Владимир Жириновский: Мы будем вносить поправку, чтобы должность президента переименовать в «Верховный правитель России»

Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели.
Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели

В. Ворсобин:

- У микрофона Владимир Ворсобин и с нами Владимир Вольфович Жириновский. Владимир Вольфович, здравствуйте!

В. Жириновский:

- Добрый день.

В. Ворсобин:

- Как прошли выборы, Владимир Вольфович? Такое впечатление, что ЛДПР провалила эти выборы, потому что половины голосов вы недосчитались. Как вы к этому относитесь?

В. Жириновский:

- ЛДПР самая опытная партия, ей 32 года. Для нас это 15-я федеральная кампания. 7 - выборы губернатора и президента, и 8 - выборы в парламент наш. То есть, никакого провала нету. Вы можете посмотреть на результаты - все увеличили количество своих депутатов. Вы хотите мне сказать, что ЛДПР провела пенсионную реформу и вызвала отторжение граждан? ЛДПР способствовало повышению цен на продукты летом? Они и сейчас повышаются и инфляция там почти до 10%. ЛДПР слабо газификацию проводит в стране и до сих пор этнические русские регионы без газа? Или ЛДПР наконец заразило всю страну вот этой страшной болезнью? Нет. И вы знаете, что все наоборот. Единственная партия в мире, которая жестко заняла позицию всем быстрее делать прививку, спасайте людей! Тысячи умерли и миллионы заразились! А другие партии парламентские - КПРФ, «Справедливая» и некоторые другие - наоборот, не надо делать, необязательно, зачем все это? Это же чудовищно! Во фракции КПРФ двое умерло, в «Единой России» - три. Власть - я критикую именно власть - могли занять более жесткую позицию. Как сейчас. Везде звучит одно - делать, делать, делать. И по всему миру вводятся ограничения. Это вот как бы позиция. Поэтому, если взять восемь избирательных кампаний - с первой по восьмую - то в среднем мы получали, как говорит академик Воронин, социолог ведущий нашей страны, 40 мандатов. В среднем. 64, 56, 37, 40, 17, 21 и т.д. Поэтому надо исходить из этого. Журналисты наши замечательные на «Комсомольской правде», вы должны быть социологами. Нельзя брать одну цифру и один день. Разве вы не заметили, что в парламенте появилась новая партия? Мы с вами ждали ее? Избиратели ждали ее? Никто ее не ждал. Никто ее не знает. Сколько мест? 13. Это места ЛДПР. Добавляйте 21 и 13 - 34. Самовыдвиженцы. Откуда взялись такие?

В. Ворсобин:

- Вот в чем ваша ошибка, Владимир Вольфович? Давайте честно, вы растеряли половину своего электората. В чем проблема?

В. Жириновский:

- Нет, мы не растеряли. Но есть две объективные причины, которые, может быть, часть небольшую избирателя оттолкнули. Первое - Дальний Восток. Такого восхитительного выхода на улицы и поддержки губернатора от ЛДПР не было никогда в мире! Почему вы об этом не говорите? Почему об этом пишет академик Воронин в своих статьях, опубликованных во всей мировой прессе? Вы можете понять, что никогда еще граждане какого-то субъекта, какого-то государства полгода тысячами не выходили в защиту губернатора. Но мы не могли встать вместе с ними и выбросить наши знамена - весь бы Дальний Восток заполыхал! Вы хотели Белоруссию в масштабах всей страны? Мы не хотели.

Второе. К сожалению, многие граждане, в любом случае, половина, боятся, не хотят делать прививки. Мы единственная партия, при этом, «Единая Россия» запаздывала, мы просили - делайте, делайте, делайте. Вы знаете, что я сделал шесть прививок уже? Шесть. За год. А другие ни одной. Миронов ни одной.

В. Ворсобин:

- Избирателям это не понравилось. Это вы таким образом оттолкнули избирателя?

В. Жириновский:

- Да, да. Вот два момента, которые объективно не понравились избирателям. Но феномен Хабаровска никогда не был. Мы не можем иметь опыта в том, чего не было никогда в истории нашей страны. И пандемия. Впервые за сто лет. У меня дедушка умер от тифа в 1918 году. Большевики устроили гражданскую войну! Ну, все семьи пострадали за эти 100 лет.

В. Ворсобин:

- А если все-таки вы были бы более последовательны, может быть, такой ситуации не было бы? Например. Почему вы не включили Фургала в свою федеральную тройку? Он лишь подозреваемый, его можно было включить. Таким образом, вы показали бы хабаровчанам, что вы за него, что вы даже рискуете. И в конце концов ваша фраза по поводу того, что, если бы флаги ЛДПР появились бы на улицах Хабаровска, почему это должно было взорвать всю страну? Наоборот, вы бы получили профит, ваша партия была бы настоящей оппозиционной партией!

В. Жириновский:

- Объясняю. Тогда мы бы подорвали избирательную кампанию Дегтярева. Если наш второй выдвиженец идет на выборы, а мы поддерживаем Фургала, то Хабаровск отвернулся бы от Дегтярева и проголосовал бы за ставленницу «Справедливой России» - Марину Ким. И что мы получили бы? Все эти протесты прекратились бы, время работает против таких протестов, а губернатором была бы избрана Марина Ким и вы бы сами сейчас обсуждали - вот, ЛДПР дважды потерпело фиаско в Хабаровском крае. Провал одного губернатора! Второй проиграл! Дальний Восток отвернулся! Вы понимаете, что у нас это был бы вариант проигрышный. ЛДПР, благодаря мудрости партии, не моей лично, у нас замечательные депутаты - Власов, Чернышов, Диденко, Нилов и т.д., чиновники Дюпин, Дружинин - понимаете, что мы как раз заняли самую правильную позицию. Мы постоянно говорили, мы защищали и будем защищать Сергея Ивановича. Мы собрали деньги - миллион рублей! Когда-нибудь кто-нибудь собирал деньги в защиту того, кто оказался в заключении? Я с вами согласен - он задержанный, он не осужденный, его задержали на время следствия. Возможно, он будет абсолютно ни в чем не виноват и его отпустят, да еще выдадут компенсацию, я не знаю, как это произойдет. Но мы, исходя из выборов, не могли слишком поддержать Фургала и уничтожить Дегтярева. В этом случае мы бы оказались в проигрыше. Поэтому здесь я вам объясняю правильный ход ЛДПР. Он войдет в учебники политологии и Чернышов написал очередную книгу по политологии, Воронин с группой ученых заканчивает. Это будет отдельный абзац - феномен Хабаровска и ЛДПР.

В. Ворсобин:

- Вот у вас была очень яркая, замечательная речь сразу после голосования. Вы сказали, что вас тошнит от этой ситуации, что «Единая Россия» доиграется до Белоруссии и что она приписывает себе, я так понял из этой речи, там 70-80% голосов. А потом буквально через день вы идете к президенту - у вас там была видеоконференция с президентом - и вы говорите: «Кто сегодня на Пушкинской площади бунтовал, вот их в вагон и до Магадана. Вы увидите, что больше бунтовать не будут». То есть, вы были недовольны результатом выборов, думая, что они фальсифицированы. Коммунисты вышли на площадь, но они говорили - давайте пересчитаем голоса. А вы их при президенте, видимо, желая сделать ему приятное, говорите - давайте мы их вообще вышлем в Магадан. Не понимаю.

В. Жириновский:

- Объясняю. Мы 32 года участвуем в выборах и хуже, чем при советской власти, их не было. Никакого выбора. Никаких партий. Хуже, чем при Ельцине их не было. Я сравниваю с тремя эпохами. Советская, ельцинская и сегодняшняя. Сегодня полно недостатков, полно искажений, полно искривлений, но это все-таки хоть чуть-чуть лучше, чем при Ельцине. У нас сегодня эфир для всех. Даже пятая колонна имеет постоянный эфир. И давайте разделять. Я критиковал и критикую «Единую Россию», чиновников, министров. Это одна сторона. Но те, кто выходит на улицу, они провоцируют обострение обстановки в целом. Ни одна партия не выходит с какими-то дурацкими лозунгами, все требуют свободы, освобождения заключенных. Лозунги все благородные. Но возникает пожар, который невозможно погасить. Вам мало 17-й год? Вам мало 41-й? 91-й? 93-й? В воскресенье вот будет очередная годовщина. Вот из этого мы исходили. Вывести людей легко, попробуйте обратно их загнать. Тем более, в такой огромной стране. Поэтому здесь партии нужно очень тонкое лавирование. А ведь коммунист, Рашкин, это революционер, бунтовщик…

В. Ворсобин:

- Так он коммунист, он должен быть революционером.

В. Жириновский:

- Тогда нам не нужны такие коммунисты-революционеры. Россия не желает революции. Давайте по-русски говорить. Не революция - а мятеж. Рашкин - мятежник. И вы увидите, что от него отвернутся.

В. Ворсобин:

- Подождите, мятеж - с оружием. А они просто вышли на улицу с плакатами. Это немножко разные вещи.

В. Жириновский:

- Я согласен с вами. У людей есть желание выходить. Я сам на ту же Пушкинскую площадь выходил в 1988-м, 1989-м, меня трижды задерживали, меня держали в обезьяннике сутки на холодном полу, меня судили, присуждали мне исправработы и 25% из зарплаты высчитывали. Я через это прошел. Вы понимаете, что мы все уже остановились? Мы до майдана киевского не довели. Вам, журналистам, нужна красивая сценка, вам нужно, как талибы в Афганистане, - отрезают головы и руки. Вам нужно как вулкан, остров Пальма, Канарские острова? Но это гибель для нашей страны.

В. Ворсобин:

- А как принудить власть считать правильно голоса? Как принудить власть сделать честные выборы? Как заставить? По-другому не получается. Или можно?

В. Жириновский:

- Давайте. Давайте это делать. Я согласен, что все хотят более честных подсчетов, чтобы все наблюдатели стояли. Что для этого надо делать? Везде поставить комплекс обработки избирательных бюллетеней - КОИБ сокращенно. И там, где КОИБы стоят, это 30% всего пока что, 70% - бумажный подсчет - там за ЛДПР в два раза! Вот почему они боятся везде поставить КОИБы? Кто-то говорит, что нужны деньги - мы деньги выделили 10 лет назад. А они купили 30% КОИБов и сейчас их выставляют. А еще 70% - деньги обратно сдали в казну. Вот это первый признак, что они боятся электронного подсчета голосов. Поэтому мы за это - давайте ближайшие выборы общефедеральные обязательно вот эти электронные урны, когда рука чужая не прикоснется - я взял бюллетень, поставил галочку и опустил. Все. Больше к этому бюллетеню никто не прикоснется и мой голос сразу ушел в информационное пространство. Все, его нельзя переделать. Я согласен - давайте требовать этого!

В. Ворсобин:

- Но есть еще одна новость. Владимир Вольфович, объясните, пожалуйста, вы потеряли губернатора Владимирской области.

В. Жириновский:

- Во-первых, чтобы потерять, нужен указ президента о том, что он слагает полномочия. А где указ? Указ еще не вышел. Пока он губернатор. Давайте подождем следующей пятницы. Если выйдет указ президента об освобождении с занимаемой должности в связи с избранием депутатом Государственной думы, губернатор Владимирской области перестал свои функции осуществлять. Пока он губернатор действующий. Но он пока губернатор. Но вы правы. В чем? Он действительно в списках, участвовал в выборах, мы ему уже должность придумали - первый зам председателя комитета по промышленности - то есть, он имеет полное право юридическое 12 октября присутствовать в зале заседаний Государственной думы. Но пока преждевременно говорить. А если президент не издаст указа из уважения к ЛДПР и оставит Сипягина на этой должности?

В. Ворсобин:

- А это разве не выбор Сипягина пойти в депутаты или остаться губернатором?

В. Жириновский:

- Сипягин с удовольствием пойдет в депутаты и почти возглавит комитет по промышленности. Это более высокий уровень. Федеральный. Но его могут и оставить. Я говорю, пока нет указа президента об освобождении.

В. Ворсобин:

- Почему? Он даже меньше срока провел. Вы хотите сказать, что губернатор - это ниже, чем депутат Госдумы?

В. Жириновский:

- Он губернатор одного региона. А у депутата федеральная должность. Уровень министра. А тем более первый зампредседателя комитета по промышленности. Уровень заместителя министра Мантурова. Поэтому вы должны понимать, что любой депутат выше любого министра. У министра узкие рамки - пришел и ушел. А депутат может обсуждать и принимать решение по всем вопросам, а не только того комитета, где он работает.

В. Ворсобин:

- А Владимирскую область оставят для вашей партии? Будет губернатор членом вашей партии?

В. Жириновский:

- Мы бы хотели. У нас на выходе Жигарев Сергей Александрович. Или в конце этого года, или в начале следующего он обязательно станет губернатором. Я много раз говорил, если так или иначе уходит Сипягин, давайте вместо него Жигарева. Но почему-то кому-то другому хочется стать губернатором Владимирской области и, скорее всего, Жигарев получит назначение где-то здесь в Центральном федеральном округе, поэтому мы не потеряем губернаторов. Как было три - Смоленск, Хабаровск и третий под Жигарева - так и будет. Поэтому здесь у ЛДПР потерь нет. Но мы прекрасно понимаем, что есть глава государства наш и ему выгодно иметь 85 своих губернаторов, которых он подбирал, он имеет право снять с должности. Сейчас новый закон мы поддержим - одинаковое наименование должностей - глава региона, и никаких там президентов, ханов, султанов, гетманов. Мы будем вносить поправку, чтобы должность президента России переименовать. Верховный правитель России. Звучит гордо, смело, ответственно и производит оптимистическое отношение к гражданам. Поэтому здесь у нас потерь никаких я не вижу. У нас был еще и мэр Кызыла когда-то. У нас был министром труда Калашников. У нас был Сиверов зампредседателя Госкомстата. То есть, медленно мы начинаем занимать посты…

В. Ворсобин:

- Я просто со стороны избирателей на это смотрю. Они за Сипягина голосовали, они на него, возможно, надеялись. А человек просто помахал ручкой и ушел. И сейчас вот вы говорите по поводу этого нового проекта по губернаторам - там же тоже странная история. Получается, теперь губернаторы имеют право бессрочно оставаться на своих местах? Как вы относитесь вот к этой детали?

В. Жириновский:

- По первой вашей позиции. Значит, всех выбирают, но у президента есть право любого губернатора в любое время отправить в отставку. Сперва была одна позиция - об утрате доверия. Сейчас добавили еще ряд оснований. Добавили ряд мер, когда не обязательно в отставку, а сперва предупреждение, выговор.

Второй момент. Почему убрали сроки? Объясняю. Нервотрепка. Каждый год выборы - то местные, то районные, то город, то Госдума, то губернатор, то мэр. Сколько можно страну держать в состоянии выборной лихорадки? Никто ж не работает. Все только и занимаются выборами. В любой момент можно убрать губернатора. А хорошо работает - три года, пять, семь, десять, пятнадцать. Потому что если работает хорошо. Здесь надо создать нормальные условия для работы губернатора. Не о выборах думать, а дороги строить, больницы, школы. Чтобы никто у тебя ничего не поджигал, никто нигде не стрелял. Чтобы было сухо, светло, тепло. А он о выборах думает.

В. Ворсобин:

- Но тут другая крайность получится. Я прекрасно знаю одного губернатора-тяжеловеса - Меркушкин из Саранска, потом Мордовия, потом Самарская область - и еще много таких было тяжеловесов, которые десятилетиями сидели на одном посту. Там такая коррупция расцветала! Там такое кумовство и кланы! И главное, что у этих людей были прекрасные отношения с Владимиром Путиным. То есть, кремлевскому чиновнику понравиться намного легче, чем своим избирателям, и они вполне себе существовали. Теперь в Мордовии работает следственная группа, сын Меркушкина сидит и, кстати говоря, если копаться во всех мафиозных кланах, которые и получаются из-за того, что бесконтрольно сидят они там десятилетиями, то возникает тяжелая картина. Мы снова возвращаемся к княжествам.

В. Жириновский:

- Значит, у ЛДПР другая позиция. Мы сторонники одного пятилетнего срока. Президент, губернатор, министр, депутат, сенатор. Избрали. Назначили. Пять лет - все, уходишь на другой пост. Поэтому вы меня не привязывайте к чужим законам. Это не наш закон - бессрочно быть губернатором или президентом. Наш закон - один срок. Пять лет. Для всех. Тогда будет больше демократии и меньше возможностей для коррупции и других злоупотреблений. Но я вам объяснял, почему Кремль такой закон внес. Потому что лихорадка по выборам утомила страну. Мы постоянно выборами занимаемся. Нам некогда заниматься сельским хозяйством, наукой, школой и т.д. Вот в этом плане они и решили поменьше выборов. Как контрольные в школе - опять в каждом классе контрольная, контрольная… что вы делаете? В стресс загоняете людей! ЕГЭ, ОГЭ…

В. Ворсобин:

- А, может, выборы отменить? Я имею в виду выборы губернаторов. Зачем они? Ну, уже в тягость Кремлю, народу тоже все равно. После Фургала они не хотят ни за кого голосовать, мне кажется, в России…

В. Жириновский:

- Объясняю позицию ЛДПР. Мы никогда не выступали за выборность губернаторов или мэров городов. Почему? Лишняя трата сил, здоровья и денег. Нигде в Европе никто не выбирал глав субъектов. Назовите страну, где выбирают? Только США, где-то в Латинской Америке, типа Боливия. И Пакистан.

В. Ворсобин:

- Мэров выбирают зато в Европе.

В. Жириновский:

- Назначать надо. Тогда не будет Меркушкиных. Я с вами согласен. Меркушин ссыпал все наши голоса в пользу «Единой России». Это же наглость! И у нас оставалось 5%, как на этих выборах. В Кремле его встречают, он улыбается, мы ж земляки, у меня мама урожденная Пензенской губернии - да ладно, я тебе на следующие выборы напишу ваше 15%. Он даже знает, сколько у ЛДПР! 15 в среднем по стране! Но он нам выставлял последние десятилетия - 5.

В. Ворсобин:

- Он так и говорил - напишу вам?

В. Жириновский:

- Так и сказал мне. Идет, улыбается, чуть ли не обнимается - да ладно, не расстраивайся, на следующих выборах я тебе напишу ваши 15%. Потом его убрали. Потом он ушел на другую работу. А сыновья - подлецы все. Воруют за спиной отца. А отцы потом отвечают. У Левченко сын в тюрьме. У Меркушкина сын в тюрьме. Это вот семейные отношения. Надо как-то делать так, чтобы никогда семья не участвовала в той работе, где находится отец.

В. Ворсобин:

- Вы сейчас серьезно? У вас сын вообще-то работает в том же бизнесе, что и вы. Уж простите…

В. Жириновский:

- Его нету.

В. Ворсобин:

- Как, он уже не депутат?

В. Жириновский:

- Не депутат.

В. Ворсобин:

- Но он работал достаточно долго, Владимир Вольфович.

В. Жириновский:

- Но это не бизнес. Он был депутатом и зампред Госдумы. Какой бизнес?

В. Ворсобин:

- Бизнес - это дело. Я же не в плане денег…

В. Жириновский:

- Вы правы, я выступал с проектом закона запретить родственникам работать в одном трудовом коллективе. Близко не должно быть. Я выступал - не проходит закон. Поэтому ваши вопросы совершенно правильные, я учу Власова - талантливейший журналист. Но я объясняю позицию власти, а не свою. И заранее говорю - мы, ЛДПР, имеем другой подход. Вот Ельцин свою дочь устроил советником президента по имиджу. Зачем ты эту дуру ввел туда? Она ж нашептала президенту убрать - Сосковец, Коржаков и там председатель КГБ. Она. Переворот совершила летом 1996 года. Зачем? Близко не должно быть детей там, где работает отец или мать.

В. Ворсобин:

- Согласен. Владимир Вольфович, вот сейчас у нас новостная лента переполнена всякими странными убийствами. То солдаты-срочники очень странно друг за другом умирают в Тагильской ракетной дивизии. Один якобы заблудился и почему-то забрался на высоковольтную вышку и там его ударило током. Второй застрелился буквально через полчаса. Вот подросток зарезал родителей - они не давали ему играть в компьютер. В пермском вузе парень расстрелял восемь студентов. У нас осенью какое-то обострение в народе. Что это?

В. Жириновский:

- Ну, это, во-первых, связано с переходным периодом от одной системы политической - резко переходим к другой. Это такой стресс, который очень вредно влияет. Это вот сейчас произошло. А я вспоминаю 30 лет назад. Мальчишка просил - купите компьютер. Они - нет у нас сейчас денег. Нет? Ну, вы подороже заплатите - встал на окно и выбросился. Парень разбился, потому что родители отказали ему купить компьютер. Я рос в советское время, там мечтали о джинсах… А вот сейчас - очень дорогие гаджеты. И вот когда мальчишке запретили играть там во что-то, он зарезал обоих родителей. Ну, что это такое? Это неправильная позиция родителей. Они заставляют есть подростков. Ну, он проголодается - поест - чего вы давите на него? Хочет играть - пусть играет. Не хочет спать - пусть полусонный встанет утром и пойдет в школу. То есть, родители давят. Их никто не учил, как воспитывать наших детей. Как вот и мальчишка, который обмочился в классе. Она, женщина, исходила из своей физиологии. Женщины более терпеливы, у них другое строение мочевого пузыря. Мальчика нельзя держать. А она этого не понимает…

В. Ворсобин:

- Да, школьная учительница не пустила ребенка в туалет и он обмочился прямо с классе.

В. Жириновский:

- Ну, так же нельзя. Не хватает предмета «Основы психологического воспитания». Нужно объяснить, чем отличается мальчик от девочки, мужчина от женщины. То же самое в армии. Я уверен, там была ослаблена воспитательная работа. И Картаполов, по-моему, уже ушел с начальника политического управления и сейчас стал депутатом. Я просился его офицерам объяснить, как бывший офицер политуправления Закавказского военного округа, я там служил, офицеры многие не знают, что такое армия… Но он так и не дал мне возможности выступить даже перед офицерами. Надо в казармы допустить педагогов психологов, потому что я уверен, что раз в год где-то солдат продолжает кончать жизнь самоубийством. Это везде, во всем мире. Но мы должны своей армией заниматься. Это очень печально, что люди идут служить в армию, а потом мы получаем их в гробах. А тем более вот эта дурацкая вещь, когда надышался мальчишка в Петербурге. Ну, что это такое?

В. Ворсобин:

- Это жизнь. Это всегда происходило. Я думаю, что мы не сможем это контролировать. Единственное, что есть два варианта. Первый вариант - сломать детям психику всякими запретами и выкидыванием компьютеров и т.д. А второй - смириться с этим и самим показывать им, что в компьютере можно найти интересные вещи. Можно учиться с помощью компьютера, можно изучать мир с помощью компьютера. Может быть, мы слишком устарели для наших детей? Мы просто их не понимаем?

В. Жириновский:

- Здесь нужно беседы проводить. Вот если у кого-то с детьми что-то не так, пожалуйста, приводите их ко мне в Госдуму или в нашу приемную - Луков, 9 - там молодежный центр. Или еще в другие. Я приеду, проведу беседу. Я вас уверяю, ваши дети прекратят слишком долго играть с компьютером. Нужен внешний воспитатель. От родителей они устают. Ваш авторитет уже не действует. Нужен посторонний человек, желательно, известный человек. Вот я иду по улице - меня видят люди и улыбаются. Поворачиваются, просят селфи…

В. Ворсобин:

- То есть, вы хотите предложить людям, что они повели к вам лично в приемную своих детей и вы будете с ними работать?

В. Жириновский:

- Да. Соберем сразу сто человек, двести, триста, четыреста - я проведу беседу и резко понизится у них желание играть или дышать какими-то там газом… Объяснить надо. Приведу пример. Допустим, Петя, вот ты сидишь за компьютером уже 4 часа. Показать тебе, как искривился твой позвоночник? Ты не замечаешь этого, но через несколько лет ты будешь ходить согнувшись. Ты можешь понять, что ты будешь выглядеть отвратительно? Ты не ешь - но твой организм нуждается в питании. Ты его делаешь голодным, ты практически убиваешь сам себя. То есть, надо объяснить, чтобы он понял, что это ущерб его здоровью. А когда папа говорит - прекрати играть в компьютер, учительница говорит - потом пойдешь в туалет - это вызывает у них агрессию. Надо объяснить.

В. Ворсобин:

- Вы сегодня очень чадолюбивый политик, Владимир Вольфович. Послушайте тогда собственное изречение буквально недавнее. Мой политический совет - один ребенок в семье. И ни в каждой. Рожать детей - это очень тяжело. Вы потребовали заставлять женщину рожать много детей… Это серьезно?

В. Жириновский:

- С точки зрения социологии, нужна семья с тремя детьми, потому что пенсионеру платить нормальную пенсию можно только тогда, когда двое работают. Трое работают. А если работает один - то у нас не будет хватать денег на пенсию. Это вот одна проблема.

Вторая проблема. Если мы рожаем много детей - это хорошо. А сколько их находится в заключении? Потому что не получили нормального воспитания. А здоровье у них у всех хорошее? А разве женщина сегодня при этой экологии может спокойно рожать много детей? Вы посмотрите, сколько объявлений - больной, больной, умирает, давайте деньги на лекарства. Когда в перспективе все-таки уровень культуры повысится до такого положения, чтобы рожать могли бы только самые здоровые женщины, чтобы она получила консультацию глубокую и ей сказали бы - вы можете родить, но желательно одного ребенка… Сколько матерей бросают детей?! Они не хотели детей, они сами еще не погуляли, они сами хотят ходить в театры, в музеи… а она сидит дома - пеленки и горшки. Каково ей? Потом они спиваются…

В. Ворсобин:

- А что вы предлагаете? То есть, если человек не очень здоров, но хочет иметь детей - и что дальше?

В. Жириновский:

- Объяснить ему, что он сам сейчас мучается, на лекарства не хватает, потом так же дети его будут мучиться. Всю жизнь справки, всю жизнь ждать помощи, пособия. Разве это счастливая жизнь? Приведу пример. Я работал в организации, называлась она инюрколлегия. Главный бухгалтер ко мне хорошо относилась. Дочь Лена больная была. И что происходит? Умерла в 32 года. В это время ее отец завел другую семью. И там здоровый ребенок. И сейчас вся семья погибла. И мама умерла, и он, и второй семье никакого счастья. Все разрушили. Потому что мы разрешили ей родить больного ребенка.

В. Ворсобин:

- Подождите? Разрешили? Это право женщины. Мы не можем разрешать или не разрешать.

В. Жириновский:

- Пожалуйста, я не оспариваю право, я имею в виду - объясните, расскажите им. Простой пример. У меня старшая сестра, Вера, ей объяснили, когда была вторая беременность - мальчик будет и больной. Выбирайте - рожать или искусственное прерывание. Она второе выбрала. И спокойно прожила со своей дочерью и нет проблем. То есть, я не говорю - запрещать или разрешать. Но объясните им, что с больным ребенком одни проблемы будут… Конечно, это право женщины. Но государство должно объяснять, разъяснять, тогда проблемы будут сняты. На Европу посмотрите. Там сколько детей в семье? Один или ни одного. Или безбрачие, или бездетность…

В. Ворсобин:

- А у нас государственная политика другая. Кремлевская политика - рожайте больше, мы вам заплатим материнский капитал.

В. Жириновский:

- Правильно. Потому что из-за революций вот такие как Рашкин, выходившие на улицу 120 лет назад, страна сгорела. Потом демократы - страна сгорела. И у нас не хватает населения. Единственная в мире страна, где уменьшается население. 700 тысяч в год. А везде прибавляется. Турция. Было 17 миллионов, сейчас 80. В четыре раза увеличилось население! А мы? При царе 150, и сейчас 150.

В. Ворсобин:

- Я запутался. Кто прав? Вы или Кремль?

В. Жириновский:

- Не хватает мужчин. Единственная в мире страна - на 13 миллионов женщин больше, чем мужчин. Из этого исходить надо.

В. Ворсобин:

- Вы Кремль защищаете и свою позицию говорите - я не понимаю…

В. Жириновский:

- Я защищаю позицию ЛДПР.

В. Ворсобин:

- Вы и Кремль защищаете, и себя.

В. Жириновский:

- Я начал при Горбачеве, потом Ельцин, потом Путин, потом Медведев. Снова Путин. При чем здесь Кремль? Это позиция ЛДПР. Дюпин вам в понедельник пришлет брошюру «Рожать». Там изложена вся программа по демографии. И при мне Медведев-президент отдает министру здравоохранения - примите к сведению, что-то делайте. Помогайте. Ничего не делает Минздрав.

Да, вот еще, заканчивая эту тему про детей. Мы своей программой хотим спасти как раз детей. Чтобы женщина, если забеременела, не делала аборта. Но она ребенка не хочет и мы ей говорим - давай в специальный санаторий, доносишь ребенка, государство заберет ее и тебе первый семейный капитал - 500 тысяч. Вот программа ЛДПР. Я не говорю, чтобы меньше рожали. Я говорю о том, чтобы меньше в канализацию спускали детей. Здоровая мать может родить здорового ребенка, но она делает аборт. Поэтому наша программа - все силы бросить, чтобы сократить число абортов. Не 3 миллиона в год хотя бы, а два. Поэтому на каждый год мы бы на один миллион увеличивали население, а не уменьшали.

В. Ворсобин:

- Да, у нас сейчас дата. Сейчас годовщина черного октября. Это был расстрел Белого дома 28 лет назад. Как сейчас это выглядит? Многие политологи называют это расстрелом демократии. Что именно в этот момент демократия умерла в России и началась уже автократия, расцвет которой мы сейчас наблюдаем. Как вы считаете?

В. Жириновский:

- Вот опять, позиция ЛДПР самая правильная. Левые - кровь пустить, защитить парламент. Правые - Кремль, Гайдар и другие - подавить. Вот здесь ЛДПР встала - с кем быть? Танки на парламент или расстреливать всех, кто будет приближаться к парламенту. А мы говорим - нет, бросьте оружие. Вот вы говорите фальсификация выборов… а сколько расстреляли людей у Белого дома? 300-400. Ложь 4000 было убито. Баржами везли по Москва-реке. Рядом стадион юных пионеров, туда закапывали людей. Чего у нас ходят поисковики в Карелии? Вы идите на стадион юных пионеров, раскопайте все могилы. Это был страшный октябрь.

Если взять политологически, как это делает академик Воронин, то это называется уничтожение последнего, самого демократического советского парламента. Все. Вот 4 октября была поставлена точка. Советская власть закончилась. Не в 1991 году, когда красный флаг опустили. Флаг любого цвета можно поднять и опустить. А 4 октября, когда танками впервые в истории человечества, даже Гитлер не додумался, а демократ Ельцин отдает приказ, а майор Евдокимов со своими танкистами расстреляли самый демократический парламент. Они формировали правительство, они могли отправить президента в отставку, они отвергали его законы. То есть, более демократического парламента в истории Советского Союза и России не было. И он был уничтожен. Кем? Демократами. Это тяжелейшая дата - 4 октября. Ко мне приехали ребята, из Приднестровья, в камуфляже такие - что делать? Мы приехали защищать. Может быть, у них было желание, чтобы я их возглавил. Но я говорю - ребята, сами думайте. Я не советую. Неизвестно, чем закончится для вас. Они ушли и больше никогда мы их не увидели. Я решил поехать. Я еду со своей командой, на машине. Москва-река, набережная. Патруль стоит. Подполковник, автоматчики. Остановили. Куда едете? В Белый дом. Я представился, я уже два года был кандидат в президенты, и в партии, все известно. Нет, не пропущу. Почему? В любой момент он мог дать команду огонь и никто бы меня не смог потом спасти. Была жесткая линия на уничтожение. Поэтому я развернул машину и мы уехали. То есть, это были страшные дни. Но Зюганов-то пришел в Белый дом днем, распахнул свой плащ, а там крест-накрест ленты с патронами, как в революцию… Руцкой вызывал авиацию бомбить Кремль. То есть, они обманули защитников Белого дома. И Руцкой оружия не раздал, и ни один автомат, выданный в Белый дом, не стрелял. И Зюганов, наоборот, позвали его в Кремль и он выступает по телевидению и просит - не выходите на улицу, ничего не делайте. А Гайдар выступает по телевидению и зовет - все москвичи, демократы, выступим в защиту демократии. Ахеджакова орет - задушить гадину! |Явлинский там тоже демократ подвизался. Только ЛДПР заняла правильную позицию. Какую? Как по Хабаровску. Мы не вывели Хабаровск на улицу, чтобы не было крови! Нужно живых защищать, а не хоронить мертвых!

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, вы старожил Госдумы и вы наверняка лучше всех прочувствовали. Чем изменилась Госдума после расстрела этого парламента? Что в парламенте изменилось? Какой он стал? Почему мы называем тот расстрельный парламент свободным? А тогда как назвать нынешнюю Госдуму?

В. Жириновский:

- В первый парламент прошло 12 партий. Всех мастей. Все были там. По партийным спискам выигрывает ЛДПР. По округам специально не указывали партийную принадлежность, мы привели только 5 кандидатов в депутаты, всего была фракция - 64 - самая многочисленная. Значит, это был самый демократический парламент. Не переставая гудел микрофон, все вопросы поднимали. ВГТРК уже было, каждую субботу приходила камера и была передачи - «Трибуна фракций». 15 минут. Я говорил и все это шло в эфир. Никто даже близко не прикасался. Потом стало все это сужаться, коммунисты пришли в бОльшем объеме к власти - выборы 1995 года. 1999 год - импичмент. Стали все везде заворачивать гайки и мы перешли в консервативную фазу существования нашего государства. И сегодня у нас очень большая критика правительства, министров. Вы все это не показываете, в интернете все есть. Покажите, как я жестко критиковал всех. Самые такие жесткие ярлыки вешал на них на всех. Сколько раз я говорил - «Единая Россия», вы доведете страну, все люди выйдут! Никакая Росгвардия вас не спасет! Что я сказал в июле 2020 года? Вы во что превращаете страну, заламываете руки губернаторам? Что, воронки скоро пойдут с утра по всем квартирам? И они пошли через год… не в августе 20-го, а в августа 21-го, в сентябре. Уже жалуются демократы, что утром полицейские к ним стучат. В том числе, тех, кого Рашкин вывел на улицу. Кого он привел на Пушкинскую площадь, все будут сидеть. Всем биография закрыта. Зачем это делает Рашкин? Лимонов это делал. Умер уже. Рашкин умрет. Так нельзя издеваться над людьми!

В. Ворсобин:

- Так нельзя издеваться над Конституцией! Люди могут выйти на мирный протест. Она нам это декларирует. И то, что власти нарушают Конституцию и таким образом уродуют судьбы людей - это не вина тех людей, которые вышли. Это даже не вина Рашкина. Это вина той системы, которая ввела в России полицейский режим.

В. Жириновский:

- Мы тоже так сделали. Депутат Власов выходит к памятнику Маркса и якобы встречается с избирателями - это была политическая акция. Подъезжает воронок и всех забирают. Мы так же делаем. Только вы, пресса, этого не замечаете. А когда Рашкин выходит, вы кричите во все трубы. Я с вами согласен - право выхода, шествия, слова… Вот рядом с нами Колонный зал. Я говорю - ну, дайте по субботам с 12 до 12 - пусть люди приходят, выступают… Но власть не делает. А мы не власть, мы ее критикуем… Далее на уголке на уголке Парка Горького в глухой части леса парк Сокольники - туда никто не ходит… Театр имени Ермоловой - отдайте народу - рядом метро…

В. Ворсобин:

- Давайте все-таки вернемся к расстрелянному парламенту. Вот тот парламент до сих пор уважают. Особенно после расстрела. Почему такое отношение к сегодняшней думе у людей? Сейчас депутаты - комедийные фигуры, про них анекдоты рассказывают.

В. Жириновский:

- Депутаты нормальные у нас. Куда хуже есть депутаты за рубежом. Народ всегда чтит героев. Если бы тот парламент не расстреляли, то, возможно, к нему бы хуже относились. А вы вспомните тот парламент? Кто принял декларацию о независимости России 12 июня 1990 года? Этот парламент, который расстреляли. Зачем они начали разрушение страны с принятия документа, который начал расщеплять СССР? Это они, 11 депутатов коммунистов, других партий не было, проголосовали. Было решение, предложение Ельцина - одновременно весной 1994 года проводим выборы президента и парламента. Чего они не согласились? Никакой гражданской войны бы не было, никто никого бы не расстрелял. В апреле выборы и туда бы снова попала бы ЛДПР. Чего они боятся выборов, депутаты? А вы их приукрашиваете. Не надо их приукрашивать. Ельцин был плохой. Мы заставили его уйти в отставку. Ушел. Со слезами на глазах. Поэтому здесь никого приукрашивать не надо. И царские парламенты тоже все прошляпили. Боролись с царем…

В. Ворсобин:

- Да современную думу трудно как-то украсить, она не очень приглядная. Вообще все, что связано с думой - это какой-то вечный скандал и надувательство.

В. Жириновский:

- Да я разве призываю приукрашивать думу? Я говорю - не приукрашивайте тот Верховный Совет, который вы хвалите, что они такие хорошие были.

В. Ворсобин:

- Да, но по сравнению с той героически расстрелянной думой наша выглядит пока не очень. Возможно, этот созыв будет лучше, чем предыдущий, только на это стоит надеяться.

В. Жириновский:

- Посмотрим. Да. Согласен.

Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, CastBox, Google Podcasts и Apple Podcasts, ставьте оценки и пишите комментарии!