плохая. Я власть не хвалю. Я вас просто останавливаю, чтобы вы поняли, чем все может закончиться. Надо так критиковать, чтобы не заполыхало. Вот наводнение в Германии – сколько погибло. Вот чтобы не гибли люди. Пусть немножко уровень воды поднялся, но не так, чтобы до второго этажа. Пожар – горит вся тайга в Якутске. Чего хорошего? А кто это делает? Люди поджигают.

Если вернуться к характеристике Госдумы, у нас 19 журналистов – целая редакция газеты! 16 спортсменов, 9 артистов, 5 космонавтов, 84 депутата с непрофильной профессией. Если нас слушает Газзаев, пусть он поймет, если в футбол придут парикмахеры или мясники, то вы играть не будете ни в какой футбол. Чтобы Госдума хорошо работала, нужно быть Заслуженным юристом России, как лидер ЛДПР.

В. Ворсобин:

- Я предлагаю поговорить о прессе. 31 год назад вышел указ президента СССР Горбачева о прекращении контроля КПСС над СМИ. Государство ослабило контроль над СМИ. Расцвела свобода печати, прессы. Тогда я был студентом, меня это восхитило. А нужно ли контролировать СМИ. Сейчас зачастую государство сжимает тиски контроля. Вам это нравится?

В. Жириновский:

- Вот этот указ президента СССР Горбачева принес больше вреда, чем пользы. В СМИ пробралась пятая колонна, день и ночь поливала грязью Советский Союз. И через год он рухнул. Целый год шла обработка. Даже полтора года. Люди ничего не поняли, когда им объявили, что нет СССР, а теперь у нас СНГ. Это все сделали журналисты. Их специально подготавливали, им платили хорошие деньги. И полная свобода.

Какая свобода в Америке? Президенту затыкают рот, «Нью-Йорк Таймс» слова не написала про ЛДПР, а про коммунистов пишет, им выгодно, коммунисты – разрушители. Про «Яблоко» пишет. Мы же видим, что там тоже нет никакой свободы слова. Свобода – это очень хорошо. Но чтобы люди не погибали, чтобы не обострялась обстановка.

Мы все с вами пассажиры. 60 км/ч – спокойно. 80 – спокойно едем. А 120, 140 – все, ДТП. Каждый километр будет ДТП. Так и свобода слова. Пожалуйста, выражайте свое мнение, говорите. Но если вы день и ночь будете поливать собственную страну, то народ возненавидит эту страну. И не встанет на ее защиту. Это опасно. Семью запросто можно развалить. Папа – дурак, мама – пьяница, сын – урод. И семья распадется. Но это будет свобода слова. Или свобода физического воспитания ребенка. Каждый день подзатыльник, шлепают по попке. Тоже свобода. Он же отец, она же мать. Но это наносит огромный вред ребенку.

В. Ворсобин:

- Нужно контролировать прессу?

В. Жириновский:

- Нужно, чтобы все свои выступления строили таким образом, чтобы не вызывать отрицательных настроений в отношении страны, государства. Вот привезли арбузы с нитратами, давайте бороться с этим. А если мы говорим, что сельское хозяйство в завале, завтра начнется голод, это будет ложь.

В. Ворсобин:

- А если это правда?

В. Жириновский:

- Если мы будем говорить всю правду друг другу каждый день, все рухнет. Байден еле шевелит своим языком…

В. Ворсобин:

- Но пресса обязана говорить правду.

В. Жириновский:

- Вот и говорите правду про ЛДПР. Чего вы 32 года говном нас поливаете каждый день? Вы слова правды не сказали за 32 года.

В. Ворсобин:

- Я вас хвалю.

В. Жириновский:

- Завтра я вам заплачу деньги, и будете дифирамбы петь каждый час про ЛДПР. Продажные журналисты. Работайте за зарплату, а не за гонорар в конверте. И поливаете грязью всех, кого вам укажут. И хвалите тех, кого вам укажут. Я за свободу, но не за коррупцию, не за платную, не за мошенническую свободу. Есть партии – дайте объективную информацию. Чего Рыбаков не вылезает, вижу его в «Комсомольской правде», на «Эхе Москвы», все телеканалы. С какой стати? Они защитников Донбасса бандитами называют. Они против Крыма, а вы им даете эфир. Это не свобода. Дайте свободу ЛДПР!

В. Ворсобин:

- Вы раз в неделю совершенно бесплатно выступаете в нашем эфире. И мы вам тоже даем слово. Никаких конвертов и прочего тут нет. Если бы был хоть один конверт, меня бы в эфире точно не было. Вы, может быть, и были. Не надо всех мазать одной грязью. Я не говорю о том, что если кто-то из ваших партийцев оказывается мошенником и мерзавцем, то ЛДПР – партия мошенников и мерзавцев. Давайте быть корректными.

В. Жириновский:

- Я говорю вообще о всех журналистах страны, а не о вас.

В. Ворсобин:

- Я тоже журналист.

В. Жириновский:

- А я говорю о других. Есть «Эхо Москвы», «Новая газета», телепередачи. Посмотрите, стоит коммунист Новиков, стоит Олег Нилов из эсеров. Стоит из «Яблока». А где из ЛДПР?

В. Ворсобин:

- Как вы хотите ввести цензуру? Как изменить то, что вам не нравится?

В. Жириновский:

- Мы с вами оттолкнулись от того, что 31 год назад Горбачев снял любой контроль за прессой. Так резко нельзя было делать. Кончилось все плохо. Сняли контроль за ценами, цены взлетели. Все, что Горбачев сделал, он сделал… Давайте дадим свободу всему, что раньше было несвободно. Вы из голодовки не вывели человека, а убили его. Он сразу объелся и умер. Так и здесь. Такая свободная пресса, что страны нет. Мы потеряли страну. Это надо потихонечку делать. Как учить плавать. Давайте бросать людей в океан – все потонут. А вы в бассейн с кругом, чтобы по пояс была вода. И потом потихонечку увеличивайте уровень воды.

В. Ворсобин:

- Но сейчас правительство удушает прессу. Издание «Проект» было удушено.

В. Жириновский:

- Вы хоть раз правду там прочитали? Только ложь день и ночь. «Знак», «Медуза» - каждый раз эти СМИ в соцсетях – это авантюристы, пишут всякую гадость. Это клевета, чернуха, порнуха. Я ни разу не прочитал ничего хорошего в этих изданиях.

В. Ворсобин:

- Подайте на них в суд. Но зачем закрывать прессу?

В. Жириновский:

- А чего они клеветали столько лет на наших граждан, на политические партии, на страну? Вы хотите, чтобы мы им еще подарки давали? Постоянно клевета, ни одного доброго слова про ЛДПР за 32 года!

В. Ворсобин:

- Вы просто не хотите подставляться и говорить, что вы за цензуру и за то, чтобы была государственная пресса только. Если вас послушать, вы, по сути, за то, чтобы чиновники управляли журналистами.

В. Жириновский:

- Вы за меня не договаривайте. Но если журналисты без всякого надзора еще раз страну подведут к катастрофе, то вы все будете арестованы. Люди будут кричать ура, чтобы вас все осудили. Потому что это вы провоцируете страну и подводите к катастрофе. На Украине с сегодняшнего дня русский язык запрещен. Это делают журналисты Украины подкупленные, продажные. И сегодня русские не могут по-русски нигде говорить – ни в парикмахерской, ни в школе, ни в больнице. Кино не могут смотреть, радио слушать. Кто нам перестройку устроил? Горбачев? Нет, журналисты.

В. Ворсобин:

- А может, нечего на зеркало пенять, коли рожа крива?

В. Жириновский:

- У страны, у государства рожа крива не может быть. Вы не должны так легко разговаривать. У нас у всех рожа крива. О себе подумайте. Вы всегда были честным, всегда вы все правильно делали? Нет!

В. Ворсобин:

- Я стараюсь.

В. Жириновский:

- Я свою жизнь знаю, я боролся, мне никто путевку не дал, мне никто слова доброго не сказал, никуда не позвали. А все эти СМИ – это все иноагенты. И все они работают на разрушение нашей страны. Их найти нельзя, мы на них в суд не можем подать. Где у них юридический адрес? Не надо их защищать. Не надо прикрываться свободой прессы. Иначе это все погибнет. Это делают американцы, делают европейцы. Потому что они богатые, они ограбили всю планету, они своих людей подкормили, обучили, дали им хорошее образование.

В. Ворсобин:

- Вы строите закрытое общество, по сути, хунту вы строите. Вы запугиваете, что будет еще хуже, мы развалим страну. В нормальном государстве граждане бы меняли власть, как только им казалось бы хуже. У них должна быть какая-то перспектива. Вы в смене власти видите только ужас и катастрофу. Как можно жить, не меняя власть?

В. Жириновский:

- Я борюсь за смену власти. Я шесть раз был кандидатом в президенты. Чего вы меня не избрали?

В. Ворсобин:

- Других хочет народ.

В. Жириновский:

- Вы все голосовали за действующую власть. Чего вы не голосуете за ЛДПР? Мы боремся за сменяемость. Мы самая первая оппозиционная партия. Мы первыми будем зарегистрированы. Это умение хорошо работать. В понедельник получим регистрацию в 11.00. Люди работают, грамотные юристы.

Наши студенты из Института мировых цивилизаций могли бы учиться, а вынуждены давать какую-то критическую оценку ситуации в стране.

В. Ворсобин:

- И так победим!

В. Жириновский:

- Завтра в 7 утра слушайте снова и в воскресенье в 17 часов.

Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, CastBox, Google Podcasts и Apple Podcasts, ставьте оценки и пишите комментарии!