Олег Кашин: Марадона мог позволить себе всё, потому что он легенда

Отдельная тема с Олегом Кашиным
Эдвард Чесноков и Олег Кашин вспоминают Диего Марадону, обсуждают урюпинский парклет, нового директора парка Зарядья, украинский законопроект об отселении российских граждан и электронные визы для иностранцев


О. Кашин:

- Привет всем! Я – Олег Кашин. В московской студии Эдвард Чесноков. И поскольку сегодня очень много запретных, скажем так, тем, начнем с печальной. Диего Марадона умер.

Э. Чесноков:

- Здравствуйте, Олег Владимирович! Да, кумир нашей молодости, хотя я ни разу не смотрел футбол, я не знаю, периодический предлагалось потратить миллион, миллиард, купить какого-нибудь Гуса Хиддинка, Марадона, чтобы он, наконец, поднял наш футбол.

Я понимаю, что если бы Марадона к нам прилетел на голубом вертолете, он был спас наш футбол?

О. Кашин:

- Знаете, он прилетал, правда, не спасать, а быть одной из тех мировых знаменитостей, которых в изобилии в нулевые и десятые годы было в России, то есть, люди из той эпохи, когда я пытался на примере, слава богу, живой и здоровой, легитимной Палемы Андерсон реконструировать…

Э. Чесноков:

- Или Депардье.

О. Кашин:

- Да. Реконструировать эту логику, когда тебе тридцать лет, ты подполковник КГБ, у которого жизнь более-менее удалась по мерках современным, а это слезу, а не жизнь, ты сидишь у себя где-то в ГДР, смотришь по даже цветному телевизору матч 86-й год – знаменитый гол Марадоны. И проходят годы. И ты можешь позволить себе все. И ты выписываешь Марадону.

Вот таким, наверное, в памяти уже вашего поколения Марадона и останется – человеком из прошлого, который для людей, ныне владеющих Россией, символизировал их жизненный успех.

Наверное, это не совсем топтание на костях, но да, он часть нашей мифологии национальной. Думаю, вы не помните, была такая эстонская певица Анне Вески.

Э. Чесноков:

- Нет.

О. Кашин:

- Которая пела с таким престижным и модным тогда акцентом, потому что если человек поет с акцентом, прибалтийский певец, как Лайма Вайкуле, значит, он крутой, он почти иностранец. Она пела, что, прилетая в Москву, Марадона, позвони мне. И это воспринималось как всеобщее желание.

Я сейчас вспомнил, был удивительный момент. Это сейчас «Комсомольская правда»… Вы помните статью «Порнуха вороной масти».

Э. Чесноков:

- Я помню «Рагу из синей птицы» еще в 87-м году – важнейшую, можно сказать, этапную статью для наших российских медиа про дебош Пугачевой в гостинице в Ленинграде. Да!

О. Кашин:

- Я вас поправлю. «Рагу из синей птицы» было раньше, оно было про «Машину времени». Оно было в «Комсомолке», да, газеты были тогда неискушенные. И читатель был неискушенный. И я помню, как современник, читатель, телезритель, потому что это обсуждалось широко, день 1 апреля 1988 года, когда в газете «Известия» на последней полосе появилась один раз рубрика «Хорошие новости». И там была подборка таких статей, например, а читатель спрашивает: а что значит буква «у» в треугольничке на борту самолета? Часто мы ее теперь видим. А это ученик за рулем, значит, стажер как бы ведет самолет. Может, конечно, разобьется, но мы ему говорим: не робей, птенец. Понятно, такая постирония, стеб и по тем временам это было «вау».

И еще была статья, что Марадона готов перейти в «Спартак», но у советских профсоюзов, которые владели «Спартаком», не хватает денег, поэтому скоро будет объявлен сбор денег.

Э. Чесноков:

- Тридцать лет прошло, ничего не изменилось!

О. Кашин:

- Да. То есть, «Спартак» теперь принадлежит не совсем профсоюзам, а так да, конечно.

В общем, это такая легендарная фигура не из мира спорта, я тоже тот еще футболист, а из мира медиа, культуры, массовой культуры. Такой человек, когда было модно показывать фотографии толстого Марадоны или Марадоны в наркотическом опьянении, это глупость какая-то! Ну, да, человек мог позволить себе все, потому что он был легендой. И трехдневный траур в Аргентине, который объявлен по случаю его смерти, не знаю, как это прозвучит, вот всегда я в таких ситуациях задумываюсь: а у нас какие есть люди, дай бог, здоровья всем, чья смерть может в России вызвать трехдневный траур? Помню, какой был эпизод, когда было траурное обращение Ельцина по телевизору к нации, когда умер некий человек не из мира политики. Угадайте? Думаю, вы не знаете.

Э. Чесноков:

- Может, Никулин?

О. Кашин:

- Так точно! Вы угадали!

Э. Чесноков:

- Мне тогда лет десять было, я помню.

О. Кашин:

- С траурным обращением к нации. И помню первую полосу «Комсомольской правды», где был анекдот от Никулина прощальный, как два поезда выехали по одной колее навстречу друг другу и не врезались.

Э. Чесноков:

- Потому что не судьба!

О. Кашин:

- Именно. Приятно говорить с понимающим человеком.

В общем, прощаемся с Марадоной. Прощаемся с детством, наверное, прощаемся с эпохой. И поскольку параллельно происходит, думаю, это не только футбольная тема, скандал с гигантским скандальным интервью Черчесова телеканалу «Матч ТВ», где он в перерыве обещает кому-то из ведущих морду набить и так далее, объясняет, что последний раз сборная так плохо сыграла, потому что не было Дзюбы. Хотя, а кто его убрал из сборной? Даже я знаю.

Э. Чесноков:

- Понимаете, я хотел бы поговорить более широко на эту тему. О футболе можно говорить бесконечно, но, понимаете, вопрос инфраструктуры, что к чемпионату 18-го года нами была построено большое количество стадионов, в частности, в Калининграде, в Нижнем Новгороде.

О. Кашин:

- Даже в Саранске!

Э. Чесноков:

- Ну, что, клуб «Балтика», он заполнит эти свыше 20 тысяч трибуны? Конечно, нет. И эти объекты остались как белые слоны, это такой термин, который означает постолимпийские объекты, с которыми вообще непонятно, что делать. Их дорого содержать, у них пустые трибуны, потому что в провинциальном городе просто нет такого количество болельщиков, чтобы прийти. Потому что у них команды играют во втором, третьем дивизионе. И вроде бы да, благое дело. Миллиарды на футбол. Но, может, можно было бы на эти миллиарды, например, в Сирии несколько стадионов построить? А мы вот у нас в России построили.

О. Кашин:

- Сколько бы вышло портянок для ребят, как говорил поэт Блок. Но есть, на самом деле, восхищающий пример дальнейшего использования олимпийского наследия в Сочи – пресловутый «Сириус». И будет сейчас отдельный депутат Госдумы от Сириуса, поскольку это теперь отдельный населенный пункт. Вот так и надо. И на стадионе в том же Калининграде нужно устраивать что-нибудь, потому что… Вот тоже, такой поколенческий тест. А какая не спортивная ассоциация у вас еще есть со стадионом? У меня две, я скажу вам потом.

Э. Чесноков:

- Наверное, мы с вами, как старые советские люди, антифашисты вспомним стадионы, на котором Сальвадор Альенде был расстрелян, не он, а его сторонники расстреляны пиночетовцами.

О. Кашин:

- Разумеется. «И заплакала чья-то гитара, как однажды у черной стены, как тореро погиб Виктор Хара на арене гражданской войны». Нет, еще вещевые рынки 90-х, когда и «Лужники», и Стадион юных пионеров на Ленинградке я даже застал, хотя теперь на его месте элитное жилье.

Э. Чесноков:

- 2006-й год – вокруг «Лужников» еще был этот огромный шанхай.

О. Кашин:

- Помню, был певец Влад Сташевский. И вот пресса, «Комсомольская правда», светская хроника писали: он выгодно женился. На ком? На дочке директора вещевого рынка в «Лужниках»! Вау! На дочке!

Э. Чесноков:

- А где сейчас этот вещевой рынок? Спрашивается. Нет больше этих памятников роскапитализму! Негде больше простому мужчине или простой женщине купить себе леопардовые штаны! Как же так? Получается, что власть молодей! Делает что-то для народа!

О. Кашин:

- Эдвард, Владимир Путин молодец – политик, лидер и боец. Путин чего-то… «с колен Россию поднял, Россию Путин не предал», если вы читаете «Одноклассники»…

Э. Чесноков:

- Мы о нем заговорили. Стала известна причина отмены, вернее, почему Путин отложил рабочую поездку в Саров – это не летная погода. Саров – это вот тот закрытый город, можно сказать, жемчужина нашей атомной промышленности. Очень важный город.

О. Кашин:

- Атомной промышленности и православия. Если честно, я удивился, когда узнал о планах Владимира Путина – поехать в Саров. В начале писали и Песков говорил, что просто в один из регионов, я грешным делом подумал, что во Владивосток, потому что у Путина есть такая привычка, он даже однажды новогоднее обращение передавал из зоны затопления на Дальнем Востоке, но слетать во Владивосток, который сейчас, судя по картинкам, особенно с острова Русский, который заблокирован из-за обледенения моста. И сегодня видел гениальную новость, что с моста убрали уже 150 тонн льда, осталось еще полторы тысячи.

Э. Чесноков:

- Это напоминает эту историю из нулевых, когда сосульки аннигилируются лазером, петербургская история.

О. Кашин:

- Не сосульки, а сосули, потому что именно петербургская история.

В общем, фотографии с острова Русский, которые единственная доступная нам информация об этом, все это обледеневшее и очереди за питьевой водой. Это, конечно, страшный привет.

К вопросу о наследии. Мне казалось, что на острове Русский, поскольку был саммит АТЭС, его здание, в котором проводилось, отдали потом университету, там, по идее все хорошо. Хорошо, пока мост работает, а когда он не работает, там делается прямо такой вот блокадный Ленинград.

Э. Чесноков:

- Нет, продукты-то надо подвозить. Что там, дельфинов что ли забивать на мясо? Не надо. Я думаю, что на острове Русский будет все хорошо. Это одна из сакральных точек России. И очень хорошо, что там нашу молодую русскую и злую элиту готовят и учат в ДВФУ на острове Русский!

О. Кашин:

- Как сказал бы какой-нибудь русский фашист: остров Русский для русских, конечно.

Продолжаем. Наверное, всеми любимый уголок урбаниста. Эдвард, скажите, что придумали в Урюпинске?

Э. Чесноков:

- Да. Совершенно неожиданная история. Это урбанистическая революция. Приходит оттуда, из неформальной столицы глубинной России! Есть такая вещь, как парклет. Думаю, вы знаете, что это такое.

О. Кашин:

- Нет, не представляю, Эдвард.

Э. Чесноков:

- Парклет – это временная деревянная конструкция, которая устанавливается на месте парковочного места, например, летом где-нибудь на улице. Там можно сделать лавочку, столик для работы хипстерского коворкинга, не знаю, какие хипстеры в Урюписнке. Можно разбить небольшой садик. И вот пришла, как в 1612 году, в Россию не из Москвы спасение России, погибающей от бездуховности! А из нее, из нутряной Руси. Из Нижнего Новгорода. Почти что вектор Сарова. И сейчас из Урюпинска, ибо первый русский парклет там появился. И оттуда пойдет урбанистика по Руси великой!

О. Кашин:

- Эдвард, может, я вас сейчас удивлю, но даже эта странная история в Урюпинске, который вдруг стал столицей российского урбанизма, даже это есть, на мой взгляд, прямое продолжение тех протестов в Москве, который происходили в 11-12-м году, а вы, наверное, были ими не довольны.

Э. Чесноков:

- Казалось бы, причем здесь Лужков?

О. Кашин:

- Так вот, мы помним ту Москву, конечно, лужковскую, когда город был не совсем для людей. И парковались на тротуарах, и строили точечную застройку бессовестно. И был архитектурный критик Ревзин в «Коммерсанте», был журнал «Афиша», который писал о том, каким должен быть город. И как жаль, что у нас такого не будет никогда. И журналисты, и редактора «Афишы» были среди организаторов первых митингов на Болотной.

Э. Чесноков:

- Музычку подрубили?

О. Кашин:

- Не только. И все было так, по моей логике, когда власти увидела протест, подумала: вот люди требуют свободных выборов, и чтобы было, как в Европе. Но выборы - ладно, это как-то еще перебор, а вот как в Европе? Ну, давайте сделаем лавочки, велодорожки, как просили.

Э. Чесноков:

- Так хорошо! «Зарядье» - прекрасный парк.

О. Кашин:

- И «Зарядье», и много всего прекрасного! И Парк Горького прекрасный.

Э. Чесноков:

- Фестиваль шаурмы проводился.

О. Кашин:

- Фестиваль шаурмы, шашлыка и все такое прочее.

Э. Чесноков:

- Так хорошо! Люди имеют право на хороший шашлык, нельзя их этого лишать!

О. Кашин:

- И я тоже помню прекрасно, как вот первый приход тогдашнего заместителя главы администрации президента России по внутренней политики Вячеслава Володина в институт «Стрелка», вот это святоточье мечты о европеизированной Москве, где Володин выступил и оказался сам невероятным урбанистом. И вы же, Эдвард, будучи прокрелевским вполне человеком и даже до вчерашнего дня, насколько я понимаю, участником движения «Царьград», и вы же урбанист, на самом деле.

Э. Чесноков:

- Да мы все урбанисты, потому что надо как-то жить. Нынешняя ситуация – это конкуренция юрисдикций. Благодаря ковиду мы видим, что человек может работать где угодно. Вот вы работаете из Лондона. И возникает вопрос: а что может удержать меня в данном городе и в данной стране? Только хорошая городская среда, только возможность пройтись в белых штанах, не замызгав их брызгами из-за неправильно устроенной ливневки.

И вот это и есть та атомная бомба – урбанистика, которая станет залогом нашего процветания и победы в продолжающейся войне с глобальным Западом!

О. Кашин:

- Естественно, ваша речь имеет налет постиронии, но в целом я с вами согласен, Вот какой критерий может быть качественного управления государством? А вот буквально такой, когда ты даже не в белых ботинках, а в белых носочках можешь пройти по улице.

Э. Чесноков:

- А в Японии так и возможно ведь, вы знаете?

О. Кашин:

- А я вчера грабли купил. Причем, грабли…

Э. Чесноков:

- Подождите, мы как старые нашисты, то есть, нашисты – у них была такая акция, которую я осуждаю. В 2006 году они грабли бросали перед машиной британского посла. Это было ужасно. Он в аварию мог попасть. А вы тоже будете такое делать?

О. Кашин:

- Нет, я с помощью этих граблей и метлы просто подметал тротуар на своей улице.

Э. Чесноков:

- Метла – это история из Гарри Поттера. Вдруг у вас заколдованные грабли…

О. Кашин:

- Если честно, когда я покупал метлу в магазине, думал, мне продавец скажет: вам завернуть? Или так полетите? Но нет, но я реально подметал улицу, на которой я живу, потому что прекрасно понимаю, что дворников в Лондоне, в общем, нет. А с дерева, которое у меня на участке растет, нападал вагон листьев. И когда ты идешь домой откуда-нибудь по этому месиву из полусгнивших листьев, лучше подмести улицу, не дожидаясь, пока следующий мэр…

Э. Чесноков:

- Получается, дворником подрабатываете… Кашин – дворник.

О. Кашин:

- Кашин – дворник в Лондоне, то есть, если бы кто-то шел по Лондону и увидел меня с метлой в фартуке, подметающим улицу, да, это я, друзья! Поколение дворников и сторожей, как говорится.

Э. Чесноков:

- А вот вы сказали об этом политическом десанте всевозможных парках. Знаете, что такой Иван Демидов?

Е. Волчкова:

- Рулевой «Обоза» в моем детстве, а потом довольно одиозный и неприятный кремлевский, вначале молодежный, потом просто кремлевский политический менеджер, который сегодня директор парка «Зарядье». И, между прочим, важный игрок на рынке Telegram-каналов про культуру, когда мы читаем разоблачения той же Трегуловой…

Э. Чесноков:

- Ответственный секретарь комиссии по противодействию фальсификации истории в ущерб интересам России при Медведеве. И с 19-го года директор парка «Зарядье». ЭтО, по сути, тот самый засадной полк в Куликовской битве, который в последний момент принимает участие и переворачивает карту.

О. Кашин:

- Мы с вами вчера, Эдвард, говорили про убийство Листьева, про Лисовского, про Любимова. И это программа «Взгляд» в 80-е годы, из которой много чего выросло. И, на самом деле, стоит вспомнить, что осветителем там работал Иван Демидов, потом, когда «Взгляд» распочковался на разные передачи, он стал ведущим «Музобоза». И дорос вон до директора «Зарядья»! То есть, наш настоящий дипстейт.

Интересная сегодня новость. Я сказал – поколение дворников и сторожей. И вспомнил: как вам такая должность – сторож КГБ?

Э. Чесноков:

- Отличная должность. Понятно, что он же переживет всех начальников, и будет самым важным человеком.

О. Кашин:

- Вы знаете, да. Но переживет где? Уточним: КГБ – последняя страна, где есть Комитет госбезопасности – это Белоруссия. И вот сторож КГБ - Леонид Штайда ближайшие 10 лет переживет в колонии усиленного режима, говоря по-белорусски, потому что он заколол ударом в шею садовыми ножницами рабочего по имени Геннадий Кисель. Они поспорили в социальной сети из-за политики. И дальше я процитирую NEXTA, потому что там формулировка довольно такая приятная на мой слух, как бы это ни звучало: Штайда поддерживал режим узурпатора, а Кисель выступал за перемены. И Штайда убил Киселя. Такая вот история.

Э. Чесноков:

- Грешно, наверное, смеяться над такими трагедиями.

О. Кашин:

- Разумеется.

Э. Чесноков:

- Но если бы сторож КГБ не поддерживал узурпатора? Здесь хотя бы был предмет для разговора, а так вот мы, по сути, не понимаем, что обсуждаем.

О. Кашин:

- Хочу еще тогда быстро сменить тему. Горячая новость, а именно – корреспондент RT из Нагорного Карабаха Илья Васюнин передает (процитирую дословно): к вечеру 25 ноября, когда территория Нагорного Карабаха окончательно перешла под юрисдикцию Баку, когда закрылись новые границы, караваны машин с мебелью, частями строений, выехали на территорию Армении. Оставшиеся дома, школы, магазины, коровники были сожжены дотла. И сенат Франции, угадайте что, Эдвард?

Э. Чесноков:

- Не знаю. Может, что-то там про Навального?

О. Кашин:

- Нет, сенат Франции признал независимость республики Арцах. Вот, собственно, такая новость. Мы говорили всегда, что у Армении есть полтора союзника в мире – это Россия и диаспора большей частью во Франции живущая.

Э. Чесноков:

- В США…

О. Кашин:

- В США всех много, там евреев больше, чем в Израиле, итальянцев больше, чем в Италии и так далее.

Да, сегодня признали независимость Арцаха, когда она перестала существовать.

Э. Чесноков:

- Да. Я думал, что тут нужна какая-то шутка про эстонцев, но поскольку мы антифашисты, не будем.

О. Кашин:

-Эстонцы тоже антифашисты, на самом деле, зря вы их не любите. Хороший и великий народ. Шлю привет кашинцам из Эстонии!

Э. Чесноков:

- ФСБ ликвидировало опасную ячейку террористов, которые готовили взрывы в Москве, сообщает «Комсомольская правда». Их накрыли во Владимирской области. И понятно, что это были русские фашисты. Один из них – гражданин одной из страны Центральной Азии, готовил адскую машину.

О. Кашин:

- Удивительный эвфемизм – гражданин одной из стран Центральной Азии. И вот давайте гадать: узбек? Киргиз? Может, таджик?

Э. Чесноков:

- Может, уйгур? Это тоже Центральная Азия.

О. Кашин:

- Уйгур… Мы обсуждали записку, вложенную в кроссовки, в Петербурге купленные, что я уйгур и я в концлагере в Синьцзяне.

А я делаю такой подарок Эдварду, который, я думаю, как каждый патриот не прочь позлорадствовать по поводу того, какой адский фашизм происходит на Украине.

Э. Чесноков:

- Если я о чем-либо и злорадствую, то это только о том, что мы не ввели войска хотя бы в тех границах, где был проведен референдум о независимости ДНР и ЛНР, - спасли бы много жизней. Войска - это залог мира.

О. Кашин:

- Хорошо, Эдвард, так кто в этом виноват?

Э. Чесноков:

- Так и не знаю, кто виноват. Может быть, мы с вами виноваты? Не мы и вы, а коллективно, потому что даже в лучшие годы, когда там еще Стрелкова по телевизору показывали, митинг в поддержку Новороссии, по-моему, на Суворовской площади собрал там что-то около тысячи человек.

О. Кашин:

- Не знаю, я в те годы тоже писал те же статьи на том же сайте, где пишу и сейчас, и призывал ввести войска, действительно это было. Но, тем не менее, что сейчас на Украине происходит, давайте ужаснемся их фашизму.

Э. Чесноков:

- Надо сразу же сделать предуведомление, что там, как и у нас, депутаты очень болезненно любят повышенное внимание прессы к своим дорогим во всех смыслах особам и периодически генерируют безумное законопроекты. Там наподобие известного законопроекта депутата, позже ставшего губернатором у нас одним дальневосточным, предложившим сделать гимном России «Боже, царя храни». Так вот, на Украине - понимаете, родство славянских душ - были зарегистрированы законодательная инициатива о том, что граждан России можно интернировать. Ну, понятно, они идут на запад, опираются на лучшие западные практики, например, в 1942 году, в разгар войны с Японией, в США было интернировано четверть миллиона японцев и в общем-то никто… понимаете, демократия.

О. Кашин:

- Я тут как раз понял свою к вам претензию, Эдвард, потому что, когда вы говорите, а вот на западе так, на западе сяк, я тут могу сказать - подождите, какие японцы в Америке? Бог бы с ними! У нас были чеченцы, у нас были ингуши, у нас были калмыки, у нас были балкарцы, у нас были карачаевцы, у нас были турки-месхетинцы - те, кого советский режим депортировал в вагонах для скота, они умирали по дороге, были брошены в глухих степях, умирали там. В общем, действительно, советский геноцид…

Э. Чесноков:

- Да и русские немцы в общем…

О. Кашин:

- Да, с них в общем и началось… хотя нет, не с них, еще до войны были корейцы, были поляки… но, тем не менее - да. И сейчас Украина, самая советская республика на самом деле, которая была воплощением всего советского, начиная еще с Брежнева…

Э. Чесноков:

- А, вы это к тому, что там всеми экономическими процессами управляют грузины, да?

О. Кашин:

- Там всеми экономическими процессами управляют грузины, там за президентом Зеленским стоит та же днепропетровская группировка, которая правила Советским Союзом с 1964 по 1982 год, в общем, украинцы вернулись к истокам, вернулись к бериевщине, вернулись к НКВД.

Э. Чесноков:

- Да. И вроде как мы их должны осудить. Вот вы сказали - нет депортации народов - это чудовищно! Но давайте воздадим должное, в итоге, и достаточно быстро, уже начиная с 1956 года, многие из этих народов были реабилитированы и смогли вернуться.

О. Кашин:

- Кроме крымских татар как раз, как ни парадоксально, с ними уже в 1991-м разобрались. Ну, в общем, ладно, закон, поскольку его внес не какой-нибудь фрик из партии там Ляшко, а премьер-министр…

Э. Чесноков:

- Да, Денис Шмыгаль.

О. Кашин:

- Закон Шмыгаля - в общем, действительно, стоит поприветствовать такую откровенность. Каждый раз, поскольку я шесть лет веду эту дискуссию с нашими российскими проукраинцами, когда они говорят - ну, вот там демократия, там пример для нас, там…

Э. Чесноков:

- …да, там власть сменилась же, смотрите, был один президент олигархический, а стал другой президент - ну, гениально же, правда, минские соглашения так и имплементировал.

О. Кашин:

- Ну, минские соглашения - тоже вопрос к тем людям, о которых мы говорили вначале - кто не ввел войска. Но, тем не менее, такая история, которая вызывает вопросы и недоумение, потому что паспорт гражданина России, вы знаете прекрасно, что у очень-очень многих из тех, кто ездит на Украину или на гастроли, как артисты, или как журналисты, по каким-то делам, мы радостные такие, проукраинские, приезжаем в Киев - ой, в Борисполе тормознули, ой, поставили печать в паспорт - испортили паспорт. Ой, выслали…

Э. Чесноков:

- Как писал Иван Солоневич - удар дубиной по голове лучший способ отрезвления для нашей либеральной мечтательной интеллигенции.

О. Кашин:

- Хорошо, а теперь давайте перенесемся в Прибалтику или в Москву? Мне интересно, может быть, вы, как заместитель редактора международной жизни…

Э. Чесноков:

- Перед тем, как мы перенесемся, можно я все-таки еще одну деталь процитирую из того законопроекта Шмыгаля о интернировании россиян? Причем, я как-то даже не понимаю, а кто там россияне остались? В общем, даже уже Бабченко, по-моему, уехал. То есть, он кого коснется? Каких-то антипутинских оппозиционеров, которые в отчаянной надежде, что там-то, на Украине, хорошая, правильная демократия, туда уехали, себе на беду?

О. Кашин:

- Ну, может быть. Где Бабченко? Ну, может быть, он и в Прибалтике? И вот давайте перенесемся, потому что мне интересно даже не ваше мнение, но ваш, может быть инсайд.

Э. Чесноков:

- Я позволю себе еще раз перебить, но тут детали просто безумные. Вот вы говорили, как крымских татар депортировали, что перевозить их в места содержания планируют плацкартными вагонами украинской железной дороги… то есть, по сути ведь почему мы говорим о геноциде? Что вся машина германского рейха работала на уничтожение евреев… И вот - стоимость аренды для одного такого вагона для перевозки этих интернированных - 55 тысяч гривен, на содержание одного трудоспособного взрослого человека или ребенка старше 6 лет в этом лагере для интернированных выделяется 1900 гривен в месяц - то есть, 5300 рублей в месяц на продукты… Олег Владимирович, но это не Оруэлл, даже я там не хочу сказать Гитлер, чтобы опять не взорваться…

О. Кашин:

- Ну, Эдвард, вы уже сказали Гитлер, когда ссылались на национал-социалистов… ну, понятно. Ну, это очередное украинское безумие, но я хочу все-таки…

Э. Чесноков:

- Ну, в Прибалтику давайте, давайте.

О. Кашин:

- Вот Евгений Умеренков, помните его, знаете его?

Э. Чесноков:

- Насколько я знаю, он работал собственным корреспондентом "Комсомольской правды" , сейчас вот снова работает, да.

О. Кашин:

- Просто Центр «Досье», за которым стоит Михаил Ходорковский, называет его куратором российской разведывательной сети в Прибалтике. Собственно, он работал в администрации президента. И так же в этом расследовании Центра «Досье» упомянута наша с вами знакомая и коллега, многолетний собкор в Эстонии Галина Сапожникова, которая выполняла его задания и делала какую-то аналитику и составляла списки перспективных людей, которых предлагалось использовать… И еще они завербовали моего знакомого по молодости из Калининграда Вадима Смирнова, работавшего в газете «Калининградская правда». Да, и тоже забаннивший меня в Твиттере корреспондент, обозреватель Александр Гришин тоже работает на эту разведку, по данным Центра «Досье». Эдвард, вы работаете в шпионском гнезде…

Э. Чесноков:

- Подождите, вот я сейчас загуглил Евгения Умеренкова, он до того, в 2006 году, работал в газете «Известия», и вот совершенно мощнейшей интервью. Председатель исполкома московского отделения партии ПЗРК «Русь» Юрий Горский: «Мы способны создать партию нового типа» - это вот такой мини-репортаж о создании этой партии и, понимаете, вот 2006 год, как молоды мы были…

О. Кашин:

- Похоже на ваш Царьград…

Э. Чесноков:

- Ну, наш я бы сказал. ПЗРК «Русь», Юрий Горский - вот где все это? Понимаете, у меня достаточно тяжелое впечатление от потока всех этих публикаций и я объясню, что, если почитать, там же целая серия публикаций на Центре «Досье». Как мы вмешивались в грузинскую политику, в прибалтийскую, в украинскую, в молдавскую - везде мы вмешивались. И возникает вопрос - ну, если мы столь всесильны, то почему же в Молдавии победила Майя Санду? Почему же Альянс патриотов Грузии - ну, та партия, которой мы якобы помогали по версии Центра «Досье», дали им 8 млн. долларов - почему она на октябрьских выборах месяц назад получила на полпроцентных пункта меньше? То есть, до того у этой партии, которой мы помогали, было 4% голосов, а стало 3,5%? И объясняя вот это странное совпадение, эти странные публикации о нашем геополитическом величии, я думаю только одно. Что на самом деле вот эти ходорковцы сговорились с представителями нашей либеральной башни, чтобы этими публикациями усыпить чью-то бдительность, я только не понял чью. Или вот нашего глубинного народа, что, дескать, мы решаем все. Или вот каких-то западных кураторов, что вот этот Умеренков или другие люди вмешиваются, а они не вмешиваются, а вмешиваются другие люди, а они просто отвлекают.

О. Кашин:

- Эдвард, очень мило, что, отрицая всесилие России, вы готовы говорить, какая Россия слабая, собственно, доказывая неправоту ходорковцев.

Цифровизация полицейского режима - назовем это так. А именно - инициатива Михаила Мишустина про электронные визы для иностранных туристов. Эдвард, это хорошая новость?

Э. Чесноков:

- Безусловно, это хорошая новость. Потому что в «Комсомольской правде» я писал материал еще в разгар чемпионата мира 2,5 года назад о том, что… ну, вот мы на те две недели отменили визы, причем, многие люди приезжали не на футбол, а просто город посмотреть - Петербург, Москву, Саранск, в конце концов.

О. Кашин:

- Подышать воздухом Российской Федерации.

Э. Чесноков:

- Подышать воздухом свободы, ибо вы можете выйти и сказать - я за Трампа! - и вас не разгонят, не набегут леваки с ботинками, продернутыми белыми шнурками. Вас не забаннят ВКонтакте и в «Одноклассниках», если вы скажете я за Трампа и за консервативные ценности. Сегодня главный панк-рок играется в России.

О. Кашин:

- Ну, дай бог на самом деле. Более того, я бы, если я выступаю с такой либеральной позиции по отношению к вам, я бы вообще…

Э. Чесноков:

- Я бы сказал, как Чубайс, с такой либерально-имперской. Вот вы - это Чубайс сегодня.

О. Кашин:

- Да, в Чечне возрождается российская армия. Я бы вообще предложил для стран золотого миллиарда просто в одностороннем порядке отменить въездные визы, я думаю, что наличие англичан, японцев, французов не улицах России, не только Москвы и Санкт-Петербурга…

Э. Чесноков:

- Да даже израильтян. Вот израильтянам отменили визы - и ничего.

О. Кашин:

- Так именно. Но там было обоюдно, по крайней мере. А здесь даже можно в одностороннем порядке, не дожидаясь как бы ответной доброты просто из соображений, что пускай приедет сюда лишний человек не из одной из стран Центральной Азии, как модно теперь говорить, а вот из примерно того мира, к которому мы принадлежим на самом деле.

Э. Чесноков:

- Да, ну, более или менее смотрели одни и те же экранизации «Анны Карениной»…

О. Кашин:

- Да, да, с культурой, привычками и т.д. Естественно, вот эта граница на замке - забавно говорить об этом сейчас, когда она по факту на замке из-за коронавируса, на таком замочке…

Э. Чесноков:

- Но при этом 75% россиян считают Турцию врагом и миллионы россиян проводят в Турции отдых.

О. Кашин:

- Ну, Эдвард, вчера по НТВ показывали сюжет об открытии памятника подполковнику Пешкову и, удивительное дело, ни разу не упомянули слово «Турция», «турецкий». Непонятно, кто его сбил, непонятно, что случилось, но - герой.

Э. Чесноков:

- Нет, ну, хотя бы упомянули, что герой, а журналисты? Ну, что можно взять с журналистов, понимаете? Давайте сделаем так, чтобы наша журналистика была лучше той, которую мы критикуем. Вот мы упомянули - это главное. Но совершенно безумная история. Есть известная эпиграмма, двустишие Сумарокова «Танцовщик - ты богат, профессор - ты убог, конечно, голова в почтенье меньше ног» 1759 года, и вот есть такой танцовщик Тарзан - да, да, тот самый. И безработная жительница Краснодарского края вымогала у него 2 миллиона. Она шантажировала Тарзана тем, что сольет некое видео. Учитывая кейс Дзюбы и другие кейсы, мы понимаем, какого рода видео это было и в общем-то можно было предположить, каким образом она его получила. Ибо мужчины - народ доверчивый, и в то же время циничный, потому что Тарзан пригласил ее - это "Комсомольская правда" пишет - на вручение денег в один из московских ресторанов, якобы, чтобы отдать сумму, и ее взяли опера с поличным при получении. Но не спешите осуждать, мой милый Олег Владимирович, ибо Антонина, так зовут нашу героиню, взяла кредит в 2012 году на 500 тысяч по процентной ставке почти 30% - то есть, уже через год задолженность составляла почти миллион! То есть, можно ли ее осуждать, что она решила разбогатеть на Тарзане, когда алчные банкстеры и микрокредиторы под такие безбожные сатанинские проценты простым женщинам из Краснодарского края кредиты дают? Нет, у меня язык не поворачивается осудить.

О. Кашин:

- Ну, вы знаете, Эдвард, вот если вас до сегодняшнего, по крайней мере, дня заботил вопрос, в чем смысл жизни, существование стриптизера Тарзана - вот в этом, чтобы однажды он стал фигурантом такого модельного уголовного дела, похожего на то, что мы вчера говорили про Гном Гномыча…

Но вот сегодня лорд знаменитый, руководитель парламента Чечни, призвал чеченский народ к жесткому соблюдению масочного режима, а иначе будут жесткие меры. А как в Москве с этим, Эдвард? Потому что в Англии-то снимают ограничения 3 декабря, будет мягкий режим, чтобы люди могли отметить Рождество.

Э. Чесноков:

- Ну, никто не может поручиться, что после Рождества, как в общем-то после лета режим не введут, а в Москве все ходят в масках. В Москве, совершенно удивительная вещь, - полупустое метро. В Москве уже мало пробок. Да, и когда-то вроде бы мы с вами могли бы приветствовать это обеспробочивание Москвы, но сейчас почему-то от этого становится страшно. Наверное, я должен проявлять оптимизм, и я его проявлю, ибо Южный Судан поверил в нашу российскую вакцину Спутник V и встал в очередь на ее покупку.

О. Кашин:

- Судан - это же тоже сфера ваших интересов?

Э. Чесноков:

- Южный Судан, что важно.

О. Кашин:

- Сфера интересов ваших друзей поваров, музыкантов и т.д. Или я ошибаюсь?

Э. Чесноков:

- Понимаете, сфера интересов империи - весь мир!

О. Кашин:

- Ну, дай бог. На самом деле, границы России, как известно, нигде не заканчиваются…

Э. Чесноков:

- Они пролегают по нашему сердцу.

О. Кашин:

- На этом будем прощаться. До завтра. Олег Кашин, Эдвард Чесноков. Всем спасибо!