Олег Кашин: Очевидно, что у Навального нет массовой поддержки, какую он бы хотел

Отдельная тема с Олегом Кашиным
Эдвард Чесноков и Олег Кашин обсуждают провальную акцию с фонариками, награждение молодого певца ЮрКисса медалью «За заслуги перед Отечеством» II степени, актёров, призывавших на несанкционированные акции протеста

О. Кашин:

- Всем привет! Я – Олег Кашин. Где-то в глубинной России Эдвард Чесноков. Здравствуйте! С чего мы с вами сегодня начнем?

Э. Чесноков:

- Здравствуйте, Олег Владимирович. Конечно, как самое свободное радио, которое не боится бескомпромиссно обсуждать не компромиссное, давайте обсудим забавную вчерашнюю акцию господина Навального.

О. Кашин:

- Я не знаю ничего про господина Навального, он сидит в тюрьме по сфабрикованному обвинению, поэтому эту акцию организовывал Леонид Волков, человек гораздо более спорный, скажем так. Я не знаю, что вы хотите про нее сказать? Тронула ли она вас? Почему у вас такие живые эмоции?

Э. Чесноков:

- Я как-то вот не почувствовал, что между нами и навальнистами тает лед. В Москве по данным полиции пришло 230 человек с белыми фонариками, с белыми лентами, в основном почему-то феминистки. По данным белого счетчика пришло чуть больше, но даже если больше, мне кажется, что акция совершенно провалилась. И говорить о ней можно только в уничижительном контексте.

О. Кашин:

- Я не хочу вам возражать, не для того мы здесь посажены. Я понимаю прекрасно, что если бы акция была многолюдной, массовой, кровавой, вы бы тоже говорили «она провалилась, какой кошмар».

Вот у меня открыто выступление Дмитрия Пескова утреннее, давайте я процитирую, потом объясню, что я имею в виду. «Что касается всех этих акций, фонариков, то движению никто не мешал, никто особо не собирался, не было нарушения закона. Да, ходили отдельные люди с фонариками. Прекрасно. Может, кто-то влюблен, кто-то, может, против чего-то протестовал, кто-то за компанию. Не понимаю, зачем надо фонарик зажигать? Но главное – не нарушали закон. А почему их там было не три, а два человека? Это не ко мне вопрос».

Знаете, такого рода комментарий, такое натужное шутовство, оно, как раз, Пескова позорит, потому что, ну, елки-палки, если акция мелкая и не нужная, про нее и говорить не надо. А если ты произвел домашнюю заготовку «может, кто-то влюблен», то ты себя ставишь на один уровень с Шацем, Кацем, кто там еще участвовал.

Э. Чесноков:

- И Альбацом.

О. Кашин:

- Да. И выглядишь не серьезно. Это не красит такого человека на такой серьезной важной позиции, тем более, что Песков – не просто говорящая голова, а еще зам главы администрации президента.

Забавный был момент, когда в момент зажжения фонариков Дмитрий Медведев у себя в Instagram опубликовал фотографию уличного фонаря где-то в его резиденции. Вот фонарики, русская зима как бы. И понятен намек. Потом, правда, в комментариях он объяснил, что ничего не имел в виду, а фотографиями снега протестовал против глобального потепления и в поддержку Греты. И если изначально это было троллингом, то и он скатился куда-то.

Печально. Мне печально, что любое выступление любой политической силы, особенно тех, которые как бы проходят по категории несистемной в современной российской классификации, приводит к такого рода разговорам, дискуссиям «ах, это не серьезно». РИА Новости сообщают, что акция провалилась. И новость на экранах с комментариями того же Пескова и Захаровой.

То, что проваливается по-настоящему, на самом деле, мы с вами не замечаем. Если какая-нибудь акция, как это было, хулиганская ячейка коммунистического авангарда провела какое-то мероприятие у себя где-то в Чите, то мы ее просто не знаем, что была такая акция. А если вы, Эдвард, предлагаете начать программу с этой темы, значит, что-то не провалилось. Нет?

Э. Чесноков:

- Что-то провалилось у вас, мой дорогой Олег Владимирович, потому что нам, в том числе и вы на протяжении многих месяцев рассказывали, что Навальный – политик номер один, что у него огромное количество сторонников, что эти миллиарды донатов и миллионы просмотров его фильма неизбежно во что-то конвертируются. И я не хочу зубоскалить над этими белофонарщиками, хотя это унылая повторяемость, они со времен «белой ленты», в общем, ничего не продумали. Но хоть сколько-то креатива! Даже в желтой уточке было больше креатива.

О. Кашин:

- Эдвард, поскольку мы же сравниваем! Подождите!

Э. Чесноков:

- Утверждая о каком-то величии Навального и…

О. Кашин:

- Подождите. Вот насчет «никакого креатива, все повторяется», вы же в прошлой программе рассказывали о том, как на Мамаевом кургане снимали какой-то флешмоб в поддержку Владимира Путина. С креативом плохо примерно у всех. Вот такая заснеженная страна, населенная как бы с людьми с отрицательным творческим потенциалом.

Э. Чесноков:

- ...ретивые чиновники.

О. Кашин:

- Как всегда. Ретивые чиновники уровнем Пескова и ниже. Высокого уровня.

Э. Чесноков:

- Не знаю. Думаю, уровнем пониже. Не Песков же в Волгограде наорганизовывал!

О. Кашин:

- Песков говорил «ах, кто-то кого-то полюбил». Во-вторых, да, и вы должны радоваться, как лоялист, и я, как криптолоялист тоже буду радоваться, что у Навального нет, очевидно, такой массовой поддержки, о которой сам Навальный мечтал бы. Но так же вот вы меня пытаетесь высмеивать, как сенатор Пушков кого-то высмеивает, что вот я говорил, что у него там большая популярность, а на самом деле маленькая. Масштабнее Навального, популярнее Навального, влиятельнее Навального в антипутинской среде нет никого. И вы это прекрасно знаете. Скажите, Эдвард, а кто круче Навального в оппозиции? Может, в системной оппозиции? Может, Зюганов и Жириновский вызывают большую народную любовь и симпатию?

Э. Чесноков:

- Господи, манифест Константина Богомолова вызвал больше обсуждений, чем статьи-разоблачения Навального! Несмотря на то, что последнего провозгласили в свое время одним из величайших мыслителей современности.

О. Кашин:

- Манифест – это газетная публикация. Это отдельная категория. Новый альбом Аллы Пугачевой, если бы сейчас вышел, произвел бы фурор.

Э. Чесноков:

- Давайте обсуждать сопоставимые категории. Навальный и Константин Богомолов. Вот вы сказали...

О. Кашин:

- Еще раз, Эдвард. Двадцать лет Россией правит человек, который никаких смыслов сознательно не предлагает. Если вы предлагаете сравнивать Богомолова с Навальным, нет. Навальный не есть наемный пиарщик мэрии Москвы, который получил как бы театр в обмен на то, что он будет писать в Instagram «Москва похорошела».

Навальный – политик. Навальный – политзаключенный. Я меньше всего хочу быть защитником Навального в такой дискуссии, но она в таком формате не оставляет других вариантов. Потому что когда вы говорите, что Навальный – это как бы альтернатива Богомолову, нет. Богомолов топчется в том поле, в котором мы с вами…

Э. Чесноков:

- Нет, я с вами согласен…

О. Кашин:

- Если уж скользко говорить, то Богомолов – альтернатива Илье Яшину, если вы понимаете, о чем. Богомолов находится на той поляне, на которой живем мы с вами. А Путин с Навальным живут немножко на другой поляне, да, это политики-популисты, да, естественно, Путин до сих пор как бы популярнее и сильнее, не сопоставимо сильнее Навального. Но такие вещи меняются однажды, как по щелчку. И если завтра вдруг окажется, что навальновскую стабильность какие-то путинисты пытаются подкосить, как будет писать «Комсомольская правда», не знаю, ближайшего будущего, то я тоже буду говорить, что Путин – молодец, не обижайте Путина.

Это диалектика.

Э. Чесноков:

- Если это альтернативное будущее, где в опломбированном вагоне из Люксембурга нам пришлют Леонида Волкова, все-таки, возымеет место, то первых, кого перевешают – это нас с вами.

О. Кашин:

- Разумеется.

Э. Чесноков:

- В отличие от доброго травоядного нынешнего Кремля.

О. Кашин:

- Об этом, Эдвард, мне еще говорила Маргарита Симоньян в интервью, что кто-то кого-то перевешает, если гайки распустить политические. Это вечный и бессмысленный разговор. Перевешают в будущем? Ну, наверное. Но именно сейчас, в наше время в путинской России людей в Москве сажают, а, допустим, Кашин-бинго, в Грозном убивают. Я отправляю вас к сегодняшней «Новой газете». И если Константин Богомолов повысил ее читаемость и тираж, спасибо Богомолову, потому что сегодня в «Новой» бомбическая первая серия трехсерийного расследования Елены Милашиной о бессудных казнях в Чечне. Не только геев, как принято, но и случайных людей, которых по стандартно отлаженной схеме, а Милашина ее описывает со ссылками на свидетелей убедительно и подробно, людей в начале забирают в УВД, там пытают, а потом делают вид, что они террористы, павшие в перестрелках. Естественно, это положено буквально на промышленную основу. Там речь идет о 27 человеках в течение только одного месяца в 2017 году. И говорить, что вот придет Навальный, кого-то будет вешать, это, Эдвард, в России уже людей убивают ни за что ежедневно по линии государства. Пусть на уровне субъекта Федерации особенного, но да, в России убивают людей. А мы говорим о какой-то гипотетической ерунде!

Э. Чесноков:

- Еще раз. Я против бессудных казней, против, чтобы людей убивали кто угодно. Мы же читали предыдущие расследования «Новой газеты», в том числе, о чеченских геях. И чеченские полицейские показывали журналистам ту якобы тюрьму, которая описывается в этом расследовании, там ничего не нашли.

О. Кашин:

- Рассказывали вам чеченские хипстеры. У вас же остались контакты, спросите их. И я вам могу сказать, что они скажут. Они скажут, да, старик, это правда, но рассказывать об этом не стоит. У меня тоже есть знакомые чеченские хипстеры.

Э. Чесноков:

- К расследованиям «Новой газеты» надо просто относиться с осторожностью.

О. Кашин:

- По Чечне к Милашиной вопросов нет. Лучшее нее никто в Чечне не разбирается.

Реально весь Грозный знает о том, что в этой республике убивают геев, пытают атеистов, между прочим, заставляя говорить, что Аллах велик, как в Исламском Государстве, запрещенном в России. И как бы говорить о том, что ах, показывали тюрьму. Мало ли, что показывали, нам и дворец показывали.

Э. Чесноков:

- Еще раз. Я против пыток и бессудных убийств, но война прекратилась. И на этот жестокий вопрос, что лучше, чтобы было реальное рабовладельческое государство, которое к нам террористов посылает или это, я не знаю.

О. Кашин:

- Давайте поговорим о новостях культуре. Про певца Юркиса, ему дали медаль – 23 года парню, орден «За заслуги перед Отечеством». Эдвард, вы возмущены или как я?

Э. Чесноков:

- Мой дорогой Олег Владимирович! Некоторое время назад мы стали с вами упорно говорить о том, что же такое шестая колонна? Те люди, которые рядясь в патриотов, на самом деле, дестабилизируют государство. И вы просили назвать меня имена. Так вот они! И, разумеется, когда начался скандал относительно правомерности вручения 23-летнему дарованию целого ордена, он ответил, что орден-то дали за патриотизм! За то, что он давал концерты в Донбассе, Крыму и Сирии.

Знаете, я ознакомился с творчеством Юрия Киселева.

О. Кашин:

- Говорят, у нас есть фрагмент трека?

Э. Чесноков:

- Да. Но я завершу. И понял, что если он и работал на обороноспособность нашей группировки в Крыму и Сирии, то только в части его подрыва, в смысле, в части подрыва ее обороноспособности. И медаль-то ему, наверное, должен вручать министр обороны США.

А теперь давайте послушаем.

О. Кашин:

- Давайте. А потом я скажу свою позицию.

(трек)

О. Кашин:

- В общем, на самом деле…

Э. Чесноков:

- Это просто чудовищно. Убогие оранжировки, рифмы…

О. Кашин:

-Эдвард, у меня есть знакомая, которая примерно так же может про того же Юркиса однажды написать, а потом утром в Telegram-канале она пишет: вы знаете, я разобралась. Юркис очень хороший человек, помогал разным людям, поэтому, извините, Юркис, вы – молодец. Я ничего такого не имела в виду.

Я не сравниваю вас с этой своей знакомой, про которую вы, наверное, поняли, о ком я. Но меня, действительно, поражает вот… Я вижу, какие люди и как критикуют это награждение. Естественно, я объясню про свою связь с этой семьей. Она у меня есть, я однажды папе Юркиса проиграл суд, между прочим. Я называл его сомнительным человеком, не смог это в суде доказать.

Да, когда я вижу, как людей, которые увидели, что вот его можно, люди, которые боятся психануть в сторону каких-то других чиновников, вдруг говорят – о, позор! Это одна категория.

Вторая категория понятна. Я так же вижу, как настоящие ваши друзья-музыканты, музыканты – друзья музыкантов, в смысле, вагнеровцы, люди, воевавшие в Сирии, говорят: нам чэвэкашникам, не дают орденов, а этому придурку дали! Да, этому придурку дают, друзья. И вы должны понимать, что для российского государства вы, вагнеровцы так называемые, вы – второй сорт. А первым сортом всегда будут мажоры.

Еще один момент, про который я имею сказать. Да, здесь речь не о том, что есть какой-то 23-летний парень. Он сын Владимира Киселева из группы «Земляне», сын человека, бывшего близким, опять же – Кашин-бинго!, к мэрии Петербурга в 90-е годы. И общие знакомые из разных, причем, уст я не раз эту фразу слышал, передавали мне, как выглядела охранная грамота, выданная тогда еще Владимиру Киселеву Владимиром Путиным. Да, Киселев всегда крутился возле путинской компании. Киселев всегда всех раздражал, потому что он противный, я сам с ним общался, я могу сказать, что он омерзительный.

Однажды Путин сказал, вот Киселева не обижайте. Он сирота. И этой охранной грамоты хватило на 25 лет, потому что, насколько я понимаю, действительно, разных чиновников, разных деятелей и шоу бизнеса, и культуры, и политики от него трясет, но дети его, они никуда не могут. Он еще в 90-е при Собчаке устраивал в Петербурге фестиваль «Белые ночи». И да, конечно, на совести этой семьи гибель, не побоюсь этого слова, хоть и не корректно в эфире радиостанции это говорить, гибель важнейшей медийной попсовой институции «Русское радио», которое как бы они отжали у прежних владельцев, ну, купили. Те не смогли не продать. Да, и когда ту радиостанцию «Русское радио», где там Киркоров пел, Пугачева, такой понятный набор артистов, вдруг стали петь дети Киселева своими ломающимися голосками «Я люблю Владимиру Путина, Путин клевый» и так далее. Жена Киселева поет.

Э. Чесноков:

- Это шестая колонна.

О. Кашин:

- Это не шестая колонна, это основа российского феодализма. Как мы знаем, у нас уже, мы прошли точку бифуркации, когда появились потомственные министры – наш министр сельского хозяйства сын секретаря Совбеза, у нас сыновья везде расставлены. Наверное, через пару поколений уже внуки будут…

Э. Чесноков:

- Хотя бы есть какие-то достижения, сельское хозяйство поднимается, экспорт зерновых растет.

О. Кашин:

- А вот вопрос последовательности. Что в начале? Подъем хозяйства и назначение на него своего парня? Или как бы наоборот.

Э. Чесноков:

- Параллельно было, мне кажется.

О. Кашин:

- Ну, как сказать.

Да, таков российский феодализм. Нам ничего не остается, как смириться с этим и рассчитывать на то, что вот как нам с вами может повезти, Эдвард? Нам, простым парням с окраин. Если там наши с вами дети однажды… Либо сыновья наши женятся на внуках Владимира Киселева или Николая Патрушева? Или дочери наши выйдут замуж за внуков Владимира Путина и так далее. Тогда у нас с вами все будет хорошо.

Если нет, то, извините, мы – лузеры. Не вписались вот в этот госкапитализм.

Э. Чесноков:

- Но вы еще расскажите, может простой парень наподобие Томми Робинсона заседать в Палате лордов. Наверное, не может, для этого надо родиться лордом или хотя бы получить это звание.

О. Кашин:

- Российский парень, сын простого генерала КГБ заседает в Палате лордов, все у него хорошо – у Евгения Лебедева. Естественно, мы тоже об этом думаем и помним.

Но что касается простых парней. Сегодня в рубрике «В этот день» в Facebook я увидел фотокарточку, сделанную моей рукой девятилетней давности. Я встретил и случайно сфотографировал токаря Трапезникова. Пожилой рабочий, настоящий токарь из Перми, когда было предыдущее издание акции с фонариками, тогда это были белые ленты, в рабочих варежках вышел на трибуну и сказал, что вот мы, мужики, как бы покажем! Был Холманских и был тот токарь. Холманских стал полпредом, токарь стал депутатом Госдумы. Я стал спрашивать пермяков, а куда он делся? На самом деле, он никуда не делся. Он сейчас в Перми заседает. Понижение из Госдумы, вот такие социальные лифты. И вот тоже пример, я его обожаю.

Есть в Кремле, видимо, серьезный чиновник очень – Андрей Ярин, на него часто ссылаются, что вот группа Ярина усилилась. Откуда взялся? У Горбачева был президентский совет - такое новое политбюро в последние год не получилось. Там были тоже министры обороны, всякие силовики, были писатели Распутин и Айтматов. И был образцовый рабочий из Нижнего Тагила, которого нашли. Вот рабочий тоже за перестройку. Вениамин Ярин. У рабочего карьера не сложилась, зато сына вырастил, сын в Кремле работает. Так это действует, наверное, по-другому нельзя. Да, я сижу в Англии, тут так же, все эти кланы сформировались просто пятьсот лет назад, поэтому как-то не бросается в глаза, а в России формируются в наше время. Поэтому, дорогие вагнеровцы, сидящие в Сирии, вам без наград в могилах гнить, как бы все нормально. А дети, друзья…

Э. Чесноков:

- Что вы вагнеровцев-то…

О. Кашин:

- А потому что главное поле дискуссии – вот Сирия, Сирия, люди, которые кровь проливают, на ордена не имеют права, а которые привозили артистов и пели там, как бы они получают ордена. Более того.

Э. Чесноков:

- Так называемый вагнеровский крест.

О. Кашин:

- Естественно, самодеятельные награды, они всегда возникают там, где нет государственных. Это нормально.

А государственные награды… Я зажмуриваюсь, закрываю глаза, думаю, вы со мной согласитесь. Стандартная церемония награждения в Кремле. Кого награждают? Геннадия Хазанова всегда, покойного Абдулова награждали на каждом мероприятии, каких-то деятелей искусства постоянно, вот эту всю публику. А пресловутые, простите, Уткин – командир «Вагнера», он однажды попал где-то в кадр. И потом Песков объяснял, что ну, шел какой-то прохожий, с Путиным сфоткался, ничего про это не знаю.

Когда государство вот так вот начинает лицемерить, то оно лицемерит во всем, естественно. Нормальная практика.

Э. Чесноков:

- И США, Эдвард-бинго!, отрицает существование секретных…

О. Кашин:

- Да!

Э. Чесноков:

- Чуть ли не у наших границ в Польше!

О. Кашин:

- В Литве, по-моему.

Э. Чесноков:

- Вы понимаете, да и есть, никуда не делись. У каждого государства есть определенная теневая сторона.

Хотел вам предложить одну цитату, чтобы вы отгадали, кто автор.

О. Кашин:

- Так?

Э. Чесноков:

- «Зато это будет подлинная демократия, зато это будет подлинное развитие человека и общества, а не то, что мы пытаемся извне насадить сюда такую управляемую демократию, как когда-то несколько лет назад существовал такой термин РФ, изобретенный известным Владиславом Сурковым». Кто же это? Касьянов? Кара-Мурза? Леонид Волков? Кто такое сказал?

О. Кашин:

- Я думаю, Захар Прилепин.

Э. Чесноков:

- Нет. Это сказал министр иностранных дел Белоруссии Владимир Макей в интервью РБК.

Обсуждая интервью РБК, которое этому изданию дал Владимир Макей, глава МИД РБ, я не готов упрекать журналистов за то, что они не задали вопрос про дерусификацию, про полицейское насилие, потому что тогда мне некоторым образом пришлось бы упрекать и себя. Поэтому сосредоточимся на монологах Макея, которые абсолютно прекрасные. Человек в обагренной кровью простых белорусов тоге и в лавровом венке учит нас жизни, говорит, что с Европейским союзом у нас отношения не прекращались, что практически на прямом проводе у него политики европейские, которые прислушиваются к его мнению. И кажется, что это такое бахвальство, но нет, ведь действительно, европейские санкции абсолютно карикатурные, несмотря на очевидные нарушения прав человека в Белоруссии.

Олег Владимирович, я не ребенок, я не отрицаю, что и у нас есть отдельные перегибы на местах, особенно в ОВД «Дальний». Но когда в стране, где населения в 10 раз меньше, в сумме за время протестов задерживают в 10 раз больше человек, чем у нас, знаете, это показатель. И остается только надеяться, что Сергей Лавров, добрый, кроткий Сергей Лавров, который вдруг теперь стал злым следователем, что признали даже европейские СМИ, устроил порку этому самому бездуховному Жозепу Боррелю, все-таки переключится с дальнего зарубежья на ближнее.

О. Кашин:

- Эдвард, в этом проблема. Потому что, действительно, Сергей Лавров – великий человек, но он увлечен большой, глобальной геополитикой, он про Америку думает, в лучшем случае – про Европу. А Белоруссия – это что-то такое, внутренняя политика, в которой вами любимая группа Бабича конкурирует с другими группами, и в итоге получается какая-то абсолютная ерунда. Еще раз сошлюсь на встречу Путина с главредами, которую в итоге сам Путин и слил телевидению, возмутившись, наверное, тем, что все участники встречи ее пересказывают друг другу. Где Путин в ответ на вопрос о многовекторности, которую Лукашенко сохраняет, несмотря на российскую поддержку, Путин признал проблему, но говорить об этом отказался.

У нас есть звонок из Саратова.

Григорий:

-У вас очень интересная дискуссия, вы оба – знающие специалисты. Хотел бы ваше мнение узнать. Почему навальнисты, к которым я не принадлежу, в свои январские походы не использовали простые социальные лозунги – «Дайте нам наши ковидные деньги, как за рубежом»…

Э. Чесноков:

- Или «Признайте Донбасс», как Захар Прилепин говорит.

Григорий:

- Я говорю про социальные лозунги, за которыми пойдет народ. Даже я бы пошел требовать своих ковидных денег как пенсионер.

О. Кашин:

- Григорий, у вас есть своя версия, скажите ее. Потому что мы с Эдвардом предвзятые, и наша антинавальнистская пропаганда ни на кого, слава богу, не действует. Вы что думаете, почему они не используют такого рода действительно выигрышные темы?

Григорий:

- Я полагаю, что это просто пацаны – валютные мультимиллионеры рубятся с пацанами из организованной политической группировки кремлевской, которые являются валютными миллиардерами. Просто рубятся за бабки, чтобы хапнуть себе всю Россию.

О. Кашин:

- Наверное, это борьба башен. Интересный момент. Эдвард, помните, 31 января на юге Москвы какой-то агрессивный мужик с бейсбольной битой напал на сотрудника Росгвардии? Мы с вами это обсуждали, была нашумевшая история с видео. Простите, прошел почти месяц, и мы не услышали больше ничего – ни уголовного дела, ни посадки. То есть на самом деле такое очередное косвенное подтверждение, что это был полицейский провокатор, который не пригодился.

Э. Чесноков:

- Слушайте, говорят, Гапон тоже был полицейским провокатором. Но и «кровавое воскресенье» вызвавшее гражданскую войну, революцию 1905 года, тоже было реальностью. Знаете, я против провокаций, в том числе провокаций. Но еще больше я против гражданских противостояний.

О. Кашин:

- Ну, эта проблема решается довольно просто. Если вдруг какие-то ваши сограждане, допустим, выходят с фонариками во дворы, не говорите, что это позор, плохие сограждане хотят Россию продать Западу, как их мало вышло, - а просто кивните: ну да, вышли, все нормально.

Андрей из Петербурга нам дозвонился.

Андрей:

- Мне очень понравилась инициатива Путина включения в школьную программу советских фильмов. Вроде в США такое тоже есть.

Вопрос Эдварду. Как вы считаете, какие отрасли у нас на данный момент успешные? Вопрос Олегу. Мы от Запада уходим на Восток. У нас история такая: Запад – Восток, Запад – Восток. Как же мы будем в дальнейшем от Китая отвязываться?

Э. Чесноков:

- Если вы не в курсе, то сейчас Россия – это единственная страна, которая сумела создать действующую плавучую атомную электростанцию. Ее можно на Чукотку привезти и запитать там, поскольку там замкнутая энергосистема. Назовите еще хотя бы одну страну, которая бы производила плавучие атомные электростанции. Назовите страну с таким большим ледокольным флотом, как у нас.

О. Кашин:

- Эдвард, я назову такую страну (не знаю по атомным электростанциям, но по ледокольному флоту – совершенно точно). Она называлась Союз Советских Социалистических Республик.

Э. Чесноков:

- Отрежьте от этой страны треть, причем самую индустриально развитую, как Донбасс например, и попробуйте без этой трети сделать хотя бы то, что у нас есть сейчас.

О. Кашин:

- Эдвард, вы, наверное, не поняли, к чему я клоню. Я клоню к тому, что, оказывается, и наличие орбитальных космических станций, и ледоколов, и подводных лодок не спасает обычно государства от внутренних кризисов, от взаимной ненависти власти и народа и т.д. Понятно, что велик соблазн списать все проблемы Советского Союза либо, как модно говорить, на предательство Горбачева (хотя, естественно, он не был предателем, он был скорее спасителем, как я считаю), либо на отсутствие туалетной бумаги.

Э. Чесноков:

- Ну да, отписать шельф Берегова моря американцам – это, безусловно, спасение России.

О. Кашин:

- Эдвард, вспомните, кто отдал остров Тарабаров и еще какой-то Кирайской Народной Республике. Владимир Путин отдал.

Э. Чесноков:

- Подождите. В Китае точно так же говорят, что предательская политика партии отдала России половину исконно китайских островов.

О. Кашин:

- При этом те, кто критикует предательскую политику партии, видимо, в лагерях. Нет, Советский Союз, конечно, погиб от невыносимости, ставшей консенсусом народным, и жить в такой стране не хотел никто. И если в Российской Федерации тоже эта невыносимость выплеснется за пределы тех пока маленьких групп, которые выходят с фонариками, тогда никакие атомные плавучие станции не спасут систему от ее краха. Это надо всегда иметь в виду.

Э. Чесноков:

- Вопрос был очень простой – какие отрасли развиваются? Я ответил. Мы от этого вопроса как-то довольно далеко ушли.

О. Кашин:

- А это наша работа – всегда уходить. Ну а как России отбиваться от Китая, вопрос, конечно, риторический.

Э. Чесноков:

- Культурой великой отбиваться, мягкой силой.

О. Кашин:

- Да, нас всех на самом деле спасает то, что Китайская Народная Республика, несмотря на придуманный в ХХ веке миф о ее многотысячелетней великой культуре, остается, конечно, гораздо более дикой культурой, чем любая европейская. Это хорошо, и хорошо, что мы – европейцы, мы белые христиане, все с нами хорошо.

Алексей из Москвы нам дозвонился.

Алексей:

- У меня вопрос к Эдварду. Позицию Олега знаю, она такая экзотическая, что Навальный – это, скажем так, человек, работающий на некую башню Кремля. А Эдвард как считает, Навальный – это агент ЦРУ, МИ-6 или, может быть, искренний блогер, разоблачитель? На кого он конкретно работает?

Э. Чесноков:

- Давайте так. Я считаю, что нам нужно процитировать Булгакова: поменьше думайте о Берлиозе. Поменьше думайте о Навальном. Давайте говорить о более интересных вещах, например, о деньгах. Вот режиссер земли русской Никита Михалков заявил, что актеры, которые призывали людей выходить на митинги… Знаете, есть такая коза, которая идет первой, загоняя других агнцев на убой, но сама на живодерню не попадает. Потому что коза, которая загоняет на убой, она понадобится и в следующий раз. 200-300 тысяч рублей за смену получают эти актеры, по данным Никиты Михалкова.

О. Кашин:

- Богатая тема, Эдвард. Если вы предлагаете так по-пролетарски побегать за гламурными актрисами: ах, у нее сумка Louis Vuitton, она богатая, что она себе позволяет? – я бы не стал так делать, это пошловато. А если отнестись к Никите Сергеевичу как курьезу… Я его очень люблю, конечно, он один из немногих настоящих гениев, живущих в наше время, но, естественно, человек противоречивый. И мы помним самый дорогой фильм 90-х годов, на которых тогдашнее нищее российское государство, у которого не было ни новых ракет, ни плавучих атомных станций…

Э. Чесноков:

- Да назовите уже фамилию. Ельцин дал деньги.

О. Кашин:

- Да, Ельцин дал деньги на «Сибирский цирюльник». Нет, Черномырдин на самом деле. Буквально за участие Никиты Михалкова в тройке партии Черномырдина «Наш дом – Россия». И мы понимаем, какими словами Никита Сергеевич, который тогда Борису Николаевичу лизал тыловые формирования, теперь говорит о Ельцине. Естественно, можно подумать: старик, ну, ты-то куда? Снимай своего «Бесогона»…

Э. Чесноков:

- Все-таки о сотнях тысяч рублей, которые получает коллективная Саша Бортич. Это же интересно. Понимаете, русский народ тонко чувствует лицемерие. И когда броситься на полицейские дубинки, потому что акция несогласованная (что все знают), призывают норковые шубы, то, знаете, как-то нет доверия к таким гламурным оппозиционерам.

О. Кашин:

- Эдвард, на ваше доверие, я думаю, они не очень рассчитывают. Потому что у вас работа – быть лоялистом. И даже если они для вас спляшут цыганочку с выходом, вы скажете: какая-то не такая цыганочка, что-то в ней есть такое…

Э. Чесноков:

- Подождите. Если она, например, как ЮрКисс хотя бы, выступит перед нашими парнями в Сирии, я возьму свои слова назад. Но ведь не выступит.

О. Кашин:

- Вы же и ЮрКисса не любите, обзываете его «шестой колонной». Есть сомнения в вашей объективности, при всей моей к вам симпатии. Поэтому давайте еще раз скажем. Связь с государством, лояльность государству не равна политической лояльности. А если в России, так получилось, опять же силами власти, серьезными усилиями, которые она предпринимала на протяжении многих лет, если любая форма оппонирования власти оказывается вне закона, то это не значит, что люди, готовые протестовать, заведомые преступники. Верните хотя бы митинговое законодательство к состоянию 2009 года, и будет вам счастье. Когда можно подать заявку, провести митинг, и никто тебя не будет разгонять. Но поскольку старцы Кремля боятся майдана, они напридумывали всякой такой ерунды, за которую иногда просто стыдно.

Э. Чесноков:

- Подождите. Митинг, который организовала Екатерина Винокурова против реновации, вполне себе состоялся. Митинг в защиту интернета…

О. Кашин:

- Прекрасно. Вы приводите примеры 3-4-летней давности. И когда сейчас те же либертарианцы подавали заявку на митинг в поддержку Навального, им отказали, Эдвард, потому что меняются времена.

Э. Чесноков:

- Хорошо, пример от нынешнего февраля (ибо меняются времена, но не меняются нравы). Оргкомитет марша памяти Немцова отказался от этого марша из-за коронавируса. Это что? Это тоже кремлевские козни, тоже глубинные суверенно-демократичный Сурков демонический подергал за ниточки? Или это что-то другое?

О. Кашин:

- Ну, как вам сказать, Эдвард… Боюсь, Немцов был убит силами Министерства внутренних дел Чеченской Республики. И когда вы злорадствуете…

Э. Чесноков:

- Это ваше оценочное суждение.

О. Кашин:

- Это приговор российского суда. Действующие офицеры МВД Чечни осуждены и сидят, слава богу. Надо поблагодарить российский суд за то, что хотя бы исполнителей он наказал, хотя заказчик остается, как мы понимаем на свободе и неприкосновенным. Тем не менее, когда люди, знавшие Немцова, уважавшие Немцова, не могут провести траурное мероприятие его памяти, злорадствовать по этому поводу, Эдвард, некрасиво.

Э. Чесноков:

- Я не злорадствую. Они по собственной инициативе отказались. Я просто констатирую факт, что реальность сложнее, нежели плохой Кремль и хорошая оппозиция, в которую нас пытаются вписать.

О. Кашин:

- Реальность, конечно, сложнее, я сам постоянно об этом говорю. Маленькая ремарка про память Немцова. Отказавшись от марша по ковидным причинам, друзья и знакомые Немцова, среди которых Яшин, Гудков, эта публика, условно говоря, не навальнисты, а…

Э. Чесноков:

- Мне кажется, примазавшиеся в какой-то мере.

О. Кашин:

- Не сказал бы. Я помню оргкомитет Болотной. Там не было примазавшихся к Немцову. К нему относились немножко иначе. Тем не менее, они просят власти не разгонять людей и не мешать людям возлагать в этот день цветы на Большом Москворецком мосту. И давайте тоже скажем. Уж здесь-то есть у вас какая-то совесть или отношение к христианству не только как в поводу стоять со свечкой? Власти, Путин, мэрия, не мешайте людям приносит цветы на мост.

Э. Чесноков:

- При этом мы же знаем, что к могиле Немцова (не так уж далеко от центра) придет куда меньше людей, потому что картинки медийной у Кремля не будет.

О. Кашин:

- Вот-вот. А методичка про могилу, которую повторяют с момента убийства Немцова…

Э. Чесноков:

- Это факт.

О. Кашин:

- Это не факт. Могила – это могила. Могила – это кладбище, место погребения. Место убийства политика также заслуживает… Извините, памятники в Европе ставят, везде ставят, и в России поставят. И чем больше этого пренебрежения, тем больше вот этого: ах, они цветы носят, замусоривают Москву. Нет, люди, естественно, имеют право, и памятник на месте убийства Немцова должен стоять, и, я уверен, будет стоять. Еще раз – позор убийцам, позор чеченским властям.

Э. Чесноков:

- Вы так ярко выступили, и на русский фашизм у нас практически не осталось времени. Тем больше будет желания у нашей аудитории послушать нас завтра, ибо мы с этого и начнем.

О. Кашин:

- Тогда до завтра. Всех обнимаю. Всем пока. Всем спасибо.

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Google Podcasts или Apple Podcasts, ставьте оценки и пишите отзывы!

Для нас это очень важно, так как чем больше подписчиков, оценок и комментариев будет у подкаста, тем выше он поднимется в топе и тем большее количество людей его смогут увидеть и послушать.

Выведем Кашина на первое место в топе!