Олег Кашин: Вечная инертность российского государства - главная защита Кремля от критики

Отдельная тема с Олегом Кашиным
Эдвард Чесноков и Олег Кашин обсуждают избрание Джо Байдена президентом США, «разоблачение отравления» Навального, пожар в доме престарелых в Башкирии, жуткое убийство в Новороссийске, введение коронавирусных ограничений

О. Кашин:

- Всем привет. Я – Олег Кашин, где-то в глубинной России – Эдвард Чесноков. И с глубоким прискорбием мы извещаем весь наш народ, что Владимир Путин наконец-то поздравил Джо Байдена с избранием президентом США. И та интрига, которая длилась довольно долго, закончилась, Россия признала Байдена.

Э. Чесноков:

- Нет, Олег Владимирович, ничего еще не закончилось, потому что все еще даже не началось. Нам надо было сказать: да, мы вмешивались в выборы, наши хакеры взломали ваши электоральные системы в каждом из 50 штатов, мы работали на Байдена, и Байден на самом деле стал президентом благодаря нашим русским хакерам. И живите теперь с этим, дорогие американцы.

О. Кашин:

- Знаете, Эдвард, второй день подряд я восхищаюсь вами и жалею о том, что не вы определяете информационную политику Кремля, иначе Кремль был бы самым веселым местом на планете, а без вас он провисает. Вы знаете, что сегодня и завтра Дмитрий Песков отменил свое ежедневное общение с журналистами. И понятно, что формальная причина связана с предстоящей пресс-конференцией Путина, которую мы все ждем, и которая не отменяется, насколько мы знаем. Тем не менее, действительно, в те дни, когда многие ждут реакцию на вчерашние мегарасследования про отравление Навального…

Э. Чесноков:

- Я прямо чувствую кавычки.

О. Кашин:

- Нет, без кавычек. Расследование реально мощное. В той ситуации, когда вся мировая пресса, открыв рты, наблюдает за происходящим в России, как говорил Александр Андреевич Проханов, молчание Кремля ужасно.

Э. Чесноков:

- Не знаю. А что говорить? Я вчитался в эту статью, о которой вы сказали. Там много статей, которые сам Навальный опубликовал. Даже, наверное, не сам, а за него писали многочисленные тайные сотрудники ФБК (я не думаю, что Мария Певчих единственная тайная сотрудница ФБК). Так вот, там совершенно невероятные вещи. Что основная его линия, которая вроде как противоречит моей версии, что эти 8 богатырей его охраняли. Он-то утверждает, что они его убить хотели. Два года они его пасли, ходили за ним, и тут вдруг взяли и через два года убили. Его основная версия, что его пытались отравить до этого. И как он это доказывает? Что однажды он почувствовал себя плохо где-то на выезде, а потом жена почувствовала себя плохо.

Понимаете, в чем проблема? Что эта информация не верифицируема абсолютно. Ключевой, краеугольный камень этой версии мы знаем только со слов Навального – что однажды (он даже не помнит, в какой день, потому что понятно, скажет точный день, можно будет проверить) он плохо себя почувствовал, но через час недомогание прошло. Мы знаем это доказательство с его слов.

О. Кашин:

- Эдвард, проблема в том, что и его исторически лояльная аудитория, и аудитория западной прессы его словам верят. Кто в кругах официальной России такой человек, который скажет: Навальный лжет? Нет такого человека.

Э. Чесноков:

- Леонид Рошаль.

О. Кашин:

- Да, у них есть Рошаль.

Э. Чесноков:

- И Чулпан Хаматова.

О. Кашин:

- Да, был опыт Рошаля летом, когда были все эти разговоры об омских врачах и об их соучастии в отравлении Навального.

Э. Чесноков:

- Предположительном якобы соучастии. Ввести человеку атропин, который, как пишут журналисты «Санди Таймс», его спас, это очень мощное соучастие.

О. Кашин:

- Даже тогда, когда вывели на публику доктора Рошаля, который сказал: господин Навальный, я вас осуждаю, - как отреагировала публика? Публика среагировала так, что и Рошаль тоже присоединился к команде отравителей. Поэтому действительно ситуация очень сложная для российской власти.

Давайте я прочитаю раннего Александра Андреевича Проханова. «Случилось чрезвычайное, катастрофа, соизмеримая с потоплением «Курска». И власти опять молчат. Зарылись пугливыми головами в повседневный сор, и народ с изумлением наблюдает их дрожащие хвостики. Вся московская элита читает, ужасается, перезванивается, перешептывается, свободные журналисты боятся пикнуть, подконтрольные властям телеканалы, в общем, тоже молчат…». Про Путина: «Это снаряд страшной разрушительной силы, уложенный точно в Кремль в районе президентского кабинета. Если ответом на это будет молчание, значит, снаряд убил президента».

Э. Чесноков:

- Какого, 2005 года, эта статья?

О. Кашин:

- Нет, Эдвард, берите выше, 2001 год. Статья заканчивается словами: «Молчание Кремля ужасно».

Э. Чесноков:

- Ну вот, вы же ответили, собственно…

О. Кашин:

- Нет, это скорее привет тем людям, которые сейчас ужасаются, причем с обеих сторон баррикад: ах, что же теперь будет? Не будет ничего. У барда Игоря Растеряева была такая песня про русскую дорогу, которая всегда спасает от захватчиков, потому что в этой трясине погрязают и Наполеон, и Гитлер. Да, действительно, уже такая экзистенциальная дорога, вечная инертность российского государства и российской истории в итоге и есть главная защита Кремля от этой критики, от этих обвинений, от этих атак. Действительно, ничего не произойдет. И главное, как в фильме «Унесенные ветром», когда после скандала Скарлетт должна надеть самое вульгарное платье, побрызгаться самыми вонючими духами и выйти к людям, делая вид, что все в порядке, - вот этого мы ждем от Владимира Путина. И я думаю, откровенно говоря, что Кремль сегодня боится поведения Владимира Путина, потому что вдруг он на пресс-конференции что-то учудит…

Э. Чесноков:

- Я уверен, что Путин опять всех переиграет. Неоднократно были разные ситуации, в том числе сложные, и он все эти 20 лет, в том числе со статьи Проханова…

О. Кашин:

- Я бы уточнил, статья Проханова посвящена выходу книги «ФСБ взрывает Россию», которая тогда казалась тоже бомбой.

Э. Чесноков:

- А еще есть теория плоской Земли. Вот в США есть целая секта плоскоземельщиков, у них сайты есть, они конференции проводят.

О. Кашин:

- Эдвард, в США только что секта врагов Трампа победила на выборах и будет править этой страной, и Путин их поздравил. В этом смысле все в порядке.

Э. Чесноков:

- Хорошо, что вы говорите «этой страной», а не «нашей страной».

О. Кашин:

- Ну, наша страна – Российская Федерация. Я еще с 90-х не понимал этого отношения к выражению «эта страна». В чем проблема, почему нельзя назвать свою родину «этой страной»?

Вы говорите, что Путин переигрывал. Да нет на самом деле, ничего он не переигрывал. Просто чего ему терять, чего ему бояться? Он живет в парадигме войны с Западом уже миллион лет… Мюнхенская речь, и когда ввели санкции после Крыма, все считали, что и без Крыма бы их ввели, потому что посмотрите закон Магнитского.

Э. Чесноков:

- Естественно. Геев же на Олимпиаде угнетают злые русские.

О. Кашин:

- Да. И на этом фоне молчание власти в эти дни - действительно позор. Вот вы говорите про вечный конфликт с Западом. Хотя бы такую фразу дежурную произнести надо. А так, получается, молчание Кремля буквально помогает авторам того самого расследования.

Э. Чесноков:

- Ну, не знаю. Давайте все-таки дождемся пресс-конференции. Я более чем уверен, что ответы на эти вопросы будут даны. Но давайте все-таки продолжим про расследование. Вы, в общем-то, так и не дали четкого возражения на мой аргумент, что главный тезис Навального, который прячется за ворохом этих реальных биллингов, фотографий, перемещений и так далее, доказательство того, что меня хотели убить, это то, что до того я и моя жена почувствовали себя плохо, он не верифицируем в принципе. Я не говорю, что это правда или ложь, но он недоказуем. А значит, вся теория его рушится, что его хотели убить.

О. Кашин:

- Эдвард, я спорить с вами не хочу. Я хочу сказать, что эти аргументы, которые вы излагаете… Если бы на моем месте сидел депутат Никонов, он бы тоже кивал, и все были бы рады. Эти аргументы прекрасны для пользования в кругу своих, в кругу лоялистов. На людей, которые верят, это не повлияет вообще никак.

Э. Чесноков:

- Даже если завтра найдут фирму Навального в Черногории, которую он вместе с Машей Гайдар якобы основал, эти люди все равно не поменяют свое отношение. Даже если завтра узнают, что Навальный котят заживо сжигает.

О. Кашин:

- Правильно. Поэтому, Эдвард, я вас и призываю не воевать с этим расследованием, как Дон Кихот с мельницами, а просто покивать и подождать, что учудит Владимир Путин на пресс-конференции. А другого ничего не остается.

Э. Чесноков:

- Ну, учудит или сделает действительно сильный ход. Он это может.

О. Кашин:

- У нас с вами очередное пари. Вы говорите «сильный ход», я говорю «учудит». Дождемся пресс-конференции, мне самому дико интересно.

Э. Чесноков:

- Поговорим о русском фашизме. Чрезвычайное происшествие. Японцы доставили с астероида Рюгу вещество в спускаемой капсуле. Его сейчас японские ученые изучают. И это вещество с далекого астероида начало выделять какой-то непонятный газ. Друзья, мы понимаем, что 2020 год, пандемия, крах мирового сообщения, остановка футбольных матчей и т.д. Но если сейчас из этого вещества с астероида Рюгу выползут какие-нибудь гуманоиды или серая слизь, которая трансформируется в каких-нибудь монстров, не говорите, что мы вас не предупреждали.

О. Кашин:

- А при чем здесь русский фашизм?

Э. Чесноков:

- Помните, как все возмущались, что россияне рассекают на автомобилях по Невскому проспекту и другим замечательным улицам с флагами сопредельных стран (вернее, одной сопредельной страны) и радуются наступлению азербайджанских войск. И это происходило ровно в тот день, когда наша «вертушка» рухнула, сраженная азербайджанской ракетой, как я понимаю, в Армении. И все наши телеграфисты писали: ах, до чего же докатилась Россия, непонятно, кто ею правит, и т.д. И тут вдруг новость, что десятерых этих россиян задержали и выгнали из России за участие в несанкционированных собраниях, митингах, конечно, за нарушение коронавирусного режима. Девятерым из них запретили въезд в Россию на 3 года, а еще одному – на 5 лет. А самое главное, аннулировали разрешение на временное проживание. Оказывается так можно.

О. Кашин:

- И что мы предлагаем? Чтобы со всеми так было? И чтобы даже не мы с вами остались в России наедине, а вы один? Я не вижу здесь никакого системного подхода. Ситуативная реакция. Более того, поскольку развязка карабахского конфликта хоть и считается большой победой России, но все же оставила некий осадок, прямо скажем, у слишком многих, тем более что новая Османская империя нависает некоторой тенью над Российской Федерацией. Поэтому, может быть, такие эпизоды слегка – слегка подсластить пилюлю.

Э. Чесноков:

- Я предпочитаю говорить, что это Российская империя нависает над слабыми попытками неоосманов. У них же энергии нет, в смысле, святых углеводородов нет, а мы – энергетическая сверхдержава и либеральная империя. Загнутся они без нас.

О. Кашин:

- Эдвард, когда вы сказали «энергии нет», я это воспринял так, что молодой пассионарный, да еще и мусульманский народ, который даже при отсутствии углеводородов всем может показать. Я таких вещей (думаю, как всякий христианский европеец) боюсь, если честно.

Э. Чесноков:

- Совершенно невероятная история в Калининграде. Молодой человек крал из магазина (у него, видимо, была клептомания) бытовую технику и тут же ее сбывал за полцены. А самое главное, что люди около магазина как-то не задавали вопросов. Но на чем он спалился? 34-летний Анатолий спалился на святом. Он украл Санта-Клауса (хотя я не понимаю, что там делал Санта-Клаус, почему не было Деда Мороза в магазине). И тут его изловили. Когда у него следователь по-отечески так спрашивал: «Ну как же вы так, голубчик…», знаете, что он сказал? «Я просто хотел немного праздника».

О. Кашин:

- На самом деле это нормально. Я думаю, слишком многие люди сегодня хотят праздника, и любые скандальные ситуации нужно воспринимать так. Но вы мне напомнили про Калининград. Я, наверное, весь мыслями еще в том самом расследовании. Вы помните, после отравления Навального, которое случилось в городе Томске, когда арестовали мэра Томска (по другому коррупционному делу), мы с вами полушутя-полусерьезно говорили: а не арестовали ли его на самом деле за отравление Навального? И я только сейчас сообразил, когда вы сослались на этого калининградского клептомана. Удивительная история. Тот случай, когда, по версии Навального, отравили его жену в поселке Янтарном Калининградской области, ведь там тоже не арестовали мэра (он успел убежать за границу), но сняли и возбудили уголовное дело. И, может быть, это звенья одной цепи?

Э. Чесноков:

- Чрезвычайно отрадно, что вы говорите «по версии Навального». Вы в правильную сторону эволюционируете. Но там же есть и другие зияющие лакуны, о которых я просто не сказал. Давайте вспомним. Навальный утверждает, что эти 8 богатырей за ним летали чуть ли не в 30 рейсах. Почему за два года… Это же история, как из романа Пастернака «Доктор Живаго», когда люди сталкиваются в огромной стране, как в коммунальной квартире. Навальный же на 3-4-й раз этих людей увидел бы, если он постоянно с ними сталкивался. Тут было 30 раз.

О. Кашин:

- Эдвард, здесь у вас какая-то, что называется, контрпропагандистская миссия, обращенная непонятно куда, на самом деле в пустоту, поскольку на моем месте в данном случае сидит пустота.

Э. Чесноков:

- То есть вы даже не отвергаете, вы даже не опровергаете.

О. Кашин:

- Подождите. Этот разговор, наверное, уместно было вести, по крайней мере, в 18-м году, когда была вся эта история со Скрипалями. На уровне отсканированных платежек, когда сотрудник ГРУ берет такси от штаб-квартиры ГРУ до аэропорта, летит кого-то очередного отравлять, и у него сохраняется чек с адресами… Ну да, если эти люди так работают, есть элемент деградации, наверное, человеческой, профессиональной. Здесь тоже не вижу проблемы.

Э. Чесноков:

- Вы правильно сказали. Я этот аргумент уже приводил в прошлом выпуске. Медсестра, специалист по химическому оружию, совершенно случайно оказывается у той лавочки…

О. Кашин:

- Я вчера вам говорил, что здесь нормальным чувством любого российского государственного деятеля (силовика, чиновника, кого угодно) будет такая человеческая обида. Почему, когда у англичан находят эту сестру, все верят, а когда у нас находят эту медсестру, все не верят? А потому. Ну, так получилось, такая, наверное, несправедливость.

Э. Чесноков:

- Потому что у них пропаганда хорошо работает и убеждает, что их империя – это хорошая, мягкая и пушистая империя, которой вообще даже как бы нет, а вот наша чуть хуже. Но мы будем учиться у учителей.

О. Кашин:

- Реально так же рассуждают все в российской власти. И сегодняшняя новость, допустим, законопроект о клевете, предусматривающий реальную уголовную ответственность за какие-то, скажем так, спорные высказывания в прессе, она же ровно об этом. Почему люди верят западной прессе и не верят российскому телевидению? А давайте сажать тех, кто…

Э. Чесноков:

- Подождите. Смотря какие люди. Я ходил на ток-шоу российского политического телевидения во время карабахской войны. И они показывали сначала 5-минутный сюжет с армянской стороны, потом 5-минутный сюжет с азербайджанской стороны, с включениями и оттуда, и оттуда. Это же образец.

О. Кашин:

- Эдвард, а вы ходили на ток-шоу российского государственного телевидения на тему отравления Навального, где по телемосту выступает из Берлина Навальный, а какой-нибудь представитель ФСБ стоит в студии, и вы дискутируете? Я думаю, вы не ходили на такое ток-шоу.

Э. Чесноков:

- Подождите. Раз вы задали вопрос, на канале «Звезда» (это не последний канал) эта тема обсуждалась, и обсуждались разные версии. А почему Навальный не появляется в наших СМИ, это всем известно. Потому что его спросят про фирму в Черногории, его спросят, зачем он убил лося, зачем он создал фирму-прокладку…

О. Кашин:

- Подождите. Навальный там не появился. А кто был с его стороны, кто защищал в споре с вами его позицию?

Э. Чесноков:

- Что значит «защищал» или «не защищал»? Это не зал суда. Это был анализ разных точек зрения…

О. Кашин:

- Собирается кто? Эдвард Чесноков, депутат Никонов казахстанский и депутат Калашников. И втроем обсуждают, кто не отравил Навального, какой Навальный плохой, что придумал отравление.

Э. Чесноков:

- С официальной версией Навального мы уже прекрасно знакомы, что во всем виновата Россия…

О. Кашин:

- Эдвард, это же кошмар полный. Вы на «Звезде» обсуждали. Это было в августе, это было про отравление. А в эти дни (вчера, сегодня) где Первый канал, где «Россия 1», почему они молчат об этой животрепещущей теме?

Э. Чесноков:

- Мы не сотрудники Первого канала, мне сложно…

О. Кашин:

- Эдвард, я с вами поделюсь. «Медуза» сделала подборку, как российская официальная пропаганда отреагировала на отравление Навального. Первый канал молчит, «Россия» молчит. А им отвечают в комментариях: «А вот на радио «КП» Кашин и Чесноков целый час говорили». То есть мы нормально отреагировали.

Э. Чесноков:

- А мы, значит, уже официальная пропаганда?

О. Кашин:

- Нет, Эдвард, мы лучшее, что есть у российской пропаганды, но мы одни, конечно, не справляемся.

Олег Кашин, Эдвард Чесноков. И помимо прочих тем, которых мы должны были сегодня коснуться, я только сейчас сообразил, важная на самом деле дата – 70 лет одному из столпов российской даже не политики, а государственности – Борису Вячеславовичу Грызлову. Мы его, конечно, поздравляем. Но я спрошу вас, Эдвард, а кто для вас Борис Грызлов?

Э. Чесноков:

- Я думаю, что Борис Грызлов – это один из столпов российской государственной системы, которому сегодня исполнилось 70 лет. Как сказал Виктор Пелевин, радужный поток – это то, куда входит сверхоборотень. А сверхоборотень – это тот, кто входит в радужный поток. Вот и все.

О. Кашин:

- Я бы добавил даже, что Бориса Грызлова можно было бы выбить на российской горе Рашмор. Смотрите, мы берем человека на работу. Он дает нам резюме. Там написано: с 2000 по 2001 год – лидер партии власти, фракции власти в Госдуме. Потом – министр МВД. Потом – спикер Госдумы много лет. Думаем: какое гениальное резюме! Нужно брать! При этом как современники, уже абстрагируясь от всего, мы помним все эти анекдоты тогдашние. Помните: Путин пришел со своими соратниками в ресторан, попросил мяса. Его спрашивают: а овощи? Он говорит: овощи тоже будут мясо. И там было про Грызлова как раз. Максим Кононенко его придумал называть андроидом. Потом что такой образцовый робот, который без каких-то человеческих черт.

Да, я помню, когда его назначили главой МВД, все говорили: вот он сейчас наладит работу МВД, реформирует полицию. Не реформировал.

Э. Чесноков:

- Тогда милиция еще была.

О. Кашин:

- Потом стал спикером Госдумы. В итоге от него осталось выражение – «Госдума – не место для дискуссий». И да, двадцать лет карьеры, которая по всем бумагам блистательная, но на самом деле вот о чем мы можем говорить?

Э. Чесноков:

- Кстати, это хорошо. Значит, чиновник был эффективный, если нельзя вспомнить каких-то провалов, кроме одной фразы, которая, я более чем уверен, вырвана из контекста.

О. Кашин:

- Он, конечно, провалов не должен делать. Но если нет побед, кроме того, что, да, не позволил себя съесть на старте, не позволил себя съесть через пять лет, через десять. Хотя сейчас говорю про это и вспоминаю, даже какой-то был комикс «Человек-Грызлов», про Грызлова – супергероя, к каким-то выборам. И в итоге, да…

Э. Чесноков:

- Это все делали, как вы понимаете, околонашистские арт-группы. Кстати, не без некоторого остроумия.

О. Кашин:

- Это тот же Кононенко и девушка Заштопик такая, которая потом прославилась рекламой «Горки-Города» сочинского, выполненного в нарочито нацистской эстетике.

Э. Чесноков:

- Это была арт-группа Doping-Pong.

О. Кашин:

- Да, разумеется. Да здравствует арт-группа Doping-Pong. Действительно, великие люди, абсолютно без всякой критики.

Так вот, таким образом мы подошли к теме новостей культуры. Потому что, Эдвард, знаете, что есть такая сущность в российской и политике, и, наверное, тоже номенклатуре, дословно – тетя рэпера Face.

Э. Чесноков:

- То есть рэпер Face – это теперь наш deep state?

О. Кашин:

- Очевидно. Поскольку тетя рэпера Face стала зампредом Общественной палаты Башкирии. И зовут ее Кристина Недорезова-Дремина. Дремин – это фамилия Face. И, соответственно, она теперь большой человек, руководит, между прочим, центром для пожилых людей. И вот здесь как раз нет повода как-то злорадствовать и ехидничать. Просто я думаю, действительно, за эти двадцать лет, когда да, да действительно, один неприметный чиновник может в итоге обернуться столпом государственности, потому что столпов нет, а рэпер, который, действительно, модный, популярный и протестный, в итоге оказывается, по крайней мере, не человеком, живущим под забором, а, действительно, выходцем хоть из региональной, но номенклатуры. Так и должно быть устроено общество.

Э. Чесноков:

- Ну это же мы сейчас и про Децла тоже сказали, что вот совершенно вроде как мальчик, сам себя сделавший. Потом совершенно неожиданно узнается, что мальчик чуть ли не в Швейцарии учился. Что папа у него очень…

О. Кашин:

- Это радио "Комсомольская правда" – радио поколения Децла. Я даже помню, когда появился Децл, все говорили: вот наконец-то в России есть рэп. И мы, поклонники группы «Мальчишник», которая была лет за десять до этого, как-то вздыхали по этому поводу, что…

Э. Чесноков:

- Это тетя рэпера Face руководит центром для пожилых людей. Там помогают бороться с деменцией и возрастными изменениями мозга. Но надеюсь, что она поможет с деменцией бороться и на более высоком уровне, хотя бы в рамках Общественной палаты Башкирии.

О. Кашин:

- Разумеется, здесь нет никакого огульного злобствования, что называется. Просто, действительно, важно иметь в виду, что всегда, чем дольше общество развивается без катаклизмов, тем четче оно делится на сословия. И сословие благополучных людей, когда мама – чиновник, тетя – чиновник, племянник – популярный рэпер, так и будет.

Э. Чесноков:

- Племянница – господрядчица.

О. Кашин:

- А люди, которые состоят в запрещенной в России АУЕ, понятно, что не состоят, потому что ее нет как организованной организации, у них всегда все будет плохо. Вот об этом была моя краткая речь.

Э. Чесноков:

- Но при этом в Башкирии же параллельно происходит настоящая трагедия. Как невероятным образом рифмуется эта история с тетей рэпера Face.

О. Кашин:

- Пожар в доме престарелых.

Э. Чесноков:

- Да, дом милосердия. Мы же знаем, давайте называть вещи своими именами, что в э тих пансионатах, я не говорю именно за тот, но в этих вообще в принципе происходят очень тяжелые вещи. Например, в том пансионате, как, в общем-то, и в других, за проживание и уход лежачие больные отдавали всю свою пенсию. Кто мог ходить, отдавали половину. И, по сути, мы представляем пансионат, советский дом отдыха, где писатель советский пишет роман «Санаторий Арктур», наш ответ «Волшебной горе» Томаса Манна. Но я смотрю фотографии, это просто деревянный двухэтажный дом, где-то в сельской местности. И вот он загорелся.

Это вообще чудовищно. 78-летнего старика вытащила одна из сиделок. Но очень многие погибли. Семь мужчин и четыре женщины. С 2018 года этот пансионат работает. У меня возникает вопрос. Мы же помнили, что была «Хромая лошадь» клуб в Перми, это 2009 год. И вот постоянно в таких учреждениях что-то происходит. Давайте там проверим их, давайте устроим тотальные проверки. Давайте сделаем что-то, чтобы предотвратить такие трагедии в дальнейшем, а?

О. Кашин:

- А что можно сделать? На самом деле, у меня просто тоже был опыт, лет десять назад, когда под Тулой сгорел дом престарелых, я помню, что да, пенсионеры, которые горели на втором этаже, они не могли прыгать, потому что они пили «Максимку» - стеклоочиститель. А он на некоторое время лишает возможности ходить.

Э. Чесноков:

- Немножко поменяемся методичками. Вы же на бездуховном Западе были? Там у двухэтажных и даже одноэтажных домов всегда снаружи, особенно у таких социальных объектов, незадымляемая лестница.

О. Кашин:

- Эдвард, вы нашли плохого собеседника в этом смысле. Потому что, правда, уже четыре года назад, но он до сих пор стоит сгоревший, обгоревший, шестнадцати- или двадцатиэтажный социальный дом как раз почти в центре Лондона, который горел как спичка. Там был еще какой-то облицовочный материал ядовитый, много народу погибло. Люди прыгали с верхних этажей. Ничего хорошего. Но это прям жилье, это не дом престарелых. А такие на самом деле тюрьмы для стариков – они, действительно, горят вот таким печальным совершенно образом. И что тут будешь делать?

Вот опять же, мы ссылаемся на прошлое. Я еще раз сошлюсь, когда цитировал старинную статью Проханова, которую хоть сейчас публикуй на сайте проекта «Проект», допустим. Действительно, в России с годами не меняется ничего. Но как-то нужно из этого исходить, наверное.

Э. Чесноков:

- Нужно как-то не исходить из этого, а выходить из этого. Я еще раз говорю, что есть же элементарные нормы. В современных отелях, больницах, в социальных объектах на Западе, на бездуховном Западе, да и тех, которые в России построены, но какими-нибудь западными конторами, - незадымляемая лестница снаружи, к ней идет выход с каждого этажа. Да, снаружи этот выход закрыт прозрачной дверью. Но изнутри достаточно надавить на планочку, причем это даже инвалид может сделать, даже старик, даже слабый человек. Дверь откроется, и ты выйдешь наружу благополучно. То есть там, например, нет глухих коридоров. Ты в коридор выходишь – и вот там впереди вот эта стеклянная дверь. Ты видишь свет. И даже если, не дай бог, задымление, ты ползком доползешь и выползешь.

О. Кашин:

- Давайте, Эдвард, выступим остро и назовем имя Радия Фаритовича Хабирова, фамилию которого уже мы немножко трепали летом, когда была история с шиханом Куштау. Слишком много скандалов приходится на царствование Радия Хабирова в Башкирии. И почему-то его устойчивости во главе республики ничего не грозит.

Э. Чесноков:

- Я ни в коей мере не хочу быть адвокатом Радия. Поэзия – это тоже добыча радия, включая и радиоэфиры. Но он же не может смотреть за каждым домом престарелых?

О. Кашин:

- Эдвард, он должен смотреть за каждым домом престарелых. Иначе зачем он вообще туда поставлен? Чтобы получать какую-то ренту с добычи соды в этом регионе? На самом деле глава региона несет за это ответственность. И любая трагедия должна влечь за собой наказание тех людей…

Э. Чесноков:

- Вы сейчас как Путин говорите.

О. Кашин:

- Да, конечно. И я понимаю, что в крайнем случае ему устроят телемост с Путиным, и Путин будет как-то в своих известных выражениях ему говорить: нет, что вы мне сказочки рассказываете, наведите порядок с домами престарелых. Но об отставке, тем более о наказании речи идти не будет. А ведь надо кого-то наказать. Ведь на этом все строится. Потому что, да, российское государство как-то к тем людям, которых стоило бы наказывать, всегда оказывается слишком добрым.

Э. Чесноков:

- А давайте не главу региона накажем. Потому что на него и так всех убитых рябчиков вешают. А давайте на чиновников местных посмотрим, на тех, кто разрешение давал. Наверное, давали же какое-то разрешение?

О. Кашин:

- И в итоге дойдем до тетя рэпера Face, которая помогает старикам в Общественной палате.

Э. Чесноков:

- И круг замкнется, и Уроборос укусит собственный хвост.

О. Кашин:

- И отменим концерт Face, и это будет считаться закрытием вопроса.

Наверное, стоит вернуться к теме армавирского убийства.

Э. Чесноков:

- Да, россиянин Акшин Гусейнов мертв. Это тот человек, который сначала свою 26-летнюю девушку зверски убил, потом – это уже какая-то чудовищная раскольниковщина – ее 9-летнего брата. Я просто напоминаю. Вот те настоящие новости, которые обсуждает Россия. Я не говорю – хорошие или плохие. Но Россия этим живет. Мы ругаем советский строй и так далее, 1937 год. Но вот новость. Тельман, не тот Тельман, о котором вы подумали, Тельман Гусейнов, отец Акшина, отрекся от своего сына. Да, тот сын убил, но отец отрекся и сказал, что не будет присутствовать на его похоронах, и так далее. Это нормально?

О. Кашин:

- Я бы не хотел здесь ни советов давать, ни тем более входить в положение. На самом деле, да, понятно, когда мы говорим о тех, кого вы иронически называете россиянами. Мы имеем в виду, с одной стороны, вот тот другой порог звериной агрессии, скажем так, которую они часто проявляют по отношению к окружающим их людям. Но и другой порог вот этого, когда, да, я отрекаюсь от тебя, ты мне не сын.

Конечно, вот эта российская мультикультурность, которую у нас считают большой заслугой современной российской государственности, что в России люди разных национальностей как-то между собой уживаются в этом плавильном котле, а на самом ведь деле – не уживаются, прямо скажем, совсем. И эти вспышки регулярные, которые то тут, то там возникают, они рано или поздно…

Э. Чесноков:

- В Волгограде из-за чада россиянин убьет человека.

О. Кашин:

- Тоже россиянина. Естественно. И поэтому однажды это рванет. И вот когда мы с вами говорим, вот вы говорите, что давайте не будем иметь это в виду, а будем исправлять это, в наших с вами силах как это исправить? Нет, надо готовиться к этому. А вот как готовиться – это вопрос, что называется, к степени гражданской сознательности тех, кто нас слушает. Кто-то будет учить иностранный язык, кто-то – карту окрестных лесов. А кто-то еще что-то. Поэтому, естественно, тут советы давать не стоит. Тем более, что мы ограничены законом в своих советах на такие темы.

Э. Чесноков:

- Похороны 32-летнего россиянина будут проходить тайно, сообщает "Комсомольская правда", ибо в Армавире боятся провокаций и потасовок. Абсолютно какие-то темные силы сгрудились, какая-то вторая Кущевка почти что. Потому что я более чем уверен, что если копнуть и дальше, и выше, то у-у-у…

О. Кашин:

- Мы с вами не первый раз касаемся этой темы, что стоит называть террористическим актом. Потому что традиционно в нашем представлении, которое во многом сформировано и официальными медиа, и силовиками, теракт – это обязательно когда какой-нибудь представитель исламской группы, запрещенной в Российской Федерации, совершает, условно говоря, самоподрыв. А здесь, когда публичное убийство совершается, и видео на фоне трупа нам демонстрируется, да, понятно, здесь нет политики, здесь, наверное, нет исламизма, что это, как не теракт? Что это, как не жест, направленный на запугивание окружающего общества и нас с вами в том числе?

Э. Чесноков:

- Мол, живите по нашим понятиям.

О. Кашин:

- Я бы как раз относился и к таким поступкам как к терроризму. И на самом деле вот эти тайные похороны террористов, которые тоже практикуются, не знаю, насколько официально…

Э. Чесноков:

- Вы намекаете, что его надо в свиных шкурах хоронить?

О. Кашин:

- Мы говорили уже про свиные шкуры недавно в контексте другого преступления. Но по крайней мере, что-то такое…

Э. Чесноков:

- Я, правда, сомневаюсь, что это работает.

О. Кашин:

- Не знаю, считается. Люди суеверные, в том числе с обеих сторон конфликта. И все же давайте порадуемся, что похороны прошли не так, как в Чеченской республике хоронили того парня, который обезглавил учителя в Париже.

Э. Чесноков:

- Вопрос в том, что куда двинется. Краснодарский край в Чеченскую республику или все-таки наоборот?

О. Кашин:

- Нравы в Краснодарском крае, при всем его славянстве, при всей его русскости, при всем его казачьем качестве, все-таки они гораздо более жесткие, чем в спокойных северных российских регионах. Поэтому здесь как раз не обязательно какие-то гости с гор должны захватить Кубань. Скорее, да, такая духовная конвергенция, когда сами жители Кубани, поглядев на успешных, скажем так, гостей с гор. Сами переймут их нравы. Собственно, это давняя – столетняя, двухсотлетняя – история. Мы помним стандартное одеяние терского казака, которое буквально копирует одеяние горца. Черкеска с газырями, папаха и так далее. Так положено, так принято. Я думаю, что это непреодолимая история. Надо как-то просто, что называется, чтобы все держали себя в руках в рамках закона.

Э. Чесноков:

- И при этом совершенно невероятная история проходит в Екатеринбурге. Давайте о чем-то добром, рождественском поговорим. 26-летняя москвичка, улетая из Екатеринбурга в Москву, прихватила из магазина в дьюти-фри плюшевого единорога. Она не могла жить без плюшевого единорога за 12 тысяч рублей. И, естественно, по прилету в «Шереметьево» ее приняли под белы рученьки и лишили этого единорога. То есть счастье продолжалось всего 2 часа 25 минут. Но это еще не все.

О. Кашин:

- Эдвард, я вас сразу перебью. А какой дьюти-фри при перелете из Екатеринбурга в Москву?

Э. Чесноков:

- Чистая зона. Это жаргонное название. Магазин в чистой зоне. Но это еще не все. Прошел еще месяц, и сейчас в декабре 30-летний уроженец Екатеринбурга, который семь лет жил в Израиле и собирался улететь домой, непонятно, правда, куда и как – коронавирус, но допустим, - увидел там же, в том же самом магазине плюшевого медведя за 7,5 тысяч. И тоже прихватил его. Он говорит, что продавщица ушла, она не возвращалась, у меня самолет. Ну вот я прихватил. Какое-то заколдованное место – этот чистозонный магазин в екатеринбургском аэропорту. Я всем советую – закрывайте глаза повязкой и проходите, чтобы никакие плюшевые зверюшки вас не смущали. А то, не ровен час, на грех вас толкнут.

О. Кашин:

- На самом деле – да. Поскольку я буквально на прошлой неделе купил последовательно плюшевого динозавра, плюшевого льва и плюшевую панду. Я понимаю ту девушку. Поэтому здесь как раз осуждать ее совершенно не могу. Но да, полеты. Вот я поделюсь своими рождественскими планами, сорвавшимися сегодня, поскольку Лондон, если вы знаете, с завтрашнего дня возвращается в систему жестких ограничений. И более того, я планировал с семьей поехать в тот регион, где ограничения остались мягкими, и там все работает.

Э. Чесноков:

- На озеро Лох-Несс?

О. Кашин:

- Не совсем, но, в общем да, в английскую глубинку. Но сегодня мне написали оттуда, что только попробуйте приехать из вашего зараженного Лондона, вам это запрещено законом.

Э. Чесноков:

- Зачумленного, я бы даже так сказал.

О. Кашин:

- Да. Удивительно, как предрождественская атмосфера сочетается с этой атмосферой наложенной на весь мир печати ограничений в рамках борьбы с коронавирусом. Дай бог, чтобы всё у всех обошлось.

Э. Чесноков:

- Вы имеете в виду печать антихриста?

О. Кашин:

- Я имею это в виду, потому что, конечно, ощущение апокалипсиса в течение всего года немножко давит на психику.

Э. Чесноков:

- И еще новость: произведенная в Крыму вакцина от коронавируса сформировала специфические антитела у кроликов. Значит, все будет хорошо.

О. Кашин:

- Ура! Да здравствует вакцина из Крыма! Да здравствуют кролики. Слава России! Прощаемся до завтра.

Каждое утро известный публицист Сергей Мардан заряжает информацией на весь день! В его эфире найдется место как лучшим спикерам страны, так и диванным экспертам. Мардан даёт высказаться каждому, но и сам за словом в карман не лезет!