Если очень захотеть, можно в космос полететь! Где и как получить лучшее образование в сфере ракетостроения
![Родительский вопрос <p>Советы по воспитанию, здоровью и развитию ребенка дают опытные психологи, педагоги и врачи. Говорим о том, чему учат в школе и чему могли бы, как переживать конфликты и найти своё место в жизни.</p>](https://radiokp.ru/sites/default/files/styles/kp_fullnode_730_486/public/2022-07/roditelskii-vopros-960-kh-640_1656841576_1656841586.jpg?itok=BuuonRAr)
А. Милкус:
- Всем здравствуйте. Я – Александр Милкус. Сегодня у нас, на мой взгляд, очень важная, интересная тема – про подготовку кадров для космической отрасли. Я к этой отрасли отношусь с большой любовью и пиететом. За много лет наблюдений за отечественной образовательной политикой у меня полное ощущение, что «Роскосмос» как одна из крупнейших госкорпораций – одна из немногих структур, которая очень целенаправленно и продуманно ведет работу по подготовке молодых кадров, если не с детского сада, то со школы точно. Это и космические смены, и участие в конкурсах молодых профессионалов, и с нового учебного года в Москве открываются космические классы. Если нас слушают региональные органы управления образованием, школы и управляющие команды школ, эти программы открытия космических классов выложены, они бесплатные, вы можете подключиться и тоже у себя в школе создать космический класс, по крайней мере, для 10-11 класса, и уже готовить ребят к поступлению в ведущие технические вузы.
Но сегодня мы будем говорить не столько о школе, сколько о вузах и подготовке специалистов для космической отрасли в вузах. А информационный повод у нас такой. Завтра, 30 мая, в Москве, на ВДНХ, в Центре космонавтики и авиации произойдет торжественное вручение сертификатов опорных образовательных организаций высшего образования для ракетно-космической отрасли. Что это такое и как оно скажется на студентах, преподавателях и абитуриентах, мы, в частности, и поговорим.
И сегодня у меня в гостях очень интересные люди. Владимир Владимирович Матвейчук, руководитель Департамента кадровой и социальной политики «Роскосмоса». Михаил Валерьевич Гордин, ректор Бауманского технического университета. Омский государственный технический университет представляет Дмитрий Павлович Маевский. И ректор Сибирского университета науки и технологий им. Решетнёва Эдхам Шукриевич Акбулатов.
Давайте начнем с завтрашнего события. Владимир Владимирович, выдача сертификатов. Почему это преподносится как большое образовательное событие?
В. Матвейчук:
- На самом деле, действительно, «выдача сертификатов» звучит как-то не совсем правильно и, наверное, не совсем празднично. И, мне кажется, это не совсем отражает даже суть того события, которое завтра произойдет. На самом деле полгода назад, в конце 2021 года, в государственной корпорации «Роскосмос» была четко сформулирована позиция по новым подходам к взаимодействию с высшими учебными заведениями, которые готовят для нас кадры. Это было оформлено определенным документом, и мы в рамках этого документа начали реализовывать ту большую, широкую программу, которую, собственно, и сформировали. И для того чтобы начать еще более плодотворно, более эффективно взаимодействовать с высшими учебными заведениями, которые являются нашими старыми добрыми товарищами и партнерами, мы решили провести рейтинг. По моим данным, первый в России отраслевой рейтинг высших учебных заведений, которые оказывают максимальное действие на ракетно-космическую отрасль в части обучения персонала…
А. Милкус:
- А зачем вам рейтинг? Вы будете деньги давать?
В. Матвейчук:
- На самом деле, после того как этот рейтинг будет оглашен (там 15 вузов, самых для нас важных, мы определили), будет сформирован консорциум, куда все эти вузы будут приглашены. И ровно на этот консорциум будут направлены наши усилия по более эффективному взаимодействию. Там предполагается 5 основных направлений взаимодействия. Во-первых, мы обязательно откроем наши представительства в вузах. Для чего? Для того чтобы была возможность у студентов 2-3 курса подписать договор целевой подготовки и уже гарантированно попасть к нам после окончания.
А. Милкус:
- Слушайте, это очень интересная штука. Это вроде бы понятная история. Это будут преподаватели вузов, представители госкорпорации «Роскосмос»? Я точно помню, в технических вузах в 90-е годы появились представительства компаний типа «Самсунг», они сидели, как раз отслеживали толковых студентов и уже с второго-третьего курса с ними работали, вели их, а потом забирали сначала в московское представительство, а потом ребята разъезжались. Это стратегически очень точная история. А кто это? Вы будете готовить, это специальные люди или из рядов университетских преподавателей?
В. Матвейчук:
- Во многих этих вузах присутствуют наши базовые кафедры, и мы, скорее всего, посмотрим людей, работающих на этих базовых кафедрах, вовлеченных во взаимодействие с нами, им предоставим такой официальный статус представителей. Но на самом деле, если мы вспомним недавние события, это январь месяц, МГУТ им. Баумана, открытие Королёвских чтений, выступление Дмитрия Олеговича Рогозина, генерального директора госкорпорации «Роскосмос», где он сказал, что основной акцент мы должны сделать на формировании междисциплинарных инженерных команд. Что это значит? Если возвращаться к поддержке вузов в рамках консорциума, мы собираемся нашу политику в области закупочной деятельности и предоставить членам консорциума возможность как единственным поставщикам участвовать в конкурсе на проведении научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ.
А. Милкус:
- Давайте переведем на русский язык, понятный для наших слушателей. То есть в принципе космические вузы и сейчас являются исследовательской группой, которая занимается разработкой таких исследований для отрасли. А теперь получается, что вы их роль еще больше будете подчеркивать и, видимо, финансировать.
В. Матвейчук:
- Абсолютно верно. Конечно, все это делается не бесплатно. Поэтому, по сути дела, вузы будут выполнять работу в рамках нашего заказа. Основная задумка заключается в том, чтобы эти НИРы (научно-исследовательские работы) и эти ОКРы (опытно-конструкторские работы), которые приходят в университет, стали той площадкой, которая будет диктовать требования к будущим выпускникам вуза и будущим молодым специалистам, которые к нам придут, требования к их подготовке.
А. Милкус:
- То есть чтобы уже во время обучения ребята занимались реальными проектами и понимали, что их ждет.
В. Матвейчук:
- Абсолютно верно.
А. Милкус:
- Таким образом, мы как раз и готовим студентов, которые будут потом приходить в отрасль, понимая, что им надо делать.
В. Матвейчук:
- Все верно. Кроме всего прочего, попадание в эту междисциплинарную инженерную команду будет через заключение того самого договора целевой подготовки, который можно будет сделать на третьем-четвертом курсе бакалавриата в представительстве госкорпорации в вузе.
А. Милкус:
- Михаил Валерьевич, далеко не все ребята понимают, что такое сегодня целевое обучение. Это ведь новая система. Целевики, которые были лет 5-7 назад, когда просто договаривались, и их направляли от каких-то организаций, а потом неизвестно, работали они в этой организации или нет, отрабатывали ли финансирование. Сейчас все по-другому. Действительно, ты поступил сам на бюджетное место, а потом, если нашел свое призвание, можешь получать и деньги, и поддержку того работодателя, который потом тобой заинтересуется (или сразу заинтересуется).
М. Гордин:
- Именно так. Конечно, система целевого образования изменилась. Изменилась именно тем, что повысилась ответственность и работодателя, и абитуриента, студента за выполнение своих обязательств. Обязательство простое. У студента обязательство – хорошо учиться и закончить, у работодателя – принять его на работу, а у выпускника – работать некоторое время на предприятии. Поэтому добавилась ответственность, а так суть та же самая. Целевое обучение – это обучение для конкретного работодателя, конкретной организации.
А. Милкус:
- Подождите. Насколько я помню, еще важно то, что работодатель, если он заключает целевой контракт, он еще и поддерживает студента, доплачивает стипендию, занимается какими-то социальными проектами.
М. Гордин:
- Ну, это дело добровольное. Обычно работодатели это делают. И, по сути, каждый работодатель сам определяет, как ему поддерживать. Он может поддерживать двумя рублями, а может 200 тысячами рублей, это зависит от работодателя.
А. Милкус:
- Владимир Владимирович, но «Роскосмос»-то поддерживает.
В. Матвейчук:
- Поддерживает, конечно.
М. Гордин:
- В чем основной плюс целевого образования? Даже не только в том, что есть гарантированное место работы после обучения. Потому что если ты хорошо учишься и являешься классным специалистом на выходе, ты, наверное, можешь на рынке труда устроиться достаточно спокойное. А главное то, что даже с первого курса та организация, которая заключила с тобой целевой договор, за тобой присматривает. Это практики, все время в контакте. До того как быть ректором, я был генеральным директором Центрального института авиационного моторостроения, и у меня тоже были целевики. Мы с первого курса их вели, для того чтобы понимать, где они потом у нас будут работать, в каких подразделениях, в каких отделах. Так же происходит в «Роскосмосе».
Сегодня целевой прием – это тот же самый конкурс на самом деле. То есть это конкурс между теми абитуриентами, которые хотят работать в конкретной организации, в конкретной отрасли.
А. Милкус:
- И иметь гарантии. Это очень важная вещь.
М. Гордин:
- Да, и иметь гарантии. Это конкурс. Знаете, пару лет назад у нас был конкурс на целевой прием выше, чем конкурс на обычные бюджетные места. Конечно, это несколько странно, но такое было. Это просто два раздельных конкурса – один общий, без этой гарантии, а другой для людей, которые хотят поступать и учиться целенаправленно, с возможностью, с желанием, с целью пойти работать в конкретную организацию. С Владимиром Владимировичем мы обсуждали, что мы хотим в этом году попытаться сделать так, чтобы целевой прием был расширен не просто на одну организацию, юридическое лицо, РКК «Энергия» или какую-то другую организацию, а на все организации «Роскосмоса». Чтобы когда ребята заключают договор целевого образования, они обозначают, что хотят работать не в какой-то конкретной конторе, на предприятии, в КБ, а вообще на предприятиях «Роскосмоса».
А. Милкус:
- И у них появляется гораздо больший выбор.
М. Гордин:
- У них появляется большой выбор, вся география страны, полный набор специальностей и мест работы, скажем так. Поэтому я думаю, что мы это реализуем. Мы даже договорились, что отдельно эти самые целевые договора в рамках приемной комиссии будем предлагать, у нас будет открытое представительство «Роскосмоса», такое временное, в рамках работы приемной комиссии, для того чтобы сразу ориентировать абитуриентов на работу в «Роскосмосе».
А. Милкус:
- То есть ребята, которые в этом году будут подавать документы (видимо, не только в Бауманский, но и в другие вузы, которые входят сейчас в консорциум), могут тут же обратиться за консультацией…
В. Матвейчук:
- Войдут. Консорциума пока нет.
А. Милкус:
- Ну, войдут. То есть они могут в приемной комиссии обратиться к представителю «Роскосмоса» и получить конкретную консультацию.
В. Матвейчук:
- Абсолютно верно.
А. Милкус:
- Это очень важная вещь. Вы так через запятую сказали, а для ребят, которые хотят связать свою жизнь с космосом, это очень важно.
М. Гордин:
- Вы правильно говорите, те, которые хотят связать свою жизнь с космосом. Дело не в финансовых гарантиях, не в зарплате и не в рабочем месте на три года. Дело в том, что если человек хочет связать свою жизнь с космосом, то уже после 11 класса, при поступлении он может это сделать осознанно, подписав определенный документ. И после этого он уже связал свою жизнь с космосом, хотя он студент первого курса.
А. Милкус:
- Какой документ?
М. Гордин:
- Договор о целевом образовании. Он уже с первого курса связал свою жизнь с космосом, потому что он уже обозначен как человек, который будет работать в космической отрасли. И он с первого курса бакалавриата или специалитета будет работать в космической отрасли (ну, пока студентом, потом, возможно, инженером).
А. Милкус:
- То есть трудовой стаж ему пойдет?
В. Матвейчук:
- Нет. С третьего курса они обычно все работают на предприятиях «Роскосмоса», целевые студенты. Сначала приходят на практику, потом, как правило, выходят к нам на работу, учась еще в институте, мы им обеспечиваем эту возможность. Ребята, которые нынче побывали на «Байконуре» в рамках нашего конкурса «Бауманский старт», который недавно произошел (там были все космонавты – выпускники МГУТ им. Баумана), они, по сути дела, все уже работники «Роскосмоса», а кое-кто уже начал делать карьеру.
А. Милкус:
- Каким образом? Что значит работники? Они зачислены.
В. Матвейчук:
- Да, они приняты на работу.
М. Гордин:
- Физически работают.
А. Милкус:
- Они зарплату получают?
М. Гордин:
- Конечно.
А. Милкус:
- То есть они совмещают учебу с конкретной работой?
В. Матвейчук:
- Совершенно верно.
М. Гордин:
- Смотрите, какая выгода для нас, для университета. Мы пропагандировали всегда русский метод обучения – обучение через практику. И, мы считаем, это очень правильно, когда наши студенты на старших курсах работают. Но нам очень хорошо, когда мы это делаем контролируемо, с организациями вроде «Роскосмоса» или другими большими компаниями, КБ, корпорациями. Потому что, таким образом, мы можем установить правильный баланс между практической работой, которая очень нужна, для того чтобы быть хорошим специалистом, но обучение не теряется. Потому что практически 90% студентов старших курсов сейчас работают.
А. Милкус:
- И хорошо, когда они работают на отрасль, а не продают в магазине «Связной» телефоны.
М. Гордин:
- Нет-нет, наши в основном работают на отрасль, но хорошо, когда они работают в той организации, которая понимает, что им еще нужно учиться.
А. Милкус:
- И чему их надо учить.
М. Гордин:
- Ну, чему, ладно, это мы вместе решим, но главное, что там устанавливается правильный баланс между этой практической работой, за которую они получают деньги, и целями обучающего процесса – лекциями, семинарами и т.д.
В. Матвейчук:
- И на сегодняшний момент мы как раз собираемся развивать эту идею. То, что я говорил про междисциплинарные инженерные команды, это в развитии тех тезисов, о которых только что говорил Михаил Владимирович. Потому что, таким образом, мы перемещаем как бы основную точку подготовки, затачивания, если хотите, с конкретного специалиста, имеющего какое-то базовое классическое образование под «Роскосмос», мы его переносим, по сути дела, в стены вуза, подходя к нему ближе. И в принципе получается, что эти индивидуальные образовательные траектории, которые должен реализовывать вуз, начиная с 3-4 курса балалавриата, специалитета, магистратуры, как раз позволяют, по сути дела, эти индивидуальные образовательные траектории будут формироваться на основе тех требований, которые выдвигает научно-исследовательская работа.
А. Милкус:
- То есть конкретный запрос конкретного предприятия.
В. Матвейчук:
- Абсолютно верно.
А. Милкус:
- Я хотел бы обратить внимание. Сейчас на орбите впервые экипаж из трех космонавтов, не военных, не инженеров МАИ, а все – выпускники Бауманского университета. Это Олег Артемьев, Денис Матвеев, Сергей Корсаков. То есть космические инженеры, которые приходят на предприятие, вот конкретный наглядный пример, что можно еще и в космос слетать вот таким дружным коллективом Бауманки.
М. Гордин:
- Абсолютно.
А. Милкус:
- То есть перспективы не только заработать, но и увидеть Землю с высоты 400 километров. Михаил Валерьевич, какие новые специальности, новые направления подготовки, связанные с новыми задачами развития космонавтики, сейчас в Бауманке?
М. Гордин:
- Знаете, мне кажется, достаточно сложно сказать, какие, они каждый год новые появляются. Если говорить с точки зрения космических специальностей, мне кажется, трудно назвать, каких нет космических специальностей в Бауманке для предприятий и целей «Роскосмоса» и космической отрасли. Ну, практически весь спектр, начиная от конструкторских и заканчивая технологическими, во всех областях знаний. Из новых мне даже трудно сейчас сказать, потому что они все время новые появляются, каждый год новые, и мы каждый раз их готовим под необходимости предприятий и корпораций.
А. Милкус:
- Дмитрий Павлович, какие у вас требования к студентам космических специальностей, которые поступают в ваш университет, какие у них перспективы?
Д. Маевский:
- Омск тоже является, как и Красноярск, Москва, столицей космоса. В Омске организована окончательная сборка ракет «Ангара», их производство. С точки зрения поступления абитуриентов требования стандартные – сдача ЕГЭ. Если мы говорим о целевой подготовке, то, конечно, абитуриент в текущих условиях, которые организованы, должен сходить на предприятие, заключить договор. Соответственно, это разговор с кадровой службой. В перспективе, если будет консорциум вузов, которые будут базовыми для организации «Роскосмос», понятно, что предприятия, расположенные на территории Омска или Красноярска, там требования в периметре всей корпорации.
А. Милкус:
- Какие еще есть перспективы у тех, кто будет поступать в Омский государственный технический университет?
Д. Маевский:
- Я закончу мысль, которую начал, по поводу того, что если будут базовые вузы, консорциум, для абитуриента, поступающего в Омске, открываются самые широкие перспективы работы в периметре корпорации «Роскосмос». То есть ты поступаешь в Омске, а потом можешь работать где угодно. Это, конечно, большой плюс.
По поводу перспектив. Насколько я понимаю, есть дальнейшие планы по развитию как самой ракеты «Ангара» с точки зрения водородной ступени, пилотируемого космоса, большие задачи, связанные с технологическим обеспечением производства, с решением тех задач, которые есть. Потому что ракета сейчас на этапе отработки, именно производство, технологии, и генеральный директор Центра Хруничева – Варочко Алексей Григорьевич, мы с ним регулярно встречаемся, он говорит о том, что есть проблемы – скажем, улучшить технологию, удешевить ее. Это с одной стороны.
С другой стороны, коллега Эдхам Шукриевич, базовое предприятие в Красноярске по производству космических аппаратов. Сейчас на «Полете» обсуждается в том числе вопрос возобновления компетенций по производству космических аппаратов, поскольку средство выведения, ракета «Ангара», строится в Омске, и неплохо было бы иметь эту возможность. С Эдхамом Шукриевичем мы уже обсуждали, чтобы в рамках совместно с Сибирским университетом им. Решетнева возобновить эти вещи.
Космическая отрасль развивается, и для поступающих и обучающихся самые широкие перспективы с точки зрения реализации всех амбиций. Тем более если корпорация действительно видит возможности работы не отдельно каждого предприятия, каждого вуза, а в целом во всем периметре корпорации, и нацеленность на междисциплинарные группы, то, конечно, это большой плюс для тех, кто выберет для себя именно инженерное направление подготовки для поступления и обучения в университетах.
А. Милкус:
- Эдхам Шукриевич, а что значит возобновление? Что под этим подразумевается?
Э. Акбулатов:
- Мы действительно обсуждали с Дмитрием Павловичем вопрос сетевого взаимодействия наших вузов при подготовке специалистов. Хочу сказать, что целевая подготовка в нашем вузе велась на протяжении всех 60 лет существования космического университета, а до этого завода-втуза, сегодня выходит на новый уровень.
Нам очень важен тот рейтинг, о котором говорил Владимир Владимирович, потому что он позволяет нам глубоко интегрироваться в деятельность предприятий «Роскосмоса». У нас давние связи с такими предприятиями, как «Информационные спутниковые системы», Акционерное общество «Красмаш». И у нас сегодня более 700 студентов обучается по договорам о целевой подготовке. Целевое поступление или целевое обучение, когда студент переходит на целевое обучение в процессе обучения в вузе.
Я хочу сказать, что мы обсуждали вопросы под углом зрения, что технологии меняются, сегодня появляется потребность в цифровых технологиях, это так называемые цифровые двойники космических аппаратов, это адаптивные производства, это аддитивные технологии, которые широко внедряются в практику. Это означает, что образовательные программы должны гибко перенастраиваться. И здесь без взаимодействия с индустриальными партнерами нам будет сложно решить эти задачи. Кроме того, нам будет сложно решить эти задачи, не объединяя усилия различных вузов. У нашего вуза на сегодняшний день тесно выстроены отношения не только с Омским государственным университетом, но и с Балтийским государственным университетом «Военмех», с Томским ТУСУРом и еще с целым рядом образовательных учреждений, с которыми мы вместе реализуем сетевые программы.
В одиночку сегодня вузам сложно будет решать задачи, связанные с переходом на новые образовательные программы, тем более они должны постоянно меняться. Так вот, наша задача заключается в том, чтобы кратно увеличить количество специалистов, которые будут готовиться по договорам о целевой подготовке, и мы ориентируемся на то, что в ближайшие годы доведем количество до 1,5 тысяч обучающихся, которые будут готовиться в рамках договоров целевой подготовки с предприятиями «Роскосмоса». И вот об этом мы как раз говорили с коллегами.
А. Милкус:
- Эдхам Шукриевич, вы говорите 700, будет полторы тысячи. А где они будут у вас работать. Есть для них гарантированная работа?
Э. Акбулатов:
- Договора целевой подготовки, вообще говоря, это очень серьезные документы, которые подразумевают двусторонние обязательства. Так вот, что касается подготовки специалистов под новые технологии, которые будут внедряться на заводе «Красмаш», у нас уже на сегодня руководством завода заявлена потребности почти в 300 специалистах, которые должны прийти в течение ближайших двух лет. Что касается информационных спутниковых систем, сегодня речь идет о массовом производстве малых космических аппаратов, которые потребуют привлечения специалистов совершенно нового качества. И мы с генеральным директором «Информационных спутниковых систем» Николаем Алексеевичем Тестоедовым, который является председателем нашего попечительского совета, уже обсудили вопросы, касающиеся масштабного планирования подготовки кадров под эту новую технологию. Это такие проекты, как «Марафон», «Скиф», которые в ближайшее время будут реализованы в плане создания космических группировок в несколько сот космических аппаратов.
А. Милкус:
- Очень важно подчеркнуть, что ребята приходят на предприятие не воспроизводить старые, предыдущие проекты, а развивать новые. Это новые спутники. Это Железногорск, насколько я помню.
Э. Акбулатов:
- Да.
А. Милкус:
- Это новые задачи, потому что будет строиться новое поколение спутников, будет совершенствоваться и развиваться новая ракетная техника. То есть от них не будет требоваться воспроизведение прежних, то есть мы тебя научили, и 20 лет продолжает делаться одно и то же. Это творческая работа, и от их творческого труда зависит развитие новых поколений спутников, спутниковых и ракетных систем.
Э. Акбулатов:
- Совершенно верно.
А. Милкус:
- Владимир Владимирович, давайте это подчеркнем. Те люди, которые в 90-е, 2000-е годы приходили на предприятия, их немного было. Многие уходили, потому что они занимались просто воспроизведением техники советского времени по старым правилам и технологиям. Сейчас у нас очередной рывок, и мы вынуждены обеспечивать себя…
В. Матвейчук:
- Да, огромное количество новых проектов. Это то, о чем Дмитрий Олегович постоянно говорит на встречах со студентами. Это и ядерная космическая составляющая, это и новые виды ракет, новый пилотируемый транспортный корабль и много чего еще. Много проектов, которые сейчас действительно только начинаются. Ровно поэтому мы и говорим, что научно-исследовательские работы должны прийти в вуз, чтобы мы именно там начали готовить этих ребят.
По поводу творческих перспектив. Мое личное мнение, что «Роскосмос», наверное, это то самое место, где уж точно абсолютно творчество можно реализовать в полной мере, начиная со студенческой скамьи и кончая кандидатской диссертацией, докторской диссертацией, на реальном, живом, боевом, если хотите, материале.
А. Милкус:
- У вас как представителя, с одной стороны, «Роскосмоса», с другой стороны, образовательного сообщества есть ощущение, что происходит смена поколений?
В. Матвейчук:
- Конечно. Это очевидно.
А. Милкус:
- Я, честно говоря, лет 10 назад на крупных предприятиях слышал от молодых ребят-инженеров о том, что им не дают проявлять себя.
В. Матвейчук:
- У нас на сегодняшний момент средний возраст на предприятии 45,5 лет, есть предприятия, где 37.
А. Милкус:
- Этот показатель, по-моему, существенно снизился за те же 10 лет.
В. Матвейчук:
- Конечно.
А. Милкус:
- Я помню, что было 55-60, и дальше просто большой провал.
В. Матвейчук:
- Да. Если говорить про провал, то как раз структура у нас сейчас очень комфортная, равные доли всех возрастов присутствуют. У нас есть возможность и межпоколенческий диалог формировать, и ребятам давать возможность двигаться вперед. То есть, нет этого зеркального потолка, как мы говорим.
А. Милкус:
- Я знаю, что у вас Совет молодых ученых достаточно влиятельный появился.
В. Матвейчук:
- Да.
А. Милкус:
- Михаил Валерьевич, актуальный вопрос. На прошлой неделе мы все время говорили про Болонскую систему. У вас бакалавры выпускаются по инженерным специальностям или специалитет? Насколько это принципиально? Кто вообще у вас заканчивает вузы и приходит в космическую отрасль?
М. Гордин:
- На самом деле и так, и так. Но когда мы говорим об инженерах-разработчиках, то есть тех, которые конструируют новую технику, это, конечно, специалисты, они учатся полноценные 6 лет (5,5-6 лет), выпускаются и дальше работают как инженеры, как специалисты.
А. Милкус:
- И никто эти специальности у вас не обрезал до бакалавриата?
М. Гордин:
- Нет. Естественно, есть и бакалавры, и магистры, то есть, есть 4 + 2. Бакалавры за 4 года изучают то, что им нужно изучить, это получаются нормальные, качественные инженеры по эксплуатации. Они могут дальше учиться на магистра и тоже стать разработчиками. Но, конечно, основные конструктора, то есть разработчики, это специалисты, по всем направлениям.
А. Милкус:
- То есть включение в Болонское соглашение для Бауманского университета не изменило уровень подготовки студентов?
М. Гордин:
- Изменило в каком-то смысле. Потому что часть специальностей перестала быть специалитетом, мы перешли на бакалавриат и магистратуру. То есть мы должны были изменить структуру подготовки в целом, но примерно треть абитуриентов поступают на программы специалитета. Вообще, по-хорошему, если мы говорим об инженерах-разработчиках… Вот врачи, они же учатся, естественно не бакалавриат и магистратура, у всех них специалитет, а после этого они еще в ординатуре 2-3 года. Для инженера-разработчика так же. Диплом – это не финиш, это только старт. Для того чтобы стать инженером, быть успешным инженером-разработчиком, создавать какую-то новую технику, ты должен еще несколько лет поработать, для того чтобы стать реальной боевой единицей. Так всегда было, и в советское время тоже. Ты пришел молодым специалистом после 5,5-6 лет, ты становишься реальной боевой единицей только через несколько лет. Это нормально. Потому что это сложная специальность – разработка техники. Так же как врач. Ты пришел врачом общей практики, после 2-3 лет ординатуры стал врачом-специалистом. Та же самая история.
А. Милкус:
- Мы сегодня в программе говорили, советская шутка, когда приходит выпускник вуза на предприятие, и ему говорят: «Забудь о том, чему тебя учили в институте, сейчас мы будем тебя учить». Сейчас, получается, если ребята с третьего курса уже работают на конкретном производстве, они уже понимают, какие знания им нужны, что им нужно.
В. Матвейчук:
- Конечно, они погружены в работу уже.
М. Гордин:
- Тем не менее, в каждой шутке есть доля шутки, как говорится. Самое главное, что происходит, когда человек приходит из вуза, если он нигде до этого не работал на предприятии, у него появляется ответственность за результат. Не за себя, а за групповой результат. Это другая совершенно история, это совершенно другая структура взаимоотношений. И вот это «забудь, чему тебя научили в вузе», это касается не интегралов, не производных и не формул, а скорее того, как ты относишься к делу и как ты сосуществуешь с людьми, условно говоря. Когда ты работаешь, нет зачетки и нет экзамена, который ты сдал на пятерку, забыл и пошел дальше. Там есть доверие людей, репутация, которая намного более важна.
А. Милкус:
- Ты отвечаешь за многомиллионную технику.
М. Гордин:
- И за результат, и не только свой. Да, это новые навыки. Конечно, когда ребята сейчас начинают работать до завершения вуза, они эти навыки потихоньку, не так активно, как в свободном полете, перенимают. Естественно, если они уже немного поработали на старших курсах, то у них больше возможностей и карьерного, и личностного роста, когда они выпустились и стали инженерами.
В. Матвейчук:
- А сейчас мы попытаемся сделать следующий шаг…
А. Милкус:
- Давайте поговорим о консорциуме вузов.
В. Матвейчук:
- Предоставляя вузам возможность выиграть в конкурсе, получить НИР и привлечь туда эти междисциплинарные команды… Да, они работали, они каким-то образом общались, а здесь еще более глубокая интеграция, которая позволит нам этот процесс доготовки (давайте так скажем) максимально сдвинуть в сторону вуза и нам получить максимально готового специалиста, уже заточенного под конкретное предприятие, под конкретную отрасль.
М. Гордин:
- Знаете, что радует? То, что ребята это понимают. Сейчас профиль абитуриентов, профиль наших молодых студентов изменился. Они это понимают. Они не пришли в вуз тусоваться 6 лет, они пришли учиться и работать. Даже до смешного доходит. Мне рассказывали, у нас на день открытых дверей пришла молодая женщина и сказала: «Я тут собралась родить. Вот думаю, на какую кафедру мой сын будет поступать». То есть и родители об этом думают настолько задолго. Это, конечно, смешной вариант, но, тем не менее, они думают, уже начиная с 8-9 класса о том, где они будут работать, а не где они будут учиться.
В. Матвейчук:
- Михаил Валерьевич, на самом деле не так и смешно. Александр говорил про какие-то программы, связанные с детскими садами. Эдхам Шукриевич не даст мне здесь соврать, ИСС им. Решетнёва, то базовое предприятие, которое находится в Железногорске, у них это вообще поставлено на поток, работа именно с детскими садами (как бы ни было это смешно).
А. Милкус:
- Почему смешно? Это очень важно, когда человек понимает, куда он будет приходить. Потому что мы же получаем очень часто (особенно в гуманитарных вузах) студента, который поступает и не очень понимает, чем он будет заниматься. Он два года учится, а потом говорит: ой, а что это, где я буду работать? И мы тратим бюджетные деньги на то, чтобы он получил некое образование, в котором он никогда работать не будет.
Я хотел еще раз подчеркнуть очень важную историю про консорциум. У нас достаточно давно, еще с советских времен, было: вуз – это моя крепость. И то, что сегодня происходит и с космическими вузами, и, я знаю, с вузами, которые готовят по морским специальностям, когда вузы объединяются в общий такой консорциум и живут такой общей жизнью, не отделяя друг друга, а работая на отрасль. Я понимаю, что консорциум как раз и объединяет вузы. Мы только что слышали, как Дмитрий Павлович и Эдхам Шукриевич сказали: мы договорились. То есть, поступая, допустим, в Бауманку, вы можете оказаться, может быть, на какой-то программе, связанной с подготовкой специалистов в Омске.
В. Матвейчук:
- Ну, это сетевые взаимодействия. Я думаю, это вполне возможно. Мало того, когда мы только начали разговор, я говорил о поддержке консорциума, о мерах поддержки, которые с нашей стороны. Мы говорили про представительство госкорпорации в вузах, мы говорили про историю, связанную с изменением закупочной политики госкорпораций. Кроме этого, например, вузам будет предложено открыть свое представительство в Национальном космическом центре.
А. Милкус:
- Я хотел бы поговорить про мою любимую тему – Национальный космический центр. Это центр, который будет в 2024 году запущен. Дело не в том, что это какой-то небоскреб в центре Москвы, а в том, что это возможность ребятам работать в современных условиях.
В. Матвейчук:
- В непосредственной близости к реальному боевому производству. Там будет технопарк, инженерный центр…
А. Милкус:
- Это с Центром им. Хруничева.
В. Матвейчук:
- Абсолютно верно.
А. Милкус:
- Но очень важно, что, понимая, что нам нужно подготовить специалистов, «Роскосмос» понимает, что они должны работать в современной научной среде. Там 20 тысяч мест, по-моему.
В. Матвейчук:
- Да. И там около 3 тысяч квадратных метров отведено именно под образовательные площади, где должны быть представительства всех наших тех самых опорных вузов. То есть, по сути дела, мы максимально приближаем университеты, которые находятся в Красноярске, в Омске, если они там открывают свое представительство (понятно, будет какая-то локация, связанная с обучением), мы предоставляем им возможность присутствовать в самом сердце космической отрасли, где рядом есть инженерный центр, основные производственные представительства наших КБ, технопарк, где все это производится. То есть, по большому счету, формировать тот самый интерес к профессии очень важно в том месте, где он зарождается, где он существует.
А. Милкус:
- Я еще раз подчеркну. Это возможность еще работать за современным столом, современным компьютером и т.д. Молодые люди, приходя лет 10-15 назад (не буду называть предприятия), они видели…
В. Матвейчук:
- Кульманы?
А. Милкус:
- И кульманы, и прохудившуюся крышу. Какое отношение это имеет к космосу? Какой космос, когда туалет надо отремонтировать? А тут есть возможность действительно почувствовать себя современным инженером, который будет работать на современном производстве. Многие критиковали космический центр, но я считаю, что космический центр, который строится сейчас в Филях, это как раз и символ новой космонавтики.
В. Матвейчук:
- Наверное.
М. Гордин:
- Еще важно с точки зрения этих представительств вузов (в том числе, естественно, и нашего представительства), что мир сейчас настолько сложен, что невозможно всему инженера научить за 4 или за 6 лет. Поэтому это дополнительное профессиональное образование, то самое обучение всю жизнь, тоже может быть реализовано для тех людей, которые профессионально работают в этом Национальном космическом центре и получают одновременно дополнительный курс, дополнительное образование по тем специализациям, которые необходимы для их реальной работы. Поэтому непрерывность образования тоже может быть достигнута через представительство ведущих вузов в центре, где работает 20 тысяч человек. Это потенциальные 20 тысяч абитуриентов для дополнительного профессионального образования для нас.
А. Милкус:
- К сожалению, мы заканчиваем программу. Очень хочется продолжить. Я думаю, может быть, через пару месяцев мы вернемся к космической тематике.
Пожелание абитуриентам – поступайте в космические вузы, и будет вам инженерное счастье.