Олег Кашин: Не нужно делать вид, что на Кавказе побежден терроризм

Отдельная тема с Олегом Кашиным
Эдвард Чесноков и Олег Кашин обсуждают арест главы ОМВД в Дагестане, переименование улиц и островов, фальсификацию истории, родительские чаты и вспоминают экс-главу Хакасии Виктора Зимина,

О. Кашин:

- Всем привет! Я – Олег Кашин. В московской студии Эдвард Чесноков. Эдвард, здравствуйте. И скажите мне, пожалуйста, вы еще принадлежите к тому поколению, для которого полковник Исаев – это романтический герой в исполнении актера Тихонова? Или уже другие ассоциации?

Э. Чесноков:

- Здравствуйте, мой милый Олег Владимирович. Вот об Исаеве у меня ассоциация с человеком по имени Никита, который трагически погиб в расцвете сил. Я уверен, что в новом составе Госдумы мы бы увидели его в Госдуме. И его смерть очень странная, очень загадочная. До сих пор толком не ясно, что там было. Он из Тамбова возвращался в поезде, умер непонятно от чего. У меня этот Исаев. А у вас какой?

О. Кашин:

- Тоже маленькая ремарка на полях. Вот бы вы, и вы конкретно, Эдвард, и вы все, лоялисты, с таким бы чувством говорили и об убийстве Немцова, а не напоминали о Дурицкой, притягивая за уши какую-то женскую версию, и об отравлении Навального, и так далее.

Э. Чесноков:

- Учитывая, что сам Навальный и его окружение растиражировали три или четыре взаимоисключающих версии отравления, в общем, они уже сами все сказали об этом.

О. Кашин:

- Это уже отдельная ерунда. Все-таки про «рафаэлку» не Навальный писал.

Итак, сегодня главное событие дня, может быть, событие года. Я поделюсь своим ощущением, это ж такая рутина новостная много-много лет, когда сообщают: арестован организатор какого-то очередного теракта на Кавказе. И все думают: сейчас услышишь незнакомое…

Э. Чесноков:

- Хангошвили, которого никто не знал до августа 2019 года.

О. Кашин:

- Да, условный Хангошвили, представитель группировки – тоже какое-то сложное хитрое арабское название. И ты проходишь мимо – такие новости не трогают. И вот вопрос: какой должна быть новость, чтобы про нее можно было сказать «вау!». А вот такой. Начальник ОМВД по Гизлярскому району Дагестана полковник полиции Гази Исаев задержан в рамках уголовного дела о терактах в московском метро в марте 2010 года. Помним эти взрывы на «Лубянке» и на «Парке культуры». Погибли 39 человек, более ста были ранены. Исаев лично привез одну из смертниц на автостанцию в Кизляре, был участником запрещенной в России группировки «Имарат Кавказ». В общем, совмещал работу в российской полиции с исламским подпольем.

Мы тут посмотрели его биографию, помимо того, что телеграм-канал с интересным названием «Алибабич» называет его «кошельком» бывшего министра МВД Дагестана Абдурашида Магомедова, который проходит по другому делу – по уголовному денежному делу, по делу Сагида Муртазалиева. Вот как раз о чем мы и говорили: загадочные имена. Помимо этого, сам Исаев возглавил ОВД после того, как его шефа, между прочим, русского, взорвали насмерть.

Э. Чесноков:

- Вы намекаете: кто же был заказчиком взрыва?

О. Кашин:

- Сам Исаев, наверное, и был. Но вернемся к потрясающей новости. Мы узнали, что взрывы, которые осуществляет исламистское подполье, одновременно ими руководят российские полицейские. Я хочу подчеркнуть – российские полицейские.

Э. Чесноков:

- Кстати, сам Исаев уже сказал, что не признает вину и считает это местью за свою служебную деятельность, за то, что он воевал с терроризмом. И тут еще не совсем понятно. Наверное, надо дождаться суда. Или хоть каких-то сливов в наших любимых каналах – Baza и 112.

О. Кашин:

- В «Алибабаиче». Здесь тоже вопрос веры. Вот бы вы, лоялисты, всегда так реагировали на новости, исходящие от российских силовиков. Я как раз здесь почему-то, удивительно, верю. Хотя, может быть, я романтично настроен слишком.

Итак, все-таки, когда полковник, не лейтенант, не рядовой, не сержант, полковник, начальник районного отдела оказывается вот тем, кем он оказался, наверное, вопросы в том числе и к министру не только республиканскому, но и федеральному. Ко всем этим службам собственной безопасности.

Э. Чесноков:

- Полковник Захарченко тоже был полковником. И вот оказался наедине со своими миллиардами.

О. Кашин:

- Вопрос: почему министр МВД, наш прекрасный и старый честный опер Колокольцев, почему он вне подозрений всегда? Ведь он же, наверное, мог визировать назначение этого человека?

Э. Чесноков:

- Он же не может знать биографию и подноготную всех двухсот тысяч офицеров.

О. Кашин:

- А вот он должен знать биографию и подноготную не двухсот тысяч офицеров, а все-таки сколько в России районных управлений, тем более таких важных, как кизлярское, где, действительно, продолжается, по сути, война с терроризмом.

Эдвард, помните, вы однажды дискутировали со мной на тему того, кто настоящий герой России. Какое вы имя привели в пример?

Э. Чесноков:

- Магомед Нурбагандов.

О. Кашин:

- И вы, насколько понимаю, удивлялись тому, почему я не бегу за вами с этим лозунгом «Работайте, братья!». Потому что, да, дагестанское МВД так и выглядит. Когда непонятно, этот человек с бородой или без бороды, но со автоматом и в погонах, он еще полицейский или уже террорист?

Э. Чесноков:

- Так это наследие 90-х, когда это, действительно, было непонятно. И до сих пор там так все осталось. До сих пор многие повязаны.

О. Кашин:

- 90-е были 20-30 лет назад. После 90-х уже поколение выросло.

Э. Чесноков:

- Да, но схемы-то остались.

О. Кашин:

- Схемы остались. И вопрос: а что вообще такое исламистское подполье в России? Было ли оно? Или оно было – такая традиция со времен Евно Азефа, когда российские силовики, будь то царские, советские или постсоветские, желая завоевать себе и награды, и звания, и успех по службе, сами придумывают терроризм, сами осуществляют теракты, сами с ними борются. И, может быть, вот эта новость сегодня не о том, что поймали террориста, а о том, что наконец-то задумались: не пора ли закрыть проект исламского терроризма? И вдруг окажется, чтобы его закрыть, достаточно полутора арестов в системе МВД, и всё. Я в этом смысле даже оптимист.

Э. Чесноков:

- У вас откровенно немножечко демшизовое восприятие всех этих историй. Да, этот международный терроризм есть. Он управляется и контролируется из-за рубежа. И Варвара Караулова, которая ни разу не террористка, а просто заблудшая девочка, она побежала туда, за рубеж, в эту ментальную Сирию. Есть международный терроризм.

О. Кашин:

- Конечно, он есть. И девочка, которая побежала в Сирию, она дура. А умная девочка побежала бы в МВД Дагестана. А может быть, даже в московское МВД, в федеральное. Потому что умная девочка знала бы, что если ты хочешь убивать или даже взрывать людей, найди себе союзника здесь, найди себе крышу здесь. Это же так работает.

Э. Чесноков:

- Меня печалит, что вы смотрите на все это только с одной стороны, что там террористы, которые чуть ли не сами себя вскормили, как какие-то гомункулы в реторте. Но помимо того, там есть реальные герои, которые обороняли в 1999 году Дагестан от банд Басаева. Там есть реальные герои, которые заходили в «красную зону» ковидных госпиталей. Мы прекрасно знаем, насколько в Дагестане тяжко было. Там есть герои, которые в Сирии воевали, используя знания исламского дискурса.

О. Кашин:

- Про ковидный госпиталь давайте уточним. Они есть – эти герои. Но мы также помним, как еще при главе региона Васильеве нам называли на порядок заниженную цифру умерших от ковида, когда было уже известно, что…

Э. Чесноков:

- Васильев сейчас не глава региона.

О. Кашин:

- То есть и Васильев оказался кадровым провалом Москвы. То есть у Москвы на Кавказе не так все безоблачно в ее политике. И нет, я не с позиции демшизы бегаю, показываю пальце: вот Рашка…

Э. Чесноков:

- Не говорите это мерзкое слово.

О. Кашин:

- Да, слово мерзкое. Поэтому я и говорю, что я его не произношу. Я просто говорю о том, что не нужно делать вид, что на Кавказе побежден терроризм. Нет. Более того, мы видим, сейчас приоткрылся краешек занавеса. Оказывается, терроризм, полиция и бандподполье – очень часто это одно и то же. И уже, оборачиваясь назад, начиная с «рязанского сахара», начинаешь думать: а все ли мы знаем о прошлом терроризме, а все ли мы понимаем о прошлом терроризме? Почему он был? Почему он притих, закончился? А вот когда МВД Дагестана сообщает нам о том, что уничтожены террористы, мы уверены, что они уничтожают террористов, а не каких-то своих неугодных знакомых или незнакомых?

Э. Чесноков:

- Терроризм именно потому и притих, что он уничтожен. Я был однажды на совещании и отчетной пресс-конференции Национального антитеррористического комитета. Там одно из их медийных лиц – это человек с дивной фамилией Пржездомский. И они прямо показывали, на огромной панели были выставлены конфискованные самодельные взрывные устройства. Терроризма меньше, потому что полиция лучше работает и другие органы.

О. Кашин:

- И полковник Исаев тому порука. Я помню этого Пржездомского еще таможенником, когда он, будучи как-то связанным с Калининградом в моей юности, искал Янтарную комнату. И не нашел, представляете? Когда нам показывают: а вот найдены бомбы! Ну, слушайте, можно поднять архивы НКВД за конец 30-х годов, там тоже было найдено много террористов и злодеев. И более того, наверняка среди них даже были какие-то настоящие злодеи.

Э. Чесноков:

- Настоящие румынские шпионы.

О. Кашин:

- Должны же быть румынские шпионы там. Румыния же была на свете, у нее была разведка. Наверняка она каких-то людей внедряла в Советский Союз. Но ловили не только их. В общем, действительно, потрясающая новость. И я бы ждал какого-то развития по ней. Действительно, интересно, кто взорвал метро в Москве в 2010 году? Офицер российского МВД! С прошедшим Днем полиции, друзья!

Э. Чесноков:

- Так и в МВД есть оборотни в погонах. Везде есть.

О. Кашин:

- Эдвард, вопрос – сколько оборотней. И не они ли задают тон поведению МВД? Потому что уже и новыми глазами смотришь даже на полицейское насилие стандартное. Может быть, это тоже элемент исламского терроризма во имя запрещенного в России «Исламского государства»?

Э. Чесноков:

- На каждую адовую историю, наподобие этой, приходится двадцать или тридцать позитивных историй, как полицейские спасли, например, женщину от изнасилования. Или вот ребенка спасли, который два месяца в плену пробыл. Но мы почему-то не акцентируем на этом внимание.

О. Кашин:

- Дай бог, чтобы добрые полицейские победили злых. Но пока неочевидно.

Э. Чесноков:

- С нашей помощью они их победят. После перерыва будем говорить о Земле Франца-Иосифа.

О. Кашин:

- Оговорка у нас была. Не Земля Франца-Иосифа, а Северная Земля. Более того, кто рос… Вот тоже вопрос: Эдвард, а вы росли на «Двух капитанах»?

Э. Чесноков:

- Я читал эту книгу, безразмерную совершенно, так и не смог дочитать.

О. Кашин:

- Ого! Для меня лично это прямо один из лучших русских романов в любом зачете, включая какую-то абсолютную классику. Так или иначе, там интрига в том, что главный герой, вернее, заочный главный герой – один из двух капитанов, капитан Татаринов, открыл некий архипелаг, хотел назвать его именем своей жены. Но его царизм назвал именем Николая II, потом он стал Северной Землей.

Э. Чесноков:

- А потом архипелаг превратился в ГУЛАГ?

О. Кашин:

- Да. Потому что названия островов этого архипелага тоже довольно одиозные. Вы знаете, какие острова в него входят?

Э. Чесноков:

- Большевик. По-моему, еще остров «Комсомольской правды» есть.

О. Кашин:

- Пионер, Комсомолец и Большевик. И остров Октябрьской революции.

Э. Чесноков:

- Очень концептуально.

О. Кашин:

- Их бы тоже переименовать. Но сейчас идет кампания по переименованию, по возвращению этому архипелагу его реального исторического имени – острова Николая II. Более того, как раз вы правильно вспомнили про Франца-Иосифа, потому что рядом земля, названная именем императора Австро-Венгрии. Давайте оставим нашего императора. Кампания такая, что возник путешественник Федор Конюхов, потом еще какие-то люди. Епископ возник.

Э. Чесноков:

- В общем, люди, безусловно, авторитетные, которых никак нельзя упрекнуть в мурзилочности и прочих грехах.

О. Кашин:

- Да. И теперь губернатор Усс подключился. Дай бог, чтобы переименовали.

Э. Чесноков:

- Мы всецело за русскую старину, благодать и лепоту. Но видите ли, в чем проблема. В Красноярске периодически наступает режим «черного неба». И вот буквально на прошлой неделе люди окна открывать не могли, дышать не могли, голова болела. И тут вдруг: ой, а давайте-ка Северную Землю переименуем в Николая II, вспоминая, какой ад и Содом творился, например, три года назад вокруг «Матильды».

Я вам так скажу, все переименование – это переименование повторяющееся. Потому что, например, в 2006 году Думой Долгано-Ненецкого автономного округа было принято постановление, предлагавшее вернуть архипелагу Северная Земля прежнее название – Земля Николая II. Более того, остров Малый Таймыр хотели переименовать в остров Цесаревича Алексея. Большевик – в остров Святой Ольги. По сути, эти острова назвать в честь имен детей Николая II. Еще дальше пошли.

О. Кашин:

- Здесь такая сложносочиненная история. Во-первых, вы говорите: «черное небо». Я не знаю, как повлияет переименование островов на «черное небо».

Э. Чесноков:

- Все будут ломать копья, как насчет названия аэропортов.

О. Кашин:

- Даже табличку не вставишь, потому что куда ее в вечную мерзлоту, где живут белые медведи, втыкать. Это первый момент. Второй момент. Таруса – тоже наверняка в Тарусе проблемы с коммунальными услугами, вывозом мусора, асфальтированием дорог. Мы недавно обсуждали, зачем они переименовали улицу Урицкого в улицу Соборную, условно говоря. Хотя мы с вами оба согласны, что переименование правильное.

Э. Чесноков:

- Оно, может быть, и правильное. Но оно неправильное в том смысле, что это без какого-то референдума, не спросив мнение людей.

О. Кашин:

- Эдвард, цены бы вам не было, если бы вы давали договорить хотя бы раз в жизни. Референдум жителей Северной Земли, малонаселенной – не знаю, не знаю… Гораздо интереснее, поскольку это не переименование улицы и не переименование города. Это переименование острова, географического объекта. Переименовать реку – понятно, что это даже не только вопрос жизни Красноярского края. На всех картах, включая Королевское географическое общество Великобритании, она стоит как Северная Земля. И как ты будешь доказывать. Если вы подлетали к Москве на самолетах Lufthansa или Swiss, там до сих пор на этих мониторах с навигатором показан Куйбышев, Горький. Потому что невозможно перепрошить все, все атласы мира.

Интересно, поскольку это же и навигационная морская тема, когда ллойдовские лоции, в них вбита Северная Земля. И это будет важный прецедент. Потому что это гораздо сложнее и технически, чем переименование улицы.

Э. Чесноков:

- Отлично. И что? Вам не кажется, что все эти переименования лишь отвлекают нас от реальных экономических проблем?

О. Кашин:

- От пенсионной реформы.

Э. Чесноков:

- От «черного неба» того же в Красноярске.

О. Кашин:

- Я как раз считаю, что они дополняют с остальной жизнью вот этой бытовой, материальной друг друга. И одно без другого не работает. Это вечный спор гегельянцев и кого там еще – бытие или сознание? И то, и другое, конечно же.

Э. Чесноков:

- Платона и Аристотеля.

О. Кашин:

- Невозможно быть счастливым, когда ты живешь под портретом Дзержинского. Замени его на икону Спаса, и уже настроение улучшится, и воздух станет свежее и чище. Это не стоит больших денег, не стоит затрат. А про то, что остров переименовать сложнее, чем улицу, я говорю, скорее, что это такое амбициозное направление. Если у людей получится, им можно будет поаплодировать раза в три громче, чем властям города Тарусы.

Э. Чесноков:

- Экс-глава Хакасии Виктор Зимин, до того бывший железнодорожником, ушедший в 2018 году с этого поста, скончался, не пишут, но подразумевается и предполагается, что от коронавируса. Мы ругаем эти элиты за то, что они в Лондоне своих детей… Ой, господи, не надо! И более того, что там коррупция, схемы, миллионы, триллионы. Но они такие же, как мы. Они точно так же смертны. Их все эти клиники «Шарите» им ничуть не помогли. Это значит, что пропасти между народом и элитами нет.

О. Кашин:

- Все-таки человек был главой Хакасии два года назад, довольно болезненно, я помню его прощальное обращение, такое прямо раненого зверя. Обращение проигравшего. Проиграл Коновалову – молодому коммунисту, над которым принято смеяться, потому что он такой неумелый парень. И даже прощальная его встреча с Зиминым была, как будто бы он на приеме у босса, хотя Зимин уже не босс.

Э. Чесноков:

- Да, опять двойка.

О. Кашин:

- Но все-таки главное про Зимина, поскольку, я, правда, довольно давно был в Абакане, но вы согласитесь, что такие города не являются местом, куда хочется возвращаться, где хочется жить. Хакасия не в лучшей форме пребывает уже последние лет двести. Главное в нем, что он по тайге водил на экскурсии, на охоту, на рыбалку и Сергея Шойгу, и Владимира Путина. И в фотосессиях Путина, тех самых, где-то там за кадром есть Зимин. И вот такой человек, который был низвергнут с высот Олимпа, уже не вполне таким отставником-пенсионером, должность топа в РЖД тоже хорошая, но да, умер. По-моему, это теперь самый высокопоставленный покойник от ковида, как бы это ни звучало.

Э. Чесноков:

- Был заместителем гендиректора РЖД.

О. Кашин:

- Но мы считаем, что таких людей обычно спасают, кровь из носа. Оказывается, не всех. Жалко старика. Царство небесное ему.

Э. Чесноков:

- И все-таки надеемся, что наши элиты и наш народ вместе. И не в лондонах они сидят, а у нас, в абаканах. Вот это хоть какой-то оптимизм дает. А в следующем блоке мы поговорим о борьбе с фальсификациями истории Великой Отечественной войны.

О. Кашин:

- Эдвард обещал поговорить о фальсификациях истории, но поскольку я слышал слово «геноцид», я думаю, что тут пахнет Александром Бастрыкиным.

Э. Чесноков:

- Да, безусловно, глава СКР призвал на уровне закона признать геноцидом уничтожение советского народа в 41-45 годах.

О. Кашин:

- Что такое советский народ, скажите мне, товарищ Бастрыкин?

Э. Чесноков:

- То же, о чем было написано в конституции – это новая историческая общность, это люди, которые в 17-м году были вырваны из окоп рабства. Разве нет?

О. Кашин:

- Наверное, да, наверное, Бастрыкин – комсорг юрфака или Ленинградского университета это имеет в виду. Не пропьешь мастерство. Но все-таки, действительно, получается, что теперь, в 2020 году силами вот российских пожилых юристов тема советского народа, а мы увидели, каков советский народ в Нагорном Карабахе, например, теперь она возвращается. Наверное, не это имели в виду, но такое прям неприятное косвенное последствие их активности в исторической сфере.

А так мы об этом не раз говорили. Это нездоровое увлечение, думаю, мы не раз обсуждали, что разные у нас взгляды, Эдвард, на эту тему, вот наших вождей одной-единственной исторической темой, заставляет вздохнуть. И, на самом деле, с надеждой посмотреть, знаете, на что?

Э. Чесноков:

- На что?

О. Кашин:

- На вашу политическую карьеру.

Э. Чесноков:

- Позвольте мне возразить вам. Наши вожди, хорошо, не будем их трогать, они вожди, но наши. Но демократические вожди самой честной и прекрасной страны мира, где так хорошо живется, но демократы-то американские, даже они! Мы-то про Вторую мировую, а они от 1619 годе, то есть, Александрия Окасио-Кортес в своем нью-йоркском округе в палате представителей не спит, не ест, а думает о 1619-м годе, который, по их точке зрения был началом американской истории, потому что тогда первого темнокожего раба привезли. И вот они реально это рефлектируют, говорят, что надо всю программу в школах поменять, рассказывать об институциональном рабстве.

Мы так немного смеемся над нашими, но, по сути, то, что я вам сказал про США – это вообще клиника. Это белочка.

О. Кашин:

-Да, но получается, что именно вы заставляете нас, русских, брать пример с деградирующей Америки. По-моему, это не правильно, не надо брать пример с загнивающего Запада, надо всегда, заказывая чашечку кофе, смотреть, как они сами себя обслуживают.

Э. Чесноков:

- Мы рассказываем, что у нас есть эмоциональная правда, что отрицание угнетения или отрицание факта геноцида – это первый признак геноцида и так далее. Эта термоядерная бомба, которую можно сбросить на беззащитных оппонентов и сказать, что вот если вы против, то вы за геноцид. И главное – это же деньги! И мы приходим к тому, ребята, если вы нас геноцидили, причем, системно и институционально, это я про немцев и гитлеровцев, не поймите превратно, то, значит, вы нам должны! Ну, хорошо, мы денег не просим, но «Северный поток» достройте! Ну, дайте нам акции какого-нибудь «опеля» или корпорации, которая производит двигатели нового поколения.

О. Кашин:

- Эдвард, нам же половину Германии отдали! И конкретный «опель», который нам тоже отдали – завод, он назывался потом «Москвич» много лет. Он на Волгоградке был, а теперь на его месте какая-то элитная застройка.

Э. Чесноков:
- Нет, на Волгоградке, там привезли при Горбачеве, да, был «Москвич», но в конце 80-х привезли очень дорогое французское оборудование, оно там ржавело потом.

О. Кашин:

- Именно автомобиль Opel Admiral известен даже моему поколению, они ездили по улице, как «Москвич-401». 401-й – это немецкое… Все отвезли, все уже отдали, выплатили миллион раз! А теперь вот, когда Бастрыкин придет к Меркель и скажет, эй, Меркель, а ты не доплатила! Ну, это будет выглядеть странно.

Э. Чесноков:

- Нет, сейчас на полном серьезе Конгресс США хотят, вот эти победившие демократы внести законопроект, не все, конечно, радикальное крыло, только не факт, что примут, что надо подумать о компенсации афроамериканцам за эти, получается, триста лет рабства, нет, 401 год!

О. Кашин:

- Эдвард, получается, что священную для каждого советского человека тему вы готовы использовать для банального троллинга этой оказии Кортес!

Э. Чесноков:

- Почему? Нет.

О. Кашин:

- Это плохо. Это пляска на могилах!

Э. Чесноков:

- До Кортес мы потом дойдем, когда развалит Вашингтон, тогда будет удовлетворяться.

О. Кашин:

- Тревожить могилы, тревожить память павших ради того, чтобы Эдвард ироничную новость сделал в «Комсомольской правде»! Это же гораздо большее кощунство, чем любой Бандера с георгиевской ленточкой.

Э. Чесноков:

- Мы не тревожим память павших, мы говорим о борьбе с институциональных угнетением, каковым являлся геноцид, учиненный этой гитлеровской шайкой. А кого геноцид там? Советского народа или русского народа, других народов СССР, это да, вопрос терминологии и можно спорить.

О. Кашин:

- Нет, и еще есть момент, что не только Германию наверняка они имеют в виду, потому что в уголовных делах, которых вагон и маленькая тележка по геноциду советского народа, обычно используют то латышских, то белорусских или украинских карателей. И, в итоге, санкции за «надругались над советской победой» будут использованы против стран Балтии, против Восточной Европы. И это будет очередной международный позор, как это было с памятником Коневу в Чехии.

Эдвард, я хочу обсудить вашу политическую карьеру. Вы куда-то вошли.

Э. Чесноков:

- Я на этот вопрос подробно отвечал на стриме у Кашине вчера, но поскольку не все смотрели этот стрим, это совершенно невероятная история. Мне написали помощник Малофеева: ты хочешь войти в движение «Двуглавый орел»? Это просветительское движение, которое обращается к корням…

О. Кашин:

- Уточним: Малофеев – это православный олигарх, который был активным участником и крымско-русской весны, и донбасской русской весны.

Э. Чесноков:

- Мне кажется, что его участие сильно преувеличено, в том числе, вашими, Олег Владимирович, стараниями.

О. Кашин:

- Но тем не менее, легендарный герой первых месяцев. Игорь Стрелков и Бородай работали у него, деньги он давал. И даже ходили очень не хорошие слухи, что он даже «Правый сектор» спонсировал, не знаю, правда, для чего.

Э. Чесноков:

- Запрещенная организация.

О. Кашин:

- Запрещенная в России.

Э. Чесноков:

- Можно сказать, что и Василий Якеменко сейчас активно участвует, мы все когда-то были в его орбите.

О. Кашин:

- Как говорили в фильме «Операция Ы» - не мы, а вы.

Э. Чесноков:

- Да.

О. Кашин:

- Итак, вы будете заниматься в движении «Царьград» чем?

Э. Чесноков:

- Мне предложили войти пару дней назад в движение «Двуглавый орел»! В просветительское движение! Хорошо, отлично! Знакомить, видимо, активистов там с историей и новыми медиа. И потом, в воскресенье вечером я совершенно неожиданно узнал из сообщений в СМИ, что, оказывается, я введен в экспертный совет, но не просветительского движения «Царьград», а политического движения, которое создалось на его базе, которое называется «Царьград». И которое создалось под выборы 21-го года, хотя они отрицают, что будут в них участвовать по партийным спискам и кандидатам. Говорят, что только надзирать будем.

Подождите! Это совершенно другая история. Я искренне хочу, что вот эту бумагу с нашей распечаткой, наверное, есть какие-то там медиологические системы у Константина Валерьевича, ну, посмотрите, положите ему это перед глазами. Константин Валерьевич, так дела не делаются! Если вы подписываете людей на движ, не вы, о'кей , ваши люди, то вы хотя бы говорите, что, Эдвард, мы тебя хотим подписать, пригласить в политическую организацию, создающуюся под выборы 21-го года. Да, это вопрос обсуждаем, но не так, когда постфактум, по сути, меня женили без меня.

О. Кашин:

- Эдвард, вы уже, по сути, такая внутрипартийная оппозиция в этой структуре. Между прочим, я хочу вас похвалить, смотрите, в каком ключе. Сейчас в Вильнюсе, если кто не знает, проходил в режиме онлайн очередной форум «Свободная Россия». Вот эти поклонники и люди на зарплате у Невзлина и Каспарова, они обсуждали…

Э. Чесноков:

- Рассказывают, что Порошенко был пророссийским кандидатом.

О. Кашин:

- Да, как они будут обустраивать Россию после Путина. Так вот, обычно западная государственная пресса к ним относится очень с симпатией и уважительно. И даже «Немецкая волна» регулярно освещала их мероприятия. Теперь именно «Немецкая волна» их критикует. И за что?

Э. Чесноков:

- За социализм, наверное?

О. Кашин:

- Почти. Нет. Они пишут: «Эти организаторы пытаются сформировать интеллектуальную альтернативу путинскому режиму, однако видно, что форум еле-еле за альтернативой поспевает». Далее: « в обсуждениях о пытках и эмиграции ни слова не прозвучало о представителях ЛГБТ, а феминизма будто вообще не существует». Отдельные спикеры не стеснялись даже, знаете, что отрицать?

Э. Чесноков:

- Системное угнетение афроамериканцев в США?

О. Кашин:

- Я думаю, скажете Холокост, но еще жестче. «Отдельные спикеры не стеснялись отрицать глобальное потепление».
Э. Чесноков:

- Нет, это все. Если ты отрицаешь канонизацию прижизненную Греты Тунберг, то тебе надо к святой инквизиции, в «сапожок» облачиться.

О. Кашин:

- Это очень смешно!

Продолжаем. Как бы ни пытался Эдвард заболтать разговор о своей карьере в движении «Царьград», я хочу от него добиться заявления о том, что в движении «Царьград», куда Эдвард вступил, о'кей , вопреки…

Э. Чесноков:

- Скажем так, не вполне самостоятельно.

О. Кашин:

- Эдвард опять пытается заболтать, но тем не менее, там вы будете защищать геев.

Э. Чесноков:

- Я не просто буду защищать геев, а движении «Царьград» я буду защищать права геев по очень простой причине, что я сам не гей. И, во-вторых, я против гей-парадов, а просто потому, что эстетически, если их сравнить с мерной поступью русских солдат в мундирах с позолоченными погонами, которые маршируют от Парижа до Сибю – это эстетичнее.

Но я хочу сказать очень важную вещь, что вот та абсолютно безумная, чудовищная кампания против геев, о которой все помнят «Царьград», которая уже прошла довольно давно, она отвратила очень многих нормальных и адекватных консерваторов. Понимаете, нужно не сражаться с геями, хотя на каком-то двадцатом-тридцатом месте там эта проблема имеет место быть, нужно говорить об экономике, о том, кому принадлежат деньги. И почему Зельфира Трегулова вывешивает на тендеры четыре кафе-поинтов за четверть миллиарда, да?

О. Кашин:

- Если деньги принадлежат геям, то это тоже вопрос. Или гомофобам. Но я процитирую известного деятеля Симу Ореханова, который пишет дословно о вас, о ваших словах: «не знаю, кто этот сверхразум, но всегда говорил, что по-настоящему Западу не поздоровится, когда гэбуха перехватит всю эту повестку про угнетение». Да.

Э. Чесноков:

- Ну, подождите, это я гэбуха?

О. Кашин:

- Ну, вы, конечно, гэбуха, потому что Малофеев – он кто? А вы же еще и пригожинец.

Э. Чесноков:

- Это очень тонкий вопрос. Я гэбуха?

О. Кашин:

- Знаете, Эдвард, я уйду от ответа, потому что в нашей программе сегодня я дважды говорил: вы, не только вы, Эдвард, но вы как вы. И поскольку мы говорим…

Э. Чесноков:

- Хорошо, прощаю вас!

О. Кашин:

- Подождите! Да, простите. Мы говорим о глобальных больших сущностях – мировая жаба, допустим, вы, естественно, в какой-то мере представляете буквально российскую гадюку и как малофеевец-пригожинец, естественно.

Э. Чесноков:

- Это у Алексея Толстого, главного криптоколониального английского агента, был такой рассказ про гадюку. Да, забавно.

О. Кашин:

- Про женщину, которая хотела всех убивать и всех убила.

Поздравляю вас, Эдвард. И, действительно, простите ради бога.

Э. Чесноков:

- Я хочу еще раз сделать официальное заявление, что пока я в движении «Царьград». Не знаю, может, когда закончится эфир, прилетит, я уже там не буду решением того, кто все это начал. И я даже не про Малофеева. С русскими геями, с русскими православными геями ничего не случится, потому что мы за равенство, мы за то, чтобы людей оценивали по их уму, а не по чему иному. А в этих бездуховных американиях, когда нормального гейсерватора Майло Яннопулоса не пускают никуда, ни на одну площадку, кроме Telegram-канала, на остальных он просто забанен…

О. Кашин:

- Эдвард…

Э. Чесноков:

- Или как они говорят «деплатформирован», мы должны поддержать Майло. И сказать, что это Майло Яннопулос должен быть на коне.

О. Кашин:

- Мы – радиопоколение Земфиры, радиопоколение «Мумий Тролля», радиопоколения Ляписа Трубецкого. И эти уже не молодые люди моего возраста, которые сидят у себя…

Э. Чесноков:

- Яннопулос тоже не молодой.

О. Кашин:

- … в Таганроге и говорят про гомоконсерваторах, или как вы это называете.

Э. Чесноков:

- Гейсерваторов.

О. Кашин:

- Да. Эдвард, осторожнее! Мы с вами, конечно, гомоконсерваторы, но давайте это как-то тоже не выпячивать.

Э. Чесноков:

- Господи, мы натурфилософы. Вот есть такая натурфилософская лирика.

Но давайте про русский фашизм вам расскажу!

О. Кашин:

- Маленькая ремарка, я знаю, что нас сейчас слушает первый на постсоветском пространстве русский гей в официальном гей-браке – Глеб Кузнецов из Эстонии, который тоже шлет вам привет. Он ваш давний поклонник.

Теперь говорите.

Э. Чесноков:

- Да. В Санкт-Петербурге поднял голову русский фашизм. Практически как в Волгограде. После перепалки в родительском чате, господи, их надо запретить или приставить туда товарища майора, пригласить китайцев, которые своими электронными уйгурлагерными системами мониторили бы эти чаты, чтобы там не было контента, насилия и призывов к насилию. Повздорили там несколько человек, один что-то там высказался относительно жены другого, и началось! Им примерно там 33-35 лет. И вот смотрите – имена этих русских фашистов, которые пришли на стрелку. Значит, Зураб, футболист Георгий, Рустам и Папуна.

О. Кашин:

- Оговоримся. Они в реальности абхазы, И вот вы говорите…

Э. Чесноков:

- Грузины. Осетин еще есть.

О. Кашин:

- Абхазы.

Э. Чесноков:

- При этом все, можно сказать, культурнообогатители, потому что один футболист, два – стоматолог, один занимается лакокрасочными материалами. И вот началась такая на почве этого родительского чата, по сути, межнациональный конфликт. Понимаете, надо запретить вотсапп как инструмент распространения фашизма!

О. Кашин:

- Давайте я вас осторожно спрошу, Эдвард. Вы, действительно, считаете, что все дело в родительских чатах? Может, если бы в родительских чатах только ивановы с петровыми обсуждали проблемы школы, все было бы иначе?

Э. Чесноков:

- Я считаю, что все дело в том, что на ковидобесии у многих людей едет крыша. И что нужно, наверное, как-то открыть школы, потому что, например, частные школы, они открыты. Там, видимо, коронавируса нет, не живет он в частных школах, а вот государственные и муниципальные школы, они потихоньку отправляют детей на передержку, извините, дома.

О. Кашин:

- К вопросу о. Сегодня увидел гениальной совершенно объявление. Вы знаете, что в Москве запретили работать ресторанам в новогоднюю ночь.

Э. Чесноков:

- Скоро оливье запретят, потому что коронавирус в нем живет.

О. Кашин:

- Один ресторан объявил, что арендует теплоход – транспорт не запрещен, на теплоходах можно кататься. И вечеринка будет на теплоходе! Я даю совет всему малому бизнесу на эту тему, потому что вот так можно обходить запреты, хотя, люди, подумайте, нужно ли вам на пике пандемии выходить куда-то, кроме, не знаю, мусорного бака или магазина с едой.

Э. Чесноков:

- Зачем куда-то выходить? Помилуйте! Дрон прилетит, голубой дрон. Вы на него все погрузите, он все унесет куда-то и утилизирует. А если не будет дрона, то робот.

Я вижу, что мы всегда заканчиваем на позитиве. Я видел, как робот, наш русский робот доставляет доставку автоматически!

О. Кашин:

- На этом мы уходим до завтра!