Нужно ли казаков наделить правами полиции и Росгвардии

Елена Афонина вместе с экспертами и слушателями обсуждает идею создания в Росгвардии казачьих подразделений

Е. Афонина:

- Я, Елена Афонина, приветствую наших радиослушателей. Мы сегодня будем обсуждать идею создания в нашей стране казачьих подразделений Росгвардии. Принимать участие в этом споре будут кандидат исторических наук, советник Верховного атамана Союза казаков-воинов России и зарубежья Антон Бредихин и бывший оперативный сотрудник регионального Управления по борьбе с организованной преступностью МВД по г. Москве Михаил Игнатов.

Что стало отправной точкой для нашего сегодняшнего обсуждения? Дело в том, что появилась информация, и эта информация исходит от полпреда главы государства в Северо-Кавказском федеральном округе Юрия Чайки, который, выступая на Евразийском форуме казачьей молодежи, сказал о том, что президент страны Владимир Путин поддержал идею о создании в Росгвардии отдельных казачьих подразделений. И далее Юрий Чайка добавил, что казаки должны быть территориальным подразделением Росгвардии, и речь идет о чисто казачьих формированиях.

Мы попробуем оценить эту идею, эту инициативу, ее необходимость, а самое главное, если это будет реализовано, как все это будет работать, действовать, и что в итоге мы должны будем увидеть, в каком объеме и какими правами должны быть наделены казачьи формирования.

Антон Викторович, нужно ли наделять казаков правами полиции и Росгвардии?

А. Бредихин:

- Моя позиция однозначная. Раз уж кубанский казак Юрий Чайка обратился с такой инициативой к донскому казаку, казачьему полковнику станицы Вешенская Владимиру Путину, то, конечно же, эта инициатива необходима. Почему? Потому что на самом деле в ней нет чего-то нового, сакрального или того, из-за чего столь возбудился Telegram, начали активно писать все каналы о том, как это плохо, как это ужасно и т.д., полицейский, жандармский режим и пр. Мы просто-напросто реализуем федеральный закон № 154 от 5 декабря 2005 года «О государственной службе российского казачества». И там черным по белому прописано о том, что одним из видов госслужбы российского казачества, конечно же, является участие в правоохранительной деятельности.

Безусловно, данное участие не может ограничиваться только работой в рамках дружин, то, к чему все так привыкли, и то, что во многом и ассоциируется с сегодняшним казачеством. Важно то, что опыт реализации данного закона, именно в его военной, силовой составляющей, уже имеется. И это не только дружины, это, например, роты территориальной обороны, которые есть на территории Ростовской области, которые планируются к созданию на территории Краснодарского края. Это роты, где казаки служат в своих частях, где им присваиваются воинские звания, куда они прибывают для учений, где они получают зарплату, кстати, выслугу. Но это не их постоянная деятельность, это их нагрузка, которая является военной службой.

Важно то, что процесс интеграции казачества и Росгвардии имеет уже определенную историю. И начался он не на днях. На мой взгляд, примером этого положительного процесса выступает то, что находящийся в Москве казачий кадетский корпус имени Шолохова перешел в подведомственное управление со стороны Росгвардии, соответственно, сейчас это училище Росгвардии им. Шолохова, где также сохраняются казачьи традиции, есть казачий музей, активная роль казачьего компонента. И примеров взаимодействия Росгвардии и казаков очень много.

Говорят, что якобы все казаки вдруг станут частью Росгвардии. Это, конечно, неправда. Будут созданы, так же как и с ротой теробороны в рамках Минобороны, а также в рамках Росгвардии, свои батальоны и части, и казаки получат возможность служить в них, иметь весь набор прав, которые имеют сотрудники Росгвардии. Чего-то такого ужасающего я здесь не вижу, но я вижу зато очень хорошо очень длинные уши господина Павла Гобла, эксперта James Arthur's audition. Это американский фонд, который набирается из сотрудников ЦРУ и который буквально за несколько дней до информации о создании казачьих частей в Росгвардии выпустил статью по поводу возможного использования факта конфликтогенности в целях дестабилизации ситуации в России в рамках выборов в Госдуму, а впоследствии еще и переписи населения.

Е. Афонина:

- Михаил Вячеславович, давайте услышим вашу позицию. То, что Антон Викторович целиком за эту инициативу наделить правами полиции и Росгвардии казаков, это понятно. Что скажете вы, каковы ваши аргументы?

М. Игнатов:

- Я категорически против. Потому что это ничего общего с законом не имеет. В первую очередь с законом о Росгвардии. Если его внимательно посмотреть и изучить, как осуществляется набор в бойцы Национальной гвардии, как проходят люди проверку, прежде чем зачисляют в штат бойцов Национальной гвардии, как проходит медкомиссия, психологическое тестирование. Понимаете, людям вручают боевое оружие. А вручать всем подряд боевое оружие ни в коем случае нельзя, это чревато очень серьезными последствиями.

Так вот, там очень много всего, таких критериев, что их невозможно обойти. Что такое казачьи формирования на сегодняшний день? Вы не путайте казаков, которые были до 1917 года, и казаков так называемых современных. Современные – это такая общественная организация, в которую может попасть кто угодно, как угодно, без всяких проблем. Помню лихие 90-е годы, когда задерживали какого-нибудь криминального авторитета, и обязательно удостоверение генерала казачьих войск. То есть все подряд туда шли, и на сегодняшний день так же идут – и ранее судимые, и алкоголики, там нет отбора, там записывают всех желающих, хотя это в корне неправильно, казак – это сословие, это не какая-то частная лавочка.

Я категорически против включения всяких добровольных казачьих формирований в ряды Национальной гвардии. Одно с другим несовместимо. Хотите использовать их на охране общественного порядка – пожалуйста, используйте как добровольную народную дружину, но руководить этой дружиной должны или сотрудники полиции, или офицеры Национальной гвардии.

Е. Афонина:

- Ну да, помнится, в советское время дружинники имели только одно грозное оружие под названием свисток, и то не у всех оно было.

М. Игнатов:

- И еще повязка.

Е. Афонина:

- Да.

М. Игнатов:

- Но при всех дружинниках обязательно был сотрудник милиции.

Е. Афонина:

- Давайте этот вопрос вынесем на обсуждение наших радиослушателей – нужно ли казаков наделить правами полиции и Росгвардии?

Антон Викторович, вы общественная организация или нет?

А. Бредихин:

- Общественная. Все казачьи организации это общественные организации.

Е. Афонина:

- Видите, Михаил Вячеславович вам целый список сомнений выдвинул, почему казаки не должны обладать всеми правами Росгвардии. Что вы на это скажете?

А. Бредихин:

- В своем спиче, который ранее озвучил, я уже сказал насчет того, что в подразделения Росгвардии не будут идти все члены казачьих обществ. Это будут специальные бригады, части, именно то, о чем говорил Чайка. Мы понимаем, что будет отбор, будет соответствие и по медицинской составляющей, и по отсутствию судимостей, и по военной подготовке. Хочу отметить, что казаки это, наверное, единственная часть российского общества, которая проводит регулярные военные сборы. Например, недавно в Ростовской области проходили большие учения «Донской рубеж», где участвовали именно казаки-общественники, со всеми видами вооружения, вплоть до тяжелого.

Оппонент заблуждается и говорит, что казаки это сословие. В Российской Федерации сословий нет, и в Конституции это обозначено и прописано. Он оперирует данными 90-х годов, но не говорит о том, что за 40 лет возрождения казачества был принят такой пласт нормативно-правовых актов в отношении деятельности казачьих обществ, была принята стратегия (уже вторая) деятельности казачества, где прописаны все пункты взаимодействия с федеральными органами власти, в том числе и с Росгвардией. И эта идея не возникла просто так, с потолка, все это уже сказано в основных нормативно-правовых актах и в стратегии…

Е. Афонина:

- В общем, тема не просто назрела на словах, но и уже готова к реализации.

Нам дозвонился Михаил из Москвы.

Михаил:

- Я категорически против. Во-первых, казачество основал великий наш царь Иван Грозный. Они выполняли функцию защиты государства, границ. А сейчас их хотят подчинить. Екатерина II уничтожила запорожских казаков, вывела их всех, а потом заселила их дома инородцами, нашу Новороссию, Малороссию, и мы получили революцию, а казачество уничтожили или переподчинили. Как Троцкий говорил, что казачество это единственное сословие, которое может самоорганизоваться, его надо уничтожить, даже детей. А Сталин защитил при царицынском деле.

Е. Афонина:

- Вы поддерживаете сейчас идею наделить казаков этими правами?

Михаил:

- Нет.

Е. Афонина:

- Почему?

Михаил:

- Потому что сейчас казачество дискредитировано. Оно должно что делать? Землю пахать, работать и охранять границы. А сейчас казаки будут осуществлять миссию полицейских? Я категорически против.

Е. Афонина:

- Антон Викторович, а вам это зачем нужно?

А. Бредихин:

- Повторю еще раз. 15 лет с момента принятия Закона о государственной службе российского казачества. И основной целью современного российского казачества является служение России, укрепление ее государственности, воспитание будущего поколения в духовно-нравственных и патриотических традициях, развитие и сохранение российской культуры и традиций народов Российской Федерации. Замечу, что в XXI веке мы должны прекрасно понимать, что сейчас не ситуация XVI века, не времен Ивана Грозного, не XVIII века (Екатерины II). Каждый век диктует свои источники, для того чтобы казаки были нужны нашему обществу. Сегодня есть такая потребность.

Е. Афонина:

- Антон Викторович, о каких правах вы говорите? Вот вы сказали: весь набор прав Росгвардии. О каком наборе прав вы говорите?

А. Бредихин:

- Как минимум уход именно от формата обычных дружин. Дружины есть, они работают эффективно, в том числе и в Москве. И то, что казаки ходят с полицейским или с представителем какого-то силового органа, во-первых, они будут ходить уже сами, иметь право на патрулирование территории. Это важно.

Важно, что они будут использовать свой опыт, в том числе и в рамках образовательного блока. Я повторю, в Москве есть положительный опыт такого взаимодействия казаков и Росгвардии, о чем все всё время молчат.

Е. Афонина:

- Михаил Вячеславович, есть такой опыт?

М. Игнатов:

- Я слушаю лирические отступления моего оппонента. Знаете, это набор популистских слов и не более того. В Москве нет никакого опыта патрулирования территории Росгвардией. Есть опыт, когда казаков используют примерно как ЧОП. Вот я видел их на хоккейных мероприятиях в городе Подольске, они там охраняют ледовый дворец. Ну, молодцы, сидят на охране, проверяют, следят за соблюдением общественного порядка вместе с сотрудниками полиции. Молодцы, помогают. Но то же самое делают и частные охранные предприятия. То есть казаки получают деньги за то, что они охраняют дворец.

Они подменяют собой ЧОП на сегодняшний день. Ну, пусть будет так, пусть казакам дадут возможность заработать на каких-то массовых мероприятиях при охране общественного порядка. Ну, оденьте их тогда одинаково, сделайте одинаковую форму, какие-то нашивки. Потому что кто как ходит – кто в сапогах, кто в шинелях, кто просто в бушлате, кто с бородой, кто без бороды, кто в папахе, кто без. Знаете, получается, как какие-то ряженые. Вышли такие и указывают тебе: «Ты здесь не стой, ты уходи». И возникает вопрос: а кто ты такой, чего ты мне указываешь? То есть такие конфликты уже были, пока сотрудники полиции с ними не встали рядом. Все-таки наличие сотрудника полиции как-то останавливает любого мелкого правонарушителя.

Е. Афонина:

- Да, у нас люди умные, они знают, что даже в магазине, если есть подозрение, что ты что-то выносишь, не заплатив, показывать охраннику сумку ты не обязан, они должны вызвать сотрудника полиции, и только в этом случае дальнейшие действия предпринимать в отношении тебя.

М. Игнатов:

- Сотрудник полиции прошел соответствующую правовую подготовку. Они знают, что можно, что нельзя, что ущемляет права человека, что является правонарушением, когда можно применить специальные средства в отношении того или иного нарушителя.

Е. Афонина:

- Простите, если этому можно научить сотрудника Росгвардии, почему этому нельзя научить представителя казачества?

М. Игнатов:

- Конечно, можно. Но прежде чем попасть в состав Росгвардии, человек проходит специальную подготовку, специальный профессиональный отбор. Смотрят на склонность его к употреблению наркотиков, на склонность к коррупции, на склонность к каким-то садистским явлениям (таких очень много на самом деле, которым дай только кого-нибудь издубасить дубинкой).

Е. Афонина:

- Михаил Вячеславович, 5 миллионов долларов нашли у сотрудника правоохранительных органов на днях…

М. Игнатов:

- Я не знаю, у кого что нашли. Я знаю другое. У Росгвардии есть штат, он утвержден, и президентом в том числе. И выделен определенный бюджет под этот штат. Что такое сейчас ввести туда казачьи какие-то формирования? Это, во-первых, расширить штат, во-вторых, увеличить бюджет. Им надо зарплату платить, им надо будет выдать обмундирование, оружие и пр. Я не знаю, откуда они захотят изыскать такие средства.

Е. Афонина:

- У нас на связи известный адвокат Дмитрий Аграновский. Дмитрий Владимирович, вы за идею наделить казаков правами полиции и Росгвардии или против?

Д. Аграновский:

- Ну, поскольку у нас государство демократическое, я в этом вопросе даже с самим Владимиром Владимировичем и то рискну поспорить. Одно из основных определений государства: это институт, обладающий монополией на применение насилия. Поэтому, на мой взгляд, в государстве в принципе не должно быть никаких вооруженных формирований, кроме правоохранительных органов и армии. А иначе все это просто начнет расползаться. Я с большим уважением отношусь к казакам, но в какой-то местности есть казаки, есть казаческие традиции, в другой местности есть другие традиции. Я уверен, что и в Бурятии, и в Татарстане, и еще где-то есть свои какие-то, условно говоря, воинские традиции. Почему там соответствующие структуры не наделить оружием? Но ведь никто этого не предлагает. Поэтому я думаю, что функция казаков должна быть скорее воспитательная, просветительская. Безусловно, участие в народных дружинах я приветствую, но никаких вооруженных формирований ни казаков, ни кого-то еще, на мой взгляд, в государстве быть не должно. Это должны быть однозначно функции полиции и армии и больше никого.

Е. Афонина:

- То есть никакого оружия в руки казакам давать не следует?

Д. Аграновский:

- Ну, не только казакам, а всем, я имею в виду формирования. Можно давать охотничье оружие, оружие самообороны, но никаких вооруженных формирований помимо полиции и армии в государстве быть не должно. Почему, если мы выделим одну категорию, мы не должны тогда выделить другую категорию? У нас страна многонациональная, она федерация, везде есть свои традиции. Поэтому надо или всем разрешать, или (что, я думаю, в данном случае будет адекватнее) всем запрещать. Никто же не лишает казаков права вести просветительскую деятельность, быть народными дружинниками (я, например, это только приветствую), но оружие и вооруженные формирования… Да сейчас и нет такой необходимости. Реально у нас в стране сейчас, к счастью, нет такого уровня преступности, который нуждался бы в борьбе с помощью народных ополчений.

Е. Афонина:

- Антон Викторович, мы знаем, что, например, сотрудник правоохранительных органов, если он в форме, что называется, при исполнении, то, совершив какое-то правонарушение, он будет нести более серьезную ответственность, чем если бы тот же человек, но в обычной гражданской одежде, совершил то же самое правонарушение. То есть форма обязывает. Будет ли это относиться к казачьим дружинам? И потом, какая ответственность должна быть, если что-то пошло не так, и перед кем?

А. Бредихин:

- Возвращаясь к вопросу оппонента о том, что форма у казаков вообще-то регламентирована и предусмотрена соответствующим законом, подписанным нашим президентом. И казаки должны соответствовать, если это члены реестра казачьих обществ, которые как раз и занимаются патрулированием, участием в дружинах. Вместе с тем на основании опыта, который уже есть, с Министерством обороны РФ…

Е. Афонина:

- Давайте послушаем Бориса из Волгограда.

Борис:

- Когда будет идеальная жизнь, все оружие будет уничтожено, тогда оружие не нужно. А здесь смысл в том, что у казаков девиз – «Быть добру». Когда был казачий бой, там все лучшие виды спорта были внедрены – и дзюдо, и карате, айкидо, тхэквондо, казак умел всё – и пахать, и воевать, и на коне скакать. Но когда будет идеальная жизнь, оружия не будет… Я вообще-то не знаю таких людей, которые могут ловить пулю зубами. Оружие у преступников может быть. И что можно применить против пистолета? Казаки всегда с богом, они за царя были, с верой. Это вольные люди, которые на службе у царя, которые всегда за справедливость, за правду. Поэтому их убирали всегда, потому что боялись правды всегда. Это же настоящие люди.

Е. Афонина:

- Антон Викторович, видите, опять вопрос возник. Пулю голыми руками хватать будете или с оружием будете выходить? А если с оружием выходить, то какова ответственность? Об этом, собственно, мы с вами и говорили. Какая будет ответственность, если нарушение совершает казак, находящийся, что называется, при исполнении? Кто наказывать будет и каким образом?

А. Бредихин:

- Я как раз об этом и говорю. О том, что уровень ответственности будет такой же, как у сотрудников Росгвардии, ввиду того, что казаки, которые будут находиться в бригадах и частях Росгвардии, будут сотрудниками данной организации. И не нужно говорить о том, что казаки будут чем-то отдельным, но с такими же правами. Нет, я говорю еще раз, есть пример взаимодействия с таким же силовым ведомством, наверное, даже лучшим, с Минобороны. Есть казачьи воинские части, в которых служат казаки, и которые имеют ту же самую ответственность, что и военные, потому что они и являются этими же военными. Есть рота теробороны, и не одна уже. Есть система других взаимодействий, в которых казаки наделяются теми же самыми полномочиями этого силового ведомства, но при этом они являются сотрудниками этого силового ведомства. И здесь говорить о том, что казаки не будут нести ответственность, что казаки не будут иметь соответствующей подготовки, что казаки будут ряжеными и прочими, это все вымысел, это брехня. И это говорит о том, что люди просто не понимают той системы, которая сложилась за последние 40 лет.

Е. Афонина:

- Михаил Вячеславович, это вам, наверное, упрек. Вы не понимаете сложившейся системы, поэтому и выступаете против такой инициативы?

М. Игнатов:

- Знаете, все это лирика и популизм. Вообще казаки прекратились в России в 1917 году. До 17-го года были казачьи формирования, были казачьи сотни, казачьи полки, как вы говорите, по территориальному принципу, они сеяли хлеб, возрождали землю, когда нужно было, выходили на военные сборы и шли на войну, если была такая необходимость (и воевали, кстати, очень хорошо). Как говорил Наполеон: «Если бы у меня были казаки, я бы победил весь мир». За эту фразу, кстати, его возненавидели французы. После 17-го года казачество, к сожалению, прекратило свое существование.

Иосиф Виссарионович Сталин возродил казаков, как мог, и мы знаем период Великой Отечественной войны, как казаки воевали на лошадях. Так вот, сегодняшний день – это уже далеко не те казаки. И вот мой оппонент, доктор (или кандидат) исторических наук, я не знаю, какой он доктор или кандидат, но казак – это было сословие. Он сказал, что нет такого сословия. Это всю жизнь было сословием. Человек родился в казачьей семье, он уже казак, и он воспитывался в казачьих традициях и обычаях. Что мы видим сегодня? Мы что, видим сегодня казаков? Там половина людей, которые в жизни никакого отношения не имели ни к казачьим семьям, не являются потомками тех казаков, которые были многие уничтожены, к сожалению, в 20-е годы.

А сегодня туда все подряд идут. Московское казачество. Когда у нас на Руси было московское казачество? Такого исторически не было в принципе никогда. У нас было донское казачество, дончаки так называемые, было Кубанское казачье войско, были казаки терские, уральские казаки, а также на Дальнем Востоке. Да, они были по границе, по окраинам нашей страны стояли, охраняли государственную границу России. А сегодня все подряд – тверские казаки, смоленские, рязанские. Ребята, вы посмотрите правде в глаза, их не было никогда. Это новомодные формирования, куда шли все подряд.

Еще раз подчеркиваю. Помню прекрасно 90-е годы. Ну, каждый третий бандит имел в кармане какое-нибудь удостоверение какого-нибудь казачьего офицера.

Е. Афонина:

- Зачитаю, что пишут наши радиослушатели. «Лучше бы закон пересмотрела на ЧОП. У охранников даже с лицензией нет никаких прав, только одни обязанности». «Росгвардия и так раздута донельзя, давно уже численно превосходит регулярную армию. Власть гораздо больше боится своего народа, чем внешних врагов». «Слышала, как краснодарский казак утверждал по радио, что они отдельная нация». «Хопёрские казаки были».

Так вот, казак – это нация или нет?

М. Игнатов:

- Да нет, конечно. Казак это сословие, еще раз говорю, можно сказать, этническое сословие. Они в основном состояли из русских и из украинцев, это была основа казачества. Это вольный человек, который бежал от крепостного права, который бежал от своего барина. И они селились вдоль рек – вдоль Дона, вдоль Кубани. И это была так называемая вольница. Но это не национальность.

А. Бредихин:

- Во-первых, казаки сегодня – это не сословие. Нет в Российской Федерации ни одного сословия.

М. Игнатов:

- Значит, сегодня вы ряженые.

А. Бредихин:

- Сословий в Российской Федерации нет. И вы как бывший сотрудник органов правопорядка должны знать, по крайней мере, Конституцию. Мы говорим о том, что наш с вами дискурс ведется не о том, что казаки должны быть в Росгвардии или нет. Вы говорите о том, что казаков сегодня нет. То есть у вас совсем другая тема для нашей беседы. Это неправильно. Еще раз подчеркну, что процесс возрождения казачества идет постоянно, он развивается, и развивают его потомки тех самых казаков, которые были до революции.

К вопросу о том, казаки – это народ или нет. Это очень дискуссионный вопрос, который поднимается рядом исследователей, но, безусловно, мы не говорим о том, что казаки сегодня – это сословие. Даже в империи казаки не были классическим сословием. Казаки были дворяне, казаки были священники, казаки были всех видов сословий, а как отдельное казачество даже не рассматривалось с точки зрения традиционного сословия в рамках империи.

Е. Афонина:

- Вот из Волгограда пишут: «Казаки это дисциплина, строгость и ответственность. Вооружены, конечно. Почему нет?» «Эта инициатива не для борьбы с преступностью, а подавлять народные бунты, охранять приватизаторов», - считает Дмитрий. «Можно любого человека научить общению с оружием, пусть каждый защищает свою жизнь. Зарплату выдавать не надо, закон нарушил – в тюрьму, украл – в тюрьму». Из Ставрополя сообщение от Андрея: «Хотят служить – пусть идут в Росгвардию. В чем проблема?» А проблема в том, считает Андрей, что казачкам нужны деньги. И вот инициатива: «А почему бы не создать калмыцкие дружины, татарские отряды, дагестанские отряды? В России не одни казаки».

Зачитаю еще несколько сообщений. «Лишь бы не работать. Тьма охранников, а теперь еще и казаки. Пусть пашут, как в старину, а будет Отчизна в опасности (именно Отчизна, а не власть), тогда и шашки в руки». «Лично я вижу, что народ хотят лбами столкнуть».

У нас на связи председатель Совета атаманов России, член совета Международного фонда славянской письменности и культуры Валерий Камшилов.

В. Камшилов:

- Что я хотел бы сказать по этому указу готовящемуся? Наверное, время наступило спустя более 30 лет. Не случайно 2 июля вышел Указ президента о стратегии национальной безопасности Российской Федерации. Знаете, казаки приумножили Россию. Они не только охраняли границы, но приумножили в несколько раз территорию Российской Федерации. И селились они непосредственно по рекам – Дон, Кубань и др. Я считаю, что казаки должны служить во Внутренних войсках. Почему? Потому что после 100 лет со дня прошедшей революции казаков всегда воспринимали как нагаечники, жандармы для своего народа, - так нас учила по учебникам советская власть. Как говорит сейчас ваш эксперт, полковник, рязанские казаки… Хотя первое упоминание о казаках было в 1444 году, битва на реке Листани. Читайте историка Гордеева, читайте Савельева. Мы не хотим у них ничего отнимать. У нас не было никогда казачьих званий, у нас всегда были чины.

Значит, время сейчас наступило, и я рад, что это будет продвигаться. Но здесь опять не перегнуть палку. Чайка знает, в Северо-Кавказском федеральном округе, в Кавказском, там надо применить. Потому что казаки всегда боролись, воевали с внешним врагом, у них не было никогда дружинников…

Е. Афонина:

- Валерий Васильевич, вопрос, в который всё упирается. С оружием, без оружия? Если с оружием, то кто будет следить за правомерностью его применения? Если защищать рубежи и границы, значит, не с шашкой и нагайкой. А что мешает вступить в Росгвардию? Зачем казаком-то быть, станьте сотрудником Росгвардии.

В. Камшилов:

- Ну, казаки исторически не были никогда ни в каких подразделениях. Царь-батюшка Иван Грозный не создал казачество, а он сделал первый указ о донских казаках.

Е. Афонина:

- Валерий Васильевич, про оружие можно? Казаки будут с оружием или без?

В. Камшилов:

- На Северном Кавказе – однозначно да, с оружием.

Е. Афонина:

- А в Москве?

В. Камшилов:

- В Москве и так есть закон об оружии, согласно этому закону и использовать. Я так думаю. Чтобы опять не перегнуть палку. Видите, через 100 лет нас опять воспринимают нагаечниками, жандармами.

Е. Афонина:

- Давайте услышим мнение Юрия из Волгограда.

Юрий:

- Конечно, Иван Грозный не создавал казачество, и казачество не создавалось из беглых крестьян. История казачества насчитывает полторы тысячи лет как минимум. Казак это принципе антигосударственник, это бродник, по-русски говоря. «Казак» это слово татарское. Это человек свободный, свободно гуляющий. Границу охраняли в основном однодворцы (были такие товарищи). А казаки… Например, Степан Разин пошел в Персию за зипунами, чем спровоцировал конфликт с персидским шахом. Ну, и так далее. Казаков расказачил Петр I.

Е. Афонина:

- Юрий, а можно ближе к теме?

Юрий:

- После Булавинского бунта именно царь стал назначать войскового атамана, а не круг казачий. Они тогда и стали общественной организацией, и поставили их на службу государства.

Е. Афонина:

- А они должны таковой оставаться сейчас? Сейчас они должны быть общественной организацией, частью Росгвардии?

Юрий:

- Нет, не должны. Это общественная организация. Давайте мы еще рыболовов-любителей назначим. Я помню 94-й год, когда меня на дороге остановили, подходит ко мне сопляк какой-то: «Я есаул, предъяви мне документы». Я говорю: «Ты мороженое на губах оботри, есаул, ты и на урядника не тянешь». А сейчас мне хочется узнать, у них какие будут полномочия?

Е. Афонина:

- Вот он, конкретный вопрос – полномочия-то какие будут?

А. Бредихин:

- И полномочия, и обязанности, и права будут, как у сотрудников Росгвардии, потому что они и будут сотрудниками Росгвардии.

Е. Афонина:

- Понятно, будут просто сотрудниками Росгвардии. Михаил Вячеславович, вас удовлетворяет эта история – будут сотрудниками Росгвардии?

М. Игнатов:

- Да нет, конечно, не удовлетворяет. Росгвардия это Росгвардия, давайте не путать божий дар с яичницей. Казаки это общественная организация. Мой оппонент говорит, что казаки это не сословие. Это всю жизнь были сословие. Они бренд просто взяли сейчас: мы – казаки. А кто они, какие казаки, что у вас общего с казачеством, какие у вас корни казачьи? Они не могут это подтвердить, они не подтвердят. Но записали, назвали себя казаками. Теперь они хотят себя росгвардейцами назвать. Я не знаю, а дальше они, может быть, космонавтами захотят стать. И что дальше? Давайте тогда их в космические ракеты посадим. Ерунда это полная. Давайте мы не будем изобретать велосипед. У нас есть Росгвардия и есть общественная организация казаков, которым дали возможность зарабатывать деньги как частным охранным предприятиям.

Е. Афонина:

- Давайте подведем итоги нашего голосования: нужно ли казаков наделить правами полиции и Росгвардии? «Да, нужно» - так ответили 14% наших радиослушателей. 86% считают, что этого делать не надо. Видимо, дискуссия будет продолжаться. Идея, вполне вероятно, хорошая, но пока реализацию мы, увы, не видим.

Антон Бредихин
Михаил Игнатов