Кровавые нападения на школы
Николай Стариков:Добрый вечер, дорогие друзья! В эфире программа «По сути дела». Я — Николай Стариков.
Андрей Зобов:Я — Андрей Зобов, и мы вас приветствуем и поздравляем с маленьким новогодним чудом. Речь идёт о решении Верховного суда. Да, именно так.
Дело в том, что сегодня Верховный суд рассмотрел дело Ларисы Долиной — то самое, по поводу квартиры: спор Долиной с Полиной Лурье, покупательницей этой самой квартиры, — и вынес решение, в общем-то, практически полностью в пользу Полины Лурье. Он сохранил право собственности за покупательницей.
И единственным не окончательно решённым остаётся вопрос о проживании Долиной — о месте проживания Долиной. Собственно, тут уже будут дополнительные экспертизы. И вот эту часть дела суд вернул в апелляционную инстанцию.
Николай Стариков:Андрей, вы использовали слово «новогоднее чудо». А мне кажется, что решение Верховного суда было прогнозируемым, и он должен был принять это решение.
Здесь, скорее, знаете, вот у меня, как у жителя Санкт-Петербурга, иногда каждый год вызывает удивление, что на Новый год нет снега. Вот вроде бы Новый год, Санкт-Петербург — северная столица, всё-таки не южная, северная, и должен быть снег. Но определённое количество лет на мой любимый праздник — зелёная травка какая-то. И я удивлялся: ну почему же нет снега?
Так и в решении Верховного суда: удивляться надо не тому, что он принял такое решение, а тому, что другие судебные инстанции принимали другое решение. И здесь, мне кажется, за рамками остался только один вопрос.
Но я его читаю сейчас на форумах, в переписке у некоторых блогеров: вопросы к тем судьям, которые принимали решение, которое сегодня Верховный суд признал неправовым. Основываясь на нём, другие судьи принимали… Хотя у нас не прецедентное право, решения… выводы там будут какие-то. Поэтому, мне кажется, удивляться надо не тому… Чудо не произошло. Удивляться надо, что до этого были приняты такие решения.
Андрей Зобов:Ну, в общем-то, в отношении Верховного суда у нас как раз-таки… решение Верховного суда, я абсолютно уверен, станет ориентиром для других судов.
Николай Стариков:Оно не прецедентное — оно просто окончательное. Оно окончательное, оно не может быть уже пересмотрено. Оно сразу вступает в силу в момент его принятия.
Андрей Зобов:Но, вполне вероятно — и стоит надеяться, — что оно станет поводом для… сколько там тысяч человек? Может быть, больше. Три тысячи дел.
Николай Стариков:Три тысячи, да.
Андрей Зобов:Около трёх тысяч дел — я тоже слышал цифру, — что они будут всё-таки пересмотрены. И при всём уважении к старушкам, которые там, возможно, были обмануты, при всём сочувствии всё-таки лишать людей того, что они законно купили, — это чудовищно.
Николай Стариков:Вот, Андрей, давайте, дорогие друзья, просто вспомним: в одной из программ «По сути дела» мы обсуждали казус Долиной — всю эту ситуацию. И тогда, Андрей, мы с вами пришли к выводу, к которому, как мне кажется, пришёл и Верховный суд: если нет доказанности связи покупателя с бандой мошенников, которые обманули продавца квартиры, то к покупателю претензий быть не может.
Он честно приобрёл квартиру, он законный выгодоприобретатель. Если он заключил сделку — да. Ну вот примерно в этой логике, мне кажется, и принял решение Верховный суд.
И мне кажется, это немного снизит социальное напряжение, которое вокруг этого вопроса возникало. Да-да-да. Как-то «пар» этот выйдет, потому что справедливость восстановлена. И это очень важно, чтобы она была восстановлена не только в деле Лурье — Долиной, но и во всех остальных делах, которые вокруг этого возникли.
Андрей Зобов:Да, на самом деле я очень хорошо помню наш тот разговор. Я очень хорошо помню, как мы беседовали, и что вы сказали. Была замечательная, такая короткая, лаконичная фраза: из-за решения суда не должно происходить беззаконие, потому что суд должен закон защищать.
И вот сейчас произошло именно это: беззаконие. В общем-то, чудовищное беззаконие, которое оставило людей не просто без покупок, а без огромных покупок — за чудовищные деньги. Тут как бы, чтобы заработать на квартиру в России, нужно работать больше 10 лет…
Николай Стариков:Вот наконец-таки это решение суда восстановило справедливость.
Ну, последний вывод, мне кажется, в этой теме такой, дорогие друзья: если вы хотите знать будущее — слушайте программу «По сути дела». Если вы не успели послушать, то на всех ресурсах «Комсомольской правды» вы можете её найти.
Андрей Зобов:В моём телеграм-канале «Николай Стариков» — тоже, да, всё так и есть.
А мы перейдём к новостям: у нас их сегодня действительно много. И, собственно, тут совершенно другой прецедент. В Подмосковье, в Одинцове, школьник нападает на свою школу. Он бьёт ножом охранника, распыляет ему в лицо слезоточивый газ. При этом он ходит по всей школе, ищет кого-то, постоянно повторяет какие-то несвязанные слова. В итоге находит несчастного четвероклассника и наносит ему удары этим ножом — точнее, не рубит, а колет — и убивает.
Огромное количество вопросов. У меня лично первый вопрос — морального характера. Я думаю, что все, кто вообще знаком с этой новостью, все, кто читал эту новость… Если вы читали её в телеграме, вы видели, что огромное количество средств массовой информации разместили видео этого — прошу прощения — совершенно душераздирающего момента.
Как? Мне хочется задать вопрос всем коллегам-журналистам: кто вообще посмел? Во-первых, с юридической точки зрения: невозможно публиковать съёмку несовершеннолетнего лица без согласия родителей. А во-вторых, просто с моральной точки зрения: как вообще можно такие вещи опубликовать? Это же чудовищно. Одно дело — когда это просто происходит. Другое дело — когда вот это видео…
Вот каждый родитель просто, если, не дай бог, посмотрит это видео… Я не знаю: у меня сейчас нет детей, пока нет детей, но я не знаю, отправил бы я своего ребёнка в школу завтра, если бы я это посмотрел.
Николай Стариков:Смотрите, отсюда следует несколько выводов. В такой ситуации всегда очень сложно отложить в сторону эмоции. Но давайте попробуем это сделать.
Начнём с самого главного. Что перед нами? Мне кажется — я очень хочу ошибиться — это что-то типа массовых расстрелов, которые с Запада перекочевали в нашу реальность. Когда человек берёт огнестрельное оружие и по какой-то созданной, выдуманной, его волнующей проблеме идёт убивать сослуживцев, одноклассников, случайных прохожих.
На Западе, в США, это постоянно воспроизводимая история. Обязательный элемент — получение этим мерзавцем и убийцей славы: посмертной или непосмертной. Все СМИ печатают его имя, отчество, фамилию, размещают эти страшные видео, которые, конечно, ни в коем случае нельзя размещать; берут интервью у соседей по лестничной клетке, у прохожего, который видел, как он с футляром, похожим на футляр для теннисной ракетки, шёл к месту, где будет эта стрельба.
То есть вокруг этого создаётся целая медийная история. И люди во многом нездоровые — потому что нормальный человек такое не будет делать — совершают это отчасти ради этой славы.
Это первая составляющая. Значит, эту славу надо сразу отрезать, чтобы любой человек, который, не дай бог, решит совершить такое преступление, твёрдо знал: его имя нигде не будет никогда произнесено. Никто не узнает его фамилию.
Андрей Зобов:Вам кажется, что это такой феномен Герострата?
Николай Стариков:Конечно. Это ровно то же самое — только с человеческими смертями: Герострат, который храм Артемиды сжёг.
Поэтому здесь, как мы видим, никакая нравственно-моральная регуляция не работает. Вы об этом сегодня и сказали: размещаются ролики, будут браться интервью, это будет мусолиться.
Поэтому здесь нужны, дорогие друзья — я очень не люблю законодательные ограничения, я люблю законодательные свободы, — но здесь нужно законодательно всё это ограничить. Эти видео должны быть под запретом. Интервью у человека, который совершил преступление, — под запретом. Его имя нельзя публиковать.
Но никакого скрывания фактов не должно быть: сегодня в населённом пункте X злодей 15 лет совершил вот такое-то преступление, идёт следствие — всё. Никаких подробностей, никакого смакования.
Это — что касается первой части: убрать всю «геростратову славу». Второе: за одну неделю мы имеем два случая.
Николай Стариков:Я не следователь.
Андрей Зобов:Более того, огромное количество, на самом деле, случаев было вообще за год, если мы так присмотримся.
Николай Стариков:Ну да, конечно, Андрей, можно взять большой период — там ещё, наверное, что-то найдётся. Но два случая за два дня — очень похожие между собой.
Мы с вами наблюдали, дорогие друзья, определённые — я не буду повторять эти названия, чтобы лишний раз не рекламировать — группы, которые призывали подростков к суициду. И всё это было не случайно, а планомерная работа. Кто-то это оплачивал, кто-то этих несчастных детей подталкивал к смерти, а кто-то рекламировал и также подталкивал к совершению массовых вот этих расстрелов — в нашей стране уже.
Мы должны понять, что уничтожение нас идёт разными способами. А это значит, что следствие должно разобраться: где и что, кто вложил этому 15-летнему подростку ровно такую же мысль, как подростку в Санкт-Петербурге, который с ножом напал на свою учительницу.
И, к сожалению, я думаю: если это не пресечь, если не найти источник распространения этих идей, это может повториться.
Поэтому: обязательно «геростратову славу» убрать и обязательно найти, выкорчевать источник этой идеи. Сам человек до этого не додумается. Об этом говорит огромное количество повторений массовых расстрелов, которые мы наблюдали на Западе. Поэтому — не рекламировать это ни в коем случае.
Андрей Зобов:Но, с другой стороны, всё-таки есть действительно серьёзное количество прецедентов. И я думаю, мы продолжим эту тему в следующей части. А пока оставайтесь с нами.
Андрей Зобов:Мы возвращаемся в эфир «По сути дела». Напротив меня Николай Стариков, я Андрей Зобов, и мы продолжаем тему с массовыми убийствами.
Здесь как раз факты любопытные, которые можно привести. В марте в одной из пермских школ мальчик схватил учителя за шею, выволок из кабинета, потом устроил погром. Собственно, учителя увечил.
В апреле в подмосковных Люберцах 13-летний подросток набросился на пожилую, уже в возрасте, учительницу: ударил её по голове молотком, причём сделал это прямо во время урока. Понятно, что дальше произошло: женщина рухнула, её спасли, слава богу — как и вчера в Петербурге. Но сам факт.
В Нижнем Тагиле не так давно 13-летняя ученица издевалась над учителем иначе. Она создала аккаунт от имени педагога в очень распространённом приложении для знакомств, написала чудовищные вещи о том, что педагог ищет развлечения «на одну ночь». Естественно, это распространили в школе — в форме скриншотов, снимков: «посмотрите, какая у нас учительница». В итоге педагог почувствовала серьёзное ухудшение здоровья — и это ударило по ней иначе.
Да, это всё-таки не убийство. Но хочется задать вопрос: вы говорите, что это влияние на людей. Возможно. Да и в принципе дети, мне кажется, сами по себе ещё не очень сформированы, и в любом случае на них что-то влияет. Но не стал ли наш мир настолько, в общем-то, жёстче — настолько более жестоким, — что это происходит?
Николай Стариков:Смотрите, дорогие друзья, сегодня много разговоров о том, как необходимо…
Андрей Зобов:…охранять школы. Про охрану школ говорят после каждого такого, конечно.
Николай Стариков:И безусловно, это имеет право на существование, и надо охранять лучше. Вспоминая своё советское детство, понимаю, что никакой охраны в советской школе не было. Потому что, действительно, Андрей, были другие люди, был другой мир.
Сейчас мы живём — нравится нам это или нет — в несколько ином мире, поэтому охрана необходима.
Но когда говорить о влиянии — давайте всё-таки соединять происходящие события между собой. Я выдвинул предположение, думаю, что многие со мной согласятся: появилась новая злодейская идея, которая продвигается через определённые социальные сети или ещё как-то, потому что мы видим…
Андрей Зобов:Да можно даже не говорить, кто может быть автором.
Николай Стариков:…этой идеи. Оставим за скобками: последствия будут искать… Просто мы видим возможные признаки всего этого.
И здесь, конечно, вопрос внушения. Понятно, что не самый хороший и добрый человек на это «покупается». Но мы с вами в первой части говорили про Ларису Долину: женщина взрослая, опытная, прошла огонь, воду и медные трубы — но она же деньги мошенникам отдала. Она же под их влияние и внушение попала. Так что же мы хотим от 15-летнего подростка?
Могут его обмануть, запутать? Могут. Его обмануть и запутать гораздо проще.
Вопрос в том, что сегодня, благодаря всем этим гаджетам и возможностям, злодей и потенциальные жертвы (которые сами становятся злодеями) легко могут «встретиться».
Андрей Зобов:Абсолютно. А вам не кажется, что… Если я не ошибаюсь, в Австралии буквально несколько дней назад, в конце прошлой недели, запретили детям доступ в социальные сети до 16 лет. А вам не кажется, что это хоть какая-то защита? Вам не кажется, что это тенденция, которая должна распространяться по всему миру, и очень странно, что так поздно мы до этого доходим?
Потому что, ну, я помню ещё 15 лет назад: чтобы дети сидели в соцсетях, было совсем странным. Сейчас в соцсетях доступ имеют ребята в 10 лет, в 7 лет.
Николай Стариков:Для чего созданы соцсети? Они называются социальные сети — они созданы для общения. После того, как они проработали десятилетия — пятнадцатилетия, двадцатилетия, — определённое поколение уже с самого молодого возраста там находится. И они друг с другом общаются не по телефону, а иногда даже, сидя в одной комнате. Я сам это видел. Думаю, вы тоже, дорогие друзья.
Андрей Зобов:Создавать какие-то детские соцсети специально защищённые…
Николай Стариков:…Сейчас мы не спасём с вами мир в рамках этой программы. Мне, честно скажу, не нравится тенденция: «возникла проблема — давайте что-то запретим». Социальные сети стали частью нашей жизни — надо как-то учиться с ними жить.
Андрей Зобов:Это не мешает… Не значит, что детям оружие тоже является частью нашей жизни. Но его же не выдают до 18 лет.
Николай Стариков:Почему до 16 лет? Вопрос запрета для меня очень непростой. Обратите внимание: Австралия выдвинулась как «пионер» — в плохом смысле — в этих запретах. Почему до 16, а может быть, надо до 18? А вот в Соединённых Штатах до 21 года нельзя пить алкоголь — может, тогда и до 21 года компьютера не надо? Это сложный вопрос.
Но что точно нужно делать в сегодняшней ситуации — искать группу, искать общность. Я уверяю вас: через некоторое время это будет найдено, будет сложно не согласиться.
Андрей Зобов:Действительно: слишком это последовательно и слишком понятный фон — общественный, событийный фон… Да, что сейчас происходит.
Николай Стариков:Есть формат такой — «Разговоры о главном». Мне кажется, первая тема сейчас должна быть вот об этом: надо говорить с детьми. Надо говорить о телефонных мошенниках, о том, что детей будут подталкивать к совершению террористических актов — это немного другая тема, но всё равно сейчас очень актуальна.
Нужно объяснять им, что начинается какая-то новая волна, когда подростков — возможно, не самых благополучных, в сложной ситуации, а может быть, благополучных материально, но неблагополучных морально — используют для совершения преступлений.
Андрей Зобов:Используют как оружие в гибридной войне, иначе говоря.
Николай Стариков:Совершенно очевидно: преступник, который так приходит совершать преступления, — у него нет будущего. В самом лучшем случае он будет отбывать долгий срок. Это самый лучший для него исход. Я уж не буду говорить про угрызения совести: мы не знаем, есть ли она у него, нет ли у него этой совести.
Но лёгкость совершения преступления тиражируется и является примером: «на слабо берут». Поэтому, Андрей, давайте попробуем сейчас прямо в прямом эфире начать выполнять те две части, которые я предложил.
Первое — поменьше об этом говорить, не упоминать имён, никаких ярких интервью. Второе — пусть следователи ищут, а имя злодея останется безвестным. Не надо этой геростратовой славы. Такое моё предложение.
Предлагаю перейти к следующему пункту нашей программы.
Андрей Зобов:Отлично. Следующий пункт у нас — это, собственно, Китай, насколько я понимаю. В Китае у нас были…
Николай Стариков:Я позавчера вернулся из Китайской Народной Республики, дорогие друзья. Был с делегацией партии «Справедливая Россия», которая была приглашена Коммунистической партией Китая. Это был визит на высоком уровне.
Я могу сказать только самые восторженные слова про китайскую сторону, которая всё это организовала. Но помимо общения с китайскими высокопоставленными лидерами, помимо форума защиты предпринимателей — малых и средних, который ежегодно проводится в Китае, — было большое количество посещений предприятий Китая.
И вот, знаете, я вывел для себя правило. Вот в России, особенно в либеральной России, очень много было разговоров о том, что частное, знаете, более эффективно, чем государственное. Ну, говорили нам либералы. Я, например, считаю, что всё дело не в форме собственности, а в том, кто руководит.
Если частный предприниматель ведёт своё дело для того, чтобы умножать его, чтобы приносить пользу людям, государству — ну и себе тоже, — оно будет процветать. Если же он создаёт предприятие для того, чтобы получить деньги, а потом перевезти их в Лондон и туда убежать, то вряд ли из этого предприятия что-то хорошее получится. Ну, это вообще-то преступление, по большому счёту.
И с государством то же самое. Вот в Китае, придя на какое-либо предприятие, вы ни за что не поймёте, какая там форма собственности — внешне. Ну, знаете, типа: государственное — вот такое, а частное — такое. Не поймёте.
Мы посетили, например, два предприятия, связанные с автомобилями. Одно было… ну, это не завод был, но всё равно: представительство автомобилей Li Xiang, достаточно популярное в России, — частное предприятие. Показали, рассказали историю. Частное. В 2015 году начали, в 2025 году — уже очень-очень хорошие результаты.
В другом месте мы посетили государственный завод. Прямо сказали: государство приняло решение создать предприятие. И создало его — примерно тот же самый срок, примерно тоже 10 лет.
И вот что меня, честно говоря, поразило: сейчас у нас достаточно часто мы слышим новости о беспилотных транспортных средствах. В Китае такси, созданные на этом заводе, уже работают и развозят работников и людей, которые делают сторонние заказы.
Я лично видел один из джипов, едущий по улице в Пекине, на автопилоте. Когда я спросил, почему вы решили, что автопилот, мне сказали: у него огни габаритные задние синим светом горят. То есть это уже реальность.
Но я хотел рассказать ещё о некоторых впечатлениях — уже после небольшой паузы.
Андрей Зобов:Мне кажется, тут можно добавить, что на самом деле, конкретно в Москве эксперимент по внедрению беспилотных такси стартует с начала следующего года, 2026-го. Поэтому в следующем году, возможно, мы уедем. Встретимся через небольшую паузу.
Андрей Зобов:А мы возвращаемся в эфир. Напротив меня Николай Стариков, я Андрей Зобов, и мы разговаривали о машинах, о беспилотных машинах, о впечатлениях о Китае.
Да-да-да, а я вот в контраст скажу, что если у нас запускают беспилотные такси, то в Китае уже, судя по всему, в Пекине запустили. А вот в Германии с автопромом — сплошные беды и ужасы.
Дело в том, что империя Volkswagen, как мы знаем (мы её очень хорошо знаем по знаменитой рекламе «Das Auto»), потихоньку разваливается. Впервые за 88 лет закрыт завод на территории Германии — автозавод. Он находился в Дрездене.
Вообще, по прогнозам: сейчас около 750 тысяч рабочих мест в немецком автопроме; в ближайшие годы это количество снизится примерно до 600 тысяч. И это ещё позитивные прогнозы. То есть, в общем-то, автопром в Германии медленно и неотвратимо разрушается.
Более того, мне кажется, реальность может быть гораздо хуже, потому что, помимо всего прочего, заводы просто переезжают. Они закрываются, вот в том же самом Дрездене, а открываются потом в тех местах, где дешёвая рабочая сила и, что самое главное, дешёвые энергоресурсы, энергоносители. То, за счёт чего Германия и стала передовой экономикой Европы, — и то, что она сейчас потеряла.
Николай Стариков:Андрей, спасибо вам за то, что вы такой прекрасный мячик подали. Действительно, закон сохранения энергии действует и в экономике. То есть для того, чтобы один завод открылся, другой завод должен закрыться.
И говоря о Китае, о бурном росте: вернувшись из Китая, я прочитал новость, которой хочу с вами поделиться. Она, правда, от вчерашнего дня, но очень подходит к тому, что мы сейчас обсуждаем.
Си Цзиньпин раскритиковал завышенные показатели экономического роста в стране и пообещал наказать тех, кто реализует безрассудные и поверхностные проекты. Об этом он заявил ещё 10 декабря, выступая на Центральной экономической рабочей конференции в Пекине.
Он привёл примеры нарушений: неоправданно большие индустриальные парки, беспорядочное расширение местных выставок и форумов, завышенная статистика, фальсифицированные даты начала строительства и экономика, основанная на выставлении счетов.
Он говорит о том, что нужно очень аккуратно развивать экономику, потому что, я так понимаю, начинается кризис и перепроизводство даже в Китае. И здесь мы с вами всё увяжем — не только мои впечатления, но и геополитику.
Смотрите, как Запад старается остановить набравшую пары китайскую фабрику, лишить Китай рынков сбыта. В Китае прекрасные автомобили — вот я был на заводе, я их видел, — они недорогие, всё прекрасно. И что делает Евросоюз? Вслед за Трампом вводит пошлины на китайские автомобили — тем самым делая их неконкурентными.
Кстати, хочу сказать, дорогие друзья, просто по собственным впечатлениям: поток автомобилей — в Пекине я был, в провинции Тяньсинь (сложные фамилии и названия городов для русского человека, простите, если ошибся), — так вот, нет ощущения, что там очень много китайских автомобилей. Мне даже иногда кажется, что в Москве китайских автомобилей по ощущениям больше.
Почему же? Я не буду повторять марки — там и другие есть, чтобы никого не рекламировать и не хвалить. Там все западные марки присутствуют. Абсолютно. Даже японские — а японцев китайцы, мягко говоря, не любят за то, что они там натворили.
Я был в музее: официальная цифра, дорогие друзья, жертв антияпонской войны китайского народа (с 1931 по 1945) — 35 миллионов человек. То есть основания не покупать японские автомобили есть. Но японские автомобили там тоже распространены, тоже есть.
То есть машины очень разные, в том числе и китайские.
Что делает Запад? Ограничивает рынок сбыта. Что делает Китай? Начинает всё это воспроизводить внутри и продавать своим собственным людям.
И поэтому Си Цзиньпин просит не строить лишнего, потому что потом это будет…
Андрей Зобов:…чтобы не было перепроизводства.
Николай Стариков:Чтобы не было перепроизводства. Это, говорит, страна, официальный строй которой — социализм с китайской спецификой. Поэтому ко всему надо подходить очень-очень аккуратно.
Но, дорогие друзья, я позволю себе дать несколько туристических советов. Если вы захотите поехать в страну, где есть что посмотреть, где вас очень любят, где на улице крайне спокойно (практически нет уличной преступности), то вам нужно ехать в Китай.
А почему вам нужно ехать в Китай? Сегодня коллеги в новостях нам напомнили: тренер «Зенита» Сергей Семак почему-то поехал не в Китай, а в Германию. Говорят, чтобы полечиться — но в Китае тоже прекрасная медицина.
Хочу сказать, что с учётом перелёта через какую-то промежуточную страну (Стамбул или ещё какую-то) в Пекин будет быстрее — около восьми часов.
Но Сергей Семак прилетел в Германию, решил там свои медицинские вопросы, а на выходе забыл, что и на него — тренера моей любимой футбольной команды — тоже распространяются дурацкие европейские законы. А именно: запрещено гражданам России вывозить товары стоимостью больше 300 евро за штуку.
Что они хотели добиться этим, западники? Надавить на мозоль российским буржуям: вот видите, как вам больно. То есть не простому человеку сделать больно, а тем, кто любит какие-то люксы.
Сроки были за тем, кто продавал «Мерседесы» в России. Представляете: человек вывозит немецкие машины — ему орден надо давать, молоко за вредность, — а ему пять лет дают. Ну и результат у вас такой потом.
В Китае орден дают за это, а никак не сажают.
Так что случилось с Сергеем Семаком? Дорогие друзья, кто был за границей, знает: там есть такая система (в России она тоже существует) — такс-фри, когда НДС возвращают на границе.
Я не думаю, что немецкие таможенники вскрывают каждый чемодан и пытаются понять по виду ботинок, сколько они стоят, чтобы потом что-то сделать. Скорее всего, я полагаю, жена Семака пришла получить такс-фри. А для этого нужно зайти на таможню, чтобы тебе поставили штампик, что ты вывозишь эти товары из страны. И ты даёшь чеки. А в чеках — стоимость.
И тут таможенщики говорят: «Так, давайте-ка вы наши клиенты». Дальше берут чеки, смотрят, где стоит дороже 300 евро. Главный тренер «Зенита» — не бедный человек; он покупает, наверное, хорошие вещи. И у него эти вещи конфисковывают по закону. А ему по закону тут же штраф «впаяли».
Из этого вывод: куда нужно ездить за покупками? В наши торговые центры. Но если вы хотите что-то, чего нет в наших торговых центрах, — поезжайте в Китай.
Совет, скажу, дорогие друзья: Китай очень сильно изменился. Там практически невозможно поменять иностранную валюту на юани: все пользуются карточками. Поэтому вы должны юани найти в Москве и взять их с собой — поверьте мне, вы будете говорить спасибо: это решит вас многих проблем.
Дальше там такая проблема, которую я лично не решал (в рамках делегации нам это было не нужно): нужно быть зарегистрированным в китайских социальных сетях — WeChat, — привязать карточку. Иначе вы не сможете заказать такси. Если у вас этого нет — вы такси в Китае заказать не сможете.
Но это, как говорится, полбеды: вы не сможете билет в метро купить. Поэтому пешие прогулки — это наше всё. Либо нужен китайский товарищ, который вам помогает.
Почему зарегистрироваться в китайских соцсетях у нас не получалось — у нас не получалось. Может быть, у вас получится.
В общем, вы можете провести отпуск, регистрируясь в китайских сетях. Может, к концу отпуска у вас это всё-таки получится. А лучше — иметь друга-китайца, гида-китайца, группу, где вам профессиональные люди, которые проводят экскурсии, всё объяснят, как это сделать. То есть Китай не настроен…
Андрей Зобов:…или кого-то лучше иметь. Потому что я, помимо всего, слышал, что на самом деле не очень многие хорошо понимают английский в Китае.
Николай Стариков:Вот если вы встретите среднестатистического китайца, он не понимает никакой, кроме китайского. Ему объяснить ничего не сможете. Поэтому постарайтесь скачать программку-переводчик.
Только так мы смогли в одном из кафе с трудом объяснить, что мы хотим съесть.
Итак: обязательно берите с собой юани, обязательно закачайте себе программу, обязательно поймите, куда вы хотите пойти — но спокойно: вас никто обижать не будет.
И китайцы очень готовы вам помочь. Если вы сможете им показать, что вы русский, их доброжелательность в отношении вас возрастёт ещё многократно.
Действительно: вот та Европа, которую не мы, а они потеряли, — вот она теперь там. Это одно из главных наблюдений, которые я вынес.
Я в Китае был один раз — в 2009 году. Это просто другое: в 2009 году «голосовали» такси вот так, а сейчас — не заказать.
И поставлю точку: Китай не расположен изменяться в сторону туристов. Поэтому, когда мы спросили: «Ну вы так делаете — мы такси-то заказать не можем», — они говорят: «А нам не сильно нужны туристы. У нас миллиард — внутренний туризм. Нам… ну, приехали — хорошо».
Так что есть определённые сложности. Но в целом всё очень здорово.
И всё-таки перейдём к немецким машинам.
С немецкими машинами будет происходить следующее. Смотрите: Китай раскочегарился, немецкая энергетика исчезла как класс, стоимость растёт — значит, западные машины начинают в краткосрочной и долгосрочной перспективе проигрывать конкуренцию. Так. Причём они проигрывают.
Андрей Зобов:Технологически со временем тоже начнут проигрывать, мы надеемся. Потому что вот вы говорите — замечательные китайские машины, а я слышал от автолюбителей много-много нехороших слов.
Николай Стариков:Мы сейчас не хвалим их, не ругаем — у нас другая цель. Мы просто рисуем, что будет дальше.
Дальше Запад начнёт закрывать свой европейский рынок и другие рынки от китайских автомобилей. В ответ китайцы начнут закрывать свой рынок от европейских товаров.
И Западу либо нужно будет войну с Китаем какую-то организовать, чтобы его остановить, либо смириться с тем, что Китай будет всё сильнее и сильнее становиться.
И здесь, дорогие друзья, Запад на нас смотрит с надеждой, что мы когда-нибудь, не дай бог, будем воевать в его интересах с нашими соседями. Вот этого никогда мы не должны сделать.
Вся политика Запада направлена на то, чтобы столкнуть Россию и Китай в перспективе. Сегодня это невозможно, но они думают о послезавтрашнем дне.
Андрей Зобов:Да, это действительно так. О политике продолжим в следующей части.
А мы возвращаемся в эфир «По сути дела», и у нас последняя на сегодня очень яркая тема. Дело в том, что, как вы знаете, на фоне мирных переговоров по Украине (мы сегодня решили немножечко попозже об этом поговорить) идёт настоящая охота за российскими деньгами — а точнее, за российскими активами.
И чем ближе… чем больше шансов, что это всё продвинется — хотя на самом деле пока, если говорить честно, не очень двигается, — тем не менее с каждым днём Европа всё больше и больше, всё чаще и чаще, всё громче и громче говорит о том, что пора конфисковать.
Уже появилось семь стран, которые выступают против этой инициативы. И всё же 18 числа, 18 декабря, будет заседание Еврокомиссии, на котором этот вопрос должен будет решиться — как надеются сторонники изъятия наших денег, а точнее кражи: абсолютно беспардонной, абсолютно наглой кражи.
Николай Стариков:Андрей, здесь важно объяснять, почему, так сказать, весь сыр-бор. Потому что на следующий год в бюджете киевского режима дыра примерно в 60…
Андрей Зобов:65 миллиардов. Да. Тут нужно добавить, наверное, что уже с февраля эта дыра начнёт давать о себе знать тем, что некоторые социальные выплаты, например, нельзя будет платить. Это, дорогие друзья, означает, во-первых, что не на что будет закупать оружие…
Николай Стариков:Ну, если оружие ещё кто-нибудь какой-нибудь бесплатно передаст или что-то сделает… Нечем будет выплачивать зарплату военнослужащим — это большие деньги.
Андрей Зобов:Кстати, вот здесь я с вами не соглашусь. Весь бюджет Украины как страны идёт как раз на эти цели, а европейцы финансируют социалку.
Николай Стариков:Андрей, но это же лукавство. Не играйте в их игры.
Понимаете, есть бюджет, состоящий из двух рублей. И рубль вы заработали сами, Андрей, а второй даю я вам. Но чтобы у вас не было ощущения, что я участвую в войне, я говорю: «Я вам даю только тот рубль, который “гуманитарный”: вы свою старушку мать этим рублём кормите. А вот то, что вы стреляете в Россию, — это исключительно ваш рубль». Ну, это же не отличишь.
То есть половину бюджета даёт Запад — это значит, что банкротство. Для войны всегда нужны деньги, деньги и ещё деньги.
И вот смотрите, как ведёт себя Зеленский: он встречается с американской делегацией, они на него давят — и он уворачивается и не поддаётся. Знаете почему? Потому что не решён вопрос с финансированием. Англичане ему пообещали деньги.
То есть он не подпишет никакие соглашения: если ему дадут деньги, он будет дальше воевать. И давите на него сколько хотите — потому что он живёт, пока идёт война.
А если денег на войну нет, то на что ему опираться и как самому не становиться проблемой для американцев? Тогда теоретически можно и подписать какое-то соглашение.
Поэтому четверг — достаточно ключевой момент. Но следующий вопрос давайте зададим.
Они всё время, наши западные соседи, говорят, что Украина для них важна, нужна, что она за их ценности борется, она вся такая золотая и платиновая. Но возникает вопрос: если она такая, и вы считаете это важнее всего, потому что вы уже принесли экономическое сотрудничество, выгоду, будущее своих компаний (в том числе автомобильных) в жертву — ну так дайте им денег. Порты свои снимите последние, закройте все свои социальные программы и дайте денег.
Пример, пожалуйста: народное ополчение в начале XVII века — 4 ноября мы празднуем, — жёны детей закладывали, говорят нам летописцы, последнюю рубаху снимали, чтобы профинансировать это самое ополчение. Почему?
Андрей Зобов:Мы не говорим о Минине, не о Пожарском.
Николай Стариков:Ну конечно. Потому что на кону стояла жизнь страны — и ничего не жалко.
А здесь они говорят красивые слова, а деньги почему-то для оплаты продолжения войны (потому что оплата киевскому режиму — это продолжение войны) они хотят украсть.
Так вы дайте свои-то. Почему вы говорите, что своих нет? Ну прямо вот у вас совсем их нет? Или у вас для Украины нет? А если у вас для Украины нет, тогда зачем вы говорите, что она для вас золотая и платиновая?
А потому что как только ты скажешь, что «нам, европейцам, плевать на эту войну», — у украинцев энтузиазм поугаснет.
В этой связи очень интересно, как Дональд Трамп их — простите за слово — троллит. Что сказал Трамп? Трамп сказал, что Украина может вступить в ЕС и вступит с 1 сентября 2027 года — примерно назвал дату. Даже раньше — с 1 января.
Что это значит? Это значит, что у Запада всегда было отношение к Украине: «поматросить и бросить». Он обещал, но жениться не собирался никогда.
А Дональд Трамп взял и, не согласовав с европейцами, говорит: «Свадьба будет 1 января 2027 года». И какой начался гвалт: «Подождите, подождите! Какая свадьба? У нас ещё… мы не согласовали ничего! Как же так? Мы же ещё даже не поцеловались в первый раз! А вот первый букет — а как же так вы собираетесь жениться?»
Сказать слово «нет, не собираемся» они не могут. Поэтому начинают говорить, что ещё не все реформы проведены, ещё законодательная база Украины не соответствует нашему высокому уровню. А Трамп говорит: «А мы — пожалуйста. Я Путина уговорю…» Да и уговаривать-то не надо: наш президент говорил, что мы согласны, чтобы Украина стала членом ЕС.
Андрей Зобов:Ну, «уговорю» — это уже фигура Трампа.
Николай Стариков:Значит, в чём тут вещь? Почему вот пример — жениться и обещать? Потому что разный уровень обязательных действий в отношении того, кому ты обещаешь, и на ком ты уже женился.
Возникает законом описанная обязанность: если Украина принимается в ЕС, ЕС должен из своего бюджета — дороги, пенсии, больницы. А сейчас он может дать, может не дать, может украсть. А тут надо уже свои давать. Всё — вы приняли, как приняли же.
Андрей Зобов:Посмотрите, что вы приняли: оно там, в смысле, полуразрушенное, полуобугленное где-то лежит. Офигевает… Энергетическая система практически полностью уничтожена, и до 2030 года, обещают некоторые украинские чиновники, её нужно будет чинить, ремонтировать. С дорогами вообще я молчу больше всего.
Николай Стариков:Подождите, Андрей: чтобы экономить время, перечень того, что плохо, пропускаем. Смотрите, к чему это приводит: готовы украсть наши деньги и дать на войну, но принимать Украину никуда они не собираются — это тоже важный момент.
А теперь смотрим, кто является главным зачинщиком, чтобы украсть эти деньги. Великобритания.
Слушайте, а здесь у меня возникает интересный вопрос. Великобритания в 2016 году провела референдум о выходе из Евросоюза. Государственный переворот на Украине уже произошёл, уже началась ими инициированная гражданская война на Украине. И в этот момент Британия заявляет, что она выходит из Евросоюза.
В 2020 году она действительно выходит, а в 2019 году молодой «президент мира» по фамилии Зеленский становится главой Украины.
Вам не кажется, что перед нами расписанный сценарий, а не случайное волеизъявление британских избирателей?
И теперь Британия, не являясь членом ЕС, говорит: «Да украдите вы эти деньги, дайте Украине». Бельгия говорит: «Так дайте мне гарантии». «Хорошо, пусть члены ЕС дадут вам эти гарантии», — говорит Великобритания. Но она-то не член ЕС — она ничего не даст.
Андрей Зобов:Она просто… это лучшая позиция: когда у кого-то из твоих знакомых что-то происходит, к тебе приходят жаловаться, а ты сидишь и советуешь.
Николай Стариков:Подождите, дорогие друзья: сегодня у нас вечер хороших советов. Я вот что вам скажу: если вас кто-то попросит быть поручителем по какому-то кредиту — подумайте 10 раз, стоит ли вам или нет.
Потому что, когда ваш знакомый — хороший или плохой — перестанет платить этот кредит, кредиторы придут к вам и опишут ваше имущество. Вот это называется поручительство.
Так вот Бельгия говорит: «Давайте вы, европейцы, поручитесь за этот кредит, потому что иначе крайним буду я». А Британия к этому кредиту вообще никакого отношения не имеет. Она не член ЕС, но она подстрекает: говорит о ценностях, она выпускает на сцену нового главу МИД — мистера Митровелли — который говорит, какие страшные русские. Но надо же, конечно, все деньги отдать Украине, потому что между этими страшными русскими и нами стоят эти мужественные люди.
Андрей Зобов:Остаётся последний вопрос, Николай Викторович.
Николай Стариков:Выгода — в чём? В войне.
Они считают, что, продолжая военные действия, они, во-первых, выигрывают себе время — ценой жизни украинских и наших солдат тоже, — когда они попытаются сломать нашу экономику, какое-нибудь предательство соорудить, как у них иногда получалось.
Андрей Зобов:Говорите, что если перед нами прописанный план, понятное дело, что в нём явно не должно всё идти по маслу — и точно не идёт всё по маслу. Но если есть некий план, если вообще он существует, у Британии должны быть серьёзные дивиденды от этого всего.
Мы уже с вами говорили несколько программ назад о том, что Британии выгодна слабая Европа, потому что слабая Европа может стать зоной влияния — она и так, в общем-то, сейчас является зоной влияния Великобритании, по сути.
Николай Стариков:Но для этого надо выйти, чтобы не быть равным.
А если мы говорим «какие планы» — слушайте: Гитлера привели к власти, устроили большую европейскую войну, которая переросла в мировую войну. Что Великобритания в итоге получила? Она потеряла свои заморские колонии, которые отошли в США. Потому что что-то пошло не так.
Поэтому говорить, что они всегда выполняют свои планы, — нет, так не получается. Есть же противодействие, в том числе и наше.
Нет, я говорил скорее о том, какие-то сейчас… Сейчас очень просто: первое — «раздербанивание» Украины, договор на 100 лет, купили себе за три копейки недра. А дальше — при поражении России, которое они хотят осуществить, — точно так же «дербанить» Россию. Замечательно.
Андрей Зобов:И вот последний вопрос — очень важный, очень интересный. Мы всегда очень много думаем, всегда выдвигаем какие-то очень обоснованные, подтверждённые фактами теории.
А теперь давайте спросим, Николай: ваши ставки — 18 числа что произойдёт? Отберут?
Николай Стариков:Не знаю, не знаю. Потому что это разрушение фундамента мировой финансовой системы. Решатся ли они на такое — я не знаю. Но сразу после этого будет момент истины с Зеленским.
Если он не получает финансирование — всё идёт совершенно по сценарию вразнос.
Андрей Зобов:И мы придём к вам после 18-го числа — объяснять. Оставайтесь с нами.
Николай Стариков:«По сути дела».
Подписывайтесь на новые выпуски с Николаем Стариковым и слушайте, когда удобно.
