Владимир Жириновский: Равнодушие. Самый страшный бич, поразивший русское общество

Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели.
Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели

В. Ворсобин:

- У микрофона Владимир Ворсобини, конечно же, Владимир Вольфович Жириновский. Владимир Вольфович, здравствуйте.

В. Жириновский:

- Добрый день. Для кого-то добрый вечер, кто будет вечером нас слушать.

В. Ворсобин:

- Вообще день такой исторический. Сегодня стало известно, что главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов стал лауреатом Нобелевской премии мира. Вообще-то говоря такое случается с Россией раз в 20-30 лет. Вы как, переполнены радостью за нашего соотечественника?

В. Жириновский:

- Кому бы ни дали премию - это и звание, и деньги, и почет и уважение, - если он гражданин царской России, советской или сегодняшней, мы рады. Но мы видим тенденцию. Особенно в последние годы, лет 60 - там, в Нобелевском комитете, всегда стараются дать премию тем, у кого плохие отношения здесь, внутри страны, с властью. А иногда и с целой группой граждан. Вспомните - Пастернак, Солженицын и т.д. Вот в данном случае как бы дали ему, он человек неплохой, я его видел на различных тусовках, но вот материалы «Новой газеты» чаще всего отрицательные в отношении России, российского общества, про ЛДПР только плохое. Я в личном плане рад за него, но не рад за то, что он руководит этой газетой, основателем которой является Горбачев и банкир Лебедев. К фамилии Лебедев у меня особое отношение.

В. Ворсобин:

- Ну, давали эту премию Нобелевскую Пастернаку, Солженицыну - это люди талантливые, так скажем, а судьба таланта русского, что он всегда против власти. Вспомните. Лермонтов, Пушкин, Лев Николаевич Толстой. Вся литература 19 века, которая была вполне себе нобелевской. Если бы она тогда была, они бы получили свою Нобелевскую премию. В чем все-таки секрет? Почему талантливый человек в России идет против власти, как вы считаете?

В. Жириновский:

- Это черта характера. У нас любят оскорблять, нападать, давать отрицательные оценки. Почему? 300 лет монгольского ига. 300 лет русский народ мучился и с ненавистью смотрел на завоевателей. А потом были немцы, поляки, шведы. 1000 лет! Из них 700 лет русский человек воюет, сидит в тюрьме, болеет. И отсюда ненависть. Лучше всего выразить в отношении власти. Власть посылает на войну. Власть платит маленькую зарплату. Власть сажает в тюрьму. Поэтому автоматом вырастает интеллигенция, которая всячески порочит власть. Но из этого порочного круга надо выйти. Надо смириться и вам, гражданин Ворсобин, и всем коммунистам, Зюганову и так далее - смиритесь. Это наша страна. Хватит уже ее охаивать.

В. Ворсобин:

- Вы смирились уже?

В. Жириновский:

- Да все должны смириться, покориться и жить большой семьей. От Калининграда до Камчатки. И стараться помогать друг другу, добрее быть друг к другу, раздавать что-то лишнее, для всех людей. Не отбирать, не хапать, не нападать. Вот недавно в метро избили парня русского. За что избили? Он стал на защиту девушки, к которой три приезжих приставали, хамили и т.д. И так избили, что неизвестно, будет ли живой. Вот зачем они это делают? Идите в публичный дом и там получайте…

В. Ворсобин:

- Но это другая тема. Вы перескочили с темы свободы на драку в метро. Я хочу о другом поговорить. Левада-центр, новые исследования. Оказывается 45% опрошенных не доверяют результатам выборов.

В. Жириновский:

- А откуда у Левады-центра??? Причины? Давайте смотреть. Левада-центр дает факты, цифры. Я причину называю. 70 лет советской власти. Мы все ее ненавидели. На всех выборах 99,9%. 98,9%. Ненависть к выборам была. 70 лет мы их презирали, эти выборы, я на обороте бюллетеня писал - убирайтесь к черту, уходите, вы нам надоели. Почему никто не вышел защищать СССР, кроме ЛДПР?

В. Ворсобин:

- Подождите, выборы были нечестные, я считаю, чуть ли не большинство там разделилось, но 45% - это очень серьезно. Вы говорите, что выборы были нечестные. А вот буквально на днях вы ходили к президенту и вот сейчас опубликован документ, вы скажете, настоящий он или нет, будто бы вы сразу же после выборов попросили у Путина отдать здание, которое принадлежит Российской Академии наук вашему университету. Вот вы говорите, что выборы нечестные, вы критикуете власть, а потом спокойно идет к президенту, для того, чтобы вам дали какое-то имущество. Это как получается?

В. Жириновский:

- Давайте начнем с первого. Я сейчас говорил, что я выборы считаю нечестными? Вот у меня целая академии наук сидит. Вы чего мне голову морочите? За пять минут эфира я ни разу не сказал, что выборы были нечестные.

В. Ворсобин:

- Они были честные, по-вашему, да?

В. Жириновский:

- Ну, я ж не говорил, что они были нечестные. Я говорил, почему люди отрицательную оценку дают и выборам, и власти, и своему будущему? Потому что они истерзаны сотни лет - то монголы, то помещики, то война, то ГУЛАГ. А слова, что выборы были нечестные, я не произносил.

Второе. При чем здесь какое-то здание, какой-то вуз? Это какое отношение имеет? Какое отношение имеет к ЛДПР?

В. Ворсобин:

- Вы сразу после выборов идете к президенту, для того, чтобы попросить какой-то кусочек.

В. Жириновский:

- Кто вам это сказал? Кто вам сказал, что я у президента что-то просил? Вы, что, стояли и слушали?

В. Ворсобин:

- Неужели только у Мишустина просили? У меня документ, датированный 28 сентября - то есть, сразу же после выборов датированный, как вы обращаетесь к Мишустину. Буквально несколько дней назад вы были у президента. Ну неужели вы не просили у президента здание академии наук?

В. Жириновский:

- Ничего не просил. Абсолютно. Это раз. Второе. Никакой связи с выборами нету. С ЛДПР нету. У нас много вузов. Студентам надо где-то жить. И я много лет оказываю помощь всем вузам, которые ко мне обращались за помощью. В том числе, МГУ. В том числе, вузы на периферии. Чего вы все в одну кучу сваливаете? Поэтому никакой связи с выборами нету. Я имею право, учитывая просьбы студентов, преподавателей, ходатайствовать? Слушайте, Ворсобин: мы обсуждаем бюджет, я вношу поправку каждый год на сотни миллионов, а то и миллиардов… сейчас академики мне подскажут. За нашей с вами беседой следит большая группа академиков - Чернышов, Бычков, Горлов и Воронин. Так вот, посмотрите все бюджеты, мы попросим Чернышова, первого зама председателя комитета по образованию - каждый год ЛДПР требует увеличить финансирование образования и страна получает больше денег на образование. Вот это мы делаем для всей страны. Для всей страны мы просим убрать ЕГЭ. Это что, только для института мировых цивилизаций? Для всей страны. Поэтому я у президента ничего не просил, а помочь вузу, где негде размещать студентов и преподавателей, я это полное право имею.

В. Ворсобин:

- А о чем вы говорили с президентом? Это же был разговор тет-а-тет?

В. Жириновский:

- Так если тет-а-тет, какого черта я буду вам рассказывать? Ворсобин, из уважения к вам, к великой газете «Комсомольской правде» и друг Хабаровского края Сунгоркин Владимир Николаевич - сперва я вам напомню, что в 2019 году по просьбе ЛДПР мы МГУ добавили 400 миллионов. Чего это вас не волнует, Ворсобин? Посмотрите, сколько мы денег дали по всей стране!

Теперь по тому вопросу, который вы задали. Значит, естественно, прошли выборы, новая Дума, новые комитеты. Я выразил сожаление, что у нас пятый комитет забрали. Но логика такая. Раз Жигарев, бывший председатель комитета, не попал в Думу, то его комитет отошел в «Единую Россию». Но зато мы попросили, и я буду уверен в том, что так и будет, комиссию по государственному регулированию, связанной с политикой в области образования, Чернышов Борис Александрович, ответственный работник, замдиректора Рособрнадзора - вас чего это не волнует? Чего вы у него интервью не берете? Поэтому тут такая вещь, что как бы я ставлю все вопросы, касающиеся всей страны. Допустим, Средняя Азия меня волнует - я оттуда родом. Украина волнует. Кавказ волнует. Это все наработки, которые я давно давал, и в МИД давал, и в разные структуры, которые ведают внешней политикой. Я еще раз ставил вопрос о парламентском центре. Мы сидим в здании, непригодном для парламентского центра. Но уже готов проект, мы платим арендную плату. Две станции метро подвели под парламентский центр. Дорогу проложили. И уже должны были его открыть в 2019 году, а начать строительство в 2016-м. Пять депутатов умерли, находясь в несносных условиях…

В. Ворсобин:

- Хорошо. Я хочу снова по Путину. Как-то вы в одной из передач наших обмолвились, что у вас все-таки не самые лучшие отношения с Путиным. Вы это сказали сами. А в чем дело? Что имели в виду?

В. Жириновский:

- Давайте, вам говорю сегодня. Это открытие сделали вот академики - Воронин, Бычков, Горлов и Чернышов. В чем открытие наше? Вот выстраивается вертикаль власти и губернаторы. Наверное, правильно. Это подчиненные президенту губернаторы - их 85. В этом смысле можно быть согласным, потому что командующий губернаторами, а там чужие, с чужими взглядами, поэтому они постепенно, видимо, придут к тому, чтобы все губернаторы, а тем более после укрупнения территорий представляли одну команду - команду президента.

А теперь переходим в парламент. Здесь все партии, кроме ЛДПР, оказались в вертикали. Значит, партия власти, прокремлевская, «Единая Россия», никто не будет оспаривать, и президент не раз говорил, что он участвовал в создании этой партии. КПРФ - это же их общая альма-матер, она родила их всех, они все были членами КПСС. И я им завидовал. Я четыре раза пытался вступить. Но я критиковал, я был честный. А вы эту честность не оцениваете, как и некоторые…

В. Ворсобин:

- Я не о том спрашиваю…я вас спросил - у вас какие-то личные были проблемы в общении с президентом, вы мне это сказали, что у вас проблемы с президентом личного характера. Я думал, что личного. Видимо, нет, видимо, вы имели в виду, что у вас с ним есть какие-то чисто концептуальные политические…

В. Жириновский:

- Да. Вот смотрите, на первой же встрече с нами, с лидерами партии, президент сказал - пока я в Кремле, Ленина выносить не будем. Это кивок в чью сторону? КПРФ, «Единая Россия», губернаторы красные. А кивок в сторону ЛДПР? Он бы сказал - Владимир Вольфович, с 1 января такого-то года немедленная выдача паспортов всем русским на всей территории планеты. Во, это был бы кивок в сторону ЛДПР.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, вот одна из тем - это знаменитое журналистское расследование, когда были проанализированы счета сотен миллиардеров и выяснилось, что на оффшорах находятся деньги очень известных лиц. Причем, кремлевских. Это администрации президента, это Эрнст, кстати говоря, который, оказывается, скупил больше 30 кинотеатров в Москве по заниженной цен, если верить «ящику Пандоры». Кроме того, «Единая Россия» - та партия, которая призывает не прятать деньги за границей, вот очень много депутатов, которые действительно хранят деньги за границей, причем в оффшорах. Вот доверяете ли вы этому расследованию, которое затрагивает самых первых лиц? Там знакомые Путина, племянники Путина. Что это такое, как вы думаете?

В. Жириновский:

- Очень трудно выработать правильную точку зрения. Могут подтасовать. Вот я сейчас сижу с вами, дорогой товарищ Ворсобин, пламенный журналист замечательной радиостанции «КП» и сейчас на наше имя с вами где-нибудь откроют счета. В Женеве, в Лондоне, в Нью-Йорке и мы с вами в дураках будем. Всему миру покажут - а вот у Ворсобина там 15 миллионов долларов! А вот у Жириновского там какая-то дача или еще что-то. То есть, в этом плане опасность. Сегодня счет открывается запросто, даже ездить не надо. По электронной почте. На любое имя. Можно фамилию поменять. Кто-то возьмет имя - Владимир Вольфович Жириновский - и откроет на это имя черт знает что. Вот это опасно. Что мы не можем доподлинно знать - это его счет, это о нем идет речь?

Второе. Много лет ЛДПР в стенах Госдумы говорит - давайте установим полную тайну государственную всех банков в стране. Тогда люди дома оставят деньги, зачем их нести далеко? Хорошо. Другой вариант. Давайте Сахалин превратим в оффшорную зону. Давайте Калининград. Чтобы на территории России. И опять никакой никому информации. Ведь если мы хотим пресечь коррупцию, то мы можем, следователи, когда найдут какие-то криминальные схемы, то начинайте вскрывать, и имущество искать, и деньги искать…

В. Ворсобин:

- Но вот вы говорите, что можно приписать… Но это не просто обозначение человека и что вот он чем-то владеет. Это конкретный документ. Более того. Хозяева вот этих счетов, которые объявлены, они не спешат говорить, что это не так. Более того, Эрнст заявил, что да, было дело. В 2014 году ему продали 36 носимых кинотеатров, которые стоили по 21 миллиард, а он купил за 7-8 миллиардов. Но он взял все законно. И подобные заявления делают все участники вот этого списка. Что мы видим? Мы видим, что власть, с одной стороны, заявляет о том, что от оффшоров надо избавляться, с другой стороны, члены самой власти - Кремля, администрации президента - спокойно это делают. Как бы говорят народу одно, а денежки прячут по старинке. Может, надо законодательно это как-то подкрутить?

В. Жириновский:

- Отвечаю. При советской власти это было невозможно. У людей была зарплата. Максимум в конвертах давали при Сталине, потом чего-то Брежнев дополнительные пайки. Тесть получал у меня, я пользовался. Но люди не захотели жить, когда сплошные ограничения. Я на всю жизнь запомню - у меня зарплата 160 - 16 тысяч - рублей, надбавку можно было сделать, в штатном расписании была позиция - 500 рублей максимум. Я два года упрашивал профкомы, парткомы, чтобы у меня было 16500. Да пошли вы к черту с вашим социализмом. Если я буду всю свою жизнь тратить, чтобы получить эту маленькую надбавку в 500 рублей! Что я на нее сделаю? Поэтому мы жили в обществе, когда ничего нельзя. Я купил две дубленки. Сперва одну, потом другую. У меня были чеки межпосылторга, я работал с клиентами. Так на работе мой товарищ по работе увидел дубленку - у, какая у тебя дубленка! Я через две недели другую одел. О, у тебя вторая дубленка? Ну, что это за общество? Поднимаюсь по лестнице, бухгалтер сзади идет - о, у тебя ботинки из «Березки»? Действительно, в основном красивая обувь была в «Березке».

В. Ворсобин:

- А вы не видите, что у нас люди живут плохо? Они смотрят телевизор, где щеголяют… а люди получают по 15-20 тысяч рублей. И вы говорите о том, что их народные избранники должны жить в 500, в 1000 раз лучше них? По-моему, это несправедливо.

В. Жириновский:

- Разве я так сказал? Чего вы меня искажаете уже второй год? Я объясняю, что при социализме это было невозможно. Но когда мы сами поломали социализм и дали свободный доступ к большим деньгам, люди действительно стали много покупать, по-другому одеваться, другие квартиры. Но надо помочь тем, у кого такой возможности нету. Если бы наш царский капитализм остался нетронутым, сегодня у нас был бы сплошной средний класс. Все бы жили в 2-3-комнатных квартирах. Хорошо одевались, питались, отдыхали. Но если мы сожгли дважды страну - чего вы об этом не говорите? Сожгли коммунисты, они мою бабушку на Соловки, отца в Сибирь. Это кто сделал? Как жить нам было в таких условиях, когда мы все лишены прав. Моя мама идет по Рузаевке и плачет - школьников собрали в театры, принимать в пионеры, и говорят - Саша Макарова, а ты выйди из зала, ты дочь лишенцев, лишенных избирательных прав. В 1936 году Сталин дал всем права. Вы чего издевались над нами? Миллионы людей были лишены прав. Миллионы в ГУЛАГе. Поэтому, когда устроили такой банкет - возврат к капитализму, конечно, они стали несказанно богатыми. Но я же не за это выступаю. Я объясняю, что люди голодные сто лет дорвались до больших денег и гуляют. Но надо думать о тех, кто у нас живет плохо. И ЛДПР за это. И все лозунги нашей кампании были - мы за бедных…

В. Ворсобин:

- Мы их все наизусть знаем. Но самое удивительное - заявление Пескова. Он сказал, что да, он видел это расследование и ничего не видит в этом предосудительного и никаких расследований он затевать не будет. Они не будут проверять информацию. Это самое убийственное. То есть, показывают - смотрите, сколько денег находятся - и не факт, что они задекларированы - у наших чиновников, депутатов… там у Чемезова, по-моему, падчерица имеет яхту где-то в сотни миллионов долларов, которая находится у Виргинских островов, а Кремль говорит - нет, мы это проверять не будем.

В. Жириновский:

- Согласен с вами. Надо какой-то простой налог. Вот мы уже буквально в ближайшие месяцы, я слышал, Власов, первый замруководителя фракции, внесем еще раз закон о введении налога на роскошь и на сверхдоходы. Вот у тебя миллиард? 800 миллионов в казну. У тебя останется 200. У тебя 100 миллиардов? Значит, 80 миллиардов в казну. Везде за рубежом есть налог на сверхдоходы. А у нас нет. Мы попробуем внести. Когда откажут, в очередной передаче я вам скажу - вот закон, голосовали, большинства не набрал. Поэтому надо регулировать. Я согласен. Я им предлагал простой вариант. Соберите 100 человек в Кремле и скажите - ребята, оставьте себе по 10 миллионов на хлеб с маслом, а все остальное - в центральный банк. И у нас тогда по всей стране дома, дороги, больницы, поликлиники, дешевая одежда, обувь. Давайте так сделаем. ЛДПР-то предлагает. Зюганов этого не предлагает.

В. Ворсобин:

- Но это левая совершенно идея. Экспроприация - это затея коммунистов обычно, большевиков.

В. Жириновский:

- Я не в смысле экспроприации. А попросить. В порядке исключения. В связи с тем, что в эпоху разнузданного перехода от социализма к коммунизму была допущена провокация, преступление. Когда лучшие заводы страны за копейки отдали тем, кто вообще недостоин жить в нашей стране. Это же можно вернуть? Это был 1996 год. Вернем все заводы - они дают огромную прибыль. Лисин во главе Липецкого металлургического завода. Стреляет по тарелочкам под Москвой. Кто он такой? Он, что, выплавляет сталь? Мордашев - Череповецкий металлургический завод. И так по всей стране. Потанин. Их 100 человек. Они что делали? Ну, пусть отчитаются. Они где когда хотя бы лопату держали в руках? Они ж ничего не делали. Поэтому одноразово попросить сдать нечестно накопленные деньги в казну. Успокоить страну.

В. Ворсобин:

- А если откажутся?

В. Жириновский:

- Как они откажутся? Вот я президент. Я позвал 100 человек. И говорю - Бортников, Александр Васильевич, арестуйте всех членов семей их. И говорю - ребята, вот у вас время есть до пяти часов вечера - все деньги перевести, кроме 10 миллионов рублей, в центральный банк, в том числе, за рубежом. Кто-то скажет - мне надо подумать. Пожалуйста, в Лефортово, в вип-камеру, подумай там, как додумаешься, мы тебя привезем.

В. Ворсобин:

- Зюганов рыдает сейчас…

В. Жириновский:

- Казнить не надо. Но жестко поставить вопрос и сказать. Вот Березовский - мотал туда-сюда, всех подкупал. Ведь он же наверняка не умер, он где-то сидит и смеется над нами, купив целый остров. Тот же самый Гусинский бегает везде с баскетбольными командами. Кем он был при советской власти? Контрамарками торговал в Ленкоме. Все. А теперь миллиардеры они! Березовский - младший научный сотрудник института математики. 80 рублей зарплата. Я все это знаю, все на моих глазах. Элита жила скромно. Я приезжал на их дачи - трехкомнатный деревянный домик. Я приезжал в их квартиры - трехкомнатная квартира. Я видел их холодильник. Ветчина получше, колбаска получше, ананас, может быть, раз в год. На отдых за границу - только они. Но они не шиковали. Им такой возможности не давали. Но ограничения всем надоели. Квартира одна, машина одна, ну, квартиру 20 лет ждать… Ну, сколько можно? В баню очередь два часа. Это что за жизнь?

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, я вот нахожусь в Армении и прямо отсюда очень хорошо было слышно, как вы заявили во время телевизионного какого-то эфира, обращаясь к главному редактору Маргарите Симоньян. «И вы, армяне, получите и Арарат, и Карс, и Эрдоган, если будет жесткий режим, как при царе. Как при демократах, при Ельцине, у вас и Ереван скоро заберут» и т.д. И вот мне сразу стало любопытно. На самом деле, армяне здесь здорово заинтересовались - а каким образом вы подарите им Арарат?

В. Жириновский:

- Объясняю. Эрдоган и кто его заменит, у них это идея фикс - воссоздать хотя бы частично Османскую республику. Империя не получится. И везде есть турки. Азербайджанцы, где-то там крымские татары, гагаузы в Молдавии, туркмены. Туркмен даже называется - турк мен. Турок. При мне первый президент Туркменистана сабантуй устроил и говорит - мы один народ, но два государства. По-русски говорил, потому что уважал и Россию, и русских, и меня, как представителя России. Это действительно один народ. У них язык ближе, чем у нас сербский, болгарский, польский и т.д. Поэтому у турок очень слабая точка. Во-первых, никогда никакого Турана не будет. Это очень дорого. Все хотят независимости. Скорее всего, они будут делиться пополам, на три, четыре части. Но армянская кость в горле турецкого волка она его погубит. Потому что на стороне Армении вся Европа. Франция, все они будут требовать, чтобы вернуть земли западной Армении действующей и восточной Армении. А это как раз Арарат и ближайшие города. Не только Карс, Эрдоган, но и Самсун, и Тробзон.

В. Ворсобин:

- Но это война. Без войны турки не отдадут. А турецкая армия очень сильная. И потом, как воевать? Армяне сами не потянут. Вы предлагаете что по сути? Вы хотите, чтобы армяне поверили, что сейчас придет российская армия, которая вступит в войну с турками за гору Арарат?

В. Жириновский:

- Ворсобин, откуда у вас знания про турецкую армию? Я 50 лет ее изучаю. Вы ни одного дня не видели турецкого солдата. Вы знаете, где расположена третья турецкая полевая армия? Где вторая? Где первая? Где четвертая? Кто ими командует? Где победы турецкой армии за последние сто лет? Одни проигрыши. Она никогда не побеждала, турецкая армия. Побеждали русские. Поэтому здесь не надо говорить - сильная армия. Какая сильная армия? Здесь вопрос другой. Что никто не собирается гнать русских солдат освобождать чьи-то земли. Но армяне, воодушевленные, они из Туапсе, из Сочи все поедут освобождать земли западной Армении. Краснодарский край. Отовсюду. Их наберется 2-3 миллиона таких, которые с большим энтузиазмом готовы будут биться насмерть за родные армянские земли. Но просто так это не будет. Это будет особая ситуация, когда Турция будет в процессе распада. Восстанет курдский народ, 40 миллионов! Он живет на своей земле. Американцы поставляют оружие. Мы поставляли оружие. И курды восстанут. Им другие деньги дадут. Другие страны дадут деньги. А болгары будут ждать, пока турки отуречат Болгарию? Греки будут ждать? Северная Греция уже захвачена турками. Северный Кипр захвачен. Измир захвачен…

В. Ворсобин:

- Чувствую, что вас пригласят скоро в турецкое посольство. Вы где-то на грани. Или уже перешли грань.

В. Жириновский:

- Я об этом говорю 50 лет, Ворсобин. У вас только сейчас горлышко прорезалось. И глазики. Вы все воробушки по сравнению со мной. Меня любит вся Турция! Они все в восторге от меня! Вы спросите у турок, кого они знают из России? Путин. Второй - Жириновский. Во Франции спросите, в Америке. Зюганова знают? Нет. Миронова знают? Нет. Меня знает весь мир. Поэтому я у вас, как кость в горле.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, действительно, вас все знают. И особенно вас хорошо знают южноазиатские республики, по которым я езжу. Но они знают вас, как большого разжигателя, большого раздражителя. Вас там не любят, мягко говоря, потому что вы все время их обижаете. Или какую-нибудь территорию хотите у них отрезать, или войну какую-нибудь устроить. Или просто их оскорбляете. Особенно грузины от вас натерпелись. Поэтому ваша популярность сомнительна, я бы не стал ею гордиться.

В. Жириновский:

- Заблуждаетесь. Человек, способный дать прогноз на 10, 15, 20, 40, 50 лет, это гениальный человек. Ваш Ленин сдох в 54 года, он не мог дать прогноз на три года. Военный коммунизм провалился. Продразверстка провалилась. Продналог провалился. Начался нэп, гражданская война, репрессии. Вот ваш Ленин великий, вы ему памятники поставили на каждой улице. А мне ни одного памятника нет. И не надо. То есть, не надо так говорить. Я даю прогноз. Я дал его 30 лет назад и все случилось. И наша армия стоит в Сирии. Стоит в Закавказье. Стоит в Средней Азии. Кто ее туда поставил? Новое русское правительство. Не царское, не советское. Кто об этом говорил? Я говорил об этом.

В. Ворсобин:

- Только сомнение - зачем? Ну, в принципе, как прогноз, действительно верен.

Перейдем к другой теме. В Минске арестован журналист «Комсомолки». Очень больная для нашей редакции история. Давно у нас никого не арестовывали и вот, пожалуйста, журналист «Комсомольской правды», написавший небольшую заметку с комментарием одноклассницы парня, застрелившего, правда, сотрудника КГБ… и вот человек, который написал комментарий, просто взял интервью это, его похитили из России. Его законопатили в тюрьму. Владимир Вольфович, что происходит? Чтобы из-за одной маленькой заметки арестовывать журналиста? Даже вы, мне кажется, с вашей фантазией, мне кажется, вы должны быть поражены.

В. Жириновский:

- Конечно, нежелательно это делать. Если там не было никаких оскорблений, просто информация, что он хорошо учился, был спокойный человек… Но вам всем журналистам хочу дать совет. Обострилась обстановка, погиб офицер КГБ и говорить, какой хороший бандит, убийца, этого офицера КГБ? Зачем вы в это лезете? Вы бы дали информацию - убит. Все. Кто убил. Все. Ну, потерпите неделю, две. Нет, скорее, вы бежите…

В. Ворсобин:

- У нас работа такая. Нам нужно скорее, быстрее. Мы оперативные работники. Мы не можем ждать две недели.

В. Жириновский:

- Я согласен. Тогда готовьтесь к наручникам, к камерам, к болезням, к приговорам. Вы помните, Юлиус Фучик, «Репортаж с петлей на шее»? Я согласен с вами, вы готовы умереть за свободу слова. Тогда зачем возмущаться? Вы понимаете, что, каково офицерам КГБ, когда их убивают просто так, а там товарищ объясняет - да он хороший был, да он читал классику… Ну, это же неприятно.

В. Ворсобин:

- Ну, вы понимаете логику власти, получается? То есть, власть действительно должна похищать журналистов из-за одного сказанного слова? Сажать их?

В. Жириновский:

- Я так не говорил. Вы искажаете меня. Я объясняю логику действий, логику реакции. Что, если я служил бы в какой-то части КГБ и убили моего товарища, а где-то в газете выходит заметка, восхваляющая убийцу, конечно, это вызывает возмущение. А сослуживцам каково?

В. Ворсобин:

- Есть суд, пожалуйста, это все в законном поле. Но сажать по уголовному делу?! Это даже не твои слова, а ты передал чужие слова! Причем, одноклассницы, которая сказала, что в прошлом он был хорошим человеком. Ну, Владимир Вольфович, у вас нет моральных оценок - вы не говорите, что такое хорошо, что такое плохо, вы все время говорите о целесообразности. Мы живем в этой целесообразности и среди этого дерьма мы живем, потому что дерьмо целесообразно. Вот по вашей логике так.

В. Жириновский:

- Нет. Я повторяю еще раз. Давайте думать друг о друге. Ведь слово может очень больно отразиться. Любое слово. Поэтому почему мы так торопимся всегда? Вот смотрите. «Комсомольская правда» - хорошая радиостанция, но ваш Мардан и многие из вас практически легализовали слова, которые при советской власти никогда не произносились ни по одной радиостанции. Жопа, говно. Ну, что это такое? Засрались. Ну, разве можно? Это шпана даже не говорит где-нибудь на улице. Запрещаю Мардану эти слова употреблять! Вам запрещаю. И требую, чтобы Сунгоркин провел собрание всего коллектива. Я приеду и расскажу вам, каким должен быть хороший русский язык при изложении материала…

В. Ворсобин:

- Правила поведения от Жириновского. Круто. Хорошая передача была бы.

Владимир Вольфович, вот такая страшная, просто эсэсовская история произошла в Саратове. Судя по видео, которое появилось в Сети, это как будто концлагерь. Пытки, изнасилования. Просто ужас. Сейчас туда едет комиссия, там начинаются аресты. Но, судя по всему, что там 40 гигабайт записи, это касается не только Саратова, по-моему, это касается всей системы ФСИН России. Почему в 21 веке мы смотрим такие страшные кадры, Владимир Вольфович? Что с нами?

В. Жириновский:

- Вот это проблема всего человечества. Вы помните тюрьму в Ираке? Или Гуантанамо? А помните, в Казани пытали задержанного? Это страшно. Отвратительно. И вот совсем свежий вариант - Саратов. Проблема в том, кто идет на работу в федеральную службу исполнения наказания. Власов пойдет туда? Пойдет туда Горлов, Бычков, Никулин? Это вопрос кадровый. Где взять нормальных, спокойных, честных, чистых? Туда идут те, которые хотят отомстить. Слава богу, камеры поставили. А сколько этих пыток, просто издевательств, просто физическое насилие происходило по всему миру, по всей стране. Люди боятся в тюрьму идти. Потому что не приговора суда они боятся, а что там будут над ними издеваться. Это же очень страшно. Потом оттуда выходят ребята с однополой ориентацией. Потом их всю жизнь еще обвиняют - вот, у вас какие-то взгляды не те. Да его изуродовали в тюрьме, в камере, когда ему было 17 лет. И навсегда нервную и половую систему, реакцию, все изуродовали. Это ж отсюда идет-то. И в армии так же происходит. Все эти походы, подводные лодки - 6 месяцев не могут выйти наверх. Но самое страшное - это возможности федеральной службы исполнения наказания - оставаться ночью и любого задержанного пытать. Это очень отвратительно. Поэтому нужны показательные процессы. Ведь у нас всё скрывается. Осуждены. Покажите, через полгода, где он сидит. Как его мать обливается слезами. Ничего нет. Помните, у меня сосед, в Ясенево, 26 убил - как его фамилия? Пичушкин. Ну и что? Покажите его? Он повесился в одиночной камере? Что с ним? Что с его матерью? Вы знаете, что очень часто матери на стороне сына-убийцы? Реальный случай. Маньяк домой приводил жертвы, убивал, расчленял и мать помогала в ведрах на помойку выносить куски тела. Она слепо верила своему сыну. Она - мать. Вот это проблема. Нужно обязательно воспитательный процесс. Какие-то фильмы, как-то останавливать. Посмотрите весь наш репертуар. Вот сегодня вечером придете, закройте глаза и уши вашим прекрасным детям - ну, везде на всех каналах будет одно и то же. Убили, убили, покончил самоубийством… Ну, что же вы делаете?

В. Ворсобин:

- А, может, проблема в другом? Я часто веду передачи, связанные с насилием, и заметил, что отклики слушателей одни и те же. Они говорят, что они должны мучиться - там сидят злодеи - не наше дело, какой там уголовный мир, что одни бьют или насилуют других. Они все недочеловеки, потому что они сидят за решеткой. И это укоренилось в нашем народе. Что мы люди хорошие, нам туда не надо. Вот нет сопереживания… В Грузии, когда вот веники заталкивали в задний проход - вот было такое видео - вышло все Тбилиси, люди были сильно возмущены. И, кстати, Саакашвили проиграл выборы именно на этой волне. А у нас все спокойно. У нас люди относятся отрешенно к этой истории. Почему?

В. Жириновский:

- Равнодушие. Самый страшный бич, поразивший русское общество с момента отмены монгольского ига и крепостного права. Уже 200 лет всем на всё наплевать. Драка на улице - что, побежали, все вмешались и остановили драку? Никогда. Я помню, в Алма-Ате пьяный мужик другого бьет - мама моя пыталась вмешаться… Стоят мужики все довольные, смотрят, зрелища им надо. Вот только я, да моя мама вмешивались всегда. Это единичный случай. Полное равнодушие. Вот в метро могли все быстро встать и этих троих скрутить, чтобы тот парень не был бы так изуродован. Сидят все, молчат. Никуда не идут. Ничего не делают. Равнодушие. С этим надо бороться. Мы должны все отвечать друг за друга… Давайте вмешиваться. А почему люди боятся? Адрес запишут и будут вызывать тебя в отделение полиции - как это было, расскажите, где. Потом в суд вызывать. Вот этого люди боятся. А там еще, может быть, из свидетеля в подсудимого превратят! Люди боятся. Правоохранительная система, рабоче-крестьянская полиция. Кто пришел в советскую милицию работать? Тех, кого Керенский выпустил из тюрем. Уголовники надели кожанки, кобуры и пошли людей расстреливать. А царская полиция была благородная более-менее, гуманная, в хорошей форме, хорошо питались они, жили нормально. А эта голытьба из подвалов - и пошли всех подряд стрелять. Это все последствия многих революций… это ГУЛАГ продолжается. Его нету, но все, кто там сидел, они вот на улице еще. Их дети, их правнуки. Поэтому надо нам с вами бороться. Давайте лучше сделаем и больше добрых передач. Ведь вы, товарищ Ворсобин, тоже злой. Все ваши передачи великолепные, но везде сквозит нетерпимость.

В. Ворсобин:

- Я пинаю власть для того, чтобы она сделала что-то хорошее людям…

В. Жириновский:

- Вы правы. Но люди слышат про власть и про страну только плохое. Как Делягин у вас. Вся его передача - плохо, плохо, плохо. Мардан - плохо, плохо, плохо…

В. Ворсобин:

- Да, Владимир Вольфович, пора уже прощаться. Услышимся через неделю, оставайтесь с нами.

Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, CastBox, Google Podcasts и Apple Podcasts, ставьте оценки и пишите комментарии!