Почему кое-где у нас ещё вольготно себя чувствуют заукраицы-русофобы
Е. Афонина:
- Приветствуем всех, кто слушает радиостанцию «Комсомольская правда» в Москве и в других городах вещания. С вами ведущие программы Андрей Баранов…
А. Баранов:
- Здравствуйте. И Елена Афонина. У нас сегодня две темы, как обычно. Во второй части мы поговорим о новом геополитическом вызове, с которым может столкнуться наша страна. Дело в том, что в подбрюшье России формируется новый, может быть, военно-политический блок под названием Организация тюркских государств. Ну, а начнем мы с другой темы.
Е. Афонина:
- Не перестаёт утихать скандал, который был спровоцирован еще 5 декабря весьма сомнительным решением, которое приняло Духовное управление мусульман Нижегородской области. Дело в том, что именно 5 декабря праздновала свое 75-летие одна весьма известные, некоторые даже считают, что печально известная, активистка, русофобка, сепаратистка, заукраинка…
А. Баранов:
- А еще с исламистским таким оттенком. Фаузия Байрамова.
Е. Афонина:
- Да. ДУМ РФ наградило ее медалью «За заслуги». После этого разразился грандиозный скандал, когда люди стали как-то намекать, что вы бы посмотрели хотя бы на некоторые высказывания и действия Фаузии Байрамовой. Ну, и получили ответ, который был выражен сначала в текстовом формате, потом пришли журналисты и тоже задавали вопросы. В общем, смысл был один. Глава Нижегородского ДУМ Гаяз Закиров сказал буквально следующее. Что подняли целую бучу из-за мелочи, ничего такого криминального мы не сделали, у нее столько книг, столько заслуг, несмотря на свой преклонный возраст, она продолжает работать, мало ли чего в лихие 90-е происходило. В общем, такой смысл. Однако все не так просто. И, для того чтобы разобраться и в этой конкретной истории, и в том, почему до сих пор у нас весьма вольготно себя чувствуют сепаратисты и заукраинцы-русофобы, мы пригласили в эту студию члена Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, председателя Общероссийского общественного движения «Гражданский комитет России» Артура Шлыкова. Артур Анатольевич, здравствуйте.
А. Шлыков:
- Здравствуйте.
Е. Афонина:
- Артур Анатольевич, казалось бы, такой незначительный в масштабах всей страны эпизод, однако он вызвал неутихающую волну недоумения, назовем это так, и почти две недели люди пытаются понять, что и зачем это было. У вас есть ответ на этот вопрос в свете тех объяснений, которые прозвучали – «мало ли чего было в 90-е», забыв о том, что…
А. Баранов:
- Четыре судимости у нее уже в этом веке было, а последняя – в 2021 году.
А. Шлыков:
- 90-е – это начало, а продолжение, оно буквально недавно, 2021 год, если я не ошибаюсь, была очередная судимость за очередные призывы, которые направлены на разжигание межнациональной розни. Это человек, который, по сути, рецидивист. Все ее высказывания и заявления связаны с разжиганием межнациональной розни. Ее называют татарской националисткой. Я с этим не согласен, потому что это не национализм. Национализм – это когда представитель конкретного народа желает своему народу блага. А в ее случае и в свете событий 90-х годов, результатов сепаратистских течений и т.д. мы видим, что сепаратисты, по сути, это самые натуральные враги собственного народа. Потому что то, к чему они призывают, в конечном счете оборачивается морем крови и десятками тысяч трупов соотечественников. Поэтому я бы не ставил здесь знак равенства – сепаратисты и националисты. Вот я – татарский националист, при этом русский националист, ингушский националист. В целом, конечно, прежде всего – русский националист и националист нашей многоэтничной великой российской гражданской нации. А она сепаратист, это совершенно другое. Это как раз на разлад межнационального согласия и мира, который у нас в России является целью для иностранных сил, которые через такие движения политические, русофобские имеют цель ослабления России изнутри, тем более, на фоне специальной военной операции.
Почему это терпят, не знаю. Знаете, можно сказать, что вот эта ситуация, таким образом, развенчивает миф о том, что у нас здесь какой-то кровавый режим, диктатура и все остальное.
А. Баранов:
- Артур Анатольевич, закон есть закон, есть мера наказания за отрицание роли наших Вооруженных сил на Украине, за призывы к сепаратистским действиям, за отрицание воссоединения Крыма. А всем этим занималась как раз вот эта госпожа. Я уж не говорю о ее заявлении убивать детей от смешанных браков, сжигать их.
Е. Афонина:
- Андрей Михайлович, она какое-то время назад давала интервью, где рассказывала, что всё это – происки страшного КГБ, ей приписали эти слова, а на самом деле ничего такого она не говорила. 10 лет назад это интервью было, и она это активно развенчивала. Но суть не в этом, а в том, что поступки ее оценены, и оценены в статье Уголовного кодекса..
А. Шлыков:
- Четырежды судимая.
Е. Афонина:
- Все четыре раза – условно.
А. Шлыков:
- Хотя за комментарий можно присесть натурально.
А. Баранов:
- Причем условно на один год всего-навсего, еще раз на один год.
Е. Афонина:
- Я почему об этом спрашиваю? Не так давно был прецедент, когда за поиск экстремистских материалов впервые применили наказание. Это просто за поиск экстремистских материалов.
А. Шлыков:
- Очень сильно формально подошли к этому вопросу, совершили такую даже провокацию.
А. Баранов:
- По-моему, штраф 30 тысяч выписали. Тем не менее, прецедент создан.
А. Шлыков:
- Ну, перекос чистый.
Е. Афонина:
- А здесь – пожалуйста: 2010 год, Набережные Челны, признана виновной в разжигании межнациональной розни, осуждена на год условно. 2014 год, вновь признана виновной в разжигании межнациональной розни, год условно.
А. Баранов:
- Статья 282, ч. 1.
Е. Афонина:
- Да. 2021 год, Набережные Челны, опять публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение (это как раз по Крыму) территориальной целостности Российской Федерации.
А. Шлыков:
- Поэтому лично моя позиция, которую мы публично озвучили, что это недоработка нашей правоохранительной системы в том, что она на свободе. Я отчасти понимаю некоторые переживания отдельных каких-то, может быть, деятелей, которые просчитывают какие-то риски, когда начнут говорить о том, что это накаты идут на мусульман и т.д. Такое есть, я знаю. Это же провокация долгоиграющая, у нее много алгоритмов, и дорожная карта мне понятна. Когда я сказал о том, что надо Духовное управление мусульман рассмотреть все-таки как нежелательную организацию, тут же (я знал, что так будет) они сказали о том, что видите, Шлыков выступил против мусульман. И вот также переживают некоторые наши деятели, что сейчас пойдет вот этот межнациональный разлад и т.д., не хотят шума. Вот это нехотение шума, я думаю, отчасти и является такой позицией определенной лояльности к таким товарищам.
Е. Афонина:
- Но в данной ситуации это не шум, это то, что официально зафиксировано, подтверждено и требует соответствующей оценки. Чего ждет общество? Общество ждет именно этого. И то, что бабушка из одного региона в другой перебралась, и сейчас ходит по школам, рассказывая о том, как страшные русские пришли и что они сделали с татарским народом, и что нужно отсоединяться, это же всё прописано в ее статьях, в ее выступлениях. Она ходит и распространяет всё это.
А. Шлыков:
- Здесь полноценный материал, для того чтобы ее привлечь к уголовной ответственности, но уже с каким-то более реальным, ощутимым наказанием. Общество этого ждет. Потому что, если мы оценим те публикации, которые в последнее время были, там миллионы просмотров, и там замучаешься читать, там сотни тысяч комментариев. Причем очень важно отметить, у меня друзья в Татарстане, у меня там региональное отделение открыто, они не поддерживают ее, потому что они знают, чем это обернется для них. Они ее считают натуральным провокатором, задача у которой – ослаблять изнутри наше народное единство, которое есть сегодня в России. Я не могу сказать, что какой-то серьезный эффект влияния. По крайней мере, я так оцениваю, и это видно по ребятам, которые на специальной военной операции. Единство нашего народа, оно достаточно крепкое, и вот такие бабушки-провокаторы, они в принципе на это повлиять не могут, но она из кожи вон лезет.
А. Баранов:
- Капля камень точит, как говорят в народе.
А. Шлыков:
- Согласен. Поэтому надо останавливать и проявить уже серьезную позицию. К чему, собственно, я и призывал.
А. Баранов:
- Вот наши слушатели пишут и спрашивают: «Почему нет наказания за то, что сепаратисты у нас тут свои права качают?» Пермь: «Если это происходит, значит, кому-нибудь нужно». Ну, это понятно. Давайте посмотрим, кому это нужно, и кто занимается подлогом. Потому что ДУМ – это совсем не та главная мусульманская организация в России, как некоторые думают.
А. Шлыков:
- Я считаю, что имею моральное право немножко порассуждать об этом. Потому что наш «Гражданский комитет России» – это общероссийское движение, и у нас в субъектах, в том числе в национальных республиках, есть свои представительства, и это традиционные российские мусульмане. Я максимально объективно подошел к вопросу и уточнял, кто же главный-то, кто же центральный? У русских – Русская православная церковь. Но также у нас есть и Русская старообрядческая православная церковь, тоже мощнейший институт, и там такие настоящие русские люди. А здесь-то что происходит? Мне дали интересную информацию. У нас в конце XVIII века наша великая императрица Екатерина… По ее инициативе было создано такое традиционное мусульманское сообщество в Уфе, если не ошибаюсь. И до сих пор есть, оказывается, такая организация, она называется Центральное духовное управление мусульман России. Ей более 200 лет. Там наибольшее количество всех наших коренных мусульман. И вдруг в 2000-х годах создается идентичная по названию структура. Убирается слово «центральное», остается Духовное управление мусульман России. Все то же самое, только одно слово меняют. Но если мы по сути смотрим, это чистый спойлер, идентичное название, все то же самое, только другая структура, другие люди, другая идеология. Если здесь 200 лет мы плечом к плечу вместе во всех проблемах, бедах, исторических событиях, это наши родные люди, это часть нашего единого российского народа, нашей многоэтичной российской нации, то здесь идет методичное противопоставление. То есть ДУМ противопоставляется, мне кажется, нашим традиционным российским мусульманам в лице Центрального духовного управления мусульман. По крайней мере, я так вижу.
Е. Афонина:
- По тем предложениям, которые от них звучат, это именно так.
А. Шлыков:
- Постоянные провокации: не возите вот эту еду…
Е. Афонина:
- Да, курьерам говорят.
А. Шлыков:
- Вот люди приехали, трудоустраиваются, им надо семьи кормить. Им говорят: вот это не надо возить. То есть начинают влезать в очень серьезные экономические, социально-экономические, общественные, внутренние процессы. Это разве про религию? Нет, это про доминирование во внутренней политике государства. Причем мы видим, что они, по сути, нацелены не на наших, если честно, мусульман российских, а на мигрантах, на те орды, которые сюда завозились долгое время. Слава богу, сейчас и Государственная Дума, и наше правительство, и силовой блок, и президент России начали серьезную кампанию по наведению порядка в этой сфере. Тем не менее, на завезенных мигрантах я вижу, что это их аудитория, назовем так, и она радикальная, экстремистски настроенная, она недоброжелательная, она агрессивная, они все время выпячиваются. То есть все время противопоставляют себя той стране, которая их любезно приютила, дала кров, дала социальные выплаты за счет наших русских, российских налогоплательщиков, вообще всё дала, а они себя противопоставляют. Это и есть, скажем так, элемент реального внутреннего раздора внутри нашего гражданского общества. Это вредит тому самому единству народов. Мы в 2026 году будем праздновать Год единства народов России. Это очень важно. И вот такие структуры, они, на мой взгляд, раскачивают ситуацию изнутри. Причем мы видим материалы, как представители этой организации Духовное управление мусульман шатаются по Британии, Турции. Что они там делают, в стране НАТО?
Е. Афонина:
- Ну, уж точно не отдыхают.
А. Баранов:
- Финансирование-то идет оттуда.
А. Шлыков:
- Мое мнение, как я вижу, как я слышу людей из разных регионов, прежде всего, опираясь на мнение российских мусульман… Сегодня я говорю, опираясь на мнение российских мусульман, потому что в моей организации мой первый заместитель, председателя «Гражданского комитета России» - российский мусульманин, представитель чеченского народа. Мы всё это обсуждаем, потому что переживаем. Мы же все помним, какие события были в 90-х, когда нас стравливали внутри. Море крови, десятки тысяч погибших.
Е. Афонина:
- Кстати, возвращаясь к вопросу Байрамовой. Про детей от смешанных браков, доказано или нет, непонятно, но те ее слова о том, что в Татарстане должны говорить только на татарском языке, а русский должен быть чуть ли не факультативно, а лучше, чтобы его вообще не было, - что это?
А. Шлыков:
- Сценарий Украины. Но на Украине сработало же. Значит, метод работает.
А. Баранов:
- Следующий шаг уже был сделан в том же Татарстане, увы, когда представители местных мигрантских диаспор обратились с просьбой к Мухаметшину с тем, что дети забывают свой родной язык – узбекский и т.д.
Е. Афонина:
- Мухаметшин – спикер Госсовета Республики Татарстан. Это видео сейчас тоже обходит все социальные сети.
А. Баранов:
- То есть давайте преподавать в школах для них таджикский, узбекский…
Е. Афонина:
- Нет, не было сказано, что в школах преподавать.
А. Баранов:
- Ну, для того чтобы они не забывали, чтобы они получали знания. Я с удивлением это увидел и не представляю себе, допустим, в Америку приезжает мигрант из России, и там кто-то выступает с тем, что давайте будем его язык за счет американских налогоплательщиков преподавать.
Е. Афонина:
- Там смысл этого спича в чем был? Действительно, обратились к нему представители тех, кто приехал с Россию давно, и их дети, внуки уже не знают родной таджикский, узбекский язык, поэтому, для того чтобы их дети и внуки его знали…
А. Баранов:
- За наш счет им должны преподавать язык?
Е. Афонина:
- По версии Мухаметшина, должны каким-то образом эту историю сделать, чтобы было лучше… Все просто в недоумении. Что это?
А. Шлыков:
- Вы меня простите, это следствие такой левацкой (прошу прощения) идеологии. Это такая чисто левацкая история. Такая же левацкая политика губит сегодня Европу.
А. Баранов:
- Посмотрите, эти исламистские радикальные элементы, они получают от мигрантов, которые тоже представляют мусульманские государства, огромную помощь. Вот что произошло совсем недавно в питерской радиостудии. Ворвался товарищ из Казахстана, прервал передачу и потребовал сбросить на Москву атомные бомбы и прекратить СВО. Ну, его вывели. Суд, на который он не явился. 30 тысяч штрафа. И всё, он спокойно продолжает жить у нас.
Е. Афонина:
- Нет, его уже вроде как депортировали. Он стоит на учете в психдиспансере.
А. Баранов:
- Но его не могли тогда судить, если он состоит, а его судили.
Е. Афонина:
- Помните, в Москве такая же история была, когда неадекватный товарищ подбежал к девушке, потому что она была в спортивной форме.
А. Шлыков:
- Психобольной как бы.
Е. Афонина:
- Да, потом он тоже оказался психбольным.
А. Баранов:
- Но психбольной говорит политические лозунги здесь – сбросить на Москву атомные бомбы и т.д.
Е. Афонина:
- Вопрос абсолютно правильный Андрей Михайлович задал – а почему 30 тысяч всего штраф? Что это за такое отношение?
А. Шлыков:
- Многие негодуют от таких судебных решений на самом деле. Я считаю, что наша задача (моя, в частности, как представителя гражданского общества и общероссийского общественного движения) – делать все, чтобы достучаться до того, чтобы у нас были серьезные перемены в этом вопросе. Потому что запрос общества, он перезрел, мы это видим.
Е. Афонина:
- Артур Анатольевич, на этой неделе ваш коллега Кирилл Кабанов взорвал Telegram-каналы своим откровением о том, что есть человек, как выяснилось потом, не из высоких кабинетов, а весьма уважаемый политолог, который сказал, что никаких русских нет и т.д.
А. Шлыков:
- Да, это продвигается.
Е. Афонина:
- Это всё – звенья этой цепочки?
А. Шлыков:
- К сожалению, очень умные люди, силы работают на раскачку России изнутри. Это же очень эффективно, это доказано историей – и российской, и зарубежной, и т.д. И сейчас всевозможные провокационные проекты такие идеологические деструктивные течения внедряют, что русских нет и т.д. Это наслаивается на местечковый какой-то национализм и т.д. Это всё очень большая беда, которую надо купировать, наверное, жестко.
Е. Афонина:
- Спасибо огромное, Артур Анатольевич.
С нами на связи политолог Артур Атаев. И та тема, которую мы будем обсуждать с нашим экспертом, она как продолжение той первой темы, которую мы обсуждали только что.
А. Баранов:
- Давайте от частностей перейдем к общему, к геополитике. 12 декабря Владимир Путин принял участие в Международном форуме «Мир и доверие», который проходил в Туркмении. И руководитель Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов пригласил туда и страны ОТГ (Организации тюркских государств). Я напомню, что помимо Турции в ОТГ входят наши ближайшие соседи – Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Узбекистан. И еще есть страны-наблюдатели – сам Туркменистан и Венгрия.
Совсем недавно аналитический центр НАТО Atlantic Council вместе с Eurasia Center провел целую дискуссию, на которой Организация тюркских государств рассматривалась как будущий военно-политический блок, который США и их европейские партнеры могут использовать для усиления позиций в Центральной Азии. И в ходе этих обсуждений, кстати, особо подчеркивалось, что в ОТГ сильно не хватает Таджикистана (это не тюркское государство, они к персам ближе) и Армении (Южный Кавказ). И стратегическая цель Вашингтона не скрывается, это вытеснение России и Китая из Центральной Азии и Южного Кавказа. Запад надеется, что Турция поможет под своей эгидой собрать этот тюркский мир, и в подбрюшье у России может возникнуть враждебный нам (по крайней мере, недружественный) военно-политический блок. А если вспомнить, что Анкара относит к тюркскому миру Крым, Татарстан, Башкортостан, наш Северный Кавказ, Якутию, Алтай, сибирские регионы, то вдвойне есть, о чем задуматься. Вот мы сейчас и обсудим эту тему с нашим уважаемым экспертом.
Е. Афонина:
- Возникает вопрос. Если подобные организации, как Организация тюркских государств, о ней мы слышим уже не один год, и казалось сначала, что это некая… Ну, надо же странам иногда объединяться по каким-то своим, одним им понятным поводам и причинам, но здесь кажется, что ситуация уже начинает как-то приобретать довольно опасные очертания. Или нет? Или это не более, чем некое желание Турции в первую очередь собрать под свое крыло кого можно, а дальше, что называется, посмотрим? Или все-таки опасность есть? Как вы видите эту ситуацию как политолог?
А. Атаев:
- В чем особенность, на мой взгляд? Дело в том, что британо-американский консорциум, такой глобальный, с помощью таких корпораций, как RAND, как Институт королевских международных отношений, определенное время наблюдает, как развиваются мировые геополитические контуры, как они развиваются в рамках реально существующих проектов. И если развитие проходит по удобному, нужному, интересному американо-британскому консорциуму проекту или сценарию, то они вовлекаются в этот процесс. И вот документ, который вы процитировали, указывает на то, что американцы заинтересовались. Тюркский мир времён раннего Эрдогана, Сулеймана Демиреля (одного из предыдущих президентов Турции), он разительным образом отличается от тюркского мира образца 2025 года. О нем действительно можно говорить как о таком консорциуме держав. Была формула тюркского мира «Одна нация – два государства», и она доказала свою жизнеспособность в рамках 44-дневной Карабахской войны.
А. Баранов:
- Речь идет о Турции и Азербайджане.
А. Атаев:
- А вы сейчас посмотрите на активность Ильхама Гейдаровича Алиева, сколько визитов, в том числе государственных, состоялось в государства Средней Азии, какие они реальные имеют подосновы, какие реальные проекты имеют эти визиты. И в этих условиях действие формулы «6+1» обрело реальные очертания. Более того, якутский кейс, татарстанский кейс, башкортостанский кейс. С помощью довольно серьезной работы, которую проводил еще в регионах Поволжья и Якутии президент Назарбаев с помощью своей дочери, вице-премьера тогдашнего казахстанского правительства, дает сейчас плоды. Опять же, этот контур, он очевиден, он такой пульсирующий. Он не только нам с вами виден, но, разумеется, и американцам, которые наблюдают за этим. И этот проект подхватывается. Как был подхвачен в свое время проект «Аль-Каида», как был подхвачен в свое время проект ИГИЛ (организации, признанной на территории России террористической). Точно так же сейчас идет такое обсуждение, что с этим делать. Опять же, определенной неожиданностью является то, что так быстро после Карабахской войны идет объединение тюркских государств.
А. Баранов:
- Ну, победа всегда объединяет. К сильному стремятся.
А. Атаев:
- Да, она стала превалирующей над мусульманской, над религиозной идентичностью. И с этим надо обязательно что-то делать.
А. Баранов:
- Что нам-то делать?
А. Атаев:
- Знаете, у нас хорошая школа тюркологии, но нам нужен сейчас такой очень быстрый шаг объединения научного сообщества, экспертного сообщества, политиков, может, под эгидой МИДа, под эгидой Российского совета по международным делам. Я сомневаюсь, что американцы четко представляют свои действия. У них есть четкий план, как этот проект оседлать, но мы должны здесь опережающим развитием показать свою дееспособность. Потому что Китай тоже прозябает. Тот уйгурский фактор…
А. Баранов:
- Кстати, Синьцзян-Уйгурский автономный район включен туда.
А. Атаев:
- Да, он тоже попадает в орбиту. И вот эта дуга тюркского взаимодействия, которая сейчас вырисовывается очень явно, она может быть и дугой эскалации, дугой рождения нового мирового эскалирующего проекта. И здесь, наверное, только единственная держава, которая может взять этот проект в хорошем смысле под такой контроль и не допустить эскалации.
А. Баранов:
- Каким образом мы могли бы взять этот проект под контроль, экономически? Ну, мы делаем, что можем. Этнокультурно стараемся тоже.
А. Атаев:
- Нет, экономически мы не возьмем, только политически.
А. Баранов:
- Хорошо, есть ОДКБ. Оно имеет какое-то влияние здесь?
А. Атаев:
- Нет. Я думаю, политический фактор один, это Путин. Вот как Ильхам Гейдарович приезжает и налаживает отношения…
А. Баранов:
- Хорошо, но если мы говорим о долгосрочной перспективе, о наших интересах на XXI век, то, наверное, надо подумать не только о Владимире Владимировиче Путине, а о ком-то и о чем-то более солидном, серьезном, долгосрочном.
А. Атаев:
- Пока нужно с помощью довольно серьезной, качественной аналитики понять, что происходит, и в какие лекала это можно пропустить. Знаете, что характерно для западных политических элит? Они запускают проект, якобы его патронируют, потом отпускают. Опять же, ИГИЛ, «Аль-Каида», всё этому свидетельствует.
А. Баранов:
- Организации, запрещенные у нас в России.
А. Атаев:
- Если он будет деструктивным, он в какое-то время пойдет в неуправляемом русле, в том числе и американцы не смогут его подтянуть. У американцев много внутренних проблем, как и у британцев, и они его отпустят. Но они его отпустят в деструктивное русло, с учетом того, что это подбрюшье Евразии, это практически граница с Россией.
Е. Афонина:
- Не очень понятно, в чем опасность. Ну, хорошо, объединяются, встречаются. На практике во что может вылиться подобный союз, подобное объединение? Что, начнут земли захватывать? Что должно произойти на земле?
А. Атаев:
- Знаете, ответ на ваш вопрос имеется в позднем Советском Союзе. Когда рождается исламское движение Узбекистана, когда февральские события 1990 года, в том числе и в Таджикистане. Да, это не тюркское государство, но очень сильно повлияла Исламская партия возрождения, рождение новых лидеров, новых символов. Если это будет эскалирующий, деструктивный проект, это пойдет внутритюркское противостояние. Внутритюркское противостояние, оно, скорее всего, перерастет в Россию. Ну, как минимум, 1,5 миллиона мигрантов, преимущественно тюрки. Более того, из тех мигрантов, которые сейчас проживают на территории России, по самым скромным подсчетам, у 7-8% есть боевое прошлое. В этих условиях, с учетом того, что России тюркский мир не чужд, потому что есть Якутия, есть республики в Поволжье, есть часть народов Северного Кавказа (карачаевцы, балкарцы, ногайцы), которые тоже имеют тюркскую компоненту, кумыки. Это коснется и нас. Поэтому сценариев деструктивных очень много, и этот, наверное, самый безобидный. Потому что, если еще к этому тюркскому фактору будет присовокуплен, как это было в поздний период кризиса Советского Союза, и исламский фактор, то это будет взрывоопасная смесь.
А. Баранов:
- Смотрите, что пишут наши слушатели. Татьяна Петрова пишет: «Недавно на Алтае была проведена Россией конференция для тюркских народов. Алтай был преподнесен как колыбель тюркских народов. Вот это и надо развивать. И еще надо исторические фильмы создавать со странами Средней Азии, как это делает, например, Турция». И почему бы нет, собственно говоря? Надо перехватывать инициативу и в этом также.
Что мы наблюдаем пока что? Совсем недавно, пока все следят за переговорным процессом на Украине, в Кыргызстане заявили о создании единой карты тюркских государств. И на форуме, недавно прошедшем в Баку, этот проект был представлен. Что собой эта новая карта представляет? Это не просто рельефы, границы, в нее интегрируют полноценную GPS-систему, позволяющую отслеживать месторождения полезных ископаемых, видеть транспортные коридоры, логистические разные узлы, наблюдать за объектами двойного назначения (гражданского и военного), фиксировать их расположение, в том числе и военных баз, анализировать стратегически важные предприятия. Эта карта уже готова, она сделана на самом научном уровне. Вы знаете, кто входит в эту карту тюркского мира? Якутия, Ханты-Мансийский автономный округ, тот же самый Алтай, Татарстан, Башкортостан, Северный Кавказ. Я не говорю уже о Средней Азии и Южном Кавказе. Там, в Киргизии, уже думают о том, какие полезные ископаемые можно было бы этому тюркскому миру под свою эгиду забрать. А мы почему-то ждем. Может быть, действительно, как наша слушательница сказала, начать с Алтая, как вы думаете?
А. Атаев:
- Ну, Республика Алтай, она, знаете, в какую карту входит? В карту дестабилизации тюркского мира. Там регулярно проходили акции (ну, проходили). Сейчас Аруна Арна ( это местная активистка, которая довольно известным блогером была, она признана иностранным агентом, но, по-моему, она даже под стражу взята) проводила такие деструктивные форумы и оппозиционные акции. И, что очень важно, к ней приезжали якутские оппозиционеры, у которых регулярно интервью берут тюркские телеканалы, в частности, депутат местного якутского парламента Иванов, он приезжал, у них такое объединение ресурсов националистических было. Что очень важно, Республика Алтай – это такое стратегически важное звено в контексте геополитики. Еще раз подчеркну, она входит в карту дестабилизации тюркского мира.
Да, тут культурная компонента очень важна, она обязательно должна быть. Потому что все националистические проекты деструктивные, они начинаются с культуры. Вот что внушалось алтайцам? Что вхождение в состав России – это уничтожение культуры, уничтожение языка алтайского. Но, кстати, это ровно наоборот. Потому что уникальные прецеденты развития, в том числе алтайской языковой культуры и материального и нематериального наследия, которое поддерживается, как и у абсолютного большинства народов, входящих в состав России. Я думаю, культурный фронт, он здесь должен быть таким, наступательным, но все-таки на первом месте должна быть политическая составляющая. Внешний контур, МИД, администрация президента, они должны как-то в этом плане осознать…
А. Баранов:
- Как-то должны, да. Но пока мы как-то не очень видим реальных действий в этом направлении. Хотя, понятное дело, и других задач хватает.
Е. Афонина:
- Артур, вы очень верно сказали про то, что все начинается именно с культурной составляющей. Мы в первой части эфира обсуждали Байрамову, эту бабушку татарского национализма…
А. Баранов:
- Как ее называют журналисты.
Е. Афонина:
- …или сепаратизма, как кому хочется называть. Какую ни возьми похожую личность, всё как под копирку. Вот памятник Сузге – пожалуйста. Ведь борьба же за историю, это же всё восстановление справедливости. Вот пришли русские, татарам жизни не дали, надо же восстановить справедливость, надо, чтобы на татарском языке… Вот пришли куда-то еще, что-то еще сделали не то и т.д. И все это в пику. Вот пришли русские – и всё стало плохо. Это как под копирку, но до сих пор работает. До сих пор это продолжает приносить свои эти ядовитые плоды, на которые почему-то сейчас местные власти внимания не обращают. Ну, может быть, выше это все не так видно, насколько это серьезно. Вот вы говорите о культурной составляющей. Что, с лекциями ходить, фильмы снимать? На каждую такую лекцию на турецкие деньги вам 10 будет проведено в пику. На каждый снятый правильный фильм 20 фильмов будет на деньги Турции или Британии.
А. Баранов:
- Лена, что значит 20? Все равно нельзя опускать руки.
Е. Афонина:
- В этой ситуации мы каким образом должны действовать?
А. Атаев:
- У нас, к сожалению, такой, мне кажется, довольно несовершенный подход в отличие от Запада. Я сомневаюсь, что Запад на пропаганду контркультуры и русофобии тратит больше денег, чем мы на поддержку национальных культур народов, населяющих Россию. Я думаю, это в разы, может, в десятки раз меньше. Но что делает Запад? Они воспитывают рупоры, блогеров, которые точечно, обязательно ежедневно вещают одну и ту же идеологему, что Россия – оккупант, что Россия – это системное давление на национальную культуру, национальный язык, уничтожение региональной экономики, применимо, допустим, к Якутии, Башкортостану вот это оппозиционное движение. И эти блогеры, они, разумеется, не в России, но их минимум три сотни. Сейчас на память я могу 20 фамилий сходу назвать. А вот теперь вопрос. А кто на альтернативном информационном поле? Я вам честно говорю, альтернативного я ни одного блогера не знаю. Ну, были в Башкирии два блогера, которые были как бы из другого лагеря, принимали на вооружение другую, альтернативную идеологему, но мне жалко было на них смотреть.
А. Баранов:
- Что вы имеете в виду?
А. Атаев:
- Ну, они не умеют работать, это не информационная пропаганда, это не контрпропаганда. Ну, они как-то маргинальны. Они реально маргиналы.
А. Баранов:
- Значит, надо создавать таких блогеров, готовить их так, как готовят наши противники своих блогеров.
А. Атаев:
- Конечно. Мы не в состоянии произвести 3-4 блогеров. Во-первых, это опасно. Потому что, допустим, в некоторых республиках они вряд ли выживут, объективно говоря.
А. Баранов:
- Может быть, тогда наши власти возьмутся за тех блогеров?
А. Атаев:
- Они в Польше, в Литве, Эстонии, они вещают из-за рубежа. Страны Скандинавии дают им политическое убежище, многие из них уже стали 500-тысячниками, некоторые - миллионники, довольно давно работают, многих приютила Украина. Это серьезная проблема. У нас нет в хорошем смысле таких пропагандистов традиционных ценностей, традиционного уклада, которые занимают или создают альтернативное информационное поле.
Е. Афонина:
- Артур, есть же другая проблема, не менее серьезная, чем то, что мы сейчас обсуждаем. Одно дело, когда рождается некий союз, такой как тот, о котором мы говорим, Организация тюркских государств, но есть другая проблема, не менее опасная, и она касается нашей внутренней жизни, когда нам здесь начинают объяснять, что вообще никогда никаких русских не было, что был некий сплав…
А. Баранов:
- Это уже следующий шаг. Это не то, что русские пришли, и стало плохо, а говорят: вы, русские, вообще вышли из исламского мира, что нации такой не было, вы откололись от исламского мира, и давайте сюда, в евразийство, где мы, тюркский мир, будем являться проводниками дальнейшего развития.
Е. Афонина:
- Что с этой проблемой?
А. Атаев:
- Я читал последние вести, связанные с этим. Честно говоря, я считаю, что это какой-то сознательный провокационный вброс. Потому что сейчас кризис деструктивного исламского мира. После кризиса ИГИЛ, после подавления террористической активности исламской доктринальной направленности не зря всплывают такие организации, как Организация тюркского мира, Организация тюркских государств. Их порядка 12, кстати. Организация тюркских государств – это 1 из 12 проектов. Так вот, в этих условиях попытка воссоздать альтернативу ИГИЛ (организация, признанная на территории России террористической) – это пока ущербный маргинальный проект.
Е. Афонина:
- Спасибо большое, Артур.
Подписывайтесь на новые выпуски нашего подкаста на любой удобной платформе и слушайте, когда удобно!
