Жириновский: Если Байден захочет, Ильхама Алиева свергнут в течение двух недель

Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели.
Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, здравствуйте!

В. Жириновский:

- Добрый день!

В. Ворсобин:

- Россия – четвертая в медальном зачете в Японии! Мы начинаем нашу передачу с хороших новостей. Вы следите за олимпийцами? Что думаете?

В. Жириновский:

- Обязательно слежу, следит вся страна. Ребята все мускулистые, красивые, выносливые, с радостью все делают, в кровь, как говорится, со слезами на глазах. Молодцы!

Но если бы большевики не разрушили бы СССР, мы бы сегодня претендовали бы за первое место с китайцами или с американцами. Представляете, если бы у нас были бы грузины, литовцы? Вот баскетбол, у нас был самый лучший баскетбол в Литве. Если всех собрать, кто завоевывал высокие места во время СССР, мы бы оставались той мощной страной, которая была, то сегодня бы пьедестал почета был бы в основном наш, русский. А поскольку мы все развалили, то приходится заново все делать. Естественно, выбор поменьше. С другой стороны, мы видим, Исландия – мировой чемпионат по футболу. 200 тысяч – остров, вышли в четвертьфинал. Или Хорватия. Бились за первое место! Кто такие Хорватия? Три миллиона там? Или четыре?

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, но ведь не все в ЛДПР так считают. Я процитирую вашего сына Лебедева, он же в ЛДПР. «Ничего приятного в этой золотой медали я не вижу. На открытие Олимпиады мы вышли с белым флагом непонятной формы и с непонятным Гимном. Что здесь приятного? Это только позор. Даже Украина прошла со своим флагом и формой. Конечно, золото – это здорово, но в целом ничего приятного в этой Олимпиаде нет. Она не приносит никакого удовольствия». Ваш сын относится скептически к Олимпийским играм.

В. Жириновский:

- Ну, так бывает. И это характерно для молодежи. Я уверен, такого же мнения и Власов, и Дюпин, и Чернышов. Молодое поколение, они более реактивные, более настроены критически. Они видят недостатки своих родителей, допустим, в системе в любой. Это нормальный процесс. Надо к этому спокойнее относиться. Ведь я тоже ходил на Пушкинскую площадь - 88-89-й год. Нам хотелось изменений, мы были недовольны КПСС, мы даже радовались, что какой-то Ландсбергис что-то там воркует в Литве. Мы тоже хотели так же. Никто же не знал, чем это все закончится.

Это может быть. Повторяю, мы должны радоваться каждой победе. Любая бронза, серебро, золото – это ребята наши в труднейших условиях. Потом, многие ведь разъехались, многие живут в других странах, выступают, может, за другие клубы. Все наладится.

В. Ворсобин:

- А флаг?

В. Жириновский:

- Это отвратительно! Это такая наглость всех международных организаций спортивных, культурных, военных. Везде нагибают нас.

В. Ворсобин:

- Так не поехали бы и все!

В. Жириновский:

- Нет. Товарищ Ворсобин, молодежь ждет Олимпийские игры. Они бывают первые и последние. Ну, чего не ехать? Игры идут, весь мир смотрим, а мы сидим, нам нечего смотреть. Пусть едут под любым флагом! Без флага! В плавках пусть едут! Если запретить все виды одежды, только плавки, пусть едут! И долбать там всех! Брать, так сказать, своими результатами. А потом мы отомстим им всем. Мы всем им вспомним про эти допинги. У них у всех допинги, у всех есть злоупотребления. Поэтому мы как бы здесь, да, я согласен, было противно, когда первый раз нас запретили с флагом выступать, я тоже говорил, что не надо ехать. Но потом я подумал. Ребята готовятся всю свою жизнь, для них счастье – быть олимпийским чемпионом. Чего мы их будем лишать этого? Ведь играет музыка Чайковского? Так сказать, флаг поднимается Олимпийского комитета. Наш же комитет!

В. Ворсобин:

- Да.

В. Жириновский:

- Я согласен, я возмущен. И мы обязательно будем им мстить. Но понимаете, допустим, вот Совет Европы. Можно уйти оттуда. Мы в год теряем 40 миллионов евро. Но мы потеряем трибуну! Мы должны их долбать там, хотя они сейчас нас долбают уже десять лет день и ночь. Но все равно это влияние, 500-600 депутатов со всего мира, они должны слышать наш голос. А это копейки – 40 миллионов евро… Поэтому две позиции: не ходить, не ездить, запретить, остановить. В Советском Союзе были одни ограничения, чем все закончилось? Ведь не рухнула мощная страна, рухнула поддержка государства, потому что одни ограничения.

В. Ворсобин:

- С другой стороны, сейчас наши чиновники и спортсмены признают, что допинга в России стало меньше. Может, и правильно нас наказали, потому что по-другому мы бы не очистили свой собственный спорт?

В. Жириновский:

- Я согласен. Надо очищать, но пусть будет это во всех странах. А то норвежцы – гонка лыжная, он чуть ли не на лыжне капает себе какие-то капли. Им можно. Они астматики. У них аллергики. Это тоже нам неприятно. Понимаете, Ворсобин, сегодня спорт уже достиг потолка, он выше человеческих возможностей. Чтобы добиться другого результата, на секунду выше, на миллиметр, к сожалению, что-то нужно делать. Или умирать на ковре, на лыжне, в бассейне. Такие высокие уже результаты, но сегодня невозможно эти результаты победить. А ребята хотят, это их поколение.

К сожалению, может, придет время, все силовые виды спорта отменят как олимпийские. Будем в основном в шахматы играть, фехтование, плавание. Художественная гимнастика – хорошо же! А уже там где-то кольца, брусья, турник – там же можно упасть и разбиться. Поэтому хорошо бы их беречь. Даже синхронные прыжки в воду. Великолепно! Сколько мужества! Ведь только наши могут это делать.

Есть чувство досады: не наш флаг, не наша форма одежды, но придет время, мы за все с них спросим. И такие меры будем принимать в области спорта, культуры, паспортов, визы, мы все это компенсируем.

В. Ворсобин:

- Но каким образом? Вы что, хотите весь мир наказать за то, что они нас учат не принимать допинг?

В. Жириновский:

- Зачем весь мир? Лондон, Париж, Брюссель, Берлин, Вашингтон. Все. Поставить их на место. Что мы, Данией будем заниматься? Норвегией? Только вот великие державы – Лондон, Париж, Берлин, Вашингтон. Азия нас не интересует.

В. Ворсобин:

- Давайте тогда поговорим о Турции. Там же пошел интересный сигнал по дипломатическим путям. Один из профессоров стамбульского университета предложил сделку Москве, что пусть Москва признает Северный Кипр, тогда турецкое правительство признает Крым.

В. Жириновский:

- Владимир, почему у нас с вами химия не получается? Мы тезки с вами. Я никак не понимаю, что другого человека зовут тоже Владимир. Я считал, что только я ношу это имя.

В. Ворсобин:

- Еще один есть, Владимир Вольфович.

В. Жириновский:

- И с президентом у меня не очень хорошие отношения. Вот Геннадий Зюганов, вот там Сергей Миронов, а тут Владимир, Владимир. Это вот проблема есть, я считаю. Когда я встречаю депутатов, которые тоже имя Владимир, я как-то их не воспринимаю.

В. Ворсобин:

- А я еще и Владимирович!

В. Жириновский:

- Это же с ума… А у меня Сипягин – губернатор Владимирской области – Владимир Владимирович. А этот, как его, губернатор Хабаровска – Михаил Владимирович. Везде это имя, так сказать, как-то… Вот один бы сейчас был Трофим, не Жириновский, а другая фамилия. Меня Ле Пен, знаете, как звал? Ему тяжело было произносить: Жи-ри-нов-ский, он меня звал месье Жири. Сокращенно. Но по-русски «Жири» может перейти в слово «жри» - глагол, тоже будет неблагозвучно. Как остров Шри-Ланка. Ведь на местном языке «Сри-Ланка», но по-русски неблагозвучно, решили поставить букву «ш».

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, но про Турцию – предложение поменять Северный Кипр на Крым? Как вам эта идея?

В. Жириновский:

- Нравится. Эта идея мне нравится, но начну немного в личном плане. Когда я начинал заниматься Турцией, ничего не было, никаких связей. Я думал, на черта я учу турецкий язык, историю, литературу? Если бы все то, что сегодня происходит с Турцией, было бы тогда в семидесятых, я бы уже был послом России в Турции. И занимался бы Ближним Востоком – именно Турцией. Сейчас блестящее поле деятельности и в военном отношении, в экономическом, в культурном, в историческом – везде.

Теперь насчет предложения. В свое время Черчилль нам предложил: дайте Польшу им под западное влияние, а нам – Норвегию. Ну, чего мы не пошли на это? Все равно Польша ушла от нас, да еще и нам пакости делает. А Норвегия? Прекрасная маленькая страна была бы под нашим, внутри нас.

В. Ворсобин:

- Не жалко ее? Сейчас она богатая страна.

В. Жириновский:

- Ворсобин, о нас думайте! О русских!

Второе. При Брежневе нам предлагают: отдайте Кубу Америке, берите Финляндию, ну, включайте в состав СССР. И Норвегия была бы союзной республикой, и Финляндия, но Польша была бы частью западного мира, а Куба была бы под диктатом США. И ведь так и произойдет. Куба рухнет, мы ее потеряем, Польша ушла, а мы что получили?

Вот теперь сейчас. Турок молодец, профессор, им нужно выйти из этого состояния, когда никто не признает Северный Кипр. Ну, давайте признаем одновременно: они – Крым, мы – Северный Кипр. И таких точек спорных можно найти несколько по стране.

В. Ворсобин:

- Обманут! Вы хорошо Турцию знаете. Они же нас обманут!

В. Жириновский:

- Так одновременно сделаем. Два указа издается, два парламента принимают одновременно. И мы тогда отменить можем в любой момент. И посла правим туда. Я мог бы туда направить Власова и Дюпина, пусть там отдыхают. Отели дешевые, песочек, все хорошо. Но греки будут не довольны.

В. Ворсобин:

- Но Песков отказался. Он сказал, что не нужно торговать территориями и включать какие-то сделки.

В. Жириновский:

- Вы ведь мое мнение спрашиваете? Я за то, чтобы сделать. Вот смотрите, грузины были у меня в кабинете лет десять назад, еще до войны. Я им говорю, хотите, чтобы Абхазия оставалась у вас? Давайте базу военную мы сделаем на территории Абхазии, там и была в советское время база. Не захотели. И теперь что получили? Все! Абхазия навсегда ушла из Грузии. То есть, надо вовремя принимать меры. И давать те решения, которые взаимовыгодны.

Я за то, чтобы признать Северный Кипр как независимое государство. Турки признают Крым, а под влиянием турок очень много стран в мире. Они могут заставить туркмен признать, узбеков, киргизов, казахов. Пойдет сразу серия признаний. И нам это выгодно.

Еще такие варианты можно найти…

В. Ворсобин:

- А с кем еще можно поторговаться?

В. Жириновский:

- Да везде есть, с кем поторговаться! Иран – что-то можно придумать, ему тоже выгодно, чтобы мы помогли ему эту сделку восстановить по Ирану, потому что ему выгодно торговать, он в блокаде уже сорок лет, сколько можно! Он признает Кипр, а мы в чем-то пойдем ему навстречу. И все.

Возьмите – Ливия. Мы бы сказали: ливийцы, признавайте Кипр, а мы накладывает вето на резолюцию Совета безопасности «Закрытие небо над Ливией». Постоянно есть возможности, где мы можем прижать десятки стран.

В. Ворсобин:

- Но почему-то наши даже самые близкие друзья, допустим, белорусы, армяне, они не хотят признавать Крым? В чем уникальность нашей ситуации?

В. Жириновский:

- Потому что они боятся поссориться с Западом. Они хотят жить по пословице: ласковый теленок трех маток сосет.

В. Ворсобин:

- Это про Лукашенко?

В. Жириновский:

- Лукашенко, армяне, все! Они все из русских высосали все, теперь высасывают из мусульманских стран, кто ближе к Китаю – от Китая - сосут китайскую матку. Везде так они делают! Им выгодно. Маленькие страны живут за счет того, что подыгрывают сильным державам. И мы должны то же самое делать. У нас вариантов огромное количество. Вот в Желтом море у нас есть какие-то острова, мы можем договориться с Китаем, что мы встанем полностью на стороне Китая, но пусть Китай признает Крым. С каждой страной можно о чем-то договориться.

В. Ворсобин:

- Но мы так поссоримся с Вьетнамом, мы наживем себе много врагов. И с Кипром рассоримся, хотя это достаточно близкая для нас страна.

В. Жириновский:

- Поэтому вам Песков и сказал, что делать так не будем. Я – сторонник жестких мер, но, естественно, когда это все созрело. Когда это перезрело, то ничего хорошего и не получить. Ленина надо было арестовать в июле 1917 года, никакой революции бы не было. А если его убивать в 1918 году, то уже это покушение.

Варианты такие, что надо делать вовремя. Кому нужна эта Польша? У нас была бы Норвегия. Кому нужна эта Куба? У нас была бы Финляндия. Но мы же не пошли на это. Чего вы турок признали? У нас была бы большая Армения и большой Курдистан были бы нам вечно благодарны! У курдов не было собственного государства, мы бы ему дали сто лет назад. Вместо этого Ленин поддерживает Турцию! А Турция сегодня у наших границ стоит. 80 миллионов населения, самая мощная внутри НАТО армия миллионная.

Знаете, почему турецкая армия начинала иногда побеждать? Она всегда проигрывала нам. Они решили, а чего русским проигрывать? А в чем сила русской армии? Мужество. Отвага. А давай-ка мы русских мальчишек наберем, воспитаем их за двадцать лет.

В. Ворсобин:

- Янычары.

В. Жириновский:

- В турецком духе. И появилось новое войско, назвали его еничери, а в народе янычары. Они стали всех душить и давить, потому что это русские ребята, которые стали турками, стали мусульманами. Как сегодня на Украине: нет никаких украинцев, это русские все! Насильно заставили записаться украинцами, насильно заставили перейти с русского на украинский. Чем они от янычар отличаются? 20 миллионов украинцев, которые себя считают украинцами? Навязали им.

Очень много вариантов, где у ЛДПР своя позиция. А какая позиция у КПРФ? У «Справедливой России»? У других? У нас везде есть свое…

В. Ворсобин:

- А вот сейчас Армения и Азербайджан, там сейчас идет обострение, стрельба. И российские войска уже начинают занимать позиции на границе между Азербайджаном и Арменией. Получается, что мы снова, как в СССР, сейчас своих парней отправим на чужой конфликт? Это нормально? Мы должны этим заниматься?

В. Жириновский:

- Мы должны вернуться на все территории Российской империи и Советского Союза. Южный Кавказ – это наша зона влияния. И 200 лет они были под нашими знаменами. Поэтому здесь нам выгодно, они же зовут. Мы туда не идем с войной, а армяне просят, но чтобы не погибали русские солдаты, мы вызываем дорогого руководителя Азербайджана и один на один говорим: Ильхам, твой отец был великий и мудрый человек – Гейдар Алиев. Замечательный, я его знал. Поэтому, Ильхам, у тебя будет территория, которую тебе хочется, но ни одного русского солдата никто не имеет права! Даже посмотреть косо! Ты меня понял? И он прекрасно понимает, что он потеряет свой пост, что у него там диктатура, там полно оппозиционных сил. Если Байден захочет, там его свергнут в течение двух недель. И только мы сможем спасти его, как мы спасли Пашиняна.

В. Ворсобин:

- Зачем это нам? Это не наша история. Мы тут причем? Скажите, что мы от этого получим?

В. Жириновский:

- Тишину получим, Ворсобин! Мир! И чтобы там все было тихо, спокойно. И чтобы нам азербайджанцы всю икру слали в Москву, черную икру и все их деликатесы. И лишнюю нефть. И персики свои, абрикосы гнали бы армяне сюда. Мы у них купим все, что у них лишнее, но мы заставим их не стрелять. Это можно сделать. Они боятся. Они нас любят, уважают. Вот вы были бы правы, Ворсобин, если бы не очень умный царь Александр Первый не стал бы принимать под русское подданство Грузию, Армению, Азербайджан. Пусть бы они там оставались как хотят. Вот тогда вы были бы правы. Мы потеряли двести тысяч русских солдат за двести лет охраны Грузии. Они нам в морду плюют каждый день. Азербайджан на черта мы взяли? Они посла Грибоедова убили. Это шах Ирана – добрый такой мужик, взял и нам целый Азербайджан подарил, тогда еще нефти не было. Если бы тогда была нефть разведана, он бы нам куска не дал. Если бы осталась губерния. Бакинская, Ереванская, Тифлисская, опять мы возвращаемся: большевики все испортили. Там тишина была, там русские инженеры были. Кто там нефтяные заводы построил? Вышки? Везде русские. А все испортили большевики. И теперь мы вынуждены опять туда идти, чтобы не было этого гнилого участка на нашей территории.

А Таджикистан – мы войска туда?..

В. Ворсобин:

- Тоже вводим.

В. Жириновский:

- Вот! Если будет страшная мясорубка в Среднея Азии, миллионы русских как мы сможем защитить? Там 5-7 миллионов русских. Власов подсчитает и скажет нам, сколько русских проживает в Средней Азии и в Казахстане?

Как их защитить, если начнется война там? Как в Сирии. Там даже мусульманам головы отрезали, а тут русских в первую очередь будут уничтожать.

В. Ворсобин:

- Да все разъехались оттуда! Больше наших погибнет воинов, чем мы защитим, думаю. Нельзя все время заниматься тем, что полицейским представлять себя, межгосударственным полицейским. Вот Америка в Афганистане много добилась? Сидела там десять лет. И приходится оттуда бежать. Думаете, что мы там установим мир? Посмотрим.

В. Жириновский:

- Говорю еще раз. Это наша граница! Наша территория! Это наши заводы. Это для меня родная земля. Вот американцам чего там делать? Как нам на Кубе что делать? Венесуэла, Никарагуа, Чили. Чужой регион. Пропади пропадом вся эта Латинская Америка! Средняя Азия, не трогайте, Ворсобин! Русские там пахали и пахали! И сейчас там 10 миллионов русских! Их нельзя бросать!

В. Ворсобин:

- Предлагаю поговорить о нашумевшем социологическом опросе, который был проведен на Украине. Там выяснилось, что 41% опрошенных согласны, что русские и украинцы – один народ. Следовательно, 50 с чем-то процентов, то есть большинство, считают, что это не один народ с русскими. И Москва, российское общественное мнение решило, что это победа, все-таки 41 процент это много. Это хороший результат опроса или плохой, по-вашему?

В. Жириновский:

- Плохой результат. Мы мало учили наших советских школьников и студентов. Не было Института мировых цивилизаций. Сейчас продолжается набор, всех примем (Москва, Ленинский проспект, дом 1). Учить надо было. Что такое 41% на Украине считают, что мы и украинцы один народ? Это последние русские, которые там есть. А 59 – продажные те же русские. Никаких украинцев нет. Знаете почему? Во-первых, 30 лет уже прошло, там выросло новое поколение. У них не было учебников – ни царских, ни советских, они всё учили по последним учебникам. Знаете, почему они хотят, чтобы они были Украиной и независимы от России? Чтобы бегать, задрав штаны, по Европе. Потому что они боятся, что снова будет выездной режим какой-то, выездные визы. Им нужен Шенген. Захотел – и в Амстердаме, накололся, накурился – вернулся в Одессу, захотел – острова какие-то испанские. То есть гулять хочет народ, молодежь. Продажные.

В. Ворсобин:

- Работать и учиться.

В. Жириновский:

- Бродяжничать, проституцией заниматься, сутенерством, наркотиками. Никто там не учится. Я был в Словакии. Гостиница. В баре, вижу, русские…

В. Ворсобин:

- В баре? А что вы там делали?

В. Жириновский:

- Ну, бар на первом этаже. Вижу, русский парень, похоже. Говорю: «Иди сюда. Откуда ты?» - «Из Киева». – «Что тут делаешь?» - «Сутенер». Там девочки из России – проститутки и гости, он их сводит в гостинице. Говорю: «А чего ты вообще появился здесь?» - «Кучма (это еще при Кучме было) нас направил сюда учиться на инженеров». – «А чего же ты не учишься?» А чего ему инженер, когда он зарабатывает в сутки больше, чем инженер за месяц заработает? Вот на этом они играют. Молодежи нужны деньги, дискотеки, наркотики.

В. Ворсобин:

- Но по одному украинцу вы сделали вывод обо всем украинском народе. Встретили одного сутенера в баре и делаете большие выводы.

В. Жириновский:

- Нет. Я вам говорю о другом. Что все они хотят быть независимыми, чтобы их подкармливали. Почему они рвутся в Евросоюз? Вот Польша вступила, Венгрия… Десятки лет Евросоюз в год дает несколько миллиардов евро новым членам Евросоюза. Ни черта делать не будут, только жрать, спать. Вот они этого и хотят – скорее влезть в Евросоюз, ничего не делать и получать деньги, кататься по всей Европе. А для этого нужно только называть себя украинцем, поливать грязью Россию. Там были хорошие ребята, но они другие, 30 лет они учились и слышали все другое. Сейчас вообще на русском языке ничего нет. Через 20 лет они вообще забудут, что такое русский язык.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, это воля народа. Большинство населения (пусть так, как вы его описываете) хочет именно этого.

В. Жириновский:

- Нет, это заблуждение. Большинство немцев кричали «Ура» Гитлеру, махали платочками, радовались, плакали. Потому что они верили, что он им создаст лучшие условия жизни. И создал. Уничтожил евреев, цыган, русских, ограбил пол-Европы. И немцы рады. Они бились до 9 мая, уничтожая русские танки «Фаустпатронами», подростки 14 лет, старики, которые уже падают, ходить не могут, за то, что он им создал хорошую жизнь, грабя другие народы. А русские никого не грабили.

В. Ворсобин:

- А кого грабят украинцы? Они просто хотят жить так, как хотят. Что вы им диктуете?

В. Жириновский:

- Да потому что живут на русской земле, потому что они русские люди. Их заставили забыть историю и своей Родины, России, их заставили забыть русский родной язык. Их заставили стать врагами и всякую гадость говорить про нашу страну. А вы поддерживаете это, Ворсобин.

В. Ворсобин:

- Я не хочу войны.

В. Жириновский:

- А мы не хотим нормально жить? С какой стати мы тысячу лет себя должны защищать?

В. Ворсобин:

- Так живите спокойно у себя, и мы будем спокойно жить у себя в стране. Украинцы пусть живут у себя в стране, и живут так, как хотят.

В. Жириновский:

- Пусть живут в Канаде, Ворсобин. А это наша земля, русская земля, Киевская Русь, а не Украина. Русские там жили всегда, а их выдавливали. Австрийцы начали их убивать в 1914 году…

В. Ворсобин:

- Вам нужны чужие территории, Владимир Вольфович, вам нужна территория Украины.

В. Жириновский:

- Ничего чужого не надо, Ворсобин. Меня не интересует ваш дом в Твери или квартира в Москве.

В. Ворсобин:

- Вы от фюрера мало отличаетесь, вам нужны чужие территории, которые он считал своими…

В. Жириновский:

- Это наши территории, Ворсобин, только наши. Это граница наша с Венгрией, со Словакией, с Румынией, со Швецией. Это наша земля, поэтому не надо говорить.

В. Ворсобин:

- А народ куда денете, в лагеря отправите?

В. Жириновский:

- Кого?

В. Ворсобин:

- Ну, который живет на «вашей» земле, который по нечаянности живет там. Они же не знают, что это не их земля, а ваша, Владимир Вольфович. Куда народ денете?

В. Жириновский:

- Мы снова переучим их. Новые учебники на русском языке, нормальная история. И преподаватели приедут из Москвы, русские из Петербурга. Они же нам гадость делают каждый день и час. Им «Северный поток» не нравится. Это наглость. Это наш «Северный поток», он идет, минуя Украину. С какой стати мы должны ориентироваться, что там, в Киеве думают? Так они специально эту пакость делают, чтобы зарабатывать и здесь. Продажные все они. У них в Одессе есть рынок – Привоз, они всю жизнь торговали: сало, горилка и т.д. Это же казаки, Запорожская Сечь. Турки платят – с турками воюют, Речь Посполитая платит – с ними воюют. А когда их везде поизбивали за то, что они православные русские, к царю русскому побежали. Всего-то их 80 тысяч было.

В. Ворсобин:

- Вы их с помощью книжек решите переучить или с помощью оружия?

В. Жириновский:

- Да интернет есть. Снова открыть русские школы, русские театры. Всё сделаем так, чтобы вернуть национальное самосознание. Нет украинского народа, нет украинской культуры, нет украинского языка, это всё наша общая, русская культура. Нижегородский диалект на «о» - это что, язык другой, что ли?

В. Ворсобин:

- Подождите. Вы включите украинское телевидение, попробуйте понять, что там говорят. Это на самом деле тяжело, это все-таки другой язык. А белорусов тоже не существует, это тоже русские?

В. Жириновский:

- Да. Я хочу привести пример. 30 июля 1840 года Николай I запретил использование термина «Белоруссия», заменив его на «губернии северо-западного края». В это время на территории Белоруссии Запад уже тогда раскручивал русофобию, пользуясь наследием Речи Посполитой в этих землях. Царь был вынужден мобилизовать общество. Это что, не доказательство того, что мы уже 200-300 лет защищаем свою русскую землю? А Запад, Австро-Венгрия, Германия навязывают – Украина, Белоруссия.

В. Ворсобин:

- А вы знаете, Владимир Вольфович, что вы сейчас делаете? Вот вас послушают белорусы, украинцы, вы думаете, они будут вам сочувствовать? Они еще больше возненавидят Москву. Вы, по сути, сейчас стравливаете украинцев и русских. Вы отказываете первым вообще в их существовании, вы их оскорбляете. По сути, вы сейчас оскорбляете целые страны и целые народы, Владимир Вольфович.

В. Жириновский:

- Нет, Ворсобин. А вы подпеваете, вы – «пятая колонна». Вы, как «Эхо Москвы», подпеваете всем – пусть будет плохо русским, пусть будет хорошо чухонцам, белорусам, украинцам, грекам, евреям, цыганам, всем пусть будет хорошо, кроме русских. Вы работаете в Москве, лучшая радиостанция мира, вы русский человек, а кого вы защищаете, кто вам платит деньги? Богдан Хмельницкий уже после Переяславской рады вел переговоры со шведами о союзе. Сразу заключил Переяславскую раду и начал вести переговоры со шведами на всякий случай о союзе. Они всегда и вашим, и нашим, чтобы заработать – русские заплатят, шведы заплатят, поляки заплатят, турки заплатят.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, я защищаю русский народ от таких, как вы, которые кидают его в разные войны. Из-за таких политиков, как вы, русский народ теряет тысячи и миллионы жизней, потому что они идут в мясорубку из-за каких-то прекраснодушных идей вроде ваших.

В. Жириновский:

- Какие же прекраснодушные идеи? Защищать свой дом. Ворсобин, это наш дом. И вся Украина усыпана трупами русских солдат. Где эта доблестная украинская армия? Бандиты одни типа Махно. Они что, Берлин освобождали, Париж освобождали? Что они делали? Их никогда не было.

В. Ворсобин:

- Украинцы защищали СССР, и они брали Берлин, как и все русские.

Поговорим о самом важном для нас, россиян. Потому что сейчас премьер Мишустин путешествует по Дальнему Востоку, встретился с исполняющим обязанности губернатора Хабаровского края Дегтяревым и, я так понимаю, обратил внимание правительства на проблемы Дальнего Востока, о чем, кстати, вы, Владимир Вольфович, много говорили.

В. Жириновский:

- Да. У нас есть программа, как решить проблемы Дальнего Востока, чтобы там все забурлило, как в свое время в Америке. Мы предложили: давайте постепенно перейдем на Курилах, Сахалине, в Приморье на безналоговую экономику. В некоторых регионах нашей страны зарплата налоговых инспекторов выше, чем собранные налоги. Это же маразм. Поэтому отказаться от взимания налога. Там очень мало населения. Деньги вкладываются только в развитие Дальнего Востока, и регистрируется, для того чтобы не платить налоги, только кто живет там. А то понабежит из Москвы всякая шушера, зарегистрируется, налоги не платят, а деньги все гуляют по Москве.

Вот Михаил Владимирович предложил уже: давайте на Курилах введем частично безналоговую экономику. У ЛДПР четкие меры: постепенно убрать налоги, дать землю, сколько надо, не один гектар, а 5, 10, 15, всю землю раздать.

В. Ворсобин:

- Там населения нет, на Курилах. Кому вы будете деньги раздавать, Владимир Вольфович?

В. Жириновский:

- Ворсобин, полно населения. Не надо так говорить. Так население будет увеличиваться, если там будут хорошие условия. Парень живет в Ростове или в Саратове, и если через три месяца станет миллионером, тогда он поедет туда. И поезда с Ярославского вокзала будут уходить деньги и ночь, поезд за поездом будут везти туда добровольцев.

Не только без налогов. Там нужно отменить ЕГЭ, отменить призыв в армию. Туда нужно перевезти все детские дома, чтобы там они получали жилье. Предлагать офицерам, кто нуждается в улучшении жилищных условий (отставники): Дальний Восток – даем квартиру, а здесь будешь ждать. То есть масса вариантов. Ты мастером спорта хочешь быть - на Дальний Восток. Хочешь заслуженным артистом стать - на Дальний Восток. То есть все привилегии дать туда. Давать беспроцентные ссуды, продлевать кредиты на 5, 10, 20, 30 лет. В Европе уже беспроцентные ставки кредитов, бери и трать. Не можешь вернуть – продлеваем срок, до тех пор, пока сможешь вернуть. Кто нам мешает так сделать там, на Дальнем Востоке? Колонии-поселения все туда перевести. И русских давайте позовем. Переезжаешь жить на Дальний Восток, паспорт даем в течение месяца, но при условии, что 10 лет проживешь на Дальнем Востоке. И они поедут. Средняя Азия в условиях опасной ситуации со стороны Афганистана, там до 10 миллионов во всех среднеазиатских республиках. С удовольствием переедут туда, на Дальний Восток. Но дайте паспорт. У нас тысячи людей по 8-9 лет ходят, не могут получить паспорт, а они русские люди.

В. Ворсобин:

- А вы посчитали, сколько это будет стоить? Это целую нацпрограмму вы сейчас описали, где-то на триллион, мне кажется.

В. Жириновский:

- Не заблуждайтесь. Никаких триллионов. Не надо брать с них. А сегодня мы с них и не берем, потому что им нечем платить, но мы условия не создаем. Вот я говорю: бизнес на два года освобождаем от уплаты налогов. Говорят: а как доходная часть бюджета? Но сейчас они не хотят заниматься бизнесом, и в вашу доходную часть ничего не идет. А если мы льготу создаем, начнется бизнес, и они будут производить товары, продукты и т.д. То есть все это нормально будет, кипеть будет, бурлить будет, театры строить там, цирк, спортивные центры.

В. Ворсобин:

- Хорошая идея. А почему до сих пор этого нет, что мешает?

В. Жириновский:

- Кадровый вопрос. Убрать оттуда всех чиновников. Вице-премьер, министр один – начальник Дальнего Востока. Вот 13 субъектов – начальник Дальнего Востока с правами первого вице-премьера российского правительства. Не надо в Москву ездить, всё на местах будете решать, столица края – Хабаровск. Начните. Премьер-министр начал правильно. Маленькие Курильские острова, маленькое население. Давайте уберем налоги – и там забурлит все, и японцы будут туда переезжать и стараться свой бизнес развивать.

Я даю варианты, где населения будет больше. Я уже сказал, детские дома туда, и там они останутся. Армия. Сказать: «Ты служил на Дальнем Востоке, хочешь уехать в Ростов? Поезжай. Квартиру не получишь. На Дальнем Востоке оставайся - квартиру получишь».

В. Ворсобин:

- А у вас есть кандидатура на пост начальника Дальнего Востока?

В. Жириновский:

- Сейчас не буду называть. Иначе заклюете, замордуете. Потом, под Новый год я вам объявлю эту кандидатуру, 31 декабря вам даю эксклюзив. Вы понесете домой хвост гнилой селедки (у вас же нет ни денег, ни питания, дети вас объедают)… Я вам дам баночку черной икры, подарок от Ильхама Алиева, и назову того человека, который возглавит Дальний Восток.

В. Ворсобин:

- Это рождественская сказка.

В. Жириновский:

- Все это можно сделать. Это только у нас программа, у коммунистов нет ничего. У них какие-то народные предприятия, какой-то Грудинин, какая-то клубника. У эсеров вообще ничего нет. Возьмите Афганистан. Кто-нибудь внес предложение? Нет. По Дальнему Востоку внес? Нет. В свое время Крым и Донбасс. Их вообще не было на политической арене. «Справедливая Россия», смотрите, ведет себя, как хамелеон. Что вы, Ворсобин, не замечаете? Они обвиняют уже сегодня КПРФ, что КПРФ занимается антипрививочной кампанией. Но они то же самое делали, весь год выступали против прививок. А сейчас по шапке дали кому-то – и сразу они уже за прививки.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, а где дают по шапке, в администрации президента?

В. Жириновский:

- Я никого не называл. И все ваши провокации, журналистов России, я буду пресекать на корню.

В. Ворсобин:

- А кто может дать Прилепину по шапке? Объясните мне. Кто ему сказал: «Ты что делаешь? А ну-ка, прекрати». И он тут же разворачивается, как болванчик такой, и начинает правильно себя вести. Кто этот влиятельный человек?

В. Жириновский:

- Что вы лезете? Что вас, журналистов, интересует кто что поел, кто что надел, кто с кем спит? Я вам говорю еще раз, хамелеоны. Завтра долбанет кто-нибудь коммунистов, как надо, то же самое, все будут бегать и требовать, чтобы все привились. Только ЛДПР свободная партия. И кто это доказал? Самое старое мировое агентство – «Рейтер». Они еще были во время Гражданской войны, впервые приехали в Одессу. Они на юбилей позвали меня в Гостиный двор. Я смотрю, никого нет. Я говорю: «А чего других депутатов нет, сенаторов?» И мне говорят: «А мы только независимых приглашаем». Вот они, «Рейтер», старейшее информационное агентство, определили, что я, лидер партии, самый независимый. Мы администрацию президента не знаем, кто там, а Зюганов не вылезает, чаи там распивает, и Миронов так же.

В. Ворсобин:

- Кстати, а как вы отнеслись к тому, что Грудинина сняли с гонки?

В. Жириновский:

- Правильно сняли.

В. Ворсобин:

- Это хорошо или плохо?

В. Жириновский:

- Правильно сняли. И Бондаренко надо снять. И у Рашкина прекратить досрочно полномочия. Нам не нужны экстремисты. Удальцова снова посадить вместе с дочерью в одну камеру.

В. Ворсобин:

- Вы, видимо, хотите сказать «с женой»?

В. Жириновский:

- Как? У него дочь сейчас арестована. Или это жена – Настя?

В. Ворсобин:

- Жена.

В. Жириновский:

- Ну, может быть, жена. Ворсобин, нам не нужна революция. Прохлопали большевиков, прохлопали Ельцина – рухнуло два государства. Мы сегодня были бы самой богатой в мире страной, самой сильной. Все золото олимпийское в Токио мы бы взяли. Они ничего не могут - инвалиды, уроды. Мы бы завоевали, но условий нет у нас, обкорнали нас со всех сторон большевики, все золото и ювелирку вывезли за рубеж. Поэтому надо сегодня исключить. Аресты идут каждый день.

В. Ворсобин:

- Да, идут.

В. Жириновский:

- Вы должны радоваться этому, Ворсобин.

В. Ворсобин:

- Чему?

В. Жириновский:

- Роман Доброхотов, мерзавец этот, я уже 10 лет вижу его, все время всякую гадость говорит, все время пытается плохо сделать нашей стране.

В. Ворсобин:

- Я представляю, Владимир Вольфович, как вы обрадуетесь, когда меня арестуют.

В. Жириновский:

- Я вам буду носить передачи, Ворсобин. Я вам обещаю меню в камере. У вас будет на обед суп из хвостов гнилой рыбы, пюре из очисток гнилого картофеля и кисель из порошка Первой мировой войны.

В. Ворсобин:

- Кушайте сами, Владимир Вольфович.

В. Жириновский:

- Отличное будет у вас питание.

В. Ворсобин:

- На этой прекрасной ноте давайте прощаться, Владимир Вольфович, у нас заканчивается передача.

В. Жириновский:

- Завтра, в субботу, в 7 утра снова вы нас услышите. И в 5 вечера в воскресенье. Всем желаю здравствовать. Сделайте прививки. Чтобы все были здоровые, как Ворсобин, как я, как остальные прекрасные журналисты «Комсомольской правды».

В. Ворсобин:

- Да, прививки нужны, присоединяюсь. До свидания.

В. Жириновский:

- До свидания.