Как ответим британцам за Брянск
И. Измайлов:
- Здравствуйте, это радио «Комсомольская правда», Игорь Измайлов, Александр Коц, как всегда, здесь. Саша, приветствую.
А. Коц:
- Приветствую.
И. Измайлов:
- Трагедия в Брянске, удар, насколько мы понимаем, британскими газетами, как сообщается, вот чем именно было нанесено нет, но все говорят про это. Что, не было ПВО, близко к границе это неизбежно, и чем на это можем ответить, потому что мы неоднократно говорили, что, если будут применены дальнобойные тяжелые западные ракеты, то мы ответим. Впрочем, мы и так ведем специальную военную операцию…
А. Коц:
- Ну да, вопросы сложные, на которые нет простых ответов. В первую очередь, конечно, трагедия, потому что погибли шесть человек, около 40 получили ранения, причем, очень тяжелые ранения, насколько я понимаю, девять человек увезли в Москву для оказания всесторонней медицинской помощи, и в Брянской области и Брянске был объявлен траур по погибшим. Мы, конечно, присоединяемся к соболезнованиям родным и близким. Вообще, конечно, удар демонстративный, удар, во-первых, средь бела дна, удар по оживленному центру города, мирного города, который далек от линии боевого соприкосновения. И вот эти кадры, которые, к сожалению, наводнили соцсети… почему я говорю к сожалению? Потому что противник делает выводы по этим кадрам и для него это тоже объективный контроль, который они получают посредством жителей атакуемых городов. И видно, что подлетают ракеты Сторм Шедау, официальная информация… ну, насколько можно назвать официальной информацией заявления Генштаба Украина, и в Генштабе Украины сказали, что это был Сторм Шедау, ну, если я не ошибаюсь, и наши региональные власти тоже эту информацию подтвердили и были сведения о найденных обломках ракеты Сторм Шедау. А это тот же Скальп, просто Сторм Шедау это британского производства, Скальп французского производства и здесь, очевидно, были ракеты с туманного Альбиона. Вот мне задавали вопрос в соцсетях – почему они ударили средь бела дня, а не дождались ночи? То есть, мы понимаем, куда они били – они били по предприятию, которое их интересовало и, конечно, они в этот момент хотели убить как можно больше специалистов. Это фирменный почерк террористический украинский. Вот не так давно наши постоянные радиослушатели помнят мой рассказ об энергетиках Белгородской области – я описывал ситуацию, когда погибла два специалиста. Они погибли в ходе нанесения ракетного удара в момент пересменки. То есть, противник знал, что там соберутся сразу две смены незаменимых специалистов – это люди, которые 10, 20, 30 лет в этой сфере, и их вот так, по щелчку, особенно для таких экстремальных ситуаций, не подготовить за один день. И вот они знали, когда бить – именно в этот момент. Я думаю, что здесь тоже был подобран такой момент. По кадрам видно, что не все ракеты прилетают по цели. Ракеты прилетают просто по проезжей части. Видимо, там и были убиты шесть человек. Мы видели эти страшные кадры, такие же кадры мы видели, к сожалению, из Белгорода, когда по городу наносились ракетные удары. Белгород вообще в этом плане выстрадал много. Я молчу, сколько выстрадали жители Донецка, сколько выстрадали жители других городов Донбасса.
И. Измайлов:
- Курск постоянно…
А. Коц:
- Курск все-таки не так подвержен ракетным обстрелам, он далековато находится от границы – более 100 километров. Соответственно, ты же не с самой ленточки будешь стрелять, а это еще надо дальше, поэтому Курск не так подвержен. По нему прилетала один раз Точка У, прилетали дроны, но вот так, чтобы сразу таким количеством ракет Сторм Шедау, а, значит, в этом участвовал не один самолет украинский, а их запускают только с самолетов, я вот припоминаю только один такой прецедент. Это Курская область, Марьино, Рыльский район, когда по объекту там прилетело, по-моему, 12 Сторм Шедау. Все 12 тоже тогда попали. То есть, мы констатируем, что в работе по перехватам вот этих ракет есть какие-то уязвимости в нашей системе ПВО, которая вроде научилась все эти натовские орехи щелкать, но, к сожалению, на моей памяти только второй такой прилет, который достиг своей цели. По тому прилету, насколько было потом заявлено, это был пункт управления, командный пункт, об этом говорил президент Российской Федерации, и о том, что мы там понесли определенные потери, и напомню, что после того случая была как раз премьера применения «Орешника» по Южмашу в Днепропетровске. Но что мы здесь видим, по этому удару в Брянске, на чем бы хотелось сакцентироваться?
Во-первых, реакция в украинских соцсетях. Вот отличительная черта совершенно больного украинского общества – они вот кадрам с перепуганными гражданскими радуются больше, чем картинке прилетов по заводу. То есть, у них какое-то инфернальное совершенно злорадство, которое совершенно не свойственно нашему социуму. Я вот не представляю, чтобы у нас кто-то зубоскалил по поводу бегущих в панике украинцев – ну, нет у нас такого. А у них это в порядке вещей даже среди журналистов. А журналисты, соответственно, задают тренд информационный и поведенческие маячки для украинского общества.
И. Измайлов:
- Замерзающих-то, помнишь, мы обсуждали, что как вот там люди…
А. Коц:
- Да. Ну, понятно, что это не просто удар по заводу. Вообще, я надеюсь, что на пятый год войны критически важные производства либо вывезены уже с этого завода, либо оно заглублено куда-то в подземелье. Потому что я видел последствия вот тех 12 Стормов, которые прилетели по бетонному укрытию, они минус второй этаж не пробили. Минус первый – да, минус второй – нет. Но сам выбор оружия он как бы намекает нам на то, что главные кураторы Киева, а на сегодняшний день это Лондон, хотят дух Анкориджа вот так аккуратно вынести. И тут украинцы с ними тоже солидарны, потому что им дух Анкориджа тоже не очень сладок и приятен. И пока американцы отвлечены на свою ближневосточную авантюру, британцы решили подлить таким образом масло в российско-украинский конфликт.
Что мы имеем в виду в сухом остатке? В сухом остатке разведывательный дрон украинский фиксирует попадание с воздуха, в соцсетях кадры со всех ракурсов, взрывы, горящие машины, лежащие на асфальте люди, крылатые ракеты НАТО в очередной раз бьют по международно признанной территории России, убивают шестерых ее граждан, и тут возникает вопрос – чем ответим? Чем ответим, если даже второе применение «Орешника» после атаки президентской резиденции на Валдае уже не вызывало такие эмоции, как первое?
И. Измайлов:
- Вот ты говоришь с самолетов запуск был. А можно понять – откуда? Это западные области? Или они могли долететь?
А. Коц:
- Я думаю, что это километрах в ста от границы, может, они запускались, да.
И. Измайлов:
- А, взлетели, долетели почти до границы и вдарили вот …
А. Коц:
- Ну, вряд ли почти до границы… Но на предельно низких высотах, чтобы не быть замеченными средствами ПВО, так же, наверное, и полетный маршрут ракет был проложен по максимально низкой траектории, иначе у меня нет объяснения, почему, к сожалению, мы не смогли их перехватить, и на моей памяти это второй раз, повторюсь.
Но что я отметил бы и про первый, и про второй раз. Это объективный контроль с воздуха и вот сейчас уже перед самым нашим эфиром спутниковые снимки пораженного завода. Было – стало. Это убедительно. И противник вот это демонстрирует. Поэтому, мне кажется, когда мы будем на это отвечать, а на это, безусловно, надо отвечать и отвечать максимально жестко, это все-таки должно быть под какой-то объективный контроль – чтобы что-то показать. У нас было два применения «Орешника» и мы не видели ни одного результата этого применения по Южмашу, по западной Украине – второе применение было во Львовской области. Да, видно издалека, как с небес сходят молнии возмездия нашего супероружия, но у нас же все-таки идет война и в информационном пространстве тоже. И для того, чтобы показать в первую очередь своим гражданам, как мы отомстили вот за этих шестерых жителей Брянска, и какой ущерб наносит наше супероружие, нужны какие-то кадры. Мы, к сожалению, не увидели ничего ни после применения по Южмашу, ни после применения по Львовской области. Там споры ходят о том, куда это было – либо по аэродрому Староконстантиновск, с которого, скорее всего, сейчас и вылетали эти самолеты, потому что там до сих пор действуют советские укрытия железобетонные, которые просто очень сложно разбомбить нашими средствами поражения. То есть, как ответить? Ответить надо убедительно, чтобы убедить прежде всего своих граждан, что мы действительно нанесли очень серьезный, непоправимый урон инфраструктуре военной противника.
И. Измайлов:
- Да, а кому отвечать? Вот если бы были американцы, можно было бы обсудить хотя бы вариант, как Иран, например, вдарить по американской базе где-нибудь в Польше, да, вот как Иран, по соседним американским базам. Здесь как? Есть британская какая-нибудь военная база в Прибалтике, например, чтобы туда отправить «Орешник»?
А. Коц:
- Ну, в Прибалтике-то вряд ли. Прибалтика это страна НАТО, ну, мы не раз показывали свою позицию по этому поводу. Мы не хотим первые начинать войну с североатлантическим альянсом. Ударить по какому-нибудь центру со советниками на Украине, с британскими советниками на Украине, а они наверняка присутствуют, потому что, как сегодня было сказано пресс-секретарем президента Дмитрием Песковым, полетные задания не могли быть заложены в эти ракеты без участия британских специалистов. Соответственно, эти британские специалисты где-то на Украине есть и, конечно, по ним надо бить. Опять же, убедительно, чтобы потом появились новости в «Дэйли мейл» о том, что погибли британские офицеры такого-то и такого числа. И мы такие сверяем – ага…
И. Измайлов:
- А они не публикуют.
А. Коц:
- Нет, почему? Бывают такие публикации, проскакивают, когда после наших ударов потом выясняется… по-моему, после удара по харьковской гостинице с наемниками потом целая серия была некрологов и публикаций в западных СМИ. Конечно, хотелось бы, чтобы мы разбрасывались ракетами по всем своим обидчикам… Я вот смотрю на моего товарища Володю Соловьева, который призывает и ядерными бомбами застеклить Лондон и на этом все… но вообще так-то мы в 2024 году внесли изменения в ядерную доктрину Российской Федерации, по которой имеем право применять ядерное оружие против неядерной страны, если та нападает на нас при помощи ядерной – Британия ядерная держава…
И. Измайлов:
- Так мы предупреждали же – про дальнобойные ракеты сто раз сказали, что красные линии.
А. Коц:
- Да, да. Но вот нет красных линий у Украины и у ее британских кураторов. Не впечатляют их наши акции возмездия, как мы их называем.
И. Измайлов:
- А Иран впечатлил. Вот корректны ли сравнения?
А. Коц:
- Да черт его знает, немножко другая война в Иране. Я думаю, про нее мы сегодня еще поговорим. Ирану терять уже нечего. Они понимают, что у них идет экзистенциональная битва и, как мне говорил десантник Эммануил Давыдов, который две недели бился в окружении в населенном пункте Новый Путь в Курской области, он говорил – меня так отец учил, когда я занимался дзюдо. Если чувствуешь, что поражение неминуемо, сделай так, чтобы тебя запомнили. Вот Иран сейчас делает так, чтобы его запомнили и чтобы показать мировому сообществу, насколько оно от него зависит. И сейчас Иран это делает, а все взаимосвязано. Но, как мы видим, да, Иран, нанося удары по базам, в том числе, военным в разных регионах, не наносит удары по странам НАТО.
И. Измайлов:
- Но на базах прямо знакомые кадры – горящая натовская техника, которую мы помним, как мы выжигали в начале специальной военной операции.
А. Коц:
- Ну да, и не только в начале. В 2023 году, во время контрнаступа, только эта западная техника и горела. Но она горела-то вместе с украинскими пехотинцами, а на ближневосточных военных базах все-таки присутствуют и американцы, и британцы, и там немцы говорят, что по их базе тоже что-то прилетело. Поэтому, мне кажется, не очень было бы корректно сравнивать, но, мне кажется, у части российского общества все-таки есть некий запрос не то чтобы на инициативу в процессе эскалации, а на то, чтобы перехватывать эту инициативу и действовать не в ответ на что-то, а на опережение. Действовать на профилактику. Ну, посмотрим, какой будет ответ, обсудим, я думаю, уже в следующей программе. Оценим, насколько он убедительный, как я сказал. Но в целом-то, безусловно, мы едва ли не еженощно, прошу заметить, мы днем не бьем, мы не такие, мы последние рыцари планеты, наносим удары по различным объектам Украины, в том числе, и по ВПК, а они у них очень децентрализованы, то есть, это не какие-то большие производства, как то, в которое ударили в Брянске, а это мелкие цеха и, конечно, их по всей Украине сложно выискивать. Но и крупные оборонные узлы мы тоже выносим, как Харьков – вот четыре года воюем и четыре года выносим энергетику и прочее, прочее.
И. Измайлов:
- Кстати, раз коснулись этой темы, президент разговаривал с главой Донецкой народной республики Пушилиным и было сказано, что осталось от 15 до 17 процентов нашей земли, оккупированной еще Киевом, хотя полгода назад было 25%, по-моему. Пушилин рассказал тоже интересный случай. Вот ты говоришь, боец 14 дней был в окружении. Там боец один отбивался 68 дней! В это невозможно поверить. Такой герой вот рядом с нами, о котором мы, к сожалению, не так часто и много слышим. Какая ситуация сейчас там? Вот ты говоришь, мы бьем по энергетике, по заводам, вспомнились удары и по ТЭЦ и замерзающий Киев – видимо, весна пришла и как-то выдохнули они там? Вот какой эффект от этого? То есть, казалось, что это должно что-то изменить, да? В общем, в целом ситуация какая сейчас?
А. Коц:
- Эффект, конечно, был. И он еще будет сказываться на Украине долгое время.
И. Измайлов:
- К следующей зиме, говорят, они не восстановятся, невозможно такое.
А. Коц:
- Не знаю. Будем смотреть. Украинцы показывают все-таки способность адаптироваться к экстремальным условиям, поэтому, конечно, это сказывается и на ВПК, и на стоимости, и многие узлы приходится перевозить в безопасные западные районы. В целом сейчас по СВО основные у нас бои идут на нескольких участках фронта – безусловно, это Красноармейский узел, здесь бои в районе Гришино, в районе Белецкого, в районе Нового Донбасса. Плюс Константиновское направление – здесь наши войска расширяют зону контроля в районе Берестка, в районе Ильиновки. Константиновка – это такой крупный узел транспортно-логистический ВСУ, бывший уже. Общая оперативная обстановка на Донецком направлении такова, что наши войска пытаются срезать этот Красноармейско-Константиновский выступ обороны ВСУ, лишить украинские войска опорных городских агломераций в первую очередь, удобных логистических хабов, вот будем смотреть, как там будут развиваться события. Я думаю, по Гришино уже в ближайшее время у нас будут хорошие новости. По Константиновке – ну, продолжаем выгрызать. Все осложняется тем, что сейчас на этих направлениях, что на Красноармейском, что на Константиновском, какое-то совершенно бешеное количество дронов противник задействует. Такое ощущение, что они перебросили туда все свои беспилотные резервы, которые можно, и у нас отмечают некоторые наши командиры, что иной раз противник даже пролетает мимо техники, но старается поразить исключительно живую силу. То есть, они пытаются реализовать доктрину, озвученную новым министром обороны, что они должны убивать по 50 тысяч русских в месяц, и они сейчас концентрируются на живой силе, поэтому, конечно, все передвижения – они просто минимальны. Это узкий участок утра или вечера, это погода – дождь либо снег, либо туман. А в принципе передвигаться невозможно. Вот такова нынешняя война – сам на себе это прочувствовал, когда в Красноармейск не так давно заскакивал. Я думаю, что будет какая-то активизация с выпаданием зеленки, когда распустятся деревья, но надо понимать, что такое деревья в прифронтовой зоне? То есть, некоторые лесополосы – это просто такие обрубки в человеческий рост, то есть, не везде и это поможет, но какая-то активизация, я думаю, будет. Плюс еще Гуляйпольское направление, которое тоже демонстрируют такое поступательное движение и нам наше наступление носит изматывающий такой характер для Украины. То есть, это постоянные атаки малыми группами, это постоянное воздействие артиллерией, беспилотниками - Киев вынужден и туда тоже перебрасывать свои резервы.
И. Измайлов:
- Саш, мы говорим об оперативной ситуации в зоне СВО, настораживает то, что ты говоришь – тревожная, мне кажется, информация, что все сильно замедляется в связи с особенным характером ведения боевых действий. Что это означает стратегически? Мы в том году говорили… ну, вот и президенту доложили – 15% - ну, кажется, всего ничего в Донецкой народной республике осталось освободить, а это же огромная агломерация Славянско-Краматорская, к которой мы никак не подойдем. И вот с учетом точечных передвижений означает ли это, что все может затянуться на какое-то очень длительное время?
А. Коц:
- Может затянуться, может не затянуться. Слишком многое неизвестных в этом уравнении, чтобы дать какой-то прогноз. Я всегда об этом говорю, потому что мы не можем предсказать, какова будет западная помощь Украине, что у них будет с мобилизацией, что будет с Ираном, потому что это все взаимосвязано напрямую. Мы сейчас видим, что Зеленский высказывает опасения… в интервью испанской прессе он говорил о том, что нам не достанутся ракеты ПАК-3, «Пэтриот», но я думаю, что речи идет не только о ракетах ПАК-3, я думаю, что речь идет и о высокоточке, речь идет и об авиационных боеприпасах, в том числе, бомбах ЖДАН, которыми они активно сейчас пользуются. К примеру, только на этой неделе США переправили в Израиль 15 тысяч авиабомб, которые могли бы пойти Украине, но они пошли на другой, более важный для США участок фронта. Да, тут вроде сообщают, что Германия передаст Украине около 35 ракет, но на Ближнем Востоке за две недели войны было израсходовано более тысячи ракет ПАК-3. Киеву за все время столько не давали. Естественно, они будут, я имею в виду американцев, в первую очередь возмещать ресурсы на ближневосточном театре действий, который принимает характер затяжной войны для Трампа, как мне кажется. То есть, он-то рассчитывал на некий блицкриг, он думал, что сейчас, после венесуэльского блицкрига сейчас и здесь он быстренько что-то сделает, но со стороны может показаться, что Американцы выигрывают в одни ворота, потому что мы видим красивые кадры поражения военных баз, нефтяных объектов Ирана, его катеров, с подводных лодок… С подводных лодок вообще никого не торпедировали, по-моему, со второй мировой войны. Могу ошибаться, но это такой тоже ящичек Пандоры.
И. Измайлов:
- Странно, что БЭКов там пока не представлена линейка современных средств.
А. Коц:
- Современных нет, но Иран атаковал уже один танкер БЭКом. Не знаю, почему они не атакую БЭКам американские военные корабли, очевидно, есть на то какая-то причина, но в целом мы видим по последним заявлениям Дональда Трампа, что «фраер сдал назад» немножечко. Он тут на неделе сообщил… ну, у меня такое ощущение, что он начал осознавать последствия для мировой экономики этой его ближневосточной авантюры, блицкрига не получилось, благодарные за бомбардировки иранцы не вышли на акции протеста массовые…
И. Измайлов:
- …не выбрали его, как он хотел.
А. Коц:
- Да. И наземная операция сулит больше издержек, чем достижений, и уже там Трамп заявляет, что война практически завершена, что у иранцев не осталось ни флота, ни связи, ни ВВС, их ракеты разлетелись на куски, сказал он, и тут Иран говорит – мы будем решать, когда закончится война, наши руки развязаны, и в подтверждение своих слов они в ночь на среду наносят такой массированный удар по Израилю, который не наносил вообще за эти две недели без малого. То есть, он свое доброе слово подкрепил ракетами. Потому что, как известно, доброе слово и баллистика убеждает лучше, чем просто доброе слово. Там был атакован в ночь на среду не только Израиль, а и Саудовская Аравия, и Арабские Эмираты, и Бахрейн, и Катар, и Кувейт, Иордания, Ирак с иракским Курдистаном. То есть, конечно, там все заявляют о десятках перехваченных ракет, все перехватили, все сбили, тем не менее, все-таки пробили опять иранцы ПВО, причем, интересно, что они в свою первую волну ответов выбивали критическую инфраструктуру противоракетной обороны Штатов в регионе, после чего начали применять уже свои новейшие ракеты, в том числе, гиперзвуковые, которые сложно отследить. То есть, момент реагирования сокращается с нескольких минут до десятков секунд. Конечно, такие ракеты перехватить сложнее и Иран действует в этом плане очень системно и мы видим, что крайний обстрел – это и нефтяные объекты в Садовской Аравии, это индустриальные зоны в Арабских Эмиратах, это аэропорты, в том числе, в Дубае, в иракском Курдистане. Это военные базы США и НАТО, потому что как раз крайний обстрел – это военные базы в Ираке и в Иордании. В Корпусе стражей исламской революции вообще заявили о самой крупной и мощной атаки на Израиль с начала эскалации на Ближнем Востоке.
И. Измайлов:
- Причем, Израиль – видимо, запрет работает, кадров разрушений мы не видим, а говорят, что довольно серьезно они там…
А. Коц:
- Нет, что-то проскакивает, и это действительно впечатляет, потому что даже по цифрам погибших и раненых это уже пошел совсем другой порядок. То есть, это уже не единицы, а если мы говорим о раненых это сотни – за 200, по-моему, после этого удара, и 10 признанных погибших. Это гражданских. А военных, естественно, они никогда не признают. И у американцев-то раненых тоже пошли на сотни. По крайней мере, когда речь идет о раненых, но, правда, как об этом пишет ливанский телеканал «Мейдин», Иран требует от США, ну, чуть ли не ставит ему ультиматум, да, для переговоров. То есть, они должны гарантировать ненападение в будущем, они должны возместить им ущерб и гарантировать неприкосновенность их ядерной программы. То есть, они идут не то что на эскалацию, а идут на принцип и при этом действительно наносят очень серьезный военный ущерб. Из основных ключевых целей, которые были уничтожены Ираном, это стационарный РЛС раннего предупреждения в Катаре. Это поражение подвижной РЛС в Арабских Эмиратах. То есть, это те системы, которые невозможно заменить. Вот нет запасной, которую взял и поставил. Их формирование всей этой системы создавалось годами. Естественно, это сопряжено и с какими-то политическими вопросами там с местными властями договариваться, и мы сейчас видим, что на фоне того, как США не способны защитить своих союзников на Ближнем Востоке, многие задумываются, насколько это было эффективно. Вот сейчас новые снимки спутниковые были опубликованы после ударов по одному из ключевых коммуникационных узлов на американской базе «Кампарифджан» (это Кувейт), и там видно на кадрах, что уничтожены эти купола спутниковой связи – это ключевая такая штука для спутниковой связи в регионах. Там просто вместо куполов черные воронки. Там серьезно повреждены стоящие рядом аппаратные, технические здания, площадки с какими-то вспомогательными постройками – ну, может, склады, техзоны. Это означает, что поражены спутниковые терминалы Садком, через которые шла значительная часть связи между наземными силами США в Кувейте, региональным командованием, видно, что выведены из строя или повреждены на время, по крайней мере, аппаратные здания с коммутацией, какое-то там наверняка криптооборудование, электропитание. То есть, фактически Тегеран показывает Вашингтону, что он может не просто по фасаду, по казармам, по какой-то взлетно-посадочной полосе бессмысленно бьет, а бьет по жизненно важным органам управления американской военной машины в заливе. Конечно, Ирану наносится несопоставимо бОльший ущерб – ну, реально они лишились флота, но Иран, тем не менее, отвечает системно, отвечает очень больно и с серьезными последствиями для всего присутствия американцев в регионе. И, конечно, для мировой экономики, в том числе.
И. Измайлов:
- Саш, на фоне всего, о чем ты говорил, происходящего на Ближнем Востоке, как Иран отбивается от агрессии Израиля США, Зеленский решил помочь загранице то ли дронами, то ли системой противодействия, будто бы и Соединенные Штаты обратились за соответствующей помощью или что там… они еще хотели у европейских друзей чего-то, не все согласились, Трамп сказал, что он припомнит, что такое Испания. Поэтому, видимо, да, теперь все пойдет на Ближний Восток, а не Киеву. Но Киев, тем не менее, тоже готов, видимо, солдатами и опытом поделиться. Почему не к нам обратились Соединенные Штаты за дронами, например?
А. Коц:
- Ну, потому что они считают, что странно обращаться за помощью к государству, у которого есть договор о сотрудничестве с Ираном, поэтому тут все совершенно очевидно. Что касается украинцев, то, наверное, глупо отрицать, что у украинцев очень серьезно развита целая линейка, своя линейка производства различных беспилотников, в том числе, беспилотников-перехватчиков, которые строились под наши «Герани», которые являются потомками тех «Шахедов», которые когда-то к нам попали, а мы уже вместе с ними тут эволюционировали. Поэтому, конечно, американцы заинтересованы. И страны Персидского залива заинтересованы в этом опыте и у украинцев ведь не только есть ракеты перехватчики, у украинцев очень качественно построена система обнаружения и сопровождения воздушных целей. Это, в том числе, аудиовизуальные различные средства, а если проще, это камеры и микрофоны, настроенные на определенный звук, соответственно, заключены в одно программное обеспечение, на карту накладываешь и тебе видно, как звук по этой карте двигается. Соответственно, двигается и дрон. Поэтому я думаю, и этот опыт украинцы могут передать американцам и странам Ближнего Востока. По крайней мере, предложить эти программные решения. Я не думаю, что они это будут делать просто так. Я думаю, они будут это делать либо… пытаться выцыганить в обмен на ракеты ПАК-3, но, мне кажется, это вряд ли. Но будут стараться на этом очень хорошо заработать, потому что, очевидно, что, если война в Иране будет затягиваться, то экономическая ситуация не только на Украине, она в мире будет постепенно меняться. И в связи с дефицитом энергоносителей и ростом цен на них, и в связи с вынужденным изменением логистики придется прокладывать какие-то новые маршруты, а это не быстро, дорого и долго. И в этом смысле, конечно, украинцам любая копеечка пригодится, особенно на фоне того, что трудно им теперь походу будет ввозить еще и нал в свою страну, особенно если это нал, полученный не очень законным методом. Конечно, я имею в виду вот эту историю, которая прогремела на прошедшей неделе в Венгрии, где были задержаны два броневика Ощадбанка украинского, в которых были миллионы долларов и килограммы золота. Очень странная история, которой предшествовало заявление многообещающее Орбана – помните, на минувшей неделе наполеончик Зеленский начал уже угрожать физически Орбану, говорил, что он передаст его телефончик своим военным… ну, то есть, вообще какой-то дворовый гопник, который угрожает президенту другой страны, причем, умудряется при этом сплотить несплочаемое, извините за эту формулировку, но в поддержку Орбана даже высказался его главный конкурент на грядущих выборах по партии, который сказал, что он должен извиниться, никто не смеет премьеру Венгрии, кем бы ни был этот премьер, вот так угрожать. И после этого Орбан заявил, что поставки топлива они уже прекратили, а теперь еще и будут останавливать другие важные для Украины поставки через венгерскую территорию. Формулировка такая максимально размытая, он не назвал конкретный товар, что оставляет ему свободу в любой момент душить транзит нужных Киеву грузов, ну, это может быть физический транзит через коридор Захонь-Чоп, это может быть какая-то политико-экономическая блокировка важных решений в ЕС для Украины и прочее, прочее. И это может быть, в том числе, вот этот финансово-логистический маршрут после эпизода с задержанием этих инкассаторов – ну, вот такие риски еще Украина для себя приобретает… собственно, в чем суть эпизода, если кто-то пропустил? В Венгрии были задержаны инкассаторы украинского госбанка с кучей денег, при этом, венгры расследуют деятельность некоей преступной группировки по отмыванию денег, зачем-то отпускают этих семерых на Украину… не знаю зачем они это делают. Но тут что бы я предположил в первую очередь? Мне кажется, что, как версия, я думаю, может быть рассмотрена вероятность того, что через Венгрию из Австрии просто шел отлаженный канал вывоза черного нала, обнала, то есть, это в первую очередь выручка от украинских мошеннических колцентров и других серых схем, которые работали, кстати, в том числе, и по гражданам Евросоюза. Вот я помню, в 2024-2025 годах Венгрия с партнерами как раз вскрывала вот такую сетку офисов, как это называют на Украине, которые звонили, в том числе, и гражданам Евросоюза от имени банков, выколачивали там деньги через псевдоинвестиции, через какие-то криптовалютные вложения, и там суммы шли на десятки миллионов евро. А обналичка она, конечно, требует какой-то устойчивой инфраструктуры. То есть, это должны быть и подставные фирмы, и наличные каналы, и перевод части капитала черного в золото. А чтобы такой бизнес жил припеваючи, нужна какая-то стабильная крыша, что ли… то есть, это и банки, и транзитные юрлица – то есть, это защита на уровне государств, на уровне спецслужб каких-то. И в итоге Венгрия по сути не просто пару машин остановила с деньгами, а они подсветили целый такой подпольный финансовый коридор, который Киев изо всех сил пытается сейчас перекрасить в какую-то обычную банковскую операцию. Австрия молчит по этому поводу, ну, так стыдливо, хотя могли бы что-то подсказать или возмутиться, а в итоге, чем громче истерика про похищенных инкассаторов, тем очевиднее, что на кону не какая-то рядовая перевозка, а чья-то очень чувствительная теневая касса, повторюсь, непонятно зачем венгры, говоря об отмывании денег, отпускают ключевых свидетелей, среди которых бывший генерал СБУ, по-моему, высокопоставленный военный, который во всем этом завязан. Я думаю, что и нашим специалистам было бы интересно побеседовать с такими людьми, потому что это нас затрагивает напрямую – деятельность мошеннических колцентров в России выводит из нашей страны, в том числе, на нужды ВСУ миллиарды. Это реально дикие суммы, за счет которых Украина держится до сих пор на плаву. Соответственно, вся ее верхушка имеет такой золотой парашют за спиной, что, я думаю, им не страшны никакие потрясения. Ну а в целом вот это противостояние венгров и словаков с Украиной, оно на этапе, который накладывается сейчас на иранские события, очень интересно, потому что Фицо, премьер Словакии, уже сказал, что Еврокомиссия согласна не просто проспонсировать ремонт нефтепровода «Дружба», из-за которого, собственно, весь сыр-бор, но и сама его починить. В нынешних условиях выглядит диковато, но Еврокомиссия понимает, что, а, может, он и другим странам Евросоюза пригодится, потому что уже американцы там заговорили о каких-то снятиях нефтяных санкций с России, потому что Россия вдруг сказала – а вдруг мы раньше вообще уйдем с европейского газового рынка, чего нам ждать 2027 года, когда они от нас откажутся? И тут на фоне войны в Иране они поняли, насколько они зависимы от резервных путей снабжения, таких, как российский.
И. Измайлов:
- Спасибо, Саша. Все, что успели, сегодня, а остальное по ситуации – практически каждый день здесь, на волнах радио «Комсомольская правда». Саша, спасибо, до встречи.
А. Коц:
- Всем пока.
Подписывайтесь на наш подкаст, чтобы не пропускать новые выпуски!
